Читать книгу: «Филипп Обмолов»

ФИЛИПП ОБМОЛОВ

У самого последнего лодыря есть дело или занятие, от которого его за уши не оттащишь. Сутки напролёт готов заниматься любимым делом самый последний лодырь, не зная отдыха. Проблема в том, что его любимое занятие или не развито в государственных и даже городских масштабах или он живёт среди людей, которым нет дела до него самого и до его ненужного никому, как им кажется, дела. Любое стоящее предприятие можно развить до каких угодно масштабов, но для этого нужно приложить достаточно много усилий, а для начала найти человека, можно даже такого же лентяя, как ты сам, но любящего то же, что и ты.

Филипп Обмолов не был запланированным ребёнком, и родился не в семье, а по воле случая. Он был нужен своей маме, хотела она ребёнка, но не ждала она его так скоро и не планировала родить его именно от его отца. Может, то была и случайность, но мама Филиппа Марина Обмолова, после рождения первенца, не захотела ещё раз забеременеть от кого-то вообще. А кто знал желаемого ею отца её ребёнка, тот даже похвалил бы злой рок за то, что Марина родила сына совсем от другого мужчины. Марина не была прирождённой матерью-педагогом, она любила сына, как любят все родители своих отпрысков – по закону природы. Родила – люби и воспитывай. Разговаривать с детьми – это целая наука. Можно расположить ребёнка на целый час разговором о чём-то интересном, но одна повышенная нотка в твоём голосе, и ребёнка с тобой уже нет. Он испугался и закрылся от всех. А уж воспитывать и учить чему-то маленькое ранимое создание могут даже не все профессио-нальные преподаватели. Чтобы чему-то научить, надо самому много понимать и тонко чувствовать. Марина любила сына, как любят взрослые люди миленьких симпатичных детишек, а передать жизненную мудрость, вернее только имеющийся в наличии жизненный опыт, она могла бы только дочери, но у неё родился мальчик. Марина была обижена на судьбу, что та подкинула ей не того отца для ребёнка, и поэтому в отместку провидению назвала сына некрасивым, по её мнению, именем – Филипп.

*****

Достоинством советского режима в России можно считать то, что власть заставляла людей работать. За тунеядство можно было сесть в тюрьму на целых пять лет и уже там работать по принуждению. Взрослому образованному и необразованному человеку найти работу не составляет труда, но занять делом подростков – это проблема извечная. Даже если подросток горит желанием чем-нибудь заняться, он часто не может не то что найти себе дело, но даже его придумать. Неразвитая наука и техника в стране имеют некоторое преиму-щество – массово распространённый физический труд. Не знаешь, чем заняться – берёшь лопату и убираешь снег, берёшь метлу и подметаешь улицы. Новые же технологии, простые в обращении, расслабляют людей – и физически и морально. Атрофируются мускулы, стано-вится ленивым мозг. Зачем думать – техника подскажет и сделает всё сама. Родители, ругающие детей за то, что те часами сидят в смартфонах, не в силах занять их чем-то другим. И это вина не детей, ничем не интересующихся, а развитием цивилизации – той же науки, и той же техники. Можно ругать цивилизацию через своих лентяев детей – очень удобный приём – но вряд ли кто-то из взрослых, мужчин и женщин, сам откажется от лёгкой работы, которую предоставляют современные технологии, а принципиально выберет тяжёлый изма-тывающий труд. Да, родители умные – не в пример своим детям. Взрослые люди всегда могут найти, чем заняться, но тоже не всегда тем, что им нужно, тем, чего они хотят.

