Читать книгу: «My darkest days»

Начало конца

Звук будильника. Рок песня начала двадцать первого века, кажется. И он ее просто ненавидит. Ведь она означает начало нового дня. Дня, который не будет отличаться ничем от любого другого за последние лет пять. А может и больше.

Сон был беспокойным. Снова пришлось просыпался несколько раз. Его третий ребенок, которому нет еще и полугода, опять ревел всю ночь. Приходилось успокаивать. Еще столько же, сколько вставал Отис, приходилось просыпаться его жене. А под утро, старшая дочь, которой всего пять, хотела пить и через час уже писать. В квартире, несмотря на то, что снаружи висит кучи неоновых вывесок разного рода заведений, оставалось темно и ребенку было страшно. Да, годы шли, менялись поколения, но боязнь темноты оставалась в людях и по сей день. Скорее, она даже становилась больше, ведь каждый день поступали различные новости о тех или иных происшествиях из пучин океанов и дальних уголков космоса. Некоторые, оставались без четкого ответа. Уж не ясно, правительство ли не давало утечек информации или еще что…

У Отиса давно не пропадали его мешки и синяки под глазами. У Юноны, жены собственно, тоже. Он сел на кровать, пытаясь проснуться окончательно. Нажал несколько кнопок на прикроватном, встроенном в тумбу сенсорном дисплее и квартира начала «оживать». В детских включился свет, трубы в ванной начали греть нижнее белье, находящееся на сушилках, кофеварка начала исполнять свою прямую обязанность, а прочие кухонные приборы стали подготавливать продукты для завтрака, останется только самостоятельно прожевать и проглотить. Хотя, богачи уже и этого могли не делать.

Проснуться-то получилось, но этого было недостаточно. Отис понял, что сегодня нужно будет выпить очень много кофеина. Эти напитки рано или поздно сведут его в могилу. Сердечко уже начало колоть, а иногда так и норовило выскочить из груди. Ну, а также, в очередной раз найти в себе силы дотерпеть до отпуска. Вряд ли, конечно, он за эти две недели сможет отдохнуть, но самого факта предвкушения о нем было достаточно. Планы на отпуск семья даже не строила. Его работа водителем мусоровоза не позволяла жить роскошно. Весь этот «умный дом» трещал по швам и из межоконных щелей зимой завывал ветер. Каждый месяц приходилось что-то менять: то кран протечет на кухне, то поилка для кота начнет не греть воду, а кипятить ее. Классика. Дочь потерю кота оплакивала, пока нового не завели. Во второй раз этого может оказаться недостаточно.

У жены ситуация на работе была не лучше. 70% всего семейного бюджета уходили на детские потребности. И это еще нормально, ведь пока младшему не исполнился год, город оплачивает все коммунальные расходы семьи. А вот что будет дальше – вопрос, который, впрочем, счастливые родители решили решать по мере его наступления. Время еще есть. Вдруг, еще какие льготы аль акции введут, кто знает?

А ведь эти родители и впрямь были счастливы. Познакомились в детстве, в школе. Сидели за одной партой. Для обоих девизом могла стать поговорка «с любимым и рай в шалаше». Поэтому все текущие невзгоды, не без труда, но решались и делалось это без ссор.

Кофе дома, кстати, не оказалось совсем. Это плохо. Как минимум потому, что из-за уже хронически-сонного и уставшего состояния, день будет казаться бесконечно длинным, а работоспособность мизерной. Иногда Отис мог себе позволить купить на такой случай специальные «бодрители». Достаточно уколоть их в плечо, ключицу или предплечье и будь готов как мул весь день ишачить, но и их тоже не осталось. Стоили они дорого, да и вызывали привыкание.

«Придется по пути к первой «остановке» заехать в ближайшую забегаловку за порцией кофеина», – задумалась он.

Наконец, сделав весь утренний обряд, как и пять лет к ряду до этого, Отис вышел из дома сразу к своему мусоровозу. Фирма, на которой он работал, разрешала оставлять машины под окном дома, логично (и верно) считая, что это сэкономит время сотрудников и позволит им пусть и чуть, но больше времени проводить дома (и снимает всю ответственность с работодателя за уходом транспортного средства). Тем более что водителей из числа живых людей осталось не так много. БОльшая часть всех машин управляется автопилотом и лишь на всякий случай компания держит с десяток сотрудников из числа людей. Ведь в жизни всякое может случиться, например, автопилот выйдет из строя, или мусоровоз с этим роботом не успеет зарядиться до нужного минимума, и дабы машина не встала посреди дороги без питания – её оставляют заряжаться до следующего утра или вовсе меняют аккумулятор. И не стоит путать искусственный интеллект и автопилот. Первый, да, прекрасно может самостоятельно решить огромное количество задач лучше и быстрее, чем большинство людей, а второй науськан делать несколько скриптов, которые порой норовят исполняться в обратном или произвольном порядках. Вот тут-то на сцену и выходит человеческий фактор. Да, само собой, у людей больше причин не выйти на работу, ведь это непредсказуемые куски мяса на каркасе из скелета, обтянутые волосатой кожей. Человек может запить, загулять, заболеть, умереть или, что еще хуже, захотеть уволиться или начать качать права. Но и оснащать все машины автопилотом – не стоит. Не ровен час, как полетят сервера компании, и все роботы на время станут грудой железа. Саботаж или банальная халатность могут стать причиной появления вируса все в тех же серверах. Не тонуть же городу в мусоре до тех пор, пока все не починят?

Некоторые задавались вопросом, раз люди непредсказуемы, а автопилот может сломаться, то почему бы не оснастить машины ИИ? Но как только таким людям показывают счет за покупку и обслуживание ИИ – все вопросы отпадают сразу. Вывоз мусора не достоин такого дорого удовольствия.

Потратив еще пять минут на прогрев огромной машины, загрузку маршрута в навигатор и сбора ежедневных бонусов в телефонной игре, Отис, наконец, поехал. Сперва за кофе, а после – работать. Спать хотелось сильно…

***

– Доброе утро, жители столицы! На дворе 10 июня 2211 года, за окном 20 градусов волшебного тепла по-старому, доброму цельсию. Синее-синее небо приветствует первых вышедших на работу. Не можем не поздравить Вас с годовщиной празднования «Заключения мира». Как вы все, должно быть, уже знаете, в честь этого события, ближайшие три дня будут снижена стоимость на все услуги по модернизации своего тела и\или организма. Не важно, путем кибернетизации или генной инженерии! Мы все равны! Стань лучше, будь лучше, оставь мир после себя лучше, чем он был вчера! Реклама заказана корпорациями «Эт Карнес Ферро» и «Арканум Имморталис». Ну а с вами гид Вашего настроения – Томми Ли. Оставайтесь с нами…

Аксель давно заметил, что, если на будильник ставить какую-то мелодию или песню, со временем она начнет раздражать тебя больше и больше. Изначально, пытаешься поставить любимый трек, чтобы вставать утром в приподнятом настроении, но получается, наоборот. И решением такой проблемы (дабы не испортить любовь ко всему своей плейлисту) оказалось использовать старое и доброе радио, включающееся в назначенный час. Кстати, радиоволна так и называлась – «Старое, доброе радио». Это была одна из немногих радиостанций, в привычном ее понимании. Ну, а так как там еще и работает ведущим его друг Томми, то любой будний день начинался вполне сносно. Но для Карен было странно, почему именно это радио и особенно голос его друга – не вызывают такой реакции, как любимые саундтреки. Подозрительно?

– Доброе утро, солнце, – Аксель потянулся поцеловать лежащую рядом любимую девушку.

Наверное, её волосы – это то, на что он сперва обратил внимание при знакомстве. Настолько натурально блондинистые, настолько прекрасно длинные, что ей, буквально шла любая прическа. Да даже с утра, она не выглядела медузой Горгоной, а была словно так, будто встала еще час назад, выпрямила их утюжком и потом легла обратно.

– Доброе, – промурлыкала та в ответ.

– Выспалась, я надеюсь? Иначе, знаешь, очень обидно будет, что опять все одеяло забрала, а пользы это не принесло.

– Ой, ну, в целом неплохо, слушай. А осознание того, что у нас завтра начнется отпуск – просто крышу сносит!

– Это-то да, но ты, кажется, не заметила, а я пытался на тебя наехать. Надеюсь, твой день будет длиться на наглость долго!

– Все я заметила, и съев вчера на ночь МОЙ последний йогурт – ты был справедливо наказан, дорогой. Так что не накручивай себя, – ехидно съязвила Карен и потрепала парня за щёку.

– Надеюсь, у тебя на все такая хорошая память. Ведь если она тебе последнее время ни с кем не изменяла, то завтра…

– Я все помню! Все уже готово и заказано. Ведь я тебя знаю! Готов оставить все на последний день и переплатить в три раза дороже. А так я обо всем позаботилась и осталось только оплатить.

– Зарплата с отпускными придут завтра в обед, тогда все и оплачу. Вообще странно, что свой подарок я оплачиваю себе сам…

– А ничего что там тебе придет и моя зарплата тоже!? И подарок этот твой лишь процентов на шестьдесят пять! Между прочим, там будет и мой праздник тоже, жук! – и Карен набросилась на Акселя с кулаками и поцелуями.

Несмотря на кажущуюся склоку и раздор в разговоре, сейчас оба ничуть не злились. А нацеловавшись вволю, улыбнулись и рассмеялись. Вообще, они были замечательной парой. Почти не ссорились. А если вдруг и находили такую причину, то секс всегда снимал стресс. Молодая пара, почти семья, что с них взять?!

– Солнце, только давай договоримся. Ты постараешься собраться быстрее, чем обычно. Иначе на хрен мы так рано встали?

– Акс, дорогой, у меня все под контролем. Через час уже будем ехать на работу. Надеюсь, ты же понимаешь, что лучше приехать сегодня пораньше и уехать попозже, чем отвлекаться на работу ближайшие две недели?

– То-то и оно, что я понимаю. Будет обидно проснуться сегодня раньше и … все равно приехать как обычно.

– Все, дуй, не брюзжи!

Все это время одевавшийся Аксель вышел из комнаты включить робота приготовить завтрак, а сам ушел в ванну. Карен же, его девушка и невеста, только вылезла из кровати и тоже стала приводить себя в порядок. Вообще, откровенно говоря, они хорошо устроились – работали коллегами в одной компании. И благодаря этому, много времени проводили вместе. И уж если кому-то и нужно было свое личное свободное время, то точно не этой сладкой парочке! Они, что называется, «дышали в унисон», были единым организмом. Стоит отметить – единым и «чистым» организмом. Аксель и Карен – все еще оставались людьми без каких-либо модификаций. Просто, в двадцать третьем веке, различные импланты, протезы, гены, вмешательство в ДНК и прочее стали обыденным делом. На каждой улице города работали салоны и мастерские, где можно было улучшить ту или иную часть тела. Абсолютно любую, по абсолютно разным ценам, абсолютно разного качества и так далее, но обязательно с приставкой слова «абсолютно». Выбор был нереально огромен.

И не то, чтобы это было странно, аморально или больно – нет, но ребята просто не видели в этом какой-то серьезной необходимости. Никаких преимуществ в их работе им это не давало. Их слабостью были татуировки. Так, например, у Акселя был шикарный черный корабль на предплечье. Паруса которого сияли приятно розовым оттенком, а сам бриг был на фоне заходящего оранжевого солнца, которое выглядывало лишь на половину. У Карен же вдоль бедра и талии красовался жуткий кракен. Тату были сделаны до их встречи, так что нет, это были не условно парные тату на морскую тему.

Так же, ребятам нравилась именно техника. Гаджеты то есть. То, что можно было взять в руки, надеть, потрогать, но не пихать внутрь своего тела. Вот, простой пример: можно по-разному овладеть и получить, условно, «ночное зрение». Вообще, такой апгрейд – детский, никому не нужный, лепет. Из-за всего прогресса за последнюю сотню лет – города разрослись и «прокачались» настолько, что в них нет ни единой темной улицы. Всё везде вокруг освещено: либо светом вывесок, либо из окон зданий. Не говоря уже о банальных уличных фонарях.

Так вот, «ночное зрение» можно заиметь, если поменять родные глаза (или даже глаз) на кибернетические, которые так же будут связаны всеми нервными окончаниями с мозгом и выглядеть это будет по-настоящему правдоподобно (само собой, за реалистичность нужно доплатить) или же вот, установить имплант стимулирующий глаза повысить качество зрения (включая качество видимости в темноте или любом другом спектре). Так же есть вариант пойти по пути изменения генов или органов и провести операцию по внедрению частички ДНК искусственно выращенного для таких целей животного. А вот еще вариант! Искусственно выращенные органы с уже изначально улучшенными глазами, которые можно просто пересадить себе взамен старых. Ну а раз, существует столько вариантов по изменению самого простого и банального улучшению зрения в темноте, то существует столько же различных организаций по борьбе или пропаганде с тем или иным вариантом. Кому-то не нравится, что специально в инкубаторе выращивают животных на убой. Другим не нравится иметь в своем теле какие-то посторонние железяки или провода (несмотря на то, что они максимально микроскопические и имеют размер нервных окончаний). Кто-то так и вовсе параноить на тему, что если установить кибернетический апгрейд, то за ним смогут следить спецслужбы. И даст доступ ко всей личной жизни. Они, наивные, полагают, что силовые структуры смогут следить ТОЛЬКО после таких манипуляций с организмом. На самом деле, они давно обо всем в курсе.

Ну а еще, есть гаджеты, которые позволяют сделать трюк со зрением без хирургического вмешательства. Простые линзы или очки – преспокойно могли в этом помочь. И именно к сторонникам такой «чистоты» относятся Карен и Аксель. Относятся, но не придерживаются принципиально.

Не час, а сорок минут понадобилось, чтобы оба были готовы. В этот раз Карен не пришлось долго собираться, потому что неделю назад потратила на сборы целый час, нанося специальный новый дорогущий, но «экологически чистый, очень мне нужный, у всех такой уже есть, а еще позволяет экономить кучу времени утром» макияж. Он по принципу хамелеона впитывается в течение дня под кожу и к ночи на лице его нет совсем, так что ничего смывать не надо, а утром, после умывания в теплой воде, появляется вновь, да в таком виде, словно нанесли его только что.

Пара работала в компании по продаже автомобилей. Аксель был экспертом в области продаж, а Карен начальницей отдела страхования. Отличная работа в просторном автосалоне в чистых и красивых костюмах, с богатыми людьми. Не элитная, конечно, но отличная.

При всем этом, у ребят не было машины. Казалось бы, как так? Но и тут все просто: нет смысла. Общественный транспорт, такси, вакуумные лифты – без проблем доставят почти в любую точку города за чисто символическую плату. А если компания крупная (какая и была у ребят), то она оплатит расходы по передвижению своих сотрудников сама.

Кому тогда нужны машины? Загородным людям, которые живут вне такого замечательного мегаполиса. Машина – не способ передвижения в 23 веке, а признак статуса и успешности. Либо все проще и ты интроверт ипохондрик, который всеми силами пытается не находиться в замкнутом пространстве с кучей людей.

У Карен, перед походом на работу, был маленький обряд. Она писала записку самой себе в будущем, в которой пишет план на день и чего хочет ото дня. То есть, утром, она еще не знает, что произойдет за сегодня и в записке пишет, как она хочет, чтобы день прошел, выполнила ли она задачи минимум и все в таком духе. Какой-нибудь комплимент себе. Или то, как она любит своего жениха несмотря ни на что. Если к вечеру, они по какой-то причине поссорятся, то придя с работы и прочитав "свои мысли в прошлом", она успокаивается и понимает, что все это мелочи. Сейчас она тоже написала записку, которую прочтет вечером и посмотрит, что сбылось, а что нет. Рассказала ли они Аксу важную новость или, как и всю неделю до этого, боялась.

Проходя мимо ванной в спальню, куда всегда клала записку, вешая ее на зеркало, Карен что-то унюхала:

– Аксель, а ты полотенце вчера после душа повесил сушиться?

– Эм… да, – на самом деле Аксель не помнил, повесил ли полотенце и прикусил губу. Он помнил главное: что начал вытирать тело сверху вниз, как положено любому мужчине. Сначала лицо, а потом уже все остальные «причиндалы».

– Ну, врешь же! Оно до сих пор мокрое и пахнет теперь сыростью…

Акс попытался ответить, но дернул кружку и горячий чай капнул на носок. Как бы абсурдно это ни звучало, но Акса это задело, парень вспылил. Ногу обжег, носок мокрый и сладкий (чай был с сахаром, очевидно), наезд нелепый. И буквально на секунду всё его нутро «взбрыкнуло». Впрочем, он всегда был импульсивным. За это девушка его и любила. Но и из-за этого, ссоры были чаще, чем могли бы быть. Дилемма.

– Ну забыл и забыл, что бубнить то? Я часто закрываю глаза на твои мелкие проколы. Помнишь, забыла сковороду с плиты убрать? А на утро это был керамический уголек. А почему это был уголек? Да потому что кто-то перед этим отключил на кухне автоматическую слежку за плитой, ибо, цитата, «для моих фирменных спагетти нужно, чтобы они долго томились, а плита из-за «системы безопасности» не даст ТАК долго держать кастрюлю на плите»

– Да не наезжаю я на тебя… И… И вообще! Что разорался то? Спросить уже нельзя? С каких пор стал вредным таким?

– Я всегда такой был. Просто капля за каплей и порой начинает бесить политика «в чужом глазу соринку видишь, а в своем – бревна не замечаешь». Не круто это, пупс! И я не кричал.

– Фу, какой к черту пупс? Я тебя просила не назвать меня так. Как угодно, то не этим тупым словом!

– Что говоришь, пупс? Прости, пупс, тут, между нами, два метра, пупс, и очень плохо, пупс, слышно тебя. Пупсик.

– Р-р! Бесишь! – прокричала Карен и хлопнула дверью в ванную.

Для сравнения, если пару минут назад, они игриво ссорились, то сейчас все было серьезно. Насколько это возможно в таком нелепом споре, конечно.

Выйдя все-таки из дома действительно раньше, они, как и много раз до этого, отправились к остановке через перекресток. Первой шла Карен, а Аксель был чуть поодаль, но на расстоянии вытянутой руки. Может полутра рук. Вредные, ворчливые голубки еще не помирились и не успокоились, поэтому демонстративно не шли вместе.

– И вообще, я хотела тебе еще кое-что рассказать, пока настроение было. А сейчас – хрен тебе.

– Ну обиделась ты, так обижайся достойно. Без бубнежа. Желательно, молча.

Только за это расстояние от подъезда до остановки, была пара мастерских от двух главных и конкурирующих корпораций кибернетики, булочная со свежайшей выпечкой, из которой уже приятно и аппетитно пахло, несколько магазинов бытовой техники или мебели, игровой клуб с приставками, компьютерами и автоматами и приют для питомцев. Каждое заведение отличалось и по внешнему дизайну, и вывески были одна краше другой. Все в этом мире, было к услугам живущих. Яркие и пестрые вывески зазывали проходящих мимо в свои сети. А цены! Цены! Из-за огромного спроса, но и конкуренции, фирмы и корпорации продавали товар и услуги максимально дешево. Разумеется, качество хромало и за хороший продукт все так же приходилось отваливать немалые деньги. Тем не менее, за последние пару десятков лет мир, его индустрия во всех сферах – достигли очередного пика. Хорошенько поискав, можно было найти всё, что угодно.

Кстати, говоря о качестве товара, эти двести метров до остановки не выдержали шнурки Акселя. Они развязались и кроссовок чуть было не слетел с ноги. Он буквально на десять секунд приостановился перед дорогой завязать их хоть как-то, пока Карен шла вперед через перекресток на зеленый свет.

***

Уж не ясно, накрутил Отис себя так или действительно организм требовал своего, но он буквально засыпал за рулем. Веки были свинцовые, не иначе. За заветным крепким кофе оставалось проехать всего два квартала и один, внезапно, темный тоннель. В момент заезда под землю Отис моргнул, да так, что больше не открыл глаза. "Помогло" еще то, что на веки вообще перестал попадать свет.

По городу было ограничение в скорости, и все это время он ехал даже медленнее чем можно, чтобы ненароком не зацепить чужую машину, коих было много на обочине, но уснув, он расслабил мышцы ног и навалился на педали всем весом, от чего огромный мусоровоз начал медленно, но верно набирать обороты. Несмотря на то, что в такой громадине был по-настоящему мощный двигатель, он не шумел как сотни злых собак. Все же работа мусорщика начиналась рано утром и многие люди могли еще мирно спать, поэтому мусоровозы оснащали практически бесшумными двигателями. Ну а так как машина «плыла» по воздуху на гравитационной тяге в сантиметрах 30 над дорогой, то она была практически бесшумна.

В ранний час дорога была еще пуста, поэтому на пути не было каких-либо препятствий, мешающих или тормозящих машину. Никаких, кроме одного «субъекта», идущего на работу…

***

В 23 веке люди очень привыкли полагаться на ИИ, роботов и автопилоты. Даже переходя через дорогу, они уже не смотрят по сторонам, потому что почти все машины оснащены датчиками, которые могут заранее остановиться или хотя бы посигналить пешеходу. Пара Карен и Акселя не была из этого числа, поэтому Карен, само собой, посмотрела на обе стороны дороги. Так еще ее учила мама в детстве. Прописные истины. Слева ничего не было, и справа, со стороны темного тоннеля тоже. Странно, что там не горели лампы, но, несмотря на всю автоматизированность мира – такие проблемы оставались.

Будучи уверенной, что вокруг ни одной машины, она пошла смело прямо.

***

Никто из них не понял в чем дело. Сначала. Отис спал, Аксель моргнул, А Карен шла. Огромный, старый и грязный мусоровоз снес её как целлофановый пакет.

В тишине утренней улице случился звук: стук костей, мяса и органов; стук человеческого тела о металл мусорной машины. Хруст и чавканье, лопанье чего-то, внутри стройного и молодого женского тела. За этим звуком, последовал второй. Может быть, это был вскрик девушки. От осознания неизбежного. Или от острой и пронзительной боли. Может быть, это кричал Аксель? К сожалению, теперь не понять.

Но именно этот нетипичный набор звуков и дал Отису проснуться и резко начать тормозить. В свету солнечных лучей, отраженных от окон домов, и ярких вывесок магазинов, оставшихся включенных с ночи – всё лобовое стекло было в чем-то мутно красном. Не поняв, в чем дело, он попытался дворниками убрать это со стекла, но отмывалось с трудом. И лишь когда дворники стали хрустеть и соскребывать что-то твердое вперемешку с тонкими-тонкими линиями, больно уж похожими на волосы, Отис что-то медленно начал понимать…

Самостоятельная работа

– Давайте еще раз, и по порядку. Вкратце.

Состоящий почти полностью из кибернетических частей тела и протезов, следователь, откинулся на спинку стула, завел свои черные руки за голову и закрыл глаза. Забыл, что собирался закурить свою огромную сигару и снова засуетился. Голос был абсолютно человеческим, хотя казалось, уж, что-что, а он должен "отдавать" металлом.

Перед ним сидел бледный водитель мусоровоза, который сегодня рано утром по пути на работу сбил насмерть молодую девушку. Таких происшествий, кстати, уже давно не было. Сейчас либо какая-то малолетка, мнящая себя гуру хакерства, пытается ограбить чей-то виртуальный кредитный счет и попадается на первом же кругу защиты с потрохами, либо разные фрики сходят с ума от мешанины «железа» в своем теле. Несовместимые протезы и программы начинают сбоить, от чего человек может впасть либо в бешенство, либо в безумие, что, впрочем, есть одно и то же. А тут – мусоровоз оставил от девушки лишь мокрый след на стекле и чуть-чуть на асфальте. Да и те уже, наверное, высохли. Да, дело очевидное и легкое, но такое интересное. Глоток свежего воздуха в затхлости рутины и обыденности. Само собой, мусорщик, понесет наказание. Да только там столько возможностей смягчения приговора, что максимум пару лет в колонии. Либо вообще домашний арест.

– Хм, ну, утром я проснулся на работу. Очень хотел спать и первым делом поехал за кофе. Его дома не было. Ну, знаете, за тем кофе, который сейчас рекламируют на всех голо-билбордах. От «Чибус Деорум», кажется. Вот. Дальше, въехал в тоннель по пути. А там, почему то, не горела ни одна лампа, ни один фонарь. Я даже не успел включить фары, как глаза тут же закрылись. Клянусь, не ожидал, что усну! Проснулся же от резкого хлопка и толчка, смотрю, а лобовое все темное, и понимаю, что это… ДУМАЛ, понимаю, что это грязь. Ну, мало ли откуда. Начал смывать, а там волосы. Вперемешку с чем-то. Ну и по тормозам. Ноги как деревянные были. Еле нажимали на тормоз. Никак не мог остановиться, – голос говорящего с каждым словом становился тише и глуше. Видать, ком к горлу подступал.

– С потерпевшими вы знакомы не были? – офицер стряхнул пепел в мусорку.

– Нет, конечно, нет. Куда там, впервые вижу. М-да, видели бы вы лицо парня, видимо, это жена его была…

– Видел. Глаза его до сих пор стеклянные. Ха, а забавно получается! У вас вон ноги деревянные, у него глаза стеклянные. Не из мяса будто сделаны, а прабабушкиного серванта! Кофе то, кстати, еще хотите?

– Вы что, шутите? Я теперь никогда не усну, наверное. Картина эта перед глазами, а в ушах хруст. Или звон. Я даже не понимаю, что это…

– А-а, так это у нас ремонт.

– Не смешно! Как вы можете в такой ситуации так издеваться?!

– А я говорю по факту и на полном серьезе. Звуки, что у вас в ушах – это ремонт в соседней комнате. Остальное – психологическая накрутка. Скажу сразу, вам однозначно светит тюрьма. Менее вероятно – домашний арест. Да, не округляйте глаза, я уже вижу в глазах немой вопрос «как так?». Мы знаем о вас все. И из-за некоторых личных и семейных обстоятельств, приговор может быть максимально мягким. А если все же тюрьма, то будете отбывать срок и работать на благо общества под надзором. Всю вашу заработную плату – семье. Сами на обеспечении города. Но я не судья и это не приговор.

– Понимаю. Наверное. Я могу поговорить с женой? Позвонить ей. Но наедине. У меня нет денег на подкожный коммутатор. Поэтому, звоню по-старинке.

– Мы вам дадим телефон, она может приехать, если хотите. Сами должны понимать, сейчас вы отсюда никуда ни ногой.

– Да.

В нескольких комнатах от «допросной», сидел Аксель. Глаза его и правда были как стекло. Мыслей в голове не было абсолютно никаких. Еще пару часов назад у него была девушка. Его самое любимое существо на всей планете. Утром они говорили, что, получив свои зарплаты, рванут к океану на отдых. Там же распишутся. Официально станут супругами. А сейчас? Что сказать ее родителям? Хоронить даже нечего, тела как такового нет. И не менее главное, что будет с ним самим? Его жизнь была далеко не сахар до встречи с ней, и лишь когда она появилась – его, словно окрылило. Все, что было до нее – сплошное самобичевание и жизнь на таблетках седативного, что выписывал психиатр, дабы не наложить на себя руки раньше времени. Но теперь ясно, что он витал в мечтах, чтобы затем его взяли за ноги и больно с большого замаха вбили в землю. Буквально размозжив его как…

Как Карен.

***

– Доброй ночи, дорогие слушатели, с вами Томми Ли, – голос ведущего мгновенно стал серьезным и строгим. Официальным. – Друзья, возможно, вы уже слышали страшную новость: сегодня утром на пересечении улиц Дэвидсона и Парадигмы, была насмерть сбита молодая девушка. Подробности, что с ней стало, мы говорить не будем в ваших же интересах. Иначе ужин может попроситься на выход. Поэтому лишь сухие факты и краткая сводка: мусоровоз под управлением человека вылетел из неосвещенного тоннеля и буквально оставил девушку у себя на лобовом стекле. Водитель понес наказание. Так как этому делу дали категорию D, то был проведен экспресс-суд. Небольшое отступление, давайте я немного напомню, что это за суд. Ведь все-таки реформа судебных дел была проведена не так давно, после тех … тех громких событий, годовщину которых, к слову, мы сегодня утром освящали, – и в этот момент голос ведущего снова взорвался градом эмоций и радости. Неподготовленный слушатель мог получить легкую контузию. – Перед ликбезом, еще раз напоминаю важную информацию от наших спонсоров. Если вы хотите здоровое новое тело или вам больше по душе вставки из титанового сплава, то смело обращайтесь в клиники по улучшению организма от «Эт Карнес Ферро» и «Арканум Имморталис». Стань лучше, будь лучше. Оставь мир после себя лучше, чем он был вчера! – взрыв эмоций был исчерпан и Томми вновь заговорил так, словно распутывает клубок таинственных дел. Медленно и размерено. – Вернемся к нашей новости: все происшествия начали делить на категории. От "A" до "D". От сложных, к легким. Всего 4 категории. Пока все просто. Перечень происшествий, которые попадают под категорию "D" – много, и наше одно из них. Так как в случае с мусорщиком были очевидцы, плюс, это попало на камеры наблюдения и, еще на тот момент подозреваемый, ответил на все вопросы на детекторе лжи – дело отдали на суд ИИ. Важно отметить, что в деле фигурировало множество отягчающих обстоятельств, которые были не названы в связи с законом о нераспространении личной информации виновника ДТП. И, собственно, искусственный интеллект, на основе информации, которой он владел, выдал следующее наказание: 3 года тюрьмы общего режима и плюс общественные работы с выплатой 100% заработка. Уж не ясно, чем он заслужил последний пункт. Ну да ладно. Такова ситуация и имеющаяся информация на данный момент. Теперь по порядку с самого начала. Возможно, вы слышали, что я делал акцент на некоторых словах. Во-первых, какого черта водитель был человеком? Нет, само собой, он не мог быть кошкой или собакой, но огромный процент всего общественного транспорта обслуживается или простым автопилотом, если речь идет о простом вакуум-лифте или искусственным интеллектом, если средство передвижения использует больше направлений чем вверх\вниз и вправо\влево. Во-вторых, у нас что, на дворе средневековье? Почему такие опасные места, как тоннели не освещены должным образом? На камерах было видно, как девушка вертела головой перед тем, как перейти дорогу. И раз не увидела опасности – попыталась её перейти. В показаниях обнаружился нюанс, что света в тоннеле в то утро не было от слова совсем! Полицией был проведен эксперимент, что если машина будет двигаться абсолютно бесшумно, как это и было, то ранним утром, с того пешеходного перехода – не видно абсолютно ничего, что творится в тоннеле. Там может проходить немая оргия тридцати человек, но вы ее никак не увидите. В-третьих, что это за наказание такое? Произошел случай невиданный за последние годы! А виновника фактически пощадили. Да, никакой смертной казни у нас нет, но из некоторых источников я получил информацию, что водитель, ВНИМАНИЕ, просто … уснул. Понимаете? Он хотел спать, уснул, сбил девушку, проснулся и теперь продолжит работать, получать полностью зарплату, но питаться и жить за счет города, пусть и в тюрьме. Я вам честно скажу, у этой молодой девушки был муж. Всю эту информацию о происшествии я получил от него. Рассказывая мне все это – он был просто в ярости, и я его понимаю! Впрочем, оба этих человека были далеко не последними людьми в городе, поэтому, я уверен, это не конец истории. Они еще подадут ходатайство об ужесточении приговора. Такие безалаберные люди не должны быть на свободе.

Аксель все это время сидел в студии и слушал. Том несколько лукавил: мужем Карен он еще не был, насчет их важности в городе, он тоже загнул, да и когда Аксель рассказывал другу ту историю – ярости в нем тоже не было. Хотя после этой речи друга, в нем что-то зажглось. Совсем чуть-чуть, но голова начала работать, а не просто хлопать глазками. Все это время он внимал, что говорит Томми и кажется, кое-что понял. Ведь действительно, водитель слишком легко отделался. Причин, почему он хотел спать – масса, но разве это оправдание? Это не справедливо! Один человек – лишился жизни. Еще троих (самого Акселя, а также родителей Карен) – это сломало или подкосило. А тут три года, и ты свободен.

В Акселе тихо закипала ярость. Он был человеком с высоким, но своеобразным чувством справедливости, и это казалось ему абсолютно нечестным. Необходимо было что-то делать, но что? Суд уже был. Жаловаться на то, что все решилось меньше чем за сутки – бессмысленно. Таковы новые законы. Нужно подумать…

***

Человек с седым ёжиком на голове, в серой словно рясе ехал по удивительно темным закоулкам улиц, обычно ярко освещенного города, за рулем красного спортивного автомобиля и слушал фоном радио. Там говорилось о каком-то никому неизвестном происшествии, о каких-то замашках и попытках ведущего быть эрудированным и подкованным в вопросах коих он абсолютно не разбирался, но вот кое-что там все-таки было интересно.

– Важные и злые люди говоришь?.. Хм. Куй пока горячо, да? Дай Бог, времени хватит. Надо успеть.

После чего машина еще раз свернула в очередной темный переулок, ускорилась и растворилась во тьме засыпающего города.

***

– Ты прости меня, amicissimus, – обратился Томми к другу.

– За что? – Аксель витал в своих мыслях и не сразу понял, что обращаются вообще-то к нему.

– Мне там рекламу пришлось вставить. Ну, про эти гребанные корпорации. У меня договор, я никак не мог его нарушить. А радио никому почти не нужно. Приходится рекламировать все, что под руку попадется. Приходится идти к ним на ковер, чтобы они дали объедки со стола.

– А-а, я, если честно, не заметил этого. Да и слушать-то стал только в конце. Какие мы важные шишки?

– Так надо. Я хочу вызвать резонанс. Потому что случай – вопиющий! Вы мне как брат с сестрой. Я переживаю не меньше твоего и хочу, чтобы вина человека была доказана по-настоящему, а не формально для галки.

– Знаешь, вот когда ты тогда начал говорить про злость и ярость – я понял. Я действительно зол. И с каждой секундой злюсь больше.

– Ну, вот видишь. Тем более. Я знаю тебя лучше всех. Даже когда ты еще ничего не понял, я уже знал, что как только оцепенение пройдет – ты попытаешься разобраться в этом всем сам.

– Как сказать. Я даже не знаю, с чего начать. И что разбирать.

– Давай так. Утро вечера мудренее. Мы с тобой утром пойдем со мной на работу. И в утреннем эфире будем вместе думать, может, звонки какие в студию прилетят. А так как в эфире нельзя молчать будет – мозгам придется обязательно что-то подкидывать. Так и придумаем.

– Мне с тобой? В эфир. Ну не знаю. Я не уверен.

– Все будет хорошо. Или ты уже остыл?

– Черт, нет, я не остыл!

– То-то же.

Ребята шли домой к Томми. Аксель не мог находиться у себя дома, а также боялся остаться один. Родители Карен вовсе начали обвинять во всем Акселя. Мол, если бы не он, она была бы жива. Он думал об этом, но как-то странно обвинять человека лишь в том, что они вместе жили. Он не толкал ее под мусоровоз. Он не выкинул ее с десятого этажа. Не накачал синтетическими наркотиками, от которых у нее поехала крыша. Не «обвесил» имплантами, от чего она могла подцепить компьютерный вирус и тоже свихнуться. Он просто был рядом в момент трагедии и ничего не мог поделать. Если только прыгнуть вслед за ней. Похоже, ее родители именно так и хотели.

В любом случае, сперва, нужно было поспать. Даже находясь под воздействием сильных транквилизаторов, которые он достал из древней заначки из прошлой жизни, Аксель был не спокоен до конца. Конечно, он переживал, но больше – он злился. Непонятно на что больше. На себя ли, что был рядом, но не спас подругу. То ли на родителей девушки, что винили его. То ли на друга, что приврал его историю и вставил чертову рекламу, которую Аксель конечно же слышал, но не подал вид. Либо на водителя. Но самым вероятным, кажется, что на все вместе взятое. Эту совокупность и нужно будет обязательно завтра выплеснуть в эфире.

***

Наконец-то. Это тот самый день! Было ощущение, что он никогда не наступит. В голове прям зудит мысль, о каком-то подвохе, но нет же. Все ясно – как белый день.

– Ты еще не придумал, что будем делать?

– А чуть конкретнее?

– Ну как же? Особенный день. Особенные планы. Не просто же постоять пятнадцать минут перед священником и поехать обратно. Что насчет переводчика?

– Я? Хм, я думал, мы оба должны приложить к этому руку. И мысли. Мозги там. А насчет переводчика, тут такое дело, придется взять на вечер эти туристические внешние импланты.

– Ясненько, – вздохнула Карен. – И вообще, зная тебя, ты отметешь все классные варианты и выберешь свой, и дабы пропустить это бесполезное бодание рогами – я уже согласна.

– Эту фразу ты сказала и полгода назад, – усмехнулся Аксель.

– Да, и не сделай так, чтобы я пожалела, будь добр.

Акс посмотрел в изумрудно-зеленые глаза, чмокнул Карен в лоб, она его в нос, провелась по чернющим волосам и пошла прихорашиваться дальше. Да, есть причуда, что жених и невеста не должны видеть друг друга до свадьбы в нарядах… или без них? Но ребята были не из верующих в приметы. А уж в какие-то грустные выдумки предков тем более.

Они и эту свадьбу то не хотели, но родители Карен настояли. Поэтому, был принят компромисс: сегодня «свадьба» так, как хотели молодожены, а потом, по приезду обратно домой, свадьба, как хотели все остальные родственники. Их было немного, но, когда речь зашла о свадьбе, ор поднялся выше гор.

Как, кстати, хотели ребята? Наверное, крайне банально, надев розовые очки. Карен с Акселем посчитали логичным сделать день «неофициального» бракосочетания не лишь бы каким, а хитровыпендренным.

А именно: после жаркого дня, в приятный вечер на песочном пляже на берегу океана. С видом на тихую и лазурную водную гладь, простирающуюся до самого горизонта, за которым будет лишь солнечный диск, медленно тянущийся вниз, и созерцающий начало их союза.

Начнется торжество на фоне яркого, чистого и синего неба, а закончится оранжево-розовым закатом и, невидимыми в городе, но по-настоящему далекими и яркими, звездами. Как, только родившимися, так и давно умершими.

А потом будет брачная ночь, в которую они, разумеется, как и хотели, сделают новые татуировки и напьются в хлам в одном из баров отеля, в котором заселились по приезду. Да, татуировки под алкоголем – не лучшая затея, но явно не смертельная!

Аксель знал точно. Эта женщина будет вознаграждена за то, что выбрала его. И нет, не в каком-то похабном плане. Имея возможность общаться с кучей девушек в свое время, когда он встретил Карен, то понял, что именно ее нельзя упустить. Уже тогда он начал проявлять весь свой мужской шарм, дабы очаровать ее. С переменным успехом, но все же. Уже тогда, он готов был обогнуть мир на своих двоих, лишь бы она была счастлива. И сейчас, ее фразу «не дай мне пожалеть об этом выборе», он слушал с ухмылкой. Ибо прекрасно понимал, что с ней он будет до самой смерти.

Знакомство

Наступившим утром, Аксель проснулся очень тяжело. Из-за кучи выпитых таблеток перед сном, куда входили и успокоительные, и антидепрессанты (те, оставшиеся из прошлой жизни. Срок годности кончился, но другие купить было невозможно, так как продажа таких лекарств идет лишь по рецепту), и снотворное. В таком количеств пить их нельзя, но ему было плевать. Все что угодно, лишь бы не чувствовать горечь, которая жгла изнутри и просила залезть на стену, выть и рвать на себе кожу, бить морду первому же человеку. Лишь бы не ком, который невозможно было вытошнить и выплевать из горла.

Еще эти чертовы сны… или галлюцинации? Такой явный морок и о таком близком будущем. Фактически, оно должно было наступить сегодня. Должен был начаться их общий «новый, дивный мир», а по итогу…

Впрочем, «другое» будущее и наступило. По-настоящему «другое».

– Ты как, amicissimus? – Томми стоял у двери в гостиную и смотрел на "зомби".

Акс вздрогнул. Это состояние, оно такое интересное и непонятное. Вроде, сидишь полумертвый из-за передозировки, а все равно вздрагиваешь от неожиданного шума.

– Никак. Совсем. Ничего не хочу. Я имею в виду то, что мы вчера обсуждали. Можно не надо никаких «расследований» и прочей лабуды? Дай мне сдохнуть.

– Ты что?! Да как так-то? Надо! Еще как.

Друг зашел в комнату и подсел рядом на диван. Чуть не спотыкнулся об игрушки, оставленные его ребенком еще со вчерашнего вечера. Ведь неожиданно пришел "никакой" дядя Аксель, которого срочно надо было куда-нибудь положить отоспаться.

– Акс, ты же понимаешь, что… это надо в первую очередь для тебя. Мы с тобой знакомы не первый день. Ты был в дичайшей трясине еще несколько лет назад, до встречи с Карен. Она, – сделал акцент Томми и продолжил: – Смогла тебя вытащить, а не я. Сейчас, все может быть гораздо хуже. Не хочу углубляться, в чем именно и как это выразиться. Ты не дурак, сам понимать должен. Но даже если все обойдется. Ты найдешь ресурсы не добить себя окончательно, то пройдет год, два, пять лет. В лучшем случае. И ты начнешь загоняться, что не попытался что-то изменить. Не попытался добиться, справедливости что ли. Нам ссут в уши, что вся эта автоматизированность во всем – решает кучу проблем и можно идти по улице ночью с мешком денег и закрытыми глазами и ты останешься жив. Ибо все так радужно и прекрасно в городе. Твой случай – прямое доказательство обратному.

Аксель слушал-слушал, вроде был со всем согласен, но хотелось уподобиться страусу и сунуть голову в песок (он не знал, что животные таким образом не прячутся, а пытаются убить насекомых на себе). Уснуть еще, но в этот раз без снов, и проснуться, когда это все кончится.

Томми еще что-то говорил и говорил, но его слова были где-то там, снаружи и у них не получалось найти отклик.

Впрочем, когда Томми пошел на второй круг своей агитации, Аксель все же отмахнулся и решил сделать по-своему: плыть по течению. Если за него решили что-то? Да будет так. Не ради бунта друга, не ради попыток того вернуть слушателей, а просто чтобы остаться наедине со своими мыслями.

Приехать на студию им нужно было очень рано, поскольку необходимо придумать что говорить и с чего начать, дабы мысли лились рекой, сделать конспект и написать пару тезисов. Томми шел первым, метрах в пятнадцати от друга и первым же зашел в здание студии. Аксель был позади и тоже собирался заходить, как ему перегородили дорогу. Спросони, он чуть было не уткнулся в человека. На вид тому было лет пятьдесят, легкая седая щетина, короткий серый "ежик" на голове, и белое одеяние, похожее не то на рясу, не то на балахон. Правда, с кучей разных ремешков, шнурков и карманов по всей площади одежды. В таких балахонах обычно ходили верующие различных верований во времена, когда религия была еще на плаву и были люди, действительно свято верящие в силы свыше. Только вот, несмотря на схожесть с одеждой давних лет, она, естественно, была осовременена. И ткань на ней была из современных полимеров, опять же, с кучей разных застежек, карманов и прочим. Словом, ощущение, что этот наряд можно было снимать по кусочку: отдельно рукав, отдельно плащ и так далее.

– Аксель Кейн? Я полагаю.

– Простите? Что?

– Вы – Аксель Кейн? О вас и вашем же случае говорили вчера в новостях на радио?

Состояние Акселя давало о себе знать. Не было желания удивляться, а кто это такой, а откуда он его знает, а что, собственно, тому нужно.

– А, ну да, я. А вы…?

– Да, позвольте представиться. Вито Мартиньелло – глава общества «Деус Интра Се». Друзья же называют меня просто – "Пилигрим". Мы маленькая община, собираемся в доме на окраине исторического района, в тупике улицы Энцелада. Я услышал о том, что у вас случилось, и хотел выразить свои соболезнования. Всегда очень тяжело терять близкого человека. Я вас прекрасно понимаю.

Акселю было срать. Но он был вежливым, плюс не желал сейчас подниматься наверх. Хотелось тянуть время дальше, пусть даже путем бесполезного трепа.

– Да, спасибо большое. Простите за любопытство, но что за церковь? Вы верите в какое-то божество? Мне казалось, уже сто раз были доказаны и большой взрыв, и наличие темной материи. Да и вообще давно уже не слышал новостей, о каких-либо церквях. Это пережиток истории.

– Церкви? Какое старое слово… Никак нет, но я понимаю ваш скепсис. Скажите, пожалуйста, а вы знаете «историю веры»? Той самой веры, почему люди сражались за своего Бога и готовы были пожертвовать собой за свои убеждения?

– Не думаю. Да мне и не особо интересно, простите.

– У вас есть пара минут? Я думал, вы торопитесь, вы так быстро пытались зайти внутрь.

Фанатик, сделал вывод Аксель. И решил выбрать из двух зол меньшее – подняться-таки наверх в студию. Общение с такими особами вызывало еще большее отторжение.

– Точно. Я прошу прощение, но у меня сегодня очень загруженное утро. В любой другой раз я бы вас точно выслушал.

– Отлично. Буду ждать другого такого раза. Вот вам моя визитка. Смело звоните в любое время дня и ночи.

И снова натянутая улыбка. С обеих сторон. Капля вежливости, тут и там, не более.

– Конечно, договорились, – Пилигрим протянул руку для рукопожатия, но был проигнорирован.

Аксель взял визитку, положил ее во внутренний карман своей джинсовой куртки, зная, что не будет никуда звонить и вся эта вера ему абсолютно по боку. Однако, пуговичку же застегнул обратно. Хотя, обычно, о вещах в таких карманах вспоминаешь только перед стиркой, во время проверки.

– В таком случае, всего доброго! – сказал Аксель и зашел в здание радио. И лишь уже в спину Вито сказал:

– Когда вам нужен будет мир в душе, я буду вас ждать.

"Когда мне нужен будет весь и целый мир, по мне будет плакать психушка", – подумал Аксель.

Наверху же, почти все было готово. Чайник грелся на тумбе, заварка разлита по кружкам, печенье с шоколадной крошкой стояли на смачном дубовом столе, а старые стулья на колесиках были подкачены к микрофонам, установленным по обе стороны того столика. Вся студия или, если угодно, студия, отдавали дань уважения тем самым временам, когда радио было популярно и чтобы его слушать, нужно было настроить конкретную частоту при помощи ползунков или их аналогов на специальном устройстве, которое так и называлось "Радио". Его могли выпускать разные, тогда еще просто компании, но суть у него была неизменна. Дать человеку доступ в мир новостей, информации и музыки.

Тем временем, на часах уже без пяти минут утро.

– Ужас! Ты куда делся-то? Иду впереди, оглядываюсь, а тебя нет. Думал, ходу дал. Не пугай так, ладно?

– Меня мужик какой-то снаружи встретил. Внезапно, имя моё знает. Кстати, только сейчас подумал, а откуда он его, мать, знает? В новостях вчера ты не говорил, а я и не представлялся.

– Может из полиции? У них-то доступ точно есть ко всей инфе.

– Нет, он фанатик.

– В плане?

– У него церковь какая-то и всё такое. Верит сам и мне про веру рассказать хотел. Пытался, покрайней мере.

– А ты?

– А сам-то как думаешь? Какая еще вера? Сторонился я его, – Аксель медленно разливал кипяток по кружкам. Весь организм еще был в состоянии… легкого анабиоза.

– Понял, что ничего не понял. Звучит странно, верить в бога в нашем-то веке. Нонсенс, но давай пока без этого. У нас с тобой есть дело важнее.

– Да не то, чтобы в бога. Он странный, но, вроде, не настолько. Слушай, а может можно без меня? Ну, весь этот сегодняшний театр.

– «Не можно», amicissimus.

– Я серьезно. Мне херово, – позывы тошноты подкатили к горлу.

– Нет, без тебя это будет повторение вчерашнего моего монолога. А оно нам не надо. Будь в эфире, я не прошу от тебя его вести. Просто что-то подмечать и отвечать на вопросы. Хочешь пива? Или еще чего покрепче?

– Не знаю. Утро. Странно пить так рано. Точнее, отвык от такого.

– Добро, если что, дам горячительного. А пока садись, не мешайся, дай провода проведу как надо. Что-то херня получается…

***

В принципе, чего и следовало ожидать. Ничего из этой «затеи» не вышло. Аксель сидел и хлопал глазами, Томми, по началу, был заведен и рьян, но после часа монолога в пустоту и отсутствия отклика со стороны слушателей, тоже стал увядать.

Самое удивительное, что Акса это так же… расстроило. Вот, что значит человеческое нутро: бессмысленное и беспощадное. Не желать что-либо делать, сомневаться, что дело стоит свеч, а когда, всё на самом деле пойдёт под откос, начать расстраиваться, что ничего не получилось. Классика.

– М-да, не такого я ждал, – ребята шли домой, понуро опустив головы и руки.

– Угу, – пнул один из парней лежащую на земле пробку.

– Я завтра еще попробую. Придумаю, что-нибудь, и попробую. Три дня повестки – это уже серьезно.

– Ладно, – пнул со всей силы Акс треклятую пробку.

