Читать книгу: «Говорят: под Новый год…»
«Говорят: под Новый год…»
– Оленька, скоро ужин, а у нас хлеб закончился! Может, сходишь в магазин? – из кухни донесся голос мамы.
Оля с сожалением отложила на комод стеклянный игрушечный домик и оглядела красавицу елку, которую ей выделил Рустам за хорошую работу. Красавица, ничего не скажешь! А если ее украсить разноцветными гирляндами, то елка заиграет совсем по-другому. А зал превратится из обыкновенной комнаты в сказочный замок.
Немного пожалев, что ее отвлекают от столь приятного занятия, Оля поспешно ответила:
– Хорошо, мам, сейчас схожу! Ты только меня не теряй, я еще пройдусь по магазинам, раз выбралась на улицу! – накинув пальто и повязав пуховый платок, она прихватила коричневую сумку с деньгами.
Хлебный магазин находился не очень далеко от дома, на первом этаже громадного супер- «пупер» магазина. Сейчас стало модно открывать в одном здании и продуктовые магазины, и промышленные. Это, своего рода, маркетинговая уловка, когда, придя за хлебом, покупатель вспоминает, что у него нечего одеть к празднику.
Ииии… О, чудо! Словно, угадав мысли пришедшего, его уже дожидается, бегающий между этажами, эскалатор.
И тогда, наш посетитель, который «только зашел за хлебушком», уже не покинет этот «маркет» без «какой- никакой» одежонки или презента к празднику. Правда, его кошелек, который не был рассчитан на эту, внеплановую покупку, значительно похудеет, но Новый год творит с людьми чудеса. Каждый добропорядочный гражданин готов выложить на прилавок магазина почти все средства, чтобы достойно встретить праздник, а, заодно, и гостей.
Оля подумала, что и у нее, наконец-то, появилась возможность, да и средства, чтобы приобрести подарки под елочку, а себе прикупить нарядное платье.
В этом году она, после семилетнего затворничества, собиралась отмечать праздник на квартире у однокурсницы. Родители у Иринки уехали на несколько дней в деревню, к родственникам, оставив дочери, в полное распоряжение, трехкомнатную квартиру. Иринка намекнула, что, помимо их –троих девушек, она пригласила на праздник ребят – старшекурсников.
– Оль, да ты их знаешь! – тараторила она по телефону. – Один из них Сашка, тот что на филфаке. Ну, такой высокий и худой, в круглых очках, как у профессора. Да, кстати, он и есть профессорский сынок. А с ним придут еще двое его друзей.
– Тоже очкарики? – засмеялась Оля.
– Нет, ну, что ты! Эти ребята с спортивного факультета. Они, по- сравнению с Сашкой, качки. Да и по возрасту они его старше. Так что у нас на каждую даму придется свой кавалер! – весело завершила свою тираду Иринка. – Я думаю, что всем будет весело.
– Наряжаемся в красивые платья, пудрим носики, и вперед, покорять вершины!
Хотя Олю, и не интересовали парни, но ведь живем-то один раз. А последние семь лет ее жизнь просачивается сквозь ее пальцы, как прибрежный песок. Ей в следующем году исполнится целых двадцать пять. Все ее одногодки, с которыми она заканчивала школу, уже давно повыскакивали замуж, и даже не по одному разу. А вот ей в этом плане не повезло. Или, вернее, повезло, но только это было очень давно. В той, другой жизни. В далеком детстве… Тогда с ней был рядом Андрей.
Как-то так сложилось, что две молодые семьи, Ильиных и Макаровых, одновременно, купили квартиры в новой пятиэтажке: на первом этаже и на пятом. А еще интереснее, что все четверо, когда-то учились в одном институте, правда на разных курсах. Дружба, которая не сложилась между ними, в студенческие годы, сейчас переросла в тесную семейную связь. Что и говорить, все праздники, выезды на природу и, даже поездки на море, семьи Макаровых и Ильиных проводили вместе. Вскоре, у каждой пары появился первенец, то есть, Оленька и Андрюша. Ну и как тут не подружиться детям?
Ровно в семь тридцать в квартире Ильиных раздавался звонок в дверь. Это Андрюша заходил за Оленькой, чтобы идти вместе в садик. На улице их уже поджидал папа Андрюши на новенькой блестящей Волге, чтобы везти детей в садик.
