Читать книгу: «Всё будет хорошо (Они поженятся!)»

Песни из окна

- До свиданья, приятного пользования! – грузчик с южнорусским говором раскланялся, глубже спрятав пятисотенную купюру в карман форменной куртки.

Пашка закрыл дверь за грузчиками и направился в комнату. Нет, определенно не он один радовался новому дивану. Пока он снимал тапочки, шагал в комнату, пекинес Эмпи похрюкивая забрался на новый диван и довольно затявкал.

- Э! Я первый должен был опробовать диван. А не ты! – чуть обиженно произнес молодой человек, поднимая на вытянутых руках пса. Эмпи лишь удовлетворенно тявкнул.

Пашка распластался звездочкой на обтянутом пленке новому дивану и посмотрел в потолок. Да. Вот оно, наконец-то счастье наступило. Новая собственная квартира в новостройке. Ладно, это родители приобрели для единственного и любимого сыночка. Небольшой косметический ремонт, сделанный руками отца, дяди и нанятого мастера, хотя Пашка тоже помогал. Мебель в рассрочку, любимый пес. Что еще человеку надо в двадцать пять лет? Ни-че-го!

Тишина вот что услышал Пашка после еще недавнего сверления стен, работающего шуруповерта, отменных ругательств мастера Сереги и недовольных соседей этажом ниже, и выше, и соседнего подъезда. А теперь довольное хрюканье пекинеса и пение птиц за окном, радующихся апрельскому солнцу.

Пекинес полежал на новом диване минут пять, пока Пашка мысленно расписывал свои последующие действия, потом спрыгнул с дивана и направился на кухню. Покупки покупками, а ужин по расписанию. Миска была пустой. Эмпи недовольно тявкнул и вразвалочку, характерной для пекинеса походкой, направился к хозяину.

- Что? Неужели пустая миска? Погулять? – предположил Пашка, снова подняв собаку на вытянутых руках, - Что, Эмпи, ты доволен новой лежанкой? Больше не будешь спать на надувном матрасе со мной.

- Тяв! – послышалось в ответ.

Солнце еще не думало садиться, из окна комнаты открывался прекрасный вид на зеленые деревья, высаженные в микрорайоне лет тридцать назад. Теперь уже кое-где расцветала вишня и черемуха, радуя глаз.

- Тяв! – Эмпи еще раз тявкнул и попытался допрыгнуть до подоконника, близ которого стоял хозяин.

- Ладно, пошли! – недовольно буркнул Пашка, отрываясь от созерцания вида из окна многоэтажки.

Наскоро надев куртку, обулся, взял поводок и спустился на лифте на первый этаж. Машинально глянул в почтовый ящик.

Ну, конечно. Кто-то уже предлагает свои услуги компьютерного мастера, окон, потолков, работы в ближайшем магазине. Милые соседи, семейная пара, уже в летах оценили молодого человека с собакой, выходящего из подъезда. Понятно, что у каждого на уме: новенький, молодой, одинокий, дебошир, громкую музыку слушает, компьютерный игрок, или тихий скромный парень из «двушки» в левом крыле?

- Здравствуйте, - поприветствовал их Пашка. Он вытащил из кожаной косухи пакетик для нужд пса и неспешно прогуливался с ним вдоль дома.

Идиллия многоэтажки. Ребятишки на транспортных средствах: самокатах, велосипедах. Музыка, доносившаяся из их карманных динамиков. Биты, если точнее. Женщины с пакетами еды из магазинов шаговой доступности смотрели на асфальт, а не на природу вокруг. Прибывающие с работы на автомобилях мужчины. Кое-кто из соседей остановился и завели светскую беседу, обсуждая последние новости дома. Кажется, график отключения горячей воды.

Эмпи прыжком выбрался из местного палисадника, довольно тявкнув. Он повел ушами, заметив неподалеку прогуливавшуюся кошку, но не придал этому значения. Пока Пашка прибирался за псом, он услышал давно забытую музыку. Она лилась сверху, гитарные рифы тянулись медленно, уступая место барабанам. Голос сначала тихо, потом с нарастающей тревогой начал петь об «одном лишь пути». Пашка поднял голову. Нет, ошибиться он не мог. Почти забытая для него группа, песни он знал когда-то наизусть. Родной дядюшка дал послушать десять лет назад. И тут, снова. Пашка прищурился, начал считать этажи и вдруг обнаружил открытое нараспашку окно. Сомнений не оставалось. Музыка доносилась оттуда.

