Цитаты из книги «Ремесло», страница 11

Как известно, вражда - это бывшая дружба.

Бездарная рукопись побуждает к низким требованиям. В силу этих требований ее надо одобрить, издать. Интересная - побуждает к высоким требованиям. С высоты этих требований ее надлежит уничтожить...

Мне вспоминается такая сцена. Заболел мой сокамерник, обвиняышийся в краже цистерны бензина. Вызвали фельдшера, который спросил:

— Что у тебя болит?

— Живот и голова.

Фельдшер вынул таблетку, разломил ее на две части и произнес:

— Это — от головы. А это — от живота. Да смотри, не перепутай...

Я был неотвратимым злом, той данью, которую гений вынужден платить современному обществу.

- Ваша национальность?

- Заключенный, - ответил Караваев.

Со временем мне надоело оправдываться. Пускай думают, что именно я отравил госпожу Бовари...

Редактировал «Костер» детский писатель Сахарнов. Я прочитал его книги, они мне понравились, непритязательные морские истории.

Он выпускал шесть-семь книжек за год. Недаром считают, что ресурсы океана безграничны.

Дельфины нравились Сахарнову больше, чем люди. Он этого даже не скрывал. И я его понимаю.

Вообще, я заметил, что упадок гораздо стремительнее прогресса. Мало того, прогресс имеет границы. Упадок же - беспределен...

Мы убедимся, что свобода равно благосклонна к дурному и хорошему. Под ее лучами одинаково быстро расцветают гладиолусы и марихуана.

Сами идеи - достойны, подчас - благородны. Вызывают безусловный протест лишь чудовищные формы реализации этих идей.