– Amicissimus, ты что-то совсем не ищешь путей к справедливости, – Томми был явно не в восторге, что всю «работу» приходилось делать одному.

К концу рабочего дня все успокоительные Акселя выветрились, а новые пока "не завезли".

– Твою мать, да что ты от меня то хочешь? Твоя затея была! У меня начался отпуск, понимаешь? Отпуск. И лететь я должен был сегодня на свадьбу. Мне хоть свадьба и на хрен была не нужна, но связать жизнь с этой женщиной – я хотел! А сейчас что? Затираешь про какую-то справедливость, что нужно поднять шум. В наше время ты хочешь поднимать вопросы по радио? Кто их вообще слушает? Всем плевать на таких как мы, ау, очнись!

– Я делал то, что в моих силах и от чистого сердца, – словно оправдываясь, пробубнил под нос Томми.

– Ага, и рекламу ты вставлял каждые тридцать минут тоже просто так.

– У меня обязательства. Я тебе говорил. Так прописано в контракте.

– Ну, так это уже выглядит нихуя не от чистого сердца. А как попытка, на хоть какой-то неординарной теме заставить народ слушать себя, и показать рекламодателю, мол, смотрите, нас слушают, дайте еще денег.

Вероятно, это, конечно, было не так, как сказал Акс. Но что видит человек, у которого горе и злоба на первом месте? А все его попытки прокрастинировать были, иронично, прокрастинированы.

– У меня семья есть, которую, прикинь, надо кормить! И да, я буду пихать рекламу тогда, когда посчитаю нужным. Потому что, иди на хер, вот почему. Взрослый лоб, а понять не может.

– У тебя в каждом нашем разговоре всплывает слово «семья». Я безумно рад за тебя. И знаешь что? Томми, иди в пекло.

Вот так, в очередной раз, из-за притянутой за уши причины, но в силу омрачающих обстоятельств, мелкая склока может перерасти в полноценную ссору двух хороших, если не лучших, друзей. Не в то время, не в том месте, не те слова.

Первый звонок

– Акс, это Томми. Прости за ссору. Ты где? Развернулся тогда, психанул и ушел. Я понимаю, нервы. У тебя опять началось, да? Снова плющить начало? Ты мне скажи, я помогу, чем смогу. Просто ответь на звонок. От тебя сутки вестей нет. Не верю, что ты дома заперся, я проверял. Да и вряд ли ты там сейчас можешь находиться. Ответь, короче, хорошо?

***

– Аксель, ау. Amicissimus. Брат. Третий день, а ты хрен знает где. Ни ответа, ни привета. Я понял, ты снова пошел само бичеваться или что ты там делал несколько лет назад. Будь добр, хотя бы мне, хотя бы сообщение, фотку скинь, что ты тупо жив. И всё.

***

– Я тебе оставил десяток голосовых уже. Еще больше просто сообщений. Ну, надеюсь, ты жив. Хотя бы.

С каждым сообщением голос Томми становился грустнее и грустнее. Они были давними друзьями, еще задолго до начала их отношений со своими дамами. Тогда, они ночами зависали в местах со сборищем сомнительных персон, употребляли то, что не следовало, а если и следовало, то не в том виде, не в том количестве и не таким образом. Аксель страдал и пустился на путь самобичевания, ибо проблемы шли одна за одной: родители умерли, девушка делала ему "рога" и ,по итогу, залетев, ушла к другому, работы не приносили отдачи, денег, профита, в общем. Вроде, ничего удивительного, многие и не из такого дерьма выбирались, но тут весь стресс тянулся с самого детства и где-то к двадцати годам, это был набор психозов, страхов и сомнений. А сил ни моральных, ни физических уже не было. Плюс, не у всех есть запас такого здоровья.

А что Томми? Друг же просто любил кутить и не видел ничего плохого в таком времяпрепровождении. Тем более, считай, составлял Аксу компанию. Благое дело, не иначе!

***

– Мистер Ли?

Наверное, самый внезапный звонок разбудил Томми посреди ночи. Спросони, он пока не понял, что к чему, но через пару секунд, уже представлял, что ему скажут.

– Эм, да, я, что-то случилось, да?

– Случилось. Мистер Кейн, Аксель Кейн. Вы записаны у него в контактах, как второе лицо в случае экстренных ситуаций. До первого, Мисс Карен Грейс, мы не дозвонились.

– Ох, да, конечно, я вас слушаю… – Томми повернулся в сторону. – Спи, дорогая, это по работе.

***

Радиоведущий приехал, как только смог. На Акселя было тяжело смотреть, да и вообще находиться в одном помещении, хотя бы потому, что запах был как если человек умер, воскрес, снова умер, а его труп окунули в самый вонючий сыр на свете. Фиолетовые пятна по телу, от синтетической наркоты, надувшиеся вены на лбу, разбитые костяшки пальцев, нос, губы и левый глаз. Выдрано несколько клоков волос. Но жив. Нашли в помойке у одного из клубов на периферии города. Жаловались на отвратный запах, а дело вовсе и не в мусоре оказалось. Так и нашли.

– Извините, док. Что с ним будет дальше? – Томми явно волновался, но в глубине души был в ярости, что этот хмырь, который его друг, не отвечал неделю и пришлось ехать в больницу посреди ночи из-за него.

Бородатый дядька с красным носом, то ли из-за алкоголя, то ли аллергии, прокашлялся и отхаркался прежде чем говорить.

– Ну, вообще-то, по-хорошему, я должен заявить в полицию на его счёт. Все-таки наркоша, может опасен для жизни окружающих и тому подобное.

– Но?

– Но, вообще то, чхал я на таких отбросов с высокой колокольни. Естественный отбор в действии. Если он тупой, чтобы принимать синтетику, не имея искусственных внутренностей, то скатертью дорога на тот свет. А насчет окружающих, так тоже сами виноваты, что общаются с таким отродьем.

– Вы же понимаете, что раз я у него в контактах, значит, я с ним, так или иначе общаюсь.

– А это, вообще-то, принимайте, как хотите. На свой счёт или нет, – и достал из папки с "историей болезни" тонкую флягу, открыл и выпил. – Мне геморрой и бюрократия не нужны. Берите за шкирку и топайте.

– Может, вы и правы. Лучше быть убитым им, чем стать таким как вы, да, док?

– ЧТО?! Вон! На хуй, оба! И манатки его забери.

Врач рявкнул, брызжа слюной. Кажется, он пил портвейн. Ничего особенного. Дешевое пойло, дешевых людей.

Вещи валялись разбросанные на полу, пришлось наклониться, чтобы их взять и иметь риск получить по хребту, за провокацию врача, которой, впрочем, не случилось. Врач был прилично пьян и мог рухнуть в любой момент, вот и не стал рисковать бить в спину. Затем Томми, взял друга на руки. Никаких катетеров, шлангов и труб к телу прикреплено не было, что позволило быстро "сделать ноги".

***

Он медленно начал открывать глаза. Во рту словно кошки нагадили, в горле сухой ком. Руки, ноги дрожат. Голова болит. Глаза режет. Весь этот, и не только, перечень вещей тяготил бренное тело Акселя. Повезло, что над головой не было никаких ламп и светильников. В комнате в целом был полумрак. Томми понимал состояние друга и прекрасно знал, как важно избавиться от раздражающих внешних факторов, после такой попойки. Аксель же не пытался встать, но пробовал что-то сказать, хотя ничего не получалось. Рот слушаться не хотел вовсе.

– Погоди, дам воды. Сейчас.

Том, словно супергерой, тянул живительную влагу другу. Соломинка утопающему, рыба голодающему. Акс было попытался рукой дотянуться, но рука тоже не стала делать дело и лежала мертвым грузом на кровати.

– Да погоди. Лежи просто, хорошо? Лучше бы не просыпался…

Томми, приподнял голову друга и дал воде дотронуться до губ. Попить все же не получилось, отходняк от всего принятого был жесточайший, а печень, наверное, больше всех хотела сейчас умереть.

Минут через двадцать горло было промочено и можно было говорить. Но Аксель не знал что. Было ужасно стыдно перед другом. Было ужасно стыдно перед Карен. Перед первым, за то, что пропал, перед второй за то, что делал.

– Нам надо поговорить, – первым нарушил тишину Томми.

Ох, Аксель ненавидел эту фразу с самого детства. Её, наверное, все ненавидят, но тут прямо было лютое отторжение.

– М?

– Я не знаю, где ты пропадал. Я не знаю, что ты делал, и что с тобой делали. Я побоялся везти тебя к себе, поэтому мы в мотеле за городом. Еще страшнее мне было от того, что тут на «ресепшене», – Томми взял слово в кавычки, – Никто даже слова не спросил, почему я с телом на плече. Отвратительное место. Отвратительно, что мне пришлось ехать за тобой по первому же звонку врачей. Ты мне отвратителен. Мудак. Я, так понимаю, ты ошивался с той сектой и тем фанатиком, который тебя встретил в день, когда ты сбежал? – Томми выпускал пар как мог.

– Прости, – Аксель замолчал на минуту. Говорить было сложно, вспоминать еще сложнее. Голова была абсолютно против. – Нет, я вообще забыл про него. Я просто ушел. В отрыв? В разнос? Позвонил Арни и тот достал всё, как тогда. Помнишь, Арни?

– Ага, гандон-наркоман.

– Да-да. Кажется, он перебрал, и мы его хоронили. А может это глюки были.

– Заткнись. Честно, не знаю, что делать. Следить за тобой, как несколько лет назад – я не могу.

– А ты и не следил. Ты участвовал.

– Я был рядом, так или иначе. А сейчас все иначе.

– С одной стороны да, с другой стороны нет. Я снова один, мне снова отвратительно, я снова не знаю, что делать.

– Но, а у меня по-другому! – вспыхнул Томми. Но он всегда так, дай ему пять минут позлиться, а потом снова станет заботливой мамашей. – У меня семья. Работа. Брат, я искренне хотел бы тебе помочь. Но ты сам должен этого хотеть. Да даже если я прикую тебя к кровати, сам сяду рядом с битой и буду сидеть сутками – ты или найдешь способ слинять, или просто подохнешь с тоски и одиночества. И я не шучу. Такие случаи в мире уже бывали. Человек просто отказывался жить и тихо помирал.

– Я хочу. Или нет? Не знаю. Сложно, а голова совсем не варит, – слезы наворачивались на глаза. – Я хочу уметь менять время. Я хочу, чтобы все можно было изменить. Все можно было переиначить, – на последнем слове в горле появился ком. – Переиграть, пережить заново. Загрузить сохранение. Переместиться в прошлое. А хер там плавал, дружочек. Поэтому, то, что я хочу – невозможно. А другого на уме нет. Такие дела.

– Понимаю…

– Нет, – резко и громко перебил его Аксель

– Заткнись, щас как… – Томми задрал руку вверх, как если бы хотел удалить друга. – И слушай. Тебе стоит это «другое» придумать и чем быстрее, тем лучше. Еще один такой загул ты, может, и протянешь, но клянусь, последующий тебя просто убьет. Так или иначе. Наркотики или барыга лицом об асфальт – не суть.

– Ага.

– Может реабилитация? Ну, центр реабилитации.

– Мы же там были.

– И мне помогло.

– А мне нет. С чего бы во второй раз поможет? – за весь диалог, Аксель так и не посмотрел, и не посмотрит другу в глаза. Взгляд был уставлен в самый темный угол комнаты. Так было проще. Физически и морально.

– Тебе надо что-то менять. Работу, дом, образ жизни. Вообще всё. Просто, чтобы голова была занята, условно, тем, какой коврик в ванну выбрать, а не мыслью, где взять наркоту и получить в табло.

– Возможно.

– Я дам денег на первое время.

– Спасибо, но у меня есть.

– Я дам денег на второе время.

– Это ты так в меня веришь, что с первого раза не получится? – Аксель попытался отшутиться.

Томми его проигнорировал и продолжил.

– А на что ты закупался в клубах?

– Ты меня знаешь, я умею втираться в доверие и находить друзей на вечер.

– И подруг…

– Нет, в этот раз нет. Я не собираюсь…

– Да я понял, расслабься.

– Дай-ка куртку.

– Это чья-то? Спёр у кого-то?

– Она мне её подарила. Я такое не потеряю. Ни за что.

Аксель взял протянутую ему джинсовую куртку и с трудом начал елозить по карманам. В одном из таком карманов он вытащил клочок бумаги. На бумаге цифры. Набор цифр обозначал номер.

Вито

Побитый парень зашел в кафе. Отряхнул голову и куртку, которые были в каплях дождя. Синяки и ушибы на лице были легко замазаны чем-то из женской косметички, но некоторые припухлость и прищур левого глаза, она скрыть не смогла. Аксель пробежался взглядом по столикам. За одним из таких занятых, он увидел того самого человека, который встретил его у входа в офис, где было радио его друга. Тот же серый балахон, только снят капюшон. Волосы седые, в целом короткие, но есть ежик на темечке. Да и на вид ему действительно было плюс-минус пятьдесят, но в нынешних реалиях могло быть и сто пятьдесят.

Это не было похоже на встречу двух бандитов на нейтральной территории, как в фильмах, но нутро Акселя хотело чуть поднять себе настроение и разыграть сценку. Он огляделся еще раз и, как бы между прочим, пошел в сторону будущего собеседника. Тот смотрел на это выжидающе и … непонимающе. Не то, чтобы ждал какого-то подвоха, скорее хотел быстрее начать и быстрее закончить. Как будто куда-то торопился.

Акс сел на столик рядом и кивнул. Его не поняли и смотрели как на дурака. Так продолжалось секунд тридцать, пока Аксель не понял, что эти «игры» интересны только ему.

– А что это было то? – спросили у Акселя, когда тот таки подсел.

– Да хотел себе настроение поднять. В шпионов поиграть, а вы не подыграли.

– Прошу прощение, возраст не позволяет, да я и не понял, что это было.

– Ладно, сглупил, виноват. Тогда к делу? Вы мне сказали, что можете … чем-то помочь? Честное слово, я бы даже не попытался с вами связаться, но дал обещание, что возьму себя в руки и найду способ все исправить в своей, катящейся под откос, жизни.

– Люблю честность, но у меня есть отвратительная черта считать, что если человек делает что-то из-под палки, то никому не будет от этого пользы. Все должно идти изнутри. По доброй воле. Понимаете?

– В каком-то смысле, я и сам такой. Ну, тоже так считаю. Это ведь логично. Что нужно не подчинение, а согласие, солидарность что ли. Но если я вам скажу, что человек может не знать, чего он на самом деле хочет? Меня нынешнего это оправдает?

– Вот так? С места в карьер? – ухмыльнулся собеседник.

– Ну, я немного пригубил перед встречей. Последнее время, мои день, утро и ночь – это существование на алкоголе и препаратах, а слезать нельзя. Сразу. Постепенненько.

Акселя немного начало вести из-за выпивки на голодный желудок. Поэтому сначала он, а затем и собеседник заказали по порции ланча. Разговор длился минут пятндацать о том, да сём. Никакой конкретики. Вито, а именно так звали человека напротив, смог обуздать рьяный настрой парня и увлечь его диалогами о разном. Пока Аксель не закончил трапезничать и не вспомнил, а зачем он вообще сюда пришел.

– Так, а вы что хотели сказать? Еще тогда, в первую встречу.

– Это будет длинный разговор, наверное. Но перед ним, не менее длинный мой монолог. Вы в состоянии воспринимать информацию или может лучше перенести встречу на другой раз?

– Нет, я поел, мне стало лучше. Сонно, но я вполне понимаю, что и как, – Аксель, с видом довольного кота, ворочал последнюю картофелину по тарелке.

– Хорошо. Начну издалека. Не перебивайте, даже если покажется, что я «иду не в ту степь». Уверяю, в конце вы и сами все поймете.

– Нет проблем.

– Вера. О ней пойдет речь. Которую можно интерпретировать как синоним к слову "религия". Дело в том, что суть этой самой веры, изначально заключалась не в выкачке денег из прихожан, как это было перед кончиной такого целого «направления» как церковь, – на словах религия и направления, пилигрим показал пальцами кавычки. – Нет. Изначально была именно, что просто вера. Она была задолго до богов, не было крестовых походов, индульгенций и прочего бреда. Ты идешь охотиться на мамонта и просишь у «чего-то всемогущего», например, у корявого рисунка углем на стене своей пещеры, помощи, потому что даже с тем мозгом, как у обезьяны, было понятно, что мамонт зверь серьезный. И идти на него с острой палкой, пусть и вдесятером будет сложно. А где сложность – там опасность. Опасность – страх. Быть убитым, например. Ты можешь полагаться на себя и свое племя, но… – Вито решил не продолжать это предложение, посчитав, что смог и без последних слов, намекнуть на искомую суть.

– Но дальше больше. Твой ребенок болеет и никак не может победить хворь. Ты потратил все деньги, обошел всех знахарей, и никто так и не смог помочь. Наука и медицина бессильны. Что ты будешь делать? Веровать. И, разумеется, молиться. Ведь все, твои силы на исходе. От тебя ничего не зависит. И ты отдаешь бразды на откуп чему-то всевышнему. Уж кто-а-кто, но он же сможет помочь?! – пилигрим не иначе, привел пример из другого временного слоя. Но и это не было концом его монолога:

– Дальше больше. Ты летишь в самолете, и он начинает падать. Паника, страх. Логика отключается, и ты забываешь, что есть пилот, который старается спасти две сотни жизней. Ты начинаешь молиться. У тебя это в крови. Твой предок делал это, когда пытался загнать мамонта. Или дальнейший родственник переживал за своего ребенка. Даже если ты лично сам никогда этого не делал, то на каком-то интуитивном уровне, просыпается острое желание жить. И я говорю ровно о тех ситуациях, где ты бессилен. Где ты не можешь пойти на ситуацию "с кулаками". У проблемы нет тела.

Здесь Вито все же дал себе передохнуть. Попить воды. Экспрессия экспрессией, но жажда замучила. А что потом? Конечно, он продолжил дальше:

– И так было всегда, на протяжении доооолгого времени. Но в какой-то момент, кто-то понял. Что этим можно пользоваться. Для людей высших чинов, в уже раннее время, вера стала мотивом и движущей силой в своих завоеваниях. Мол, вот у соседней страны есть бог, да только он отличается от нашего. Буквой в имени, наличием рук или рогов, цветом кожи или какая разница чем еще?! Он другой! Он не наш. А наш бог, самый истинный и он против этой веры. Так и давайте докажем, что наша вера сильнее и единственно верная. А простые люди – тупые. Были и остались… Я вижу, твои округленные глаза. И просил не перебивать. Так вот, они, люди, верили и хотели верить потому, что иначе никак. И такие заявления преспокойно принимались за чистую монету. И люд готов был биться за веру, если ему скажут. Его божок сильнее, а вера, по словам царей и королей, приближала тебя к этому самому богу. А раз ты с ним рядом и идешь рука об руку, то и в молитвах он поможет тебе первым, вылечить твоего ребенка, найти бабу посисястей или отыскать клад. Вот и все. Время шло, люди вроде как умнели, но всегда находились новые и новые способы ими манипулировать. Все на той же вере. Просто эта вера модифицировалась и видоизменялась. Менялась цель. Менялись суть, основа и центр этой веры. Да даже само слово «вера» позже перестали использовать, а заменяли синонимом. Черт, ладно, вижу есть вопросы?

Все это время, Акс сидел не то с открытым ртом заинтересованности, не то с открытым ртом непонимания ситуации. Лишь съев ту самую, последнюю картофелину, он смог принять и «понять» тираду Вито.

– Да не то, чтобы вопросы. Вы похоже действительно начали прямо из далека, потому что пока что я вообще не понимаю, к чему это.

Вито закатил глаза, так как надеялся на продуктивный фидбэк, но не получив его продолжил дальше сам:

– Тогда продолжу. На дворе двадцать третий век. Теория эволюции, разумеется, доказана. Отсутствие бога доказано. Всё, церковь умерла. Верхушки всего мира, возводят в статус "божества" совершенно другие вещи. Более материальные. Это тема для другого разговора. Но умерла ли вера, которая "та самая". Изначальная?

– Не понимаю.

– Умерла ли духовность?

– Все еще не понимаю, но думаю, да.

– Умерла, верно. Но вот у тебя беда. Бога нет, душа страдает. Что делать?

– Не знаю. Могу поискать в интернете, что пишут психологи.

– А ты разве не читал? Перед тем как уйти в загул.

– Какой загул?

– Прекрати. Я прекрасно знаком со следами от уколов на шее, что ты не смог спрятать. Разбиты руки, лицо. В начале сам признался, что на препаратах. Явно не валерьянка.

– Ну, тогда да, читал.

– Помогло?

– Нет, не особо.

– Понимаю. Но я тебя огорчу, это помогает. Просто, одного того, что пишут – мало. Есть секретный ингредиент. И вот о нем забывают.

– Какой же?

– Разделить свою боль.

– Я не думаю, что кибернетика или биология дошли до такого.

– Нет, разделить ее с человеком. Людьми, – и Вито ткнул пальцем почти в каждого сидящего в кафе.

– Ничего не понимаю. У меня есть друзья, друг. Я могу им выговориться. Да я это и делал.

– Замечательно! Но нужен не друг, а человек переживший такую же боль. Переживший, сука, на себе… – стукнул Вито кулаком по столу. – Прости, просто для меня это всегда очень эмоционально. Именно такой человек сможет выслушать на самом деле. И сказать то, что не скажет никто другой. Никакой психолог, ни какой ИИ.

– И вы, тот человек, что может правильно выслушать?

– Сомневаешься? Зря. Ничего, кстати, что я на «ты»? Нет? Славно. Так вот, не ты первый, не ты последний сомневающийся. И отвечая на вопрос: нет, не я. Или даже «не только я». Нас много. Только в этом городе живет несколько десятков миллионов человек. И многие теряют веру. В себя, в окружающих. Этот мир целиком создан корпорациями. Ты либо рабочий винтик, либо ты издох и тебя меняют. А что будет с тобой дальше – плевать. А мне нет. Мне не плевать. Я ищу таких людей и пытаюсь дать им новую веру. Во что угодно, но, чтобы она дала им сил.

– И вы главный среди этих людей?

– В каком-то плане да. Разумеется, пока что я не могу транслировать свою помощь, – осекся пастырь, – на всех тех бедолаг, что в ней нуждаются. Но тех, кого я нашел, их я беру под опеку.

– То есть, иными словами, у вас секта?

– Брр. Ужасное слово. Я называю нас общиной. У нас общие мысли и общие цели. Поэтому мне кажется это слово логичным. Мы обитаем не в подворотне или канаве, а в крупном и чистом особняке. В черте, но на окраине города. Я бы назвал это даже дворцом. Куча комнат, спален, несколько этажей. Сейчас там проживает порядка двадцати человек, но и это только живущих там. Кому негде жить или кто не хочет быть один. Есть много друзей и вне этого дома. Там, в особняке, у нас есть свой повар. Кто-то убирает комнаты и территорию близ дома. Каждому находится дело вне зависимости от пола, цвета кожи, мировоззрения или строения организма. Мы всем рады.

– Строения организма?

– Речь о модификациях. Сам же понимаешь, что есть настоящие культы генных модификаций, которые повёрнуты на том, что это единственно верный вариант совершенства организма. Вон, даже годовщину праздника недавно отмечали. Но есть другие, кто считает, что только железо и протезы могут и должны быть частью тела. Мы в стороне от этих распрей. Все имеет право быть.

– Это все замечательно, но к чему ваша… Ваша община?

– Для людей с общей целью, говорю же. Да даже не только целью, но и прошлым. А может настоящим. Нет, оно, конечно, у каждого свое и разное, но одинаково сложное и неприятное. Если ты понимаешь, о чем я.

Акс припустил глаза. Так можно было описать и его прошлое. Как минимум так. Сейчас бы выпить…

– Вижу, понимаешь. Я не успел выразить тебе слова сочувствия. Многие проходили через твою боль.

– Спасибо. Охотно верю.

– Так вот, таким людям иногда становится комфортно быть вместе, так как остальное общество слишком зациклено на себе. А эти люди готовы помочь тем, кто испытал схожую боль. Те, которым уже помогли, оказывают помощь следующим, а те следующим и так далее. Иначе, без поддержки, человек может спиться, как минимум. Пасть на дно социума. А оттуда люто сложный путь наверх. Я знаю, о чем говорю. А оно нам надо? Я прошёл такой путь, что никому и не снилось, поэтому понимаю, как порой бывает тяжело. И чтобы остальные не мучали себя по чем зря, я решил начать помогать.

– Вот так? Бескорыстно?

– В целом, да. Скажем так, это было моим обещанием дорогому человеку. И я не собираюсь его нарушать. Конечно, иногда хочется плюнуть. Но обещание, – пилигрим показал на кольцо на указательном пальце, – Напоминает, и я корю себя за такие мысли. Это если вкратце. Не хочу грузить прошлым жизни. Тем более сейчас, – закончил Вито.

– Само собой.

– Вот и отлично. Резюмирую на всякий: мы не верим в какого-то там бога, мы не гнем какую-то линию. Мы помогаем, в первую очередь, себе и таким как мы. И да, на бумаге мы церковь, но лишь для налоговых льгот, – Вито улыбнулся первый раз за все время знакомства.

– Хитрите? – прищурился Акс.

– С налогами? Да нет, пользуемся несовершенством закона. Разрешено то, что не запрещено. Да и даже то, что запрещено, иногда, – на этом слове Вито сделал акцент, – Можно трактовать по-разному.

– Так, тогда и я хочу высказать свои вопросы: что вы все-таки от меня хотите?

– Черт, да помочь!

– Хорошо, но зачем?

Вито закатил глаза. Такого несообразительного страдальца на его памяти еще не было. То он шпион, то со ртом открытым сидит слушает.

– Я люблю помогать людям в беде. Я обещал помогать людям в беде, – это уже было похоже на детсадовский урок, когда воспитатель медленно разжевывал сказку ребенку. – Я … Так, может мы проедемся до нашей общины? Сам все увидишь. Послушаешь людей. Может они смогут доходчивее объяснить. Потому что ну я уже не знаю, что еще сказать. Честно.

– А если я увижу стимуляторы, наркотики и прочее? И вы маньяк, что заманивает людей и там их потрошит?

– Фильмов пересмотрел? Новостей перечитал? Да даже если я тебя там убью, разве это не будет милосердием для больной души? Уйдут все невзгоды. Вся боль уйдет. Не говори, что не думал об этом.

– Надеюсь, вы просто так шутите. Да нет, конечно. Я не против проехаться. Планов у меня в любом случае нет. Но, а если серьезно?

– Если серьезно, и тебе не понравится – обещаю верну в центр. Там поедешь туда, где тебе понравится.

– Хорошо, нет проблем. Я «за».

– Я оплачу счет за ланч, не переживай. Одевайся и жди у выхода. Вон та красная машина – моя.

– Ха! А я все нет-нет да кидал на нее взгляд. Сам продажей таких занимался. Дорогущая. Неплохо вы экономите, значит, на послаблениях.

Вито пропустил комментарий мимо ушей. То ли шутку не оценил, то ли не хотел подтверждать правду.

Принятие

Дорога заняла неприлично много времени. Спорткар спорткаром, но если дом в другом конце города, а на дороге пробки, то не поможет ничего.

Особняк действительно выглядел внушительно. Три этажа, огромная прилегающая территория, гараж с двумя воротами, а значит минимум на две машины, ограда по периметру и беседка на ****цать персон чуть поодаль от дома. Своё авто, Вито оставил у гаража, но внутрь завозить не стал. Пассажир водителем вышли и, по вымощенной тропинке, пошли к парадному входу дома. У двери был сканер отпечатков пальцев…? Нет, не похоже. Для скана сетчатки глаза тоже нет экрана. Пока Аксель думал, Вито просто дунул в подобие динамика\микрофона.

– Интересная идентификация, – Акс такое видел впервые.

– Хорошая. Палец? Могут отрезать и приложить. Ладонь? Та же тема. Глаз? Ну, ты понял. А здесь только дыхание. С трупа "снять" выдох невозможно.

– Вы же не на войне или не в гетто, чтобы переживать, что могут вломиться в мирную общину и попытаться ее обнести.

– Привычка с прошлой жизни. Плюс если можно защитить себя надежнее, то почему я должен это игнорировать? Досталась она почти бесплатно. Один из "наших" работает в фирме по производству приборов безопасности и по большой скидке продал мне, а я вот для защиты всех ребят ее в особняк установил.

– Звучит логично.

– Неужели ты начал это понимать, что я тут не стендапом занимаюсь? – и Вито улыбнулся. Это была лишь вторая улыбка настоятеля, но в целом, Аксель понял, что его смущало, да и последняя фраза подтверждала его смущение. Этот человек улыбался только нижней частью лица. Ртом. Казалось бы, а как надо улыбаться? Так-то да, но: когда человек в хорошем настроении по-настоящему, светится буквально всё лицо. Улыбка, может, и не до ушей, но скулы, глаза – всё лицо органично источает позитив. А здесь взгляд как был карим и грустным уставшим, так и остался. От этого и чувствуется, что человек с тобой будто играет. Весь такой радушный, но на деле лишь имитирует доброжелательность. Не то чтобы Аксель был психологом, но по долгу своей наркомании, успел пообщаться с разными родами людей. И были среди них те, кто вел себя точно так же. Зачастую это были либо вышибалы клубов, либо продавцы наркотиков. Естественно, ни те, ни другие были из когорты тех людей, которых именовали «плохие».

– Да, – прервал свои мысли Акс и параллельно ответив на риторический вопрос Вито. Снаружи это всё походило на маленький форт или крепость, а не особняк.

Внутри дом выглядел не менее эффектно. Огромная лестница в центре, что ввела наверх, высокий потолок, колонны, которые держали второй этаж, два просторных зала слева и справа при входе, и от них уже шла куча ответвлений в разные комнаты. Почти все стены, лестница, двери и полы были из красивого красного лакированного дерева. Как будто музей двухвековой давности. Никакого современного наворота, никаких пластика, металлов и прочих легко доступных материалов современности для облицовки.

Аксель подошел к колоннам и постучал по ним. Вот они были из камня. И тоже идеально отполированным, что в отражении можно было увидеть себя. Тем не менее, девяносто процентов видимой части поместья были из дерева. Крайне и крайне дорого ресурса, который люди уже сотни лет не используют в интерьере. Прямо маленький шажок в прошлое, не иначе.

Вито нажал на какую-то кнопку в стене и через пару секунд из комнат начали выходить люди. В сумме порядка человек десяти. Взрослые и молодые. Мужчины и женщины. Белые и черные. Если бы был конец света, в целом, такого набора было бы достаточно для возрождения и последующего разнообразия всех рас.

Вито с Акселем так и остались у входа, пока их потихоньку окружала та самая толпа. И как только все заняли свои "места", пилигрим начал:

– А теперь позволь тебе представить наших аборигенов. Слева направо: наш полиглот, который знает девять языков и это, попрошу отметить, безо всяких чипов или иного вмешательства. Исключительный талант Кван Ши, – стриженный «под троечку» азиат кивнул в знак не то приветствия, не то согласия со словами Вито.

– Прелестная Данни, наш бармен. Нет, она, вообще, работает барменом в пабе «Глуши Енот Собаку», но, если ты попросишь, она сможет и тебе тут дома соорудить вкуснейший коктейль «Клавесин», всех ингредиентов, конкретно для него, всегда в избытке, больно он вкусный… – девушка смущалась и краснела, пока ее представляли и прыснула смешком в кулак.

– Дальше, самый важный человек в доме, "мама" для наших новоприбывших Альбина, – тучная дама в годах с очень мохнатой родинкой на шее первая, кто подошла поздороваться и обняла Акселя. Действительно, как родитель, который год не видел своего ребенка. За щечки только что не трепала. А еще от нее пахло чем-то ягодным. То ли пирогом, то ли чаем.

– Здравствуй, молодой человек. Под "мамой", Вито имел в виду, что я помогаю с адаптацией и прослежу, чтобы ты не голодал, но носки стирать не буду, – заливисто смеясь пошутила дама.

– А это наш тренер. Если считаешь, что набрал пару килограммов, то Марк поможет тебе их сбросить да и навыки самообороны подтянет, – продолжил Вито.

Тренер подошел пожать руку Аксу. Огромный широкоплечий мужчина. Настолько темный, что нужно сложить два ночных неба, чтобы соответствовать такому цвету. Чем-то похож по комплекции на детектива Дрейка, но без йоты железа.

– Приятно познакомиться, – конечно же, пробасил Марк. Ну, какой еще голос мог быть у такого "шкафа"?

– А это Бьорн. Аксель, если отрежешь себе палец, этот парень поможет тебе его пришить. Или отрастить новый.

Викинг, не иначе. И по размеру, и по внешнему виду в целом. Стоя рядом с Марком, они создавали комичную ситуацию. Широкий и темный словно две ночи гладко выбритый тренер-шатен и белейший доктор-блондин с густой светлой бородой. У такого точно отбоя нет от девушек. А может и не только от девушек.

А вот следующими шли те, о ком Акселю было бы очень интересно послушать. Это были две нереально красивые девушки-близняшки. Акс отнес бы их к тем, к кому парни боятся подкатывать из-за слишком привлекательной внешности девушек, потому что у таких не может не быть кавалера. Обе обладали осиной талией (но у каждой она была своя, разумеется), по маленькой родинке над верхней губой, волосы цвета вороного крыла. У одной волосы доходили до поясницы и были идеально шелковистыми, у второй они тоже длинные, но собраны в красивый хвостик сзади. Вероятно, с первого взгляда, это было их единственное различие на данный момент. И только холодный и тяжелый до ужаса взгляд, смущал во всей этой картине.

– Аделитас и Аркадия появились у нас совсем недавно, – голос Вито в этот раз был менее радостным чем во время представления предыдущих жителей. – Если интересно, чем они занимаются, спросишь их позже сам. Думаю, они будут не против. И в заключении, последний, кого ты видишь это Светлячок. Единственный, кто тут чем-либо наделен в плане мутаций. Вот вроде и всё. Ну, а наш новый гость это – Аксель Кейн. Спасибо, что вышли познакомиться, можете вернуться к своим делам. Просто парень был очень напуган, что едет ко взрослому незнакомому дядечке домой и боялся, что я пущу его на колбасу. Надо было ему показать, что да как.

Светлячок перед тем, как пойти в другую комнату, молча подошел к гостю, пожал руку и хлопнул того по плечу.

Как только все разошлись и в «прихожей» вновь остались только Аксель и Вито, пилигрим спросил:

– Надеюсь, тебя не смутило такое… приветствие?

– Немного. Я не люблю быть в центре внимания. А тут все пришли на меня попялиться. Как на животное в вольере.

– Таким образом, я хотел тебе показать местных. Тех, кто здесь живет. Это не все, кто к нам, так сказать, примкнул. Но лишь у них нет своего дома. Им некуда идти, и я отдал им свой дом. Ты мог заметить, что у всех ей свои обязанности. Это единственная плата, которую я прошу. Быть полезным. Помогать ближнему. Ну и не быть свиньей, разумеется. Так же, хотел показать, что народ дружелюбный. Не каннибалы или наркоманы. Впрочем, ты и сейчас все еще мне до конца не веришь. Твое право. Можешь побродить, пообщаться с людьми. Как закончишь, найди меня и, если что, я тебя отвезу домой. Захочешь – останешься. Мест тут полно. В общем, думай. А я кое-что сделать должен.

Аксель остался стоять один. Да, Вито был прав и парень все еще нервничал, но вроде все действительно было без подвохов. Сейчас он был не в том состоянии, чтобы бездумно идти в "лапы" смерти. Когда он пускался во все тяжкие пару недель назад, он изначально был сильно пьян и полностью убит горем. Уже тогда ему была плевать абсолютно на все, так как горы были по плечо, а море по колено. А уж когда он закинулся волшебными таблетками местных барыг, то терял любой страх и чувство самосохранения. Сейчас же, он был уже трезв (ужин в кафе часом ранее рассосал алкоголь), не накачан наркотой, а под воздействием нескольких разных, скажем так, успокоительных. И к нему вернулся самый простой человеческий страх, быть убитым или пойманным в кабалу. Поэтому сейчас он чувствовал нервозность, хотя, недели назад почти мечтал все закончить.

В общем, Аксель пошел искать того самого Светлячка. Как самого молодого жильца, которому на вид можно было дать максимум лет восемнадцать. При условии, что тот не делал операций по омолаживанию. Щегол, одним словом. Как кудрявая блондинистая тростинка, которую можно переломать одной левой.

Тот оказался в соседней комнате за таким же деревянным и массивным столом, как все остальное в доме и разукрашивал пластмассовую модель космического корабля.

– Superior et superior 7, кажется? – Аксель тоже любил космос и читал по возможности что, куда зачем и как.

– Верно, знаток? – не отвлекаясь ответил парень.

– Любитель. Я присяду?

– Без проблем.

Аксель пока не понимал, с чего бы начать. С шутки? Или может сразу в лоб, что здесь происходит?

– Прости, напомни, как тебя зовут?

– Светлячок.

– Необычно. Больше похоже на прозвище.

– Да нет. Это именно мое имя.

– Родители кому-то спор проиграли? – попытался пошутить Акс.

– У меня их не было, – молодой не понял шутки. Но и не обиделся. Просто констатировал свой факт. У него был ровный голос, ровная интонация на протяжении всего предложения. Создавалось ощущение искусственности голоса. Будто его имитирует программа. Очень точно и похоже на человека, но недостаточно интонационно.

– А, прости, глупо вышло. У меня такое бывает. Нервничаю. Хрен пойми, где, с хрен, прости, пойми кем.

– Все нормально. У меня нет родителей, потому что я, так сказать, вырос из пробирки. Грустно, конечно, осознавать, что ты один и родни у тебя. в каком-то плане, нет, но здесь я нашел хороших друзей.

– Прости, но из какой такой «пробирки»? – Аксель показал кавычки пальцами.

– Ты слишком много извиняешься. Иногда это не к месту. А насчет меня, это долгая история, – тоже беззлобно и не отрываясь от покраски сказал Светлячок.

– Где-то я уже слышал сегодня эту фразу, – вспомнил Акс про Вито, что после этой фразы был действительно длинный монолог про веру и бла бла бла.

– Могу и короче. Пробирка – это стеклянный сосуд. Колба, способная хранить и смешивать в себе разные вещества. Ты же не думаешь, что все эти корпорации и фирмы создают свои продукты из воздуха? Кто-то стоял утром в душе, чесал зад, внезапно что-то придумал, пришел на работу, сел на чесанный зад, разработал на компьютере прототип продукта и вечером пустил его в продажу? Нет. Для одних… дел, нужны доноры, для других – опыты и эксперименты. Вот я один из таких, кто должен был послужить на благо обществу.

– Стой, стой, стой. Прости, но ты сейчас серьезно? Или утрируешь? – Аксель отложил в сторону пепельницу без пепла, которую теребил последнюю минуту. – Само собой, я понимаю цепочки производства. Что для разного рода причуд нужны не только знания, но и пробы с ошибками. Но ни для кого не секрет, что те же органы выращивают отдельно. Из маленькой клетки, в инкубаторах, а не создают людей и из них уже вырезают. Существуют целые заводы по созданию и выращиванию отдельных частей тела и органов. Об этом куча научных документальных фильмов снято.

– Да, по заказу. Фильмы сняты по заказу. И да, такие заводы действительно есть, но нацелены они на массового потребителя. А иногда нужно что-то особенное. Гибридное, например. Или узконаправленное. Или то, ради чего строить завод просто непродуктивно. Вот тогда в ход идут … клоны, получается. Дубликаты. Растят людей в колбах и затем режут на запчасти, – молодой Светлячок говорил об этом всем совершенно спокойно. Как о том, что солнце встает на востоке, а заходит на западе. Говорил такое и продолжал красить модель.

– Нет, быть не может. Об этом бы узнали, будь такое на самом деле. И тогда началась такая буча! Что беспорядки годичной давности показались бы просто детским утренником.

– Об этом знает маленькая группа людей. Верха и несколько человек из обслуги. Собственно, кто и делает саму «грязную» работу. Это – прибыльный бизнес. А если кто лишний узнает, то его быстро берут под контроль. Так или иначе.

– Ну да, точно, – Акс продолжал спорить и сомневаться. – Вот ты знаешь. Да вы все это знаете, – он провел пальцем вокруг, указывая на комнаты и верхний этаж, – А никто вас не трогает. Не стыкуется.

– Да, мы знаем, – то ли иронично, то ли с издевкой повторил Светлячок жест Акселя и провел пальцем. – Но доказать не можем. А прессовать нас не будут потому, что не знают о нашем существовании. Я как бы мертв для создателей, – и он ткнул пальцем вверх. – Остальные наши тоже не дураки и не говорят об этом на каждом углу, понимаешь? – Светлячок прекратил красить, поднял глаза и сделал упор на последнем предложении. И сделал это весьма уверенно. Вообще, Аксель, собственно, и подошёл именно к молодому потому, что запомнил его имя и думал, что его можно будет разговорить. Не переживать за ляпнутое лишнее. Но парень в целом вел себя зрело и уверенно. Интонацией поддевал где нужно, не говорил лишних слов и фраз. Все четко и выверенно, как если бы говорил чиновник на светском рауте. И от последней фразы веяло, что если Акс попытается эту историю куда-то слить, то получит. Может даже по голове. Может даже не единожды.

– Я понял, не переживай.

– Хорошо, я верю конечно. Ты не похож на того, кто стал бы трепать лишнее, но у людей могут быть друзья, которые могут присесть на уши большему количеству людей.

Так, а вот тут Аксель начал реально переживать. Его в целом смущало все, что творилось и куда он приехал, но теперь… Парень явно понимал, о чем говорит. О его друге, у которого есть свое радио. Томми. Но Акс никому ничего не успел об этом рассказать, да и вряд ли стыл бы. А Светлячок знает.

– Ясненько, – решил закончить Аксель. – Пойду-ка я.

– Пойди, всего доброго, – Светлячок сразу потерял интерес к гостю и продолжил свое занятие.

Акс пошел в следующую комнату. Там было пусто, а жаль. Это была игровая комната. В центре стоял пул, С одного края несколько игровых автоматов. А с другой стороны, был уголок для просмотра фильмов. С маленьким холодильником и прозрачной дверью, за которой виднелись газировка и пиво.

В этой комнате он задерживаться не стал и пошел дальше. Чтобы добраться до следующей залы, нужно было пройти как раз под той самой лестницей, что ввела наверх и была разделителем одного большого помещения на два поменьше, от которых тянулись проходы в остальные части дома. Следующую комнату отдали под библиотеку. Наверное, не совсем логично делать читальню рядом с комнатой отдыха, откуда могли нестись крики, но для ТАКОЙ библиотеки явно нужна была комнатка побольше. Пока, было не ясно, это именно коллекция Вито или всех-всех живущих ранее и сейчас.

И здесь уже были люди. Те самые близняшки, которые так запали Акселю в душу. Нет, не то, чтобы он дико возбудился и страстно желал секса с двумя сестрами, потому что это была его мечта с отрочества. Просто у каждого парня есть желание просто хотя бы созерцать красивую девушку. Приятно находиться в их компании, знать, что с ними можно перекинуться парой слов. А тут их было и вовсе две, а значит ту «пару слов» можно смело умножить на два.

И, как со Светлячком, он снова не знал с чего начать. Акс медленно прошелся между парой рядов со шкафами битком забитыми книгами. Там не было какого-то строгого разграничения: биографии были вперемешку с мифами древних стран, а классика соседствовала с, внезапно, детской литературой.

Аксель попытался достать одну из случайных книг, но видимо их доставали не так часто, так как они пыльными, а обложки слипались. Впрочем, при помощи второй руки у него получилось достать интересующий экземпляр. Это были «Десять кругов Рая» от Вергилия Пагонелли. Акс читал его в сокращении по школьной программе, занятая книженция, но не более.

Так и не придумав, как начать разговор, Аксель подошел к столу девушек и спросил:

– Давно у вас этот Светлячок живет? Мне кажется, я мог его где-то видеть, но никак не пойму где.

Одна из сестер подняла глаза на Акса, но не ответила. Вторая вовсе не обратила внимание. Парень еще постоял секунд тридцать в надежде на ответ, но не получив его, предпринял вторую попытку завязать диалог.

– У всех тут есть какие-то обязанности, но, а отдыхать вы успеваете? Собираетесь вместе в той комнате? А то Вито про дела рассказать – рассказал, а про отдых ни слова. М-м, пчелки?

В этот раз результата не было вообще никакого. Ни через тридцать секунд, ни позже.

Пока Аксель шел по коридору из библиотеки дальше, что аж пятки сверкали, он подумал и понял, почему Вито так скомкано и бубня под нос представил девочек. Если тут собираются те, у кого стресс давит на кукушку, а близняшки вроде как самые новенькие, вероятно они просто не успели освоиться. Аксель хотел искренне верить именно в это.

Следующая комната была дублем той, где он встретил Светлячка, но, а за ней была кухня. Сейчас тут было тихо. Не было запаха выпечки или жаренного мяса. Одна лишь Альбина протирала только что помытую посуду сухой тряпкой.

– Еще раз здравствуйте, – Аксель вел в голове счет, сколько встреченных с ним заговорит, а сколько нет. Несмотря на то, что близняшек было двое, он считал их за один балл. Таким образом счет был один-один.

– Приветики-приветики, – расплылась в улыбке «мама». – Ну как тебе дом? Успел пообщаться с ребятами?

– С кем-то да, с кем-то нет. А дом классный, конечно. Не чета тем конурам, что в городе.

– Это да. Здесь и воздух чище. Отличное место, чтобы вправить мозги и встать на ноги.

– И что, здесь правда все, то живет, когда-то пришел с проблемами?

– Конечно. У всех были разные, я не буду сплетничать и рассказывать. Но да, все, кто приходил, нуждались в помощи. Но нуждаться в помощи – не значит молить о ней и плакать ночами в подушку, нет. Просто, в какой-то момент ты понимаешь, что, если ничего не изменится, ты сойдешь с ума. Ты можешь ходить на работу, встречаться с друзьями, но, если в душе или сердце дыра, ее не получится долго игнорировать. Марк, например, приходил сюда как в гости. Играл в пул, плавал в бассейне. Смеялся и шутил. Честно говоря, я сильно сомневалась, что ему плохо. Просто раздолбай, который нашел классное место, где можно бесплатно повеселиться. Но Вито упорно его звал и приглашал. Не прогонял. И в какой-то момент… Так, я же обещала себе не сплетничать! Ах ты, хитрюшка, разговорил меня! – Альбина снова рассмеялась.

– Но, а насчет меня, что скажете? Думаете она мне нужна? Ну, помощь.

– Это так не работает, дорогой. Я не провидец или как их там называли… Ванги? Я вижу, что ты устал. Что ты побит. Побит в буквальном смысле: один глаз уже другого, пудра на лице, чтоб замять синяк. То, что ты тоже любишь покутить – факт. И раз Вито тебя сюда пригласил, значит он что-то чувствует. Сложив два этих пункта, я могу сделать вывод, что у тебя сейчас в жизни не все хорошо. Да и ладно уж, чего таить, мы обсуждали тебя, – Альбина переместилась за железные тумбы, в которых были встроены фритюр, плита, разделочный стол и так далее. Там она села и сложила руки.

– Простите…? Вы меня, что? – вот тут Аксель знатно опешил.

– У нас на третьем этаже есть маленькая комнатка. Там собраны всякие старые вещи и среди них есть допотопное радио. Самое настоящее радио. Ловит только те старые частоты, которые уже лет сто не используются. Оно всегда включено, просто работает. И никто там почти не проходит мимо, никому не мешает. Создает белый шум, иногда музыку перехватывает. При чем ту старую музыку, которую уже не услышишь в этом городе. Так вот, и подходит ко мне Светлячок. Говорит, мол, радио волну поймало. А там история ужасная про молодую пару. Что девушку сбили, а парень в студии сидит, рассказывает. Я об этом Вито позже рассказала. Он уже по новостям посмотрел послушал и сказал, что нужно помочь. И вот спустя пару недель, ты здесь.

Альбина замолчала. Аксель тоже ничего не говорил. Он на миг вспомнил, как все это было. Вспомнил, как кричал на том злосчастном перекрестке в момент беды. Какая дрожь его била в полицейском участке. Как он первые пару ночей бил все стены у Томми дома.

– И поэтому я здесь? Серьезно? Потому что этот пробирочник что-то услышал, пошел к вам, а вы к старику. Тот почувствовал, что нужна помощь и рванул ко мне на выручку? – Акс не понимал. Как это радио, этот парень вообще имеют к нему отношение.

– Ну, понимаешь. Светлячок, мальчик у нас особенный. Нет-нет, я не говорю, что он странный или «не такой как все». Но его мысли действительно работают иначе. Может быть, он почувствовал что-то в твоем голосе. Может история его не просто удивила. Пойми ситуацию. Радио НЕ настроено на частоту той радиостанции, – Альбина сделала акцент на «не». – Оно поймало его… случайно, получается. Эта бандура, в принципе, живет своей жизнью. И, как я говорила, там редко кто ходит, мимо той комнаты. Но именно в тот момент, там прошел именно Светлячок. Он услышал историю с самого начала и рассказал мне. Понимаешь? Каков шанс, что, вечно шипящее радио, поймает нужную волну, в нужный момент, а ее услышит человек оказавшийся в нужном месте и распознает в словах боль и горечь и поймет, что тебе нужна помощь?