Появилась фигура девушки в темной футболке, она стояла на подоконнике. И взмахивала рукой, то ли звала на помощь, то ли...

- Черт! – выругался Пашка и направился к подъездной двери. Эмпи недовольно тявкнул, чувствуя, как ошейник затянулся на шерсти.

«Только не прыгай, не прыгай! Жизнь прекрасна, удивительна! И в ней место всему хорошему!» - думал Пашка. В одно мгновение он прошел в четвертый подъезд, где предположительно жила девушка, просчитал номер квартиры за пару секунд, когда дожидался лифта. Кто-то из соседей, мужчина средних лет, старше Пашки лет на десять, крепкого телосложения, выше на голову, попытался нажать на свой этаж, но заметил волнение Пашки и спросил:

- Вам какой?

- Не знаюю. Девятый? Да да., там девушка! – пробормотал заикаясь молодой человек, заглядывая в серые глаза мужчине.

- Помочь? – участливо спросил мужчина, нажав на кнопку с цифрой 10.

- Да, она наверно еще жива!

- Марина что ли? – спросил мужчина, - Что с ней?

Сорок секунд пока лифт поднимался вверх, показались Пашке бесконечными.

Эмпи заскреб лапами дверцы лифта от нетерпения, передающегося от хозяина. Сосед молча и не спеша вышел вслед за Пашкой. Он подошел к общей двери этажа, обогнув Пашку, и позвонил в квартиру, где должна была жить Марина. Тишина. Тишина которая напрягала своей неизвестностью. Десять секунд, еще пять. И наконец, лязгнул где-то замок, послышались быстрые шаги по коридору и наконец кто-то опустил ручку двери вниз, открыв ее.

Девушка появилась на пороге. Одета девушка была в черную футболку с изображением той самой группы, которая пела на всю улицу. Черные спортивные брюки облегали точеную девичью фигуру. Довольно милая девушка, возраста около двадцати пяти, с подведенными стрелками на веках, черными крашенными волосами, собранными в высокий хвост.

- Здрасте, - поприветствовала девушка мужчин, - что случилось, дядя Слава?

- Привет, Марин. Тут тебя парень спрашивает, ты его знаешь?

Эмпи уже подошел к ногам девушки и принюхался. Девушка оценила собаку и молодого человека в черной косухе.

- С вами все в порядке? Вы ... вы стояли на подоконнике я музыку слышал, - бессвязно начал Пашка объяснять, теребя поводок в руках.

- А-аа - протянула девушка, обратилась к соседу, - дядя Слава, все в порядке. Это мой знакомый, из группы.

- Ладно, - пожал плечами сосед, - если что, стучи, я дома.

- А вы проходите, - кивнула Марина Пашке, пропуская в квартиру молодого мужчину, - вы новый сосед? Мне говорили, что кто-то заехал в «двушку» в соседнем подъезде. Ремонт закончили? Больше сверлить не будете? Поговаривали, что вы хотели стену несущую снести.

Но Пашка стушевался, молча стоял в общем коридоре. Эмпи потянулся в сторону открытой двери. Пашке пришлось направиться и за девушкой, и за собакой. Он слушал девушку, и словно наслаждался ее приятным, почти бархатным голосом. Кажется, он забыл, зачем здесь. Но пес тянул к открытой двери в квартиру.

Пашка остановился в прихожей и посмотрел на открытое окно, просматривавшееся из коридора. Рядом с ним стоял старенький мультипроигрыватель, который был популярен лет пятнадцать назад. Тряпки и ведро стояли близ окна. - Мы окна моем. Первомай скоро, - пояснила девушка, и улыбнулась Пашке.

- Кто это мы? – не понял он.

- Я и солисты, - улыбнулась девушка.

Марина сложила тряпку и протерла подоконник.

- Каждый год, под первомай я мою окна под любимую музыку. Соседи в курсе, и уже не обращают внимания на тексты, - объяснила Марина, выжимая тряпку.

- М-да, предупреждены, - пробормотал Пашка.