В России одни из лучших и старейших институтов в мире, изобретениями наших учёных разных времён пользуются многие страны. Современная военная техника не знает аналогов и неуязвима для всех стран мира, но в плане гражданского оборудования – то, что у нас новые технологии, то в Европе и в Азии – прошлый век. Государство заботиться о своей безопасности и заставляет учёных усиленно работать над этой задачей. Но ведь ракеты сделаны из того же металла, что и автомобили и чайники, с той же пластмассой и электрони-

кой, так почему бы тем же российским конструкторам и учёным враз не обогнать мировые бренды и не создать автомобиль или смартфон, не имеющий аналогов в мире, превосхо-дящий своими данными всех, вместе взятых. А зачем? Нам итак, хорошо. Зачем что-то придумывать и делать, если это могут сделать немцы с корейцами. Тем более у них уже производство налажено, а нам надо будет всё с нуля начинать, и придётся так долго работать. Так думают учёные – взрослые люди, которые ругают детей за лентяйство. Кто-то из главнокомандующих может поставить задачу – собрать лучший в мире автомобиль, но ведь в западных и азиатских странах мировые бренды создавались простыми работягами, простыми инженерами. В гаражах и сараях начинали своё дело и Генри форд и Стив Джобс. Создавая уникальный товар, они не бежали ни к президенту, ни к правительству страны, с просьбой денег, а если те не помогали, то не кричали на каждом углу, что в этой стране всё куплено и дороги все закрыты, поэтому невозможно чего-то достичь. Будет и потребитель и миллионы рублей и долларов, ты только создай хороший товар, а не сиди на унитазе с эскизом лучшего в мире смартфона, нарисованным на туалетной бумаге неизвестно чем.

*****

Рождённый на берегу моря, каждый день смотрит вдаль на горизонт, он видит просторы Воды и Земли и представляет дальние края, где хотел бы побывать, куда хотел бы поехать. Приходит время, и человек созревает для путешествия. Ведь оно же возможно – вода же и возле берега и посередине моря одна и та же. Значит, если лодка не тонет у самой земли, то не потонет и за сто километров от неё. Человек едет и открывает для себя новые миры. А если жить в лесу и видеть только непроходимые стены из деревьев, круг интересов сужается до лесной поляны, и ты застреваешь в ней, ищешь удовольствие только в этом замкнутом пространстве, не желая куда-то идти и что-то менять. Мне и здесь хорошо!

Дедушка Филиппа Обмолова, Павел, родился не на берегу моря, но на берегу Волги. На высоком холме ещё с начала века расположилась небольшая деревня без школ и фабрик. Просто кому-то когда-то понравилось это живописное место, и он решил построить здесь дом. С самого детства Павел был “обречён” на красивые летние восходы в три часа ночи и изумительные розово-оранжевые закаты. Зимой вода и земля от края до края земли становились белоснежными. Не мучил здешних жителей и шум городов. Хоть ночью тишина, бывало, наводила страх, но днём она же в союзе со сверкающими на солнце сугробами одаривала людей невероятной красотой, безмятежностью и наводила на раздумья. Родился Павел в пятидесятом году и застал время, когда остаться на второй год в школе было таким позором, что дело могло дойти до самоубийства ребёнка. Жил Павел в большой семьё, в которой было пять детей, и каждый день все пятеро дружно ходили в соседний посёлок в школу. Павел был старшим из детей и отвечал за всех по своему же желанию, а не по наказу отца и матери. Быть важным нравится всем, а уж детям тем более. Павел всегда чувствовал себя взрослым, и свободных дней и вечеров у него никогда не было – ни в детстве, ни в зрелом возрасте.

Дети не могут строить свою судьбу, но это могут их родители. Павлу повезло с отцом. Человек с практичным умом и активной натурой, он в один момент понял, что пора из деревни перебираться в город – шли уже семидесятые годы. Уже было телевидение, машины, самолёты, уже был открыт космос. Продав свой участок с большим домом, отец Павла увёз всех в город, за что его старший сын был благодарен ему до самой его смерти. Ведь в городе Павел с удовольствием окунулся в суматошную и насыщенную жизнь общества. Помимо простейших деревенских приспособлений для работы, он стал узнавать сложную технику, с которой и решил связать свою жизнь.

