Читать книгу: «На исходе магических лет»

Эта история произошла в стародавние времена, настолько древние, что о людях той поры не сохранилось даже преданий и песен. Так давно это было, что кажется и люди-то жить в ту пору не могли. Но люди жили.

Таинственные незнакомцы

Среди бескрайних лесов скакали три всадника. Трое парней возвращались с ярмарки домой. Они впервые путешествовали одни, и им было весело. Парни скакали наперегонки, охотились, ловили рыбу, устраивали потешные потасовки между собой, купались, иногда пели. Лучше всех пел, конечно, Борин, у него были и голос – низкий, бархатистый, и слух. У Слава голос тоже был неплохой, хуже было со слухом. Но это его не останавливало, пел он громко, с воодушевлением.

Месяц назад они втроём: Слав, Иллар и Борин отправились из Холмограда с табуном из 15 лошадей. Отец Слава отправил его в Вышеград, где он должен был продать весь табун купцу Вериху, давнему торговому партнеру отца. В Вышеград они выехали вместе с большим торговым караваном из купцов и путешественников. Этот караван ежегодно формировался в конце весны для отправки из Холмограда на большую летнюю ярмарку в Вышеград. Слав впервые самостоятельно перегонял табун так далеко. Помочь ему вызвались Иллар и Борин, два его друга ещё с детских лет.

Лошадей они продали быстро. Погуляв три дня на ярмарке, решили возвращаться домой, не дожидаясь остальных. Великое торжище должно было продолжаться ещё неделю. У них же была тайная мысль поискать Лантид, таинственный город древних, давно заброшенный и, как говорили, почти разрушенный. Об истинной цели своей спешки, они, конечно, не сказали.

Верих пытался их отговорить. На дорогах безопаснее было ездить большими компаниями. Не советовал уезжать раньше и начальник каравана, который пообещал конезаводчику Фоке, отцу Слава, приглядывать за его 16-летним сыном. Однако, все вокруг говорили, что уже лет пять, как на дорогах спокойно.

– Ну, Чур с вами, поезжайте. – Сказал Верих. – Понятно, дело молодое. Хочется одним поскакать, порезвиться. С деньгами будьте осторожнее, да никто и не знает, что они у вас есть. Я всем говорил, что табун вы мне пригнали в счёт долга Фоки.

Отправляться в путь одним, без каравана, Славу было всё-таки страшновато, хоть он и старался не показывать это друзьям. Но дорога и вправду оказалась спокойной и, где-то на третий день пути, все страхи исчезли полностью.

Сейчас Слав не жалел об этом своём решении. Так хорошо ему, пожалуй, не было никогда. Парень огляделся вокруг, они приближалась к лесу. Солнце стояло высоко, пора было обедать.

– Ну вот, на опушке и передохнём, – обратился он к остальным. Так и сделали, подъехав к краю леса, быстро спешились, развели костер и начали готовить свою нехитрую трапезу. Борин ломал хворост и подкидывал его в костёр. Слав резал солёное мясо, репу и при этом с удовольствием поглядывал на Иллара. Тот возился у костра, добавляя в горшок с похлёбкой то соль, то масло, то какие-то травки. Дух от горшка шел необыкновенный. Так всегда бывало, когда стряпней занимался Иллар. Почти всегда, когда он готовил, в дотоле пустынной местности, появлялись люди, они подтягивались к костру, усаживались рядышком и с удовольствием поедали предложенное угощение.

– Ну, конечно! – Хмыкнул Слав, толкнув локтем Борина в бок. – Всё как обычно!

Со стороны степи, по дороге, ведущей к лесу, шёл странник. Он был немолод, но крепок. В руке его был посох, но чувствовалось, что он скорее нужен ему как оружие, а не как опора. Старик подошёл к костру.

– Добрый день вам, путники! Пусть будет безопасной ваша дорога.

– И тебе, старче, добрый день! – В один голос ответили все трое, поднимаясь на ноги и тем самым отдавая дань уважения возрасту путника.

– Интересно, трое молодцев из Холмограда? Только там жив ещё старинный обычай почитать старших вставанием при встрече. Что же вас так далеко занесло? – старик по очереди посмотрел на каждого.