Он снял кроссовки, расстегнул куртку и прошел в комнату. Сделал звук на мультиплеере чуть громче, он начал подпевать солисту, одновременно разбрызгивая жидкость для стекол с лимонным ароматом на тряпку.

спустя год в квартире Павла

- Марин, я дома! – открыл дверь молодой человек и положил на стол в прихожей большую коробку. Радостным визгом встретил Эмпи хозяина, подпрыгивая, поставив передние лапы на колени вошедшего.

Марина не спеша вышла из комнаты и направилась к нему. Она поглаживала чуть выросший живот ладонью. Уже начала формироваться привычка будущей мамы.

- Привет, дорогой. Что это? – указала она на коробку.

- Робот – мойщик окон, - сказал Пашка, проходя с коробкой в комнату, - будешь слушать свою музыку, а робот будет мыть окна и подпевать.

Косточка

- Козеееел! - в сердцах захлопнула крышку ноутбука, так и не закрыв окно браузера.

Прикрыла глаза и три раза глубоко выдохнула, как учила Гузель. Хотя почему сразу именно Гузель, многие психологи утверждают, чтобы успокоить мысли надо перейти на разговор с организмом, подышать, ущипнуть за руку, куснуть мизинец при своде икроножной мышцы и так далее.

Укусила, подышала, за ухом себя почесала. Вернулась в реальный мир. Снова открыла крышку ноутбука, закрыла браузер и только после этого завершила работу системы. Да, ноутбук, купленный за кровные наличные тут ни при чем. А его ремонт тоже удовольствие не из дешевых. И вот он, любимый ноутбук не причем, что на этой планете живет этот человек, который незамужним девушкам голову морочит.

Взяла телефон и позвонила лучшей подруге:

- Гузель, ты занята?

- Ульяша, здравствуй! Суббота-вечер. Чем может заниматься незамужняя дама тридцати двух лет от роду?

- Корейские сериалы в обнимку с кошкой сфинксом по кличке Нефертити смотреть… - продолжила я.

- Что случилось? – голос подруги был обеспокоенным.

- Встреча закончилась поражение 0:1 в пользу гостей турнира. Он меня кинул!!!

- У меня есть полтора часа? – участливо спросила Гузель, раздалось нервное мяуканье.

- Да, я пока приберусь.

Отбой. А я сразу начала прибираться в комнате, ожидая подругу. Интересно, зачем ей понадобилось полтора часа? Голову мыть? Педикюр вроде позавчера делала. Ладно, подумаешь, какие там дела у нее. Подождем, с тряпкой в руках.

Лучшее лекарство от стресса? Алкоголь? Курево? НЕТ! Смена деятельности. Мокрая половая тряпка, жидкость для мытья стекол и зеркал. Хотя я читала, что идеальная чистота тоже показатель стресса.

Через час квартира сияла чистотой, а я успела даже душ принять. Гузель явилась вовремя. Я даже чайник выключила, когда она в дверь позвонила. На пороге возникла подруга. В пакете бутылка «ламбрусика белого» и пирог! Я перевела взгляд на подругу. На щеке виднелся след от муки. Утащив гостинцы на кухню, дала подруге чистое полотенце и отправила умываться.

Пока Гузель приводила себя в порядок, я рассматривала бутылку вина. Нееет, не стоит запивать алкоголем мужчин, печень у меня одна, а их много.

Гузель вернулась и достала из пакета закутанное вафельное полотенце с изображением мышки, в сарафане, новогодним колпаком на голове средство от стресса. Полотенчико – подарок на Новый год. Хм, пригодился! Пироги заворачивать. На тарелке лежала румяная шарлотка и манила к себе мой нос, а потом и желудок. Нет, это не Гузель. Искусительница!!!

- Светка поделилась рецептом. Турецкая шарлотка, готовится со сливами, - защебетала подруга, и тот час же откупорила бутылку, - По рюмочке?

Я отрицательно замотала головой. Пирог – это хорошо, но с чаем, кофе.

- А все-таки по глоточку?

- Не искушай! Не буду. Я лучше кофе попью, - отказалась я.

- Поняла, - кивнула подруга.

Приглушенный умный свет, тихая музыка из умной колонки, ледяное игристое и горячий кофе со сливками и вкусом «айриш-крем», пирог со сливами. Всё это у меня в уютной однушке, без намеков на присутствие посторонних. Романтика для двоих подруг, которые знакомы слишком давно.

