– Мама придет в ужас. Она никогда не отдавала белье в прачечную. Мэй откидывает одеяла. – Мамы здесь нет. Ей незачем об этом знать. – Нет, Мэй. Она же нам доверяет. Мы должны доказать ей, что можем исполнить все ее пожелания. – Никто, – отвечает Мэй, – не может исполнить всех маминых пожеланий.
Красивый и печальный, какой-то беспросветный, но одновременно дающий надежду роман, в котором переплетается искусство, высшие материи и самые низменные пороки.
Книга вопрошает и очень хочется найти ответы на все вопросы, которые ставятся перед читателем. Но понимаешь, что вопросы эти вечные, и люди который век пытаются понять где проходит линия между добром и злом, между искренними побуждениями и удовлетворением собственного тщеславия. И действительно ли благими намерениями вымощена дорога в Ад?
Интересное наблюдение: если меня начинает сильно бесить какой-то из героев, я понимаю, что читаю вещь. Бесить не потому что плохо выписан, а потому что слишком яркий и живой. Даёт эмоции и вызывает на них. В этой книге удар моих возмущений приняла Элизабет - мать двух дочерей, ярая феминистка, как сказали бы сейчас, с твёрдыми принципами и верой в правильность собственных идеалов.
С одной стороны она помогает бедным людям, посещает приюты, пишет обличительные статьи в газету, пытаясь заставить задуматься заскорузлую общественность, показывая ей как жесток мир к женщинам вообще и из низших слоёв в особенности. Чего только стоит ужасающая проверка на венерические болезни женщин, которые просто шли по улице и (по мнению полицейских) могли оказаться проститутками. А сексуальное насилие над малолетними?
Элизабет права в своём горении в вопросах женских прав, но её поведение по отношению к своим домашним, к своим дочерям едва ли можно назвать адекватным. Муж художник прерафаэлит, один их первых декораторов, не уходя из дома, покидает его по-своему: имея любовниц и отгородившись от происходящего. А вот старшая дочь Алли, ненужная матери с самого рождения, зарабатывает панические атаки, старясь угодить и не расстроить маму. А мама лечит её от "праздной и недостойной женщины истерии" ожогами, собственноручно прижигая кожу Алли огнём от свечи.
Постулаты не нуждающейся в деньгах Элизабет, типа "если кто-то сейчас голодает, то мы не может есть что-то лучше хлеба с маслом" или "мы должны носить перешитое пять раз платье, потому что у бедных семей и этого нет" - звучат красиво и сострадательно, но, как по мне, Элизабет явно страдает психическим расстройством, несмотря на все её прогрессивные и делающие ей честь взгляды.
Феминизм к поведению героини в своей семье не имеет никакого отношения. Просто Элизабет вышла замуж за нелюбимого человека (зачем выходила, спрашивается?), родила ребёнка, о котором не могла думать без отвращения, а потом и второго... Сильная женщина вне своего времени? Отчасти да. Но и больная на голову тоже.
Алли искренне жаль. Но мне было её жаль не всегда. Слишком уж она пыталась угодить маме и завоевать её любовь. Бесполезные старания. Даже став одной из первых женщин с дипломом доктора, она не выросла в глазах Элизабет. А вот от младшей Мэй я до последнего ждала какого-то поступка, непокорности, выпада против. Думала, что она сбежала, но... увы. Да, кто-то должен работать в забытом Богом месте, кто-то должен помогать ближнему, но ужасно, когда это происходит по чьему-то повеление или с целью кому-то что-то доказать...
А вообще, книга невероятно глубокая. Семейный и социальный роман, о котором много не расскажешь, а пообсуждать с другом - самое оно. Глубокий и психологический. Тут и мысли Алли о медицине, о том какой ценой достаются её победы, мысли о гнусности мужского мира 19-го века, о лживости и двуличии. О цене помощи и силе любви.
А ещё, роман - это своеобразная картина, художественное полотно, которое рисует автор широкими мазками, удивляя мастерством, точностью и талантом. Изящный набросок в виде предисловия к каждой главе, описывающий некую (несуществующую) картину, отголоски которой нужно увидеть в тексте - интересный и небанальный ход, чем-то напоминающий Улисса Джойса.
Поставила бы в любимые, но концовка, на мой вкус, оказалась чуть ярче, чем ей следовало. Хотя...
В каком веке вам бы хотелось жить? Только не говорите, что в 19. Особенно если вы - женщина. Кринолин, корсет и кружева не стоят тех страданий, которые приходилось испытывать слабому полу в Викторианскую эпоху. Во всяком случае, именно такой вывод можно сделать по прочтении романа Сары Мосс «Фигуры света».