– Так получилось, – ответил Иллар, – Садитесь к костру, похлёбка готова.

Старик молча уселся, и достал из заплечной котомки деревянные миску и ложку.

– Ты только посмотри! – На этот раз Борин толкнул Слава и кивнул в сторону леса.

Оттуда в их сторону направлялся всадник. На кауром коне сидел широкоплечий парень. «Прямо как мотыльки на огонёк. Хватит ли на всех варева?» – с тревогой подумал Слав. Незнакомец подъехал, остановил коня и поздоровался обычной фразой:

– Приветствую вас, путники! Пусть безопасной будет ваша дорога!

– Привет и тебе, ровник! – ответил за всех Слав, – Присаживайся к костру.

Гость не заставил себя долго ждать, ловко спрыгнул с коня, опустился на землю и достал из походного мешка миску и ложку. Конь же принялся жевать траву, похаживая вокруг костра. Слав, с удивлением поглядывая на незваного гостя, подумал: «Интересно, тут все путники со свое посудой ходят? Или они нас ждали?». Получив свою порцию еды, все, молча, жевали. Слав время от времени бросал быстрые взгляды на сидевших у костра.

Иллара он знал всегда, т.е. с того времени, как начал себя помнить. Они жили в одном районе Холмограда, где селились торговцы и ремесленники среднего достатка. Даже их дома стояли рядом. Фока, отец Слава, разводил лошадей на продажу, а Лука, отец Иллара, был лекарем. С Борином они познакомились позднее, когда им было уже по девять лет. На праздновании Солнцеворота они трое оказались лучшими в соревнованиях детей: Иллар лучше всех прыгал через костёр, Слав быстрее всех бегал, а Борин оказался самым метким в стрельбе из лука. Тогда и подружились. Кулеб, отец Борина занимал в городской иерархии более высокое положение, чем их родители. Он был мастером, обслуживающим терем Тая Кона, управителя Холмоградского удела, а также следил за исправностью дорог, освещения, водоводов и, что уж тут скрывать, отведением нечистот в городе.

Несмотря на более высокое положение семьи Борина, дружба оказалась крепкой и длилась вот уже несколько лет. Каждый из них теперь помогал своему отцу, но свободное время они обычно проводили вместе.

Молодой незнакомец, с аппетитом поедавший запасы их провизии, был хорош собой.

– Это надо же, сколько всего одному досталось: и рост, и красота! – хмыкнул про себя Слав. Одежда парня была довольно поношена, хотя видно было, что изначально она была пошита умелым мастером из добротной материи. А вот меч, который он, присев к костру, даже не отстегнул, видимо, был очень хорош, по крайней мере, ножны были и красивы и богато изукрашены. В стране Рос каждый мужчина, отправляясь в путь, брал с собой меч, так уж было исстари заведено. Это стало обязательной частью мужского дорожного снаряжения. У Слава с друзьями, конечно, тоже были мечи, но это были обычные, недорогие мечи, которые ковались в обычных городских кузнях.

«Что же ты за птица такая?» – подумал Слав, и заметив, что все наелись, сказал:

– Что ж, гости дорогие, пора и познакомиться. Меня зовут Слав, а это мои друзья Борин и Иллар. Мы возвращаемся домой с Вышеградской ярмарки.

– Ну а я – Добрин, – широко улыбнулся парень и вдруг, молниеносно повернулся, выхватил из сапога нож и бросил по направлению к лесу. Сбитый с толку, Слав посмотрел в том же направлении и чуть не открыл рот от изумления: к ним приближались пять человек довольно разбойничьего вида с обнаженными мечами в руках. Один из них, выронил меч и, охнув, схватился рукой за колено. Нож Добрина попал в цель. Слав потянулся к своему мечу, краем глаза заметив, что и Иллар и Борин уже стоят с мечами в руках. Больше всего удивил старик: он мощно раскрутил свой посох и послал его в ближайшего противника, довольно рослого мужика, одетого в кольчугу и шлем. Посох попал ему в голову. Шлем не помог – мужик упал как подкошенный. В это время Добрин одним прыжком приблизился к третьему нападающему и атаковал его мечом. Тот, кое-как отбив его меч, быстро повернулся и бросился назад к лесу. Двое разбойников побежали за ним. Всё произошло так быстро, что Слав так и не дотянулся до своего меча, а Борин и Иллар так и стояли с мечами в руках, не успев сдвинуться с места. Старик, тем временем, подошел к сбитому им человеку, осмотрел его, затем поднял свой посох и отошел к хныкающему раненому.