- Светка писала, что опять в школе работает, у них там, в русско-говорящей, математику – царицу преподает, - поделилась Гузель последними новостями.

- А я говорила, что она молодец, и муж перспективный, ребенок умница, что еще надо для счастья? – помешивая сливки в красивой большой чашке спросила я.

- Здоровье, - пробубнила Гузель, лихо открыв пробку на бутылке, - тогда все приложится, ну и недвижимость.

Светлана – одноклассница Гузель, которая вышла замуж за брата своей однокурсницы Маринки, учительницы математики в одной из частных школ, где-то в Новой Москве. Перспективный молодой человек Дима оказался работником дипломатической структуры, ему нужно было срочно завести семью, родить детей, чтобы отбыть в долгосрочную командировку на пару лет в Латинскую Америку. Светка после предложения руки, сердца согласилась оставить родной город, любимую школу, где отработала пару лет, вылетела вслед за любимым мужем, куда «Родина пошлет». Она быстро освоилась, выучила португальский язык, начальный уровень и даже преподавала математику. Спустя два года она приехала домой, в Россию, рожать ребенка. Здоровый мальчик появился на свет в роддоме, где явилась миру и Светлана. Назвав наследника Тимофеем, Светка некоторое время пробыла в декретном отпуске, в России. А спустя пару месяцев и командировка любимого мужа закончилась.

Теперь вся семья жила в Турции, где Дмитрий продолжил работать, Тима посещал русскую школу, а мама преподавала в этой же школе математику. Женщина вела блоги – кулинарный, про восточную кухню, с элементами русской, и «избранные вопросы математики».

- Да, математика – царица наук. Можно не знать языки мира, их много, а вот язык математики знают все, - поддакнула я.

- А теперь ты рассказывай, про своего вояку, - Гузель налила себе бокал вина и покрутила на пальце черный локон непослушных длинных волос.

- А что рассказывать? Двадцать семь лет, не женат, не был, детей на стороне нет. Живет в Подмосковье, в военной части, мама – бухгалтер во Владимире. Нужна спутница жизни, создание семьи и так далее. Спрашивал, могу ли я бросить работу и переехать к нему.

- Вот так. Двадцать семь лет, и не женат и не был. Хм, военнослужащий… сказки все это! – отпила Гузель из бокала, - давай дальше.

- А сегодня от сказал, что приехала его мама, посмотрела на мои фото и сказала, что против наших отношений, я ему не пара! – последние слова я просто выкрикнула.

Гузель надкусила пирог, кусок так и повис над нижней губой. Она бесцеремонно залезла в мой ноутбук и долго рассматривала фото «вояки».

- Жена к нему приехала, вот он и слился, прикрывшись красивой историей про маму, - проанализировав переписку, сказала подруга. Только теперь она доела свой кусок и протянула мне в руки только что отрезанный.

- Почему? – рассеянно спросила я, пережевывая пахнущее корицей тесто.

- Вот посмотри на него, мистер «вояка»: холеное лицо, тщательно выбритое, грамотно подобранный гражданский костюм, вплоть до гармонично сочетающихся с рубашкой носками. Стилист? Мама? Допустим фотосессия. А теперь посмотри сюда. Фото сделано в недавно, в кафе, свет падает на лицо, руки отрезаны специально, чтобы не было видно присутствия кольца. Как ты считаешь, мужчина часто кольцо снимает? Он его просто не замечает порой. Гири тягают, штанги поднимают, и все с кольцом. Я лишь однажды видела, как кольцо мужчине мешало. Пищевая аллергия у Толика обнаружилась, на чайные добавки, зуд, покраснение, шелушение. И то он кольцо снял и на цепочку с крестиком повесил. Фродо, блин. Как же, жена заругает и в угол поставит! Тьфу!

Глоток новой порции игристого вина, кусок пирога благополучно оказались в желудке Гузельки.

- Гуля, а что, если правда я сморозила какую-то чушь, а он обиделся и решил прекратить общение. А может я – толстая? – копалась я в своих недостатках, закусывая их пирогом со сливами.

- На лысых и хромоногих тоже женятся, - пожала плечами девушка, - ты нормальная!! Договорись со своими тараканами!!!

