Читать книгу: «Из рода Мартинес 1», страница 2
И возможно там, откуда родом Кайл остался некто, мечтающий о его возвращении. Ожидающий его больше остальных.
Некто, кто знает его упрямые губы на вкус, прикосновения крепких рук и считает это обыденным. Само собой разумеющимся.
Однажды я погибну, но совсем иным способом. Не тем, что предрекала сестра. Погибну, пожелав невозможного —почувствовать то, что не дозволено ни одной из нас.
И этот шанс предоставила мне судьба. Я могу им воспользоваться и сгореть, а могу отвернуться и сожалеть об этом до конца своих дней.
С облегчением сдернув с головы смертельно надоевший платок, я подхватила бидон, наполненный водой и распахнув двери, шагнула через порог. Чтобы тут же застыть соляным столбом.
Прижав ладонь к губам я молча наблюдала как сын Седрика выпрямившись во весь рост и едва касаясь затылком потолочной балки, слепо шарит руками по стене, пытаясь определить куда ему двигаться. Широкие плечи развернулись, спина расправилась и в целом поселенец являл собой весьма устрашающее зрелище. Словно великан случайно попавший в жилище гнома.
С трудом подавив охватившую меня панику, я хрипло прокаркала:
– Вижу одежда немного тебе мала…
На что Нейт виновато пожал плечами:
– Немного, но в остальном терпимо. Чувствую себя неуклюжим придурком. Ноги трясутся так, словно я впервые принял вертикальное положение. Но думаю дело идёт на поправку.
Всё ещё в шоке от увиденного, я согласно выдохнула – Э-э…Скорее всего ты прав.
И прижавшись спиной к двери вдруг представила как мощные руки сына Седрика сдавливают мою хрупкую шею и шутя переламывают ее, словно сухую ветку. Не имея ни малейшего понятия о моих страхах, Кайл дружелюбно улыбнулся и пошатнувшись, опустился обратно на тахту— Надеюсь зрение тоже скоро восстановится и тогда мы уйдем.
Сглотнув, вставший поперек горла ком, я проблеяла – Уйдем…
– Конечно, мы ведь уже говорили об этом, Нерф. А как иначе? Я не оставлю тебя здесь совсем одну. До Тенмаха достаточно далеко, но в поселении хватает хороших, крепких семей, чьи корни уходят…Черт знает в какие глубины они уходят. У тебя будет выбор что надо. Это точно.
Губы Нейта изогнулись уголками вниз, и не желая развивать затронутую им самим тему, парень примолк.
Я же растерянно похлопала ресницами, но так ничего и не поняв, что он пытался сказать, успокоилась. Учитывая моё положение я никогда не смогу попасть в таинственный Тенмах, ни куда бы то ни было ещё, а значит выбор у меня весьма ограничен. Потому просто наполнила стакан свежей водой и приблизившись, сунула его парню в руки.
Неуловимым движением он вдруг обхватил моё запястье крепкими пальцами и склонившись, коснулся губами его тыльной стороны – Я в долгу перед тобой, Нерф. Не забывай об этом никогда.
Я же пытаясь унять дрожь, нервно выдохнула— Бросить умирающего жестокий поступок. Этому нет прощения.
– Ты странная. Очень. И это необычно. Авлер отнял надежду у многих. Почти всё стало недоступным и недозволенным.
– Я не совсем понимаю. Прости.
– Чувства больше не правят миром. Всё изменилось. Но тебя это не коснется. Ты получишь достойного человека, того кого выберешь сама.
Если бы мне не было так грустно, то я бы расхохоталась. Выбор. Это точно. Дочери Мартинес свободны во всем, что касается выбора. Будь покорной или умри. У меня никогда не будет ни достойного, ни любого другого.. Даже последний мерзавец не согласится на подобную сделку. Но откуда Кайлу об этом знать.
И словно желая причинить себе дополнительную порцию боли, выдавила – А твоя женщина, какая она?
На мгновение Нейт замер, затем непонимающе приподнял бровь и растерянно произнес – Женщина? Но ведь я солдат. Мне запрещено даже думать о подобном. Разве ты не знаешь?
Вот дьявол! Мой проклятый язык снова подвёл меня.
– Э-э, понимаешь…У нас все несколько иначе.