–Не надо! Не надо! – Завопил тот, прикрывая рукой лицо.

– Не ори! Лучше скажи, кто вы такие и что вам было нужно? – он присел рядом с раненым.

– Мы не хотели, нас попросили, то есть заставили! Да-да, заставили! – захлебывался речью мужик.

– Вот как. И кто же вас заставил?

Раненый, поняв, что ни убивать, ни бить его пока не собираются, объяснил, что они наемники: то караваны сопровождают, то городскими стражниками работают.

– В последнее время маялись мы без работы. И вот, когда вчера вечером,сидели мы в деревне, тут вот рядом, в трактире, последние деньги доедали, подошёл к нам мужик и предложил заработать.

– И что же это был за мужик? – встрял с вопросом Борин.

– Да обычный мужик, купец как будто с виду. Сказал, что надо хорошенько поколотить трёх дурачков, чтобы по лесу не шлялись. Время указал и место, а также описал вот вас троих, – он посмотрел на Борина, Игла, а затем и Слава. – Сказал, что проблем с вами не будет.

– Но, вы же видели, что их не трое. Что же полезли-то? – усмехнулся Добрин.

– Деньги позарез нужны были. Решили рискнуть. Кто же знал, что… – Он взглянул на Добрина и замолк.

– Да, конечно, никто знать не мог, особенно вы, – задумчиво сказал старик. – Сколько он обещал заплатить?

– Он уже заплатил! – всхлипнул вояка.

– Ну, вот что, – дед повернулся к Славу. – Собирайте свой скарб и быстренько в путь

– Но… – начал было Слав.

– Ох, не пререкайся со мной. Времени у тебя на это нет. Вам надо уезжать отсюда. А ты, парнище, – обратился он вдруг к Добру, – поезжай-ка с ними, пока дорога твоя совсем уж не повернёт от их пути.

Как-то тревожно стало на душе у Слава. Он кивнул своим спутникам, и они быстро побросали вещи в котомки и взобрались на коней. Добрин немного замешкался со своею котомкой, но на коня вскочил быстрее остальных. Разбойник в это время сидел, прислонившись спиной ко пню и опустив голову, внимательно прислушиваясь к разговору.

– Поезжайте, – старик легонько хлопнул по крупу коня Слава и добавил, как положено, – Пусть безопасной будет ваша дорога.

Они тронулись. Ехали, не оглядываясь, поэтому не видели, как старик подошёл к разбойнику и, положив руку ему на голову, что-то прошёптал. Тот, уже по-настоящему закрыл глаза, так как заснул. Старик же положил руку на его раненое колено и стал тихонько колено потирать. Затем встал, встряхнул руку несколько раз, наклонился, взял палицу разбойника и, подойдя к оглушенному разбойнику, положил эту палицу около него. После этого принялся уничтожать следы стоянки друзей. Делал он это так ловко, что вскоре уже никто бы не сказал, что здесь жгли костёр, да и вообще кто-то здесь проходил. Путник постоял, посмотрел на плоды своих трудов, хмыкнул. Подошёл к берёзе, содрал кусочек коры и, усевшись на пень, что-то нацарапал на этом кусочке. Затем старик как-то по-особому посвистел. С ели на колено к нему слетела ворона. Путник привязал берестянку к её лапке, что-то пошептал ей на ухо и подбросил вверх. Потом этот странный старик ещё раз огляделся, закинул котомку себе за спину, поднял свой посох и неторопливо пошёл в ту же сторону, куда поскакали всадники.

Отряд из четырёх всадников скакал быстро. Возбуждённые неожиданным нападением, парни стремились как можно скорее отъехать от опасного места. Но возбуждение понемногу проходило, а когда они выехали на большую дорогу и совсем прошло. Здесь уже было многолюдно. Туда и обратно скакали всадники, тянулись повозки, шли пешие: кто один, а кто и целой компанией. Вскоре всадникам повстречался конный разъезд охранной дорожной дружины. Десять воинов ехали по двое в ряд. Впереди восседал дюжий десятник.