Элизабет выходит замуж за пока ещё скромного молодого художника Альфреда. Ее не пугают трудности, она привыкла держать себя в строгих рамках, не на секунду не забывая о тех, кому живётся в сто раз хуже. Ее главная цель - быть правильной самОй и такими воспитать детей. Только дети должны быть ещё более правильными.
Заход в текст мне дался нелегко. Простые предложения, фрагментарное повествование. Ни один эпизод не длится столько, чтобы сразу уловить сюжетную нить. Но уже через несколько страниц я даже начала получать удовольствие: недостаток подробностей восполнялся моим жизненным опытом, превращая текст в живую картинку, где я тоже была участницей. Однако это ощущение продлилось недолго. Правда, фрагментарность и простота к тому моменту уже перестали отвлекать от сюжета.
Зато сразу было видно, что «Фигуры света» качественный роман. Главный признак - многослойность. Мосс, как опытный паук, сплетший немало липких сетей, заворачивает своего читателя в кокон, ласково нашептывая на ушко. И все, ты уже обездвижен, от тяжести не можешь пошевелить ни одной конечностью, остаётся дожидаться того финала, который приготовил автор.
Тема 1: Дочки-матери
Элизабет росла с властной матерью, приверженцем аскетизма и строгости. Сегодня она могла бы обдумать все ошибки родителей и стать другой, но нет, сама Элизабет даже хуже. За весь роман не проскальзывает даже малюсенькой искорки тепла или любви к дочкам. Приходится наблюдать за страшным экспериментом хладнокровного сумасшедшего ученого: а что, если заставлять дочек не только заниматься благотворительностью и учебой, но ещё и домашним хозяйством? При этом сама Элизабет почему-то не спешит стать наглядным примером, только жёстким надсмотрщиком, доводящим свою старшую дочь почти до сумасшедшего дома грузом ответственности.
Тема 2: Эмансипация
Сложно представить, что ещё 150 лет назад девушки и женщины не могли не то что голосовать, но даже учиться или работать. В Европе царил полный патриархат, где женскому полу средних и высших классов отводилась оскорбительная роль малоумной продолжательницы рода. Героини Мосс - те женщины, благодаря которым мы все сегодня живем в совершенно ином мире. Это был долгий и трудный путь сквозь беззаконие и унижения, закончившийся победой. А может, ещё продолжающийся
Тема 3: Мораль первых хирургов
Ещё одна важная сюжетная линия о смелых людях, заключавших сделку со своей совестью. Полтора века назад большая часть операций заканчивалась смертью. Но только благодаря этим смертям медицина сегодня находится на том уровне, на котором находится.
Тема 4: Роль отца семейства
Даже в царстве патриархата мужчина не всегда мог справиться с властной женой. И вообще, папа - это вам не мама. Он, конечно, принимает посильное участие в воспитании детей, но если с мамой не повезло, тут уже никто не спасёт.
Хорошо, но чего-то не хватает. Герои получились марионеточные, почти без чувств и мыслей. Только в начале и в конце Мосс даёт заглянуть в голову своих персонажей, но на общем фоне, где весь сюжет держится только на действии и отрывочных событиях, мотивы их многих поступков так и остаются загадкой. Картинка неполная, часто ловишь себя на мысли: а могло бы так быть в действительности? Насколько вообще достоверны сведения о XIX веке? Признаюсь, это совсем не те мысли и ощущения, которые мне хотелось бы испытывать, погружаясь в эпоху при чтении романа.
Если хочется продолжения темы врачей конца XIX века, очень советую сериал «Больница Никербокер».
Довольно необычная книга, в том плане, что здесь нет однозначных персонажей, которые вызывали бы только положительные или отрицательные эмоции. Они все хорошо продуманы, сложны и у всех своя световая гамма.
В центре произведения рассказывается о жизни Алитеи Моберли, старшей дочери известного художника-декоратора, Альфреда Моберли. Алли росла в довольно необычной семье - с одной стороны творческий отец, который всячески стремится к комфорту, живет ради своей работы и часто говорит довольно здравые вещи, а с другой - строгая мать, которая сконцентрировала всю свою жизнь на помощи беднякам, падшим женщинам, она принимает активное участие в суфражистском движении. Но, помимо светлых сторон родителей Алли, нам показывают и их темные стороны.