– Иначе? Странно. Мне казалось закон един для всех поселений. У таких как я нет семьи.
С сомнением оглядев парня с ног до головы, я мысленно возмутилась, что за дурацкие правила у сынов? Просто нелепость.
Нейт же между тем продолжил – Для совместного существования требуется не только состояние, но и титул. Разрешение главы поселения. Ничего из этого у меня нет. Женщина —непозволительная роскошь. Вас осталось так мало. На семь сотен мужчин в поселении приходится не больше сотни женщин. Поверь, вам есть из кого выбирать. Девушки – ценность, особенно после того как Авлер забрал большую часть. Это трагедия. Если учесть, что мы до сих пор не теряем надежды на продолжение рода, ещё и великая потеря. Дети не рождаются, женщины стареют. Если так пойдет дальше, то скоро никого не останется. А когда мы вернёмся в Тенмах, все будут рады даже одной тебе.
Угу, а затем женщины твоего поселения забьют меня камнями, а мужчины сожгут на костре.
– На тебе оранжевая туника, верно?
Со страхом взглянув в молочные радужки Нейта, я уныло протянула – Да, это так.
Глава 4
Знать не хочу, как обстоят дела с недозволенным в поселениях, но в одном Кайл ошибается, недозволенное и запретное можно получить. И единственный путь к этому называется просто – воровство.
Украсть и спрятаться настолько далеко, чтобы никто и никогда не смог отнять украденное однажды. Но мне стоит поторопиться. Набраться храбрости и осуществить задуманное.
Второго шанса не будет. Никогда.
Расплетая толстые косы, я позволила копне волос свободно рассыпаться по спине и взглянув в собственное отражение в зеркальном осколке, безжалостно показавшим черные радужки глаз, шепнула— Сейчас или никогда. Будь храброй, Фрэнсис. Никто не узнает кто ты такая. Даже сам Нейт.
Обернувшись на ничего не подозревающего парня, который в сумерках уходящего дня жадно всматривался в яркие отблески пылающего камина, я судорожно выдохнула и решительно шагнула навстречу.
Не знаю чем бы закончилось история оттолкни он меня прочь.
Смогла бы я простить себя за столь необдуманное решение, но этого не произошло. И лишь только мои губы приблизились и несмело коснулись изогнутого лука губ сына Седрика, как он молниеносно развернулся и резко обхватив бедра ладонями, подмял под себя мое податливое тело. Испуганно пискнув, я сжалась в тугой комок и решив что пришло моё время, приготовилась умереть. Но парень и не думал причинять боль. Я осознала это сразу, как только губы его раскрылись и поглотили мой рот.
Издав тихий стон Кайл ещё крепче вдавил меня в своё тело
Пальцы его погрузившись в копну белоснежных волос, очень нежно обхватили мой затылок. И лишь тогда я расслабилась и наконец смогла дотронуться до столь желанного места на его щеке, где время от времени появлялась такая притягательная ямочка.
Дальше осознание происходящего то появлялось, то напрочь ускользало от моего внимания. В какое-то время вынырнув на поверхность я поняла, что вся одежда испарилась словно по волшебству, и абсолютно нагая я бесстыдно вжимаюсь в столь щедрого на ласки Нейта.
Собственные стоны перемешанные с хриплым дыханием сына Седрика, сливались воедино.
Лишь его шепот, щекочущий мочку уха – Скажи мне, если я должен остановиться, Нерф. Скажи, и я немедленно это сделаю. Пока ещё не слишком поздно.
Отрицательно помотав головой, я как можно сильнее прижалась к подрагивающему телу и он застонав, тут же подался мне навстречу, одним ударом снеся все преграды.
Вскрикнув от боли, я на мгновение замерла и тут же услышала его недоверчивое – О, боги! Ты чистая. Тебе не следовало позволять мне…Прости, я не думал, что ты невинна. Как такое может быть?
Поспешно прервав виноватое бормотание Кайла, я шепнула – Сейчас я могу позволить себе всё что угодно. Я могу это сделать.
Едва только рассветные лучи показались на горизонте, как я переступила границу города Упадка. Оставляя за спиной и дом в котором я прожила всю свою недолгую жизнь и Кайла Нейта память о котором останется со мной навсегда.