– Может надо сообщить им о разбойниках? – кивнув на охрану, спросил Иллар у Слава.

– Не надо! – быстро откликнулся Добрин.

– Почему? – Все трое удивлённо посмотрели на своего случайного спутника.

– Почему? – усмехнулся тот, – а вон туда посмотрите, – протянул он руку.

Парни взглянули и оторопели. Старик, которого они оставили далеко позади, каким-то образом пешим ходом догнал их, и теперь, стоя перед начальником охраны, что-то ему втолковывал. Десятник слушал внимательно и кивал головой.

– В очью диво совершается, – прошептал Борин.

– М-да, непростой старик, – согласился Иллар.

– Может, поедем? Без нас разберутся, – посмотрел на Слава Добрин.

– Поехали, – согласился тот.

День ехали по большой дороге, а ближе к вечеру свернули в поля, в бездорожье. Ехали по разнотравью, вдыхали луговые запахи. А в разговорах между собой всё пытались понять, как смог старик их догнать.

–Это он где-то путь срезал, – предположил Иллар.

– Крепко же ему пришлось путь срезать, – засмеялся Добрин, – нет, он просто бегун быстрый!

– Смеёшься? – обиделся Иллар.

– Знамо, смеюсь. А помните, в сказках были сапоги-скороходы? Вдруг, они и в самом деле существуют?

– Вот те и раз! Сказки он вспомнил! Да и откуда же у старика такие сапоги? – рассмеялся Борин.

‒ А вдруг этот старик – колдун? – тоже улыбнулся Добрин.

– Колдун?! Ну, давай ещё леших вспомни, – поддержал друга Иллар.

Слав, слушая разговор друзей, усмехался. Старик, и правда, был необычный, но чтобы он был колдун или леший?! Надо же такое придумать. Тут он посмотрел на небо. Над ними вовсю сияло солнце, но вдалеке клубились темные тучи. Хм, успеют ли они доехать до леса, где можно укрыться от ливня? Не хотелось бы вымокнуть до нитки. Он даже зябко передернул плечами, представив себе это.

Пока Слав разглядывал дальние тучи, разговор незаметно для него перешёл на другое.

– Во разливается соловьем! Слышишь, что он говорит? – Борин ткнул Слава в бок.

– Нет! – отвлекся от мыслей Слав. – А что он говорит?

– Ты что, спал на ходу? Добрин говорит, что победил в скачках Князя-наследника!

Борин рассмеялся, весело, от души.

– Он его!.. Он его опередил на голову коня! – Иллар давился от смеха.

Не хотелось обижать Добрина, но и Слав не мог удержаться от смеха. Все в Росе знали, какой замечательный наездник Князь-наследник. С ним мог потягаться только Илья Воеводич – сотник княжеской конницы, старший сын Большого воеводы, а также друг и наперсник Князя-наследника. Кроме того, невозможно было представить, где могли пересечься пути наследника Влада и бродяги Добрина. Слав, смеясь, взглянул на приятелей: «Хм! Пожалуй, Добрина не так-то легко выбить из седла». Тот хохотал вместе со всеми:

– Хорошо, хорошо! Я признаюсь!

– Ага, признайся: ты посмотрел Князю-наследнику вслед, когда он мимо тебя проезжал! – заливался Иллар.

– Да нет же! Просто я обогнал его не на голову коня, а только на полголовы. Но это же почти одно и то же!

– Да неужели! Ай-яй-яй!

И тут с неба полилось.

– Ох! Что это! Чур меня! – Смех прекратился, а возгласы стали испуганными или негодующими.

Небо над ними было затянуто сплошными черными тучами. Что-то быстро они добрались – подумал про себя Слав, плотнее запахивая зипун. Крупные капли густо падали на лица, плечи, руки. И дождь быстро превратился в ливень. Лица у всех поскучнели, ехали молча. И тут Добрин выехал вперёд, обернулся и, стараясь перекрыть шум дождя, крикнул:

– Ну, кто наперегонки? Кто первый доскачет до леса?!

– Не дури! – так же громко крикнул Слав.

А Иллар выразительно покрутил пальцем у виска!

