Цитаты из книги «Стража! Стража!», страница 33

Можно сказать, что в Анк-Морпорке нет расовых предрассудков. Когда вокруг тебя шатается столько гномов и троллей, на цвет кожи других людей внимания как-то не обращаешь.

Собаки не похожи на кошек, которые терпят людей только до тех пор, пока кто-нибудь не изобретёт консервный нож, которым можно работать лапой.

Припоминать было нелегко. Правда, он смутно помнил, что пил он именно для того, чтобы забыть. И допился до такой степени, что не помнил, что же ему всё-таки нужно забыть. В конце концов он принялся пить, чтобы забыть о том, сколько он пьёт.

Он все хохотал и хохотал – зная, что стоит ему остановиться, и черная депрессия, как свинцовое суфле, погребет его под собой. Но он четко видел его – простирающееся перед всеми ними «светлое» будущее…

– Я не хочу, чтобы меня сожгли заживо, – ответил сержант Колон. – Жена мне тогда такой скандал устроит!

Ваймс наконец опустил орангутана, который, впрочем, разумно решил не раздувать проблему. Человеку, рассерженному настолько, что он, сам того не замечая, поднимает триста фунтов живого орангутаньего веса, – такому человеку лучше не говорить ничего лишнего.

Возможно, волшебство будет длиться вечно. А может, и нет. Ведь, по-честному, ничто не вечно.

— Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций.

— И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз.

— Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций.

— Традиция настаивает на кандидатуре дочери, ваша милость.

— А чем питаются эти драконы?

Вор пожал плечами.

— Лично мне припоминаются истории о прикованных к скалам девственницах, — высказался он.

— Тогда у нас эти драконы подохнут с голоду, — хмыкнул убийца. — Тут скал отродясь не бывало. Равнина.

Только убежденные атеисты особого типа могут прыгать по мастерской, зажав руку под мышкой, и орать что-нибудь вроде: " О, случайная флюктуация пространственно-временного континуума!" или " Вот чертова примитивная и устаревшая концепция!"