Неизбежность. Вот что это такое. Невозможность что-либо изменить. Жизнь нелепа и опрометчивые поступки постоянные ее спутники.
Если бы кто-нибудь спросил, испытываю ли я муки совести или сожаления по поводу совершенного, я определенно сказала бы нет. Сожалений нет и не будет. Желание познать запретное, единственное, что толкнуло меня нарушить правило. Возможно, когда-то так поступила и сама Маргарет. Я не в коем случае не оправдываю подлый поступок своей предшественницы, но предательство и искушение абсолютно разные вещи.
Всё кончено. Надеюсь лишь на то, что боги будут достаточно милосердны и не позволят Нейту узнать, что с ним сотворила дочь Маргарет Мартинес.
Оставив сыну Седрика вдоволь и еды и питья, я искренне надеялась на то, что в течении пары дней зрение полностью восстановится. К тому времени я буду достаточно далеко.
Я получила то что хотела, но что отдала взамен? Лишь забвение. Так будет лучше и для Кайла и для меня.
Чем больше я отдаляюсь, тем громче звучит во мне голос города Упадка, он сливается со словами брошенными мне сыном Баргура, в порыве страсти— Твои волосы пахнут океаном, океаном и мятой.
И это очень важно. Хотя я никогда не видела океана.
В каком- то смысле мы похожи, я и Нейт. Оба лишены права на жизнь, ограничены окружением и предрассудками. Пусть по разным причинам, но это не отменяет идентичности. Я не стану биться в истерике утверждая, что буду любить и скучать по нечаянному гостю подарившемо толику так нужного тепла. Случайностей не бывает, а значит так было задумано.
Значит и накручивать себя не стоит, ибо изменить ничего невозможно…
Тридцать восемь дней и двенадцать часов спустя.
Больше месяца миновало с того времени, как я покинула Упадок.
Проклятье! Знать бы заранее, насколько этот мир огромен, я бы ушла куда как раньше.
Я представляла себе Упадок достаточно вместительным, но с некоторых пор мое представление о размерах весьма и весьма изменилось.
То, что казалось большим съежилось до размеров напёрстка перед лицом того, что удалось увидеть за эти дни. Нелегкие дни, дьявол меня раздери!
Мысли о том, чтобы разыскать сестру кажутся теперь смехотворными. Надежда найти Велму тает день ото дня
Хуже всего дело обстоит с едой и ночевками. Чтобы отыскать первое требуется немыслимая сноровка, а насчёт второго… с уединением возникает масса проблем. Повсюду шныряют либо старухи Варенды, либо потерявшие человеческий облик Турины.
И те и другие мне не по нраву. От них можно ожидать чего угодно. Типа фокуса с ножом в спину.
Варенды, хоть и кажутся спокойными, промышляют туманными предсказаниями и марадёрством. Им ничего не стоит прирезать зазевавшегося путника, а затем обчистить его до нитки.
Турины, те так вообще могут запросто сожрать. Дикие, они пугали меня тем, что время от времени выскакивали на дорогу и корча ужасающие рожи недвусмысленно щелкали остатками зубов. Бр-р
Всё они ютились на мелких, обходных дорогах. Которые предпочитала и я сама, стараясь обходить стороной крупные города и редкие поселения Баргуров.
Унылые пейзажи разрушенных городов сменялись великолепными видами природы, нетронутой уже многие годы рукой человека.
Порой я останавливаюсь и оседаю на одном месте и если никто не тревожит остаюсь там на несколько дней, но не более. Меня постоянно что то подстёгивает, гонит вперёд, а что я и сама не могу понять.
Едва заснув, тут же попадаю в тревожные сновидения. Иногда я вижу маму или сестру, но чаще всего Нейта, который склоняется и едва касаясь моих губ яростно шепчет – Ведьма. Сжечь ее на костре! Ведьма Мартинес!Тогда я умираю и вырываюсь из объятий сна с ног до головы покрытая липким потом.
Пару раз меня мучило желание повернуть обратно. Но я гнала эти мысли прочь и упорно двигалась вперёд, непроизвольно сворачивая ближе к западному побережью.