Отец - эгоистичен, он избегает рассматривать проблемы в семье. После рождения второго ребенка, когда узнает, что жена больше не может иметь детей, он отстраняется от нее и заводит себе любовницу, более красивую, интересную, состоятельную. По книге видно, что Альфред начинает вмешиваться в дела домашние только, когда деспотизм его супруги, Элизабет, достигает апогея.
Элизабет Моберли - это, пожалуй одна из ключевых фигур романа, в большей части произведения, она настолько сильно выводится на первый план, что полностью перекрывает свою дочь Алли, которой, по идеи и посвящен сей роман.
Элизабет, с одной стороны амбициозна, добропорядочна, а с другой - она деспот по отношению к своим детям. Возможно, это от того, что кроме Альфреда никто более не посватался к ней, а его она не особо любила. А с другой стороны, Элизабет взрощена такой же матерью-фанатичкой религии и добродетели, которая еще привила своей дочери и особую тягу к экономии. Постепенно, Элизабет начинает экономить на жизненно необходимых вещах, для своей семьи, например на еде для детей и на дровах для отопления, зимой. И если, в начале семейной жизни, и были проблемы с деньгами, то потом это превратилось в манипуляции над домашними.
Интересно выводится в книге и сестра Алли, Мэй. Она показана живой, интересной, вечно противостоящей закручиванию гаек со стороны матери. Но, в тоже время, временами показывается ее противный характер, попытки к манипуляциям по отношению к отцу и сестре.
И что самое интересное, и Элизабет, и Мэй полностью смещают акцент с Алли на себя, в течении всего романа. Увы, но главная героиня, которая старается быть послушной дочерью, мучается с невротическим заболеванием и пытается выучиться на врача, вышла слишком блеклой, амебной и предсказуемой. Элизабет манипулирует ею, даже истязает, Мэй пытается поддерживать, но в тоже время, довольно легко начинает шантажировать сестру, когда ей это выгодно.
Довольно неоднозначен и друг семьи, художник Обри. С одной стороны, он балует девочек, покупает им сладости, играет с ними, но с другой стороны, перед нами предстает довольно извращенный человек, который проводит с девочками очень неоднозначные манипуляции, которые смотрятся постыдно и в веке 21, а в 19 веке - это наверное было за гранью всех моральных установок. Молчание девочек, на мой взгляд, приводит к трагедии, в конце романа.
В книге очень хорошо прописан быт 19 века, проблемы женщин, но сам сюжет, в конце романа, стал довольно сероватым. Трагедия, которая постигает семью Моберли описывается мазками, подробностей и эмоций очень мало, а Алли, слишком внезапно, из безмолвной тени, превращается в решительную особу, которая начинает выбирать свой путь и идти наперекор матери.
В целом, советую ознакомиться с романом, так как он, по большей части, довольно интересен, плюс, у автора очень легкий слог.
Прекрасный роман взросления или, как я его для себя нарекла, роман-галерея об отношениях детей и родителей, детей и взрослых вообще, о женской самореализации в условиях викторианской эпохи, о суфражизме, о семье и о чем только не. Роман-галерея, потому что отец главной героини художник, и каждая глава ознаменована его картиной, с сюжетом которой закольцовывается повествование в главе. Интересный композиционный ход, но при этом не пост-мета-модернизм, не многим авторам это удаётся. Не счесть, сколько раз я вскидывала бровь, закатывала глаза, улыбалась или смахивала слезу, пока читала эту книгу — такое чтение случается только в детстве, или когда читаешь по-настоящему сильный роман. В моем случае — второе.
Изящно скроенное повествование, иллюстрирующее невыносимое психологическое и физическое насилие, которому подвергались женщины в викторианской Англии. Каждая глава начинается с описания картины или другого произведения искусства, да так достоверно описано, что я решила - а художник-то реальный :-). Огромная сила книги в том, что она проникает во внутренний мир главных героев: Элизабет, вышедшей замуж за художника, и ее первой дочери Алетеи. У Элизабет обостренное чувство социальной справедливости, в частности, решимость улучшить участь эксплуатируемых женщин. Хотя ее преданность этому делу похвальна, в сочетании с евангельским христианством, непоколебимой приверженностью респектабельности и невылеченной депрессией, она становится суровой и жестокой матерью. Показывая свою точку зрения до рождения дочерей и ее печальный опыт послеродовой депрессии, Мосс делает ее скорее трагической, чем злой фигурой. Она глубоко несчастна, и, к сожалению, это проявляется в ужасном обращении с ее детьми, особенно с Алетеей. Ее крестовый поход против бедности и эксплуатации вполне оправдан, но он проистекает из гнева и печали, а не из любви. Она не может или не хочет видеть, что жестокое обращение с Алетей никому не помогает.