Так, незаметно для всех, детки выросли из возраста садика. На очереди была школа. Родители, с обеих сторон, постарались, чтобы они пошли в одну школу и в один класс.
Будучи уже не маленькими, Оля с Андреем держались в новом коллективе особнячком, не стремясь заводить новых друзей. Вплоть до восьмого класса они сидели за одной партой. А вот девятый класс заставил, каждого из них, взглянуть на свою дружбу, как бы, со стороны. Они стали стыдиться приклеившегося к ним прозвища «тили- тили- тесто…» и попросили классную руководительницу рассадить их за разные парты.
Теперь им приходилось скрывать от назойливых сверстников свои отношения, которые постепенно переросли, если и не в первую любовь, то во что-то другое, невозможное выразить словами, когда от предчувствия встречи становилось волнительно и радостно.
На выпускном балу случился их, первый в жизни, нечаянный поцелуй в длинном и темном школьном коридоре. Потом они всю ночь бродили по улочкам городка, взявшись за руки, уже не опасаясь быть замеченными. Потому что, с окончанием школы, начиналась новая, светлая полоса в их жизни. Долго сдерживаемое, трепетное, еще не оформившееся до конца, чувство двух юных сердец обещало перерасти в их общее, любящее сердце, готовое биться в унисон.
В ту ночь, после выпускного бала, они не могли предположить, что испытания в их жизни только начинались. Вскоре Андрею принесли повестку в армию. Его забирали в погранвойска, на целую вечность, на два года.
Провожая его, на перроне, Оля не сдержалась и навзрыд расплакалась. Он же, целовал ее мокрые ресницы, глаза, щеки и все время твердил:
– Ты только дождись меня, слышишь, Оленька? Только дождись! А я вернусь, и все у нас будет хорошо.
Сквозь всхлипывания, она кивала головой и мысленно повторяла за ним:
– Я дождусь, Андрюша, конечно же, дождусь!
Вслух же, произнесла, по-детски, наивно и плаксиво:
– Возвращайся, Андрюша, поскорее!
С отъездом Андрея, Оля считала, что и ее собственная жизнь замедлит свой ритм. Неожиданно, дни полетели быстро, один за другим. Она готовилась поступать в институт, куда сдала экзамены, без всяких проблем. С первыми осенними денечками пришло время учебы.
Новые знакомства, новая обстановка сгладили тягостное чувство нехватки друга. Дни летели за днями, недели за неделями. Андрей регулярно, раз в неделю, присылал ласковые письма, которые она складывала в стопочку и перевязывала розовой ленточкой.
Незаметно пролетел год, а следом – еще половина второго. До возвращения из армии любимого осталось, всего- ничего. Какие-то полгода. Вот тогда уж…! Тогда они будут вместе строить счастливую жизнь!
Видимо, нельзя загадывать о счастье в личной жизни, иначе, можно сглазить.
Вечером, после института, в их квартире раздался резкий телефонный звонок. Трубку взяла мама, и, во время разговора, ее лицо становилось все бледнее и бледнее. От неприятного предчувствия у Оли засосало внизу живота. Она спросила дрожащим голосом:
– Мама, что случилось?
Та, еще не справившись с эмоциями, посмотрела на Олю, по-женски, жалобно и испуганно:
– Дочка, поднимись к Макаровым, тетя Таня просила.
От накатившегося чувства страха, Оля рванула к двери.
Уже на лестничной площадке ее догнал прерывающийся голос матери:
– Дочка, держись, милая! Мы с папой рядом.
На пятый этаж девушка взлетела птицей. Дверь в квартиру была не заперта. В зале, на диване, полулежала мама Андрея, рядом с ней сидел его отец.
Оля только и смогла вымолвить:
– Андрей? Он жив?
Тетя Таня, уже не сдерживаясь, зарыдала навзрыд, а папа, с каменным, застывшим лицом, прижимая к себе, бьющееся в конвульсиях тело жены, протянул ей письмо.
– Наверное…Только, вот… пропал без вести…
Эти слова, и это письмо были последним, что Оля четко запомнила. Все дальнейшее происходило, как в тумане.
Родители Андрея пытались, всеми правдами и неправдами, хоть что-то узнать о судьбе сына. Везде их ждала сухая и лаконичная формулировка:
– Ваш сын пропал без вести в горах Афганистана, выполняя боевое задание.