– Хорошо, действительно лютое совпадение, но почему вы так уверенно говорите, что мне нужна помощь?! Вы же не провидец, помните?

– Да все потому же, глупый! Вспомни, что я сказала про Марка! Тебя сюда… – пригласил Вито.

Вторая доминошка

Аксель и Карен вместе лежали в пенной ванне. Вокруг было много пара. Полметра в сторону и уже не было видно, что находится ним. Будто ванна стояла посреди густого, мягкого и теплого облака. Только стена из синей-синей плитки справа от ребят напоминала, что это все-таки комната.

Волосы девушки были собраны в пучок, чтобы не намочить. И так как она лежала на Аксе, пены не хватало, чтобы целиком спрятать грудь девушки и маленькую родинку на левой.

– Ты по мне не скучаешь, – обидчиво пробурчала Карен. Она пыталась собрать пену по краям ванны, дабы сгрести ее к себе. Спрятаться и зарыться в это теплое облако.

– Не говори глупости, – Аксель же наоборот откинул голову назад. Волосы-то любимая собрала, это замечательно, так как они не мокнут, но при их попадании в нос парня, тот чесался неимоверно.

– Но ты не пришел на нашу последнюю встречу!

– Потому что, меня там не были рады видеть. Твои родители считают меня во всем виноватым.

– А ты с ними пытался поговорить?

– Когда мы были в участке и приехали они, я даже слова сказать не успел. На меня набросилась твоя мать с кулаками, а у отца были красные глаза. Даже не ясно, из-за слез или кровью со злости налились.

– Но ты же их понимаешь? Они потеряли дочь. Чтобы ты делал на их месте? – Карен попыталась развернуться и посмотреть на Акселя, но мало того, что было не удобно, так и Акс не приподнял головы, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Понимаю. И нет, не знаю, чтобы я делал. У меня же нет семьи, не на ком познать.

– Так, ну допустим, – Карен перевела разговор в другое русло. – А еще ты по мне так и не проронил слезинки. Это как понимать? Говорю же, не скучаешь!

– Я бы, может, и хотел, но как-то случая не было. Да и не мое это, наверное.

– Ничего не знаю, чтобы к следующей встрече – обязательно проревелся, – Карен засмеялась и таки, наплевав на все неудобство, развернулась к Акселю и начала брызгать водой ему на лицо.

Парень, естественно, поднял голову и попытался обнять подругу так, чтобы руки были «по швам», и она перестала расплескивать все на пол, которого также не было видно из-за дымки. Но как только он ее обхватил, Карен дернулась, мыльная попа Акса поползла вниз, и он ушел под воду вместе с головой. Было скользко, и девушка не смогла быстро встать с Акселя, пока тот захлебывался.

***

– Блять, Акс. Ты чего, – Томми стоял над другом и поливал его из бутылки ледяной водой. – Я думал ты окочурился. Ни будильник тебя не разбудил, ни я орал, по щекам тебя бил. Ноль эмоций.

– Отъебись. Чуть не утопил. В своем уме?! – Аксель резко сел на диван, на котором спал. Томми успел вылить на него минимум литра два, поэтому все вокруг было противно мокрым и холодным.

– Не ной. И без этого воды хватает. Я испугался, ничего лучше не придумал. Дай угадаю, баловался дурью перед сном? Чем на этот раз? Я вроде все карманы проверил. Ничего не нашел, откуда, блин, взял?

– Если скажу, ты и там проверять начнешь. Поэтому хрен тебе. Дай попить.

Аксель вернулся вчера вечером со встречи с Вито. Он взял время на «подумать». Не то, чтобы он проникся идеей, которую те проповедуют. Она, конечно, классная и интересная. Посыл, вроде, добрый. Походив, побродив по дому еще, после разговора с Альбиной, он не нашел комнат-пыток или клеток, где содержат людей. Аксель, в целом, всегда был параноиком, но особенно это проявлялось, когда люди хотели сделать ему что-то хорошее. Это настолько в диковинку, что он просто отвык от такого отношения. Нет, у него есть и были друзья, которые ему оказывают поддержку, но чтобы вот так – незнакомые люди при первой встрече пытались чем-то помочь, для Акселя было из ряда вон выходящим. Все всегда зациклены только на себе и когда есть такой интерес к своей сладкой персоне, почти всегда это означает, что тебя хотят поиметь. Акс же был против такого хода дел, поэтому и привык не полагаться на других.

Таким образом, логично сославшись на то, что нужно время для подумать, он уехал. Вито, как и обещал, подвез его до дома Томми.

Но и на самом деле, посещение особняка не было бессмысленным. Сегодня же, Аксель решил, что можно попробовать наладить жизнь и, для начала, вернуться на работу. Сперва, у него было несколько дней отгула, чтобы устроить похороны, потом отпуск, который сместился как раз на пару дней, а затем он просто загулял. Акс понял, что не только у него есть проблемы. Тот же Светлячок вообще не от мира сего. В буквальном смысле, так как выведен в целях не то эксперимента, не то на разделки на органы. И ничего, сидит, справляется пацан. Так почему бы тоже не попытаться сделать хоть что-то? Продолжить самобичевание, разлагаться и гулять – он успеет всегда. Как ни странно, но это мысль его грела. Сдохнуть в канаве от передоза – успеется абсолютно всегда.

Собравшись и одевшись в свою «униформу», которая, по сути, просто представляла собой белый верх, черный низ, они с Томми спустились к машине. Друг вызвался отвезти Акселя до работы, под предлогом, что гордится им. На деле же он просто хотел проследить за Аксом, что тот действительно идет на работу, а не хрен знает куда.

Справедливости ради, Томми хороший друг. Иногда, чрезмерно гиперопекающий, от чего ты можешь начать задыхаться заботой, но это лучше, чем похуизм окружающих. Он так же, под предлогом заехать в «самую лучшую пекарню, где все делают вручную и с душой» сделал большой крюк, чтобы маршрут не был похож на тот, когда Аксель ездил на работу с Карен. И по пути отвлекал его разговором, о чем будет идти сегодня речь по радио.

Минут через сорок они приехали к месту работы Акселя. Огромная территория с разного рода кузовами и цвета машинами, готовыми продаться и рвануть по газам. А метрах в двухсот дальше само здание, выполненное целиком из заколеного стекла. Даже пол и тот тоже из особого стекла. На таком могли сто лет стоять огромные тягачи, и оно бы не треснуло. Так же, те люди, что находились этажом ниже, не видели, что творится на верху. Но при этом, сверху вниз все было прекрасно видно. Было несколько прецедентов, когда дамы стояли в юбках, а извращенцы приходили не купить машину, а поглазеть "в потолок", стоя аккурат под девушками. В лучшем случае поглазеть.

Аксель шел не торопясь. На улице было уже жарко, а дорога до офиса – без единого тенька. Нужно просто попытаться дойти не вспотев, ибо если не получится, весь день будешь липким.

– Привет, Марек.

– Кого я вижу-то?! Аксель! Ты какими судьбами-то?

На проходной был хороший знакомый Акса. Приезжий из одной соседствующей страны, так сказать, третьего мира. Раза в полтора старше самого Акселя. Несмотря на это, они не раз вместе ходили по барам, а их девушки дружили. И Марек не мог не знать, что произошло.

– Случилась одна история…

– Да нет, это-то я прекрасно понимаю. Но, а пришел-то ты чего?

– На работу, работать, – улыбнулся Аксель. Марек был, конечно, не отсюда, но никогда не испытывал проблем с языком.

– А ты здесь-то больше и не работаешь…

– Не понял.

– Так… Не вели казнить-то. Дай вызову босса, он лучше знает. Может действительно ошибка какая-то. Я думал, ты в курсе. Мистер Дорадо, тут Аксель пришел. Похоже какая-то ошибочка.

– Нет ошибки, он уволен, так и передай, – сказал чавкающий голос начальника из динамика.

– Я передал. Но он что-то не в курсе.

– Ты же сказал, что передал ему, долбоклюй.

– Передал.

– Значит, он в курсе…

– У, гандон, – прошипел Аксель, но громко сказал совсем другое, перебив босса. – Мистер Дорадо, можно зайти? Поговорить.

– Нет, вход либо для персонала, либо для покупателя.

– Хорошо, я хочу купить машину…

Дорадо, будто знал, что Аксель так ответит, поэтому почти сразу механически заученным голосом сказал:

– Фирма в праве отказать в продаже машины любому человеку, вне зависимости от его цвета кожа, ориентации, финансовой состоятельности и модификаций без объяснения причины. Если попытаетесь войти, мы будем вправе применить силу.

Аксель стоял как вкопанный пару секунд. Но потом, у него просто сорвало крышу. Пелена перед глазами и понесло. Он уперся руками в стол, на котором был микрофон и начал в него орать.

– А ну, слушай сюда, жирный ублюдок. Спустись сюда и попробуй сказать все это лично! Я тебя давно знаю, мразь. Ты то еще ссыкло. Все проблемы всегда из офиса решаешь. Чтобы дверь была и можно было спрятаться как за мамкиной юбкой! Ну же, выйди, дай только шанс тебе череп раскроить, сука, – последнюю фразу Аксель буквально шипел, извиваясь как змея. А интонации позавидовали бы многие психически больные маньяки, которые таким голосом издевались перед жертвой, прежде чем отрезать ей веки.

Дальше все для Акселя кончилось. Перед тем, как кануть во тьму, он, кажется, слышал смех по ту сторону микрофона. К нему сзади подбежали другие охранники и хорошо обработали шокерами и дубинами. Только Марек стоял и не избивал парня. То ли сочувствовал, то ли ему бы пришлось делать большой крюк, чтобы добежать до Акселя, а места куда пристроиться уже не было. Так или иначе, хватило и тех, кто набросился сзади.

***

Очнулся Акс уже в отделении. Не в том, куда привезли после смерти Карен, но тут он тоже уже ранее бывал. При чем, в этой самой камере. Вон, даже рисунок члена с динозавром остался. Да, именно так. Основным участником картины был не динозавр.

Тем временем, все тело Акселя болело и ныло. Он языком пересчитал зубы. Все были на месте. Волосы на голове были скомканы кровью. От "униформы" осталось только слово. Она тоже был в крови. А там, где не было юшки, одежда была порвана. И не хватало одной туфли.

Над ним стояли двое полицейских с шокерными палками на изготовке и один врач. Последний был со шприцом в руках и перед тем, как вколоть его в плечо Акселя, на одном выдохе сказал давно заученную фразу:

– Мистер Кейн, сейчас вам будет введена порция обезболивающего. Этого должно будет хватить для дачи показаний. Затем ИИ решит, доставить вас в больницу или оставить здесь для экспресс суда. Вы можете отказаться от дачи показаний сейчас, но в таком случае, мы оставим вас в отделении на неопределенный срок и без предоставления медицинской помощи. У вас есть право связаться с родственниками и сообщить свое местонахождение. Вам все понятно? Поднимите большой палец вверх. Руку поднимать не обязательно.

Очень предусмотрительно. Отвечать ртом не было сил.

– Поднимите большой палец вверх, если согласны на звонок… Отлично. Поднимите большой палец, если согласны на оценку проблемы ИИ… Отлично. Для отчета: Мистер Аксель Кейн согласился на дачу показаний ИИ, я ввожу ему укол обезболивающего. Как только оно начнет действовать, мы предоставим телефон.

Акселю с одной стороны повезло, с другой нет. У него остался жив его собственный телефон. Благо, что сейчас их делают чрезвычайно крепкими. Поэтому он смог набрать номер Вито и тот должен вот-вот приехать. Плохая новость заключалась в том, что сначала он звонил Томми, но тот не смог ответить. Лишь прислал через пять минут сообщение, мол, прости, у меня интервью, я же тебе говорил.

Вито же сказал Акселю не переживать. И не идти на тестирование ИИ до его приезда. В целом, никто из представителей полиции не был против, так как время подходило к обеду. Они просто оставили Акса в камере, отобрав телефон.

***

Некогда огромная темнокожая гора мышц, а ныне под завязку забитый киберимплантами, детектив Дрейк Кэссиди, сидел на другом краю города, в своем полицейском участке за рабочим столом и думал. Недавнее дело, о смерти девушки под мусоровозом, внезапно стало интереснее. И ничуть не таким легким, как могло думаться в начале. По итогу последней проверки, когда в целом все сводилось к тому, что это действительно несчастный случай, оказалось, что все лампы, фонари, вся электросистема в том тоннеле, в момент трагедии, были в порядке. Ничего не ломалось. Не велось никаких работ. Кто-то просто «выключил свет». Камеры, датчики движений – все очень предусмотрительно было выключено. И лишь затем, после смерти девушки, но до того, как приехала полиция, вся электрика снова заработала. Дело приобретало иной оборот.

Освоение

Прошла неделя с тех пор, как Вито забрал Акселя из отделения. У Томми этого сделать не получилось и после их последнего «разговора», они больше не общались. Неясно как, но у пилигрима получилось договориться с кем-то в полиции и дело почти сошло на нет. Вероятно, была дана простая взятка. Плюс был быстро проведен экспресс суд и Акс отделался мелким штрафом. А еще директор автосалона, который, собственно, и сдал парня, не написал никаких заявлений, поэтому все расценивалось как простой дебош. В общем, получилось спустить все на тормозах.

Аксель все это время был и лечился в особняке, который ранее показал ему Вито. Жил в одной из комнат на втором этаже, а сожители и, особенно, Светлячок и Альбина его навещали, составляли компанию. Другие тоже заходили, но реже. Не гостили у него только сестры Аркадия и Аделитас.

Ничего серьезного со здоровьем не наблюдалось, но первые пару дней, Аксу было трудно говорить и ходить. За это время он смог неплохо ассимилироваться среди местных, влиться в коллектив. Очень грубо говоря, это было похоже на студенческое общежитие. У каждого есть своя комната. Несколько ванн и туалетов. Общая кухня, но трудилась на ней, в основном, Альбина. Днем народ был либо на работе, либо занимался своими делами. Именно делами. Так, например, полиглот Кван давал уроки репетиторства. Несмотря на наличие кучи чипов или программ, которые загружают в мозг информацию о новых языках, его занятия пользовались спросом. Во-первых, это зачастую дешевле, чем пользоваться скачиванием инфы в голову. Никто даром не раздает информацию для познания новых языков. Да, еще существуют чипы-переводчики, но те тоже стоят денег. К тому же, знать язык и свободно на нем изъясняться – это одно дело, а другое бегло переводить информацию при помощи чипа. Во-вторых, во сто крат безопаснее. При передаче информации можно подцепить вирус компьютерного типа, а если это чип-карта, то занести бактериальную инфекцию, особенно, если делает какая-то кустарная контора на цокольном этаже с окраины города. Чип-карта используется для копирования данных в мозг человека, как с какого-нибудь носителя, а значит пихается в голову, где уже должен быть предусмотрен порт для таких чип-карт. И в-третьих, как понял Аксель, таким образом, они зачем-то подмечали людей, которые не ищут легких путей. Выучить язык – долгое и трудное занятие и если человек готов тратить на него время и силы, при условии, что мог бы просто все купить и не париться, то либо у него много свободного времени, либо, что важнее, он готов трудиться. Это весьма показательно, даже если речь идет просто о изучении языка.

Возвращаясь к быту домочадцев. Днем они заняты, но, а вечером все собирались для общего времяпрепровождения. Иногда и разбивались на компании поменьше. Так, парни оставались дома и зависали в «игровой», а девушки и дамы выбирались в город в клубы или пабы. Никакого надзора со стороны Вито не было. Да и сам он был здесь не так часто, как остальные. Все прекрасно понимали свои обязанности и что им нужно делать.

Через пару дней, когда Акселю стало лучше, он во всю начал предлагать свою помощь. В основном, по дому, так как особняк был нереально большой, а все хозяйство лежало на плечах одной женщины. Остальные хотя бы были при официальной работе, у Акса же и этого более не было. Но ему хотелось хоть как-то отблагодарить всех и особенно Альбину, которая действительно, как мама, ухаживала за ним. Но та вечно отправляла его отдыхать.

– Может быть, я все-таки могу вам помочь? Ну, хоть чем-то! – канючил Аксель каждый день.

– Нет-нет-нет, не говори ерунды. У меня тут целая система и она работает как часы. Я все всегда успеваю, так что не переживай.

– Но вы же начали и на меня время тратить. От лишней переменной система может дать сбой.

– Если бы эта была чья-то система, то да. Но она моя! Так что я в ней уверенна, – расхохоталась Альбина.

Где-то, день на десятый, пока Аксель в очередной раз бил баклуши и читал книгу в своей комнате, к нему зашел Вито. С последней встречи, у него появилась седая щетина и теперь, а волосы на голове были более не как у ежика, а прилично длинные, но все равно седые.

– Как поживаешь, салага? – Пилигрим был явно в хорошем расположении духа. Он прошел во внутрь комнаты и сел на кресло, что было напротив кровати, где лежал Акс. – Как книжка? Как здоровье?

– Здравствуйте, Вито, – Аксель отложил книгу и сел на кровать. Хотел было подойти пожать руку, но не стал этого делать, здраво подумав, что это должен был сделать гость комнаты. – Я бодрячком. Не знаю, чем меня тут мазали и поили, но все зажило как на животном.

– Как на каком животном?

– На котором все быстро заживает, – улыбнулся Аксель. – Я не ходил по зоопаркам, не помню уж кто там живучий.

– Ну, понятно. Я тебе тогда принесу еще одну книжку. Лучше ее почитай. Художественная литература – это, конечно, замечательно, но образование тоже надо подтянуть.

– Да бросьте, чем мне поможет знание животных. В городе их нет, дома люди тоже почти не держат.

– Знание – сила.

– Я бы поспорил…

– Я здесь не за этим, – резко оборвал его Вито, махнув рукой, но без грубости. Просто человек не хотел заниматься бесполезным трепом. – В целом, я вижу, что ты выздоровел. Это отлично! Но и ты пойми, что у нас здесь не курорт. Так что, завтра-послезавтра сможешь отправиться на вольные хлеба. Я помню, как ты рвался в прошлый раз быстрей отсюда уехать, так что не буду тебя тут задерживать. Если нужно будет чем-то помочь, ты знаешь мой номер. Я все еще на связи.

– Уже прогоняете? – ехидно кольнул Аксель.

– Да. А чего тянуть? Помочь – мы тебе помогли. Ты не можешь здесь спать, ты не хочешь здесь жить, – напел последнюю фразу Вито.

– Действительно…

Акс задумался. А если идти, то куда? К себе домой он вернуться не может. Он там и не был с той самой аварии. Сначала попал в участок, затем к Томми. Затем загул. Работы у него тоже нет. Да и пока он отдыхал на кровати, он не раз вспоминал свой срыв в автосалоне, за который его увезли. Со стороны он себя, конечно, не видел, но те ощущения, те эмоции, что он испытывал… Под наркотиками бывают разного рода сдвиги и психозы. От чувства страха, до безудержного смеха, но такое было впервые. Он готов был руками рвать на части этого жирного и убого директора, за слова, за его поступок. Этот хрыч и до того момента вел себя вызывающе. Мог начать приставать к сотрудницам и, в особенности, к Карен. Такие мрази не заслуживают жизни и Акселю дико хотелось рвануть к нему, что тогда, что сейчас и выпустить весь свой гнев и накопленную злость на старого урода.

В конце этой мысли, Аксель поймал себя на том, что сжимает кулаки, а слюна вот-вот капнет на пол. Вито был уже на выходе из комнаты и собирался закрыть за собой дверь, но крик Акса его остановил.

– Стойте! Я еще не закончил…

– Эм, прости, что? – Пилигрим немного опешил, что еще нужно было молодому, и что он не понял с первого раза.

– Вы же пообещали мне помочь.

– Да и от слов не отказываюсь. Я сделал пять шагов из десяти, делать шестой – не в моих правилах. Что у тебя стряслось за это время?

– Что вы хотите меня выгнать…

– Нет. Не выгнать, – Вито снова резко, но без злобы прервал Акселя. – Мы тебя выходили…

– Но тут же не только "дырки" латают? Сами говорили, что помогаете всем, кому плохо. И «плохо» не обязательно от дубинок полиции, – Акс буквально скопировал манеру общения Вито и тоже прервал того на полуслове, но без раздражения и наглости.

– Верно, говорил. Но ты так рвался уйти.

– Да, и я прошу прощения. Виноват. Я не понимал и не был уверен, что это место является тем, что мне нужно. Называйте себя как хотите: секта, община, кучка. Но я был наркоманом. Блять, да я и есть наркоман. И я прекрасно понимаю, что там, где сначала хотят дать конфетку, потом поимеют в жопу. И это в лучшем случае. Если честно, я все еще немного думаю, что тут точно такие же правила, но сейчас списываю это на мою врожденную паранойю. Я провел у вас кучу времени. И ни разу не слышал криков о помощи. Никто меня не попытался убить, добить или унизить. Без шуток, у вас здесь собралась реально целая семья. Со своими мамами и папами. Братьями и сестрами.

На слове «кучка», Вито было хотел прервать Акселя, но у того был такой запал, что было кощунством его прерывать. И это все еще был не конец:

– Мне действительно очень хреново. Я не умею горевать. Или умею, но тогда мое горе – сводить себя в могилу наркотиками, для которых мой организм не предназначен. Вы знаете, почему меня тогда увезли и избили? Я стал психом. На глазах пелена. Я орал в микрофон на директора и в голове было только одно желание – убить. Сделать это как можно жестче. Своими руками. Медленно и с фантазией. Я не знаю, что со мной происходит, но до добра это не доведет. Пожалуйста, помогите мне, Вито.

В комнате повисло молчание. Не то чтобы тяжелое, но Аксель хотел как можно быстрее услышать что-то типа: «Ура, ты захотел к нам присоединиться, я уж думал ты не попросишь, о, как я рад!». Вито, конечно, прервал молчание, но не той фразой, что представлял Акс.

– Хм. Ну, я тебе верю. Такая речь… Только, я бы хотел у тебя кое-что уточнить, если ты не против?

– Я как-то не этого ожидал… Но ладно. Пожалуйста.

– То есть, ты наконец поверил моим словам? Сказанным еще тогда, в кафе. Что мы всего лишь люди, помогающие друг другу. Что мы не собираемся пустить тебя на органы, что все тут живут в здравом уме и добром здравии.

– Да, говорю же. Ну, вот просто есть во мне чутка паранойи. Насмотрелся я на псевдо-мизантропов и псевдо-альтруистов. Теперь шарахаюсь.

– И теперь, ты веришь, что мы не секта, которая, как ты выразился? «Где сначала хотят дать конфетку, а потом поимеют в жопу»? Так?

– Так.

Вито упер руки в боки и рассмеялся. Рассмеялся по-настоящему, до слез, а не как это было раньше, когда глаза были «мертвы», и "радость" можно было понять лишь по уголкам улыбающегося рта. Отсмеявшись, вытирая слезы, сказал:

– Мои поздравления, конфетку ты получил! Теперь снимай штаны, трахать будем.

Полиция

– Что скажешь, Джош? Есть в этом смысл?

Начальник отдела полиции сидел за столом и в пятый раз перебирал все те бумаги, что ему принес экс-напарник, а ныне подчиненный Дрейк Кэссиди. Идея сводилась к тому, что в не столь давнем происшествии, где мусоровоз задавил девушку, не все так прозрачно и очевидно. Нет, водитель все так же не имел мотив целенаправленно убить человека. Но отсутствие освещения в тоннеле – не стечение обстоятельств или безалаберность сотрудников городского обслуживания. В ту ночь проезд был местом встречи двух групп людей, личность и принадлежность которых еще не удалось установить. Фактом было то, что все или часть, кто там находился, обладали ночным зрением и нечеловеческой силой. На тротуаре, в стороне от дороги, были обнаружены следы от чего-то тяжелого. Это «что-то» было принесено, поставлено, сдвинуто на пару сантиметров, поднято и снова унесено. Никаких механических следов переноса такой тяжелой вещи, обнаружено не было, а значит она была принесена и унесена руками или клешнями неимоверной силы, раз за столь непродолжительный промежуток времени, груз смог оставить следы на дороге.

– А как ты вообще к этому пришел, Дрейк? – начальник отложил-таки в сторону бумаги и пошел налить себе виски из графина.

– Я сравнил видеозаписи за день, в день и день после происшествия. Прогнал через свой ИИ на поиск каких-либо различий в окружении. Изначально, конечно, искал что-нибудь, что мог оставить грузовик. Может, когда водитель уснул, машина издавала звуки, врезаясь обо что-то и проблемы можно было избежать или что водитель вообще не спал, пока ехал. Ты знаешь, как это бывает. Порой ищешь то – не знаешь что, но, когда находишь – понимаешь, за что цеплялись все это время мысли. И нет, здесь проблем с водителем или грузовиком не оказалось. Но вот тротуар изменился, появились следы. Затем я решил проверить, а в какой момент времени это произошло? Как итог, трещины появились именно в период, когда в тоннеле было темно.

– И ты думаешь, это все может быть связано?

– И да, и нет. Освещения не было и это не сбой. Будь там свет, то ситуация могла измениться. Но его не было и не для убийства девушки, а по какой-то другой причине. Я просто уверен, что здесь есть, куда копать. Чуйка.

– Ладно, брат, не спорю. Мы с тобой и не за такой абсурд цеплялись, так что давай. Делай, действуй. Не мне тебя учить. У тебя есть еще «висяки»? Сначала закрой их, лишь затем берись за этот тоннель.

– У меня нет «висяков».

Джош рассмеялся, это был его любимый подкол в адрес друга. Дрейк настолько всегда поглощён в работу, что тратит на нее, наверное, больше времени, чем есть в сутках. И всегда доводит дело до логического конца. Уж кого-кого, а у него все дела всегда закрыты.

– Да знаю я, но не могу отказать себе в старом добром подколе. Видел бы ты себя в такие моменты!

Дрейк устало вздохнул. Безусловно, они были друзьями и напарниками. Оба готовы друг за друга встать горой. Но вот чувство юмора друга у него всегда вызывало усталость и тоску. Ну нельзя же шутить одну и ту же "шутку"!

– В таком случае, доложу, как будет новая информация. Отрядишь какого-нибудь новичка шишки набивать?

– Нет, может позже. Сейчас только мешать будет.

– Вот за это я тебя и ценю. Босс, который прошел всю систему сам и знает, когда можно палки в колеса следствию вставлять, а когда нет, – беззлобно, но язвительно отметил Дрейк.

Оба помолчали с полминуты.

– И как мы сдружились? И терпим шутейки друг друга? – сказал Джош.

– Да хер его знает, брат. Я пошёл?

– Дерзай. Я на связи, если что.

Детектив вышел из большого офиса начальника и пошел в свой скромный закуток, который так же гордо именовался кабинетом. Необходимо было взять жетон, оружие, ключи от машины и пиджак, в котором лежали любимые сигары. Затем отправиться в тот злосчастный тоннель и провести анализ следов. Благо, людей там ходит всегда минимум. А после последних событий и вовсе людям кажется лучше сделать крюк, чем пройти через тоннель.

Детектив был ходячей лабораторией. Собственно, вся его кибернетическая часть тела была именно для того, чтобы хранить там датчики, анализаторы, процессоры и прочие причуды, дабы не зависеть от кого-то и делать всю работу самостоятельно. Сам себе баллист, судмедэксперт, криминалист и далее по списку. Да, хук слева тоже становился сильнее, все же есть разница, бить рукой из мяса на кости или механическим протезом, пусть и не боевым.

***

Уже через час Дрейк был на месте преступления. Чтобы добраться из точки «а» в точку «б», пришлось потратить много времени, так как был самый час-пик. Но на своем авто, разумеется, в любом случае, было комфортнее всего. Можно было бы добраться быстрее на вакуум-лифтах, но об удобстве тогда речи не идет.

Нужно понимать, город был огромным. Высокие здания разных стилей, которые подчеркивали свои районы. Около сотни лет назад, в трендах было тотальная ассимиляция народов. Границы государств были прилично размыты, переезд с одного континента на другой, стал исключительно вопросом желания. И все крупные города стали населять абсолютно разношерстные люди всех мастей. Было принято решение о полной перестройке таких городов, что стали целью, где можно начать новую жизнь. Архитекторы планировали перезастройку города таким образом, чтобы центр оставался узнаваем, был сосредоточением истории, а вокруг него разрастались, как лепестки ромашки, районы восточных, южных, западных и северных культур. Это не означает, что районов было четыре, ведь и они, в свою очередь, содержали десятки своих колоритных стилей.

К городской черте прилегала огромная "зеленая" площадь. Это были и особняки на частной территории, и разного рода парки, поля и заповедники. Несмотря на то, что на дворе шел 23-й век, все прогнозы писак прошлого, что будущее будет обязательно темным, со смогом и тоталитарным режимом – оказалось лишь байкой и сказкой. На каком-то этапе люди все-таки поняли, что урбанизация – урбанизацией, но она должна быть с толком. Населения становилось больше, оно ехало в города за деньгами и образованием, но вместо того, чтобы превратить всю планету в один сплошной город, дома стали строить ввысь. А территорию близ города, стали облагораживать. В местах же, где тектоника была "сомнительной" и из-за этого нельзя было строить вверх, проблему устранили кардинально. Никаких больше землетрясений. Люди совсем забыли, что это такое и в школах на уроках "безопасности жизнедеятельности" детям рассказывали про киберпреступников, а не глобальные катастрофы. И больше никаких гари, смога и дыма. Даже такие "отходы" смогли правильно и верно пустить в работу.

А детектив, которому предстояло провести очередное расследование, не застал весь этот строительный "бум". Несмотря на грозный вид, возраст его был в районе шестидесяти лет.

Людей, как и было сказано ранее, здесь фактически не было. Были ларьки со своими продавцами, но никого другого, кто мог бы мешать присутствием. План был таков: взять на анализ пробы асфальта, проверить на наличие следов у ТРЭ (точка распределения энергии), отвечающего и за электричество в том числе (или рядом с ним). Так как изначально съемки камер слежения были взяты только из тоннеля, нужно взять копии записей с камер, находящихся рядом, так как где-то на них, могут засветиться люди с чем-то тяжелым, что оставило следы на дороге. У Дрейка уже были мысли, что это могло быть, но нельзя предполагать до получения какой-либо информации. Тогда можно начать все зацепки привязывать за уши к теории, которую ты построил ранее.

***

По итогу, это заняло гораздо больше времени, чем планировалось. Несмотря на наличие карты, где были расположены ближайшие камеры, не со всеми владельцами заведений получилось договориться сразу. Кто-то при виде копа, пытался тут же закрыть магазин. Кто-то козырял правами и законом, что детектив не имеет оснований для получения копий записи. Но Дрейк, за годы службы, привык брать то, что ему было нужно. Даже если кто-то был против. Иногда, даже без насилия.

Собрав всю информацию, он сел на лавку недалеко от треклятого тоннеля и дал отдохнуть своей человеческой части тела. За работу взялась кибернетическая. Именно она проанализирует все, что было собрано (как материальное а-ля асфальт, так и цифровое) и выдаст результат, который, забегая вперед, очень и очень удивил детектива. Чуйка его не обманула, но вопросов стало еще больше. Впрочем, и в «лагере» ответов – поприбавилось.

Аксель, наконец, готов

– И что ты думаешь? Согласишься? – Карен сидела в кафе за столом напротив Акселя. Именно тут было их первое свидание. Ничем не примечательное заведение. В плане, это не было кафе для богатых и состоятельных персон. Без ярких вывесок снаружи или факира на сцене, но и не абы какая фаст-фуд забегаловка.

Девушка ела какую-то новую модную пасту, коих наплодилось с сотню, а он уплетал крылышки в панировке. Здесь они были дороже, чем на обычных фуд-кортах, где Акс привык питаться, но не мог же он повезти туда девушку, в которую влюбился всеми сердцем и душой. С другой стороны, отказываться от любимого блюда тоже не хотелось. Отсюда и дилемма.

– Не знаю. Звучит это немного неправильно, что-ли, – проглотив очередной кусок сказал Акс. Сегодня еда не приносила той радости, что обычно. Голова была занята размышлениями над словами Вито.

– А правильно ли то, что могли делать с этим Светлячком? И он такой не один. Сейчас парень ходит, дышит, ест и пьёт. Живёт, одним словом. И сколько таких жизней было погублено ранее?

– Много? – вопрос парня был скорее риторическим.

– Много.

На улице было так солнечно и ярко, что, смотря в окно, можно было подумать, что существует только свет и мира больше нет. Окна были дорогими и не пропускали звуки с улицы, посему было слышно только то, что творится в заведении. А тонировка на стекле позволяла не щурится, пока кушаешь, но все равно было ощущение, что они находятся выше крыш всех домов и снаружи лишь солнца свет остался.

– Я бы всё-таки выслушала Вито ещё раз. Но уже на том собрании, которое собираются провести вечером.

– Тебе легко говорить, – не то фыркнул, не то буркнул Аксель.

– А тебе это в тягость? Ты что-то теряешь? Не понравится – скажешь прямо. Почистят память и будешь дальше пытаться подкатить шары к тем сестричкам. Как их там зовут?..

– Ничего я не подкатываю… – попытался оправдаться Аксель. Но щёчки всё же покраснели, а значит Карен попала в точку.

– Ой, прекрати. Не малые люди. Все всё понимают. И я не дура, не пытайся из меня её сделать, – на последнем предложении голос стал максимально злым и низким.

– Без комментариев.

Это не была ни ссора, ни затянувшаяся шутка. Это был просто диалог. Как если бы он был повседневным и «между прочим». Без эмоций, серый, колючий и холодный. Такое у парочек тоже бывает, главное не пытаться навести панику. Мол чувства угасают и надо бежать их спасать. Нет.

– А я же могу жизнь потерять – Спустя пару минут молчания вернулся Акс к разговору.

– А-а, наконец-то. Ты о ней вспомнил сразу или только сейчас?

– Секунд тридцать назад.

– Я не "психологиня", но, вероятно, ты не сильно за неё переживаешь, если тебе нужно столько времени для осознания. Даже я об этом подумала сразу, когда спросила тебя. Надеялась, что ты возразишь мне. Мол, да я же жизнь потеряю! И все такое… А ты только сейчас понял. Грустно.

Карен всё это время сидела, уткнувшись глазами в тарелку и лениво пыталась насадить последнюю спагеттину на вилку. За это, мягко говоря, "свидание", она так и не подняла глаз на Акселя.

– Ладно, давай я оплачу. Пойду проветрюсь. Подумать нужно.

– Угу. ***

Со стороны можно было подумать, что Аксель просто лежал, а не спал. Глаза он открыл резко и в них не было ни капли сонливости.

Он был в той самой, выделенной ему и ставшей родной, комнате. На часах значился почти полдень, но он так и ни разу не вышел. Ни за едой, ни в туалет.

Сначала, он был в шоке после вчерашнего разговора с Вито. Тот его сперва испугал, а потом перешёл от каламбуров к сути и испугал снова, но сильнее. Первоначальные домыслы Акселя о том, кто и зачем тут собрался, были и верны, и нет. Этот особняк и люди в нём не ставили на первое место помощь душевнобольным. Или каким-либо ещё больным. Это было вторично, суть же оказалась иной. До такого, фантазии Акса не хватило, когда он в самом начале, в первую встречу с Вито, перебирал возможные занятия его секты.

***

– Что значит, вы меня, прошу прощения, трахнете?

Вито смеялся, а вот Аксель немного поседел. Он, считай, только-только убедил себя, что здесь все в рамках правил. Так продолжалось еще с минуту. На гогот даже пришел Светлячок и непонимающе смотрел на сценку.

– Расслабься, парень. Мне понравилась твоя речь. Твои слова. Думаю, сейчас можно тебе все-так кое-что приоткрыть. Не переживай, жрать тебя, пускать на органы или насиловать мы не будем, – всю эту фразу Вито говорил еще с улыбкой, но дальше он моментально перешел на серьезный тон. – Но этим занимаются другие. Это мы и пытаемся исправить. Пошли за мной.

– Считаете, пора? – спросил Светлячок, который все это время стоял рядом.

– Да. Ты тоже иди. Покажем на примере.

Аксель еще чуть-чуть посидел в ступоре, но в итоге пошел. Да, на секунду он опешил, но это явно была шутка. Чувство юмора Вито было, конечно, своеобразным. Эти две последние фразы он повторял как мантру.

Акс догнал парочку уже на лестнице. Те спускались сначала на первый этаж, а затем пошли в гараж, не выходя на улицу, то есть через смежную дверь в доме. И это был еще не конец пути. В гараже стояли две машины: красный спорткар Вито и большой черный джип, человек на 8 минимум. Его Аксель ранее не видел, так как гараж был всегда заперт. Но шли они к огромному шкафу с инструментами, легко отодвинув который, была лестница, ведущая вниз, под дом. Вито уже не церемонился и не приглашал Акселя, а просто молча спустился вниз. Его примеру последовал и Светлячок. Акс же спустился только тогда, когда там зажегся свет.

Это был, по сути, еще один этаж дома. Не какой-то там подвал, а огромная комната в центре и с кучей разных помещений по бокам. Дверей, кстати, нигде не было, так что можно было спокойно наблюдать за тем, кто и что делает, а перегородки между комнатами были частично прозрачные.

В центре главной комнаты, был огромный голографический стол, на котором можно было показывать 3D карту чего-либо. Такой же был на работе у Акселя. На нем проводили демонстрации новых моделей машин, которые скоро завезут. Например, что у них внутри под капотом и так далее. Легкий ввод в курс дела, чтобы потом были аргументы при продаже авто.

Вокруг местного стола были установлены кожаные диваны и простые пластиковые, пустые, но крепкие столы. Впрочем, не чета тем, что стояли наверху в столовой или библиотеке и были из редкого красного дерева. Аксель старался не открывать рот слишком широко от увиденного и не сильно пялиться по сторонам, поэтому он быстро прошел к голо-столу и сел на диван не дожидаясь приглашения, скрестив руки на груди. Было достаточно зябко.

– Ты – не первый, кто сюда приходит. Но каждый раз я не знаю с чего начать. Не хочется говорить заученный текст, как какой-то робот. Может вопросы есть? – замялся Вито и положил руку на затылок, словно раздумывая, а что дальше-то.

– Вопросы? Серьезно? Ладно. Ну и что это за место? Кто вы? – Акс же наоборот сел поглубже, поудобнее, закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди.

– Как я и говорил, мы община «Деус Интра Се». Что в переводе значит «Бог внутри каждого». По возможности, мы помогаем душам заблудшим и разуму мутному. Все, кого ты тут знаешь, пришли с плюс-минус такими же проблемами, – несмотря на то, что Вито не хотел говорить некий заранее заученный текст, данный словесный оборот, был явно сказан им не раз и Аксель не первый, кто его услышал.

– То есть, вы… лечите? Исправляете изъян, как вы сказали, души и тела? Лоботомией?

– Нет, я сказал «мы помогаем». Помогать не равно сделать. Если человек не желает помочь себе сам и постараться взяться за ум, то никакое наше содействие не поможет. В первую очередь, ты сам должен начать себе помогать. Начать с себя. Начать изнутри, понимаешь? Ты сам себе тот самый бог. А мы так, обслуживающий персонал в твоей помощи себе.

– Я ни-хе-ра не понимаю. Абсолютно. Если бы я мог взяться за себя сам, вы то мне зачем?

– Во-первых, боль всегда лучше разделять. И разделять между теми, кто тебя может понять. А вот, во-вторых, я могу дать тебе ту самую тропинку, чтобы ты захотел себя исцелить.

– Отлично, я слушаю. Терять мне все равно нечего, а так спич какой-никакой. Всяко лучше читать те пыльные книги, что у вас в библиотеке водятся.

– В смерти твоей Карен – виноваты корпорации. И несколько уличных банд.

– Виноват грузовик, – Аксель сел ровно и резко прервал Вито.

– Виноваты корпорации, мафия, водитель, если угодно. Но не грузовик. Пистолет не стреляет сам. Машина не ездит сама. Если только и то, и то не обладает ИИ, но это уже лирика и отступление.

– И что теперь? Пойти поубивать всех бандитов в городе и свергнуть пару-тройку корпораций?

– Ну, в целом, да. Но начать, конечно, с малого.

– Вы больны? – Аксель уже устал от того, что с ним творится в последний месяц-два. Слишком много эмоций он взывают. Слишком много эмоций ведут к перегоранию. И он был уже на грани.

– Отнюдь. Я очень даже здоров. Светлячок, попробуй ты. Он самый упрямый.

Вито отдал «слово» «коллеге» и так же сел на диван, устало развалив на нем руки.

– Аксель. Вито прав. Я живой тому пример. Меня растили на убой. У меня нет родителей, я вырос из пробирки. Меня наделили свойствами, которые потом собирались вырезать и пришить другому. Наверное. Потому что он хорошо заплатил. А это уже точно. И таких как я сотни тысяч по всему миру. И все мы живые. Мы чувствуем боль, мы чувствуем страх. Я не овощ, у которого нет сознания. Я не знаю, может ли быть душа у таких как я. Но тем не менее вот он я. Живой благодаря Вито. Я познаю мир. Я дышу своими легкими. Вижу солнце и луну. У меня вся жизнь впереди. И то же самое я хочу дать остальным. Дать волю и свободу выбора. И моя проблема – одна из тысячи, которые творят корпорации.

Наступило тягучее молчание. В целом, карты были розданы и осталось понять, кто на что рассчитывает. Вито ни на что не обращал внимание. Светлячок смотрел все время на Акселя не моргая. А третий смотрел в пол. Все в той же позе, когда попытался прервать Вито.

– Продолжай, – Акс не «спасовал».

– Давай я, – Пилигрим взял вожжи диалога снова на себя. – Карен уже не вернуть, это факт. Но ты можешь отомстить за нее. Можешь сделать так, чтобы такие как ты больше не страдали. Чтобы ты был последним, кто теряет любимую. По крайней мере по причинам, которые зависят от ребят в дорогих пиджаках в пентхаусе самых высоких зданий города.

– И как мне это поможет?

– Месть сладка. Месть, блюдо, которое подают холодным. И так говорят не зря. Пока ты мстишь, у тебя не будет времени страдать. Затем, тебя будут благодарить за помощь и у тебя снова не будет времени страдать.

– А когда мы всех победим и все устанут меня хвалить? – поднял голову и с вызовом спросил Аксель.

– Так, а потом все, возраст и смерть от старости. Там тоже нет времени страдать.

– То есть, предлагаете месть? Это ваш план?

– И справедливость. Око за око. Зуб за зуб. А вообще, я уверен, когда покажу тебе доказательства, что смерти Карен можно было избежать, ты тут же попросишь у меня пистолет, дабы убить пару тройку сволочей. Кстати, оружие вон там, справа во второй комнате.

– Я никого никогда не убивал. Не собираюсь начинать.

– Нет проблем. Я дам тебе информацию, дам тебе возможность. А как этим распоряжаться – сугубо твое усмотрение. Если ты белоручка, то тех мразей убью я. Больше тебе скажу. Я их убью в любом случае, но могу взять тебя с собой посмотреть. Или дать поучаствовать. Увидеть за что и почему они должны понести наказание.

– А может я захочу вас, психов, сдать полиции?

– Тут я против, у нас есть транквилизаторы. На подобии тех, что ты употреблял в клубах. С побочной, но постоянной краткосрочной амнезией. Светлячок тебе его введет, и мы уложим тебя спать дальше. Хочешь жить у нас? Пожалуйста, мы будем помогать не сойти с ума, но не обещаю, что сможем утолить твое горе полностью. Альбина, кстати, ничего о нас не знает. И как видишь, не замечает никаких проблем с нашими настоящими целями.

– Жить оставите? Вы же меня почти прогнать хотели.

– Это был вызов. Мне нужно было проверить, на какой стадии ты находишься. Еще трутень или нет.

– Кто? – не понял Акс слова "трутень".

– Не важно.

Аксель снова сидел и не шевелился. Думал, наверное. Может, в душе была тихая радость. Что наконец-то можно сделать нечто большее, чем просто прожигать бесполезно жизнь.

– Ладно, давайте попробуем.

Новый друг

Наступил очередной вечер в доме Вито. Вчера Акс согласился участвовать в делах … "семьи", если так можно было выразиться. Сегодня же было собрание, на котором будут присутствовать все, кроме Альбины. Как только та ложится спать и засыпает, все собираются у гаража.

Аксель внезапно для себя понял, что немного сдружился со Светлячком. Сейчас они стояли и подпирали стены дома, в ожидании, когда приедет Вито, дышали, поистине, свежим воздухом. С Томми Аксель не общался уже кучу времени, да и желания было не так чтобы много. А вот Светлячок оказался вполне сносным собеседником. Уж не ясно почему, но он всегда говорил, что думал. Это очень импонировало Аксу. Может, такая прямолинейность была, потому, что Светлячок рос в пробирке как "на дрожжах" и у него не было как таковой жизни, в которой приобреталась вся эта фальшь и маска для общения. Плюс, нашлись общие темы для разговоров. Машины, спорт и сестры. Те самые близняшки, что жили с ними под одной крышей. Даже несмотря на то, что Светлячок долгое время рос в искусственной среде, мужские позывы в нем были как у любого другого человека. А так как, фактически, его возраст составлял лет пять-шесть (как оказалось, в пробирке за календарный год, организм формировался в три раза быстрее, чем в естественной среде), он очень стеснялся говорить с девочками, которые ему нравились. А Аксель взял в этом вопросе шефство как старший брат. Впрочем, безуспешно.

Вито приехал с опозданием. Он был не в духе и с разбитыми костяшками пальцев. Но никто не спросил, что случилось, будто это норма. Аксель не стал лезть на рожон и тоже пропустил это мимо глаз.

Спустившись вниз, ребята заняли места за голо-столом на диванах. Аксель со Светлячком на одном из пяти центральных диванов, а сестрички с краю, но так, чтобы была видна входная дверь. Таким образом, все и вся были под их визуальным контролем. Остальные расселись кто куда, где еще было не занято.

Отмывшись от крови, заклеивая руки от ссадин, Вито начал свой спич:

– Как можете видеть, у нас есть пополнение, – и кивнул на Акселя. – Это было сложно, но удалось его уговорить. Сложно было не сломать зубы и челюсть от глупых вопросов и вечных сомнений. Сегодня поговорим о том, как именно помочь Акселю. Основной план обсудим в следующий раз, когда этот салага пройдет испытательный срок. Акс, дорогой, рассказывай, кто тебе переходил дорогу, каких мразей ты знаешь.

Секунд на тридцать повисло молчание, так как вопрос был неожиданным, да и сама речь странной.

– В плане? Я на испытательном? Я думал, что вы мне поможете найти убийц Карен.

– Так и будет, но не сразу. Сейчас нужно понять, насколько далеко ты сможешь зайти. Есть ли вообще смысл рвать себе жопу для того, чтобы в последний момент ты дал заднюю передачу. Поэтому, мы начнем с чего попроще. Например, я задаю вопросы, а ты говоришь ответы. И не задаешь вопросы мне.

Вито был явно очень сильно не в настроении. Акселю стало интересно, это он всегда таким был или начал показывать истинный характер только после того, как смог добиться от Акса слова «да». Но лезть в пекло и показывать "зубки" он не стал и пошел на поводу у пилигрима:

– Ладно, хм. Дайте подумать. Я не конфликтный человек. У меня небольшой список знакомых. Не говоря уже о неприятных типах.

– Я тебе помогу? Ты как сюда попал?

– Вы привезли.

– Верно, откуда?

– Из полиции.

– Верно, а там ты как очутился?

Акселя торкнуло. А ведь действительно. Бывший шеф. Как про него можно было забыть? Этот человек в принципе всегда был скользким, но, а в последнюю встречу так и вообще показал себя с «лучшей» стороны.

– А. Оказывается есть такие, да. Неприятные…

– Он не стоит за смертью Карен, это факт. Но ведь шеф поступил к тебе не совсем справедливо, верно? Судя по разбору и описанию дела, ты тогда на него знатно орал. Либо это был стресс, либо он этого заслуживал?

– И то, и то. Он всегда был говном.

– Замечательно! Такие нам нужны. Таким мы рады. Первый шаг сделан, цель выбрана. Теперь скажи, как бы ты хотел восстановить справедливость?

– Не понял. Типа, тоже его в тюрьму засадить?

– Почти. Может наорать на него лично, может насрать ему на рабочий стол? Ну, а может сломать коленную чашечку…

Аксель осмотрелся по сторонам в поисках эмоций у рядом сидящих. Но те вели себя обычно. Словно, Вито задвигает такие речи с завидной регулярностью.

– Эм, ну, возможно, да. – несколько растеряно ответил Акс.

– Возможно? У меня есть запись той твоей речи. Включить?

– Нет, не надо.

– Ты ему хотел глотку порвать. Где тот запал?