- Тебе легко говорить, ты два раза замужем побывала!! – чуть повысила голос я.

- На следующей неделе, то есть во вторник подаю заявление о разводе, третий раз, - допила бокал Гузель.

- Что? Я же тебя два месяца не видела, - опешила я, - И кто этот счастливчик?

- Рамиль, двадцать девять лет, ребенок четырех лет от первого брака, с женой в разводе был, что-то там не поделили. Думал со мной будет лучше, - пояснила Гузель, - к тому же татарин.

- Ясно, - сказала я, откусив кусок пирога.

- Яясно, - протянула Гузель, - мне ребенок нужен, а не муж. Думала хоть в этот раз получится. Опять мимо. И я на развод подала, не зачем мне время тратить. К тому же я с его бывшей женой, Лейсан, поговорила. Выгнала ее тараканов из головы, посоветовала дать второй шанс. Они дом в ипотеку хотят взять.

- Ничто так не объединяет людей, как ипотека, на двадцать лет… - проговорила я, - М-да, с тобой сложно мужикам.

- Конечно, я с ними работаю, и выросла в мужской семье. И не хочу время тратить. Его и так у нас мало, - пожала плечами Гузель.

- Часики пресловутые, - поддержала мысль я.

- Причем тут часики? Не дано мне иметь детей и все. Два ЭКО неудачных это подтвердили. А что касается тебя, Уляшечка… Не пришел еще на твой путь нужный человек. Но придет, я уверена.

Я промолчала, отрезав себе новый кусок пирога. В этот раз поменьше. Пока я рассматривала на ноутбуке свои фото, почувствовала, как зубы коснулись чего-то твердого и где-то в челюсти хрустнуло.

- Блин!!! – вскрикнула я от боли, - Я зуб сломала!!!

- Ульянка, - только промямлила Гузель отставив еду, - как так-то?

Я выплюнула кусок пирога и обнаружила отколотый кусок зуба и косточку. Сливовую!

- Совсем с ума сошла!!! Кость сливы в пироге! Ну, Гузяяя!!! – повысила я голос.

Челюсть стала ныть, и я схватилась пальцами за остатки зуба.

- Что теперь делать? Какая больница работает в субботу вечером? Блин, больно!

- Похоже там дырка была. А косточка ее вскрыла. Подожди, я сейчас.

Пока я умывалась, прополаскивала рот чем придется, боль не уходила. Гузель копалась в телефоне, ища адрес ближайшей круглосуточной стоматологии.

Я бегала по квартире в поисках обезболивающего, включила яркий свет, выключила музыку в колонке, А Гузель одной рукой искала телефон клиники, а другой допивала свой «ламбрусик».

- Поехали, я нашла адрес, - распорядилась Гузель, убирая посуду со стола. Пирог она поместила в мой холодильник.

- Куда? В больницу? – не поняла я, одевшись в любимый свитер.

- Почти, тут не далеко. Есть одна организация, где тебе помогут.

Люблю свою подругу, за то, что она не оставит меня в беде. Хотя это нормально для друзей. Зубная боль накатывала с новой силой, я выла с периодичностью раз в десять минут. Хотя не громко. Гузель помыла посуду, собрала мусор. А я тихо собиралась в непонятную клинику, которая работала в десять вечера в субботу.

- Пешком пойдем, погода хорошая, - распорядилась Гузель, когда мы вышли из дома, - тут недалеко, пару кварталов. Не на такси же их проезжать.

Я молчала, лишь держалась за больную щеку.

- Уляшечка, терпи. Ты умница, сейчас пойдем, вверимся в надежные руки доктора и тебе помогут. Полечат зубик и все будет хорошо, - утешала меня подруга.

А я думала, что не согласилась на принятие алкоголя. Правильно, дышать на врача не хотелось. Мало ли что. Шли мы спокойно, не торопясь. Я разглядывала вечерний район города. Многие жители уже расползлись по квартирам, выгуляли собак, накупили кучу еды, теперь вкушают плоды поваров, ну или собственноручно приготовленные яства, смотря новый фильм. Собаки выгуляны, дети кто рядом, кто-то спит, кто-то в компьютер играет.

А я топаю к неизвестному врачу с зубной болью. Эх! Суббота, вечер.