– Ага, испугались! – торжествующе захохотал Добрин – Ну, давайте! Я считаю: раз, два, три! – И он резко рванулся вперёд.

Неожиданно для себя Слав тоже пришпорил коня и тут, как будто, наткнулся на стену дождя и ветра. Чтобы преодолеть её, парню пришлось наклониться и крепко обхватить руками шею коня. Другие скакали точно также, при этом время от времени выкрикивая что-нибудь разудалое:

‒ Ээй, Иллар, держись, не удавай! – надрывался Борин.

‒ Хо-хо, скачи шибче, отстанешь! – вторил ему Иллар.

Слав, слушая их выкрики, удивлялся, как они могут что-то кричать. Сам он как только открывал рот, начинал задыхаться от встречного ветра и дождя. А ему тоже так хотелось выкрикнуть что-либо лихое и бессмысленное, вроде «Э-ге-гей! Вперёд скорей!»

Первым до леса доскакал Добрин. Он победно вскинул руки и скрылся за деревьями. Друзья один за другим подъехали к нему, остановившему коня около высокого дуба.

– Ну, что? – Добрин улыбался, – Здорово?

– Здорово! – в два голоса ответили Иллар и Борин.

– Коней бы пожалели! – начал ворчливо Слав и замолчал, потому что на самом деле эта гонка под дождём ему тоже понравилась.

Затерянный город

Друзья уже довольно долго ехали по лесу. Слав и Иллар время от времени вопросительно поглядывали на Борина, так как Борин был их проводником. Именно Борин разузнал об этом древнем городе и заразил их своим страстным желанием побывать в нём. Борин же ехал молча, глубоко задумавшись. Дело в том, что он не знал, куда им направляться дальше. Он сердился на себя, втянул друзей в эту поездку и вот, что из этого вышло. Эх, а ведь всё начиналось так здорово. Он вспомнил, как вместе с отцом пошёл в библиотеку Тая Кона. Намечалась прокладка новых дорог в уделе, и отец искал, всё, связанное с дорогами в Холмограде, а также запросил древние свитки о дорогах и их строительстве. Он завалил свой стол этими свитками, кодексами, стопками бересты и изучал их, не замечая ничего вокруг, совершенно забыв о сыне. Борин, предоставленный сам себе, начал бродить по библиотеке, разглядывая полки и разложенные на них фолианты, свитки, просто листы пергамента, стопки бересты. Вот одна такая стопка, какая-то неряшливая, почти развалившаяся и привлекла внимание парня. Борин просто терпеть не мог неряшливости, поэтому он решил привести стопку в порядок. Остановить его было некому: отец углубился в работу, а библиотекарь, всецело доверяя Кулебу, занялся своими делами в другой комнате. Борин взял бересту, положил её на стол и начал аккуратно складывать листы по порядку. Взгляд его выделил в тексте написанное крупными буквами слово «Лантид». Чем-то оно его привлекло. В нём было что-то знакомое. Но что?

– Батюшка, а что такое Лантид? – неожиданно для себя спросил Борин, нарушив неписаный закон – никогда не отрывать отца от работы.

Кулеб поднял голову, устало потёр глаза и ответил:

– Это древний город, говорят, почти разрушенный.

– Что за город? – обрадовался ответу сын.

– Потом, потом, – махнул рукой отец и снова углубился в чтение.

Борин вздохнул и попытался прочитать текст. Читать было трудно: некоторые буквы на бересте уже стёрлись, многих старых слов Борин просто не понимал. Тем не менее, он упорно продолжал разбирать текст. Упорства Борину было не занимать. Он так увлёкся чтением, что не сразу услышал, что его зовёт отец. Очнулся уже от сердитого окрика:

–Борин, Борин, ты заснул что ли?! Пора идти.