– Во-первых, это была стрессовая ситуация. Я не отдавал отчет своим действиям и словам. Во-вторых, если я ему что-то сломаю, меня посадят далеко и надолго. Затем ли вы меня вытаскивали?

– Стрессовая ситуация говоришь, да? Ладно. Учту, – пробубнил под нос Вито, но громко начал лишь со следующего предложения:

– А по поводу второго – не переживай. Я бы не предлагал, не будь уверен в успехе и в нашей с тобой безопасности.

– Хорошо. Нет проблем. Интересно, как вы с этим справитесь. Мне нечего терять, а так хотя бы гляну, что вы вообще из себя представляете.

А вот это было похоже на вызов. Окружающие обернулись на Акселя. Не так, что начали прямо сверлить его взглядом, но боковым зрением и ушами явно повели. Тот просто откинулся назад на спинку дивана, заложил руки за голову, задрал нос и смотрел в глаза собеседнику. По лицу Вито не было понятно, задело этого его, раззадорило или он проигнорировал выпад. Вообще сегодня его мимика была… никакой. Речи, да, были холодными и резкими, но лицо безучастно.

– Ага, – ответил Вито немного погодя, но сверля в ответ Акса взглядом. – Теперь нам нужен план. Расскажи, что знаешь про шефа.

И Аксель начал рассказывать. Что шефа зовут Лофтус Дорадо. "Работает" (а скорее числится) он в своем офисе на третьем этаже салона по продаже машин. Живет в особняке за чертой города в районе "Чистых лугов". Люкс-закуток для богатых дядечек. Жены нет, но разные дамы посещают с ним мероприятия по тому или иному случаю. Детей, о которых было бы известно, тоже нет. А хобби банальные, как у любого богатого средних лет дядьки. По сути, это всё, что он знал о бывшем начальнике. Тот старался не якшаться с подчиненными, только если их нельзя было трахнуть. Поэтому, слухи ходили о нем разные. Некоторые девушки писали заявления по собственному, готовы были уйти с хорошо оплачиваемой должности, сделать все, лишь бы быть подальше от Дорадо. Они не говорили об этом прямым текстом, но в какой-то момент, это стало просто очевидным. В общем, человек казался свиньей, но работа была действительно хорошей, чтобы от нее отказываться из-за босса самодура. Да, он лез к Карен, но та могла за себя постоять и сказать твердое «нет». Худой мир с начальником лучше доброй ссоры с бомжом за теплое место.

– Так, так, так. Я тебя услышал, Аксель. Дай день на поразмыслить. Завтра обсудим твою больную и нашу общую тему. А уже послезавтра, думаю, сможем кое-что провернуть относительно Дорадо. Кстати, на завтра ты не приглашен, Акс. Я рад, что ты наконец открылся. Но пока рано делать второй шаг. Остальные, надеюсь, поняли, что от вас нужно?

Все дружно кивнули или показали большие пальцы вверх.

– Замечательно. В таком случае всем спасибо, все свободны. До завтра.

Вито был уже спокоен. Не осталась ничего от того мужчины, что начинал это собрание.

***

Аксель пошел на выход так же со Светлячком. Они были замыкающие сей колонны и немного под отстали.

– Слушай, – спросил того Акс. – А что от вас там нужно? Последняя фраза Вито. Что он хотел?

– Все должны собрать какую-то информацию об этом твоем Дорадо. У каждого свой фронт работы и завтра мы ее предоставим Вито перед собранием. После, он с ней ознакомится и уже послезавтра расскажет план. Что, куда, зачем и как.

– И что это может быть за план?

– По-разному. От угроз до убийства.

– Убийства?!

Аксель остановился. К этому моменту они уже вышли за пределы гаража и делали круг почета у дома, еще чуть подышать свежим воздухом. Светлячок прошел пару шагов вперед, устало вздохнул, обернулся на собеседника:

– Ты так ничего и не понял? Мир сходит с ума. Гниет заживо. Тьма и куча людей просто страдают от таких уродов, как твой бывший босс. Больше тебе скажу, он не самая последняя мразь на земле. Есть люди куда как хуже. И мы хотим это исправить. Никто тут не гонится за властью. Просто хотим сделать мир лучше. К сожалению, уроды понимают только силу оружия и угроз. Они это начали и нам приходится играть по их правилам. Наша помощь, например, тебе, заключается в том, чтобы ты смог отомстить обидчикам и раздражителям. Я видел, это помогает. Если это просто продавщица мороженого из соседнего дома, что хамит – хорошо. Один разговор по душам, и она станет паинькой. А если тебе перешел дорогу и костью в горле стал ведущий ученный по генной инженерии, который выращивает людей на убой… – Тут сам Светлячок задумался. Продолжать ли монолог и поймет ли Аксель. – Тут придется прорабатывать план годами. Чем я с Вито и занимаюсь. Понимаешь?

– Ведущий ученый, который создал тебя?

– Да. А теперь представь, если его не будет. Мы точно знаем, что все секреты его… образцов: почему они сочетают в себе кучу генных модификаций и не умирают, почему растут так быстро как ни у кого другого ученого – находятся в его голове. Если урода не станет, это закроет маленькую тропинку продаж органов куче богатых мразей. Да, он не один, но он самый лучший в этой области. Поэтому гребет огромные деньги. Получает их за то, что потрошит таких как я.

– Короче, он твой начальник с бывшей работы?

Светлячок сначала не понял, но потом рассмеялся:

– Именно.

– Я тебя услышал. Я… Не знаю. Мне сложно это одобрить и принять, но я тебя понимаю. Убийство такого доктора убивает еще и двух зайцев. Месть и устранение злодея в целом. Но слушай, органы же выращивают и в открытую разные фирмы. Их ты тоже бить будешь?

– Не сравнивай. Публичные корпорации делают это открыто. В основном. Они не выращивают людей. Лишь органы. Отдельно от человека. Никакая душа, никакая жизнь не страдает. Просто это менее эффективно. Так как органы все же росли вне живого организма. Что несет определённые риски. Поэтому есть те, кто практикует такое вот клонирование. А затем режет нас на лоскуты.

– Понял. Читал о таком, конечно, но… Это было как будто далеко. Не в моей жизни. Где-то там. А сейчас тут стоишь ты, который как раз выбрался из камеры с жижей.

– Не сам выбрался. Вито спас.

Повисло молчание. Ребята двинулись ко входу в дом. Сегодня было прохладно, а они легко одеты. Да и время уже позднее.

– Знаешь, Светлячок. А я в деле. Если тебе понадобится помощь и в вашем плане будет свободное место, я помогу. Насчет убивать не обещаю, но я точно хочу помочь.

И Аксель протянул руку для пожатия. Светлячок немного опешил, наступило уже немного неловкое молчание, словно тот не знал, что в таких ситуациях нужно делать, но улыбнувшись, протянул руку в ответ. Это было рождение новой дружбы.

Пути назад нет

– Прошу, не стреляй! Я сделаю все, что хочешь, я никому ничего не скажу! Прошу, – Мистер Дорадо захлебывался слезами и слюнями. Стоял на коленях в одних только трусах. Проститутка продолжала быстро собирать вещи с пола.

– Стреляй, Аксель. Он уже не человек. Ты всё слышал, – голос Вито был, внезапно, неспокойным, нервным. Доселе человек-скала дал волю эмоциям. Акс это почувствовал и понял, что пилигрим сочувствует ему. И это подстегивало парня еще больше. Ведь какая еще причина, в данной ситуации, может разбудить эмоции, кроме как чувство солидарности? В голосе чувствовался азарт. – Если это не сделаешь ты, то сделаю я. Таким не место на земле.

Акс был в ярости. Он не понял, как пистолет оказался в его руках и был наведен на бывшего босса. В глазах плясал огонь. Думать логически и не делать глупости? Нет, сейчас это было уже невозможно. Любое слово, любой триггер могли привести к непредсказуемым последствиям. Тем более, один выстрел уже был произведен.

– Я был пьян! Бахнул таблеток и был под кайфом, я бы никогда!..

Экс-босс все искал и искал отговорки. Говорил и говорил, пока плакал, мочился под себя и захлебывался соплями. Увы, все доказательства были против него, но ощущалось, как Дорадо зверски хотелось жить. Аксель это чувствовал и, в итоге, опустил пистолет.

– Нет, я не стану стрелять… Я так не могу.

***

Двенадцатью часами ранее…

Акс сидел немного на иголках. Сегодня, в переносном смысле, конечно. Раньше бывало разное… В общем, вчера вечером было то собрание, где ребята из особняка, предоставили Вито всю информацию о Лофтусе, бывшем боссе Акселя. И уже новый «начальник» должен был придумать план, как Аксу до него добраться, чтобы… Чтобы что-то произошло. Просто дать шанс решить проблему с человеком, который был не то, чтобы костью в жизни Акселя, но точно одним из темных воспоминаний.

После собрания народ разошелся по комнатам. Вито так и не вышел из своей берлоги. Со слов Светлячка он так делает всегда, когда нужно продумать план. Больше никакой информации новый друг Акселю не дал.

Но поздно утром, когда Альбина поехала за продуктами, Вито вышел из своего «погреба» и позвал ребят к себе. Не всех, а лишь Акселя, Светлячка, сестричек Аркадию с Аделитас и Марка, который Шарьон. Тот самый громила, что темнее ночи. Ребята расселись на диванах, девочки снова сели на свое любимое место с краю, а Вито включил голо-стол. На нем высветилась объемная и пестрая карта всего города с жирной красной точкой.

– Доброе утро, господа, – попивая кофе, сказал Вито. – Проанализировав всю вашу информацию, я придумал простенький план, как добраться до раздражителя нашего нового друга, – и Вито ткнул пальцем в Акселя. – Того количества людей, что тут есть должно хватить. У каждого будет своя роль. На голограмме указана точка. Это дом мистера Дорадо. Шикарный, хочу я вам сказать, особняк. Территория в несколько раз больше нашей. Да и район живописный. Гранитные фонтаны, мощеные тропинки, мраморная беседка у дома. Богато живут директора салонов авто продаж.

После этих слов карта стала масштабироваться и начала детальнее показывать дом жертвы. С канализацией, со всеми комнатами, гаражами, даже проводкой и прочим, что сокрыто от глаз прохожих за огромным забором по периметру.

– Сегодня у него день зарплаты, а значит, как и сто раз до этого, он будет шиковать и вызовет проституток. Да, девочки, не морщите носики, придется снова вульгарно приодеться. К сожалению, в его правилах брать сразу трех, поэтому будет одна лишняя. Настоящая проститутка. Оно и к лучшему, наверное. Светлячок, нужно будет взломать несколько популярных сайтов со шлюхами и отслеживать заказы. У него есть несколько любимых страниц и он всегда выбирает новых девочек. Как только появится заказ на этот адрес, – Вито ткнул пальцем в голограмму, где тот был указан. – Ты его редактируешь и оставляешь только одну шлюху. Двух остальных сыграют наши девочки. Марк, тебе надо где-то отжать очень сутенерскую, на вид, машину. Чтобы могли уместиться пять человек. Светлячок назовет тебе время заказа, и ты поедешь забирать настоящую проститутку. Пусть угон будет выглядеть максимально халтурным. Аркадия, Аделитас вы поедете по этому адресу, – Вито протянул им визитку. – Это снятая на сутки квартира. Марк вас так же сейчас туда отвезет и ближе к вечеру, когда Дорадо оформит заказ, заберет. Марк, забери их именно первыми! Последней должна быть настоящая. Затем, едете к Дорадо вчетвером. Ах да, возьмите с собой самое красивое, что у вас есть. Нужно создать имидж и не вызвать подозрений. Если проститутка спросит кто вы, ответьте: "новенькие".

Вито прервался, чтобы подлить кофе и размять шею и руки. Видимо, другой зарядки с утра он не делал, да и вообще если спал, то на одном из этих диванов. Затем продолжил:

– Охраны в особняке почти нет, в плане людей. Так-то, естественно, дом напичкан кучей систем безопасности. Но у ворот есть "конура", где сидит охранник. Он следит за тем, что происходит по периметру снаружи территории. Второй сидит в такой же маленькой комнатке, но в доме. Этот уже следит за камерами внутри, – Вито зевнул и вяло указал пальцами, где находятся точки слежения первого и второго. – Это все лишние люди в доме, больше никого. Сразу их не трогаем, играем роль проституток. Марк, как отвезешь девочек и шлюху, едь на край этого района, где живет Дорадо, – и голо-стол любезно показал новую точку. – Именно сюда. Не светись. Жди нас там. Заберешь сестер и Акселя. Мы со Светлячком отступим иным путем. Разделимся. Что дальше? Девочки, когда проникнете в дом, сперва, вас, скорей всего, угостят выпивкой. Дорадо очень похож на павлина и будет всячески показывать свою состоятельность и расположенность. Но не забывайте, что это пыль в глаза. Как попадете внутрь дома, положите вот этот кубик в любое темное место, – и Вито протянул им действительно просто куб. Черный матовый. Без отверстий или пазов. – Это мой карманный ЭМИ. Он отрубит свет во всем районе минуты на три. Но ему нужно время для выпуска волны. За время пока нет электричества, мы трое, перелезаем через забор вот в этой точке. Светлячок идет к тому, что сидит у ворот. Мы с Акселем ко второму. На улице будет ночь, нас будет не видно, пока не подойдем вплотную к окнам. Привратнику, и только ему, нужно и можно будет проверить, почему нет света, что случилось с генератором ТРЭ. «Гена» находится тут, – и Вито снова ткнул пальцем в голограмму. – Светлячок, ты остаешься в тени и ждешь момента, чтобы устранить охранника, когда тот выйдет. У них есть свое подобие раций, на которые ЭМИ на повлияет, поэтому они могут и будут поддерживать связь. Убедись, что твой охранник закончил диалог с нашим. Чтобы не было ситуации, что ты прерываешь его на полуслове. Иначе вызовут подмогу. ЭМИ, увы, не может прервать и такой сигнал. В нашем случае, она нужна исключительно для временного «окна» без камер и света. Как вырубишь это тело, забираешь его гарнитуру и выключаешь ее. Бежишь, что есть сил, до КПП у ворот и там даешь сигнал SOS из фонарика в сторону, сидящего в доме. И вот тут начинается бред заложенный для работы, выполняемой людьми. Я работал в таких вот службах безопасности. Связи у охранников между собой нет, гарнитура то выключена, может сломалась. А сигнал SOS от одного из них есть. И именно с рабочего места. Поэтому наш, который сидит в доме, конечно, может вызвать подмогу, но на свой страх и риск, так как никаких явных признаков саботажа нет. На девяносто девять процентов уверен, он пойдет проверять, что случилось с напарником. Ибо, их клиент для охраны не является ни корпоратом, ни чиновником. Шансов, что он кому-то нужен – мизер. А значит и рисковать головой нецелесообразно. В этот момент, его ловим мы. Я, если быть точным. Светлячок остается на КПП с гарнитурой своего охранника. Я забираю у своего. Когда мы сделаем все дела, я с тобой свяжусь, мол, подтягивайся к нам, поэтому не забудь включить обратно. Но, а дальше ничего сложного. Девочки тянут с сексом, если надо, пускают вперед третью, мы поднимаемся к нему в спальню. И тут уже твоя роль Аксель. Делай то, что считаешь нужным. Мы со своей стороны даем тебе возможность того, чего ты так хотел, когда орал на него в трубку в салоне, – Вито выглядел изможденным и сделал передышку.

– И в заключении, после того как сожжем центральный процессор всей системы безопасности дома, спускаемся в подвал дома. Там есть спуск дальше в подземные коммуникации на случай ядерного удара. Так как район изначально и планировался для богатых людей, была проведена сеть тоннелей с ХАБом в центре. У всех домов, что там были построены, есть спуск в эти тоннели и общий выход. Вот к такому выходу, ты, Марк, и поедешь ждать нас. Тот, что я ранее тебе показал на карте. В целом, я вроде все. Если есть вопросы, то вперед.

– А нам хватит трех минут, чтобы все это сделать? Не слишком короткое «окно»? – спросил Марк. Его роль достаточно проста, поэтому он переживал за ребят.

– При описании, это занимает много времени. Но на деле все пройдет быстрее. Плюс, Светлячок у нас парень не простой. Тут все зависит от его скорости. Охранник должен будет среагировать в течение секунд тридцати, чтобы пойти проверять генератор, когда увидит, что света нет во всем доме. Затем, секунд тридцать, чтобы перелезть забор. Он высокий, но и только. Просто чтоб зеваки с улицы ничего не видели. Это же не тьюрьма. Итого, остается две минуты. За это время Светлячок успеет четырех охранников "приставить". А, и когда все сделаем, вы едете в ту съёмную квартиру, где Марк забирал девочек. Там оставляете машину и через окно уходите в подворотню на улицу. Я проверял, никаких камер там нет. Зашли в здание и… не вышли. Скинь потом описание и номер машины. Притворюсь владельцем. Заберем на эвакуаторе и сожжем. Чтоб никакие волосы и другие следы не остались. Знаем, лажали.

– Принял.

– Еще что-нибудь? Акс?

– Думаю. Думаю, много у вас на волю случая остается. Там девяносто девять процентов, тут шансов мизер.

– План – это лишь предположение, как должно все пойти. Может оно пойти по пизде и в любой другой момент. Даже где был "верняк". Все предсказать невозможно. Но я выбрал самый оптимальный путь. Что-то еще?

– Зачем сжигать центральный процессор безопасности дома?

– ЭМИ выключит камеры на три минуты. Но мы там пробудем дольше, значит попадем под объектив. Нам это не нужно.

– А разве информация хранится на процессорах?

– В таких богатых домах – да. Что еще?

– Думаю дальше.

– Думай, а я жрать. Закажите пиццу.

***

Аксель так и не нашел других причин докопаться до плана Вито. Все выглядело, может, и не супер логично, но точно учитывались многие мелочи. Сейчас оставалось ждать, когда поступит сигнал от Светлячка, что есть заказ на адрес Дорадо.

– Как думаешь, что мне делать с боссом? – Акс спросил друга, который мониторил сайты. Они сидели в библиотеке, где было тихо и ничего не мешало мыслям о предстоящем деле. Комично, вероятно, выглядело со стороны, как двое половозрелых юношей шушукались, сидели в самом тихом месте дома и смотрели на анкеты проституток. Так ненароком можно многое надумать.

– Да что хочешь. А перед тем, как что-либо сделать подумай, не будешь ли ты жалеть на утро. Вообще, подбрось монетку. Загадай на каждую сторону по варианту. Когда тебе выпадет один из них, глубоко или не очень, внутри себя, ты почувствуешь либо облегчение, либо сожаление. От этого и отталкивайся.

– А ты что сделаешь, когда доберешься до своего ученного?

– Убью, конечно.

– Что, прямо безо всяких монеток?

– Абсолютно именно так и никак иначе.

– А ты суров, – усмехнулся Аксель. – У тебя есть монетка?

– Почти, держи.

И Светлячок протянул ему какой-то круглый потертый жетон.

– Это не деньги. Что это?

– Моя первая собственная вещь. Когда я голый бежал из лаборатории с Вито, у меня ничего не было. Нет, я, конечно, урвал себе халат по пути, но он все-таки был не мой, а ворованный. Затем, тут дома, Вито дал мне нормальную одежду, но и ее я не могу считать своей. Но вот через пару дней я устроился разнорабочим в доке. Не то чтобы нужны были деньги, но хотелось попробовать в этом мире все. Даже просто впервые натереть мозоли, удариться ногой, получить пизды от бригадира. В конце смены я получил немного налички. И по пути сюда, в особняк, купил жетон на вакуумный лифт. Чтобы побыстрее добраться, ибо сил не было никаких. И вот купил я этот жетон, а потом думаю: «эй, какой еще «побыстрее добраться»? Ты уже наелся окружающим миром, что куда-то начал торопиться? Нет!» И всё. Пошел пешком. Шел долго, заболели не только руки, но и ноги, а жетон так и остался. Сначала не предал этому значения, собирался потратить при возможности, но как-то лежал однажды, не мог уснуть и думал, а что я хочу купить себе в первую очередь? И до меня дошло, что уже купил. Этот вот жетон. Решил оставить. Мелочь, понимаю.

– Чудно. И мило немного. Я не ерничаю! Не смотри на меня так. А почему он такой потертый?

– Он всегда лежит у меня в кармане. Когда нервничаю, я его кручу, трогаю.

– А-а, вот что ты делаешь! Я-то думаю, вижу, сует руку в карман и наяривает! Ты не пипирку, а жетон теребишь.

Светлячок вздохнул и ударил ладонью по своему лицу:

– Зачем я тебе только сказал?..

– Да я шучу, успокойся. Ты всегда слишком ярко реагируешь на такие шутки. Вот я и не останавливаюсь. Он тебе, получается, дорог? Давно жетонов не видел.

– Я не привязан к материальному. Но какой-то символизм в этом есть. Так что да, терять я его не хочу, давай гадай и отдавай.

***

План прошел как по маслу. Вито явно съел на них не одну собаку. Перед тем, как выходить, Аксель получил пистолет. Исключительно на всякий случай и без каких-либо намеков на то, что с ним нужно делать.

Когда ЭМИ перестал действовать и свет вновь появился, Акс и Вито уже поднимались по лестнице. Из комнаты сверху доносились звуки хохота одной девушки и одного мужчины. Это всех немного напрягало, так как не было слышно голосов сестер.

Если особняк общины выглядел дорого-богато, то конкретно этот дом был еще дороже и еще богаче. Большая его часть была сделана из белого мрамора, платины и золота. Но если у ребят дома было чисто и ухожено, за что можно сказать спасибо Альбине, то тут был срач. Женское белье, бутылки алкоголя. Этакое логово богатого холостяка.

Вито подошел к двери первым и показал жестом приготовиться. После чего с разгона ударил ногой рядом с ручкой и выломал дверь. Посреди комнаты стоял огромный стол с кучей разной еды и подозрительным черным порошком. За ним огромная кровать, наверное трехместная, с секс-игрушками. Слева от кровати тумба, которая была частью умного дома, а справа огромный телевизор, где показывали порно. Дорадо полуголый бегал за настоящей проституткой и пытался ее поймать. Та, будучи уже полностью голой, ему подыгрывала и пыталась спрятаться. Оба хихикали и веселились. Сестры тут тоже были, но им было не до смеха. В полумраке было сложно разобрать, кто из них есть кто, так как на лицо они идентичны. Одна в черном нижнем белье и чулках, вторая в белом полупрозрачном пеньюаре. И последняя сидела у сестры, ибо та была без сознания.

Похоже, так как в комнате и так было почти темно, а неоновые лампы по периферии не подключены к сети, никто не заметил, что свет вообще пропадал и выключался телевизор.

– Это что? Кто? Я разрешал меня беспокоить?! – заревел Дорадо еще не понимая, что перед ним не его охранники. Затем он прищурился и даже несмотря на изрядную долю выпитого и вынюханного, босс прозрел. – Аксель? Серьезно? Ты что здесь забыл пёс? – и расхохотался еще больше, чем раньше.

– Ну, Акс. Твоя очередь. Я тебе просто покажу, кое-что.

И Вито достал телефон. За секунду включил какую-то программу, провелся пальцем по экрану и этим же пальцем, как будто волшебной палочкой, взмахнул на телевизор в комнате. На том сразу сменилось изображение на какой-то чат. Переписка, голосовые сообщения, фото. Все, уставились на экран. Даже настоящей проститутке стало интересно.

– Это сбор переписок, где мистер Дорадо предлагал, хвастался, угрожал девушкам. В основном все разговоры на одну и ту же тему. У кое-кого высокое либидо, – продолжил Вито. Он неспешно листал и показывал всю подноготную. Включал видео и аудио отрывки, где Лофтус предлагал секс или вообще снимал его.

Аксель был дураком, но даже он понял, к чему идет дело. Где-то вот-вот будет что-то связанное с Карен. Это еще не состоявшийся факт, но сейчас он просто надеялся, что это будут просто попытки старого кабеля подкатить к его невесте. Нет, в Карен он не сомневался. Та не могла изменить ему целенаправленно. Но кто знает, что эта сволочь могла сделать, взяв подругу силой?

– А теперь самое интересное.

Вот оно? Это были голосовые сообщения.

– «Привет, Карен. Мне нужен отчет, укладываемся ли мы в этот месяц по страховкам. Лохи идут и денюжку в карман мне кладут?»

– «Добрый вечер, мистер Дорадо. Да, продажники в этом месяце постарались на славу. План выполним!»

– «Отлично! Рад слышать. Но нужно будет, чтобы ты мне показала свои циферки лично, сможешь подъехать в офис?»

– «Прошу прощения, но сегодня никак. Уже поздно, ночь на носу. Обещаю, завтра утром все у вас будет на столе и, при необходимости, лично все уточню.»

– «Не забывайся, деточка. Я твой начальник. Если я захочу и прикажу тебе приехать, ты обязана это сделать! Работу никто не отменял.»

– «Я понимаю, что работа – это важно, но я без пяти минут семейный человек. Вне рабочее время у меня есть другие обязанности.»

– «А-а, точно. Аксель рядом? Он тебя не отпускает? Так я могу его уволить. Тогда ты ко мне приедешь?»

Голос Карен, был до сего момента натужно доброжелательным, но после последнего сообщения изменился. Она не перешла на грубость или лесть, но в нем появились характер, сталь, холод.

– «Нет, мистер Дорадо. В этом нет необходимости. Попрошу Вас не беспокоить в нерабочее время. Мои должностные обязанности и график прописаны в договоре. Я их чётко выполняю и прошу от Вас того же.»

– «Заинька, ты не поняла. Я не даю никакого выбора. Ты сейчас должна приехать, и показать свои… циферки. Или и ты, и твой ненаглядный суженный пойдете взашей. А если тебе покажется этого мало, покажу ему фотографии с прошлогоднего корпоратива, когда ты уже работала, а он еще нет.»

– «Но это же абсурд! Просто неудачный ракурс! Того смысла, что вы хотите вложить в фото нет и в помине!»

– «А ты попробуй отговориться!»

Дорадо бешено рассмеялся в последнем своем сообщении. На экране так же появилась фотография члена Лофтуса, который он отправил после. Член как член. Мохнатый разве что. Но внезапно прогремел выстрел. Аксель прострелил телевизор, на котором было все это непотребство, от чего тот завалился за тумбу и погас.

– Акс. Эта скотина насиловала без зазрений совести! Если бы та дал записи диалога дойти до конца, то узнал бы, что …

– Нет. Ни слова больше. Ни. Слова.

Вито улыбнулся. Вот оно. Вот, ради чего были все эти пляски вокруг Акселя, с попытками убедить его. Голос молодого был крепок как никогда. Взгляд горел и полон решимости рвать и метать. Безудержный хаос сдерживала оболочка из кожи и мяса. Но у нее не хватит сил, нет. Сегодня можно смело объявлять днем, когда человечность в очередном человеке была растоптана в грязи.

Вообще, это было уже не так, чтобы нужно. Когда Вито впервые услышал об этой истории, он ехал в машине и по старинке включил радио. На нем какой-то парень задвигал идеи о несправедливости, безалаберности и как всем вокруг не повезло, что жертвой происшествия стала некая важная персона. Тогда это заинтриговало Вито. Такие люди ему были нужны. И без какого-то плана он поехал встретиться на следующее утро с этим важным человеком. Но встретил убитого горем молодого парня. Дал ему визитку. А после решил проверить про него информацию. Тот оказался обычным продажником в автосалоне. И собирался уже забить на него хрен. Но чуть позже, приехав домой в особняк, к нему подошел Светлячок и рассказал, что по дикой случайности проходил мимо комнаты с хламом, где иногда старое радио ловит местные частоты. И услышал эту же историю. Тогда Вито сказал, что уже слышал этот сопливый лживый рассказ, проверил жертву и все это брехня, никакой важной персоны там нет. Но Светлячок был уверен, что все это не просто так. И надо дать шанс человеку. Попытаться его завербовать. Да, он бесполезный продавец, а как потом окажется, бывший наркоман и алкоголик. Но не может быть такого совпадения, что два разных человека объединённых одной идеей, слышали одно и то же, будучи в разных локациях. Это знак. Символизм, сказал Светлячок. И никак иначе.

Вито часто прикрывал свои мотивы идеей веры. Именно так поступали с древних времен, когда человек наделенный властью и харизмой, под предлогом религии решал свои личные задачи. Тут суть была немного видоизменена, но не теряла цели, смысла и итога. Промыть мозг, дать идею фикс, достигнуть своей цели чужими руками. Профит. И Светлячок долгое время капал на мозг Вито, чтобы тот помог парню, у которого сбили девушку. К сожалению, такую козырную карту, как Светлячок, Вито терять было нельзя. Очень многое строится на вере этого парня и его способностях. Поэтому да, пришлось дать слабину и начать "плести паутину" вокруг Акселя. Вот только тот долгое время был недоступен. Как оказалось, он просто загулял. И уже смирившись, и убедив Светлячка, что это бесполезно, Акс сам вышел на связь и попросил встречи. Взгляд этого парня из пробирки торжествовал. Он был полон гордости и уверенности. Мол, вот видишь, все идет ровно так, как нужно. А Вито это было на руку. Случайное совпадение укрепило власть в уме молодого Светлячка.

И вот сейчас, смотря на Акселя, можно было действительно поверить, что это не простое совпадение. Такой бешенный пес нужен всем и всегда. Человек с таким настроем, может свернуть горы. Да, у него нет выхода на других влиятельных людей, но он может переступить черту там, где пасанет другой. Вито готов был записать себе эту очередную победу. Иногд управлять такими бывает сложно, но это самая меньшая проблема.

– Прошу, не стреляй! Я сделаю все, что хочешь, я никому ничего не скажу! Прошу, – Мистер Дорадо захлебывался слезами и слюнями. Стоял на коленях в одних только трусах. Проститутка продолжала быстро собирать вещи с пола.

– Стреляй, Аксель. Он уже не человек. Ты всё слышал, – голос Вито был, внезапно, неспокойным, нервным. Доселе человек-скала дал волю эмоциям. Акс это почувствовал и понял, что пилигрим сочувствует ему. И это подстегивало парня еще больше. Ведь какая еще причина, в данной ситуации, может разбудить эмоции, кроме как чувство солидарности? В голосе чувствовался азарт. – Если это не сделаешь ты, то сделаю я. Таким не место на земле.

Акс был в ярости. Он не понял, как пистолет оказался в его руках и был наведен на бывшего босса. В глазах плясал огонь. Думать логически и не делать глупости? Нет, сейчас это было уже невозможно. Любое слово, любой триггер могли привести к непредсказуемым последствиям. Тем более, один выстрел уже был произведен.

– Я был пьян! Бахнул таблеток и был под кайфом, я бы никогда!..

Экс-босс все искал и искал отговорки. Говорил и говорил, пока плакал, мочился под себя и захлебывался соплями. Увы, все доказательства были против него, но ощущалось, как Дорадо зверски хотелось жить. Аксель это чувствовал и, в итоге, опустил пистолет.

– Нет, я не стану стрелять… Я так не могу.

На миг у Вито все внутри рухнуло. Внешне ни одна мышца лица не дрогнула, но в душе, или что там у него было, погас огонь. Столько сил! Столько времени! Все впустую! Казалось же, ну казалось же – вот! Вот она, победа, разве нет?

– Вито.

– Да, Аксель? – устало и понуро ответил ему пилигрим.

– Лофтус увлекается каким-нибудь спортом для богатых?

– Гольфом.

– Принеси мне пожалуйста клюшку. У коленных чашечек мистера Дорадо с ней свидание.

– Ему делали генные операции. Усиливали все суставы. Иначе он не смог бы столько трахаться.

– А разве болевой порог от этого снижается?

– Нет.

– То есть, придется бить чуть дольше?

– Получается так.

– Ладно. Я никуда не тороплюсь.

Дорадо был бледен.

Вито ликовал.

***

Как и было сказано ранее, план удался. Злодей повержен, главный герой победил. В отключке, по итогу, оказалась Аделитас. Аксель был весь "красный", но взял ее на руки, и все благополучно достигли точки встречи. Придется только объяснить, почему та оказалась измазана в крови руководителя салона по продажи авто, но это дело третье. Проститутку так и не выпустили из дома. Ей вкололи тот наркотик, которым пугали Акселя. Последние часы будут стёрты из памяти.

Аделитас пришла в себя только в машине, когда ехали к съёмной квартире. Она немного испугалась и не понимала, где находится, но сестра быстро ее успокоила, прошептав на ушко историю вкратце. Уже выходя на улицу, Аксель вылез из авто первым. Вообще, он абсолютно точно был джентльменом. Именно поэтому просто молча взял боевую соратницу, когда та была без сознания, и донес ее до машины. Но сейчас, когда она пришла в себя, он уже не предлагал свою помощь. За все время, проведенное под одной крышей, они с ним ни разу не заговорили, ни разу не приняли помощи, ни разу ее не предложили, ни разу не ответили на вопросы. И нет, он не обиделся, просто понимал, что все равно они сильные и независимые, которые клали на такого мужлана свой… фигуральный хер. Сколько уже можно было пытаться найти контакт?

– Аксель, подожди. Помоги пожалуйста, у меня все еще кружится голова.

Этот голос, Акс, кажется, еще никогда не слышал. Приятно мелодичный, нежный и ласковый. Его владелец явно красивая девушка. Он обернулся и увидел, как Аделитас тянет свою прелестную тонкую ручку.

– Да, конечно. Прошу.

И протянул свою в ответ. Это было тоже своего рода рукопожатие, как ранее со Светлячком. Но если там это было крепкое и мужское начало дружбы, то здесь робкое и аккуратное знакомство с противоположным полом.

– Аркадия, разрешишь? – гулять, так гулять, подумал Аксель.

– Спасибо.

И да, вторая сестрица тоже протянула свою руку, позволяя помочь себе выбраться из сутенер-машины.

***

Новое утро. С какой бы ноги Аксель ни встал, оно будет иным. Он начинает новую главу в жизни. Пути назад уже не было и рубикон пройден. Теперь Акс часть этого маленького общества и ему это нравилось. Общий язык найден со всеми, а вчера он понял, что может что-то большее. Да, это не работа в суде юристом. Но и клюшкой для гольфа можно наказывать уродов. Никто и ничего не испортит этот день, да и всю новую главу! Правда, кто-то в третий раз за утро упорно звонит на телефон. Придется взять.

– Доброе утро. Аксель Кейн?

– Да, здрасти. Кто это? – сладкая нега еще не успела покинуть тело. Надо быстро закончить разговор и лечь спать дальше. Впервые за долгое время было желание крепко спать, а не умереть.

– Вы меня могли забыть, я Дрейк Кэссиди. Следователь-детектив, который вел дело о смерти вашей супруги Карен. Есть пара свободных минут?

Дрейк и Акс

Сонливость прошла моментально. Не бывает простых совпадений. Чтобы просто так, с утра пораньше, звонили из полиции. А учитывая, что вчера было, то не нужно быть самым умным человеком на планете и сложить два и два.

В горле был ком, во рту сухость. Руки свело судорогой. Что отвечать-то? Строить из себя дурачка? Или сбросить звонок и бегом до Вито, кричать на него, ибо тот был уверен, что никто ни о чем не узнает.

– Аксель? Слышите меня?

Тем не менее, со второго раза получилось взять себя в руки и перестать паниковать. Сбрасывать было точно не вариант, сдаваться сразу – вообще отметается, но вот строить дурачка – это то, что нужно, верно.

– Да-да. Простите. Связь. Я вас слушаю.

– Разговор не совсем телефонный. Если вкратце, у меня есть информация по поводу смерти вашей супруги. Там все не так однозначно. Есть новости, и я бы хотел их вам рассказать. Сможем встретиться?

Если бы Аксель вел счет своим удивлениям за первые минуты утра, то сегодня был бы рекорд. Сердце сперва, вроде, и отлегло, так как речь явно шла не о Дорадо, но, когда Акс решил начать все с чистого листа и вроде отпустил прошлое, оно вернулось снова. Не прошло, блин, и суток.

– Этого не может быть. Был же экспресс суд. Столько времени прошло… И для справки, мы с ней так и не были женаты. Помолвлены – да. А свадьба должна была быть через пару дней.

– Верно, да. В любом случае, все это время меня не покидали несколько мыслей. Ими бы я с вами тоже поделился.

Аксель задумался. Хочет ли он снова ворошить то, что еще вчера должно было уйти? А может, это вызовет подозрение у детектива? Даже если он еще не знает, что было вчера в доме Дорадо и его изувеченный в труху труп еще не нашли, то это только вопрос времени. И когда информация дойдет до Кэссиди, тот может попытаться связать отказ Акселя от встречи с происшествием в доме Дорадо. С другой стороны, он все равно это свяжет. Все-таки, Лофтус был начальником на работе у Карен и Акса. И второго не так давно держали в камере из-за стычки с Дорадо.

– Мистер Кейн. Снова связь? – раздражительно прозвучало из динамика.

– Нет, я просто думаю. Я вроде как отпустил прошлое. А тут вы. И вот думаю, а хочу ли я…

– Вы любили эту девушку?

– Всем сердцем, она мне часто снится… – зачем-то сказал Аксель.

– Тогда вы не имеете права ее отпускать. По крайней мере до тех пор, пока не найдете истину. Новую корректную истину. А если все же решили это сделать, то хреновая у вас была к ней любовь.

– Но ведь я и не знаю эту новую истину.

– Именно поэтому я вам и звоню, мистер Кейн.

Аксель задумался. Так, а что это сейчас, блять, такое было? Сомнения? Он хотел улизнуть? С чего бы это.

– Вы правы, хоть и грубоваты. Могу сегодня в кафе «Эльминой». Улица Падшей Дэйзи, дом сорок два.

– Договорились. Полдень?

– Хорошо.

– До встречи, мистер Кейн.

***

Акс рассказал Вито, что ему звонили и просили встречи. Повезло, что тот был дома. Обычно утром его нет или он крепко спит, так как ночью пропадал. Решили, что идти все-таки нужно, но сперва нацепить аппаратуру для подслушивания. Пилигрим был искренне удивлен, но все равно уверен, что на них никак не могли выйти и это не ловушка. Плюс, Вито убедил Акселя, что теперь, тот в любом случае снова будет в беспокойном состоянии и не важно, услышит он новости от детектива или нет. А это снова путь к саморазрушению, чего допустить нельзя. Зря что ли вчера была пролита кровь? Поэтому, информацию узнаем, а действовать будем только если Акс этого захочет.

Кафе «Эльминой», кстати, было тем самым заведением, где Аксель первый раз встретился с Вито. Там он так же впервые услышал про «веру» и прочее. А после, они поехали в особняк. И с этого момента, жизнь сделала большой поворот, поэтому Акс думал, что во второй раз это сработает так же. Главное, чтоб в сумме, этот поворот не оказался на триста шестьдесят градусов.

До кафе Аксель будет добираться самостоятельно. Не нужно показываться лишним людям, обитателям особняка. Вакуумный лифт и вперед. Вито будет следовать на своей машине, но поодаль и остановится в квартале от места встречи. Вдруг нужна будет помощь. И само собой, никакого оружия. Не на перестрелку собрались.

***

– Рад, что мы смогли встретиться, мистер Кейн.

– Взаимно. Зовите меня Акселем. Не по себе от такого официоза.

– Меня в таком случае просто Дрейк. Присаживайтесь.

Детектив приехал раньше и уже заказал себе салат с морепродуктами. Несмотря на то, что львиную долю его тела занимали киберимпланты и прочее железо, желудок был человеческий и требовал пищи. Аксель же был без аппетита вовсе, поэтому отказался от меню, предложенным официантом.

– Как добрались? – Кэссиди начал явно издалека.

– В плане «на чем я добрался» или «успешно ли»?

– Расслабьтесь. Это не допрос. Наоборот, я пришел к вам с миром и новостями. Не то, чтобы я стал подозревать в чем-то вас.

– Это мои тупые шуточки. Так пытаюсь разрядить обстановку.

– А вы нервничаете?

– Конечно. Я думал история кончилась, и тут вы. С новостями. Хрен пойми какими.

В этот момент принесли остальной заказ детектива. Это было несколько килограммов стейков средней прожарки. На недоуменный взгляд Акселя, Дрейк ответил:

– Я же не робот. Тело сжигает много калорий на поддержание работы имплантов, протезов и киберприводов. Я так понимаю, вы не сильно разбираетесь, как это все у нас работает?

– Вскользь. Мне никогда не было это интересно. То ли дело просто тату набить.

– Понимаю. В общем, я же не на батарейках работаю. И по ночам не сую в задницу зарядку. Всё не органическое питается моей энергией. В плане, энергией моего тела. Поэтому приходится есть как в последний раз. Но я доволен. За питание платит отдел. А кушать я люблю. Вот, например, ем много и вкусно, но не толстею. Отличный расклад. Иногда, правда, работать заставляют, – и детектив рассмеялся. У Акселя был диссонанс. Голос здорового человека, а внешность робота. И немного кожи сверху. И смех человеческий. Интересно, есть у него семья? У них нет такого непринятия внешности и голоса?

– И что, прям нет ничего, что можно было бы отцепить и действительно поставить на зарядку? – Акс решил поучаствовать в разговоре. В целом, Дрейк к себе располагал. Было в нем нечто… душевное. Что опять же очень странно, учитывая его внешность.

– Ну не совсем. Ноги вот у меня роботизированные. В них есть по маленькому реактивному ускорителю. Такие ноги в принципе помогают выше прыгать, хотя после приземления и остаются следы. Но, а если мне нужно забраться очень высоко, то на тяге ускорителей могу подняться куда нужно. Потом их нужно будет заправить. Не зарядка в привычном понимании, но тем не менее.

– Больно было? Отрезать себе ноги и прочее?

– Нет. Я же был под наркозом. Было непривычно по началу. Долгое время были фантомные… зуды, мураши. Ну, как бывает, зудит рука, чешешь ее и все. А у меня с теми же ногами такое было. Как будто пятка чешется. Потом прошло. Спрашивал у наших умников, почему такое может быть – никто не ответил.

– Может вам оставили нервы? Как бы «нервы». Не настоящие, конечно, просто чтобы чувствовали дальше, – Аксель кавычками взял слово нервы.

– Нет. Это можно устроить, но зачем? Ну, проведут у меня по телу имитацию нервных окончаний, а потом я включу ускорители и заору от боли, словно ноги горят.

– Логично, не подумал.

– Бывает, ничего страшного. Вам-то это не нужно.

– Думать или протезирование?

Дрейк рассмеялся. Он не сразу понял, что сказал фразу, которую можно понять двусмысленно.

– Я про кибернетику как таковую, конечно же.

– Ну, вдруг приспичит? Знать буду.

***

Так они потратили еще пол часа на диалоги ни о чем. Аксель расспрашивал про кибернетику. Дрейк отвечал. Через какое-то время они заказали еще по порции стейков. Аппетит вернулся к Аксу. Закончив с трапезой, наступило неловкое молчание, но детектив решил, что теперь можно рассказать то, зачем нужна была эта встреча.

– Аксель. Ты славный парень. Не то, чтобы я понял это сейчас. Еще тогда, в участке, я наблюдал за тобой. Мне, по долгу службы, интересно, как ведут себя другие люди в такой ситуации. Наблюдал, если что, в научных целях. Фиксировал информацию в журнал, чтобы потом твоя реакция на ситуацию могла помочь мне при допросе кого-либо. Зафиксировать еще один шаблон человеческого поведения. Сложно объяснить тому, кто не работает в полиции. И ты был так… опустошен. Подавлен. Я давно не видел такого горя по другому человеку. Никакой злости. Никакого гона. А поверь, такое бывает. Ты, буквально, обвинял себя в случившемся. Обычно, все пытаются найти крайнего. Виноват кто угодно, но не я. А ты искал проблему в себе. Это показатель. И, наверное, поэтому, я потратил на это плевое дело чуть больше времени чем нужно. Чем планировал. И нашел пару странностей, которые по итогу, оказались кое чем крупным. Спрошу еще раз. Ты готов слушать суть?

Аксель уставился в тарелку. Нет, он был готов. Но мысли занимало еще кое-что. Акс изменился. Он сейчас услышал, каким был месяц назад, как его видели со стороны. А уже вчера он зверски убил человека клюшкой для гольфа. Хоть детектив и располагал к себе, рассказывать такое Акс, конечно, не собирался. Просто одолевали странные и непонятные чувства. Ладно, размышлять было бессмысленно. Да, Аксель сейчас был в смятении. Но тот спектр эмоций, что он переживал, был для него в диковинку. Нужно было время, чтобы прийти к выводу.

– Готов. Слушаю.

– Это все еще несчастный случай. Но его можно было избежать.

– Как?

– В то утро, в тоннеле, из которого ехал мусоровоз, не было света. Водитель уснул. Света фар не было. Нога медленно давила на газ, и машина набирала скорость. Но если бы был свет, несмотря на все это, смерти бы не случилось. Карен смотрела по сторонам, это видно по камерам. Она просто не стала бы переходить дорогу. Это все, думаю, понятно и очевидно?

– Но, как и кому можно предъявить за свет? За его отсутствие.

– В ту ночь в этом тоннеле была какая-то сделка. На тротуаре есть следы от тяжелого контейнера. Одни люди что-то передавали другим. Свет, электричество, энергия были отключены целенаправленно. Получается, встречались те, кто мог видеть в темноте, – после каждого умозаключения, детектив тыкал указательным пальцем в стол, словно гвозди входили в крышку гроба.

– Не понимаю.

– Там внутри есть камеры. Отключить только их – сложнее, чем просто выключить свет. Этим… людям, нужно было темное и укромное место. Выбрали тоннель. Они вырубили электричество, провернули свои махинации и не включили его обратно. Поверни они рубильник обратно, потрать они лишние тридцать секунд и всё. Ты бы здесь не сидел. Карен была бы жива. Теперь понял?

Аксель понял, да. Но мысли бились как рыба об лед. А что делать-то с этой информацией? Об этом он и спросил Дрейка.

– Я хочу разобраться, кто это был. Но мне нужно, чтобы ты написал заявление, в котором не согласен с решением экспресс суда. Что требуешь дальнейшего расследования. Это развяжет мне руки.

– А без моего письма вы не можете ничего сделать?

– Могу, но это займет больше времени. И мне может прилететь от начальства, что я занят закрытым делом.

Вито был прав. У Акселя бы в подкорке зудело, что же хотел ему рассказать Дрейк. Сейчас он узнал, какие это были новости. Кажется, охота за покоем только началась. Дорадо был лишь тренировкой, проверкой перед чем-то действительно серьезным. Щеки Акса налились алым от прилива крови. Значит, все-таки, есть те, кто буквально виноват в смерти любимой. Да, Карен является любимой и навсегда таковой останется! Утреннее помешательство было испугом возможностью встречи с детективом. Утро было вообще великолепным и это чувство нужно вернуть во что бы то ни стало. А пока на свете ходят уроды, что были в тоннеле, спокойного сна не будет. Именно так решил Аксель. Но ему было еще кое-что интересно:

– А вам-то это зачем?

– Просто у меня до больного развито чувство справедливости.

Всего лишь диалоги

Аксу не нужно было ничего рассказывать Вито. При нем все это время была записывающая аппаратура и весь диалог с детективом слушался в реальном времени. Но и естественно записывался для последующих перепрослушиваний. Мало ли.

По итогу, Аксель все же написал заявление с просьбой начать расследование заново и оповестил Дрейка об этом. В конце их разговора в кафе, перед тем как попрощаться, Кэссиди оставил свой личный номер для связи на всякий случай. Для обсуждения дальнейших действий, Вито снова собрал свой "совет", в который, по обычаю, не входила Альбина, вечером на "минус первом" этаже. Все прослушали запись разговора и дали свои умозаключения. Ничего особенного в них не было, за исключением того, что теперь Аделитас и Аркадия охотно и активно участвовали в делах Акселя. Самого же парня интересовало лишь одно, о чем он думал долго время. Но чтобы об этом поговорить, он хотел остаться с Вито тет-а-тет.

Не придя ни к чему существенному, все начали разбредаться по комнатам. Акс же не торопился и попросил Светлячка остаться вместе с ним. И когда в комнате остались лишь трое: Аксель, пилигрим и Светлячок, первый спросил:

– Вито, как так получилось? Вы в первый вечер, когда пригласили меня сюда, говорили о том, что Карен убили люди с улицы. Бандиты, мафия, корпорации – не помню. И через пару дней звонит детектив, который говорит, по сути, о чем-то схожем. Вы с ним заодно?

– Нет. Я лишь слышал о нем. Весьма успешный дядя. Трудоголик до мозга костей. Сто раз ему предлагали перейти на вышестоящую должность, но он сто раз отказывал мотивируя тем, что «не все говно убрано с улицы». И, мол, пользы от него будет больше не в кресле, а при деле. Не берет взяток и всегда доводит дело до конца. Не знаю, откуда он узнал всю эту информацию, но точно не оттуда же, откуда я.

– Хорошо, а вы как узнали?

– Скажем так, я живу в этом мире не первый десяток лет и у меня есть некоторые связи.