Гузель и я пешком прошлись до клиники. В поздний час, а было уже около десяти вечера, свет в стоматологии «Антарктида» горел приятным синим светодиодным светом.

- Стоматология «Антарктида». Кто название придумал? – проворчала я, держась за щеку. Кажется, ее начало раздувать.

- Здравствуйте, - улыбнулась чуть уставшая молоденькая сотрудница ресепшена, - чем мы можем помочь?

В чуть раскосых глазах читалась заинтересованность. Она считала быстро мой внешний вид и состояние здоровья.

- Доктор на месте? Зубы это даме пересчитать надо. Или выбить. Еще не решили, - ответила Гузель.

- Доктор…- набрала в легкие воздух девушка. Кажется, Амелия ее звали, на бейджике написано.

Я услышала шаги из-за двери. Кажется, доктор был на месте, и решил сам проверить, кто из пациентов пришел так поздно. Я думала, что все же будет специалист женщина, но ошиблась. Сфокусировавшись на враче, прищурила глаза и прочитала имя на бейджике – Андрей Викторович. Очень хорошо. Среднего роста, возраст, хм, около тридцати, не брился дня три, серые глаза, под белой шапочкой цвет не разглядеть, хотя брови серые, русые.

- Здравствуйте, что случилось? – спросил он, оглядывая нас с Гузелькой.

- Доктор, вся надежда на вас! - громко крикнула подруга, уже стаскивая с меня пальто и шарф.

- Вам обеим помощь нужна? – спросил он, подходя ближе.

Лосьон, огуречный… оживился мой нос, а боль в зубе заныла сильнее.

- Посмотрите ее пожалуйста, зуб откололся, - объяснила Гузель.

Мне показалось, что она говорила с врачом какой-то интересной интонацией, будто она знала этого человека, имела какие-то дела. Или это всего лишь бред, мой личный, из-за боли.

- Идемте, - распорядился врач.

Я расслабилась в кресле, почувствовала, как розовые бахилы Гузель заботливо одела на мои сапоги, и сразу же убежала, пробубнив: «Развлекайтесь!». И это вместо «Не буду мешать!».

Я закрыла глаза и открыла рот, яркий свет от лампы больно ударил мне в глаза.

- Ну нормально, всего лишь осколок, ничего страшного, даже воспаления десны нет, - послышался голос Андрея Викторовича, - как вы переносите заморозку? Аллергия на лекарства есть?

- Нет, резус отрицательный, группа крови третья, вес шестьдесят девять килограмм, рост сто семьдесят один, не замужем, детей нет, квартира в ипотеку, - выпалила я, сама не знаю зачем.

- А кошку как зовут? – спросил участливо врач, возможно подыгрывая.

- У меня нет кошки, только умная колонка.

Дальше меня просто лечили. А я просто смотрела в эти серые глаза и не чувствовала боли. Боль отступила, вся. Звук бормашины не раздражал, приятная музыка фоном играла в кабинете. Я думала о несостоявшимся женихе, вояке из подмосковного города и случайного дернула языком.

- Не надо нервничать, все хорошо. Расслабьтесь, - почти ласково сказал врач.

Я молчала, пытаясь сосредоточиться на музыке.

Через тридцать минут я покинула кресло врача.

- Ульяна, - проговорил врач, - почистили зуб, но я рекомендую его нарастить. Еще есть шанс его сохранить на долгие годы.

- Вы можете это сделать? Когда к вам можно записаться? - спросила я, пересаживаясь в другое кресло, для пациентов без боли.

- Согласуем в регистратуре, думаю, чем раньше, тем лучше, а пока полоскайте полость рта, каждый раз после приема пищи, ответил врач, выписывая какие-то медикаменты.

- Спасибо, что помогли. Без вас я бы еще мучилась неизвестно сколько с этой болью, - попыталась улыбнуться я.

- Моя работа помогать облегчать боль, и лечить, - улыбнулся врач.

- Душу? – зачем-то спросила я.

- Если это в моих силах, - пожал плечами Андрей Викторович.

Гузель сидела на диванчике ожидания и пила ромашковый чай. И это после «ламбрусика».

- Андрей Викторович, ты наш спаситель, - протянула подруга.

- Пациентка молодец, еще пару сеансов и зубы будут здоровы, - улыбнулся врач.