Иногда я размышляла о сыне Седрика. И это не приносило утешения. Если бы Нейт узнал, с кем пришлось иметь дело, то единственным его желанием было бы как можно скорее смыть позор с тела. Желательно моей кровью. Но я не в праве судить Кайла, да и не стану этого делать. Всё что у меня осталось, это кусок глупой железяки, наконечник копья извлечённого из груди сына Седрика. Память для ведьмы. Самое оно, по моему.
На секунду отвлекшись от мыслей, я огляделась. После четырехдневного привала мне пришлось, против собственной воли, сняться с места. Если не банда Туринов я бы с удовольствием задержалась в том леске. Уединенный, не слишком густой, а главное богатый кустами дикой ежевики и ключевой водой из ручья неподалеку от холма,ю где я и расположилась. Одиночество ничуть не угнетало, а порой я даже наслаждалась тишиной и покоем что дарили такие вот места.
Обменяв у одной из Варенд прихваченный из города Упадка прекрасно сохранившийся кусок ткани на мыло, с удовольствием сполоснулась в том же ручье. Жара основательно докучала и уже через полчаса я вновь обливалась потом и покрывалась придорожной пылью, слой за слоем. Проклятые Турины, слишком уж они надоедливы, так и норовят прихватить зубами.
Что касается старух Варенд, то их вовсе не смущало мое происхождение. Сами отшельницы, они жили в собственном мире, по своим законам. Одна даже попыталась предсказать мне судьбу, но усмехнувшись, я бросила ей в ответ – Не трудись, моя жизнь достаточно прозрачна и предсказуема, но если в ней и произойдут перемены, предпочитаю не знать о них заранее. Дочерям Мартинес не стоит обольщаться и уповать на чудо.
Сморщенное создание хмыкнуло и согласно кивнув, старуха прокаркала – И то верно, ведьма. Ты достаточно разумна, чтобы попытаться выжить. Мир твоему роду.
Вздохнув, я пробормотала – И твоему. Да будет всегда полной заплечная сума.
Мелко захихикав, старуха потрясла морщинистой шеей и махнув на прощание рукой, больше напоминавшей куриную лапку, добавила – Иногда и уродливое бывает прекрасным. Смотри вглубь, дочь Мартинес.
Не понимающе пожав плечами, я растерянно посмотрела вслед удаляющейся Варенде и буркнула – Склонность говорить загадками всегда была вашей сильной стороной. От этого ситуация не становится более понятной. Возможно, на то всё и рассчитано.
Как бы ни было, пора уносить ноги. Слишком здесь людно, не ровен час ещё и поселенцы заявятся. Те не станут долго думать, а быстро навалят груду хвороста.
И забросив сумку через плечо, я уже не оглядываясь, свернула вправо, на одну из сотен дорог, ведущих в неизвестность.
Глава 5
Солнце пекло нещадно, и уже с самого раннего утра я была вымотана так словно шла не останавливаясь всю предыдущую ночь.
В раздражении смахнув струйки пота, стекающие из под ненавистного платка, уныло осмотрелась.
По левой стороне дороги не было ничего примечательного что заставило бы обратить внимание, а вот справа, немного поодаль виднелся весьма симпатичный тенистый лесок.
Не испытывая и капли сомнений, я тут же свернула к манящему сумерками лесу. Вот уже пара дней как ни Варенды ни Турины навстречу не попадались, да и вообще никого ходящего на двух ногах за это время я не заметила.
Надеюсь, что мне повезет и я смогу наконец передохнуть и выспаться.
Несколько минут спустя, погрузившись в прохладную чащу и с облегчением выдохнув я вдруг заметила между стволами сосен едва видимый отблеск.
Взвизгнув от восторга и невольно прибавив шаг, устремилась туда откуда яственно доносился плеск воды.
Святая Маргарет! Этого просто не может быть! Озеро. Чудесное озеро, круглое словно чаша. Заросшее у берегов сочной осокой и камышами.
С благоговением зачерпнув полные пригоршни воды, я плеснула в лицо ледяной влагой и ахнув, быстро стянула с волос до чёртиков надоевший платок.
Смеясь и отплевываясь, окунулась с головой и откинув мокрые пряди волос с лица счастливо выдохнула. Просто рай на земле, не иначе.
Поколебавшись, водная гладь успокоилась и взглянув в её поверхность, как в зеркало, я тут-же остолбенела.