– Не юлите, – грознее и с напором попросил Аксель. Светлячок смотрел то на одного говорящего, то на второго и не встревал. Вито не оценил такой жест. Но рядом был тот, ради которого нужно играть спектакль и показывать добродушие, поэтому проглотив продолжил.

– Враг моего врага – мой друг. Слышал? У меня есть выход на некоторых глав пары-тройки местных группировок. От них и узнал. Время от времени мы просим друг друга об услугах. Одна из моих задач была достать информацию по твоему делу, и я ее получил. Одна из их просьб была узнать, ЧЕМ обменялись между собой две местные некрупные не то банды, не то полулегальные фирмы. И так совпало, что местом их встречи был тот самый тоннель. В ту самую ночь. Не нужно обладать компьютером вместо мозга, чтобы понять кто забыл «смыть за собой в туалете». Карен не увидела приближающуюся опасность из-за отсутствия света. Значит ребята успешно провернули сделку.

– Как это связано?

– Белыми нитками. Не началось перестрелки, никто не приехал. Тихо да гладко провернули и свалили во тьме.

– Я верно понимаю, что вы тут боритесь с теми, кого сами покрываете и кому помогаете? Светлячок, твою мать, я думал мы друзья! Почему не рассказывал, что вы пытаетесь на двух стульях усидеть?!

Светлячок был напряжен.

– Я не знал. Вито особо не рассказывает, как получает информацию. По крайней мере мне. Но я уверен, что этому есть логичное объяснение, да? – перевел он стрелки.

Пилигрим зло уставился на обоих. На Акселя, конечно, в особенности. Сейчас его строили два сопляка, которым в сумме лет меньше, чем ему. Но этот хренов план… Хренов козырь…

«Нет, нельзя злиться», – подумал Вито и начал экспромт:

– Я против корпораций. Они зло во плоти. Они используют людей для своих целей. И я говорю не о каких-то там недоплатах или переработках. Речь идет именно о том, что они, в лучшем случае, тестируют свои услуги и товары на таких как наш Светлячок. А те, с кем я… иногда сотрудничаю, максимум способны на провоз контрабандной техники или другой мелочи. Если кто от них и пострадает, то лишь дебил, который купит на улице чайник за десять процентов от его настоящей стоимости. Будет думать, как он нагнул всех, а прибор просто перестанет работать через неделю. Да, каюсь. Таких мне не жалко. Считай, это аналог естественного отбор в действии. Да и если бы было жаль – это ни разу не соизмеримо. Жизнь живого человека и чайник какого-то придурка. Смекнули?

Все замолчали. Кто-то перерабатывал информацию, ждали реакций друг друга.

– Ладно, прости. Я понимаю, что в такой игре невозможно не запачкаться. Да и я снова на взводе из-за всей этой истории. Проехали и забыли? – протянул Аксель руку.

– Забыли, – руку пожали в ответ.

Вито не забудет.

– Каков наш план дальше? Ждать, когда со мной свяжется детектив? Может мы можем его уговорить присоединиться…

– Нет, – сказал, как отрезал пилигрим. – Никакой полиции. Совсем. Даже если он тебе понравится, и вы будете сосать друг другу – никакого Кэссиди здесь не будет.

– Да я просто спросил. Ладно, понял. А что все же по поводу плана? Кстати, ты сказал, что тебя попросили разузнать, чем там обменялись. Узнал? Если не секрет, конечно.

Аксель потихоньку, но успокоился. Светлячок тоже расслабленно выдохнул. Ему не хотелось выбирать сторону между ними. По-своему, оба стали ему…дороги? К ним появилась привязанность. С тем, который постарше она появилась раньше, но тем не менее.

– Возможно, но это подождет. Могу сказать, что знаю, какие банды там были. Или… конторы. Я даже хер знает, как их обозвать. Они чисты на бумаге. Обе оформлены юридически, платят налоги и зарплаты. Но по слухам, делают не самые приятные вещи. Не дотягивают до дел корпораций, но и не занимаются тем, на кого я иногда работаю. "Золотая", в ковычках, середина. Поэтому была просьба за ними последить. Понять, чего стоит ждать. Не знаю, кто там лично участвовал с каждой из сторон. Как звать, сколько лет и так далее. Так что, на данный момент, разговор окончен. Я не люблю рассказывать все дважды, поэтому объясню только тогда, когда буду обладать абсолютно всем, что могу знать. Ждем информации от твоего нового дружка, Аксель. Не приревнуй его, Светлячок.

Несмотря на то, что ему нужны были эти люди, Вито надо было извлечь желчь. Главное не подрывать их веру в себя, а оскорблять, подначивать, подшучивать и подтрунивать можно.

– А я что? Я ничего, – смутился самый молодой член коллектива. – Раз во всем разобрались, может по пивку, а, Акс? Посидим за монитором.

– Да, давай. Еще раз прости за грубый тон, Вито.

– Да-да. Бывает…

– Это называется телевизор, Светлячок. Не монитор, – направляясь к выходу, поучительно начал Аксель.

– В смысле? В этой комнате стоит куча мониторов. То есть это тоже телевизоры? – потянулся за другом второй.

– Нет. Это как раз мониторы.

– Ну вот. Что одно показывает видео, что второе.

– Да, но назначения у вещей разные. Монитор для работы. Телевизор для отдыха.

***

– А я вот чего не понимаю. Ты сказал, что давно так не высыпался.

Светлячок и Аксель лежали на диване в комнате отдыха, пили пиво и залипали в телевизор. Там шел какой-то выпуск новостей:

– Через несколько месяцев, на колонизацию новой планеты отправятся несколько челночных кораблей. Напомним, что космическая станция «Мундус», построенная 170 лет назад, через 20 лет, после своего выхода на орбиту выстрелила снарядом с антиматерией в направлении пригодной для жизни планеты LP 890-9с которая на 40 % превосходит по размеру нашу планету. Этот снаряд летел сто лет со световой скоростью, чтобы создать выход из будущей искусственной кротовой норы. В 2162 году был запуск второго снаряда за пределы наиболее "густонаселенной" части Солнечной системы, где будет создана вторая, входная, кротовая нора. И после многочисленных тестов и испытаний, мы получили положительный результат! Связь между дырами установлена! И теперь людям не придется проводить сотню лет в криогенном сне ради достижения цели.

– Прости, что? Я залип немного, – Аксель морально вымотался за день и после второй банки пива его разморило.

– Говорю, ты же сегодня выспался? Ну, не беспокоили сны. Все хорошо было?

– Ну да. До звонка детектива было очень круто.

– Но почему?

– Я наказал одного из обидчиков.

– Но он же вообще был ни при чем к происшествию. Ты сам вспомнил сегодня, что Вито тебе говорил, мол Карен пострадала из-за бандитов в тоннеле. Из-за их сделки и халатности. Я думал, твоя цель добраться до них. И ты не успокоишься, пока именно ее не достигнешь. А тут говоришь, что выспался.

Аксель задумался. У него был ответ на вопрос. Немного грустный, поэтому сомневался, стоит ли его озвучивать или лучше выдумать хрень. Но решил быть честным до конца с новым другом. И с собой.

– Понимаешь. Хм, во-первых, это был первый шаг к успокоению. Не знаю, как у тебя, но у меня, когда после долго бездействия делаю первый шаг, то на душе становится спокойнее. Я уже начал. Я действую. Это успокаивает. Как минимум на время. Но солгу, если скажу, что в будущем собирался действовать дальше. Я хотел остановиться. Да, я не сделал всего, что мог, но может мне бы этого хватило? Может уже этой мести было бы достаточно? И я себя успокоил, что пока надо жить дальше. Но вот утром раздается звонок. Мою больную рану потрошат, и я снова неспокоен. И похоже, либо я доведу дело до конца, чтобы больше никто не мог мне напоминать о том, что еще не закончено, либо жить с этим чувством дальше. Только беда в том, что я за ночь втянулся в это ощущение расслабона, понимаешь? Я хочу его вернуть. Как наркотик, только он действует, наоборот, оздоравливающе. Как-то так.

– Интересно. Не подумал бы. Что творится у тебя в голове?

– Да оно, блин, само. Не виноват я. А давай спать? Я уже всё. Кончился.

– Да, хорошо. Ты иди, я посижу. Доброй ночи, Аксель.

– И тебе не болеть, Светлячок. Доброй.

***

– Давно не виделись.

– Действительно. Привет.

Аксель крепко обнял Карен и даже чуть приподнял ее над землей, как любил это делать раньше. Она мило завизжала, но не вырывалась из объятий. Запах ягодных духов сносил Аксу крышу, его нос был как раз у ее шеи и он затянулся еще сильнее.

Через секунд тридцать, он опустил любимую на землю и они, взявшись за руки, пошли по улице дальше. Крыши домов дрожали под тяжестью дней, а город стрелял в ночь дробью огней. Свет из окон домов, неоновые вывески, фары машин. И несмотря на кучу искусственного освещения, было прекрасно видно рукав Млечного пути и все-все-все его звезды. Акселю ужасно хотелось зайти в каждую квартиру и пожелать "доброй ночи".

Они шли, молча не говоря ни о чем. Так бывает, когда много времени проводишь в делах, находишься дома, а затем, в свободный час, выходишь на улицу и вдыхаешь. И голова словно прозревает. Ты начинаешь видеть вокруг чуть больше, чем обычно. Вон мама с ребенком идут. Родитель несла рюкзачок своей крошки, пока та задавала вопросы из разряда «почему». А тут за панорамным окном какой-то молодой парень покупает новый протез для руки. Продавец клянется, что теперь он сможет поднимать больший вес и ломать стену из любого материала. Не ясно на кой молодому это было нужно, но пожалуйста. Подростки сейчас занимаются полной хренью, не то, что Аксель в молодости…

– Как дела?

Карен прервала размышления Акса. Голос и вопрос вытянули того из пучины раздумий. Так бывает, когда крепко спишь, но внезапно звенит будильник и перед тем, как окончено проснуться и открыть глаза, твое сознание летит по какому-то радужному не то мосту, не то тоннелю. Будто разум был вне тела, а услышав сигнал тревоги, рванул что есть мочи к хозяину.

– Да по-старому всё. С работы ушел. Дорадо уволился, представляешь?

– Да ты что! Быть не может, – картинно удивилась девушка.

– Ага.

– И ему никто не помогал принять решения?

– Без понятия.

– Ну-ну.

Карен хихикнула. Аксель тоже рассмеялся, но заливистей.

– Сладостей не хочешь? – спросил кавалер.

– Хотелось бы, – грустно промурчала дама. – Да только вот бросит меня мой парень, если лишнего наберу.

– Ну, парень бы может и бросил. Но мужу-то куда деваться? Все. Когда окольцевала мужика, можешь на заслуженный отдых!

– Точно? Честно? Прям в отрыв?

– Ну, эй. Давай не в отрыв. Я так-то ни в какой отрыв не собрался. Нечестно будет идти туда одной.

Карен закатила глаза и парировала:

– Ты из него и не выходил.

– Что!?

Аксель снова обнял девушку, и они голые упали на белоснежную кровать. А вокруг окутывал не менее яркий и белый свет. В их мире сейчас существовало три вещи. Он, она, кровать.

– Ты не забывай меня, пожалуйста.

Карен остановила веселье одной лишь фразой. Но нет, оно не перешло в грустное русло. Скорее, наступил этап чувственности и разговора по душам.

– Ни за что. Обещаю.

– Ну не знаю. Мужчины, когда довольны жизнью, удовлетворены и спокойны, ищут себе новые… забавы. Понимаешь, о чем я?

– Понимаешь, – передразнил ее Аксель. – Но о тебе я не забуду во что бы то ни стало. Даже когда весь мир будет у моих ног, и все враги повержены. Рядом будешь стоять ты. Не подведи с нарядом только. В такой момент надо будет выглядеть соответствующе.

– Ты же меня знаешь. Я могу быть эффектной.

Этап разговора по душам был закончен, и они снова вернулись к плотским утехам.

Новые высоты

Детектив так и не вышел ни разу на связь. Но тем не менее, произошло много изменений и новостей. Особенно у Акселя. Ведь прошел уже месяц.

В этом особняке все и каждый имели какую-то задачу. Не только на благо общества, но и друг друга. К сожалению, Акс не обладал какими-то талантами, как, например, Бьорн или Альбина. Он не мог создать что-то руками и не был гением в какой-либо ученой сфере.

Кстати, на их след действительно так и не вышли. Что страннее, даже Дрейк ни разу не связался с Акселем на эту тему, хотя Вито был уверен, что детектив обратит внимание на происшествие. Не будет в курсе, конечно, кто это мог сделать, но все-таки заинтересуется.

В общем, Акс не сидел сложа руки, он стал… рекрутером. Пилигрим, здраво рассудив, что если руки у того растут из жопы и умственными навыками тот обделен, то, как бывший продавец авто, у него хотя бы будет "заточен" язык. А что, как не язык, нужен рекрутеру, который будет искать новых людей в их… общину? И да, у Акселя с этим очень хорошо получалось. Ведь мало того, что он сам прошел путь от неверующего до важного члена команды, а значит на собственной шкуре понимает, как здесь могут помочь, так еще и Вито научил его некоторым премудростям.

И да, кстати, что касается Вито… Благодаря своей долгой и насыщенной жизни, он обладал огромным опытом и смог сломить Акселя, дав тому изуродовать и убить своего бывшего начальника. Но это было только начало. Пилигрим усердно лепил из Акса цепного пса для своих нужд. Фигурально. Днем он был агитатором и ищейкой новых персоналий, а ночью превращался в человека, который, на пару с кем-то, мог выполнить грязное поручение наставника. Да, месяц не самый большой срок, но промывка мозгов ранее вкупе с тренировками за последнее время – дали плоды. У Акселя появился рельеф мышц. Он дважды в день практиковался в стрельбе, рукопашному бою и, внезапно, сражению на катанах. А вечером все это закреплял в каком-то выданном ему задании. Чаще всего, он работал в паре со Светлячком. Ребята сдружились еще сильнее и даже несмотря на то, что старый друг Томми пытался выйти на связь, Акс его чаще игнорировал и избегал встреч.

По итогу, Аксель может и не превратился в универсального солдата, но стал серьезнее настроен на радикальные вещи. Он обрел форму и уверенность в своих точках зрения, на какой-либо вопрос, касайся тот общих целей «Деус Инстра Се» или личных нюансов бытия. Плюсом к вышеуказанному, все больше уверовал в необходимости найти и покарать преступников, затеявших обмен в ту злосчастную ночь.

А еще он чаще стал «встречаться» с Карен. Та не переставала сниться ему во снах и время от времени, сны становились агрессивнее. Нет, речь идет не о БДСМ сексе, а скорее о том, что Карен начинала подталкивать Акса к действиям. Словно она олицетворяло его злое альтер-эго во снах. Она говорила о том, чем он сам боялся думать и говорить вслух. Словно давая карт-бланш на любое сумасбродство. И поэтому никакая совесть не мучила парня, чтобы он не делал. Ведь она была на его стороне.

Начинался очередной день, на утро которого у Акселя была назначена встреча с потенциальным бедолагой попавшем в беду, как некогда попал сам Акс. День он предоставлен себе, а вечером снова к Вито за заданием и порцией адреналина. Да, со временем, он начал не просто оправдывать свои действия верой в правое дело, но и просто получал удовольствие.

Стоит понимать, что Вито не дурак и не заставлял ребят делать действительно страшные вещи. Он как любящий садовник аккуратно растил их (да и всех, кто числился в их общине). С маленького расточка до полноценного цветка, будь то девочка, или дерева, будь то громила Марк. Их веру в дело и, что важнее, в самого Вито нельзя было шатать или марать в грязных вещах. Такими вопросами, мог заняться и сам пилигрим. Никто из занимающихся «разбоем» не бил невиновных, беременных, животных, стариков и так далее, кто еще находится в списке вызывающих жалость. Никто не воровал у нуждающихся или подставлял работяг с заводов сфальсифицированными документами. Это просто могли быть поручения от дружественных Вито «полулегальных организаций», как тот их сам называл. Отвезти, сбыть, продать, найти, отжать и так далее, но ровно у таких же бандитов, просто по ту сторону баррикады.

Хотя, не все было гладко. Ведь сперва Вито невзлюбил Акселя, ибо тот был представлен ему, как «важная шишка» его дружком радиоведущим, но по итогу, он обрел настоящего бойца с глубокой душевной раной и «небольшим сдвигом по фазе». Акс готов был участвовать в любом начинании и выполнял все строго и четко в соответствии с планом. Однако, чем больше уверенности получал Аксель, тем чаще он не сходился с пилигримом в каких-то вопросах. Реже это были вопросы тактики в том или ином задании, чаще в планах общины и ее принципах. Акс хотел вывести их на уровень корпорации. Найти нишу и заниматься ей абсолютно легально. Тем более, что такая сфера как «помощь ближнему» не занята от слова совсем. Есть куча милитаристских корпораций, например, как "Виндичес". Огромная корпа, поставляющая оружие и защиту всем силовым структурам государств первого эшелона. "Арканум Иммортолитатис" и "Унум Грандум Альтиорем" были гегемонами в плане мутаций и апгрейда геномов. И ко всему прочему "Эт Карнес Ферро", которая как антипод двум ранее указанным, заковывала людей в железо всеми возможными киберимплатнами. У Дрейка Кэссиди там явно был абонемент. Да что там говорить, когда существует "Чибус Деорум", пищевые продукты которой заполняли девяносто процентов всех магазинов страны. Вот на такой уровень замахивался Аксель. Да, не сразу, но какие-то шаги нужно было предпринимать. Вито же считал, что нужно быть тише воды, ниже травы. Конечно, ведь у него были свои планы…

***

Перед тем, как выходить на встречу, Акселю позвонил неизвестный номер. Была надежда, что это наконец-то очнулся детектив и сейчас будут новости.

– Слушаю.

– Добрый день. Это Аксель Кейн? – это был голос взволнованного, нетерпеливого и уставшего мужчины. На фоне кричали дети.

– Да, допустим. Кто это?

Акс расстроился. Это был не детектив. И это был не номер того, на встречу с кем он собирался, а значит интереса почти не представляет.

– Меня зовут Отис. Вы меня можете помнить. Я тот, кто… Ну. Был за рулем мусоровоза, который сбил вашу девушку.

Так-так-так. Аксель забрал мысли обратно. Он ничего не понял, но было очень интересно. Как ушат ледяной воды вылили на голову.

– Какими судьбами? Не ожидал, что вы захотите связаться.

– Я бы и не стал. Долго не мог найти ваш номер. Месяц, наверное. У меня есть к вам вопросы. Зачем вы решили возобновить дело?

– В плане?

– Где-то месяц назад со мной связался Дрейк Кэссиди, детектив, который тогда допрашивал меня на счет этого… происшествия. Он сказал, что вы передумали и решили написать заявление о несогласии результатов экспресс суда. Почему?

– Он вам не сказал?

– Нет! Лишь поставил перед фактом и положил трубку.

Голос срывался на злость, грубость и истерику. Но это были больше усталые агрессивные эмоции, чем настоящая попытка надавить или оскорбить. Как когда ты тратишь уйму сил на какое-то дело, а оно не приносит отдачи. К сожалению, Аксель стал немного другим, в сравнении с тем временем до его личной катастрофы, да и в целом, характер всегда был таким, что если «катят бочку», то нужно ее остановить и желательно ногой да посильнее. Поэтому ответил холодно и ни разу не успокаивающе.

– Если он вам не рассказал, то не уверен, что и я могу. Когда мы с ним свяжемся, и я получу нужную информацию, то спрошу, можно ли делиться ею с вами. Тогда поговорим.

– Нет, вы не поняли. Это важно! Результат ИИ суда меня устраивал! И вы сейчас хотите его пересмотреть! Не знаю зачем, но это может аннулировать постановление суда. Мне это не нужно!

– Осмелюсь перебить, но мне глубоко насрать, что тебе там нужно или нет. Это мое личное дело и я не собираюсь с тобой его обсуждать. Будешь пытаться качать права, то не получишь и той информации, которой можно будет поделиться.

– Да ты еще сопляк! Уважение к старшим, слышал? Не хами и отвечай на мои вопросы. У меня был нужный мне приговор. Мне не нужен никакой другой! Да другого такого и быть не может. Меня могут посадить. Мне нельзя в тюрьму! Зачем пересмотр?!

Вот теперь-то голос по ту стороны перестал быть уставшим. Человек был явно раздражен и не пытался этого скрывать. Усталость ушла вмиг, а ее место заняла злоба и гонор. Но, а Аксель, научившись владеть своими эмоциями и интонацией, решил усугубить диалог.

– Зачем? Хм. Хочу сжить тебя со свету. Ты убил человека. Как спится после этого? Насколько я знаю, тебя не посадили. Подумать только?! Убийца не сидит за решеткой! Какие-то там отягчающие и прочее, да? Похуй. Я получу от детектива нужную мне информацию, а тебя до кучи помучаю и затравлю исками.

– Да что я тебе сделал?! За что? Мне нельзя в тюрьму. У меня семья, дети.

– Ты сбил человека насмерть! В смысле «что я сделал»? У меня тоже могла быть семья! Буквально, на следующий день после аварии! Так что даже не пытайся прикрываться детьми. Я и не таких видел. Чуть что, как припечет, сразу папаша года.

Повисло молчание. Не долгое, нет, но крайне напряженное. Любая фраза, любое слово только усугубит положение.

– Ясно. Я понял. С тобой не договориться. Просто забери заявление обратно, – голос Отиса успокоился. Он стал холодным и твердым. Даже немного отстранённым, будто в голове уже продумывался план на случай, если откажут.

– Нет.

– Ты еще пожалеешь, что затеял это. Мы еще встретимся. Не прощаюсь, – и положил трубку.

– О, да. Мы точно еще встретимся, – закончил этот диалог Аксель. – Можешь не сомневаться. Спасибо, что вернулся.

И облизнул края губ языком. Точно как маньяк перед жертвой.

***

Отис сидел с ледяным взглядом и сверлил стену. В руках был телефон, на фоне шли мультики и кричали дети. Сегодня был последний день того самого отпуска, который он так ждал. Но мысли о предстоящей работе занимали не главенствующее место в голове. Нет, теперь он думал об этом парне. Тот стал злее и явно хочет отомстить за смерть своей девушки. Отис от части его понимал. Если бы что-то случилось с Юноной, он бы порвал в клочья любого. А помимо жены у него ведь есть… Он повернулся и посмотрел на детей. Три жизнерадостных чуда. В них столько эмоций и энергии. У них вся жизнь впереди, полная радости и разочарования. Первая оценка в школе, первая любовь и первое собеседование. Может кто-то из них будущий колонист? А может новатор в медицине? Да даже если они будут такими же водителями мусоровозов, Отис будет любить их больше жизни. И он готов пойти на все, чтобы его не отняли из их жизней. Жена одна не потянет воспитание, а значит надо во что бы то ни стало прекратить очередное расследование. Да, вердикт может остаться без изменений, но рисковать нельзя ни в коем случае. И в голове уже была пара мыслей, как можно «образумить» Акселя.

Акс и Дрейк

Раздался очередной звонок. Аксель уже не питал надежд и иллюзий. Столько времени прошло с момента последнего общения с Дрейком. И теперь он не нёсся бегом к телефону в надежде на информацию, которую ему так обещали.

Парень хотел начать действовать в любом случае, но Вито не разрешал и требовал ждать вестей от детектива. Это была ещё одна причина, по которой они стали ссориться. Говорят, двум хозяйкам на кухне не ужиться. Тут было нечто похожее. Спору нет, Вито безоговорочный лидер и глава общины. Его опыт, связи и помощь признавали абсолютно все. Но вот появился Акс. Во-первых, он в целом, располагающий к себе юноша. Харизматичный. А когда тот окончательно принял их "веру", то стал незаменим во многих делах. Помогал всем и во всём. Привел за свой короткий срок рекрутера столько людей, сколько пригласил Вито за полгода. Пилигрим как-то спросил, где Акс их находит в таком количестве, но тот лишь отшутился, что познал секретный секрет. И нет, это были не абы кто, бомжи с улицы. Ведь, естественно, после общения с Акселем, их должен был одобрить пилигрим. И Вито не ставил себе палки в колеса и действительно принимал тех, кого привел новоявленный рекрутер, признавая таким образом, что Акс справляется с работой на все сто. Само собой, эти люди не знали, что их, оказывается, могут не принять. Аксель вёл точно такой же диалог с каждым, как когда-то с ним его вел Вито. Мол, ты заблудшая душа, что тебе нужна помощь и лишь мы можем её тебе дать. Кто-то верил охотно, кто-то так же сомневался, как в своё время Акс. Но находя слабые точки, незакрытые гештальты и бередя их, люди соглашались. Единственным отличем было то, что, когда Вито обрабатывал Акселя, то притворялся добродетелем, который так был нужен парню. А вот сам Акс, в свою очередь, говорит людям о возможной помощи, абсолютно искренне. На своей шкуре испытав животворящее убийство человека-занозы из жизни, он обрел умиротворение. Пусть и на одну ночь.

В общем, шел Аксель к трубке не спеша. А зря. Увидев подпись «Детектив Кэссиди», он воодушевился.

– Так-так-так, кто тут у нас? Мистер детектив! Сколько времени прошло. Я уже думал, что вы забыли про меня, – не без язвы поднял трубку парень.

– Добрый день, Аксель. Не забыл. Спасибо, что не названивал как какой-нибудь конченный. Бывают же такие… Все это время я был дико занят расследованием.

– Есть новости? – уже без сарказмов и ироний, но затаив дыхание спросил Акс.

– Есть новости. Но хорошими я их не назову. Опять же, лучше мы встретимся. На том же месте?

Внутри все рухнуло. Столько надежд было возложено на этот звонок. А тут раз и всё. Тем не менее, это не значит, что убийцы не будут найдены. Да, Аксель уже во всю называл именно их убийцами. Он абсолютно полностью перевернул у себя в голове искомую ситуацию и больше не считал это случайным стечением обстоятельств. Это было убийство. Запланированное или нет – плевать и не важно. Убийство и точка. Есть «путь расследования» Вито, который убеждает, что знает, кто стоит за всем этим. Но по какой-то причине в упор не хочет говорить об этом Акселю. И требовал ждать Дрейка. Ну, вот и дождались. Столько времени и все зря. Но теперь-то пилигрим не отвертится.

– Договорились. Сегодня? Часов в шесть вечера?

– Да, отлично. До встречи.

Вот так, кратко и лаконично, решают свои вопросы взрослые люди. Никаких прелюдий. Сугубо по делу.

***

Устройство для записи разговора, похожее на ушную клипсу, на Акселя все равно нацепили. Это тоже было требованием Вито, дабы Акс не забыл ничего при пересказе, уж пусть лучше будет запись, которую можно будет крутить хоть сотню раз.

Меры предосторожности, транспорт и прочее – все было как в прошлый раз. Сейчас Аксель верил в Вито, что тот сможет вычленить из плохих новостей то, что нужно. Что поможет. А потом расскажет всё, что обещал и знал сам. И вот тогда…

В этот раз, первым пришел именно молодой рекрутёр. Впрочем, об этом лучше не знать детективу. Он сел за тот же самый стол, что и в прошлый раз. Стол был у огромного панорамного окна, и прекрасно обозревал всю улицу. Солнце еще светило, но за счет антибликового покрытия, не резало глаз. Но и в помещении не становилось темнее, так как не было никакой тонировки.

Аксель заказал себе рамен и стал ждать Дрейка. Тот пришел минут через пять и тоже заказал себе поесть.

– Как добрались, детектив?

– Нормально. Ты?

– Тоже.

– Ты как-то изменился. Похудел?

– Ну, может. Занялся собой, просто. Спорт, правильное питание.

Кэссиди смотрел на парня с подозрением. И Аксель это заметил. Но никто не стал продолжать диалог в этом направлении. По крайней мере, сегодня.

– Ладно. Новостей много. Поэтому, давай сегодня без прелюдий. Уверен, времени и так это займет не мало. Тем более, пока мой заказ готовится…

– Нет проблем, слушаю. Расстраивайте меня.

– Новости да, не лучшие. Но они есть. А это уже хорошо. Начну с конца. Я не знаю точно, кто был в ту ночь. Я знаю, что это была за банда. Днем она ведет вполне легальный учет. Люди устроены по закону. Работа легальна. А как начинается ночь, вылезают как клоуны из табакерки.

– Откуда?

– Не важно. Я выведал о них всё, что только можно. Всё. Но так и не понял, кто из ее представителей был в ту ночь. Как у "дневной" фирмы, у них есть своя локальная сеть. Своя база данных, которую можно предоставить для отчетов в органы. И лишь в ней я нашел лишь одно упоминание о той встрече ночью. Под термином "инвентаризация". Всё. Больше ничего. Я проверил почту каждого. Телефоны, импланты памяти. Считай, я буквально рылся в голове у человека.

– Эм, а как вы ЭТО провернули?

– Раком об косяк. Ты этого не слышал. Не задавай глупых вопросов.

– Виноват. Молчу. Слушаю.

– Похоже, либо вся эта информация ведется на бумаге и позже сжигается. Либо они просто общались. Словами. Вслух. Ну, ты понял. И никаких следов нет. В общем, это все очень вкратце. Клянусь, нет желания рассказывать подробности. Вот тебе сухие факты. Я лишь знаю, что в той сделке участвовали трое из пятидесяти человек.

В этот момент принесли заказ детектива. Тот, похоже, весь день ничего не ел и накинулся на еду как зверь. Акс просто сидел и смотрел, когда Дрейк закончит, изредка попивая сок и смотря в окно. Торопиться было настолько некуда, насколько возможно.

Когда детектив закончил, Акс все же спросил:

– Допустим. Но давайте рассуждать логически. Там есть пятьдесят человек. На встрече было трое. Насколько я помню, один из них должен обладать чем- то неординарным? Ведь как-то груз туда доставили и как-то его оттуда забрали, верно? Это узкий тротуар, для пары человек в линию. Никакие машины туда не заедут. Значит, либо это был очень сильный человек, скажем спасибо протезам. Либо кто-то обожрался допинга и сейчас выглядит как огромный шкаф с венами.

– Логично, говоришь? Там через раз такие ребята. Я не могу без привлечения внимания следить за каждым и про каждого узнавать, где он мог быть той ночью. Не вариант.

Аксель взгрустнул, уткнулся в пол, в ботинки и ляпнул:

– Понял. То есть, мне было бы проще вырезать всю банду, чем ждать ваших новостей.

– Прости, что?

Акс понял, что сказал это не просто вслух, а вслух, да еще и не перед тем, кем нужно.

– Ну, а что вы хотели услышать? Это мое огорчение. Уж простите, что не думаю о белых единорогах, – попытался он выкрутиться.

Детектив продолжал на него молча смотреть. Будто, что-то хотел высказать, но колебался. И в итоге, лишь сказал следующее:

– Я подумаю, что еще можно сделать… Потерпишь, прежде чем резню устраивать? Мясник с Парадигмы?

– Куда я денусь, мистер Детектив? Вы меня простите, но я, пожалуй, пойду. Не такого я сегодня ждал ответа.

Аксель начал собираться, надел легкую джинсовую куртку, вытащил деньги из бумажника и положил их на стол. Дрейк же все так же продолжал смотреть на парня, пока тот стоически делал вид, что этого не замечает. И уже когда Акс был на выходе, он услышал:

– Не делай глупости, малыш.

«Малыш» оставил этот тезис без ответа.

***

Возвращался до особняка Аксель в одиночестве. Во-первых, не стоило лишний раз указывать на знакомство с Вито, который так же был в машине неподалеку. Во-вторых, Аксу хотелось пройтись одному. Сейчас в его голове гулял лишь ветер. Не было никаких мыслей. Такое часто происходит, когда ты делаешь ставку на что-либо, а она тебя разочаровывает.

Неимоверно хотелось вишневого пива. Они с Карен часто брали пару литров на двоих. Не алкоголизма ради, а просто для приятного времяпрепровождения. И лишь купив искомое, он отправился в особняк. Домом, это место, он еще признать, увы, не мог.

На диване, в комнате отдыха их базы, его уже ждал Светлячок. Он, как чувствовал, и был при своей бутылке своего яблочного сидра. На столе в комнате отдыха, были разного рода снеки и прочая закусь. Ребята переглянулись, улыбнулись друг другу и Аксель молча плюхнулся рядом с другом. Раньше, он мог зависнуть так с Томми, но, когда тот обзавелся семьей, такого времяпрепровождения было все меньше. Сейчас, благодаря новому другу, Акс на пару мгновений возвращался в «беззаботную молодость».

Через пару часов, очередная серия ситкома подходила к концу, и парни были неплохо подпиты.

– Светлячок, слушай. Я только сейчас понял, что в душе не ебу, а почему ты получил такое имя.

– Ну наконец-то, я думал, этого дня не будет. Ты даже ни у кого из наших не пытался спросить?

– Да мне как-то фиолетово было. А сейчас дернуло. Говори, не бузи. Наливай, не тормози.

– Хорошо, что мы пьяные. Потому что говорить тебе на трезвую голову, что я ядерный реактор – было бы опасно, – сказал Светлячок, параллельно наливая остатки алкоголя по кружкам и собирая упаковки от закуски в пакет.

– А-а, понял! То есть сейчас в жопе у тебя есть какой-то стержень, который не дает тебе начать распадаться и взорваться? Это же так работает?

Аксель залился смехом. Сам пошутил, сам посмеялся. Впрочем, собеседник тоже улыбнулся.

– Именно. И если будешь много болтать, наградим стержнем и тебя. А если серьезно, у меня есть способность светиться. Внезапно, прикинь, да? Целиком или частично. Но это, скажем так, побочный эффект. Ибо в момент свечения, я излучаю радиацию. И если я захочу, а я не хочу, даже не спрашивай, я могу заставить себя взорваться. В теории. Как ты понимаешь, протестить я это не могу в силу отсутствия лишних попыток.

– То есть мы все сейчас облучены?

– Да нет, придурок. Ты меня хоть раз видел светящимся?

– Однажды, когда смог удачно познакомиться в том баре, с девчонками, помнишь? – и Аксель снова рассмеялся. Светлячок же стушевался.

– А если взять буквально, а не фигурально?

– Да ну нет, понятное дело. Душнила.

– Вот, значит нет в вас радиации.

– Допустим. А зачем это всё нужно, фонарик?

– Это я-то фонарик?

– Не душни, говори. В чем смысл?

– Без понятия. Может мы были оружием. Может еще что.

– Мы?

Ребята чокнулись бокалами в последний раз, ибо это был последний алкоголь и допили его залпом.

– Я же вроде тебе говорил, что Вито спас меня год назад из капсулы. А таких как я, там была тьма. Но благодаря его помощи, наверняка, сбежали и другие. В тот вечер, там был сущий ад. Взрывы, выстрелы, кровь и конечности. Говно.

– Не помню, честно. Может и говорил. А ты не пытался найти своих… братьев? Можно ли так выразиться?

– Пытался, но мы же не дураки. Да, мы были асоциальны, но в крови, буквально, есть гены выживания. Хотя, знаешь. Я никому не говорил. Но иногда, идя по улице, проходя мимо кого-то, меня прям бьет током, будто нас всех, кто был в бакта-камере, объединяет одно сознание. Словно я прошел мимо своего…Родственника. Друга. Того, с кем годами был в капсуле рядом. Но, это я так. Думаю лишь.

– Жесть. Интересно, но жесть. Прости, если обидел. Я же по-доброму, – Аксель хлопнул друга по плечу.

– Ну, а помимо однократной возможности взорваться, свечение моего тела невозможно распознать никоим образом. Ни в одном известном спектре. Плюс большая физическая сила. Но это так, самое распространенное, что только бывает в мире. Могу в доме всю мебель переставить. И никакие железки мне для этого нужны не будут.

– А?

– Б. Я не закончил. Могу озарить комнату светом, но на камере, снимающей эту комнату, и в прямом эфире, и на записи, будет темно. Понял?

Понял. Аксель что-то понял. И моментально протрезвел.

– Так, а если ты будешь в темном тоннеле, ты сможешь его осветить?

– Конечно.

– И на камерах не будет ничего видно?

– Не-а, будет так же темень. Говорю же, визуально ни на какой камере не будет ясно, что я свечусь.

– А как-то можно будет понять, был ли ты там? Не с камер, а каким-то другим образом?

– По радиации. Она же излучается. Если я буду ярким, то ее будет много. В городе фон радиации есть всегда, но мой будет гораздо выше. Всплекс этакий.

Акс, ничего не говоря Светлячку, побежал к Вито, в надежде, что тот сегодня дома и никуда не уехал.

Первое расследование

– Отдышись сначала, а потом говори. Ни черта же не понятно.

Да, Вито был у себя в кабинете. Но вот-вот собирался уходить, поэтому Аксель успел очень вовремя.

– Да как же не понятно-то? В ту ночь, в тоннеле было темно. А что, если, там был Светлячок? Ну, то есть, кто-то точь-в-точь, как он. Ведь тогда выбрался не только он.

– А с чего ты взял, что там может быть кто-то из той лаборатории? – пилигрим собирал вещи со стола в какой-то древний чемодан.

– Все просто! Что мы знаем? Там были уличные банды. С обеих сторон должен был быть кто-то, кто освещал дорогу и нес груз. И мы точно знаем, что именно такие способности, как у Светлячка, идеально для этого подходят.

– Если ты знаешь, про силы Светлячка, то зачем тогда были выключены камеры? Свет его организма не записывают никакие приборы. Плюс, никто не отменял, что с обеих сторон в ту ночь, могли быть люди с ночным зрением. Будь то «кошачий глаз» от «Унум Грандум Альтиорем» или визор от «Эт Карнес Ферро».

– Но себе то они должны были дорогу освещать. Шансы на мою теорию есть, особенно, учитывая, что мы почти в тупике, а своими знаниями ты не собираешься делиться, Вито. Нужно лишь проверить на всплеск радиации в том месте, в ту ночь. Явно за этим где-то следят, – Аксель уже облокотился на дверной проем, заняв его полностью так, что второй человек не пройдет мимо, не толкнув парня.

– Ты мою «информацию» не трожь, – сказал Вито, одновременно захлопнув чемодан. – Но на безрыбье и твоя идея сойдет. Вернись к Светлячку и попроси его это проверить. Парень шарит во взломе. У меня дела, я занят.

– А если я окажусь прав?

– То ты окажешься прав. Возьмешь с полки пирожок.

– Не понял.

– Старая поговорка. Разговор окончен.

Вито взял чемодан за ручку и пошел к выходу из кабинета, где, собственно, и стоял Аксель. Парень стоял до последнего и только, когда до «столкновения» оставалось полтора шага, он развернулся так, чтобы седой смог пройти.

Выйдя из комнаты, Вито остановился и слегка повернул голову в стороны Акселя.

– Ты мне нравишься, парень. Но не забывай соблюдать границы. Незаменимых нет. Ты мне должен быть благодарен.

Голос был суров и холоден. Пилигрим явно не шутил и не был в восторге от выходок парня. По спине Акселя прошлась испарина. Не дождавшись ответа, Вито пошел по своим делам дальше, сел в машину и был таков.

Парень же, постояв еще минуту переводя дух, пошел к Светлячку. Акс понимал, что его «начальник», в доме которого он квартирован, человек серьезный. Но у того были какие-то эмоциональные качели. То у него было хорошее настроение, и он всех любит, то чуть ли не прямым текстом угрожает расправой. И не совсем ясно, на полном ли это серьезе Вито сможет убить своего или это просто манера речи. За все время знакомство со стариком, Аксель так и не понял, кто же такой этот Вито. Альтруист с плохим характером или все же психопат с, иногда, хорошим настроением.

Впрочем, сейчас были планы не размышлять, а очень даже действовать. Акс был полностью трезв, а Светлячок собирался спать.

– Ого, какие люди. Ты куда побежал-то?

«Фонарик», как его назвал Аксель уже расстилал свой диван, превращая его в кровать.

– Друг, выручай. Мне кажется, я немного продвинулся в поисках убийц Карен.

– Тебя не было минут десять. Или я что-то упускаю? – ерничал Светлячок.

– Ты мне сказал, что при свечении, излучаешь радиацию. А что, если в ту ночь, там был кто-то с твоими же способностями? Ведь ты такой не один.

– С чего бы?

– Блин, я просто прошу помочь, я все расскажу по пути к компам. Я только что распинался перед Вито и тот посоветовал, чтобы ты проверил какую-нибудь хронику слежения на всплески радиации по городу. Явно ведь есть что-то такое.

– Есть. И да, там просто посмотреть не получится. Нужно ломать.

– Отлично! Пошли говорю.

***

– Мне похоже понадобится помощь.

Аксель со Светлячком сидели в библиотеке, месте, где был минимальный шанс на кого-либо наткнуться. Пока они спускались, Акс рассказал все то же, что говорил до этого Вито. Друга он тоже убедить не смог на сто процентов, но попытка – не пытка.

– Я то, чем тебе помогу? Я только в игры играл на компьютере.

– Плохо, потому что мне надо попытаться взломать сайт городской системы тотального слежения с трех разных устройств. Нет, в теории, чем бы их было больше – тем было бы лучше, но я не смогу успевать мониторить больше, чем три компа.

– Что у нас есть на выбор?

– Увеличить круг тех, кого ты посвятишь в свои сегодняшние мысли.

– Бля, Светляк, так сложно. Попроще пожалуйста. Ты с тупым человеком говоришь.

– Иди к девочкам. Попроси их нам помочь. Пусть с собой захватят свои компьютеры.

Аксель смотрел на друга и по лицу расплылась ехидная улыбка. Самое время было по подкалывать хакера-скромняжку.

– Ах ты, кабелина такая! Лишь бы повод найти с сестрами время провести, так и скажи. Ладно я, трезвею быстро, мне то пиво, что киборгу коряга. А ты алкаш малолетний накидался и по бабам решил пойти. Ну даешь! Ну дела!

В конце монолога, Аксель, как обычно, рассмеялся. Ну очень уж ему нравилось «издеваться» над Светлячком. Который с каждым новым словом краснел больше и больше. Понятное дело, что Акс шутил и утрировал, но все же, доля правды в этом была.

– Дурак! Лишь они единственные с компами на «ты». Нам по сути и просить то в таком деле помощи больше некого, – попытался оправдаться Светлячок, от чего Аксель смеялся еще заливистее.

– Ну да, конечно!

– Ой, да иди ты, – и молодой уткнулся в экран монитора.

– Ладно уж, схожу. Раз тут такое дело!

А может, это были вовсе не попытки подкалывать друга, а защитная реакция Акселя. Тому тоже хотелось провести время с этими девушками, находиться с ними в одной компании. Но в голове зудела мысль, что даже это уже измена Карен. А таким вот выплеском, он как бы вслух с юмором осуждает Светлячка и переводит все стрелки только на него. Будто кто-то стоит рядом и может неправильно понять, если Акс не будет так говорить. Бред, конечно, впрочем…

Сестры жили в смежных комнатах. Не вместе. Каждой хотелось своего пространства. Первой была Аделитас и дверь в ее комнату была приоткрыта, оттуда горел свет и играла медленная музыка. Аксель, само собой, постучал, но открыл дверь и заглянул в комнату до того, как было дано «разрешение». Он застал одну из сестер за не то зарядкой, не то гимнастикой. Аделитас стояла наклоненная, спиной ко входу, ноги, в обтягивающих длинных шортах, ровные и прямые, были широко расставлены, а руки тянулись к полу. Так как лицо было обращено как раз в сторону двери, она увидела гостя, но не сбившись или смутившись, лишь спокойно сказала:

– Ну и какого хрена? Без стука.

– Да я стучал, музыка наверное…

Чего таить, Акселя весьма радовал вид, представший перед ним. Взглядом он, конечно, Аделитас не пожирал, но укусить за попу был явно готов.

– Какими судьбами?

Девушка действительно не собиралась прекращать свои занятия и медленно продолжала гнуться, как только возможно.

– Нам со Светлячком помощь ваша нужна. Я думаю, что могу выйти на убийц Карен. Но нужно кое-что взломать и проверить мою теорию. Молодой сам справиться не может. Говорит, вы в теме и можете помочь.

– В теме, да. Аркадию уже спрашивал?

– Нет, ты первая к кому я зашел.

Аделитас краем глаза посмотрела на Акселя, вздернула вверх носик, улыбнулась и кокетливо чуть-ли не промурлыкала:

– Приятно слышать, что ты сперва зашел именно ко мне. Мне так это… льстит. Чтобы это значило, м?

Вот так становятся свидетелями круговорота подколов в природе. На каждого уверенного в себе человека, всегда найдется тот, перед которым тот будет робеть и краснеть. Проще говоря, Аксель оказался в шкуре Светлячка и тоже заливался румянцем.

***

Аксель с сестрами пришли почти сразу. Те без проблем бросили свои дела и пошли помогать ребятам. Взяв свои портативные компьютеры, они уселись за одним столом.

– Привет, Светлячок, – хором сказали девушки.

– Здравствуйте, – чуть-чуть подавившись сказал парень. Он очень переживал, что Аксель мог сказать им то же, что сказал ему перед уходом, эти ужасные лживые домыслы! И искоса поглядывал на их реакцию. Но дамы были абсолютно спокойны и не хихикали. Светлячок спокойно выдохнул. Акс ничего не ляпнул.

– Какой план? – спросила Аркадия.

– В общем, нам надо взломать городскую СТС. Мне одному понадобилась вся ночь, наверное, а так мы втроем сможем, ну, справиться быстрее.

– Окей. Как ломать будем?

Дальше речь пошла на совсем другом языке. Аксель и слов-то таких не знал. Только предлоги «в», «на», и «до». Впрочем, процесс взлома был не такой как в фильмах, когда хакеры нон-стоп бьют по клавиатуре. Поэтому ребята могли спокойно болтать обо всем на уже общие темы. Акс так и не понял, почему Светлячок не смог бы сам вот так следить за тремя компами.

– Возьмешь нас с собой, когда выйдешь на след убийц? – спросила Аделитас у «виновника» взлома.

– Да я бы и не против. Но я совсем без понятия, какой там будет план и вообще не хочу забегать вперед. Вдруг мы просто время зря теряем.

– Нет. Во-первых, мы общаемся. Думается мне, это хорошее времяпрепровождения, нет? А во-вторых, любой шаг в рамках своей цели – это шаг. Минус одна теория – уже хорошо. Минус один ложный след – тоже опыт. Не думай, что это плохо, Акс, – парировала слова парня Аркадия.

– Не поспоришь! Тогда, да. Как я могу вас не взять? – откинулся на спинку кресла Аксель и заложил руки за голову.

– Ну-у, долго еще? – начала канючить Аделитас.

– Сложно сказать. Максимум час, но, в теории, может минут пять. Все зависит от того, как быстро подберется код. Комбинаций много вот и ждем, – Светлячок был как всегда рационален.

– Может пока расскажете мне свою историю, девушки?

Аксель уже давно хотел узнать, что же привело этих двух красавиц в этот дом. Какое горя, какая беда. Тут нет ни одного человека с хорошим и приятным прошлым. А уж что было у этих двух – вообще страх и ужасы, наверное, раз они так редко кого подпускают к себе.

Девушки переглянулись, а Аркадия ответила:

– Может позже. Сейчас хорошо сидим. Не хотелось бы ворошить.

Сейчас, по прошествию месяца, Аксель уже мог найти различия в девушках. Сперва они казались ему абсолютно похожими, что внешне, что по характеру. Будто клон и человек, не иначе. Но со временем было видно, что Аделитас более кокетливая и инфантильная, а в свою очередь, ее сестра Аркадия куда более рациональная и по-житейски мудрая.

– Мне кажется, любые наши посиделки будут комфортные и приятные, так что фиг, когда мы доберемся до вашей истории.

– Может быть, как-нибудь под рюмкой вина…, – задумалась Аделитас.

– Добро. Какое пьете? – Аксель сделал вид, что достает блокнот и собирается записывать.

– Белое полусухое.

– Красное полусладкое.

Ответили Аркадия и Аделитас соответственно. Вот и очередное различие, подметил себе Акс.

– Понял. Принял. Будет сделано! А, и еще! Глупый вопрос, но вот Вито тогда при встрече так и не сказал. А фамилия-то у вас какая? Ладно, Светлячок, там все ясно.

– Ясно ему, – буркнул друг.

– Катаянаги, – в унисон ответили девочки.

– Что-что? Как-как?

– У нас восточные корни. И фамилия из тех краев – Ка-та-я-на-ги, – объяснила Акселю Аркадия.

– Ладно, буду, наверное, зачем-то, иметь в виду.

***

– Все! Зашли! Все отлично! – прервал треп Светлячок.

– Так, давай, рассказывай, – Аксель подсел поближе к монитору.

– За какое число?

– Десятое июня.

Веселая физиономия Акса стала мрачнее тучи. Весь веселый настрой вечера улетучился.

– Понял, смотрю, так. Ставим дату, проходим тест на то, ИИ ли мы. Дурацкая лодка, там же был человечек.

Светлячок тыкал по монитору пальцем и немного матерился. Но в какой-то момент остановился, и рука замерла. Взгляд же уставился в одну точку. Сначала Акс считал, что так и нужно, но затем по лицу друга понял, что тот что-то нашел.