- До свадьбы заживет? – выпалила Гузель.

- И после свадьбы тоже не выпадут, - вторил ей доктор. Голос его явно изменился, манера разговаривать тоже. Что-то было не так!

- Амелия, спасибо за чай! Мы пошли записываться на второй сеанс?

- Когда вам удобно? – проворковала девушка.

Через десять минут мы стояли с Гузелью на улице и вдыхали сухой теплый осенний воздух.

- Глянь, какая машина у Андрея, - указала Гузель на черную иномарку, - И хату сдает где-то в соседнем районе.

- Откуда ты знаешь? – спросила я, разглядывая свое отражение в затонированном стекле машины врача. И тут до меня дошло:

- Ты с ним знакома? Ты!!!! Ты все подстроила!! Это твой бывший?

- Уля… - Гузель кажется испугалась, глядя как я начинаю закипать.

- Признавайся, это ты все подстроила? Это ты специально из сливы косточку не вытащила? – я схватила подругу за кисть и сжала.

- Почти! – промяукнула она, - Андрей в моем подъезде живет. Он тоже один, с девушкой разбежались, и он признался, что жениться хочет. Только нет никого на примете. Ну я фотку твою ему и показала.

- Ты специально косточку из сливы не вытащила? – чуть успокоившись спросила я.

- Случайно, в сериале момент интересный был, ну я и засмотрелась. Извини, - потупилась подруга.

- Ну, Гузель! Ну, подруга! – бубнила я, направившись к дому, - «…центр организовал Штирлицу встречу с женой...»

Подруга плелась сзади.

Через четыре месяца Андрей и Ульяна поженились. Кошку назвали в честь умной колонки.

Утки

- Хорошего дня, милый! И тебе хорошего дня! – Антонина заботливыми руками бабушки поправила шарф-кольца с громким названием «снуд» на шеях внуков и поцеловала обоих в правые щеки.

- Ну вот, начинается, «…от лица всего политбюро…» – проворчала на это дочь, не отрываясь от подкрашивания ресниц.

Утро. Обычное рабочее утро бабушек, родителей, детей. В школу, на работу, по делам.

Мальчики, бросив на ходу «до вечера», закрыли за собой дверь. Задребезжал колокольчик «музыка ветра», распространяя по прихожей мелодичное перестукивание трубочек.

- Успеешь Демьяна с пятого урока забрать? Пусть он хоть погуляет перед кружком английского. И кстати, сегодня у Славы робототехника, ему надо напомнить, чтобы он обязательно перед кружком пообедал в столовой, - напоминала то ли себе, то ли матери Марина, любимая и единственная дочь.

Молодая женщина отработала на новом месте всего два месяца, и старалась соответствовать дресс-коду, подчеркивать свой безукоризненный «товарный вид».

- Димку только не разбуди. Не стоит с утра смузи блендером делать, громыхать. Муж всю ночь работал, новый заказ печатал. Всё. До вечера.

И без пожеланий хорошего дня, «телячьих нежностей», прочего лобызания выбежала Маринка, стуча шпильками по кафельному полу. Снова колокольчик пропел музыку ветра.

- Мяу! – серый пушистый британский кот пожелал трудовому народу хорошего дня и направился на кухню. Ритуал по провожанию на работу он выполнил, и теперь заслуживает корма.

- Карик, иду, - тихо проговорила Антонина, направляясь за котом.

Кот переминался с лапы на лапу около заветного шкафа с едой.

- Вашему вниманию предлагаю мокрый корм говядина, есть индейка. Кардинал что сегодня будет на завтрак?

Серый кот, названный Кардиналом зятем, принюхался к пачке с индейкой.

- Как скажете, выше Высокопреосвященство.

Пакет с кусочками хлеба, перловку, мелкопорезанную морковь Антонина достала из холодильника и убрала в специальную сумку. Присев на пару минут, она посмотрела в окно, опершись на стол локтем. Дождя нет, надо идти на улицу.

Чуть подкрасив губы розовой помадой и расчесав послушные светлые локоны, женщина оделась. Чуть подумав, она запустила стопы в любимые белые кроссовки для бега. Дверь закрыла, чуть щелкнув податливым замком, сильно сдобренный порцией «вэдэшки», чтобы не щелкать и не громыхать по утрам. «Музыка ветра» молчала.

