Читать книгу: «Босоногий ангел»

© Сергей Александрович Лебедев, 2026

ISBN 978-5-0070-2476-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Роман «Босоногий ангел»
Глава 1. Дом на холме

Дождь зарядил с самого утра. Мелкий, противный, октябрьский. Соня стояла на остановке и грела руки о бумажный стаканчик с кофе. Кофе был уже еле теплый.

В кармане куртки завибрировал телефон.

— Сонечка, выручай, — голос диспетчера звучал виновато. — Тут вызов срочный. Ребенок, десять лет. Температура под сорок, хрипы. Сказали, адрес частный, оплата тройная.

— Я после суток вообще-то, — Соня зевнула. — Дай поспать, теть Марин.

— Там сумма такая, что тебе на полгода вперед хватит. Особняк на Кленовой. Знаешь этот район?

Соня знала. Элитный поселок за городом. Туда просто так не пускают.

— Ладно, — вздохнула она. — Скидывай адрес.

Через сорок минут она вышла из такси у массивных ворот. Черное небо, черные кованые прутья, черный мрамор на подъездной дорожке. Все дышало деньгами и холодом.

Охранник ростом под два метра молча открыл калитку. Смерил ее взглядом. Соня поежилась. Старенькая куртка, мокрые волосы собраны в небрежный пучок. В руках потертый медицинский саквояж. Она тут явно не вписывалась в интерьер.

— Вас ждут, — буркнул охранник и кивнул на дверь.

Соня вошла в холл. Мраморный пол, хрустальная люстра размером с небольшую машину. Тишина давила на уши.

Из полумрака вышел мужчина. Высокий, широкоплечий. Темные волосы коротко стрижены. Белая рубашка закатана до локтей, и Соня заметила татуировки на предплечьях. Не картинки ради красоты, а настоящие, боевые. Лицо резкое, скулы острые, глаза серые и какие-то очень усталые.

Он даже не взглянул на нее толком. Кинул на столик пухлый конверт.

— Здесь все, — голос низкий, с хрипотцой. — Сегодня нужен особый подход. Ребенок стеснительный. Сделаешь вид, что ты его новая гувернантка. Поняла?

Соня моргнула.

— Простите, я…

— Если мало, добавлю, — перебил он и развернулся. — Иди за мной.

Он развернулся и пошел к лестнице. Соня выдохнула и двинулась следом.

Наверху было темно. Тяжелые шторы не пропускали свет. Воздух спертый, пахло лекарствами и чем-то еще, тревожным.

В кровати лежал ребенок. Худой, бледный до синевы. Светлые волосы прилипли ко лбу. Дышал он часто и поверхностно, с присвистом.

Соня сразу забыла и про конверт, и про грубияна-хозяина. Она села на край кровати, открыла саквояж.

— Привет, — сказала она тихо. — Я Соня. Я доктор. Можно тебя послушать?

Мальчик приоткрыл глаза. Огромные, серые, как у старшего брата. В них плескалась боль и страх.

— Больно дышать, — прошептал он.

— Знаю, маленький. Сейчас станет легче.

Она достала фонендоскоп, согрела его в ладони. Хозяин дома стоял в дверях, скрестив руки на груди. Не мешал. Просто смотрел.

Соня слушала легкие мальчика, и сердце у нее падало. Жесткое дыхание, хрипы с двух сторон. Острый бронхит, возможно, с астматическим компонентом. Очень похоже на начинающийся отек.

— Ему нужна неотложка, — сказала она, оборачиваясь. — Прямо сейчас.

— Я не повезу его в больницу, — отрезал мужчина. Голос его стал жестким, как сталь.

— У него отек легких может начаться. Вы понимаете, что…

— В прошлый раз, — перебил он, — его увезли на скорой. И он три недели лежал в реанимации. Я не отдам его в больницу.

Соня увидела, как дернулся кадык на его шее. Страх. Звериный, отчаянный страх за младшего.

— Тогда не мешайте мне работать, — сказала она спокойно.

Она достала ампулу, шприц. Руки не дрожали. Когда она делала укол, мальчик даже не пискнул, только зажмурился сильнее.

— Сейчас будет горько во рту, — предупредила она. — Это лекарство. Потом придет тетя с небулайзером, подышишь, и станет легче.

— Вы останетесь? — прошептал мальчик.

— Останусь, — пообещала она.

И только потом поняла, что обещание дала не только ребенку. Хозяин дома смотрел на нее тяжелым взглядом. В нем читалось что-то новое. Удивление пополам с уважением.

Ночью она сидела у кровати и держала мальчика за руку. Температура упала. Дыхание выровнялось. Он уснул, и лицо его разгладилось, стало совсем детским, беззащитным.

Хозяин пришел под утро. Сел в кресло напротив.

— Как его зовут? — спросила Соня, не оборачиваясь.

— Даня.