В воде, помимо меня самой отражался и ещё кое кто. Силуэт человека. И этот человек молча стоявший за спиной, весьма недвусмысленно направлял на меня арбалет. Как и в одном из моих тысячи кошмаров являвшихся по ночам
Стараясь не делать резких движений я медленно поднялась с колен и не оборачиваясь, едва слышно шепнула – Прошу вас, я не сделала ничего дурного…
В ответ раздался пренебрежительный смешок и довольно молодой голос издевательски протянул – Не сделала, но собиралась сделать? К тому же ты уже заговорила со мной, а это запрещено, ведьма.
Вот дьявол! Я и забыла что положено сохранять молчание, пока мне не позволят отвечать. Тревожно замерев при звуке раздавшихся шагов я сообразила, что стрелок не один. И их по меньшей мере трое.
– Девон, посмотри-ка кто к нам забрел. Ведьма Вейл. Не знаю уж какого беса ей здесь понадобилось, но выяснять не стану, а просто пристрелю ее на месте.
Непроизвольно съежившись в ожидании выстрела я услышала как второй поселенец, нехотя буркнул— Обернись, но не смей поднимать глаз!
Холодея от ужаса, я послушно развернулась и уставивилась на пару довольно потрёпанных, темно- коричневых, мокасин.
Покачавшись с пятки на носок обладатель столь непримечательной обуви неожиданно шагнул вперёд и ткнув мне в плечо арбалетом, сплюнул – Где твой платок, мерзкая девка? Немедленно спрячь это безобразие
Мертвый волос ведьмы приносит одни несчастья.
Стараясь не поднимать глаз, я пошарила взглядом вокруг себя и схватив измятый кусок ткани быстро накинула его на голову.
Но засранец всё не унимался – Кайл, вытрясти ее пожитки, кто знает что ведьминские отродье притащило в наши земли.
Содрогнувшись при звуке знакомого имени и на мгновение потеряв бдительность я стрельнув глазами в направлении черных ботинок. Довольно болезненный удар древком оружия последовавший за моим проступком заставил зажмуриться и стиснуть зубы.
– Прекрати! Твои ведьминские штучки здесь не пройдут. Так что угомонись и прекращай ломать комедию.
Покачнувшись и еле удержавшись на ногах я смолчала, но краем глаза продолжала следить за тем как мой рюкзак был безжалостно выпотрошен и отброшен в сторону.
Порывшись в ворохе тряпья обладатель черной обуви выудил нечто, что заставило его на долю секунды замереть, а затем быстро сунуть предмет обратно в общую кучу.
Проклятье, чертова железяка! Не сумевшая однажды убить сына Баргура, сегодня одарит смертью дочь Мартинес.
– Эй, ну что там у неё?
Ответ тут же выбил меня из колеи – Да ничего, только старые тряпки.
Первый стрелок мгновенно потеряв интерес к сумке, вновь проворчал – Какого чёрта ты здесь вынюхивала? Можешь отвечать.
Пытаясь собрать разбегающиеся мысли воедино, я выдохнула – Это случайность. Мне казалось что здешние места незаселены.Если бы я знала о поселении, то обошла бы озеро стороной. Я не лгу.
При звуке моего голоса, сын Седрика, что до этого проводил обыск неуверенно шагнул вперёд и снова замер.
Стрелок же не замечая реакции товарища, насмешливо произнес – Считай, что случайность сыграла с тобой злую шутку, ведьма.
Арбалет щёлкнул, стрела вошла в паз и я невольно опустив ресницы, мысленно пробормотала – Прими меня святая Маргарет в объятия свои и…
– Да прекрати, Андэр! Не думаю что это правильно.
Арбалетчик и я, оба вздрогнули.
– Нейт! Какого чёрта!
– Отведём ее в Тенмах. Карл сам решит, что с ней делать. Мы не в праве решать за него.
– Ну и зачем тащить ведьму в поселение? Куда как проще прикончить её прямо здесь.
– Ты точно уверен, что можешь отвечать за Линнера?
Стрелок чертыхнулся, но оружие опустил – Дьявол! Хватай свои бесовские пожитки и пошевеливайся! Надеюсь, ты обучена тому, как следует вести себя на людях? Хотя, судя по твоему поведению и не скажешь.