Парень помнил, как он тогда испугался. Быстренько сложил все листы бересты, метнулся к полке и положил книгу на место. Библиотекарь зашёл на миг позднее и, к счастью, ничего не заметил. Весь день Борин думал о том, что ему удалось прочитать. Удалось, к сожалению, совсем немного, но и этого хватило, чтобы взбудоражить все чувства отрока. Надо же, оказывается не где-нибудь, за тридевять земель, а в их отечестве существует древний город, город чудес, основанный каким-то древним народом. Как хотелось Борину расспросить обо всём отца, но батюшка был так занят, что все вопросы сына пропускал мимо ушей. А потом и вовсе рассердился и велел ему не мешать, а лучше посмотреть дворовый колодец, де матушка жаловалась, что там верёвка совсем перетерлась. Что ж, он тогда поменял верёвку, она действительно перетёрлась. Но, занимаясь этим нехитрым делом, Борин всё равно неотступно думал о таинственном городе. Нежданно ему повезло. Здорово повезло.

Вечером к отцу зашёл поместный волхв Абакум. Семья как раз собралась за вечерней трапезой, и отец пригласил гостя к столу. Абакум за стол уселся и за трапезой, как то и положено, молчал. И только когда матушка и дети стали подниматься из-за стола, сказал:

– Почтенный Кулеб, довелось мне недавно с помощником посетить Лантид.

Услышав это, Борин настолько оторопел, что, забыв все приличия, воскликнул:

– Что за нужда погнала Вас туда, Мудрец Абакум?

Отец гневно нахмурился, но волхв только усмехнулся и ответил:

– Что за нужда погнала нас туда, не скажу, это наше, чародейское дело. А вот для твоего отца, парнище, я кое-что невзначай там нашёл. Вот, почтенный Кулеб, – и он протянул отцу книгу из какого-то странного материала, – здесь есть изображения древних дорог и водоводов. Батюшка осторожно взял книгу, сердечно поблагодарил кудесника и с почтением проводил его до порога. Абакум уже стоял в открытой двери, когда Борин вновь неожиданно для себя воскликнул:

– О, мудрец, поведай мне о таинственном городе! Поведай, о мудрец!

– Простите невежество моего сына, мудрый Абакум, – лицо Кулеба пылало от стыда.

–Да ему ещё многому предстоит научиться, – укоризненно ответил волхв, – но, тем не менее, я поговорю с ним. Идём! – он махнул рукой Борину и, уже обернувшись к отцу, поклонился, – Прощайте, почтенный Кулеб.

Во дворе волхв посмотрел на Борина и сказал:

– Давай-ка с тобой присядем, – и направился к скамье напротив колодца. Уселся и посмотрел на Борина долгим, изучающим взглядом. У того запершило в горле, не очень-то приятно, когда маг так смотрит на тебя. Он осторожно присел на краешек скамьи, подальше от волхва.

– Ну, что ж, слушай, – начал волхв, – Лантид – это не город даже, а так – осколок, малый остаток былого величия. Давно, очень давно была такая страна Атлантида. Мощная, богатая. Да что там говорить – великая страна. Какие там были дома, дороги, корабли. Эх, разве об этом расскажешь! Суть в том, что она погибла.

– Что? – не поверил Борин, слушавший мага как зачарованный, – Как погибла?

– Как погибла? Страшно! Страна располагалась на большом острове. Так вот этот остров в одночасье развалился на множество кусков и ушёл под воду.

– И что, все погибли?

– Почти все. Люди пытались спастись на морских кораблях, на лодках, даже на брёвнах. Кое-кому это удалось. Больно говорить, но как я уже сказал, большая часть населения погибла. Мудрецы древности предвидели катастрофу и готовились к ней. Они создали летучий корабль, на котором собирались улететь со становящейся опасной земли. Построен это корабль был так, что приземлившись в другом месте, он мог служить людям также и жилищем. И люди смогли бы жить и осваиваться на новом месте. Хотели спасти многих. Но они ошиблись со сроком катастрофы. Когда земля стала разламываться у людей под ногами, в летучем корабле оказались только те, кто его обслуживал, следил за ним, то есть команда корабля, да и то не вся, человек, наверное, пять. Остальные были в разных концах Атлантиды. Что ж, команда корабля ждала своих ездоков до последней возможности. За это время успели добраться до корабля два мага. Потом земля под кораблем стала опускаться вниз, пришлось срочно взлетать. Корабль уже летел, когда в него переместился по воздуху Верховный маг. Ему одному было подвластно такое великое мастерство. Всё, больше никого не удалось спасти. Более того, при взлете, корабль был повреждён огнём, вырывающимся из разламывающейся земли, и гигантской волной, вызванной этими разломами. До суши они кое-как долететь смогли, но о дальнейших полётах пришлось забыть. А ведь задумывалось, что этот корабль сможет позднее облететь все земли, на которых поселились спасшиеся атланты и собрать их всех воедино. Так вот, то, что находится сейчас в Лантиде – остатки летучего корабля атлантов. Жили атланты в этом городе-корабле несколько сотен лет. Люди постепенно умерли. Затем погибли маги, непонятно от чего, но это так. А Верховный маг куда-то исчез. Тоже загадка. А то, что осталось от последних атлантов со временем пришло в запустение. Так проходит мирская слава. Ну, вот и хватит с тебя, – волхв поднялся.

