... земля вращается, и все. Можно вертеться вместе с ней, а можно остановиться в знак протеста, и тогда тебя сметет.

<…> именно Бог позволяет этому случиться, и когда мы говорим: «Я не понимаю», Он отвечает: «Меня это не волнует».

- Почему они не кричали, Джон? Он ударил их так, что потекла кровь,

родители находились прямо над ними, наверху, почему же они не кричали?

Джон посмотрел на меня своими нездешними глазами:

- Он сказал одной из них: "Если будешь шуметь, я убью твою сестру, а не

тебя". То же самое он сказал другой. Понимаешь?

- Да, - прошептал я и увидел все. Веранду Деттериков в темноте.

Уортона, склонившегося над ними, как вампир. Одна из них начала звать на

помощь, но Уортон ударил ее, и кровь потекла из носа. На веранде была эта

кровь.

- Он убил их любовью, - объяснил Джон. - Их любовью друг к другу.

Теперь ты понимаешь, как все было?

Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он улыбнулся. Слезы потекли

снова, но он улыбался.

- И вот так каждый день, - сказал он, - по всему миру. - Потом лег и

повернулся лицом к стене. ****'Why didn't they scream, John? He hurt them enough to make them bleed, their parents were right upstairs, so why didn't they scream?'John looked at me from his haunted eyes. 'He say to the one, 'If you make noise, it's your sister I kill, not you,' He say that same to the other. You see?''Yes,' I whispered, and I could see it. The Detterick porch in the dark. Wharton leaning over them like a ghoul. One of them had maybe started to cry out, so Wharton had hit her and she had bled from the nose. That's where most of it had come from.'He kill them with they love,' John said. 'They love for each other. You see how it was?'I nodded, incapable of speech.He smiled. The tears were flowing again, but he smiled. 'That's how it is every day,' he said, 'all over the worl'.' Then he lay down and turned his face to the wall.

- Нет в этом ничего забавного или страшного, - возразил Зверюга. – Я думаю, так практически всегда происходит с людьми, когда они сталкиваются с чем-то необычным. Самое простое для них – обо всём забыть. Зачем помнить то, что не имеет никакого смысла?

Любовь среди руин. Кому-то все это может показаться странным, даже гротескным. Но уверяю вас, лучше такая любовь, чем никакой.

Это в кино спасение стоит дешево. Как и невиновность. Платишь 25 центов и соответственно получаешь. Реальная жизнь стоит дороже, и большинство ответов другие.

Если женщина действительно помнила бы, как было больно при родах первого ребенка, сказала однажды моя мать, она никогда не родила бы второго.

Рукопись - это особая, я бы даже сказал, ужасная форма воспоминаний. В чем-то она сродни изнасилованию.

Вот где настоящий цирк, подумал я, закрывая глаза. Настоящий цирк здесь, а мы группа дрессированных мышей.

Дракон повергнут. На этот раз не рыцарем, а благородной дамой.