Антонина включила музыку на старом цифровом плеере, куда была закачена музыка ее молодости и надела наушники. В путь.

Легкой походкой, сопровождаемая музыкой в стиле диско, женщина шла в сторону парка. Там ее ждали.

Лишь подойдя к берегу пруда, она услышала через наушники знакомый гвалт приветственного кряканья. Около тридцати уток обоего пола подплыло к берегу. Смелые молодые самцы и самки вышли на берег, крякая в знак приветствия.

- Доброе утро, мои хорошие. Как вы здесь? Не замерзли? Скоро похолодание. Снег через неделю обещали. Куда отправитесь?

Утки терпеливо крякали, перетаптываясь на месте, что-то отвечая.

Антонина достала крупу и разбросала на асфальте. Тут же первая часть завтрака была поглощена пернатыми. Самцы недовольно крякали, когда кто-то не соблюдал очередь.

Дальше в ход пошла морковь. Витамины исчезали в клювах птиц быстро, и Антонина тихо радовалась, что порезала корнеплоды маленькими кусочками, а не крупными дольками.

- А на третье у нас хлеб. Кто еще не поел? В воду, раз два! – приказными тоном произнесла женщина громко.

Те, кто не собирался выходить из воды ждали порцию хлеба. Антонина размахнулась и кинула в воду небольшие кусочки, порезанного брусочками хлеба. Именно порезанного, а не разорванного на части. Утки поднимали головы, следили за полетом кусочков и направлялись в то место, где плавали на поверхности куски.

Женщина с упоением смотрела, как поглощается завтрак пернатыми созданиями и губы ее расплывались в улыбке.

Сытые утки отплывали на середину пруда и оттуда Антонина слышала довольное кряканье. Затем уток шесть взмывали в воздух и совершали круг над водоемом, в знак признательности.

Женщина поднимала руку ко лбу и вглядывалась, как десять птиц махая крыльями проносятся над ее головой и возвращаются на пруд. Это была некая благодарность за завтрак.

- На здоровье! – говорила Антонина вслух и убирала пакеты сумку. Не выбрасывала.

- Это вы мне? – послышался мужской голос позади женщины.

Антонина не повернула головы. Зачем? Более того, она напряглась и сконцентрировалась на мимо проплывающей утке.

- Я смотрю, вы любите природу, уточек. Каждый день кормите в одно и тоже время.

Голос старческий, лет около семидесяти. Акцент «окающий». Хм, никак не изведет за столько лет пребывания в этих краях.

- Всего лишь питомцам желаю приятного аппетита, - отозвалась женщина и лишь теперь подняла взгляд на стоящего рядом пенсионера.

Среднего роста, сто семьдесят шесть сантиметров, седовласый, нос с небольшой горбинкой, среднего телосложения, тщательно выбритый. Ботинки тщательно вычищены, брюки…нет, замяты и кое-где видны следы грязи, хотя это немудрено. Добротная шапка, кожаная куртка и шарф. В таком виде здесь человека три. И все пенсионеры, прогуливающиеся вокруг пруда. Хм, что бы это значило?

- А я всегда здесь в это время уток завтраком кормлю. Они привыкли, - пояснила Антонина чуть улыбнувшись.

- Меня Александр звать, - представился мужчина.

- Антонина, - ответила женщина.

Александр. Так звали ее брата, первого покойного мужа и бывшего ухажера. Еще один Александр…

- Мы с ребятами каждый день гуляем по утрам. Я видел вас несколько раз, и всегда с кормом.

Антонина промолчала.

- Может пройдемся? Пока дождь не начался, - предложил новый знакомый.

- Пожалуй, - согласилась женщина.

За десять минут прогулки вокруг пруда женщина узнала все. Вдовец, сыну тридцать пять, развелся с супругой год назад, внуков нет. Жена скончалась год назад. До пенсии мужчина работал на местном заводе, сейчас наслаждается пенсией.

- Не думали вступить в общество «Активный пенсионер»? В местном клубе проводят мастер-классы, тренировки, - поинтересовалась женщина.

Александр невнятно что-то промямлил.

- Правильно говорят, что пенсионеру отдыхать некогда. Иначе старость может дома застать.