– Благодарю вас, мудрый Абакум, – поклонился, потрясенный рассказом Борин.

– Ты, парнище, хорошо сделаешь, если научишься сдерживать себя, – ворчливо ответил Абакум, и уже мягче добавил, – Не гневи отца, Борин.

Проводив волхва, Борин спешно направился к отцу. Его переполняли чувства, хотелось обсудить с батюшкой то, что он услышал от Абакума. Однако вспомнив наставление волхва, Борин замедлил свои шаги и в мастерскую отца вошел уже спокойно.

– Батюшка, – поклонился он, – простите мне невежество моё.

Отец, мастеривший что-то у верстака, грустно посмотрел на сына:

– Садись сын. Невежеству твоему нет оправдания. Я понимаю твой интерес к Лантиду… Сам я в отрочестве, услышав от деда, что он как-то в свих скитаниях наткнулся на мёртвый город, загорелся не меньше твоего. Так что, я тебя понимаю. Да, понимаю, но не оправдываю, нет. Учись сдерживать себя. Ну, и всё об этом, – и улыбнулся.

Борин обрадовался улыбке отца и уже смело спросил:

– Батюшка, неужели, правда, что прадед мой бывал в Лантиде?

– Правда. Зачем бы мне тебе лгать? Я даже интересовался у него, как добраться до мёртвого города. И дед нацарапал мне на бересте карту. Я ведь думал как-нибудь туда сходить.

– Сходил?

– Как я мог туда сходить? В те годы я был мал для таких походов. А потом, пришлось много работать и всё потихоньку забылось.

– Батюшка, а ты покажешь мне эту карту?

– Где она сейчас, та карта? Я ведь говорю, всё забылось.

– А если поискать, батюшка? – робко спросил Борин, понимая, что нет у отца ни времени, ни желания искать какой-то клочок бересты.

– Ну что ж, может и поищу, – неожиданно, хотя очень туманно, согласился отец.

Ничего не нашёл тогда батюшка. Но Борин, определив по его отрывочным воспоминаниям о карте деда примерное местонахождение Лантида, самонадеянно решил, что он обязательно найдёт дорогу до него. Непременно что-нибудь да подскажет ему путь.

И вот, теперь он не знал, куда им ехать. Что ж, Борин решительно остановил коня и громко сказал:

– Казните меня, друзья, виноват я, не знаю дальше пути!

Придержавшие коней Слав и Иллар молчали, понурив головы. А вот Добрин несколько раз быстро объехав вокруг понурившихся друзей, привстал на стременах и расхохотался.

– Ты чего веселишься-то? – рассердился Иллар.

– Да, что уж тут смешного? – поддержал его, вконец пригорюнившийся, Борин.

А Добрин, ухмыляясь во весь рот, спросил:

– Вам ведь в Лантид надо, так?

Все трое огорошено уставились него. Наконец, Слав промолвил:

– Положим, что так. И что?

Добрин опять громко расхохотался:

– А то, что я знаю туда дорогу! Ха! – он, довольный, широко развёл в сторону свои руки.

Тут уж, рассердился Слав, сильно рассердился, как-то подозрительно всё выглядело: откуда мог знать случайный попутчик цель их путешествия. Они же об этом ни словом не обмолвились. И он, не скрывая раздражения, сказал:

– Расскажи-ка нам, ровник, что ты за птица. Как ты узнал о том, куда мы путь держим? И зачем пошёл вместе с нами?! – и положил руку на рукоять меча. То же движение сделали Иллар с Борином. Они поставили своих коней так, что Добрин оказался в кольце друзей. Тот перестал смеяться:

– Хорошо, я всё расскажу. Только, может, спешимся?