– Ну, не молчи. Что ты понял? На экране карты нет. Только наборы цифр. Я не понимаю, куда смотреть-то?

– Аксель, – хриплым голосом сказал Светлячок.

– Ну.

– Я, кажется, знаю, кто там был. Я узнаю структуру этого излучения. Я знаю, какой девушке она принадлежит.

Новости

В этот раз они ехали по серпантину на иссиня-черным праворульном спорткаре. Аксель сидел за рулем и левой рукой держал Карен за оголенную коленку. Девушка была в легком летнем платье, смотрела в окно через солнцезащитные очки и о чем-то задумалась, пока ветер трепал ее роскошные длинные волосы. Мелькали зеленые деревья, небольшие отдельные постройки, а если они выезжали на пустыри, то в далекой дали виднелась большая и длинная горная цепь с заснеженными верхушками. Город, в котором они жили, находился на побережье моря и в летнее время года, ребята (да и почти все население города) любили выбраться на песочный пляж и немного искупаться. Но Акселю очень хотелось когда-нибудь побывать именно на берегу океана. Со слов коллег с работы, океан даже пахнет по-другому. Поэтому, свадьбу они планировали провести именно там, куда так хотел Акс.

– Что скажешь на этот раз?

Парень прервал молчание и поток мыслей своей девушки. Та закрыла окно со своей стороны, чтобы в салоне стало тише и не нужно было повышать голос.

– Так вроде все хорошо, разве нет? Ты не такой балбес, каким хочешь казаться. Смог сделать верное умозаключение. Ты молодец.

Карен улыбнулась и положила свою руку на руку Акселя, которая была на коленке и сжала ее.

– Это хорошо, я хотел услышать что-нибудь приятное.

– А как там твои дела с сестричками?

Карен еще сильнее сжала руку парня. Но без остервенения.

– Ой, все. Прекрати. Каждый раз одно и то же. Бу-бу-бу. Исключительная симпатия как к противоположному полу. Без попыток забраться на чужую территорию.

– Да я что? Я ничего. Не осуждаю. Ты же мне не безразличен, вот и спрашиваю. Врешь только постоянно на эту тему. Вот всегда везде честен, а тут прям чую ложь. Балбес ты.

– Меньше знаешь – крепче спишь.

– А ты крепко спишь, Акс?

– Думаю, да. Читал, что людям снятся сны только в самый глубокий период сна. А сны мне снятся часто.

– Ну смотри мне. Не запускай это дело. Сон – важная штука.

– Да-да, а еще сон-лучшее лекарство.

– Верно! И я рада, что вбила тебе это в голову.

Пара улыбнулась друг другу и оба продолжили наслаждаться поездкой.

***

Ночь прошла беспокойно. Оба парня были в шоке от новой информации. Каждый из них получил что-то важное для себя и адреналин в крови мешал спать.

До Вито не получилось дозвониться ни разу за всю ночь. Было уже две новости, которые могли его заинтересовать. Поэтому, как только он вернулся, ребята, вставшие рано, двинулись к нему. Ждать и молчать больше не было сил.

– Блять, последнее, что я вижу дома, это лицо Акселя. Первое, что я вижу по приходу обратно, это все то же лицо. Еще и друга приволок.

Вито был не в духе. Глаза сонные и уставшие. Костяшки снова разбиты, а машина была вся в грязи, правая фара и крыло – в дребезги. Но парням было абсолютно все равно, так как они понимали, что ТАКИЕ вести, не могут ждать.

– Мы узнали кое-что новое. Моя теория не просто подтвердилась, Вито. Она, по сути, еще и Светлячка приплетает, – красные глаза Акселя горели безумием. И немного гордостью, что именно его ниточка привела к таким результатам.

– Хер с вами. Ну, что там? – Вито устало побрел в свой гараж, а уже оттуда в их «тайную комнату». Рассказ о новостях продолжил Светлячок, идущий за спиной наставника:

– В ту ночь, в тоннеле, действительно был всплеск радиации. Как если бы там был я. Но так как меня там не было, что это значит?

– Что это значит?.. – проповедник не был настроен играть и просто отмахивался, дублируя текст собеседника.

– Там был кто-то из моей лаборатории. Я даже знаю кто. Образец Р650РТ40.

– Хорошо, но и что? Мы и без этой новости прекрасно знали, что оттуда выбрался не только ты. В ту ночь я устроил в этой лаборатории настоящий ад. Тот день в принципе был ужасным. На улице чуть ли не гражданская война. Кибернетики столкнулись с этими… «зелеными». «Био-что-то-тамовцы», черт ногу сломит. Но именно благодаря такому стечению обстоятельств, я смог совершить налет на лабораторию. Смог вытащить только тебя, уж прости. Но абсолютно точно, кто-то еще должен был выбраться. И сейчас, видимо, выживает точно так же, как и ты. Нашел себе свой дом, – где-то соврал, где-то приукрасил Вито.

– Да, вот только в тот день ее не могло быть в этой лаборатории, – на Светлячка было жалко смотреть. Парень вот-вот сорвется навзрыд.

– Ее? Не могло?

– Ага, у всех нас есть ментальная связь. Ну, или была. Может она и есть до сих пор, но лишь на коротком расстоянии. В общем, будучи в капсулах, мы могли ментально общаться между собой. И с одной девушкой я очень сильно сдружился. А потом ее увезли, и больше от нее не было новостей.

– И ты считаешь, что это была она? – Вито все же по чуть-чуть, но начал интересоваться диалогом.

– Знаешь, в чем большой плюс ментального общения? Невозможно врать. Ты, фактически, в голове у человека. А он у тебя. Ты знаешь, чем он думает, кого он любит, что у него болит. Вся его память – в момент общения, отпечатывается и у тебя в голове. И уже оттуда это никак не выжечь. Ее, как и меня, сотни раз возили на исследования и доработки. Структура твоего излучения – постоянно мозолит глаза, и ты запоминаешь каждый символ, каждые букву и цифру, под которыми шифруется твое излучение. И вот все эти символы я вижу вновь на этой вот распечатке, – и Светлячок протянул Вито лист с кучей разной информации, скопированной с сайта СТС. Но только одна строка была жирно обведена красным маркером.

– Ты хочешь ее найти?

– Очень. Ты не представляешь как. Помоги, прошу, – собственно, сдержаться у молодого не получилось и слезы медленно, но, верно, начали катиться по щекам. Никаких соплей или криков, сугубо скупые мужские слезы на каменном лице.

Вито перевел взгляд на Акселя. Тот плакать не собирался, но тоже был очень решительно настроен. Этих двух нужно направить в правильное русло, иначе весь многолетний план, в очередной раз, может пойти крахом.

– Ладно. Если честно, мне тоже кое-что интересно во всей этой истории. Как и говорил, я знаю, какие банды этим промышляли. Но ни в одной из них не должно быть кого-то, как Светлячок. Так что, либо меня где-то наебали, чего я не люблю. Либо… Да нет, меня однозначно наебали. Я говорил, что этого не люблю?

***

Тем утром, решили, что новости надо обмозговать, а Вито поспать. Договорились вечером уже следующего дня, через сутки, собраться здесь же и придумать, как действовать дальше. Подытожить имеющееся и накидать нового, вытекающего из старого. А до тех пор, постараться освободить мозги и не накручивать себя лишний раз, так как нужны светлый ум и ясная голова.

А раз появилось свободное время, то его нужно было чем-то занять! Недолго думая, ребята решили, что … Нужно выпить. Нет-нет, алкоголиками они не были, но рассудили здраво, что с одной стороны их ждет важное и ответственное поручение, которое может пойти не по установленному плану и они могут пострадать. С другой стороны, Вито попросил их успокоиться, а ничто не успокаивало больше, чем развлечение в приятной компании. Поэтому, было решено напиться в доску. Как в последний раз. К тому же, алкоголь помогает уснуть, а крепкий сон – залог здоровья и бодрости.

Этой компанией "пьяниц" стали все те же четверо, самые молодые и горячие головы особняка. Аксель и Светлячок поехали на другой конец города на побитой машине Вито за дорогим эксклюзивным алкоголем. Аркадия и Аделитас остались «доделывать свои личные дела», как они выразились, и «уговорить Альбину помочь им сделать закуски». Парни же все равно решили по пути заехать и купить что-то из еды на вынос, так как были наслышаны о кулинарных подвигах девушек. Спойлер: это их явное слабое место.

– Считаешь, жизнь налаживается, Акс? – Светлячок задал другу вопрос, пока тот вел машину. Дорога вывела их на улицу Парадигмы. Той самой, на которой жили Карен и Аксель. Парень всячески избегал посещения этого района. И вот, он начал стараться избавляться от этого страха. К себе домой, он так ни разу больше и не заходил. Сразу после ДТП несколько дней провел у Томми. Затем запой и провалы в памяти. Дальше больница, особняк и всё. Там, наверное, все так же вещи Карен. Полотенце, из-за которого была ссора, лежит и ждет, когда будет постирано. На зеркале возле выхода, висят билеты на джет до островов их мечты. Так много души было вложено в это «гнездо». А теперь, в холодильнике гнилые продукты, запах затхлости повсюду и большая, высасывающая нервы, тоска.

– Не знаю, друг. Не знаю. Спроси у меня об этом после того, как найдем твою подругу. А ее как звать?

– Не знаю. Я взял имя только после того, как Вито меня освободил. Она, думаю тоже после того, как выбралась.

– Понял. И ты без понятия, как она смогла выбраться?

– Абсолютно.

– А сколько прошло времени между тем, как ее забрали и тебя спас Вито?

– Сложно сказать. Около полугода. Может, чуть больше, а что?

– Нет, ничего. На всякий случай.

– Что? Нет настроения отдыхать и кутить?

– У меня?! У меня его давно нет. Это, скорее, моя необходимость.

– Не понимаю.

– И хорошо. Желаю не понимать дальше.

Машина свернула в другую сторону от их дома с Карен и Акселя начали разрывать два противоречивых чувства. Вроде и настроение улучшается, будто в этом районе стоит купол, который гнетет и чем дальше от него, тем лучше на душе. Но где-то глубоко-глубоко внутри сидит клякса. И эта клякса слабо, но противно зудит. И от этого зуда никак не избавиться. Да даже не ясно, а какого хрена она зудит. Не то горечь ушедших дней. Не то жажда крови и желания восстановить справедливость.

Аксель не знал.

***

– Я никогда не… Не надевал женское белье!

– Ну, так не честно, понятно же, что мы с сестрой в нем почти постоянно!

– Ничего не знаю, разрешено то, что не запрещено… Стоп, что? То есть не всегда его носите?

– Ничего не скажу, раз ты такой хитрый, – Аделитас показала Акселю язык и допила стакан с красным вином. Аркадия последовала за ней, но выпив свое белое.

Компания во всю шумела и развлекалась. Пили свои любимые напитки, ели вкусную еду, играли в бессмертные алкоигры. Всем так хотелось, чтобы ночь длилась вечно. Дважды Альбина спускалась к ним, попросить быть потише, оба раза ребята обещали снизить тон, но все равно, через десять минут, снова смеялись во все горло. Песни разве что не пели, но музыкальный вкус был у всех разный и посему выбрать общий трек для исполнения – не представлялось возможным. К тому же, у Светлячка вкуса не было вообще.

– Мне кажется, – икнула Аркадия. – С таким хитрым Акселем, мы напьемся очень быстро и очень рано. Полуночи еще нет, а мы почти допили по бутылке. Мы куда-то торопимся?

– Ладно-ладно, соглашусь. Давайте пока повременим с этой игрой. А скажите мне, что это вообще было?

– А ты о чем? – девушки уточнили в унисон.

– Вы напрочь меня игнорировали, когда я только заехал и только после того, как я убил Дорадо, стали со мной разговаривать. Почему?

Сестры переглянулись и отвечать стала та, которая была «как-бы» за ведущую. Аркадия, вестимо.

– Понимаешь, мы же не полные дуры. Очевидно, что на нас смотрят много мужиков и на уме у них только одно. Собственно, мы здесь и оказались, потому что хлебнули дерьма.

– Все, кто тут живет, его хлебнули.

– Да-да, понимаю. Мы с детства в нем купаемся.

– А подробнее? – Акс отпил своего вишневого пива. Светлячок же сидел молча почти весь вечери глядел то на друга, то на девушек. Просто, по сути, это была первая для него вечеринка в такой вот компании. Нет, он общался со всеми домочадцами. И иногда они устраивали праздники, но это было не совсем то, что хотелось. До появления Акселя, он был самым молодым, а общения с сестрами у него почти не было, так как крайне стеснялся с ними заговорить. А тут появился еще один парень, почти ровесник, стал ему другом и смог в их "сосисочную" вечеринку пригласить таких же молодых девушек. Так что, для Светлячка это действительно первая вот такая пьянка с ровесниками за всю жизнь. И он безумно боялся показаться глупым. А может боялся спугнуть этот миг. Впрочем, одно другому не мешает.

– Сексуальное рабство, – сухо ответила Аркадия.

– Оу, понял. Простите. Наверное, лучше не будем?

– Спасибо. Может позже. Если вкратце, с первого взгляда ты казался именно одним из тех, кто пускал слюни на нас. Но там, в доме твоего начальника, ты, наоборот, жестоко наказал урода. А после, безо всяких шуточек или шальных взглядов поднял Аделитас и отнес к машине. Не лапая, а аккуратно как самое дорогое сокровище.

– Может, зря я это ляпну, но слюни я действительно пускал. Да и пускаю, чего уж там. Но вести себя как животное с девушкой, я не собираюсь. Друган вон мой, кстати, тоже такой же, да?

Светлячок залился румянцем и начал бормотать что-то крайне нечленораздельное, пытаясь оправдаться, что, между прочим, позабавило девчонок и те рассмеялись.

– Да нет, наше поведение не значит, что мы будем общаться только с теми, кому мы безразличны. Но хочется, чтобы человек имел рамки и границы. Не распускал руки. Был джентльменом. Хамы у нас уже были, – голос девушки поник и стал тише.

Аксель понял, что надо сменить тему, но не придумал ничего лучше, как начать рассказывать про свои страхи:

– Мы сегодня со Светлячком поехали за бухлишком. Проезжали мимо дома, где я жил. Знаете, как я его боюсь? Мне кажется, если я туда зайду, то уже не выйду и покончу с собой прям там. Так что, я тоже купаюсь вместе с вами во всем этом дерьме.

– А ты не пытался побороть страх? Может, если начать от него избавляться, то жить станет проще? – спросила Аделитас, пока разливала алкоголь по стаканам.

– Легко сказать, вот вы со своими страхами боритесь?

– Например? Какие у нас могут быть именно страхи?

– Тот же секс. Его было столько и с такими людьми, что явно от него тянет блевать?

– Поначалу, наверное, да, но с любимым человеком или, хотя бы, по согласию – это совершенно иной секс.

– Возможно. Вам виднее. Но мой «секс» не может быть «по согласию». Квартира не вызывает приятного ощущения ни при какой причине.

Речь Акселя уже не столько заплеталась, сколько становилась эфемерной. Пространной. Слова менее четкими.

– А если себя пересилить?

– Так я же сказал, я чую, как там и помру. Увижу что-то в доме, вспомню, триггер, смерть.

– За тобой кто-нибудь может последить.

– Вито?

– Да нет, зачем? Мы. Втроем.

– Не понимаю, шумит башка уже.

– Мы все прямо сейчас поедем к тебе на квартиру, – подхватила идею Аркадия. Светлячок усердно закивал.

– Хер там плавал, вы что!?

– А как ты жизнь-то тогда исправишь? Если ссышь в страху глаза смотреть. Ой, наоборот. Ну, ты понял.

– Может, только это и спасет меня от суицида. Что в голове уже притупляется память о том, что где стояло дома. Как там пахло.

– Давай так. У нас же есть транквилизатор. Если ты поймешь, что тебе херово. Мы тебе его вколем. "Побочка" в виде краткосрочной амнезии пойдет на пользу, – внес свой вклад Светлячок.

***

На дворе была ночь, поэтому они вызвали такси и поехали к Акселю. Он и сестры сели на задние сиденья так, что девушки были по краям от него. Акса била крупная дрожь, даже «море» выпитого алкоголя не затупило чувство страха настолько, чтобы спокойно отнестись к авантюре, поэтому Аркадия и Аделитас взяли его за руки. Так и ехали молча. Даже музыки водитель не включил.

Уже на подступах к подъезду, в голове начали всплывать воспоминания. К сожалению, в первую очередь, о том самом злосчастном дне. Но сестры упорно держали Акселя за руки дальше, а Светлячок открывал им двери.

Зайдя в квартиру по отпечатку пальца, в нос не ударил запах пыли. Наоборот, внутри было очень холодно, похоже было открыто окно. И да, возле одного из них, образовалась большая лужа от дождей, лившихся все это время.

И только когда входную дверь захлопнули, девушки отпустили Акселя и отступили на шаг назад. Дальше, он должен был сам пройтись, решить и понять.

Акс постоял пару секунд в ступоре и по чуть-чуть робко начал оглядываться. Зеркало у входа. На нем билеты на джет. На острова их мечты. На свадьбу.

Медленные шоркающие шажки повели его вглубь квартиры, слева была большая гостиная. Огромный телевизор во всю стену, ворсистый ковер, угловой диван, на котором были домашние вещи Карен. Она могла их просто бросить, когда куда-то торопилась. А Аксель потом ходил и убирал. Хотя, если честно, конкретно эти вещи, это женское нижнее белье, Акс видел впервые. Он не вел учет белья подруги, но так как они любили заниматься сексом, само собой получалось, что-а-что, но такие вещи запоминались. Скорей всего, что-то новое, что не успело примелькаться. Ну, а на столике лежала пара журналов. «Последний писк татуировок, номер 2023». Пара не могла выбрать, что набить по приезду с отпуска.

Напротив зала были двери сразу в две разные комнаты. Ванная и спальня. В первой, где-то есть то самое треклятое полотенце. Аксель зашел, чтобы забрать полотенце с собой и выбросить его на хрен. Естественно, оно не виновато, но вот что-то зудит, что не место ему на сушилке. Он включил свет и пошел за ним, но глаз зацепился за зеркало и его "торкнуло". А ведь Карен всегда писала всякие милости и оставляла до вечера. Акс никогда их не читал, но тут, наверное, уже можно было не быть столь принципиальным, он развернул маленький сверток и прочел.

Десять секунд, прошло десять секунд тишины и молчания, а затем "взрыв". Зеркало разбилось от удара Акселя по нему. Сестры и Светлячок, стоявшие до этого у входа, быстро побежали к другу. Акс, с кровавыми руками, стоял посреди ванны, в окружении осколков зеркала и был в ярости. Пытался вырвать кран у раковины, ногой бил ванну. Плакал и выл как раненое животное, угодившее в капкан. Светлячок, обладая сверхсилой, бросился заламывать руки Акселя, чтобы тот не наломал больше дров или своих костей. Аделитас сорвала то самое полотенце и пыталась замотать окровавленную руку. Аркадия искала взглядом еще одну тряпку, чтобы завязать и вторую руку, но не найдя ничего другого, увидела бумажку в раковине и прочла ее:

«Дура, уже целую неделю не можешь сказать ему, что беременна. Скажи сегодня!».

Сожженый мост

Они сидели на том самом диване, что был в гостиной комнате. В полной тишине, так как все были молоды и не знали, а что делать в такой ситуации. Говорить? Подбодрить? Молчать? Дать пощёчину, чтобы привести друга в чувство? Трем было неловко. И только Аксель сидел без единой мысли в голове. Теперь, официально, он потерял не невесту, а всю будущую семью.

– Я могу вколоть транквилизатор. Ты забудешь, что здесь было. А мы приберемся, чтоб если ты придешь когда-то потом, то ничего не смогло напомнить, что ты здесь уже был, – Светлячок рискнул нарушить тишину. Он не ожидал ответа от друга, ибо прекрасно понимал, в каком разобранном состоянии тот сейчас находится. Но, внезапно, твердый и уверенный голос сказал:

– Нет, не вздумай. Я должен и буду помнить эту ночь. Все, что сегодня было.

– Ты как? – спросили девочки одновременно и переглянулись.

– Плохо. Можно Светлячок спросит, как мои дела, а вы закройте уши.

Не понимая к чему это сказано, они так и сделали.

– Ты как, друг?

– Мне пиздец как хуево, Светоч. Я не понимаю. Что и кому я сделал, почему я вечно страдаю?

– Оу, это мое прозвище теперь? Кличка.

– Что?

– Ты меня Светочем назвал. Говорят, что дружба переходит на новый уровень, когда друзья придумывают друг другу такие производные от имени или внешности.

– Наверное. Я не заметил, я просто к тебе обратился. Хотя знаешь, ты прав, – и Аксель, со слезами на глазах, крепко обнял Светлячка. Тот опешил, помедлил, но обнял в ответ. Девочки, естественно, все слышали и обняли обнимающихся ребят.

***

Компания вернулась в особняк под утро, и все отправились спать по своим комнатам. Голову, может, проветрить и не получилось, но это стало началом новой дружной компании. Ребята поклялись, что готовы помочь друг другу во всех проблемах и, в частности, поучаствовать в плане по наказанию убийц Карен и в поиске подруги Светлячка. Ведь, вероятно, будет снова план и снова понадобится отряд, как было с Дорадо.

Неудивительно, Аксель так и не уснул, хотя так как разум был кристально чист и спокоен. Нет, это не означает, что ситуация его не затронула. Наоборот. Внутри он был в полном бешенстве, но осознал, что нужно быть спокойным. Чтобы добраться до своей цели, к реализации будущего плана надо подойти спокойным и рассудительным. Как обычно это делает Вито.

– "Все же, несмотря на наши с ним терки, седой ветеран действительно заслуживает уважения своим опытом," – подумал Акс.

Тот может быть в дурном настроении, но, когда дело доходит до проработки плана и совещаний, он превращается в машину. Робота, который старается анализировать всю информацию. Сейчас, медленно, но верно, таким становился Аксель. Он жаждал крови еще больше, чем сутки назад, только теперь им будет руководить рассудок. Иначе никак. Иначе все может пойти крахом.

***

– Пора раскрывать карты, Вито.

Все домочадцы, старые и новые, которых нашел Аксель, находились в «совещательной» под гаражом.

– Не понял, – приподнял бровь Пилигрим.

– Ты не раз мне говорил, что знаешь, кто стоит за убийством Карен. Но ты вечно оттягивал момент истории. Пора. У меня нет сил и желания ждать. Ты требовал, чтобы мы дождались, к чему приведет расследование детектива. Оно ни к чему не привело. Твоя очередь делиться новостями, – продолжил Акс.

Вито приподнял бровь еще выше. Но опускал ее по мере того, как к спине Акселя, в знак поддержки, подходили Аделитас, Аркадия и, черт возьми, Светлячок! Внезапно, под боком сформировалась группа повстанцев?

Тем не менее, Вито это крайне не понравилось. Этот молокосос слишком зарвался. С этим нужно что-то делать. И одна идея уже была. От чего Вито искренне улыбнулся и понял, что вот сейчас нужно расстелиться добротой еще раз. В самый последний раз.

– Конечно! Я полностью согласен. Давно пора, что же вы ждали так долго? – и Пилигрим рассмеялся. Было немного жутко, так как смех отдавал ноткой садизма и долей психического расстройства. – Это была сходка двух уличных группировок. Бесполезных и малоинтересных. Но. Груз, которым они обменивались, был очень интересен мне. И моим друзьям в паре корпораций. Но мы не понимаем, откуда у уличных шавок он взялся! Именно поэтому, перед тем как действовать, я надеялся на Кэссиди и его детективный нюх. Чтобы он узнал, о связях этих группировочек и где они взяли то, чем обменивались в ту ночь. Увы и ах, он не узнал. Поэтому хер бы с этой инфой. Имей в виду, Аксель, что, помогая тебе сейчас, я рублю на корню шанс узнать, важные вещи. Друзья из дружелюбных нам… фирм, будут в ярости, что я забил на их пожелания. Заруби это на своем прекрасном носике, – и снова рассмеялся, что аж слезы выступили.

– Что за банды? Что за груз? – Вито все ходил вокруг да около, но не приступал к сути. Были те, кого я знаю. Несли то, что мне известно.

– «Фортис аб-хок мундо» и «Хок сэкюлюм нострум эрит». Грузом была капсула с зарядом антиматерии.

– Оружие?

– Заряд. Снаряд. Патрон для оружия.

– И для какого же? – Аксель все не отставал с наглым допросом перед всеми, что безумно бесило Вито, но давало все больше и больше мотивации для наказания молокососа.

– На орбите находится космическая база «Мундус», которая используется для открывания кротовых нор в далеких системах нашей галактики, планеты которых потенциально можно заселить людьми. Она использует снаряды антиматерии, которые летят десятки лет с огромной скоростью и взрываются в нужном месте, от чего появляется черная дыра. Затем, второй снаряд взрывается на окраине нашей системы. Их связывают и появляется, иронично Аксель, но тоннель, через который за секунды можно переместиться на расстояние в сотни световых лет от земли. Само собой, такие дыры должны быть далеко на окраинах систем, где будут взрываться, подальше от жилых планет. И вот такой снаряд попал в руки уличных бродяг. А ведь его можно использовать не по назначению. И если ебанет, то всем будет плохо. А если разделить один этот снаряд на тысячи снарядов поменьше, то плохо будет всем еще тысячу раз. Капсула громадная и тяжелая. А внутри под слоем секретных сплавов, сама антиматерия. Поэтому на тратуаре остались механические следы от тяжелой вещи. Теперь, дружок, сложи два и два. Почему мы этим заинтересовались и почему я весь такой секретный. Ты хочешь взорвать континет? Или чтоб это сделали другие?

Акселю стало не по себе. Это звучит как действительно важная информация и Вито можно бы было понять, поэтому, он постарался сгладить углы:

– Прости, что был резок. Я просто очень хочу добиться своей цели. А ты вот так меня кормишь «завтраками». Вот и я … Ребят, я вижу, вы напряглись, кое-кто даже вступился, но Вито наш вожак. Я был неправ и приношу извинения.

– Да что ты, я все понимаю! Поэтому и выкладываю это сейчас на тарелочке, – Вито действительно все понимал. Но парня он уже убьет в любом случае. Осталось только исчерпать его ресурс окончательно.

– Твоя помощь в силе? Поможешь выйти на них?

– Конечно! Я так понимаю, вы, ребята, с ним? – и кивнул на сестер и Светлячка, что были за спиной Акса.

– Да! Прикроем спину, если понадобится.

– Хорошо. Очень хорошо, – Вито потер руки. И это было нехорошим знаком.

План

Как и сто раз до этого, для проработки плана, всем были даны свои задачи по поиску той или иной информации, которая могла бы пригодиться. Иногда, ты сидишь и серфишь сеть, ищешь каждую мелочь по своей теме, а в итоге она не пригождается. А иногда, пригождается одна, сущая мелочь, но крайне и крайне важная для всего плана в целом. Такие моменты уже были и они грели душу Акселя даже больше, чем если пригождалась вся информация, но поверхностно.

Собственно, в задачах парня был сбор информации на тему связей двух указанных банд с другими фирмами, людьми, корпорациями и так далее. И, оказывается, есть некоторые интересности.

Ребята из «Фортис аб-хок мундо» были «ответвлением», "филиалом" другой, куда более серьезной «корпы». А именно «Эт карнес ферро». Вторая – самая глобальная корпорация в мегаполисе в плане кибернетики. Делает протезы, технический апгрейд организма и кучу прочего, но обязательно связанного с целью доминировать на рынке кибернетики. «Фортис аб-хок мундо» были «отделом», который занимался обслуживанием пациентов, которые только-только сделали операцию по установке в свой организм искусственных легких. Как для повседневной жизни, так и милитаристской сферы. Особенно полезным это было для солдат ВМФ, шпионов, которым зачастую приходится работать на водных просторах или устраивать саботаж плавательного оборудования и снаряжения. Приспособления для плавания громоздки, сковывают движения и могут быть уликой в поиске преступника с последюущим выходом на корпорацию, которая заказала диверсию. Но если твоему организму ничего из этого не нужно и тебе достаточно просто нырнуть, то шансов на успех операции будет больше, а на провал меньше. Само собой, легкие – не единственное, что нужно для таких задач, но вот «Фортис аб-хок мундо» занимались исключительно обслуживанием данного усовершенствования. Но. Есть слухи, что в базе данных этой фирмы есть информация и о поддержке прочих протезов, информация, которой у них быть не должно. Гендир «Фортиса», тогда еще просто начальник отдела, Барри Престон начал крайне быстро богатеть, да так, что смог выкупить свой отдел со всем штатом и помещениями, оставить при себе своё «имя» и продолжить заниматься тем же самым, но на частной основе, а не как винтик большого механизма. И как раз такой рост капитала Барри связывали с тем, что он или продавал информацию, которой не должен был знать налево и направо, или, что более вероятно, он знает куда больше и смог шантажом обеспечить себе независимость, но чтобы не наглеть совсем, продолжать делать старую работу. Только теперь он может заниматься и вовсе чем захочет, так как наверху над ним больше никого нет. Вот он и начал заниматься скупкой или продажей капсул с антиматерией. Пока еще точно неизвестно, кто был покупателем, а кто продавцом.

По поводу «Хок сэкюлюм нострум эрит» тоже были свои вести. Они были независимы изначально, но перед этим, у местного вожака был три неудачных попытки наладить свое дело и одна судимость выданная посредством ИИ. Мария Стэнд, транссексуал, ранее был известен как Марвин Стэнд. Был осужден, еще будучи мужчиной за сокрытие доходов. Все три начинания тоже были, будучи Марвином. Во-первых, это создание логистической фирмы по перевозке грузов внутри города. Этакие экспресс-курьеры. Само собой, иной раз не было видно, что везет курьер, так как товар был в плотной упаковке и скрыт от глаз. Может поэтому, а может нет, но Марвин не чурался брать заказы у людей, о которых ходило много страшных слухов. Доказать и обвинить таких персон в чем-либо никто не мог, но тем не менее, в народе, считалось зазорным работать с такими клиентами официально. Только если ты не из их когорты. Занятие пришлось закрывать принудительно и расформировывать фирму, так как один из таких заказов был банальной бомбой, которую курьер привез на лунный вокзал. Разумеется, претензий к курьеру или Марвину быть не должно, так как груз был тщательно упакован, а вскрывать строго воспрещается. Но осадок остался и пришлось прикрыть занятие. Это происшествие снова разожгло тему того, а стоит ли продолжать принимать товар на транспортировку, который был упакован ДО принятия его в работу? Ибо долгое время считалось, что просмотр содержимого курьером или кем-либо еще – это вторжение в личную жизнь клиента.

Вторым в списке было свое частное детективное агентство. Марвин смог искусно сделать хорошую рекламу на той трагедии, где курьер привез бомбу. Дескать, я так опечален, что моя фирма приложила к этому свою руку, говорил он, что отныне хочу узнавать и пресекать такие действия еще на их корню. Денег на целую ЧВК у него не было, но были деньги на агентство. В штат вошли бывшие полицейские. Бывшие как по причине ухода со службы по собственному желанию или в силу возраста, так и те, которые были замечены в скандалах и уволены по статье. Стенд не прочь был взять и людей с грязным прошлым, главное, чтобы они делали свою работу. Любую работу. Но и это дело в определенный момент перестало быть прибыльным. Произошла реформа, по которой, для решения некоторых судебных дел, ввели ИИ. Благодаря такому подходу, услуги именно частных детективов сошли на нет. Суперкомпьютеры, зачастую, находили всю нужную информацию в сети раньше, быстрее, точнее и дешевле. Переписка, фотографии, они ловили несостыковки в словах и историях человека, а через какое-то время они, буквально, начали давать ответ, где, например, зарыт товар или труп, где спрятан человек или машина, кто с кем спал, просто анализируя и сопоставляя всю изначально вводную информацию с той, что смог найти сам ИИ. Туда относились и привычки, характер, хобби жертвы или подозреваемого. В общем, человеческое участие в виде «нюхачей» больше не было нужно. ИИ мог за тот же день раскрыть на тысячу преступлений и заговоров больше, чем один детектив. Да и в любом случае, остались сыщики на обеспечении города, как тот же Кэссиди. По иронии судьбы, именно здесь Стэнд был осужден за сокрытие доходов от налоговой, та самая судимость выданная посредством ИИ.

И было третье дело человека-неудачника Марвина. Это был обычный клиннинг. Хотя, скорее всего, и здесь можно было найти свое грязное белье. Как бы снова иронично это не звучало. Оно прожило дольше всех, ибо опыт у Стэнда уже имелся, но все тоже печально кончилось. В какой-то момент, люди стали жаловаться, что к их соседям приходят сотрудницы клининговой службы, но через десять минут слышны стоны и вздохи. Как будто, если кто-то занимается сексом. Но все осталось на уровне слухов, никто из «пользователей» услуг не подавал жалоб, а принимать во внимание слова соседей никто не станет. Ну пришли к человеку сотрудники клининга. Ну занялись они сексом. И что? Подсудного ничего нет, а если кто и остался в дураках, то только сама фирма и ее гендир. Просто со временем, эту службу втихую стали называть «проститутошная» (вероятно, по аналогии с каким-то древним словом "прачечная", но Акс не знал точно) и пользоваться ее услугами стали меньше. Остались, конечно, постоянные клиенты, но этого стало мало.

Если включить СПГС на полную катушку, то опыт всех трех занятий можно использовать и конвертировать во что-то злодейское. Такой разный спектр начинаний давал выход и знакомство с кучей разных людей. Первое дело – работа с опасными, по слухам, элементами. Как итог – теракт на вокзале. Второе занятие – упадок и суд. Третья фирма – вероятно, эскорт услуги под видом клининга. К слову, после таких слухов и обвинений, он и сменил пол, став Марией. В знак того, что он против клеветы и готов сам стать женщиной в виду уважения к прекрасному полу.

Нигде нет прямых доказательств, но такая закономерность дает повод для подумать. И вот четвертое – это уже, по сути, банда, недокорпорация. Организация, которая занимается офисными принадлежностями, но исключительно для юридического вида. Так как за весь поиск в сети, Аксель не нашел никаких настоящих, существующих не на бумаге, клиентов компании за три года ее работы. Смешно же. На какие деньги живет фирма, если ее услугами никто не пользуется? Явно есть доход со стороны.

Это и многое другое Акс нашел за весь день серфинга. Он взял пару банок холодной газировки и занял место у кондея. Так, он мог искать информацию неделями, ибо было максимально комфортно. Да и вообще, все для работы разбредались по своим комнатам и "углам", чтобы никто не мешал и делали отчеты. Поэтому он не знал, как там успехи у его друзей да и остальных знакомых, которых он так же уважал.

Закончив, он перенес файлы в общую папку их домашней сети и пошел перекусить в комнату отдыха. Там уже был Светлячок.

– Светоч, ты быстро, – жуя бутерброд с сыром и сливочным маслом сказал Аксель. Здесь были не рады пище, которую производит "Чибус Деорум". Часто, ищя что-то одно, цепляешь информацию и о другом. Например, о корпорации, которая под видом здоровой пищи, производит комбикорм для людей. С избытком специй, которые только разжигают аппетит. Альбина брала что угодно, кроме продукции "чибусов".

– Не забывай, я все-таки не обычный парень. Мой анализ информации занимает в разы меньше времени. Не подумай, что я принижаю твои умственные способности. Просто меня таким создали, – не отрываясь от просмотра фильма, сказал Светлячок.

– Да я и не думал. Что нашел? Напомни, что ты искал? Какая тема твоего доклада?

– Самое муторное. Но с таким так быстро справлюсь только я. Поиск участников банд в сети. Составление краткой инфы о каждом. Для нахождения слабых мест.

– Да уж. Я только читал, что ИИ для этого идеально бы подошел.

– Верно. Мы раньше задумывались над покупкой. Но он дорог в обслуживании. Плюс они все идут под учет, а значит нам бы пришлось раскрывать о себе много информации. Не знаю, говорил ли тебе Вито, что мы зарегистрированы как церковь. Для них куча льгот, и они никому не нужны для проверки, так как веры в каких-то там богов больше нет. Мне кажется, мы вообще единственные, кто числится как церковь.

– А почему тогда куча льгот? Раз никому не нужны.

– Не знаю. Скорей всего по этой самой причине. В этой сфере никого нет вот и пытаются бонусами заманить. А как заманят, взвинтят налоги. Не знаю. Как только ты становишься корпорацией, тебя сразу начинают дрючить во все щели. Потому что их и так уже море. Но народ все равно старается получить статус «корпы».

– Типо престижно?

– Я. Не. Знаю. Возможно.

– А я бы хотел, чтобы мы стали расти. Нас мало. Что мы можем противопоставить даже тем двум бандам, на которых собираемся идти?

– У нас есть гений Вито.

– А если этого мало? Да и он не вечный. Если с ним что-то случится? Это ведь место загнется. А я вижу, что оно приносит пользу. Мне вот принесло.

Похищение

Вся компания сего дома снова собралась вечером и каждый, вкратце, рассказал то, что смог нарыть. Ничего особенного, в плане эмоций или страсти, в этот раз не произошло, Вито с Акселем не стали вновь выяснять отношения, поэтому через два часа, Пилигрим собрал и подытожил всю-всю информацию и заперся в "подвале", чтобы в очередной раз продумать план по решению проблемы двух молодых, и действующих на нервы, парней. Остальные же могли заняться своими делами или отдыхать.

А Аксель отправился на могилу к Карен. Он ни разу на ней не был, но чувствовал, ему есть что ей рассказать. Да и время самое подходящее, так как уже следующий шаг – справедливая месть.

Акс пошел один, но никто и не настаивал, что нужно составить компанию. Сестры остались дома «заниматься красотой» чтобы то ни значило, а Светлячок, в силу переизбытка эмоций и после поиска информации, жутко устал и лег спать. Аксель, впервые за долгое время, был предоставлен сам себе. Может можно было сходить к Томми, но они так давно не виделись, словно их дружба была где-то в другой жизни. Впрочем, может на обратном пути он к нему и заскочит. Не просто же так мысли на эту тему потекли рекой, да и сам друг время от времени звонил, просто Акс не отвечал.

Карен вообще хотела, чтобы ее тело кремировали, а праз использовали как удобрение для посадки дерева. Но ее родители были против таких "новшеств" и решили все провести по классике. Впрочем, гроб был, по сути, пустой, так как от столкновения не много что осталось.

На улице стояла хорошая погода, поэтому Аксель решил пройтись пешком. Вечернее солнце еще приятно грело лоб, а солнцезащитные очки не давали его сильно морщить. Недавний стресс, когда он узнал, что был отцом, пусть и недолго, хоть и сильно повлиял на рассудок, но предвкушение отмщение разливало внутри тела тепло и весь негатив был огорожен стеной этого ощущения-предвкушения. Но вот если что-то пойдет не по плану, тогда барьер рухнет и вся убийственная мощь прорвется наружу… А там, кто знает, что будет.

Путь до подруги был неблизкий, но если идти окольными путями, наискосок через не самые благоприятные районы города, то можно добраться за час. А обратно уже на такси, ибо будет поздно и прохладно. Акс свернул в нежно-зеленый, и такой редкий в этом городе, лиственный парк. Несмотря ни на что, он смотрелся очень органично среди огромных, под сто этажей, зданий. В это время здесь было мало народа, все-таки завтра рабочий день, а время уже позднее. Только двое ребят шли навстречу Акселю, а в остальном парк был тих и пуст. Он попытался их обойти справой стороны, но они тоже сделали шаг в сторону. Аксель снова попытался уйти с пути столкновения, но и они вновь повторили за ним. Парень начал подозревать, что сейчас его остановят и попросят отстегнуть денюжку, и как только Акс подумал развернуться чтобы дать деру, его глаза закатились, а разум моментом погас и мысли исчезли.

***

Неясно, что произошло раньше. Ушат ледяной воды прилетел в лицо или включилось сознание. А может, одно является следствием другого. Так или иначе, но Акс пришел в себя. Относительно. С трудом, собирая разум по крупицам, но удавалось. Вокруг было тихо, только скрипела цепь, к которой тот был прикован и подвешен за руки. Те ужасно ныли, видимо, он так висел не один час. А от каждого движения в затылке отдавало сперва острой, а потом и тупой болью. Вот как, оказывается, бывает. Аккурат в это место его, похоже, и приложили чем-то тяжелым.

Несмотря на то, что в сознании он был уже минуту, никто с ним не заговорил. Сам он, конечно, пытался, но во рту жутко пересохло, а губы слиплись. Жаль рот был закрыт в момент, когда его окатили водой. Хотя, долго в молчанку никто играть не стал:

– Ну, здравствуй, Аксель.

Голос был мужской. Взрослого, в возрасте, но не старого человека. Нотки знакомого тембра в нем присутствовали.

– Ты один из тех, за которыми мы следим? Кем ты был послан? Стендом или Престоном? – Акс решил обескуражить оппонента тем, что угадает откуда тот. Ибо, очевидно, других людей, кому он мог или уже перешел дорогу – нет. Мог бы быть Дорадо, но тот мертв, а друзей у него не было. Не считать же за таковых собутыльников, подчиненных и начальства? Так что, вариант один. Или точнее два, либо человек из одной банды, либо из другой. Аксель напрочь забыл, как они там назывались. Напридумывают же…

– Что? Какие банды? Ты, похоже, связался не с теми людьми после аварии?

У Акса включилось «резервное питание». Он услышал слова триггеры и максимально взбодрился, насколько это было возможно в данной ситуации и прошипел:

– Кто ты такой, сука?

Сухость во рту как рукой сняло. Нет, она все еще была, но резервы ее заглушили. Голова стала работать четче. Кисти будто снова налились, ранее отхлынувшей, кровью и в этот момент человек, с которым он разговаривал вышел на свет, под единственную рабочую лампу, под которой и висел Аксель. Освещение было в принципе устроено так, что абсолютно не понятно, в каком помещении находится жертва. Комната квартиры, гараж, кладовка – решительно не ясно. Была непроглядная тьма и невозможно хоть как-то увидеть очертания комнаты или предметы мебели. Старая лампа, ее луч света сверху и человек. Лицо же было смутно, очень смутно, но знакомым!

– Меня зовут Отис. Мы виделись с тобой однажды, в отделении полиции. Я водитель мусоровоза, – сказал мужчина и скрестил руки на груди, мол, узнаешь?

Точно! Как Аксель мог забыть!? Он же не так давно повздорил с ним по телефону. И этот Отис как раз угрожал расправой или чем-то в этом роде. Но тогда казалось, что это просто злой отчаявшийся мужик, но никак не потенциальный преступник. Потявкает, как это бывает в интернете и успокоится. Но уж если кто кого найдет и уроет, то это явно будет Акс.

– Злобу затаил, сука? – после "прозрения" и "набора сил", начался этап ненависти, ответной, взаимной злобы.

– Я просил тебя. Я просил отозвать заявление. Говорил по-хорошему. Потом по-плохому. Но ты меня не послушал. И вот ты здесь. Может теперь будешь сговорчивее?

– А если нет?

– СДелаю все, что понадобится. Мне никак нельзя в тюрьму. И я туда не сяду.

Тут Аксу можно было сказать, зачем нужно было поднять дело из архива и рассказать правду. Дескать, дружище отпусти, я не хотел тебя тревожить, просто детективу нужно было продолжить работу. А если дело закрыто, то у Кэссиди будут связаны руки. На тебя никто ничего не копает! Честно-честно.

Но не-ет, когда Аксель злой, он будет действовать наперекор. Во-первых, это было бы слишком просто, а во-вторых, он считал, что данная информация будет приятным подарком этому Отису, а облегчать жизнь говнюку он не собирался. О каком снисхождении может идти речь в адрес человека, который угрожал, а потом, по итогу, устроил этот цирк с похищением.

– Простой водитель мусора смог найти меня в большом городе и рискнуть похитить? Чему вас только в школе-мусоровозов учат?

Теперь Отис подумал, а говорить ли ему свою историю? Как это делали злодеи в дешевых фильмах. Но отбросив это сравнение, он прекрасно понимал, что действительно необходимо рассказать Акселю, а что ему знать не следует. Дабы тот понял, с кем он теперь имеет дело.

– Ты прав, такому нас не учат. Я нанял детектива, чтобы он тебя выследил. Просто сказал, мне кажется, что жена изменяет мне, а ты вечно вертишься рядом. А потом этот же детектив дал мне контакты людей, которые могут помочь тебя поймать и прикрыть мне спину, создав алиби на этот вечер. Удивительно, да? Вот так просто бывший коп дает наводку на тех, с кем, вроде как, должен бороться. Так что, я здесь не один. Советую начать меня не только слушать, но и выполнять требования.

Отис, конечно, жутко волновался. Перед тем, как разбудить Акселя, он выпил водки и немного попрактиковался в соседний комнате. Накручивал себя и максимально пытался озлобиться на парня. Нет, он и так был зол, но, когда дело дошло до самого похищения, этой злости оказалось мало и скорее становилось страшно. Но сейчас, кажется, стало лучше и руки не дрожат, и голос не срывается. Все получится.

– Не боишься, что я выберусь? И обращусь в органы? – прошипел Аксель.

– Вовсе нет. Все предусмотрено. Собственно, я позвал тебя только ради этого. Я не убийца и отпущу тебя, но теперь ты будешь знать, что я не шучу. Даю тебе двое суток, чтобы отозвать заявление. Попытаешься обратиться в полицию – так у тебя ничего не выйдет, мы и это предусмотрели. У тебя же кроме слов, ничего нет. Никаких следов на твоем теле не оставили. Ни волосинки. Синяки от цепи? Так ты же наркоман. Был в притоне, торговал телом. Или что вы там друг с другом делаете? Там и поставили. Попробуешь сбежать – найду.

– Как ты не можешь быть убийцей!? Ты уже убил Карен!

– Я не убивал ее, это был несчастный случай! – Отис сильно повысил голос. Аксель, впрочем, тоже, но не настолько, ибо в горле все еще было сухо. Резервы резервами, но физиологию не обмануть.

– Убийца, сука. Лучше сразу убей меня. Сейчас. А если отпустишь, я сам тебя найду…

– Ты? Меня? Я знаю о тебе все, знаю, что ты живешь в какой-то псевдо церквушке с больными на голову людьми. У кого ты там помощи попросишь? А своими силами тебе меня ни в жизни не найти. Не пизди мне тут.

– Да-а? Мне бы твою уверенность, – Аксель облизал языком уголки губ. Внутри все трепетало. Ощущение, как же глубоко ошибается Отис и как легко он найдет его. Этих двух дней даже не понадобится.

– Я в жизни не был так уверен. Банда, что мне помогает, кормится за счет такой работы. Это ее хлеб. И все у них по высшему разряду. Короче, ребят, – он крикнул в темноту. – Отключайте этого придурка. Я всё ему сказал и, надеюсь, доказал. Осталось проверить, полный он дурак или еще нет.

Кто-то подошел со спины и вколол в Акселя шприц. А через тридцать секунд тот уже крепко спал. Никаких снова не было, сознание просто вернулось в состояние пятиминутной давности. Отис же, наконец, расслабился, теперь можно было не пытаться унять дрожь в руках и слабость в ногах.

***

Очнулся Акс в больнице. Рядом сидел Томми. Глаза резал яркий свет, а горло было еще больше сухим, чем тогда.

– Воды, – прошипел пострадавший.

Томми не сразу и медленно дал жаждущему воды. Словно в наказание, он тянул с просьбой Акселя.

– Как я тут оказался? – отпившись и вздохнув спросил Акс.

– Как и в прошлый раз. Мне позвонили и сказали, что с твоего телефона вызвали скорую и в страховке нашли мой номер. Позвонили. Я так понимаю, мы по-другому больше видеться не будем? Только при таких обстоятельствах?

– Погоди, не ерничай пожалуйста. Не до этого. Я шел к Карен на могилу, но меня поймали и избили. Кое-что потребовали. Но я собирался тебя сегодня навестить, клянусь!

– Ну-ну. Как же.

В этот раз палата была на порядок лучше той, где они были с Томми в прошлый раз. Чище, светлее. Казалось бы, должно быть приятнее, но Акс, на удивление, чувствовал себя менее комфортно, чем когда был в той затхлой больнице на отшибе. Хотя, тогда он был в полубредовом состоянии и вообще мало что помнит, но вот ощущения были именно такие.

– Давай встретимся как-нибудь. Я расскажу тебе всё, а? Томми. Мне становится лучше. Я даже был у себя дома, представляешь! А скоро будет все еще лучше! Через пару дней.

– Дома был, говоришь? И как? Что-нибудь нашел? – задумчиво, но резко и с какой-то нездоровой нервозностью спросил Томми.

– В плане?

– Ну, ты там столько не был, может наткнулся на какие-то вещи, которые что-нибудь бы напомнили, – неуверенно промямлил друг.

– Не совсем, но кое-что нашел. Вот это, я бы и хотел тебе рассказать. Но только через пару дней.

Томми странно и исподлобья посмотрел на товарища и устало вздохнул.

– "Плохо, что Аксель посещал свой дом. Очень плохо", – подумал он, но сказал лишь:

– Хорошо, Акс. Договорились. Наберешь мне тогда? Обязательно позвони.