В шестьдесят седьмом году он окончил школу и поступил в университет изучать механику. Учась же ещё в средней школе, он попал в кружок, где дети и подростки строили модели самолётов, кораблей и машин, а городское руководство устраивало раз в год соревнования, куда съезжались такие же молодые спортсмены из соседних городов. Павел

получал невероятное удовольствие от этой суматохи. Каждый вечер он проводил в кружке, а если позволяло время, то работал там и в выходные. Окончив школу и начав учиться в Вузе, изучая любимый им предмет и занимаясь любимым делом в кружках, Павел, не представлял себе жизни, лёжа на диване.

Выйдя как-то из здания университета после лекций, Павел, в костюме и при галстуке, шёл домой по весенним улицам, радуя себя мыслью о вечерней вылазке на городское озеро с компанией из судомодельного кружка, но, задумавшись, он не увидел идущую ему навстречу девушку Люду. Она же заметила его ещё издалека и в тот же момент про себя решила, что этот красавчик будет принадлежать ей. Но погружённый в мечтанья Павел даже не посмо-трел на неё, и тогда Люда пошла на принцип, и сама обратилась к нему.

– Здравствуйте! Не подскажите, как пройти на “привокзальную” улицу? – спросила Люда Павла, назвав улицу, где жила сама. От неожиданного выхода из задумчивости Павел не сразу понял, что она обращается к нему, а уж где эта улица находится, он и понятия не имел.

– А... Здрасте... Улица... Какая?.. Привокзальная?.. – начал лепетать растерянно Павел. – Нет, я не знаю. Вон, женщина идёт. Может, у неё спросим?

– Да, нет. Я живу на этой улице. Просто поздороваться хотела. Меня Люда зовут.

– А... Да... Очень приятно, Я Павел... Вас проводить?

Люда была на полголовы выше своего новоявленного парня, худенькая девушка с длинными чёрными волосами. Красота лиц деревенских жителей отличается от той же у горожан. Может, в том вина свежего воздуха. Павел вырос в деревне, но встретил девушку в городе, лицо которой отличалось от красоты светских львиц. Они с Павлом были похожи. Люда родилась не в городе, а в пределах городской линии, проще говоря, в частном секторе с участками и домами, в каких вырос сам Павел. Она жила с родителями в двухэтажном домике. Придя к ней в первый раз, Павел почувствовал в атмосфере деревянного дома и участка с яблонями и овощными грядками что-то уютное, родное и домашнее. С отцом и матерью своей девушки Павел быстро нашёл общий язык – он же знал все тонкости жизни и работы в таком хозяйстве. Но, полюбив современную городскую жизнь со всеми удобствами под боком, он не хотел из неё выбираться. Приняв как-то душ в ванной комнате своей квартиры, одев костюм, но без галстука, и проехав на автобусе по чистым асфальтированным дорогам города мимо многоэтажных и многоквартирных домов, Павел попал в безлюдный мир частного сектора с галькой на дорогах вместо асфальта, с лающими собаками, мычащими коровами и блеющими козами, и что-то в нём надломилось. Деревенская жизнь казалась ему теперь дикой и убогой, но здесь жила его любимая девушка. Люда не была красавицей – у неё были высокие и острые скулы, на носу были два тёмных несводимых пятнышка, но Павлу нравилась её лёгкая манера общения. Ему даже нравилось получать от неё, шутки ради, лёгкие тумаки в плечо или в рёбра. Люда была простой девушкой. Хотя одна амбиция всё-таки была – она заполучила в своё распоряжение завидного жениха и теперь никому его не отдаст, а вернее никуда его не отпустит. Они поженились, и Павлу пришлось по воле жены вернуться туда, откуда он пришёл – в деревню, хоть та и была в пределах города. Страсть же свою к технике он не оставлял.