Стараясь смотреть в землю, я несмело приблизилась к разоренной сумке и затолкав обратно нехитрый скарб, выжидающе замерла.
Тот, кого называли Андэром, нетерпеливо махнул арбалетом в сторону незаметной тропинки уходящей вглубь перелеска – Топай туда, да поживее. И постарайся не выкинуть какого-нибудь фокуса, иначе -вж-жик!
Рассмеявшись собственной дурацкой шутке, сын Седрика двинулся следом. Черные мокасины отступили и исчезли из поля моего зрения. С облегчением выдохнув, я заторопилась по указанной тропе, абсолютно уверенная, что двигаюсь навстречу собственной смерти.
Первый камень угодил прямиком промеж лопаток. Затем ещё и ещё…
Поселенцы швыряют в меня камнями. Так предсказуемо. Я не вижу лиц, но слышу гневные выкрики и проклятия, что бьют гораздо больнее. И хотя конвойные окружили меня со всех сторон броски все равно достигают цели. Рассекают старые шрамы, заставляют вздрагивать и морщиться, как бы я не крепилась.
Не вижу Нейта, но слышу его окрик – Расходитесь по домам! Прекращайте вершить самосуд. Вы убьете её прежде чем мы достигнем дома Линнера. Ему не придется по вкусу самоуправство.
Люди продолжают изрыгать ругательства, но камни больше не летят в мою сторону. Черные мокасины вновь появляются перед глазами и я начинаю понимать смысл фразы пришедшей из старого мира – Возмездия не избежать его можно лишь отсрочить. Чем дальше пытаешься убежать, тем быстрее приближаешь время расплаты.
Арбалет Андэра упирается в спину и я послушно замираю на месте. Спустя несколько минут вижу необычную для нашего времени обувь- начищенные до зеркального блеска, лакированные ботинки. Никогда раньше таких не видела.
А голос тихий, но властный, произносит— Черные глаза и белые волосы. Я удивлен, что некоторые из проклятого рода Мартинес всё ещё живы. С кем ты пришла сюда, дочь Маргарет? Отвечай.
Разлепив непослушные губы, я прохрипела – Одна.
– Лжешь, как я и ожидал. Откуда ты?
– Город Упадка.
За спиной Нейт нервно сопит, но я стараюсь не обращать на него внимания.
– Твоё имя ведьма.
– Фрэнсис. Фрэнсис Вейл Мартинес.
Вновь раздраженное сопение, а Линнер продолжает спрашивать – Как же ты сумела одолеть столь неблизкий путь, будучи абсолютно одна? Это невозможно.
– Но это так и есть
– Лжешь.
Он даже голоса не повысил, но мне стало до одурения страшно даже от его тихого, какого-то по змеиному протяжного, шепота. А затем Карл поднял руку и так же обыденно влепил мне оглушающую затрещину. Покачнувшись от удара, я резко втянула в себя воздух и клацнув зубами, прошептала – Я пришла одна.
Снова удар.
– Со мной никого нет и не было
Удар.
И следом равнодушный голос Кайла— Мы обшарили все окрестности, но больше никого не обнаружили. Думаю ведьма не врёт.
– Дочери Мартинес всегда лгут. Такова их сущность.
Угу, точно. Что ты Нейт и испытал на собственной шкуре. Думаю на это тебе нечего возразить.
– Что ты искала в наших землях?
– Ничего. Я даже не знала, что они ваши.
– Надеюсь ты осознаешь, что твой путь окончен?
– Да. Осознаю.
– Это радует. И говорит о том, что дочь Мартинес не окончательная идиотка. Похвально, ведьма. Но я не в силах понять одного, зачем боги терпят настолько бесполезных существ, ваш род настолько омерзителен, что никому ещё не удалось найти нечто полезное в существовании потомков Маргарет. Что ты умеешь?
Обманывать сыновей Седрика Баргура, а затем убегать от них. Но тебе об этом знать не обязательно.
Молчание затягивалось. Что лишало меня и крошечного шанса на то, чтобы избежать смерти.
– Насколько мне известно, Вейл знают толк в знахарстве. У нас в поселении нет ни одного лекаря…
Дьявол тебя раздери, Нейт! Заткнись и позволь мне спокойно умереть. Твои подсказки без надобности.