Оля не верила, что Андрей, такой молодой и красивый, ее Андрей, больше никогда не позвонит в ее дверь. Она ждала его.
Прошел год… Потом еще… И еще… Так незаметно минуло семь лет.
Институт она забросила почти сразу, потому что в голову не лезли никакие занятия и лекции. Найти нормальную работу никак не удавалось. Переходила с места на место, пока не поняла, что без высшего образования ей не светит никакая хорошая должность. Пришлось восстанавливаться в институте, на заочном отделении. Теперь у нее появилось постоянное занятие – учеба, а вместе с ней, курсовые, зачеты и экзамены, которые отвлекали от грустных мыслей.
Она стала принимать случившееся, как данность. Что же делать? С судьбой не поспоришь. Жизнь потихоньку входила в правильное русло, и все чаще стали возникать мысли о семейной жизни. Не век же куковать одной.
Сегодня у подруги ей представится случай познакомиться с молодыми людьми. Нужно только не ударить в грязь лицом, сделать прическу, понаряднее одеться.
Оля шла в магазин и прокручивала в голове, какое платье и туфли ей хотелось бы на Новый год. Сумка с деньгами висела через плечо. Там должно хватить на все, если, конечно, не шиковать.
Второй год она работала продавцом-кассиром в цветочном магазине, у частника Рустама. Не сказать, что ей это нравилось, но хозяин позволял ей совмещать работу и вечерние занятия в институте, потому что, мало кто хотел работать за нищенскую зарплату. Оля согласилась. Выручка магазинчике была небольшой, цветами народ интересовался мало. В основном, покупатели заходили, чтобы приобрести букетик, на какое- либо торжество, или, даме, на 8 Марта. Поэтому, Рустама устраивала продавщица Оля, не претендующая на большие деньги.
По сложившейся традиции, недели за три до Нового года, хозяин отправлял ее на елочную торговлю. В принципе, ей это нравилось больше, чем стоять день-деньской за прилавком магазинчика с цветами. В прошлые сезоны елки раскупались плохо, а вот в этом году, накануне Милениума, каждому хотелось достойно встретить грядущее тысячелетие и столетие.
Когда еще доведется стать свидетелями и непосредственными участниками таких грандиозных событий? Поэтому все старались, хоть и на последние средства, но приобрести живую елку. Простые люди верили, что это дерево, как символ обновления и новой энергии, вместе с пьянящим, хвойным ароматом, привлечет в дом удачу и достаток.
Поэтому, за десять последних дней, у Оли раскупили почти все елки. На завтра осталось всего пять штук.
– До обеда, я думаю, и их продам, тем более, что Рустам разрешил мне скинуть немного в цене, – еле ворочая уставшими мозгами, подумала она.
До магазина оставалось совсем немного, какие-нибудь, полторы остановки. Оля представила, как вечером она наберет полную ванну горячей воды, напустит туда упругую пену, заберется в нее по самую шейку и будет дремать под группу «Наутилус Помпилиус».
Она и сейчас мурлыкала любимую песню «Жил… был… я… помнишь ли об этом…».
На плече висела сумочка с ее месячной зарплатой и премией, выданной Рустамом за хорошую работу. Душу грели деньги и предвкушение завтрашнего праздника.
И вдруг… Случилось неожиданное.
Похититель выглядел весьма необычно, даже, для этих, предновогодних, наполненных волшебством, деньков. Маленького, не выше полутора метров, роста, в шелковом малиновом кафтане и штанах до колена, в полосатых носках и башмаках с большими металлическими пряжками вместо застежек. Лицо его Оля рассмотреть не успела, потому, что ограбление оказалось настолько дерзким и стремительным, на многолюдной улице, освещенной фонарями, что она сначала опешила.
Было от чего. Она не поняла, откуда он неожиданно появился – то ли, из-за угла дома, то ли, из того магазинчика? Впрочем, какая разница «откуда», если ее коричневая сумочка, со всеми наличными средствами и мечтами о счастливом празднике, моментально перекочевала в хваткие и цепкие руки этого маленького негодяя. Предполагая, что этот ряженый малец уже колядует на улицах городка, она приготовилась, как следует, его отругать:
– Ты чего пацан, наглеешь? Попросить, что ли, по- человечески, не можешь?