Любовь к Людмиле остыла очень быстро, но Павел не думал разводиться. Была ли любовь к мужу в сердце Людмилы, не знал никто. В советское время, наверно, была свобода менять жён, но пользование этой свободой не приветствовалось, и Павел не решился пойти в разрез правилам страны. Они жили вместе и не думали расходиться, тем более в семидесятом году, будучи ещё студентом, Павел стал отцом – у него родился сын, и Люда назвала его Евгением, а Павел теперь опять был влюблён, но уже в своего сына.

Получив диплом и став технологом в производстве самолётостроения, Павел устроился на военное предприятие и занимался любимым делом. К тому же в той школе, где он занимался изготовлением моделей и участвовал в соревнованиях, появилась вакансия преподавателя, и Павлу предложили это место. Он начал учить детей тому, что любил делать сам, нисколько не уставая работать днём на предприятии, а по вечерам и выходным в детской школе.

Евгения Павел первое время тоже приучал к активному образу жизни и к изучению разных видов деятельности, как это делают в школах – ведь обучение разным предметам не призвано тому, чтобы дети в будущем были одновременно и биологами и физиками и химиками и математиками и спортсменами одновременно. Множество изучаемых предметов дарит простор для выбора любимого дела. Так и Павел хотел рассказать сыну обо всём прекрасном, что даёт ему цивилизация, но мама Евгения от хорошей жизни с покладистым и обеспеченным мужем решила считать себя главой семьи. Она принципиально, чтобы показать хоть как-то свою власть, не давала Павлу излишне, как ей казалось, утруждать Евгения ненужными науками и лишним трудом, но Женя не стал маменьким сынком. Жизнь среди людей обязывает разбираться в человеческой натуре и приспосабливаться даже не к окружающим людям, а к целому обществу, которое живёт по правилам страны. В деревне, или в частном секторе, общества нет, есть только соседи, и каждый из них сам себе президент на своей земле, а ты попробуй, сними его с этого пьедестала. Кто-то из сельских жителей, конечно, работает в городе в каком-нибудь коллективе, но все ли люди там одинаковые, или просто их объединяет общая цель. Женя вырос в деревне среди маленьких царей, охраняющих свою территорию, свою землю, свой забор. А уж забор точно обязывает лаять изнутри на тех, кто снаружи. У него было всё – дом, семья, еда – и он был доволен своей жизнью. Ещё в детстве он стал самодостаточным человеком в своём маленьком мире. Павел пытался приложить усилия, чтобы раскрыть ему глаза на необъятные просторы вокруг, но Женя не тянулся к этому, а Людмила поддерживала сына своими претензиями к его отцу. В один момент Павел понял, что сын его остановился в развитии и не соберётся теперь уже никогда идти дальше. Проучившись положенный срок в техникуме и получив диплом, девятнадцатилетним парнем он в конце восьмидесятых начал трудовую деятельность в частной фирме среди людей.

Глупый, хоть и с дипломом на руках, он научился только работать руками. Научился простым популярным действиям с простыми ручными инструментами. Зачем в деревне нужны сложная техника? Он мог построить дом простыми инструментами, но придумать и нарисовать чертёж на пустом месте и спланировать работу по постройке того же дома был не в состоянии. Большая работа требует дальновидности и расчётливости, а Евгений даже и слов таких не слышал никогда. Он был простым работягой, как говорится, с золотыми руками, умеющий сделать всё необходимое по дому. Сложные устройства вызывали у него страх, потому что понять их работу он был не в состоянии. Самый сложный механизм, которого он не боялся – это его старые Жигули, доставшиеся в наследство от маминого отца и ремонтируемые кувалдой и ласковыми словами. Понять окружающих людей он был не в состоянии, а чувствовать их тревоги и слабости ему было незачем – к чему переживать за других, кода у тебя всё хорошо. С активным и развитым отцом Женя превратился в незаметного парня, который по истечении положенного срока превратится в неприметную табличку на могильной плите, которую со временем в свою очередь отнесут на помойку, а на том месте, где лежал его прах, опять выроют яму и закопают другого такого человечка. Имя Евгения не вошло бы в историю, если бы не его сын Филипп Обмолов.