Цитаты из книги «Стража! Стража!», страница 38

Когда мир весь перекошен, словно в кривом зеркале, изображение становится нормальным только тогда, когда посмотришь на него сквозь дно бутылки.

ушли годы, – сообщил Верховный Старший Наставник. – Она написана рукой Тубала де Малахита, великого ученого, постигшего драконьи тайны. Да, да, эта книга – подлинник. Тубал де Малахит умел

Кричли, на которого я работаю, угнетает меня с утра до вечера, кричит и все такое. А еще торговка в овощной лавке – она тоже все время угнетает меня. – Вот-вот, – поддержал брат Штукатур. – И со мной то же самое. Моя

Этот таинственный процесс, нет, просто поразительно… Ты преподносишь им ложь, а потом, когда потребность в ней отпадает, врешь еще что-нибудь и сообщаешь, что они победоносно движутся по пути мудрости. И они, вместо того чтобы рассмеяться тебе в лицо, покорно следуют за тобой, надеясь, что на дне всей этой лжи найдут правду. И мало-помалу принимают неприемлемое. Поразительно.

надо? – Прошу прощения, я не ослышался? Озаренные Братья? Верховный Старший Наставник яростно сверкнул взглядом на одинокую фигуру с вопросительно воздетой рукой. – Да, Озаренные Братья, хранители священного знания с таких давних пор, каких человеческий ум даже постигнуть не в состоянии… – То есть примерно с прошлого февраля, – с готовностью пришел на помощь

Глаза – размером с очень большие глаза,

Поговаривали, что эта библиотека простирается отсюда и в вечность. Вообще слухи ходили самые разные: якобы среди уходящих за горизонт полок можно плутать целыми днями; якобы где-то в отдаленных уголках лабиринта скитается племя студентов, заблудившихся в процессе поисков материала для курсовых работ; якобы в забытых альковах, как в засадах, сидят странные существа, чья судьба стать жертвами других, еще более странных, тварей[1].

Существо, способное слопать чайник, просто так не убегает. – А моя жидкость для полировки лат – ее он тоже выпил, – вставил Моркоу. – А стоит она почти доллар

канаве… Влажный мрак окутал освященные веками

Между ящиками деловито расхаживали две женщины. Скорее, две дамы. Для простых женщин у них был слишком неопрятный вид. Ни одна обыкновенная женщина даже мечтать не может выглядеть такой косматой и растрепанной; требуется абсолютная уверенность в себе, идущая от знания того, кто были твои пра-пра-пра-пра-прадеды, чтобы носить одежду вроде той, что была на этих дамах.