Однако, вместо с негодования, которое так и не успело пролиться на воришку праведным гневом, ее пронзило, что на Новый год у нее ни копейки не осталось.
С криком: – Держите вора! – по заснеженной улочке небольшого сибирского городка N- ска, изо всех сил стараясь догнать странного незнакомца, мчалась девушка Оля. Прохожие шарахались от нее в сторону.
– Э-е-ей, паршивец! А ну отдай сумку!
– Отдай, говорю! Ведь догоню, хуже будет!
Вдали мелькал малиновый костюм, то удаляясь, то оказываясь совсем рядом, как бы дразня ее и раззадоривая. Оля надеялась его догнать, ведь не зря же она с самого детства занималась бегом.
Она сейчас мчалась быстрее, чем на международных соревнованиях. Стимул- страшная сила! Постепенно, между ней и убегающим, стало сокращаться расстояние. Оля ликовала. Она обязательно догонит негодяя, и уж тогда…
Что она с ним сделает, Оля додумать не успела. В этот момент подоспел очередной угол поворота, и воришка оглянулся, высунув язык. Внутри Оли что-то оборвалось. Маленький негодяй, как две капли воды, был похож на Андрея. Ее Андрея, который пропал без вести.
От неожиданности, Оля вросла в тротуар.
Спустя семь лет, Оля потихоньку стала задумываться об устройстве личной жизни, потому что Андрей так и не объявился, а ее молодость уходила безвозвратно. Стала она задумываться и о детках, представляя себя в мыслях счастливой мамочкой. Правда образ такого же счастливого отца у нее никак в голове не складывался. Все время перебивало лицо Андрея.
И сейчас, этот маленький воришка, словно залез в ее голову, увидев там дорогого ей человека, и примерил на себя его образ.
– Нет! Только не это! – мысленно приказала себе Оля. – Не нужно сходить с ума, угадывая Андрея, даже в гномиках.
Не позволив себе поверить в очередную галлюцинацию, Оля окончательно очнулась.
– Что же я, дуреха, стою? Ведь мои денежки улетучились вместе с маленьким прохвостом!
– А ну, кончай нюни распускать! Беги, ищи этого негодяя! – приказала она себе, и решительно рванула за угол дома.
Многоэтажные дома закончились и отсюда начинались частные подворья. Тротуар, по которому она бежала за гномиком, теперь разделился на три тропинки, каждая из которых пролегала вдоль своей улочки.
– Прямо, как в сказке. Налево пойдешь, коня потеряешь. Направо пойдешь, голову сложишь… А, если прямо пойдешь…, – тут Оля никак не могла вспомнить, что может быть, если идти прямо.
А к этой дилемме добавилось еще то, что от воришки давно простыл и след.
– Ну, вот, и что мне теперь делать? В милицию идти? Только кто мне поверит, что похитителем оказался гном из сказки? – замерла она в нерешительности.
– Конечно, никто! Еще и в психушку упекут!
– А пойду-ка я прямо. По- крайней мере, все равно не помню, что ждет путника на прямой дорожке.
Оля решительно двинулась вперед, мимо заснеженных палисадников, резных окошек, красочных ворот. Понимая, что момент ею упущен, она все равно старалась идти побыстрее. Вдруг, вон за тем поворотом, снова покажется малиновый кафтанчик?
Но кафтанчик не показывался, а Оля углублялась все дальше и дальше в частный сектор. Улочка из ровной стала петлять, словно пыталась запутать следы. За веселеньким голубым домиком, с поднимающимся вверх из трубы, кучерявым дымком нарисовался очередной поворот, а, вместе с ним, и очередная неожиданность.
– Оппля! И что же это такое? Где я? – Оля остановилась в нерешительности.
Она оказалась совсем в другой реальности, о которой грезила, разве что, в далеком детстве.
Тропинка все так же весело бежала вдаль, только уже прямая, и устремлялась она к расположенному на линии горизонта, прекрасному белоснежному замку. Вокруг не было никаких домостроений, а только чистое снежное поле, с редкими, засыпанными по самые макушки, кустарниками.
Оля протерла глаза.
– Чур меня! Это, что же, снова галлюцинации? Не часто ли они стали повторяться?
– И что мне теперь делать? Идти к этому миражу, или, пока не поздно, вернуться обратно?