– Добро, – и ребята пожали друг другу руки. Ладонь радиоведущего была влажной.

– Врач сказал, что ты, в целом, легко отделался. Так что, тебя могут отпустить. Или ты останешься на денек?

– Нет, пойду. Мне вроде действительно лучше. Пить только хочется. А который час? – Аксель начал потихоньку принимать сидячее положение и разминать руки, ноги и шею. Занятия спортом хорошо сказываются на восстановлении организма после физических нагрузок. Быть подвешанным на цепи в темном помещении – тоже к этому правилу относится.

– Поздняя ночь. Или раннее утро. Часа четыре, наверное.

– Ого, я думал больше в отключке провел. А телефон мой где?

– Держи, – Томми протянул другу разблокированный телефон. Аксель это заметил.

– Рылся что ли? – протянув руку, но еще не взяв мобильник.

– Пришлось, тебе, во-первых, кто-то названивал. А во-вторых, я, как друг, хотел проверить не ведешь ли ты дел с тем, с кем не надо.

– Ну, и? Что нашел?

– Ничего. Все нормально. Куча новых лиц каких-то только появилась, но ничего серьезного.

– Мамочка, меня это раздражает. Нет, серьезно. Не делай так больше, – Аксель все это время искал избегающий взгляд Томми и когда смог посмотреть другу в глаза, тому стало не по себе от агрессии источающей взором. Понятное дело, что это вторжение в личную жизнь, но раньше такой реакции не было бы. Проходили, Томми уже лазал по телефону другу, когда тот так же оказывался рядом в больнице после попоек. Хотя, раньше Акс его на этом не ловил…

– Ладно. Убедил. Прости.

Аксель ничего не ответил, а молча стал собираться. Пропущенные были от сестриц. Светлячка, видимо будить не стали. Тоже, верно. Чем бы его паника помогла?

Томми молча смотрел, как друг собирается и хотел было предложить тому помощь в доставке до куда-нибудь, но Аксель его опередил:

– Я вызову такси. Езжай домой, спасибо, что проведал меня. Обещаю, наберу как закончу дела, и мы всё обсудим. Новостей куча.

***

Пропавший попытался пробраться в особняк максимально тихо. На дворе, хоть и светало, но, по сути, была еще ночь, и все спали. Так как его комната располагалась наверху, надо было аккуратно пройтись по хоть и дорогому, но деревянному полу, чтобы ничего не скрипнуло. Днем, на такие звуки, внимание не обращаешь, ибо все тонет в шуме города (даже если вы находитесь на отшибе), но ночью они слышна как выстрел в комнате. И у него это получилось! Несмотря на то, что координация была нарушена, а в больнице вкололи что-то для обезболивания, он чувствовал себя достаточно уверенно и активно. Аксель зашел в свою комнату и лег на кровать. Спать хотелось, но нужно было написать девчонкам сообщение, что он дома и все хорошо. Как-то нагло было игнорить их после такой "лавины" звонков.

Он швырнул кроссовки в сторону подальше, лег на кровать, отправил сообщение и откинул голову назад, собираясь заснуть прям в одежде. А уже меньше чем через минуту услышал шуршание за своей дверью, в коридоре. Учитывая, что сегодня произошло, он немного напрягся. Дверь в комнату тихо приоткрылась и заглянула чья-то длинноволосая голова. Хоть уже и светало, но шторы в комнату Акса всегда были закрыты и в его логове царил полумрак.

– Тсс, Аксель, ты тут? Спишь? – шепот принадлежал Аделитас.

– Нет, – так же тихо ответил парень.

– Хорошо, давай заходи.

Дверь открылась уже шире и в комнату прошмыгнули два тела, не забыв, за собой закрыть. Оба человека подошли к кровати и легли с разных сторон от Акселя. Все спальные места в доме, у всех жильцов были большие и широкие, так что и тут места хватило с избытком.

– Девчат, вы чего?

– Ты где был? – спросила Аркадия шепотом.

– Долгая история. Скажем так, виделся со старыми друзьями.

Пока парень отвечал, руки девушек медленно ползали по мужскому телу. Одна рука шла снизу вверх, путь другой был противоположным и заканчивался в районе паха.

– Воу, дамы. Вы что? Вы куда? Я же могу не сдержаться… – попытался отшутиться парень.

– Обещаешь?

– Что именно?

– Что не сдержишься.

– Нет, само собой я постараюсь, но…

– Ну и зря, – после этого руки стали с еще большим ласковым упорством скользить по телу, пытаться снять куртку и расстегнуть молнию на джинсах. В ход у девушек пошли поцелуи в шею, покусывания за мочку уха. Но Аксель упорно пытался быть джентльменом и не просто не пускал в ответ свои руки, но и старался пресекать попытки ласок сестер. Хотя, если честно, когда с него уже стягивали штаны и футболку, он приподнимал части тела, тем самым облегчая дамам задачу. Да и по его томному дыханию было понятно, что он не против сего действия. Тогда было применено запрещенное оружие. Так как из одежды остались лишь одни трусы, достать член и делать ему минут не составило труда одной из сестер. И да, даже в этот момент он не пытался остановить даму. Вторая же девушка залезла на живот парня сверху и наклонилась его целовать. От робких поцелуев с покусыванием, дошли до долгих и страстных с языком. Стонали всей комнатой.

Перетягивание одеяла

– Ах ты, кабель! – Карен стояла в одних синих трусиках и домашней футболке поверх голого тела, в спальне их с Акселем квартиры и бросала в него все вещи, которые попадались под руку.

– В смысле?! А что, я должен был хранить целомудрие до конца жизни?! – Парень уворачивался от одежды, вешалки и мульти-пульта для управления квартирой.

– Именно! Чтоб тебя! Чума, сифилис и проказа!

– Но ты же сама говорила, что не против!

– Я девушка! И очевидно, что я ждала, как ты будешь отнекиваться и противиться моим шуткам!

– Да кому это было очевидно?!

– Любому дураку! – в ход пошли вещи тяжелее: пуфик и стул, но которые уже не долетали до Акселя. Да и сил у Карен было оставалось немного.

– Но ведь значит, я не дурак, раз не понял! – пытался отшутиться парень.

– Точно! Ведь ты кабель! Скотина, сука… сутулая.

– И этими губами ты целуешь свою маму? – Акс ловко уклонялся от того, что еще до него долетало и шел навстречу подруге. Та пятилась, а снарядов становилось все меньше. Вещи, журналы, гаджеты, стаканы, был бы здесь кот – он бы так же стал пушечным ядром. Но как только парень дошел до Карен, то повалил ее на кровать, схватил одной своей рукой за обе ее руки, завел их ей за голову, второй же трогал за оголенное бедро и стал пытаться целовать. А подруга, в свою очередь, действительно сопротивлялась! Ровно тридцать секунд, а затем проявила инициативу, вырвалась из рук «насильника», повалила на кровать уже его и залезла сверху.

***

Утром, когда почти все домочадцы, по традиции, сидели за большим обеденным столом в одной из гостиных дома, трое из них были пунцовыми аки розы. Старались не смотреть в глаза ни друг другу, ни всем остальным, уткнувшись в тарелку с яичницей и сосисками. Окружающие же были в хорошем настроении и болтали кто с кем. Если попытаться себя накрутить, то можно было подумать, что все в курсе произошедшего ночью и весело обсуждают только это. Светлячок тоже пытался завести хоть какой-то диалог с ребятами, но те спешно "скатывались" с темы на другую или старательно забивали рот едой, дескать, нет возможности общаться. К счастью, в комнату зашел Вито, чем приковал все внимание к себе, окинул пирующих взглядом и нарочито громко и навеселе спросил:

– Альбина, душенька, вы где?

– Ее нет здесь, она на главной кухне, через несколько комнат, – ответил Бьорн.

– Отлично. Сегодня без часу полночь в гараже, – уже спокойным и серьезным тоном продолжил седой. – Не светитесь лишний раз. Альбина спрашивала меня, почему народ иногда тусуется снаружи у входа в гараж, слава Богу, она ничего не поняла, и я смог спокойно врать. Все поняли? Хватит строить из себя проституток в гетто, здание подпирать.

Кто-то прыснул в кулак, кто-то закатил глаза, но тем не менее, вся компания в унисон кивнула и Вито пошел по своим делам. Остальные продолжили есть. А Аксель, немного посидев, обернулся проверить, где Альбина и, убедившись, что она далеко, подал голос:

– Ребят, я понимаю, что никто не обязан помогать мне в моем деле. Но я прошу вас. Чем больше нас будет, тем больше шансов, я уверен. Как минимум, будет план «б». Для меня это очень важно. Я в долгу не останусь…

Все сидящие снова переглянулись. Хоть закадычными друзьями можно было назвать только сестер и Светлячка, но «просто хорошие отношения» у Акса были со всеми. За то время, что он здесь находился, он сумел расположить людей к себе. В этом был его талант, охмурить, обольстить и проникнуться доверием. И он это прекрасно понимал.

Бьорн и Марк кивнули в знак согласия. Данни и Кван переглянувшись и немного помедлив, но тоже кивнули. И положительно отозвался кивком ещё один парень, один из тех «новобранцев», которого «завербовал» сам Аксель. Его звали Роман Милишников, выходец откуда-то с севера с другого континента. Нашли парня случайно в простом пабе, где тот готов был продать любые свои услуги. Как оказалось, у него есть мама, которой крайне нужна медицинская помощь. Отца и мужа в их жизнях не было и все легло на плечи Романа. Лет десять он все копил на всякого рода операции. Делать их вроде и делают, а вот заметных успехов нет. На вопрос, почему бы не заниматься ерундой, а просто взять и заменить страдающий орган на выращенный в лаборатории для пересадки, был ответ, что у их семьи редкая генетическая особенность, которая отвергает инородные органы. Нет, выход есть, мол, те должны быть выращены в специальных условиях персонально для его матери, с учетом всех особенностей ее организма, но это космические деньги. А заменять киберпротезами отказываются из гуманных побуждений. Этим больным «органом» был человеческий мозг. Один из тезисов в спорах кибернетиков и генетиков, которые вылились в маленькую гражданскую войну десятого июня две тысячи двести десятого года. Считается ли человеком той же самой личностью, если вместо родного органического мозга, в его голову помещают синтетический мозг, примерно, из миллиарда живых клеток, но нанесённых на массив микроэлектродов. Ладно, когда один органический мозг меняют на другой, но тоже органический. Хотя тут тоже могут быть споры, и да, давно, лет пятьдесят назад, они были горячо обсуждаемы. А затем их место заняли новые дебаты. Вероятно, через следующие пятьдесят лет, споры снова будут, но на очередную тему. Классический род человеческий. Годы идут, а все находят новые темы для ссор. Без конца и края… Аксель, последнее время, стал задумываться об этом все больше. Что было бы отлично, поменять взгляды людей в этом мире, порвать круг их вечных споров. Устроить им Аксельтерапию. Объединить всех вместе, что ли. Дать общую идею, цель. Почти невозможное занятие, но даже для простой попытки этим заняться, как минимум, нужно стать корпорацией. Заявить о себе. Быть известным. А вот Вито всего этого очень и очень не хочет. Отсюда и растут ноги всех ссор с Акселем.

***

После завтрака, Акс поборол утреннее стеснение и жестом позвал друзей пойти за ним. Как говорил один великий киногерой: «Утренняя неловкость, все же, лучше ночного одиночества».

– Мне нужно вам кое-что рассказать, – Аксель собрал друзей в своей комнате, месте, где минимум вероятности, что их обнаружат.

– А это что, женский носок? – Светлячок поднял вещь и повертел им над головой. Глаза Аркадии округлились, но она быстро взяла себя в руки и это был максимум эмоций. Сестры быстро начали прокручивать в голове, а не могли ли они оставить что-то еще, например, под кроватью. Ясно, что где-то должен был быть второй носок. Поэтому троица аккуратно рыскала глазами по комнате в его поисках. Аксель же понял, что надо отвести подозрения. Его голова всегда работала как надо: выкрутиться и не получить пиздюлей. В работе это было полезно. Поэтому с максимально уверенным видом сказал:

– Да, действительно. Может кого-то из девочек? После стирки попал в мою корзину.

– Блин, точно. Помню ситуацию: я трусы Марка так забрал. Он такой большой, что я там дважды уместился, – Аркадия, Аделитас и Аксель быстро смекнули, что за эту фразу можно зацепиться и заставить смущаться паренька.

Ребята переглянулись и с ехидными ухмылками уставились на друга.

– Хотел сказать, что я мог. МОГ уместиться, я не проверял, не залезал, я на глаз… Вы чего? Какого мнения обо мне?

«Гиены» рассмеялись и Акс похлопал Светлячка по плечу и чуть погодя сказал:

– Ладно, проехали. Я пришел домой так поздно, потому, что меня вчера поймал водитель грузовика, который сбил Карен.

– Что?!

– Как?!

– Ты поздно вчера пришел? – Светляк в своем репертуаре.

Акселю были искренне приятно, что ребята так встрепенулись, когда услышали новость:

– Потише. В общем, шел я на могилу к Карен. Хотел, скажем так, поговорить с ней. Да, не смотрите на меня так. Считайте это, своего рода, символизмом для меня. По пути свернул в парк, как навстречу шло два амбала. Я влево, и они влево. Я вправо, и они вправо. Как понял, что надо было повернуть назад, а не в стороны, то сразу отключился. Очнулся уже будучи в хрен пойми каком темном помещении. Только лампа на потолке, свет и он, Отис, – Аксель хлопнул себя по лбу, что аж все вздрогнули.

– Блин! Надо было спросить, откуда меня забрала скорая. Так, ладно. Вернусь в больницу и спрошу. Вряд ли же это медицинская тайна, да? В общем, я с этим Отисом говорил еще неделю назад где-то. И немного закусились по телефону. Что я по совету детектива Дрейка поднял вопрос о пересмотре дела. Он попросил отменить запрос, но я отказался. Тогда Отис начал угрожать. Но казалось, что это лишь блеф. Ан нет. Дали мне двое суток на отзыв дела. Или его «друзья» меня убьют. Ну, что-то в этом роде.

Ребята сидели молча, переваривая информацию. Никто бросать Акселя не собирался, само собой. Но что именно делать – не ясно.

– Каков план? – нарушил молчание Светлячок.

– Его пока нет. Вито, в этот раз, я просить точно не буду, сам разберусь. Надеюсь, с вашей помощью, разумеется. Но сперва, доведем до конца текущую задачу. Затем эту новую. Ничего, что я за вас все решил?

– Нормально, ладно. Но лучше, сообщай нам это чуть раньше, чем почти через двенадцать часов хорошо? – спросила Аделитас.

– Мы не против помочь тебе, Акс. Но хотя бы помни, что у нас свои дела есть, хорошо? – добавила Аркадия.

– Да-да, ребят. Все понимаю. Обещаю, как справимся с двумя этими делами – я весь ваш.

– А если кто-то из нас не вернется? Ты никогда не рассматривал такой вариант? – поднял вопрос насущный Светлячок.

Аксель на секунду задумался. Само собой, он понимал, что все их затеи безумно опасные. Но его чувство самосохранения настолько притупилось, что о себе, он уже не думал.

– Забыл, кажется… Почаще мне напоминайте, ведь теперь у нас есть, что терять, – и посмотрел на сестер.

Попытка мести

– Господа, все на месте?

Вито начал собрание в условленное время. Акс немного межевался. Вот оно. То, ради чего он сюда пришел и что лелеял последнее время. Месть. Помощь себе любимому, ну, и сотне другой каких-то там людей, жизнь который могут так же испортить или уже испортили. Нет, это тоже действительно важно. Помочь тому, кто не в состоянии – это важно. Правда, по итогу, это лишь пятьдесят процентов от нового плана отмщения, так как теперь нужно будет найти Отиса, того водителя грузовика. Этот дурик сам перешел дорогу.

– Вопрос риторический. Вижу, все на месте. Отлично, – пилигрим обошел голо-стол и включил его. На взор смотрящим предстала улица их города, и жирная красная точка, которая медленно, но верно, по мере монолога Вито, приближала масштаб:

– После долгих часов дум, у меня созрел план. Шанс на его выполнения высок, но еще большая вероятность в том, что закончится он перестрелкой или чего хуже. Я даже не представляю, как нам должно повезти, чтобы обойтись без крови. Желающие, подумайте дважды. Так как это дело нужно в первую очередь Акселю, я не могу заставить вас пойти на него насильно. В общем, как и на любое другое задание. Все зависит от ваших желаний и возможностей. Естественно, как и обещал в самом начале, я в любом случае иду вместе с ним. Остальные – как скажете. Учитывая, что нам скорее светит взрывной конец данной авантюры, плану услышат те, что останутся на это дело. Мы «залетим» в городские новости и лучше, если будет меньше знающих что да как. Желающие? – жирная точка на столе остановилась в одной конкретной комнате.

Леса рук не было. Естественно, разумеется, почти сразу подняли руки трое – сестры и Светлячок. Остальные стали переглядываться.

– Так, нас уже пятеро. Нужно еще двое-трое. Не стесняйтесь.

Руки подняли Марк и Бьорн.

– Нет, вы двое точно нет, забыл вам сказать, простите, для вас будет другое занятие. Но инициатива похвальна. Кто еще? – резко ответил Вито.

Сидящие снова переглянулись:

– Я пойду, – это был тот самый Роман. Найденыш Акселя.

– И давайте я, – Сказала Данни.

– Отлично! Шикарно! Те, кто нужны. Ребята, у нас все получится, – засиял пилигрим. Он был действительно доволен набором «игроков». – Остальные кыш наверх и не дай бог попадетесь Альбине. Шкуру спущу.

Когда все прочие оставили комнату, Вито взял стопку бумаг и раздал ребятам:

– Это вам на ознакомление. Пойдем послезавтра вечером. Сегодня всем спать. Я ясно выразился? – и глянул исподлобья на Акселя и сестер.

Те покраснели, но старались не подавать вид, что это обращались к ним.

– Разделимся на две группы. Я, Светлячок и Данни в одной. Остальные четверо – в другой. Моя идет первой, команда Акселя следующая, но по другому пути. Выдвигаемся через сутки по причине того, что именно послезавтра у лидеров двух наших псевдокорп, будет встреча. На ней, по мимо главных, будет львиная доля и всего остального состава. Удобный случай убрать всех. Почти всех. Оставшиеся сошки разбегутся сами или просто не смогут ничего навязать кому-либо в будущем. Значит так …

***

Настал день икс. Обе команды снарядились оружием. Что-а-что, но арсенал у Вито был впечатляющий. Он всегда был спрятан за непримечательной дверью в том же помещении, где проходили совещания. Нет, Аксель понимал, что у них в организации есть оружие, но, чтобы такое и так много… Видимо, пилигрим начал считать всех присутствующих весомыми членами общины, раз решился показать секретную комнату. Наконец, Акс смог примерить что-то из этого века. Впрочем, остальные тоже знатно «приоделись». Последним «писком моды» в военном ремесле считались УББ. Универсальные боевые батареи. Это небольшие коробочки из крепчайших на земле сплавов, в которых была сосредоточена колоссальная энергия. Эти штучки были сопоставимы по мощи с целыми древними атомными станциями! Ну, которые перестали использовать лет сто пятьдесят назад, после перехода на «зеленую» энергию. Их универсализм заключался в том, что они использовались как для атаки, так и для защиты. Так, например, сестры хорошо обращались с восточным холодным оружием. Враги же считались третьесортными организациями и имели в своем распоряжении обычное огнестрельное оружие, так как ни денег, ни связей на покупку чего-то серьезней не было. И чтобы девушкам можно было подойти на расстояние атаки катанами, а именно эти мечи решили взять сестры, они надели на каждую часть тела по браслету, дающему обладателю энергетическую защиту. Такую можно пробить, но не из огнестрела. Таким образом, вся энергия УББ будет уходить на защиту. Если у врага тоже будут УББ, то Вито предусмотрел и это. Аксель и Роман, в свою очередь, надели лёгкие броне костюмы, защищающие от пуль, но взяли с собой энергоружья фирмы «Виндичес». Самой лучшей и известной корпы на этом полушарии по разработке оружия. И энергия УББ будет тратится только на эти пушки. Если у врага и будет щит (то он явно будет какой-нибудь херовой фирмы), эти ружья их просто «снимут». Поэтому, сперва парни палят во все стороны и привлекают на себя внимание. Девушки же аккуратно обходят и режут врагов в спину. Вито со своей командой руководит ими извне, через камеры в здании, глуша сигналы тревоги, если такие будут. В общем, покрывая огрехи второй команды. И, при необходимости, действует как подкрепление.

***

Пилигрим предвкушал. Он действительно дал доступ в оружейную всем участникам «приключения». Так он поступал тогда, когда был уверен в людях. Те же Бьорн и Марк знали об этом месте, но никому никогда ничего не говорили, ибо это строжайше запрещено. И лично выдал оружие, браслеты и УББ второй команде. Это были хорошие образцы, но явно видавшие другие сражения. Впрочем, у ребят так горели глаза, когда получили снаряжение, что даже не обращали внимание на потертости, сколы и в целом не новый вид вещей.

Как и было сказано ранее, Вито пускал сюда тех, кому безоговорочно верил. А также тех, кому не суждено вернуться обратно и тайну секретной комнаты они унесут в могилу…

***

Волнение Акселя менялось на азарт, рвение и возбуждение с каждой секундой, которую он тратил на экипировку. Парень получал кайф от затяжки каждого шнурка, от подгонки вещей, чтобы ничего не шумело и не выпадало. Глаза горели делом и чувством благодарности каждому, кто находился в этой комнате. Даже Вито, с которым у него иногда были сложности, он был благодарен. Хотя, почему «даже Вито»? Особенно Вито он был благодарен. Если бы не он, его бы здесь не было.

***

Пилигриму было даже жалко этого парня:

– «Он был славным. Предан делу. С первого взгляда в нем виднелась жилка. Пойти на все, ради достижения цели. Идти к ней не смотря ни на что. Выполнить все беспрекословно. Это да, это у Акселя имелось. Вот только потом, когда миссия завершалась, амбиции парня не просто никуда не уходили, а наоборот возрастали. Он начинал чувствовать все больше уверенности. Располагал к себе все больше людей. Пара месяцев – это небольшой срок. Но если оставить такого человека при себе, есть шанс, что через большее время, Аксель мог пытаться начать брать на себя больше и больше полномочий и попытаться сместить Вито с поста главного. Его желание открыть общину миру и привести ее к статусу корпорации – шло вразрез с планами самого Вито, который строил их годами. Нет, десятилетиями. Нет, даже не десятилетиями, а…, впрочем, сегодня очередной слишком амбициозный парень падет за свое дело. Сколько таких было на его веку? Все они «там» окажутся».

***

Поехать было решено на двух угнанных машинах. Для этого пришлось добраться на другой конец города, чтобы в радиусе поиска полицией угнанных авто не было их особняка. Первой команде нужно было тайно пробраться в центр слежения зданием, в котором сегодня действительно собрались все крупные люди двух фирм, которые были в «ту» ночь в тоннеле. Встреча была по случаю нового обмена товаром, который Вито даже не стал описывать ребятам, так как «это не очередной снаряд с антиматерией, а значит другое их говном нам не нужно».

Второй же отряд, шел по пути, который будет указывать лидер первой команды. И медленно, но верно вырезать, кто находится не в банкетном зале. А добравшись до кабинета Марвина Стэнда, скачать всю информацию на носитель, которая тут же перешлет ее в хаб в особняке, где и без этого хранится тонна разного рода информации на почти всех людей в городе. Где-то в ней будет информация о той, кого ищет Светлячок.

***

– Волнуешься, Аксель? – спросила Аркадия.

Все четыре члена второй команды ехали на какой-то колымаге с детским креслом сзади. К сожалению, ребята не могли взять слишком красивую и выделяющуюся машину, потому было решено воровать какой-то семейный универсал. Но перед этим, проверив, что на этой машине есть страховка при угоне и семья, у которой они забрали машину, получит страховые выплаты. Да, может и хотелось угнать чей-то спорткар, но для дела это не есть хорошо.

– Честно? Уже нет. Утром еще да, но как только зашли в арсенал – все тут же улетучилось. Сейчас я настолько сосредоточен, насколько возможно.

– Ну-ка, посмотри на меня, ты что-то принял? – Аделитас взяла Акселя за подбородок и всматривалась ему в глаза. Те были как у котов, с вытянутыми вверх зрачками.

– Простите, но да. Днем я дошел до одного знакомого дилера и попросил что-то для такого рода занятий. В ваших же, девушки, интересах, чтобы я был максимально сосредоточен. Теперь, моя реакция в десятки раз лучше, чем обычно. Я не допущу, чтоб по вам даже пулька попала.

К сожалению, сестер это не умилило, но и продолжать разговор они не стали.

– Ром, а ты как? – Аксель решил, что нельзя обделять вниманием компаньона.

– Нормально. Я не так давно у вас, но уже вовсю варюсь во внутренних делах. Это так круто! Надеюсь, когда мне нужна будет помощь, я смогу собрать такую компанию.

– Ну, слушай. Я буду «за». Око за око. Зуб за зуб. Ты помог мне, а я помогу тебе. В этом можешь быть уверен. Да и думаю, Светлячок тоже не останется в стороне, – сказал Акс и погладил свое ружье. А Рома просто удовлетворенно хрюкнул.

***

– Мы на месте, – Вито доложил Акселю о выполнении своей части задания.

– Понял, жду команды.

Сестры, Роман и Акс устали ждать в машине, когда наконец наступит их черед. Можно было начать нервничать, успокоиться, задуматься и снова начать нервничать. Такими темпами, действие препарата Акселя могло кончиться до начала «представления». Ими были пересмотрены все популярные смешные видео из сети. Обсуждены почти все темы…

– Как выйдите из машины, ваш вход со двора со стороны Третьей Мировой улицы. Он, в целом, поспокойнее. Сейчас снаружи двое курящих. Внутри, за дверью, коридор. Длинная кишка, в которой по четыре комнаты с каждой стороны. Этакая общага. Все это места отдыха и времяпрепровождения охраны здания. Пока на нашей стороне эффект неожиданности, начнем с них. В любом случае, там двое снаружи, двое играют в приставку, трое жрут и лишь один сидит наготове и бдит. Новенький, наверное. Если сможем тихо устранить этих, то будет сильно проще.

Ребята приняли сведения. Подъехали максимально близко ко входу, но остановились зауглом, так, чтобы не показаться раньше времени, и вышли на улицу, держа вид своего обмундирования и намерения под плотными серыми плащами. Повезло с погодой, лил ливень и на улице многие были так одеты. Быстрыми шагами направились ко входу и уже в тот момент, когда курящие обратили внимание на гостей, сестры резкими выпадами проткнули парочку, а парни подхватили тела и потащили их в мусорные баки снаружи. Те, наверное, так и не поняли, что произошло, весь их внимание "до" было сосердоточено за шутках за диалогом.

– Отлично, вижу вас. Коридор пуст. Все разбиты по команатам.

Дверь была захопнута, но не закрыта на ключ по биометрии, Роман и Аксель зашли первыми и держали коридор под прицелом, каждый свою сторону. Девушки же прошмыгнули следом, каждая взяла на себя по ближайшей комнате по обе из сторон. Стоит сказать, что все, кто пошел сегодня (да и на любое другое) на дело, прикрепили к виску ИПН: «ингибитор переноса намерений». Очередная военная разработка, которая на небольшом расстоянии, обычно, в рамках одного большого здания, переносила мысли каждого, на ком такая вещь была. Она настраивалась на определенную волну и поэтому чего-то лишнего в «эфир» попасть не могло. Да и мысли переносились не все, а лишь то, как человек собирается действовать. Или как кому-то наоборот нужно действовать. В общем, позволяла без особой военной подготовки работать слажено людям, которые до этого не занимались зачисткой здания от врага. Таким образом, Аксель визуализировал то, что говорит Вито и мысленно отдавал приказы, кому что делать в определенный момент. Несмотря на то, что "в голове" у каждого было по четыре, включая свое, сознания, восприятие было настолько плавным, что никаким хаосом мыслей и не пахло.

В комнате Аделитас были те двое, что играли в приставку и ее природная грациозность позволила тихо подкрасться к людям и одним лишь движением нанести забрать две жизни.

Как только эти две комнаты были зачищены, отряд начал повторять все в том же порядке: парни делают пять шагов вперед ко следующим проходам, держа в поле зрения весь коридор и лишь затем сестры быстро, но осторожно, "выносят мусор из помещения". Когда дело дошло до того самого новичка, как Акс, посчитав, что тот последний, сам зашел в комнату и снес тому голову. Как и считали раньше, никаких энерго-щитов на них нет. Тот даже не успел пикнуть.

– Вам налево. За дверью лестница. Она пуста. Если увижу движение на каком-то этажей в ее сторону или кто-то уже будет на пролете – сообщу. До тех пор, чтобы вам не показалось, поднимаемся в темпе. Нужно на десятый этаж. Там кабинет Стэнда.

– Может, на лифте? – пошутил Роман.

– Смешно, – как отрезал Вито.

В какой-то момент, чтобы идти на этаж выше, им нужно было пройти здание насквозь, потому что по какой-то никому не ясной логике, но архитектор здания посчитал, что лестница наверх должна прерываться ровно по середине и вести дальше наверх, но только с другой стороны здания. При этом, соединив это все одним большим и безумно длинным тоннелем. Но и он был пуст, слева окна вели на улицу, за которой медленно, но верно бурлила жизнь дождливого мегаполиса. Справа же открывался вид на, наверное, самое большое помещение, которое видел Аксель. Так как коридор вел через весь этот зал, да еще и находился сверху, было видно все, включая до самого конца помещения. Огромнейший, торжественно украшенный зал, в котором… Были сотни криокапсул или что-то похожего на них. Может, и для анабиоза.

– Пс, Вито, – шепнул запхывашийся Акс. – Ты же знаком с планом здания? А что это за помещение с кучей капсул, в которых лежат люди. А, а между ними ходят ребята с оружием. Охрана?

Пилигрим раздраженно и со вздохом, но ответил:

– Да, охрана. Теперь так проходят светские рауты или какие-то массовые встречи. Вместо того, чтоб портить себе фигуру и тратить время, люди погружаются в сон и там видят один общий, как бы… сноведение. На котором едят, пьют, трахаются, если хотят. Ну, а потом просыпаются и идут по своим делам. Во-первых, так быстрее, так как во сне. Во-вторых, делай что хочешь, а последствий телу не будет. Хотя, опять же, во сне плюс благодаря капусулам – все прекрасно чувствуешь.

– Круто. Наверное. Эх, поздно я об этом узнал… А зачем украшать зал снаружи, если все проходит «внутри»?

– Привычка, традиция, прелюдия, – сухо, но со смыслом.

В целом, путь наверх прошел без приключений, и так, этаж за этажом, они дошли до десятого.

***

– Тут пусто. Все в банкетном. Быстро в кабинет. Девушки за компьютер, парни смотрят вход в оба, ибо скоро я не смогу следить за зданием – Вито кратко, но четко отдал очередной приказ команде Акселя.

– Вито?

– Что Светлячок? – пилигрим отключил связь со второй командой.

– Я все равно не понимаю, как ты собираешься уничтожить здание и при этом не убить девушку, которую я ищу.

– Акс скинет всю информацию на хаб, а я проверю, есть ли она в здании.

– У меня свои способы, дружок. Доверься мне.

– Верю. Ну, а если она есть?

– Выведем. Выкурим. Выгоним. Выкрадем. А потом рванем тут все.

– Ты действительно это сможешь?

Светлячок смотрел и говорил с Вито, как с небожителем:

«Столько слепой веры и щенячьей радости. Интересный, конечно, экспонат, этот молодой человек. Столько силы в нем скрыто. Столько возможностей не использовано. И оно все мое. Никакой Аксель не сможет у меня отобрать такой потенциал. Я здесь царь и бог».

– Сообщите, как подключитесь к компу.

– Уже, я же сказала, – раздраженно бросила Аркадия.

– Да? Задумался похоже…

Вито ждал, пока вся информация скопируется на сервера его особняка и потихоньку настраивал себе тут временное рабочее место. Тоже достал какой-то носитель, но немного другого вида. Если тот, что был у второй команды, предназначался для переноса информации с сервера на сервер, то этот был крупнее. И выглядел куда дороже.

Сбор информации продолжался пять минут. И на протяжении всего этого времени, Вито молчал, но «старательно» смотрел в мониторы, ничего более не делая. Светлячок, конечно, не сомневался в наставнике, но нервничал из-за пассивности в важном вопросе. Но потом:

– Все. Нашел. Она скрывается под именем Наоми Крайс, ей, как бы двадцать лет, как бы училась в городском колледже по изучению псионических способностей у клонов человека. В общем, выбрала то, в чем действительно разбирается. Молодец. Ее здесь нет. В плане, в этом здании. Они живет одна в своей квартире. Адрес тоже есть. Стэнд следит за ней. Он установил камеры слежения за ней в ее же доме. В ванной в том числе, извращенец херов. Наоми ненавидит скопления людей, поэтому во время таких мероприятий ее отпускают "с работы". Кого-то мне это напоминает… В общем, можно смело подрывать всех на хер. Я дам тебе почитать ее дело на досуге. Хорошо, Светляк?

– Да-да, конечно! Спасибо большое, Вито. Я тебе должен.

– Теперь ты мне снова доверяешь?

– Да я и не сомневался в тебе… – стушевался парень.

– Отлично. Аксель, слушай мою команду. Мы собрали всю нужную информацию. Моя команда идет на нижний этаж, там мы закладываем взрывчатку. Чтобы никто не смог уйти, я блокирую все двери в здании, вырубаю свет. Возвращайтесь обратно тем же путем, обязательно тем же! У вас будет коридор с отсрочкой в три минуты. Теперь вам нужно быть настороже, ибо как только кто-то один поймет, что его заперли, начнется хаос и все побегут в вашу сторону.

– Понял, уходим.

Вито услышал то, что хотел и полностью отключил связь между двумя командами. По поводу «коридора», двери которого будут открыты еще три минуты, он не соврал и тот действительно есть, но ближе к концу Акс и его ребята упрутся в тупик. Во-первых, их изначальный путь пролегал через самые «малонаселенные» комнаты и коридоры. Но не только по причине того, что им нужно было тайно пробраться в офис и своровать информацию. Они шли через зону, в которой находились пути к черным ходам. Или запасным выходам, если угодно. И именно по ним ломанутся все остальные гости, когда поймут, что здание буквально заперто изнутри. Почему именно по ним? По плану здания, оказывается, двери именно на этом пути были хлипче, чем остальные. И даже, если кто-то устроит саботаж захлопнув здание внутри, то данные двери можно будет открыть вручную или сломать, если кто-то приложит достаточно сил. Посторонним знать было об этом не обязательно, но сотрудники знали как отличить "крапленый" коридор.

Ну, а во-вторых, путь ребят хоть и ПРОЛЕГАЛ через помещения, которые ведут к запасным выходам, но по факту, вел к тому самому тупику, к дверям, которые так просто не выломать. А так как Вито строго настрого сказал идти по старому маршруту и только он ознакомился со всеми документами по зданию, то… Поэтому Аксель и его команда посчитали, что даже если где-то будет казаться, можно выбраться ближе, то, скорей всего, дальше они не пройдут и только обратная дорога след в след самая верная.

Акс бежал позади всех, прикрывая с тыла. Первым же был Роман. Они как раз только добрались до того самого тоннеля, который демонстрировал зал с капсулами. Парень глянул, что творится там и да, все как говорил Вито. Кто-то уже прознал, что все двери закрыты и поднял хаос. Ну, или проводит эвакуацию здания. Из-за всеобщей суматохи было непонятно. Но наверх, где на всех порах мчалась команда, никто даже не смотрел, не до них.

Охрана в скором порядке отключала капсулы и вытаскивала оттуда людей. Кому-то нужно было время, чтобы прийти в себя, кто-то достаточно шустро понимал, что к чему и бежал по пути, который указывали эвакуационные светильники в полу. И да, путь всего этого табуна и его друзей пересекался на той самой лестничной площадке. Ну, и что теперь делать?

– Отряд, стой, – скомандовал Акс.

Все встали и вопросительно уставились на него. Времени оставалось очень мало.

– Мы сейчас будем спускаться и столкнемся с бегущими людьми. По возможности, не трогаем их. В любом случае, охрана еще открывает капсулы, а эти безоружны.

– Серьезно? Нет, ну ладно, как скажешь, но ты же так порывался их всех убить,– спросила Аделитас.

– Да, но… Не знаю. Когда дело дошло до этого момента, как-то уже немного… жаль их что ли. Не все же виноваты. Гробить всех ради пары уродов? К тому же, все равно здание рухнет, а так хоть кого-то спасем.

– Половинчатое решение – не есть хорошо, – парировал Роман. – Если уж спасать, то нужно просто было не взрывать здание.

– Думаешь? – засомневался Акс.

– Думаю, надо валить, – подытожила Аркадия.

– Как я сказал, не трогаем гражданских. Толкаем, сносим с пути, идем по головам, но не убиваем целенаправленно. Пошли.

Теперь им нужно было наверстать упущенное, так как через тридцать секунд, двери, по пути которых они идут, начнут закрываться, как и все остальные.

– Вито, прием. Можешь отменить взрыв? Я тут немного подумал…

На радиосвязи молчание. Ни белого шума, никакого ответа.

– Вито, ау.

Все еще тишина.

– Народ, у вас есть связь с Вито?

На ходу все проверили, но ни у кого не было связи.

– Может глушилка? – спросил неуверенно Роман.

– Да нет, мы как раз используем допотопную связь чтоб ее не заглушить было. Покрайней мере, наверное, уже все умерли, кто застал такие передатчики.

Так, шаг за шагом, они добрались до пролета. Люди давили друг друга, но упорно двигались дальше. Кто-то плакал, умолял его пропустить. Кто-то крыл матом и требовал дать пройти. Кто-то же ничего не смог сказать, так как его тело было раздавлено сотнями, если не тысячами, ног, прошедшими по нему. Идти против этого течения было бессмысленно, поэтому парни, включив на костюме режим скрытности, который позволял стать резче и быстрее, стали бежать по перилам и иногда отталкиваться от стен или голов людей. Девушки же, имели эти навыки по умолчанию и грациозно повторяли те же действия, но без костюмов. И когда уже казалось, что впереди только тот коридор, в котором находилась часть охраны здания, они не смогли отпереть дверь. Как ни старались, какие бы режимы костюмов не включали, но дверь не поддавалась. Связи с Вито не было и стало решительно не ясно, а как действовать дальше. Тот самый тупик.

Аксель начал паниковать, психовать:

– Вот и все. Как так то, сука? Шутка что ли? Вито ошибся или кто-то сейчас вставляет нам палки в колеса?

Но в какой-то момент, у него возник шальной план:

– Ром, сейчас вдвоем. Отключаем энергию в костюмах, но начинаем ее сосредотачивать в кулаке и одновременно бьем по точкам крепления к стене. Может, с первого раза не получится, но с третьего или четвертого должно.

– Хорошо. Отключил. На счет три? – Роман уже приготовился и смотрел исключительно на дверь.

– Да.

Прозвучал выстрел и мозги Ромы разлетелись по той самой двери, о которую парни безуспешно бились.

Сестры, мягко говоря, охренели и уставились на Акселя, который стоял с поднятым и наведенным на свежий труп стволом.

Акс опустил оружие и быстро начал снимать с тела тот источник энергии, который давал «силу» костюму. А сняв, положил его на ручку двери, в точку, где находился магнитный замок. Отошел сам, обнял и рывком толкнул опешенных девушек в сторону и выстрелил.

Взрыв энергии был колоссальным, поэтому дверь выбило напрочь, крошево со стен разлетелось в стороны, а ударной волной перевернуло всю куцую мебель, которая находилась в комнате.

Сестры вырвались из рук парня и смотрели на Акселя как на монстра. Но тому сейчас было не до этого. Во чтобы то ни стало, нужно вывести Аделитас и Аркадию, надо выбраться самому. И понять, что за хрень сейчас произошла с дверьми! Ошибка или подстава?

Как шагнули за порог проема с только что выбитой дверью, раздался хлопок, взрыв и пол под ногами затрясся. Сначала люди где-то позади закричали еще громче, но потом как-то резко их шум вмиг пропал. Послышались первые звуки падающих стен. Приток адреналина от надвигающейся смерти дал сил и отрезвил мысли. Ребята бежали вдоль того узкого коридора, в котором еще не остыли трупы охранников. Так как места для троих одновременно идущих в ряд, было мало, так уж получилось, что Аксель бежал первым, копя энергию костюма, чтобы стать тараном, что вышебет дверь или любое другое препятствие на пути. Здание уже начало оседать и рушиться прямо за спинами троицы. Несмотря на кажущуюся близость выхода, они не успели и их накрыла волна обломков.

Шаг назад

Звук будильника? Рок песня начала двадцать первого века, кажется. И он ее просто обожает. Аксель вообще уже сто лет не слушал музыку. Как умерла Карен, он отринул от себя множество увлечений, хобби и людей, которые были раньше. Они все напоминали ему о ней, о времени, которое было проведено вместе с Карен. Отчасти, и поэтому, он решил тогда так резко сменить свой образ жизни. Рискнуть всем, откинуть здравый смысл и отдаться воле случая – дать шанс Вито. Его словам, его мотивам и последствиям всех решений.

– «А что дальше? А дальше… Нет, стоп. Дальше ведь смерть», – мысли Акселя остановились на этом моменте. В момент, как разряд молнии, вспомнил всё: все свои чувства, предшествующие поступки и эмоции ровно до секунды этой самой смерти под руинами здания.

Умер он или нет, но лежать так – бесконечно долго – не вариант и он решился открыть глаза и воочию увидеть, куда он попал? Рай или ад? Может, чистилище? Да, института церкви более нет, но Вито часто говорил фразочки «черте что» или «боже, что ты творишь?». В частности, чаще это все летело в адрес Акселя. И чем дольше они были знакомы, тем чаще пиллигрим пускал их в ход. Но, а раз существуют все эти мысли после смерти, значит разум куда-то переместился, осталось понять куда и за что?

– Доброе утро. Точнее вечер, – прогремел нарочито звонкий голос некой девы.

«Ну надо же! Тут тоже сменяются сутки, как на Земле. И кровати есть. Для секса, наверное, вряд ли в раю существует сон. В том, что это рай, никаких сомнений нет, ведь тут существует секс!»

– Вам повезло, безумно повезло. Такое стечение обстоятельств… В рубашке родились, – владелец голос дал понять, что пора вставать и не собирался понижать громкость.

«Какой-то странный рай. Какая разница, как я родился? Важнее, как я умер!»

– Мимо пролетала скорая. А вы втроем были прям возле выхода. Но так, как только на вас был силовой костюм, то и повезло только вам.

«А ну, подожди…»

– Где я? – прохрипел Акс. Опять в горле пересохло. Будет хоть одно пробуждение за последние дни и недели, где он проснется сам по собственной воле в хорошем состоянии?

– В больнице, вестимо. Вас сюда привезли первыми, среди жертв при обрушении здания. Костюм, местами, пришлось снимать с кожей, но это все еще считается большой удачей.

– А где они? С кем я приехал? Они выжили?

– Кто… А, поняла. Ну, как вам сказать… – девочка, по виду, милый интерн, не имела много опыта в преподнесении грустной информации.

Она на секунду задумалась. Как бы ответить так, чтобы и не соврать, но и не портить настроение. Мало ли, как поведет себя самочувствие пациента. Она, с умным лицом, открыла "карточку болезни" и будто что-то оттуда вычитывала, хотя, по факту, выдумывала на ходу.

– Да, они сейчас абсолютно точно живы.

Аксель выдохнул. Кажется, сейчас это главное. С остальным можно будет разобраться.

Выкрутилась.

– Воды…

– Смотрите, у вас в руках есть пульт. Там три кнопки. Палец достает до всех, на ощупь можно сориентироваться и понять, где какая. Не напрягайтесь пытаться разглядеть. Синяя с одной выпуклой точкой – вода. Жмете, через минут пять жажда отступает. Желтая с двумя такими точками – пища. Жмете и голод также уходит через 5 минут. Фиолетовая с тремя… Жмете и перестанет что-либо болеть.

Как заправский наркоман в прошлом, Аксель понял, о чем идет речь. И опять же, как заправский наркоман, он впервые очнулся в таких чистых, белых и светлых палатах. Раньше, это всегда были «мусорки». Что же, такая в городе бесплатная медицина. А здесь и стены без следов крови. Чистые простыни с запахом ванили. Молодая девушка доктор, от которой пахнет сиренью и крыжовником, а не жирный алкаш с перегаром и потными подмышками с которых капает, в лучшем случае, на кровать. Сказка, не иначе. Рай, но на земле.

– Спасибо.

– Пожалуйста. Как станет лучше – дайте знать, – базово, уже без энтузиазма, проговорила леди.

Это был последний кадр, который запечаилели глаза Акселя. Дальше он отключился в долгий и крепкий сон, цена которого росла с каждым днем. Цена – во всех смыслах этого слова.

***

– У меня нет столько денег. Мне нечем оплатить счет, – Аксель стоял облокотившись на стойку у ресепшена больницы, в которую попал двумя неделями ранее.

– В таком случае, вот вам бланк. Росписью в котором вы согласны взять кредит в банке, с которым мы сотрудничаем. Далее, все финансовые вопросы будут обсуждаться с представителями банка и его коллекторским отделом.

– А если не подпишу?

– Через суд потребуем возместить компенсацию, отобрав что-либо из имущества.

– Да пошли вы на хуй, – сказал Аксель и подписал данный ему бланк.

– Вам всего доброго, хорошего настроения и здоровья! – как ни в чем не бывало ответил администратор, с которым он общался. Парень слышал эту фразу, и производные от нее, сто раз на дню. За такую зарплату можно и послушать.

Акс вышел за порог больницы и вдохнул полной грудью. Воздух прекрасный. Свежий, дурманящий. Только потеряв все и не имея ни гроша в кармане, можно почувствовать себя полностью свободным. Сейчас перед ним открыты, буквально, все дороги. Да, ведут они в никуда, но зато все можно выбрать самому!

За те дни, что он лежал и лечился, он много думал, что же за чертовщина тогда произошла? Да, почему-то Аксель стал чертыхаться, хотя раньше этого никогда, и никто кроме Вито не делал.

Пока парень шел домой, он прокручивал выверенную за две недели мысль. Была ли она верна? Скорей всего. Но некоторые вопросы еще были без ответов, а значит для полноты картины, и их надо получить. Кстати, под «домом», он подразумевал именно их с Карен квартиру. Она и ближе была, и могла стать хорошей базой для начала своих действий.

За месяцы работы с Вито, он понял абсолютно точно, на все сто процентов, что пилигрим не может ошибиться:

«Его план, его слова, все это всегда происходило с точностью в девяносто девять процентов. Как будто тот был оракулом, который знает будущее и просто виртуозно вплетает свои планы. В общем, есть факт, что, если Вито что-то задумал – оно произойдет. Так или иначе. Примем это за аксиому. Но та последняя вылазка пошла не по плану. Почему? Путь отступления был с кучей изъянов. А в конце и вовсе привел в тупик. А тогда при попытке выйти на связь с кем-либо из команды Вито или с ним самим – не удалось. Почему? Либо это был первый косяк пилигрима за все время работы с ним, либо это была подстава. Первое – исключаем, так как есть ранее озвученная аксиома. Значит, допустим, второе. Плюсом в эту копилку идет то, что несмотря на мою слаженную работу со Светлячком, его наотрез отказались добавить в команду ко мне и сестрам. Но кого из нас четверых хотели убрать? Романа? Хорошо, но он новенький. Если он не нравился Вито, его можно было просто не брать в оборот. Хоть его и нашел именно я, последнее слово было за Вито. Да и его смерть не вызовет вопросов или серьезного сочувствия. Какую-то из сестер? Но какую и за что? Последнее время мы все часто зависали вместе. Что, по итогу, вылилось в секс. Но ни разу не было намеков, что Вито был из озабоченных уродов, который подкатывал к Аркадии или Аделитас, а я клин между ними. Значит нет речи о поводах для ревности. А какую-либо другую причину я найти вообще не могу. Они были идеальны. Во всех смыслах. На них любой мог положиться, они были добры и помогали чем могли. С Вито ссор или недосказанностей тоже не было. Остаюсь я. Но и я старался на благо общины! Искал людей, помогал тем, кто есть, пытался ввести новшества, расширить горизонты, сдружился с сестрами и Светлячком, которым так дорожит Вито! Пытался брать на себя больше задач и ответственности! Делал больше, чем кто-либо другой…»

И тут Аксель остановился. Да так, что кто-то воткнулся ему в спину, ибо не успел затормозить.

– Придурок, хули так резко встал? Не забудь повторить, когда через дорогу будешь переходить… – прорычал недовольный мужик.

Но Акса это уже не заботило. Его последние мысли. А не ключ ли это? Особенно, если дать им другую интонацию и посмотреть со стороны Вито?