Карл, немного поколебавшись, наконец выдал – Ну и? Умеешь ли ты пользоваться травами, ведьма?
– Каждая из дочерей владеет искусством врачевания
– Но кто даст гарантию что ты не перетравишь нас всех, как собак?
– На это имеется закон. И он касается всех знахарей, включая меня- Не навреди.
– Это так. Среди вас не бывало отравительниц. Но что касается иной стороны твоего умения…Твоя прародительница— шлюха дьявола, приводящая к погибели. Продажная девка, колдунья заманивающая на ложе мужчин, а затем истребляющая их.
После таких слов, оставалось лишь порадоваться, что я не имею возможности видеть глаза стоявшего за спиной Кайла.
Но тут, к моему изумлению вмешался Андэр. Он небрежно хмыкнул и протянул— Если она действительно знахарка, нам бы не помешали ее знания. Марта давно умерла, а замены мы так и не нашли. Посели ее в хибару, ту что на границе Тенмаха и возьми клятву чтобы не удрала.
– Марта была старухой, я ничем не рисковал!
– Ну да, а эта помоложе да порезвее. Запрети ведьме соваться в поселение, а местным захаживать в хибару без нужды. Так мы наконец получим врачевателя, а дочь Мартинес сохранит свою никчемную жизнь. И вообще, кто посмеет сунуться к ведьме рискуя собственной жизнью?
После слов стрелка установилось гнетущее молчание.
Затем Карл неохотно проворчал— Хорошо, но раз ты предложил, то тебе и нести ответственность. Следить за ведьмой и тем, чтобы порядок в Тенмахе не был нарушен. С этого дня дочь Маргарет на твоём попечении, Андэр Райт.
Досадливо чертыхнувшись, но не смея перечить мой новый охранник, проворчав нечто нелестное о собственном длинном языке, недовольно прикрикнул – Топай за мной, Мартинес. Да поторопись, у меня и без тебя куча дел.
Вот так я и оказалась запертой в трухлявом полуразвалившемся домишке на окраине Тенмаха. Связанная обещаниями и терзаемая предчувствием отмщения со стороны Кайла Нейта. А в том что оно свершится я нисколько не сомневалась.
Глава 6
С унынием осмотревшись по сторонам, отметив отсыревшие стены с торчащей отовсюду паклей, которой по-видимому пытались заткнуть огромные щели, разрушенный камин и стоящие дыбом половицы, я скептично пробормотала— Щедрость и гостеприимство сынов Баргура зашкаливает.
Андэр, который в это время ковырял рассыпающуюся под пальцами штукатурку, ехидно протянул – Могу устроить более комфортные условия. Где тепло и даже можно сказать, жарко.
Уловив иронию Райта я предпочла промолчать. Гореть мне вовсе не хотелось. Это несправедливо и жутко больно.
Покрутив в руках любимый арбалет парень неожиданно направил его на меня и изобразив выстрел, ухмыльнулся.
Придурок. Как вообще такому доверили оружие, удивительно что ему до сих пор удалось не пострелять всех без разбора.
Опасливо отступив я исподтишка бросила взгляд на физиономию того кто с этой минуты вынужден охранять поселение от жуткой ведьмы, то бишь от меня.
Вполне миловидный, но на мой взгляд несколько туповат. Высокий и гибкий, темноволосый, темноглазый. Совершенно не похож на Нейта.
Хм, а с чего им быть похожими? Сыны Баргура не братья и даже не родственники.
Небрежным пинком распахнув дверь, парень снова хохотнул и выдал— Надеюсь, ты не попытаешься смотаться сразу, как только я покину развалюху? Мне совсем не в радость гоняться за тобой по лесу.
Стараясь держаться подальше от не совсем адекватного парня я устало опустилась на гнилой тюфяк – Нет. Я дала клятву.
– Ну-ну, будем надеяться что слово ведьмы хоть чего нибудь да стоит.
Напоследок погрозив самострелом, сын Седрика вывалился наружу из дома, который лишь по счастливой случайности ещё не развалился и больше напоминал сито, чем надёжное жилище.