Но, как оказалось, выбора ее лишили. От ворот замка, навстречу ей, неслась тройка белоснежных лошадей, с изящной золоченой каретой. Оля завороженно смотрела на приближающуюся тройку и не могла пошевелиться. Кони, в мгновение ока преодолев весь путь, послушно замерли у ее ног.
– Это что же, мне, что ли, карета? – пролепетала она, еле слышно.
Красавец- конь, словно отвечая на ее вопрос, вздыбил копытом снежную пыль и негромко заржал.
– Ну, и чудеса! – произнесла Оля, послушно открыв дверцу кареты, пол и стены, которой были застланы коврами и гобеленом.
Не успела Оля прикрыть за собой дверцу, как кони резко рванули с места и мгновенно домчали ее к дворцу.
Дальше-больше… Для Оли настало время сказки. Детской сказки… для взрослой Оли… Видимо, ее детские фантазии, которые осели в уголках памяти, нашли выражение в этой реальности. Оля не сомневалась, что все здесь происходящее, соткано ею самой, очень давно, в далеком детстве.
Маленькой девочкой, она отличалась от подруг богатым воображением и необычностью мышления. Ранней весной ей нравилось бродить по улочкам, дорожкам и тротуарам, просыпающимся от зимней спячки. Под лучами яркого солнца сугробы на их обочинах начинали подтаивать и проседать, создавая сказочные, причудливые творения, искрящиеся мириадами разноцветных искорок. В головке маленькой девочки эти снежные ажурные узоры преобразовывались в сказочные замки, в которых живут заколдованные юные принцессы, тролли и всякие- разные, необычные существа. Природа оказывалась художником- творцом, которая из ничего создавала сказку. Главное – было ее заметить. Оле это давалось легко и без проблем.
Сейчас ее детская сказка воплотилась в жизнь. Оля увидела перед собой ажурные, словно созданные снегом и весенним солнцем, распашные ворота. Они манили к себе, приглашая войти в замок, который прятался в глубине зимнего парка.
Оля почувствовала себя маленькой девочкой. Она совершенно не боялась новой реальности. Все шло, словно, по написанному ею, сценарию.
Неспешно спустившись из кареты, Оля подошла, к искрящимся, в лучах заходящего солнца, воротам. Слегка дотронувшись до невесомой створки, она их открыла. То есть ворота открылись сами, словно, по- мановению волшебной палочки, пропуская девушку вовнутрь.
Впереди ее ждала огромная дворцовая площадь, с диковинными кустарниками, подстриженными под сказочных животных. На серебристых елочках висели огромные перламутровые шары, которые меняли свою окраску от легкого дуновения ветерка. Отовсюду доносилась серебристая музыка, издаваемая хрустальными колокольчиками. Разноцветные гирлянды обвивали пушистые ели своими змеевидными телами и мигали яркими огоньками. А, помимо разноцветной, переливающейся мишуры, огромную территорию парка освещали невысокие светильники, разливающие вокруг загадочный, голубоватый свет.
Казалось, что все это великолепие подчинено одной цели- ублажать посетителей и жителей дворца своей красотой. Однако, вокруг не было ни души. Прекрасный ажурный замок, с устремленными к небу острыми шпилями, оказался единственным, кто встретил Олю в этом сказочном мире.
Она остановилась перед парадным входом, не зная, что ей предпринять дальше.
– Вот это я попала, так попала! – невольно пронеслось у нее в голове.
– И что мне теперь делать? Входить туда, куда не приглашали? А вдруг, это очередная ловушка, и я вляпаюсь, в еще более странную, историю?
Однако, окинув взглядом все это великолепие и чистоту замысла архитектора, Оля сразу же отвергла мрачную догадку.
– Нет! Ну не может, в таком светлом и чистом замке, обитать злое чудище.
Оля решительно ступила на парадную лестницу. В подтверждение правильности ее решения, ступенька заиграла разноцветными искорками и послышались первые такты знакомой с детства мелодии.
– Таак, хорошо! Значит хозяевам замка понравилось, что я делаю! – и Оля встала на вторую ступеньку. Та сразу же засветилась огоньками, и зазвучало продолжение мелодии. Так, переступая со ступеньки на ступеньку, Оля зажгла всю лестницу, которая теперь искрилась мириадами ярких искорок, а в воздухе лилась красивая мелодия из ее детства.