— А вас?

— Тимур.

— Хорошо, Тимур. Дане нужен постоянный врач. Не разовые вызовы, а наблюдение.

Он дернул уголком рта. Не улыбка, но почти.

— Вы всегда такая наглая?

— Когда речь идет о детях, да.

Он помолчал.

— Контракт. Личный врач. Проживание здесь. Зарплата — любая сумма, которую назовете.

Соня наконец повернулась к нему.

— У меня есть одно условие.

— Слушаю.

— Никаких девушек по вызову в этом доме, пока я здесь.

Тимур поднял бровь. Потом все-таки улыбнулся. Уголком рта, кривовато. Но это была первая человеческая эмоция, которую она у него увидела.

— Договорились, доктор.

Глава 2. Бульон и предрассудки

Соня проснулась в незнакомой комнате и первые секунд пять просто смотрела в потолок. Высокий, белый, с лепниной. Такие потолки она видела только в музеях. Потом память вернулась. Особняк. Мальчик Даня. Грубиян Тимур. Ночное дежурство у кровати.

Она села. Кто-то заботливо укрыл ее пледом, пока она спала прямо в кресле. Рядом на столике стоял стакан воды и записка корявым почерком: «Даня спит. Не уходите. Т.»

«Т.» Это, значит, Тимур. Хоть одна буква, и на том спасибо. Соня потянулась, хрустнула шеей. На часах было десять утра. Сутки без сна давали о себе знать.

Она заглянула к Дане. Мальчик спал, свернувшись калачиком. Дыхание ровное, лоб прохладный. Кризис миновал. Соня поправила ему одеяло и на цыпочках вышла.

Дом в свете дня выглядел еще более странно. Мрамор, хрусталь, темные шторы. Все дорогое, но без души. Как декорация к фильму, где никто не живет по-настоящему. Соня спустилась на первый этаж и пошла искать кухню.

Кухня нашлась не сразу. Она была размером с квартиру Сониной мамы. Черный гранит, техника из нержавейки. Ни одной живой крошки на столешнице. Холодильник, открытый Соней, являл зрелище печальное: пара упаковок яиц, сыр, початая банка оливок и пиво. Много пива.

Она хмыкнула. Типичный холостяцкий набор. Только в дорогой упаковке.

В дверях возникла фигура. Тот самый охранник, что впускал ее вчера. Здоровенный, с бычьей шеей и маленькими глазами. Он смотрел на Соню с подозрением.

— Вы что тут делаете? — голос у него был под стать внешности, низкий и неприятный.

— Ищу, из чего сварить бульон, — ответила Соня, не оборачиваясь.

— Бульон?

— Куриный. Ребенку нужно горячее питание, а не оливки и пиво.

Охранник нахмурился. В его картине мира девушка, оставшаяся на ночь в доме хозяина, не должна была с утра шарить по холодильнику в поисках курицы. Она вообще не должна была вставать раньше полудня.

— Шеф знает, что вы тут хозяйничаете?

— Шеф предложил мне контракт, — Соня наконец повернулась и скрестила руки на груди. — Я теперь личный врач Дани. Так что если вы хотите мне помочь, привезите курицу, морковь, лук и зелень. Если нет, просто не мешайте.

Охранник моргнул. Переваривал информацию. Потом что-то буркнул и скрылся.

Соня вздохнула и отправилась на поиски выхода во двор. Может, в этом замке есть сад с травами. Или хотя бы соседи с огородами.

В коридоре она столкнулась с Тимуром. Он шел с телефоном у уха и что-то резко говорил кому-то про неустойку и штрафные санкции. Увидел Соню, замолчал на полуслове. Отключился.

— Доброе утро, — сказал он. Тон был настороженный.

— Доброе. Даня спит, температура в норме. Ему нужен бульон и покой.

— Я распоряжусь, повар приготовит.

— У вас есть повар? — удивилась Соня.

— Будет, — коротко ответил Тимур.

В этот момент в холл вошел давешний охранник. Не один. С ним был парень лет двадцати пяти с торбой, из которой торчала зелень. И еще один, с пакетами.

— Шеф, — прогудел охранник, — вы просили доставить продукты. Вот.

Тимур приподнял бровь. Потом перевел взгляд на Соню.

— Вы что, уже успели персонал построить?

— Нет, просто попросила курицу, — пожала плечами Соня. — А они сами догадались.

Парень с торбой неловко переминался с ноги на ногу. У него было открытое лицо и светлые волосы, собранные в хвост. На вид типичный студент кулинарного техникума.

— Это кто? — спросил Тимур.

— Костик, — представился парень. — Меня Гриша позвал, сказал, нужен повар на разовую акцию. Я вообще-то су-шеф в «Марселе», но сегодня выходной.

— Гриша — это вы? — Соня посмотрела на охранника.

