Цитаты из книги «Ремесло», страница 15

Березы, оказывается, растут повсюду. Но разве от этого легче? Родина – это мы сами. Наши первые игрушки. Перешитые курточки старших братьев. Бутерброды, завернутые в газету. Девочки в строгих коричневых юбках. Мелочь из отцовского кармана. Экзамены, шпаргалки… Нелепые, ужасающие стихи… Мысли о самоубийстве… Стакан «Агдама» в подворотне… Армейская махорка… Дочка, варежки, рейтузы, подвернувшийся задник крошечного ботинка… Косо перечеркнутые строки… Рукописи, милиция, ОВИР… Все, что с нами было, –

передовой рабочий. Журналист задавал идиотские вопросы по схеме. Передовик эту заведомую схему

Порядочный человек – это тот, кто делает гадости без удовольствия…»

Знакомство с молодыми ленинградскими поэтами – Рейном, Найманом, Бродским… Наиболее популярный человек той эпохи – Сергей Вольф.

превращусь в Арта Бухвальда. Мы говорили, уезжая:

Мы с друзьями относимся к художественному потоку. Мы - люди творческих наклонностей: писатели, художники, редакторы, искусствоведы, журналисты. Мы уехали в поисках творческой свободы. И многие из нас действовали сознательно. Хотя и не все. Если дать творческую свободу петуху, он все равно будет кукарекать.

Закрывая мне надолго дорогу к творчеству, литературные инстанции приводят меня к грани человеческого отчаяния. Именно это, поверьте, глубокое чувство заставляет меня претендовать на Ваше время и Вашу снисходительность.

Государство не обеднеет. У него можно красть до бесконечности…

Обсуждение было закрытым. Меня, естественно, не пригласили. То есть это, конечно, не очень естественно.

В общем, не пригласили.

Его трассирующие шутки - ядовиты.

- Ах, не прикасайтесь ко мне!

- Ничего страшного, я потом вымою руки..