В большей части книги Алетея, или Элли, является главной героиней и мы следуем за ней. От взросления до становления одной из первых женщин-врачей в Великобритании. Воспитание Элли дало ей острое понимание социальной несправедливости, а также сильное тревожное расстройство и недоверие к доброте. Покинув родительский дом, она постепенно учится принимать поддержку, похвалу и утешение. Это тонко и чувственно показано. Мосс, безусловно, показывает как семьи могут повторять одни и те же ошибки и жестокости из поколения в поколение, а также сосредоточить внимание на ком-то, кто, кажется, вырвался из цикла.
«Фигуры света» — грустный, но сильный роман. Мосс - проницательный и яркий писатель, с большой убежденностью воспроизводящая 1870-е годы. Книга даст читателю много пищи для размышлений и ничего особенно радостного.
Перевод превосходен (переводчик Анастасия Завозова)!
Аннотация обещала историю взросления. Но, на мой взгляд, это история внутренней трагедии в безуспешных попытках завоевать любовь матери.
Персонаж Элизабет (мать главной героини) появляется с первых страниц, и мне было интересно следить за ней. Воспитанная в строгости собственной матерью, Элизабет изначально не была настроена на телесность в браке, и дальнейшая логичная беременность и разрешение от неё вогнали женщину в депрессию. Своё дитя она не любила сразу, чувствуя себя пойманной в ловушку. На этом хотелось бы остановиться поподробнее, но увы - скачок времени перенёс нас на несколько лет вперёд, у Элизабет уже две дочери (интересно, как она вообще решилась на второго ребёнка. Впоследствии видно, что Мэй, вторую дочь, она действительно если не любит, то вполне терпит). Далее на протяжении многих лет мы видим отношение Элизабет к Алли, своей старшей. Надуманная истерия Алли, жестокость (даже телесная), очевидная и откровенная нелюбовь. Что же могло вырасти под этим холодным солнцем? Такой же цветок, не знающий тепла, или нечто противоположное? Мне кажется, что раны были нанесены слишком уж глубокие, и персонаж Алли будет страдать от последствий всю жизнь, причём проявляться они будут неожиданно. Как бы девушка ни убеждала себя, что она счастлива, верится в это с трудом.
Роман - наглядное пособие, как НЕ надо воспитывать детей. Феминизм тут прёт изо всех отверстий. Мне было действительно страшно читать о положении женщины в XIX веке в плане принудительных гинекологических осмотров при подозрении в занятиях проституцией, о насилии над юными девочками. Какие-то совершенно дикие нравы для современных реалий, жутко представить, что это было нормой.
«Фигуры света» начинаются ровно там, где обычно заканчиваются сказки. Позволяют читателю подглядеть в замочную скважину: что же на самом деле скрывает за собой пресловутое «жили они долго и счастливо»? Сколько равнодушия и измен в этом «долго», сколько сил требуется ради минутного «счастливо»?
Альфред и Элизабет имели все шансы стать идеальной семьёй: она не только красива, но и добра, он не только хорош собой, но и талантлив. Пока он рисовал картины и оформлял интерьеры, она занималась домом и помогала бедным. Редкие пересечения за скромным ужином, общая радость – быстрая беременность.
В малышке Алли Альфред видел свою принцессу, Элизабет же – лишь собственные ограничения. С годами равнодушная мать стала матерью токсичной: всю ту боль и злость, которые переполняли Элизабет после общения со своими подопечными, несправедливо страдавшими лишь из-за того, что их угораздило родиться женщинами в Англии XIX века, она выплёскивала на ребёнка. Как можно беззаботно играть или кричать от ночных кошмаров, требуя к себе внимания, когда рядом с тобой живут те, чья жизнь – кошмар наяву? Зачем мечтать о красивой одежде, если ходить в ней придётся по тем улицам, жители которых не могут позволить себе даже горячий ужин?
В то время, когда прерафаэлиты воспевали в своём творчестве женскую красоту и рисовали прекрасных дев, будто бы сотканных из света, женщины из плоти и крови ежедневно боролись за своё право просто пройтись без сопровождения, не опасаясь быть принятыми за проституток и подвергнуться унизительной процедуре гинекологического осмотра. Пока одни подбирали нужный оттенок гроздьев рябины для рисунка на обоях, другие чистили камины, стирали и отбеливали тонны белья или, того хуже, в свои двенадцать были уже слишком стары и больны для борделя. Бестелесные образы и их земные воплощения не имели между собой ничего общего, их миры никогда не пересекались.