Окружённая тленом и запахом гнилых досок я решила что это самое отвратительное место, которое мне приходилось видеть
Но по-крайней мере, я все ещё жива. Хотя это лишь вопрос времени. Рано или поздно, один из поселенцев подкараулит меня и несчастный случай ведьме обеспечен.
Пожав плечами я поднялась с тюфяка и приблизившись к покосившейся раме окна, уставилась в сторону перелеска. Как так вышло что наши с Нейтом пути вновь пересеклись? Нелепо. Из всех возможных дорог я выбрала именно ту, что привела меня в Тенмах. То ли я особо невезучая, то ли боги потешаются над дочерью Мартинес.
Вдруг дверные петли взвизгнули и содрогнувшись от мощного пинка дверь снова распахнулась. Следом влетел ком белья, новый тюфяк и пара чем то жалобно звякнувших сундуков.
На всякий случай метнувшись в дальний угол комнаты, я замерла. Но никто так и не вошёл.
Осторожно приблизившись к двери мне удалось заметить прямую как жердь, напряжённую спину Нейта.
Дьявол, добром это не закончится, чем угодно, но только не добром.
Несмотря на мрачные прогнозы миновал июль, а я до сих пор ещё была жива.
Тоскливые, наполненные скукой две недели. Первые дни я была занята обустройством нового жилища. Выволокла во двор старый сгнивший тюфяк, поплотнее заткнула паклей особенно устрашающие дыры. С камином, конечно, ничего нельзя поделать, но слава богам до зимы ещё далеко. И если к тому времени Нейт не найдет способ умертвить меня, я что-нибудь придумаю.
Несмотря на хлопоты, первые три дня дались особенно тяжело. Игнорируя запрет Линнера, по ночам к дому приходили жители Тенмаха. Швыряли булыжники, сыпали проклятия. Но заметив что я не реагирую на подначки, не бьюсь в истерике и не пытаюсь сбежать, постепенно затихли и оставили меня в покое.
Но оставалось кое что ещё, тревожащее ничуть не меньше громыхающих посреди ночи камней. Голод.
Кормить ведьму явно никто не собирался. Страшась отходить далеко от хижины, я собирала травы и ежевику поблизости. Но на таком скудном питании долго не протянуть. Мне категорически не хватало пищи
Бывали дни когда в рот и маковой росинки не попадало. Одежда висела мешком. Зато проверять меня приходили исправно.
Андэр с его вечной ухмылкой и поигрыванием арбалета оповещал свой приход оглушительным свистом, чем ужасно раздражал.и без того натянутые до предела нервы.
Полагалось тут же выйти на крыльцо и тупо уставившись в землю, не менее пяти минут стоять соляным столбом.
Вот и сейчас услышав знакомый отвратный свист.я вышла из домика, но помимо одиноких растоптанных мокасин Андэра.увидела ещё одну пару совершенно незнакомых мне башмаков.
Человек держал на привязи козу. Коза была пятнистой и довольно упитанной.
– Я настолько стар, что самого меня ничего давно не беспокоит. А вот Игорка чахнет. Хлещет из нее, словно из ведра. Не стыд тебе подлечить животинку?
Не сумев сдержаться, я улыбнулась и с готовностью кивнула.
– Ты можешь говорить со мной, дочь Маргарет. Негоже человеку, словно скотине гривой трясти коли голос имеется.
– Ей запрещено говорить!
– Цыц, Андэр! Иногда помолчать на пользу лишь тебе самому.
Подавив ухмылку, я поспешно вернулась в дом и прихватив нужную настойку, вернувшись протянула склянку хозяину козы – Дайте ей это. Скорее всего коза наелась хвощевика, он вкусный, но вызывает несварение. Молоко Игорки горчит?
Старик удивлённо крякнул – Верно, будто полынь.
– Значит это точно хвощевик. Напоите настойкой и все закончится.
Сунув запазуху лекарство, мужчина неожиданно вложил мне в руки свёрток и буркнул – За здравие, дочь Мартинес. Добро должно быть оплачено.
И не давая мне опомниться, оба быстро удалились.
Взобравшись по ступеням крыльца я с любопытством развернула упаковку. И обомлела. В ноздри мне тут же ударили восхитительные ароматы исходящие от довольно увесистого куска ветчины и горбушки черного хлеба.