Оглянувшись на творение своих рук, вернее своих ног, Оля даже почувствовала себя волшебницей, правда без волшебной палочки.
– Ну, что у нас следующее? – она потянулась к изящной входной ручке, чтобы войти в замок.
Двустворчатая дверь плавно распахнулась перед ней, и Оля вошла, в освещенный сотней светильников, огромный зал, заполненный танцующими масками. Оле стало стыдно за свои старенькие джинсы и коротенький, не модный, пуховичок.
Но, видимо, чудеса для нее продолжались. Заглянув, в подвешенное сбоку от входа, в огромное зеркало, она увидела прекрасную незнакомку, в длинном, персикового цвета, платье. Прекрасные каштановые волосы ниспадали на оголенные мраморные плечи. Оля даже опешила от образа незнакомки. Затем ее осенило.
– Так это же я! Но, какая же я, однако, миленькая! – и она гордо поправила прическу. Неожиданно ее взгляд упал на обувь, выглядывавшую из- под платья.
А вот кроссовки, на ногах, как были, так и остались. Девушка, от смущения, даже слегка присела, стараясь прикрыть их подолом платья. Так в этой позе она и застыла, потому что к ней приближался принц. Да-да! Самый, что ни на есть, настоящий принц! Такой, каким она его запомнила из картинок в любимых книжках: в цветном камзоле, коротких, до колен, штанах и красивых башмаках с большой медной пряжкой.
Оля пока не обратила внимания на его лицо, потому что в голове творилась неразбериха из всего увиденного и прочувствованного. Ей бы справиться со своими эмоциями. Когда же она подняла от пола глаза, то изумлению ее не было предела.
Это оказался Андрей. Да-да! Тот самый Андрей- из ее далекого детства и, тот самый, который пропал семь лет назад.
В руках он держал раскрытую коробку, в которой уютно расположились, на атласной подкладке, изящные туфельки.
Как и положено принцам, он шаркнул, в поклоне, ножкой и обратился к ней:
– Прекрасная незнакомка, позвольте представиться. Меня зовут принц Анжи, и я -правитель этого замка.
– А теперь прошу назвать ваше имя, милое дитя?
– Оооля! – пролепетала она, глядя в глаза принцу.
– Ну нет! Это же, точно, Андрей! – протестовал ее мозг. – Неужели я могла не узнать его?
А принц, в это время, опустившись перед ней на одно колено, предложил:
– Разрешите, милая Оля, я надену вам туфельки на ножки.
Оля решительно отвела его руку в сторону, потому что такое обхождение ей претило. Не в таких традициях воспитывались советские гражданки.
– Я сама, сударь! – вспомнила она, подходящий, к этому случаю, титул и забрала у него коробку. Неловко подпрыгивая, то на одной, то на другой ноге, она скинула кроссовки и переобулась в изящные туфельки.
– Ну, надо же, как вы угадали мой размер! – обрадовалась она, обращаясь к принцу.
Туфли, и вправду, оказались ей впору и сидели на ножке, как будто купленные в дорогом бутике.
– Позвольте мне вас пригласить на танец! – галантно произнес Анжи. Оля, которая уже целую вечность не танцевала, со смущением подала принцу руку. Поддерживая свою избранницу под локоток, он спустился с ней в зал, в котором, мгновенно перестали танцевать, и все разглядывали пассию принца.
Со разных сторон только и слышалось шушуканье.
– Интересно, где это он разыскал такую красотку?
– Чьих же она будет?
– А почему ее раньше мы не видели?
Вскоре, прервав, возникшую паузу, зазвучали звуки вальса. Того самого вальса, с выпускного бала, когда Оля впервые поцеловалась с Андреем. Ноги сами вспомнили все «па», а принц твердой и, в то же время, нежной рукой повел ее по залу. Сердце у Оли готово было выскочить из груди. Она все вспомнила. Эти руки тоже.
А дальше она уже ничего не соображала. Ей казалось, что они с принцем парят в звездном небе. Яркие, мигающие светила танцуют вместе с ними, создавая эту прекрасную музыку. Они кружились и кружились под звуки вальса так, что голова у нее окончательно закружилась. Она на мгновенье прикрыла глаза, а когда их открыла, то удивилась еще больше.