Высшие цели и высокие идеалы в романе Сары Мосс, как и в жизни, существуют в отрыве от того, что творится под носом. Преодоление пропасти между ними – вот главное предназначение бедняги Алли, от которой с самого детства ждали слишком много. И хочется надеяться, что у неё все получится.
Англия конца XIX века. Никакой романтики, наивности, будничная реальность какой она, вероятно, была. Роман начинается свадьбой родителей главной героини - Алли, и проводит читателя по этапам её взросления. Эпиграфом к роману выбрана цитата из книги "Безумие: семейные корни". Это название говорит о многом в романе "Фигуры света".
Внешне благополучная семья среднего достатка. Родители Альфред и Элизабет, дочери Алли и Мэй. Альфред - отец, успешный художник из течения прерафаэлитов, декоратор, человек с тонким вкусом, любящий легкость и избегающий бытовых трудностей. Элизабет - мать, благотворительница, попечитель приюта для бедных, воспитывающая дочерей с малых лет в духе помощи бедным, в особенности женщинам. Сильная, жесткая, исповедующая не просто христианство, а какой-то христианский шариат, осуждающая практически всё, даже потягивание человека у огня,потому что "Мы не животные". Абсолютно разные люди, чуждые друг другу по духу, живущие каждый своими интересами и периодически перетягивающие детей как канат.
Алли была нежеланным, нелюбимым ребенком и это отношение матери не смогло изменить никакое поведение дочери, никакие её успехи. Чувствительной, нервной девочке, полностью зависимой от жестокой матери, рассчитывать на жалость не приходилось. Воспитательные методы и приемы, которыми "лечили" так называемую "истерию" у 13-летней девочки вызывают ужас и сострадание. Спасает кажущийся нейтральным авторский подход.
Всё это на фоне суфражистских лекций, разговоров об униженном, полностью зависимом положении женщин в обществе. Чудовищные установки, ситуации, в которые вполне законно общество ставило женщину, наглядно иллюстрируют от чего хотели уйти суфражистки, начиная борьбу за права женщин. Принудительные гинекологические осмотры любой женщины с целью выявления венерических заболеваний и отлова проституток, запрет женщине самой получать оплату за свой труд иначе, чем через её мужа. Далеким от темы людям помогает понять, что феминизм начался не с отказа женщин брить ноги.
Первая половина книги – как подъем в гору, тяжело, больно и уже не хочется идти до конца. А перевалив вершину, под горку уже легче )) Для меня это был какой-то эмоциональный перегруз от боли за главную героиню - Алли. Жесткость матери, как жесткость тренера, заставила Алли учиться на максимуме своих возможностей. Она добилась успеха, стала одной из первых женщин-врачей. Как свет существует только в единстве с тенью, так и в романе есть персонажи, вызывающие ненависть, и другие, вызывающие искреннее восхищение. Как Алли и Мэй не повезло с родителями, так им повезло с родственниками и друзьями, которые радовали и утешали, которые смогли вылечить душу девочек, согреть их. Конец романа - это торжество Алли.
Роман написан таким красивым языком, что на память сами приходят лучшие стереотипы классической литературы, такие как дуб из "Войны и мира". Алли, как дочь художника-прерафаэлита, обладает чувствительным к красоте взглядом. И эти её описания природы, оттенков цвета тканей, игры теней и света необыкновенно хороши благодаря переводу Анастасии Завозовой. А описания несуществующих в реальности картин, предваряющие каждую главу, так прекрасны, что кажется будто видишь эту картину наяву. Книга заслуживающая прочтения, вызывающая сильные эмоции
Много положительных отзывов, красивая обложка интересная аннотация. Что еще надо, для того чтобы начать читать книгу? Автор рисует книгу штрихами, некоторые детали подробные, а некоторые штрихами, но детали это очень важны, очень хотелось прочитать про послеродовую депрессию Элизабет, о рождении ее второй дочери, но автор решила сразу прыгнуть в повествовании. Жалко. Сейчас очень много книг, про то как женщины Европы, Америка, Англии боролись и добились своих прав. Читать эти книги интересно.
Мне эту книгу рекомендовали как «очень светлую, вдохновляющую, прерафаэлитскую». Нет, нет и нет. Книга оказалась жестокой – не до такой степени мучительно-манипулятивной, как Маленькая жизнь , которую я закончила прямо перед ней, но отдохнуть душой не удалось.