Слав кивнул. Все слезли с коней и, привязав их, уселись на травку. Друзья – кто настороженно, кто требовательно – смотрели на Добрина. А тот нисколько не напуганный и не смущённый, улыбался.

– Мы ждём! – угрюмо сказал Борин.

– Я думаю, – откликнулся Добрин, – как лучше вам всё объяснить. Это долгая история. С чего же начать?

– Начни с того, кто ты такой? – по-прежнему угрюмо сказал Борин. – Только, правду.

– Ладно, правду, так правду. Слушайте! Накануне в разговоре вы не поверили мне, что я обогнал в скачках князя-наследника. Мне ли, бродяге, знаться с наследником престола? Так вот, – он усмехнулся, – я действительно знаю князя-наследника Влада.

– Ха-ха! – не удержался Борин.

– Да, знаю, так как я сын Большого воеводы Святогора и младший брат Ильи-воеводича, друга князя-наследника. Эй-эй! Вы что? – он молниеносно вскочил и тотчас отпрыгнул назад, спасаясь от друзей, которые дружно вытащили мечи и наставили их с сторону Добрина.

– Не дурите, я раскидаю вас как кутят.

– Да, – зло откликнулся Слав, – мы не такие хорошие воины, как ты, но не жди лёгкой победы! Мы будем биться до последнего. Авось кто-нибудь тебя и зацепит.

– В вашем мужестве я не сомневаюсь. Только зачем нам биться-то? Из-за чего?

– Ты всё время врёшь: то ты – бродяга, то ты – воеводич. Говори, что ты против нас задумал, и кто тебя подослал?

– Что я против вас задумал?! Вы с дуба рухнули? Да я же вас спас! – Добрин тоже разозлился и уже кричал.

При этих словах, мечи опустились. Друзья вспомнили, как быстро и ловко Добрин прогнал разбойников. Без него им пришлось бы туго.

– Ладно, – сказал Слав, – рассказывай, только правду, а не сказки о том, что ты воеводич.

Все опять опустились на землю.

– Вот что, – очень задумчиво сказал Добрин, – давайте я расскажу вам свою историю от начала и до конца. А потом уж вы решайте, верить мне или нет. А пока я буду рассказывать, не надо наставлять на меня мечи. Хорошо?

Все промолчали, исподлобья глядя на Добрина.

– Можете не верить, дело ваше, но я действительно сын Большого воеводы. Можете опять же мне не верить, но не очень мне нравиться быть его сыном. А что хорошего-то? Делать надо только то, что положено и только так, как положено и, опять же, когда положено. Да. Что ж, брату Илье это нетрудно. Он делал, да и сейчас делает все это в охотку. А я может и делал бы то, что положено, но делал по своему и в другое время, а не тогда, когда мне велят. Воли мне не хватало, бесился я от этого. С братом Ильёй ежедневно спорил чуть не до хрипоты, батюшке дерзил. А иногда, когда совсем уж невмоготу было, ввязывался в городские потасовки. Один раз, когда очень большая драка была, разгонять её принялась малая дружина. Ну а я сгоряча с одним дружинником и подрался. Руку ему, бедняге, сломал. Малый воевода пожаловался на меня батюшке. Как батюшка гневался. Вот тогда-то он, поразмыслив и посоветовавшись с удельным волхвом Исидором, отпустил меня на три года на волю. Сказал, мол, походи по стране, посмотри её города, веси, торжища. Посоревнуйся в борьбе, скачках, метании ножа, сече на мечах. Пойдёшь пешком, возьмёшь с собой свой меч и нож, более ничего. В дорогу мне дали немного еды, а про деньги батюшка сказал: «Добывай их сам, как можешь. Ты теперь вольная птица. Хотел вольной жизни, что ж, лети!» Уж как матушка плакала, уговаривала его, нет, не разрешил дать денег. Правда, она кое-что сунула тайком мне в карман, – тут Добрин улыбнулся, помолчал немного и продолжил. – Вот, уже год, как я путешествую. Как видите, коня себе добыл, – и опять затих. Друзья тоже молчали, не зная верить или не верить рассказу Добрина.