Волшебство исчезло, оставив на губах горький след полыни. Сказка закончилась так, как и всегда, заканчивается. На ней были синие потертые джинсы, кеды и короткий немодный пуховичок.
Она разочарованно вздохнула.
Однако, когда увидела, что у нее в руках нет коричневой сумочки, она сразу все вспомнила и испугалась.
Однако, бойся – не бойся, но что-то делать нужно?
– Ну, все, иду в милицию! – решилась она. – А вот поверят или нет, там посмотрим.
И она резко развернулась и, минуя один переулочек за другим, направилась в отдел милиции.
Показался знакомый проспект. Осталось пройти всего две остановки, и она будет давать показания про сумку, гномика и….
– А вот про хрустальный замок я точно ничего рассказывать не буду. Пусть эта сказка так со мной и останется.
Репетируя в уме свою речь у участкового, она ничего и никого вокруг не замечала. Шла, размахивая и жестикулируя руками, так рьяно, что от нее шарахались люди. Все…
Оказалось, что не все. Когда она столкнулась с одним из них, то промычала, что-то невразумительное, типа, «извините», и хотела обогнуть препятствие. Но, не тут-то, было. Препятствие не огибалось. Оно двигалось параллельно ей, преграждая путь.
– Да, посторонитесь же, в конце-то концов! Не обойти, не объехать! – разозлилась она, и подняла глаза.
Вот тут-то у нее, в очередной раз, ее сердце ухнуло вниз.
Рядом с ней, улыбаясь во весь рот, стоял Андрей.
Да-да, тот самый Андрей, тот самый, который без вести пропал семь лет назад.
– Андрюша…, – прошептала она и стала оседать на снег.
Он подхватил ее сильными руками и прижал к себе.
– Оленька, как же я ждал нашей встречи!
Поток, спешащих в свои теплые предновогодние квартиры, людей, огибал их, словно водное препятствие. Никому и в голову не пришло, что они стоят у всех на дороге. По счастливым лицам, двух встретившихся, в этот волшебный вечер, влюбленных, можно было понять, что сказки случаются.
Наконец, Андрей ее выпустил из рук.
– Оленька, а ты почему в противоположную от дома сторону идешь?
Тогда Оля, путаясь в объяснениях, рассказала ему о похитителе и о пропаже денег.
– Постой-ка, а не твое ли это? – он подал ей коричневую сумочку, в которой она признала пропажу.
– Андрей, откуда она у тебя? – испугавшись своей догадки, она, с подозрением, взглянула ему в глаза.
– Оль, да ты что? Ты подумала, что это я ее украл? – он весело рассмеялся, а у Оли отлегло от сердца.
– Посмотри- ка, вон за тот угол! – он указал ей в сторону. – Видишь шапку, с колокольчиками? Вот он мне ее и отдал, попросив вернуть тебе.
И вправду, из-за угла соседнего дома, смешно корча рожицу, выглядывал знакомый гномик.
– Ну, погоди у меня, зараза, попадешься еще! – она притворно-сердито погрозила ему кулаком. Грабитель снова усмехнулся, подмигнул ей и скрылся за домом.
Оля прижалась к теплой груди любимого и облегченно, впервые за семь долгих лет, вздохнула.
– Погоди-ка милая, – Андрей слегка отстранил ее от себя.
– Я тут тебе подарочек привез. Надеюсь с размером не ошибся! – он протянул Оле коробку, с теми самыми туфельками, в которых она недавно танцевала.
– Мы ведь с тобой пойдем на танцы? Новый год скоро!
– Конечно, пойдем, Андрюша! Обязательно пойдем! – ответила она любимому.
Оле совсем не хотелось больше ни удивляться, ни думать, что же с ней было на самом деле. И был ли тот замок наяву? Достаточно того, что перед Новым годом случиться может все, даже самое необычное. Главное, что ей он вернул любимого. И не только ей.
Она, что есть силы, затормошила Андрея.
– Андрюша, пошли быстрее к твоим родителям, а потом и к моим. Уж как все обрадуются твоему появлению! Ты даже представить не можешь, какое счастье- твое возвращение!
Вцепившись намертво в рукав его куртки, словно боясь, что сказка закончится, и Золушка останется ни с чем, Оля потянула Андрея туда, где в любое время суток, ждут и верят. В его родной дом – к маме с папой!
