Цитаты из книги «Доктор Фаустус», страница 3

Что есть свобода? Только равнодушие. Характерное не бывает свободным, оно отчеканено своим чеканом, обусловлено и сковано.

Порядочная русалка соблазнила бы на мраморных ступенях его дворца этого болвана-принца, который неспособен ее оценить и у нее на глазах женится на другой, затащила бы его в воду и нежненько утопила, вместо того чтобы подчинять свою судьбу его глупости, как она поступает. Наверное, за врожденный рыбий хвост он любил бы ее гораздо горячее, чем за хворые человеческие ноги.

Мы ничего нового не создаем - это дело других. Мы только разрешаем от бремени и освобождаем. Мы посылаем к черту робость, скованность и всякие там целомудренные сомнения. мы снимаем с помощью кое-каких возбуждающих средств налет усталости, малой и великой, личной и всего нашего времени.

Музыка всегда заранее накладывает на себя эпитимию за свой исконный грех — тяготение к чувственности.

Разве действительно не то, что воздействует, разве правда — это не переживание, не чувство?

Исчисление вселенского простора - не более чем оглушительная бомбардировка нашего ума цифрами, отягщенными кометными хвостами десятков нулей...

И когда сумасшествие становится болезнью определить не так-то легко.

Она олицетворяла...консервативный элемент маленького семейства, живя в постоянном протесте против их переселения, против немецкого юга, против этого артистического города, против богекмы, против вечеров ее матери и подчеркнуто тяготея ко всему стародедовскому, бюргерски строгому, чинному. Однако складывалось такое впечатление, что этот консерватизм - своеобразная защита от снедавшей ее неуравновешенности, составлявшей особенность ее интеллекта.

...что сталось бы с миром, если бы последнее слово было за "зрелостью"? А так мы с нашей незрелостью подарим ему еще немало обновлений и революций.

И никогда-то голова у меня не болела от утомления усилием, только от тоски, от леденящей скуки.