Уездный город Листвянск, декабрь 1893 года. Домну Веригину будят в третьем часу ночи: купец Прохоров найден под лестницей, «упал пьяный». Домна — присяжная чуткая при полиции. Коснётся голой рукой — и знает, убивал человек или нет. Больше ничего: ни кто, ни когда. Старая кровь на руке не отличается от свежей. Её лист подшивают к делу — и не читают: суд чуткой не верит.

Кухарка чиста. Работник, старый солдат, — кровь, но турецкая. А управляющий покойного, жених его дочери, руки не даёт. Он не обязан: свободный человек вправе.

Новый следователь из губернии ищет улики, которые можно положить на стол. Домна знает правду — и не может её доказать. А тот, кто стоит за управляющим, пишет кляузы круглым почерком и знает, какие замки ставил её отец.

Рука знает. Попробуй докажи.