«Все новые приходящие люди, проходили «обработку» мной. Теперь, я был первым, кого они видели. Я становился их проводником в общину и ко знакомству с остальными. Только я пытался из никому неизвестной группы людей, поставить нас "на поток", на путь к корпорации. Я стал тем, кем сестры стали интересоваться и подпустили себя ближе. В первую очередь, я единственный, кто смог завоевать их абсолютное доверие. Я стал лучшим другом Светлячка, заменил ему старшего брата и начал оказывать влияние на него. Блять. Да я реально перешел дорогу Вито…».

Акс осознал, что теперь путь в особняк ему заказан и это дало лишь новых вопросов. Посему, он уныло продолжил идти туда, где недавно уже был, на мгновенье стал отцом и разбил зеркало. Так как на проезд денег не было, пришлось идти пешком через пол города.

Но такие прогулки даже нравились парню. Как говорилось ранее, из-за абсолютно полного размытия границ среди национальностей и конфессий, было решено перестроить город так, что вокруг его центра, как «лепестки ромашки» будут отдельные районы со своей инфраструктурой и визуальным стилем. И было волшебно наблюдать, как плавно, через парк, кончался один такой район и начинался другой. А уж о стыке двух таких дистриктов с центром – и говорить нечего. Это отдельное произведение искусства. Чем ближе к «желтку ромашки», тем выше становились здания. Тем они выглядели технологичнее, новее и монструозней.

Подходя к дому, Аксель стал вести себя чуть более аккуратно. Никогда не знаешь, следит ли кто за тобой, если ты перешел дорогу людям. Ведь есть еще водитель Отис, который обещал расправу, если Акс не заберет заявление. А он, естественно, его, хоть и не собирался забирать, но даже при всем желании, не успел бы это сделать, находясь в отключке столько времени. Но, на удивление, либо такой слежки не было, либо она не дала о себе знать, и он смог преспокойно зайти домой. Хоть Акс и сильно пострадал при терракте, но отпечатки пальцев, как и сами пальцы, никуда не делись и дверь открылась.

Вообще, современные дома были сделаны добротно. Одна шумоизоляция чего стоит! Можно громко слушать музыку, стонать всей оргией во время секса или что-то еще, но никто не будет жаловаться, ибо ну ничегошеньки не слышно. Звуки появляются только когда открываешь дверь. Собственно, кое-какие звуки Акс и услышал. Стон девушки сложно с чем-то спутать. Однако… Аксель еще раз проверил, не ошибся ли он квартирой. Но нет, это был его дом. Кто, мать твою, это мог быть. Зачем? Почему? Как? Может, это последствия лечебных препаратов? Или кирпич на голову упал сильнее чем нужно?

В любом случае, кто-то сейчас очень сильно огребет. Акс ворвался в комнату, где происходил коитус и, мягко говоря, охерел. Это был Томми и какая-то девушка. Абсолютно незнакомая ему, но, по опыту, понятно, что проститутка.

– Акс…ель? – друг был обескуражен не меньше, а может и больше.

– Говноед? – прорычал-парировал настоящий владелец квартиры.

– Ты как тут оказался? – подбирая под себя одеяло и «стряхивая» с себя девушку с позы наездницы.

– О, нет, это ты мне сейчас расскажешь, какого хера тут творится?! – кулаки чесались, руки дрожали от злости, глаза налились кровью. Один неправильный или тупой ответ и… Томми знал друга и понимал это превосходно.

– Ну, когда я понял, что ты тут не бываешь, я начал сюда приходить… Иногда. Чисто чтобы снять стресс. Дома такой бедлам живет. Дети орут, жена недовольна. Работа денег ни хрена не приносит.

– Ах, ты мой примерный семьянин. Нет, я тебя знаю, что ты любитель баб, но, чтобы это снова всплыло через СТОЛЬКО времени!? – тут Акс вспомнил, что видел чьи-то вещи, которые показались ему незнакомыми, когда он приходил последний раз с сетрами и Светочем. Тогда просто показалось, что "ну, вещь и вещь". "Ну, не веду же я учет шмотья Карен, хотя ТАКОЕ бы она не надела" или что-то в этом духе, но оказывается все куда прозаичнее.

– Прости! – Томми пытался подобрать под себя оделяло, которого уже не осталось.

– Я спал здесь со своей женой. На этой самой кровати. А теперь ты, зная, как мне херово, решил выдрочить все эту квартиру?!

– Да по чем мне знать?! – срываться от нервов начал и Томми. Вовсе оттолкнув девушку в сторону и подорвавшись в сторону друга, он продолжил:

– Ты связался хер знает с кем, хрен знает зачем. Не пишешь и не звонишь. Ты всегда был с ебанцой и только Карен смогла это обуздать и успокоить. А после ее смерти ты превратился непонятно в кого.

– Не смей произносить. Ее имя, особенно для тебя здесь и сейчас. Но Томми, не слушая ничего снова пошел в атаку:

– Ко мне приходили люди, Аксель. Ко мне домой! В лучшем случае, это была полиция. В худшем, какие-то отщепенцы. Все искали тебя. Что ты сделал? Кому ты дорого сейчас перешел?

– О нет, лично тебе, я ни на что больше не отвечу. Шел бы ты отсюда, петушок. Встал! И вышел, сука!

– О да, я-то уйду. А ты продолжай «свою борьбу» хер знает с чем. Снова превратился в бандюгана. Ни жены, ни…

И кулак Акселя сочно втрескался в зубы Томми. Тренировки не прошли даром и рывок был образцово-молниеносным. Зубы, конечно, он не выбил, но в легкий-легкий нокаут отправил.

– Возьми своего ловеласа, – обратился он к проститутке, которая сидела на полу на коленях. С таким же жалобным взглядом, полным страха и боли, как это было у Аркадии в доме Дорадо. Та так же сидела над телом сестры, находясь в ужасе и шоке. Они в своем кругу, Акс, Светлячок и сестры, никогда не поднимали эту тему снова. Девушки ведь были очень боевые, но что-то заставило их в тот момент испугаться настолько, что пришлось выручать. Жаль, вряд ли теперь они все вместе что-либо когда-нибудь обсудят…

– Возьми своего ловеласа, и пиздуй на хуй отсюда. Тридцать секунд. Время пошло, – и сам пошел на кухню, взять что-то потяжелее на всякий случай. Бить девушку он не собирался, но нужно было сделать угрожающие вид и жест.

Проститутка послушно все собрала, помогла подняться Томми и выскочила пулей за дверь. Бывший друг хоть и получил, но с помощью смог уйти на своих двоих.

Акс же пошел в гостиную и плюхнулся на диван там. Это было нечто… Его самочувствие, разумеется. Дела, вроде, вот-вот начали идти в гору. Все становилось только лучше. А потом за такой короткий промежуток ТАКИЕ события. Безумно хотелось опустить руки. Что теперь делать? Что, черт дери, теперь делать?…

Такие разные, но все равно скоро умрут

– Это был интересный опыт.

Вито сидел в безумно удобном кожаном кресле и пил старый скотч, века этак двадцать первого. Помещение, в котором он сейчас находился, не видел никто из его коллег, знакомых, друзей или кого-либо еще.

– Мерседес, давай еще разочек и разложи по полкам чуть понятнее, чем раньше, ибо я сейчас немного не в состоянии.

ИИ, который откликался на имя «Мерседес», немедленно ожил:

– Добрый вечер, господин Вито, о чем идет речь? – мелодично, максимально естественно отозвался компьютер.

– Что за парень, этот Аксель? Я клянусь, не понимаю, как я смог его пропустить…

– Элементарно, господин Вито. При всем уважении, вы живете уже более двух сотен лет и имеете право дать слабину…

– Скотина, заткнись, – сказал, как отрезал пилигрим, – Ты – мое ебучее создание, и я во сто раз умней тебя. Я требую ответа, почему этот парень смог ТАК втереться в доверие.

– Нет ответа. Есть предположение. Он импульсивен и уперт. Его сложно анализировать. Еще сложнее предвидеть будущие шаги. Он не обладает высоким интеллектом, но я видела огрехи в логике его мышления. В одно мгновенье, он рассуждает об одном, через секунду, мысль перехватывается и начинает парировать старые тезисы.

– Его как-то контролируют? – Вито отпил из стакана со льдом и не придал значение словам его ИИ.

– Нет. Он крайне никчемен для контроля.

– Где он сейчас?

– Нет ответа. Есть предположение. Мертв, его тело неопознанно после обрушения здания. Второй вариант, жив, но находится в одной из городских больниц. Если это корректно, у него долг в несколько десятков тысяч.

– Что с девочками? – голос Вито дрогнул. Да, эти мелкие суки предпочли заинтересоваться более молодым самцом. Но…

Нет, желания трахнуть сестер у Вито не было, просто это были безумно сильные боевые единицы в его активе. Они не раз доказывали свою эффективность, но сделав один красивый жест, Аксель растопил их сердца больше, чем Вито за годы работы с ними.

– Мертвы. Их амуниция не давала шанса на выживание. Помочь мог какой-то случай, но я не могу найти логичную причину этому. Шанс крайне мал.

– В общем, я все понял, – Вито встал и начал ходить по комнате туда и сюда. Это была самое тайное помещение из всех, что есть в особняке или под ним. Оно находилось там же, где планируются все задания, где стоят кушетки, голостол и прочее. Но, естественно, сам вход скрыт как влагалище манахини. А "Мерседес" – его творение, один из первых ИИ, который когда-либо был создан еще в двадцать первом веке. Именно на его основе появились и другие, которые сечас трудятся на благо общества. Но это не значит, что он слабее, нет. Скорее, наоборот.

Так же, Вито понимал, что несмотря на омоложение и жизнь в две с лишним сотни лет, нет-нет, да и тело может дать сбой. В первую очередь разум. Столько воспоминаний, столько мыслей прошло сквозь него за это время. Переживания, горе и радости, потери и победы. Это утомляет. Жить бесконечно – в теории можно, но чем больше возраст, тем меньше это начинает походить на жизнь. Скорее, жалкое существование а-ля картошка.

Ему осталось крайне немного времени, в рамках пары веков, на осуществление своего "злодейского" плана. Каждый раз, задумываясь о нем, Вито усмехался. "Злым" он его называл в ковычках, разумеется. Ведь это однозначно сделает мир лучше, просто большинству покажется слишком радикальным сия задача. Впрочем, поживи столько, сколько прожил он и ты поймешь, что цель оправдывает средства.

– Мерседес, что сейчас делает Светлячок?

– Сидит в комнате, собирает модель космического коробля.

– Что-то в последнее время за ним наблюдалось? Последствия или странности в поведении?

– Аксель был его первым другом. Аделитас и Аркадия второй и третьей подругами соответственно. Он разом потерял их всех и снова вернулся к замкнутому существованию и времяпрепровождению.

– Ясненько… – этого следовало ожидать, но как же Вито было плевать на это. У парня есть своя роль в плане. Его нужно просто провести через все препятствия к этому моменту, а дальше будь что будет. Вероятно, надо вернуться к поиску его подруги. Со всеми своими потерями в лице ребят, эта находка может вдохнуть новую силу. А там и роль будет разыграна.

– Господи, – подумал Вито. – Как же все легко по итогу получается.

И это было правдой, но замутненный от выпитого скотча рассудок забыл дать одну простую команду по поиску Акселя в больницах, о чем ему "намекала" Мерседес. Посему, пока что, парень будет жить.

***

– Малыш, может ты все таки пойдешь и покушаешь? – Альбина, гордо выполняющая обязанности матери в особняке Вито, робко заглянула в комнату к Светлячку.

Парень редко выходил из нее. Обладая организмом, чьи показатели значительно сильнее организма другого стандартного человека, он стал мало спать. Днем собирал модельки разных космических кораблей за всю историю человечества, ночью же самостоятельно и максимально скрытно искал информацию о своей "боевой подруге", которая, оказывается, скрывалась все это время. И иногда пытался что-то найти в полицейских сводках новости по тому обрушенному зданию, в котором погибло несколько сотен человек.

Все тела вроде и удалось найти, но многие не поддавались опозанию. Нынешняя медицина позволяет это сделать за пару минут, но при условии, что часть ДНК умершего находится в базе данных силовых структур или где-то еще. Но, так как бОльшая часть погибших скрывалась от правосудия из-за своих темных дел, опознать трупы было или тяжело, или невозможно. Что первых, что вторых было достаточно, а значит одним из них могли быть его друзья. Ведь всякий, кто начинал не просто проходить курс терапии в особняке Вито, а становился его "бойцом" или, если угодно, соратником, вычищался из таких баз. Аксель же, хоть и лежал в больнице, но пока что, был "записан" в живые только на бумаге.

– Нет, спасибо, Альбина. Не голоден. Лучше расскажи, нужна ли кому помощь в делах?

– Что? В каких таких делах? Имеешь в виду, есть ли новенькие с ментальными проблемами? – она уже полностью стояла в кухонном фартуке, поверх одежды, в дверном проеме и стереотипно мешала ложкой некую субстанцию в глубокой тарелке.

– Ой, я забыл, – Светлячок понял, что кому-кому, а у нее про "дела других" спрашивать нельзя. Вито, в его редкие моменты сентиментальности, вскользь упоминал, что он неоднократно пытался завербовать Альбину, чтобы не приходилось ей врать и не нужно было лишний раз играть в конспираторов, но всякий раз это заканчивалось истерикой со стороны женщины и последующей краткосрочной амнезией, вызванной препаратами. Собственно, теми самыми, которыми Вито пугал Акселя во свое время.

– Что забыл?

– Что так и не помог толком Акселю. А тут хочу снова кому-то "не помочь". Лучше посижу тихонько, – постарался перевести тему паренек и шмыгнул носом.

– Ну, почему же, дорогой ты наш? Вспомни, каким побитым он пришел! Наркоман и алкаш. Нет, не подумай, я не была плохого мнения о нем. Просто, это же факт, да? Выглядел он ужасно, – стала причитать и качать головой Альбина.

– Да, он таким был, но я так и не смог помочь ему, – дважды шмыгнул носом Светлячок.

– А с чем нужно было подсобить-то? Мне кажется, ты смог его заново раскрыть. Вито же сказал, что он как раз нашел новую, эту треклятую, работу. Но случилась просто ужасная трагедия, что именно в этот день произошел такой терракт. Да и девчонок эта холера забрала… Поверить не могу. Они, конечно, так и не смогли меня принять, сторонились часто, особняком держались, но вы с Акселем смогли их разговорить, подружиться. Я думаю, это дорого стоит. Что перед тем как умереть, человек смог побороть свои страхи и встать на новые рельсы. И ты один из главных участников этого становления, понимаешь? Я бы не хотела умереть как они, под заваленными зданиями, но, как минимум, надеюсь, душа моя будет спокойна.

– Наверное. Надеюсь. Не знаю. Все могло быть иначе.

– Ты главное, не закрывайся снова, пирожочек. Грустный опыт – тоже опыт. Я не одного родственника в жизни потеряла и знаю о чем говорю.

Светлячок кивнул, улыбнулся и продолжил заниматься сборкой модели. Космос всегда тянул его к себе, а теперь, как будто, и вовсе открыты все двери.

***

Томми сидел за обеденным столом на своей работе, на радио. Каждое сообщение, что приходило от жены, заставляло его вздрагивать. Он жутко боялся, что Аксель расскажет его жене об изменах. Сейчас от, возможно, бывшего лучшего друга можно ожидать чего угодно.

С тех пор, как Карен умерла, ее квартира пустовала и это было идеальным местом водить девочек. Несмотря на наличие жены и детей, Томми всегда был любвиобильным. Возможно, даже сексоголигом. И водить дам сюда на работу, было, как минимум, неудобно из-за отсутствия нормальной кровати. А здесь такой карт-бланш! И кто бы мог подумать, что его сходящий с ума друг, все таки рискнет вернутся в эту обитель? Да нет, понятное дело, такой шанс был всегда, но он думал, что хорошо знает Акселя. И тот всегда был очень… трусливым в этом плане. Избегал мест, звуков и запахов, которые могли бы окунуть в прошедшее счастливое время. В этом нет ничего плохого, но ведь потом из этих приятных воспоминаний тебя выдергивают в злую реальность, а это делает больно. А здесь бац и явился.

Впрочем, Томми старательно не загаживал квартиру. Да, девочки могли забыть нижнее белье, где-нибудь в гостинной, но потом-то забирали! И вот сейчас, было очень страшно, что правда всплывет на ружу и разрушит брак. Ведь это сулит огромными финансовыми проблемами!

После этой ситуации в квартире Акса, он пытался до него дозвониться и поговорить, но никто не отвечал. А приходить лично в гости – очень страшно. Кто знает, насколько протекла та крыша.

***

Отис был в ярости. Он абсолютно не знал, что теперь ему делать. Он заварил такую кашу, что пойди ее разбери. Нанял бандитов, похитил человека, угрожал ему, а тот сквоь землю провалился, нигде нет с тех пор. И решительно не ясно, а где же он? Пошел в полицию? Умер? Засел на такое дно, и готовит план по отмщению? А может, что-то другое?

Бессилие утомляло. Тяжело быть в неведении и не контролировать ситуацию. Сейчас его успокивала только его семья. Всякий раз, когда он был с детьми и женой – он в них растворялся. Наслаждался каждой секундой, ведь она может стать последней.

Прямо сейчас его за палец держал самый младший ребенок. Тот еще не умеет ходить или говорить, но эта связь, что протекала между юной кистью и мощным пальцем взрослого человека, наделяла надеждой, спокойствием и уверенностью, что все будет как надо. Оклик из сосденей комнаты его вернул в настоящее:

– Отис, дорогой, пошли спать. Нам завтра снова рано вставать.

– Юнон, любимая, может, нам у родителей попросить немного денег и немного прокачать себя? Время сейчас опасное, вон, полтора почти года назад что творилось. Чистой воды гражданка была. Железяки на пробирочных пошли. Простой человек больно хрустален стал. Легкоповредим.

– Чего это ты так? Забеспокоился.

– Да я давно об этом думаю. Наверняка, есть льготы для больших семей. Оптом дешевле, – сказал мужчина и разулыбался.

– На всю семью хочешь раскошелиться? Мы и так в долгах…

– Понимаю. Ты хотя бы подумай на этот счет. Лишним точно не будет.

– Подумаю. Но может мы модем пойти спать? – устало заявила Юнона.

– Ты иди, а я сейчас душ приму, мелкого уложу спать и подойду.

***

Детекив Дрейк Кэссиди сидел за своим рабочим столом в участке, пил висики и в очередной раз перебирал фотографии разных людей. Кто-то был связан с друг другом, иные же жили в другом месте, в другое время и никак не связаны с "сегодня". По крайней мере, так кажется на первый взгляд. Все же, есть некая нить, что объединяет всех их. И вот, оно вроде вертится на языке, но каждый раз при попытке крикнуть "Эврика!", оно ускользает.

– Дрейк, дружище, ты скоро? – на границу кабинета подошел его друг и начальник Джош Брокк.

– Не знаю, мне не спится, "не естся" и "не веселится".

– Ты все еще копаешь по делу этого мусоровоза?

– Агась, – допил залпом стакан детектив.

– Хватит. Это уже не нормально. Это какое-то СПГС, – рявкнул начальник. но затем, продолжил как друг:

– Мы прогнали это дело через ИИ. Был бы там подвох, мы бы заметили. Если что-то и творится с этими всеми людьми, то это только следствие проблемы. А никак не ее корень или исток.

– Отчасти – да. Но не на сто процентов. Мне нужно время. Мне нужно, чтобы произошло что-то еще. Я уверен, чувствую, что следующий кусок пазла откроет картину достаточно, чтобы понять, какого тут творится. Я, наверное, просто жду.

– Сделай вид, что ждешь, но дома. Или загородом. Вариантов масса! Могу компанию составить, но не сегодня. Согласишься?

– Ближе к выходным напомни про предложение, – отмахнулся Дрейк.

Оба понимали, что разговор ни к чему не приведет и все останется на кругах своя.

Второе важное убийство

План Акселя был прост до безобразия. Ва-банк вот и все. Но нужно было, так сказать, протестировать на человеке уровнем поменьше. Опыт нахождения в команде Вито дал свои плоды. А тесное общение со Светлячком научило многим вещам. Так, например, найти и отследить Отиса, который с пеной у рта обещал убить Акса, было очень просто. Ну, относительно, конечно. Никаких имплатнов, которые бы оставляли следы, у водителя не было, поэтому, нужно было найти несколько точек, в которых часто «светился» Отис и посетить ту, в которой было бы удобно устроить засаду. Да, адрес тоже был известен, но, видимо, это адрес его родителей или кого-то другого родственника, где раньше жил мужчина. Так как местоположение конкретно этой квартиры было вообще в другом городе, а такую точку интереса можно было смело отметать.

Другая точка – работа Отиса. Городская служба вывоза мусора. Там много людей, огороженная территория – неудобно. Третья – высотка в гетто, Акс точно знал, что там расположена какая-то конторка по выбиванию из людей денег или информации. Но она настолько никчемна, что даже Вито с ними никаких дел никогда не имел и не собирался. Ну, а последнее место, где часто был Отис – спальный район на далеком отшибе города. Ничего особенного в нем нет, там часто берут квартиры люди с низким достатком. Ну, очевидно же, куда надо идти!

Никакой экипировки у Акселя, конечно, не осталось. В его старой квартире, где они жили с Карен, он появился-то всего пару раз, поэтому из одежды пришлось взять с собой то, что было в доме. Плюс, ночью перед делом он пробрался в больничный склад, где были вещи его и сестер, с которыми он попал под завал. Почти все было всмятку, но не катаны, с которыми девушки пошли на дело. Не ясно, из какого материала они были сделаны, но кроме царапин, на них не было следов завала.

***

Сегодня был очередной сложный день. Отис устало крутил руль своего мусоровоза до дома, где хотел принять ванну и затем поиграть с детьми. Поиск пакостника Акселя не дал результатов, но может оно и к лучшему. Это даже начало успокаивать. Ему не хотелось переступать черту и действительно мучать или убивать парня. Но тот, как будто, не оставлял ему выбора. А тут этот Аксель просто пропал! Никаких новостей о нем нет, а это может значить либо то, что он сбежал и пустил все на самотек, либо, что даже лучше, умер. Ведь люди из конторы, к которым он обратился за помощью в устрашении парня, сразу сказали ему, что тот связан с криминальным миром. И прошлое у того было сомнительное. Не ровен час, настигла смерть. Если, так протянется еще месяц, то дело автоматом перейдет в закрытое и можно будет жить спокойно дальше. Всего лишь месяц, как же это мало…

– Дети, папанька вернулся домой, – Отис открыл дверь и хотел высказать жене, почему она оставила ее не запертой. Да, район спальный, но не безопасный же. – Почему никто не встречает? Ау!

Но в ответ никто не шел, не топал маленькими ножками и не пищал от радости.

– «Может, гулять пошли или в магазин?» – подумал он.

Он повесил куртку своей рабочей формы и первым делом пошел в спальню. Несмотря на то, что квартира была двухкомнатной, дети часто играли в родительской комнате, а в своей только спали.

Дверь отъехала в сторону и Отис смог заглянуть в спальню.

– Привет, – сказал Аксель, держа за волосы его жену, которая, в свою очередь, стояла на коленях.

– Это ты…

– Не ждал меня увидеть? Почему? Я, правда, немного опоздал, но вряд ли ты сейчас на это обижаешься, – Аксель второй рукой подвел одну из катан ближе к горлу женщины.

– Что ты делаешь? Отпусти ее, – Отис совершенно и абсолютно было опешен и не знал, как действовать в такой ситуации. Голос был испуган, а руки дрожали.

– Нет. Но мы можем поговорить.

– Где дети?

– Вон, лежат на кровати, – кивнул Акс в ту сторону.

Отис сперва даже не увидел, что действительно на кровати кто-то есть. Крови на них не было, но и в сознании они не находились.

– Они живы?

– Да, уж их-то я трогать точно не буду.

– Отпусти ее! Мы поговорим! – Отис стал чуть смелее.

А вот Аксель очень грустно опустил голову в низ. Какой же глупый диалог, какой же глупый мужик! Какие люди в целом тупые! Почему нельзя быть хладнокровнее? Почему нельзя пошевелить извилиной и перестать вот так истерично о чем-то просить, когда ты не в том положении?

– Скажи мне, она тебе снится? Девушка, которую ты сбил, – Акс попытался вырулить на действительно какой-никакой, но конструктивный диалог. В любом случае, исход уже решен, но хотелось просто понять, что у человека в голове после такого происшествия. Грызет ли его это так же, как грызет парня.

– Что ты хочешь от меня услышать? Раскаяния? Я не убивал ее! Это случайность, я не хотел всего этого утроить.

– Ты уснул за рулем. Ты.

– Тогда ругай правительство! Мэра и всех чиновников! Почему только я виноват? Кто загнал людей настолько, что они засыпают за работой?! Кто ебучую лампочку не может поменять в тоннеле?!

– Я до всех доберусь, если понадобится. Но здесь и сейчас есть только ты. И спрос с тебя! – Аксель надавил катаной на шею сильнее, от чего девушка проснулась, но кляп во рту не дал орать или что-то говорить.

– Скажи, что ты хочешь?

– Сейчас или в целом?

– Оба варианта.

– Сейчас я хочу справедливости. Зуб за зуб. Я убью ее, а затем убью тебя. Не нужно было переходить мне дорогу. Если честно, я давно думал об этом всем. Но никак не решался. А затем ты меня нашел и знаешь, я сразу нашел в себе мотивацию. Надо было быть готовым к последствиям.

– Давай, сперва, останусь я. Они уйдут, и ты убьешь меня.

Аксель вздохнул. Он устал от киношности и героизма Отиса. Это работает, если убийца мешкает. Если он не готов к преступлению черты. Поэтому, надо было с этим уже кончать. Он взял связанную старшую дочку Отиса с кровати, и бесцеремонно бросил ее на пол, рядом с матерью, от чего девочка проснулась и с круглыми глазами смотрела на обоих родителей.

– Ты, – он ткнул в сторону визави катаной. – На колени.

– Обещай, что не тронешь детей, – Отис испугался за дочь и потерял весь свой пыл и настрой.

– Обещаю, – сказал Акс, пока тот вставал на колени. – А теперь шоркай ко мне и остановись перед женой.

Мужчина неловко начал ковылять в их сторону и остановился как было указано.

– Смотри ей в глаза, – Аксель схватил женщину за волосы еще крепче и подтянул их вверх, так, чтобы шея стала длиннее. – Один твой писк, друг мой, и я порешу всех в этой комнате.

Глаза женщины были залиты страхом, но из-за кляпа ни слова не могла сказать. Она смотрела то на мужа, то на ребенка рядом, и с каждой секундой слез в ее глазах было все больше.

Катана медленно прошивала ей горло сзади. Отис потерял дар речи, нижняя губа дрожала, изо рта сочились слюни, медленно текли сопли из носа. Но он не издавал ни звука, ни единого слова.

Холодное оружие уже вышло с передней стороны горла, прошив трахею. Кровь сочилась и заливала ковер в спальне. Аксель же смотрел за этим с упоением. На секунду стало хорошо. Благодать потекла по телу теплым ручьем. А говорят, месть не поможет успокоить бедный разум.

Жизнь в глазах женщины медленно начала гаснуть, но зрачки до последнего были направлены на мужа. Наверное, так бы смотрела Карен на Акселя, если бы они дожили до ста лет и умирали в окружении семьи от старости в кровати. А Отис все еще не издал ни звука. Это хорошо, это нравилось Акселю.

– Что же, как я и обещал, я не трону твоих детей. Можешь поверить мне на слово, – сказал Акс, резко вытащил катану из шеи и как копье метнул в голову Отиса. Баланс у оружия был замечательный, поэтому лезвие нежно вошло в лоб мужчине, от чего тот один раз дернулся и резко повалился на бок.

Дочь убитых смотрела на все с ужасом. Убийца повернулся к ней:

– Я должен был это сделать. Мучайся и живи с этим, как жил я. А затем найди меня и сделай то же самое, что я с твоими родителями. Договорились?

Акс вытер оружие о постельное белье и пошел на выход. Надеясь, что соседи рано или поздно обратят внимание на глухие звуки зова детей.

Любовь к "железу"

Аксель начал готовиться к сражению с Вито. Прокрутив в сотый раз историю их взаимоотношений и общения, у него не осталось сомнений, что это был саботаж и подстава. Акс начал набирать влияние в этой общине и это надо было исправить. Что, собственно, Вито и сделал. И, скорей всего, пилигрим считает, что парень мертв, раз никто не явился по душу молодого.

Уходя, Акс забрал с собой чистую сменную робу Отиса, чтобы в ней подобраться поближе к дому Вито. Так он привлечет меньше внимания. А катаны будут спрятаны в тубусах, которые, обычно, носят школьники.

Так же, Вито даже не надо будет искать. Наоборот, надо будет пробраться в дом только тогда, когда его там нет. Впрочем, понять, есть ли бывший наставник дома – легко. Если его красный спорт кар у ворот – он дома. Вито старый и опытный человек. Но ожидать засаду у себя же – самый слабый вариант развития событий. Тем более, от бывшего ученика. Да, в том районе Акса знает каждая собака, но как своего!

***

Завершать свою вендетту парень отправился где-то через сутки. Особняк был тоже недалеко за городом, но в хорошем и дорогом районе. Поэтому, чтобы добраться к началу сумерек, надо было отправить рано вечером. Все-таки, дело шло к осени и вечереть стало быстрее.

Весь прошедший день Акса не посещало ощущение, что кто-то смотрит ему в затылок. Прям сверлит взглядом. То ли это было предвкушение сражения и так выражался страх перед более сильным соперником, либо кто-то действительно сел на хвост. Может, что-то третье, но решительно не ясно, что именно.

Отправился он туда на вакуумлифте, большой прозрачный куб, который передвигался по маршруту на монорельсе. Затесавшись среди людей, проще потом будет избегать преследования, если вдруг что.

Выйдя на своей остановке, он отправился к особняку в надежде, что машины не будет. Но ощущение, что за ним следят, стало неописуемым. Поэтому, вместо прямого пути до дома, пришлось петлять среди улочек района, чтобы сбить предполагаемый хвост или устроить засаду.

Зайдя в один из подземных переходов, которые тут были скорее для красоты, так как трафика было немного, Акс разбил тубусом все лампы, до которых смог дотянуться и вломился в подсобное помещение, в котором уже лет двадцать никто не работал и вообще забыли о его существовании.

Темно в переходе не стало, но это должно помочь напасть на человека. Пока тот будет только привыкать к меньшему количеству света, Акс уже адаптируется к окружению.

И да. Минуты через три за ним вниз спустился какой-то грузный человек. И как только этот незнакомец ушел с солнца, Аксель узнал в нем детектива, который вел дело смерти Карен. Как он его нашел? А зачем? А что будет дальше, когда они встретятся?

На все эти вопросы надо было узнать ответы, и Аксель вышел из сумрака, наставив на полукиборга катану.

– Зачем вы здесь? – спросил он детектива Дрейка.

– Аксель Кейн, вы арестованы по подозрению в убийстве.

– Убийстве кого именно?

Дрейк приподнял одну бровь вверх:

– У убийств было несколько? Тогда за все разом.

– Хорошо, но сперва мне нужно убить еще раз. Вы же меня сможете отпустить на пару часов?

Детектив вздохнул ровно так, как это делал Аксель в момент речи Отиса перед смертью. Наверняка, мысли были схожие.

– Зачем ты это все делаешь, парень? Это глупо, я видел сотню таких как ты. Не утруждай мне работу. И сдайся.

– Не могу. Может позже, но точно не сейчас.

Кэссиди вытащил пистолет из кобуры и наставил на Акселя:

– Пожалуйста.

Акс посмотрел на ствол, посмотрел на свои катаны. Хмыкнул и вздымая руки вверх, дескать, сдаюсь, бросил одну катану к ногам детектива и тот, бросил на нее взгляд. Лишь один и короткий взор, просто убедиться, что это самая обычный меч, но подняв глаза обратно на парня, увидел, как в него летит вторая катана и вклинивается аккурат в кибернетическую руку, которая держит пистолет. Огнестрел выпадает, а другой рукой Дрейк выдергивает «занозу», снова бросает злой взгляд на Акселя и в этот момент ему прилетает мощный апперкот в подбородок.

Да, хоть львиная доля тела у детектива и была из железа, но лицо и голова – вполне себе человеческие, поэтому того знатно ошеломил удар. Аксель же понимал, что нельзя давать продохнуть врагу и продолжал бить, проводя серию ударов, метя в те части тела, что не были стальными.

Дрейк, конечно, удивился от такого напора, но у него это далеко не первая драка, поэтому быстро придя в себя, ударил наотмашь по туловищу парня. Акс увернулся и отпрыгнув назад, взял в руки брошенную в самом начале в ноги катану.

Кулаки детектива начали приобретать желтоватый оттенок. Мало того, что одного удара по человеческой голове такой рукой будет достаточно, то теперь просто поставив блок, получишь ожог и лишишься кожи, которую оставит ожог.

По сути, драка идет до одного удара. Либо Аксель своей катаной из прочнейшего сплава разрубит жизненно-важную часть тела детектива, либо сам Дрейк угомонит юнца ударом своей раскаленной наковальни.

Пара так и стояла, ожидая, кто первым выдвинется на врага. Стальной гигант пошел в атаку первым. И рьяно начал размахивать кулаками пытаясь задеть парня. Нет, это не было похоже на какую-то хаотичную атаку. Каждое движение детектива было нужным. Если он делал шаг, то такое же расстояние отступал Аксель. Все, что делал Дрейк не было лишено смысла. Несмотря на свои габариты, удары были быстрыми, как молния. Хорошо, что катаной можно было рисковать парировать удары, зная, что они не сломается.

Но так не могло продолжаться вечно, все-таки у одного из бойцов преимущество в виде улучшенного тела, которое не устает. Или хотя бы не делает это так быстро. Поэтому потихоньку, удар за ударом, но Аксель начал ошибаться, и Дрейк нет-нет да «кусал» парня по касательной.

И в какой-то момент, после одного из легких толчков, Акс не удерживает равновесия, падает назад, и садится на жопу. Пытается резко вскочить и выпадом уколоть врага, но детектив уворачивается, хватает парня за руку, которой он держит катану и сжимает ее с такой силой, что она превращается в фарш, а оружие выпадает из рук. Вся кисть, каждый палец сломаны и не подлежат восстановлению. Аксель вскрикивает и падает на колени.

Дрейк отпускает молодого. Отряхивает руку от того, что на нее налипло и последним ударом решает добить в голову поверженного, но на его несчастье, с другой стороны перехода появляются люди, которые туда спустились и теперь видят эту картину. Да, Дрейк снова отвлекся, что и стоило ему жизни. Аксель хватает катану с пола здоровой рукой и наотмашь проводит по детективу ровную полосу прям по среди лица, рассекая его на две половины.

Случайные прохожие в шоке бегут прочь, а тело убиенного падает на спину.

– «Как же, блять, не вовремя», – подумал Аксель об этой стычке. Ведь теперь не совсем понятно, как быть с Вито.

Парень начинает осматривать тело детектива, пытаясь понять, что за кибернетические устройства у него есть. И, конечно, это все было производства "Виндичес". Милитаристическая корпорация. И этакая наемная армия, и производитель оружия, протезов и брони. Хоть при этом использует наработки других корпорация. Это замечательно! Из-за специфики, в которой их товар используют, он должен быть максимально не уникальным, а значит…

Акс отрезал кисть у детектива и начал ею заменять свою новую культю. Благодаря тому, что протез универсальный и создан для военных, нет необходимости в сложной операции по его установке. Установленная в нем программа сама понимает, что ее пытаются вживить и прижигается к нервам пациента. Да, это жутко больно, но предполагалось, что у военного будет какое-то обезболивающее, чего у Дрейка не оказалось.

Корчась от боли в большой луже крови, Аксель терпел и ждал, когда процесс закончится. По-хорошему, надо было уйти и валяться в другом месте, так как не ровен час, сюда приедет полиция. На руку играло то, что со всей этой бойней, наверху было достаточно темно, чтобы, идя неосвещенными местами, не пугать людей видом крови.

Новый злодей

Сегодня был крайне продуктивный день! Вито удалось завербовать одну новую юную девушку, которая была заместителем заместителя отдела обслуживания ИИ для экспресс-судов! Отличный улов, дает много для маневров в будущем. Кроме того, она крайне и крайне миловидная, может ей удастся вытащить Светлячка из тоски. Парень совсем сник и пилигриму никак не удавалось его растормошить. А ведь на него была сделана большая ставка!

– «Может рискнуть и достать ему его подружку из пробирки», – думал Вито.

Это, конечно, звучит очень альтруистично, но тогда может произойти то, чего так не хотелось бы…

Обо всем этом он думал пока парковал авто у дома, на улице уже было темно и зябко. Очень хотелось выпить чего-то горячительного. Не согрева ради, но отдохнуть душой и телом. Алкоголь позволял задуматься и вспомнить то, что так хочется забыть все остальное время.

Вито закрыл дверь машины и открыл вход в гараж, чтобы оттуда спуститься в свое тайное логово. Несмотря на то, что там часто собиралась вся его компания по обсуждению каких-либо дел, настоящий размер этого бункера был гораздо больше, просто об этом никто не знал. Чего только стоит комната, в которой стоит его собственный ИИ. Первый в своем роде, который осознал себя целиком и полностью. Все, что было создано еще в двадцать первом веке – игрушка в сравнении с нынешней технологией.

Так как сегодня в планах не было сборов в этом «подвале», Вито закрыл за собой дверь на свой личный «засов». Теперь войти внутрь можно было по дыханию владельца. Обычно, этого не требовалось, так как в период, пока пилигрима нет, основной комнатой на этом цокольном этаже могли пользоваться все остальные. А максимально приближенные знали код от оружейной, если она им понадобится. Но тогда, когда Вито уже приехал и нужно пользоваться тайными-при-тайными комнатами, тогда вход блокировался намертво и открывался лишь изнутри.

Он начал складывать вещи, которые всегда спрятаны под его технологичной рясой, на стол. Стилеты, пистолет, деньги, портативный ЭМИ и многое другое. В итоге, повесил одежду на скрытую (спрятанной с целью не портить интерьер) вешалку и оголил торс. Огромное количество шрамов покрывало жилистое тело, ноль процентов жира, но и нет явно перекаченных частей тела.

Аксель наблюдал за всем этим из маленькой щели приоткрытой двери оружейной. В свое время Светлячок, как один из приближенных Вито, рассказал, как можно ее открыть. Другое дело, что до сих пор, в ней не было необходимости, так как для выполнения своих обязанностей в группе амуниции ему хватало.

– Ладно уж, выходи. Я, конечно, не сразу, но заметил, приоткрытую дверь и капли крови на полу. Я бы этого не допустил, – сказал Вито разминая затекшие за день плечи.

Акс, с катанами на перевес и новой рукой, медленно вышел из комнаты, будучи готовым к резкому рывку противника. Он редко видел его в бою, но все те разы, когда все же приходилось это делать, стычки заканчивались быстро. Никто на памяти Акселя не двигался так быстро. Люди – уж точно.

– Поговорим или сразу попробуешь меня добить? – молодой парень старался держаться на ногах ровно, чтобы не бросалось в глаза, как он ослаб от потери крови и болевого шока.

– Ты что! Я рад тебя видеть, – оскалился пилигрим. Возможно, это была попытка ироничной улыбки, но по итогу получился именно оскал.

– Конечно.

Прошла минута, но никто так ничего не сказал. И не сделал ни шага навстречу или в сторону. Они просто смотрели друг на друга и ждали.

– За что ты так с нами? Ладно я, а сестры? – устало, грустно и с обидой спросил Акс, не опуская оружия.

– Они начали поддаваться твоему дурному влиянию. Ровно, как и Светлячок.

– Да что я не так сделал!? – рявкнул парень, на глазах начали появляться слезы.

– Ты молод и горяч. Я живу уже сто пятьдесят… нет, двести с лишним лет и насмотрелся на таких как ты. Ты пес без цели. Бежишь от остановки к остановке не имея конечной. И мне это нравилось. Я всегда пользовался вашими услугами. Но я не люблю, когда кто-то пытается прыгнуть выше головы. Тогда я от вас избавляюсь.

– Но я же хотел и хочу, как лучше, я делал все ради этих ребят. Я пытался помочь им, каждому.

– Это было лишнее. Я бы смог обуздать твой максимализм, но, если бы у меня было больше времени. Ты же пагубно влиял на ключевых ребят. Из-за тебя умерли сестры. Ты их приручил, и они попали под раздачу. Тебе лишь повезло, что на тебе был костюм, а на них нет. Опусти катаны и прими смерть достойно. Ты отомстил за Карен, отправляйся к ней.

Акс посмотрел в сторону, как если бы там кто-то стоял. Кивнул, улыбнулся, подмигнул и ответил:

– Ты же был человеком веры, религиозным фанатиком. Кому если не тебе знать, что раз я не умер под завалом, не умер в сражении с детективом киборгом, то у судьбы явно есть на меня планы. И вот я здесь, в главном центре твоей секты. Ты выполнил свою цель, Вито, прими смерть достойно.

Аксель подошел к голо-столу и начал на нем что-то вбивать.

Пилигрим нахмурился и, в свою очередь, пошел к столу взять стилеты и пистолет, говоря:

– У меня к тебе предложение. Давай решим кто же поцелован судьбой. Ты – препятствие к моей цели или же я стал отправной точкой для твоей. Мои ножи против твоих мечей.

– Отлично! Я как раз хотел предложить то же самое! – сказал Аксель и с разгона сперва запрыгнул на диван в центре комнаты, и оттуда прыгнул на Вито, оттолкнувшись от мебели.

Было старику действительно двести лет или нет, но он резво схватил свое оружие и наотмашь отразил разящий удар с двух рук. Первую катану было отбить легко, а вот ту, которую держал протез – в разы сложнее. Это почувствовали оба дуэлянта.

Акс отпрыгнул в сторону, чтобы не получить контратаку и краем глаза заметил, что на обеих катанах остались маленькие зубцы:

– «Ясно, у нас у обоих оружие из одного сплава».

Вито же действительно сразу пошел в атаку.

Адреналин битвы помог справиться парню со слабостью. Вито же прошел столько битв, что эта уже не вызывала сильных эмоций. Нужно было просто исправить ошибку и, желательно, сделать это быстро. Удар за ударом старик оттеснял молодого в угол. Опыт давал о себе знать. Протез позволял Акселю наносить сильные контрудары, но этого было мало. В какой-то момент, ему стало понятно, что у Вито тоже есть какие-то импланты. Не может человек атаковать так долго и даже не вспотеть. Понять бы, что у него такое…

Через минуты три сражения, со стороны выхода стали доноситься гулкие стуки. Кто-то бил, будто тараном, в дверь. Акс улыбнулся:

– «Ну наконец-то! Сколько еще можно было тебя ждать».

Первый такой стук очень удивил пилигрима, что позволило Акселю нанести рассекающий удар по груди врага. Он бы мог стать смертельным, если бы не одно «но». После небольшого количества крови, стал виднеться какой-то черный … подкожный доспех???

– Вижу, ты удивлен. Наномашины, сынок, – усмехнулся Вито. – Как ты можешь видеть, кроме судьбы, нужно и самому что-то делать. Под лежачий камень – сам знаешь…

– А если серьезно, что это?

– У меня под кожей находится вторичная искусственная кожа, которая действует как броня, защищая кости и жизненно важные органы. Снаружи ничего не понятно, благодаря чему враг не подозревает, что я крепче, чем кажусь на первый взгляд.

Дело принимало более серьёзный оборот, чем раньше. Акселю же нужно было просто дождаться момента, когда в комнату ворваться, а это вопрос минут пяти.

Поэтому парень начал больше ходить и пытаться запутать врага. Ему нужна была передышка, плюс надо было выиграть это самое время.

– Кто там, за дверью, долбится? – кивнул в ту сторону Вито, разминая плечи.

– Сюрприз.

– Это мне тоже не нравится, поэтому… – и старик атаковал Акса, но безуспешно, удар был парирован.

Этот танец на мечах и ножах продолжался и продолжался, казалось, вечность, звон оружия стоял в ушах у обоих, оба были неоднократно зацеплены ударами соперника, но продолжали крутиться вокруг голографического стола. И да, в какой-то момент, дверь вышибают, она летит в сторону дуэлянтов и врезается в диван, откинув тот на пару метров. Их взору предстал Светлячок.

– «Дьявол. Я-то надеялся, это полиция или кто-то еще…» – подумал пилигрим.

– Я тут, Вито, ты звал меня?! О…

– Да, друг, привет. Не ожидал меня увидеть живым?

«Гость» хотел было подбежать и обнять того, кого считал мертвым, но в какой-то момент остановился.

– Это здесь происходит? Почему ты жив, и вы оба сражаетесь?

– Ох, Светляк, как бы мне хотелось все это тоже знать.

– Уходи, малой, здесь не до тебя, я потом объясню. Просто твой бывший лучший друг захотел убить меня и прибрать к рукам общину, – прошипел Вито не отводя взгляд от визави.

– Не понимаю… – Светлячок рассеяно смотрел на обоих, и продолжал стоять.

Но продолжать мусолить эту тему никто не стал и бой продолжился.

– Прекратите! – слезы начали застилать глаза свидетелю бойни, а кулаки сжимались все сильнее и сильнее.

Однако, драка как шла, так и продолжалась.

– Я сказал: СТОП! – рявкнул Светлячок и ворвался «меж двух огней" остановив оба замаха Вито и Акселя голыми руками. Благодаря тому, что оружие у обоих сильно затупилось, руки парня остались на месте, но лезвия вошли глубоко в ладони.

– Или вы мне сейчас объясните, что здесь происходит, или я вырублю каждого из вас, свяжу и будете сидеть пока не помиритесь!

На секунду и Акс, и Вито умилились наивности дорогого им человека. Был бы бой тренировочным, наверняка, через секунду оба прыснули бы от смеха и повалились на пол.

– Он пытался меня убить! Меня, Аркадию и Аделитас! Ты думаешь, почему мы не выбрались, а?

– Вы не успели, в тупик уперлись, ошиблись маршрутом, так мне сказали.

– Ну, так тебя знатно наебали!

– Не слушай его! – вклинился пилигрим. – Он инсценировал все, втерся к нам в доверие, чтобы урвать свой кусок власти! Думает, нашел слабых, хер тебе в рыло, щенок!

– А где сейчас сестры?

– Они… – Аксель попытался ответить, но Вито выдернув стилеты из остановивших их ладоней, как жидкость «обтек» юнца и напал на раздражителя. Вонзил один нож в плечо, второй в противоположное бедро и уже собирался разрезать плоть пополам, но его со спины схватили чьи-то руки и отбросили назад.

– Да что вы делаете, прекратите пожалуйста! – Светлячок все еще пытался «примирить» их, а с каждым словом слез становилось все больше, а голос дрожал сильнее.

Последние полученные ранения вывели Акса из боя. Ладно бы только рука, но и стоять было невозможно, сказывалась и усталость боя ранее. Пилигрим это увидел и решил закончить дело одним точным ударом. Он кинулся к Светлячку, толкнул его, что было сил, и резким выпадом пытался дотянуться до врага. И это бы получилось, если не тот самый Светлячок, который сильнее и быстрее их обоих, вставший на пути лезвия кинжала. Подставив спину, он заставил нож впиться в него, сохранив жизнь другу. Глаза Вито округлились, как никогда. Но, а Аксель… Ему то ли просто хотелось жить, то ли он был хладнокровнее всех в этом помещении, но он проделал похожий «трюк», что и в квартире Отиса. Своей катаной он «прошил» и Светлячка, и Вито, который стоял прямо за ним. Меч пронзил и вторую кожу пилигрима, и хоть такая рана не была бы смертельной, вторая катана «пришла» с боку и врезалась в шею, заставив голову дернуться в противоположную сторону. А затем еще и еще раз, до тех пор, пока голова старика не свалилась на пол.

Этот процесс занял от силы минуту, но когда Акс закончил и обернулся посмотреть на друга, то тот был уже мертв. Глаза стали стеклянными, а взор уставлен в одну точку. От грусти, злости и бессилия, он упал на колени. Да, он добился чего хотел, но какой ценой…

– Не грусти, милый. Пожалуйста, хватит, у меня сердце кровью обливается, – сказала Карен, которая стояла облокотившись на стенку.

– Я сделал, что мы хотели, но что теперь? – глотая воздух, спросил Аксель, ее некогда жених.

– Теперь пойдем дальше. Помнишь, к чему мы пришли?

– Да.

– Вот и славно, а теперь подойди и обними меня!

Акс послушно встал на ноги и пошел обнять свою возлюбленную, но в последний момент ноги подкосились, и он рухнул на стенку, у которой стояла Карен. Задев что-то, перед ним распахнулись двери, за которыми была еще одна комната, доселе невиданная парнем. В ней было почти пусто. Лишь в самом центре стояло нечто похожее на ранний прототип ИИ. Большой шар, с метр в диаметре, к которому тянулись толстые и не очень провода из стены.

– А вот это, кажется, должно нам помочь, – сказала Карен, которая уже стояла внутри этой самой комнаты.