— Ну я, — буркнул тот. — Вы сказали «привезите курицу». Я привез. И повара заодно.

Тимур потер переносицу. Вид у него был такой, будто он не понимает, в какой момент управление собственным домом уплыло у него из рук.

— Ладно, — сказал он наконец. — Кухня в вашем распоряжении. Доктор, надеюсь, вы знаете, что делаете.

— Я знаю, — спокойно ответила Соня. — Идем, Костик. Будем варить суп.

Через час кухня пахла так, как не пахла, наверное, с момента постройки особняка. В большой кастрюле булькал золотистый бульон. Костик оказался шустрым парнем с отличным чувством юмора. Он шинковал морковь и параллельно рассказывал про своего шеф-повара, который гоняет его за каждую крошку.

Соня слушала вполуха. Она проверяла температуру бульона и думала о том, что завтра нужно ехать в свою съемную квартиру за вещами. И позвонить маме. И забрать учебники.

В кухню заглянул Гриша. Вид у него был голодный.

— Пахнет вкусно, — признал он.

— Садись, — Соня кивнула на стул. — Сейчас будет готово. Только сначала отнесу Дане.

— Данька не ест почти, — тихо сказал Гриша. — Он после больницы вообще мало что кушает. Хозяин весь извелся.

Соня посмотрела на охранника. Сейчас он не казался таким уж грозным. Просто уставший мужик, который привязался к больному пацану.

— Поест, — пообещала она. — Я прослежу.

Она налила бульон в маленькую чашку, поставила на поднос и пошла наверх. Даня уже проснулся и сидел в подушках. Увидел Соню и слабо улыбнулся.

— Вы не ушли, — сказал он.

— Я же обещала, — Соня присела на край кровати. — Держи. Это волшебный суп. После него быстро поправляются.

— Волшебный?

— Ага. С секретным ингредиентом.

— С каким?

— С заботой, — улыбнулась она. — Давай по ложечке.

Даня выпил полчашки. Для первого раза совсем неплохо. Он слушал, как Соня рассказывает про Костика, который крошит морковку как шеф-повар, и про Гришу, который тайком стащил гренку. Мальчик хихикал, и это был лучший звук, который она слышала за последние сутки.

Днем приехал Тимур с каким-то мужчиной в деловом костюме. Они прошли в кабинет, но перед этим Тимур заглянул на кухню. Там за столом сидели Гриша, Костик и еще пара человек из обслуги. Все дружно хлебали бульон. Тимур замер.

— У меня что, столовая для персонала открылась? — поинтересовался он.

— Извините, — Соня развела руками. — Но суп получился очень вкусный.

— Я вообще-то не против, — медленно сказал он. — Просто предупредите в следующий раз. И мне тоже оставьте порцию.

Он вышел, а Костик присвистнул.

— Ничего себе. Шеф в хорошем настроении. Обычно он за такие вещи штрафует.

— Или увольняет, — добавил Гриша и потер шею. — Помню, разбил кто-то вазу, так он его…

— Что? — спросила Соня.

— Да так. Не важно, — охранник осекся.

Соня сделала заметку в голове: узнать, что тут за порядки и почему все так боятся Тимура. Но не сейчас.

Вечером, когда Даня уснул, она спустилась в гостиную. Тимур сидел в кресле с бокалом чего-то темного. На журнальном столике стояла тарелка с остывшим супом. Он к ней даже не притронулся.

— Садитесь, — он указал на диван.

Соня села.

— Вы спасли брата, — начал он без предисловий. — Я этого не забуду. Контракт уже готов. Юрист пришлет завтра утром.

— Я не могу переехать прямо завтра. Мне нужно уволиться со скорой, собрать вещи, решить вопрос с квартирой.

— Решим. Квартиру можете сдать, аренду оплачу за год вперед. Со скорой уволитесь когда угодно. Я не тороплю.

— А условия?

— Зарплата, — он назвал сумму. Соня поперхнулась воздухом. — Проживание здесь, отдельная комната. График гибкий, но Даня пока на домашнем обучении, так что вы должны быть рядом. Отпуск по согласованию. И еще.

— Что?

— Никаких эскортниц, — он усмехнулся уголком рта. — Я помню ваше условие. Оно принято.

Соня кивнула, стараясь сохранить невозмутимый вид. Хотя внутри все трепетало. Такие деньги она сможет отсылать маме на лечение. И еще останется на ординатуру.

— И еще кое-что, — Тимур отставил бокал. — В этом доме живут по моим правилам. Я не люблю, когда их нарушают. Если что-то не нравится, говорите прямо. За спиной не шептаться.

— Я не умею шептаться, — честно сказала Соня.

— Я заметил.

Они помолчали. Потом Тимур вдруг спросил:

— Где вы научились так варить бульон?

— У бабушки. Она была врачом в сельской больнице. Говорила, что еда лечит не хуже таблеток.