Начинается все, правда, нежно-акварельно. И действительно после Остин: после свадьбы. И в центре романа тот же типаж, за которым в нашей литературе закрепился термин «тургеневская девушка»:
…она обладает сильным характером, который может быть сначала незаметен окружающим; она ставит перед собой цель и стремится к ней, преодолевая преграды, и порой достигает намного большего, чем мужчина её круга. Её отличает огромная нравственная сила, решимость идти до конца, жертвенность, соединённая с почти неземной мечтательностью.
(из Вики – извините)
Разница с Остин в том, что героиня этого романа отстаивает не просто свое право на выбор мужа, а шире – право на самостоятельную жизнь. И тут начинается чистый Диккенс: трущобы, девочки-проститутки, дамы-благотворительницы, беспощадные в своей безупречности.
Это очень женский роман. Не в смысле «дамское чтение», а книга о том, с чем вынуждена жить в той или иной мере каждая женщина: послеродовая депрессия, гинекологические болезни, насилие, психологическое, а зачастую и физическое, как привычный фон. Конечно, сравнивать положение женщины, живущей в 20-е годы XXI века, пусть и в России, с 1870-ми годами в Викторианской Англии, нелепо, но если отвлечься от, право слово, внешних атрибутов вроде кринолинов и корсетов, то даже мотивы, которые можно условно назвать феминистскими (в эту историческую эпоху, конечно, «суфражистскими»), знакомы и близки.
Свести историю героини только к борьбе за права женщин – в ее случае за право учиться в университете и стать врачом – не получится. Второй лейтмотив романа можно изложить разве что в терминах современной психотерапии: семейный абьюз, селфхарм, проблемы сепарации. И тут нужно отдать должное автору: она остается в рамках «историзма» и не пытается навязать героям образ действий или даже мысли, вряд ли возможные в XIX веке. Да, абьюз – но это мы, из XXI века, знаем, что оно так называется. У «них» до борьбы с этим злом руки еще не дошли, они пока решают более насущные проблемы – вроде того же права на образование и «мое тело – мое дело». И в книге для этого удачно используется прием, который можно было бы назвать упоминанием впроброс. Где-то между абзацами промелькнет фразочка о чем-то неприятном, но вполне естественном (повествование ведется хоть и от третьего лица, но воспринимается как внутренний монолог героини) – а ты вчитываешься и цепенеешь.
Что до прерафаэлитов, то их присутствие разве что композиционное. Отец главной героини – художник-декоратор, и в романе, особенно поначалу, довольно много места отведено рассказам о создаваемых им интерьерах, а каждая из десяти глав, по одной на какой-то существенный отрезок времени жизни героини, начинается с описания картины его авторства или авторства его друга-компаньона, якобы написанной именно в этот промежуток времени. Описание это не только задает тон повествованию, но и в каком-то смысле является спойлером – понимаешь это, конечно, только после прочтения главы. Ну а внимательный читатель задолго до финала по этим описаниям догадается, что конец будет счастливым, ровно в духе Остин. Поэтому тема из сериала BBC по «Гордости и предубеждению» все же будет здесь уместна.
В аудио версии этой книги есть замечательное послесловие Анастасии Завозовой (в печатной версии я его не увидела) после которого несколько иначе смотришь на роман. И тогда уже не кажется лишней, как это мне показалось изначально, задумка начинать каждую новую главу с описания картины, начинаешь понимать насколько элегантен этот роман.
Действие романа происходит в викторианском Манчестере. Сестры Алли и Мэй воспитываются Элизабет - суровой и жесткой матерью, готовой превратить своих девочек буквально в оружие в борьбе за социальную справедливость по отношению к женщинам, несмотря на протесты отца-художника. Безусловно, ее преданность этому делу достойна похвалы, но перед нами она предстает, как решительная и бескомпромиссная женщина, которая все свои амбиции проецирует на воспитание детей. Так на детские кошмары Алли она смотрит почти со злобным пренебрежением. Любая эмоция недостойна её внимания. Аргумент: есть люди, которым сейчас ещё хуже. В итоге, дочь полна чувства вины и отчаянного желания угодить матери. Такое воспитание сформировало у Алли острое понимание социальной несправедливости, но при этом сильное тревожное расстройство и недоверие к доброте.
Истинной страстью Алли было обучение, поэтому Элизабет, решает, что она должна стать одной из первых женщин - врачей. Преданность Алли занятиям медициной была продиктована желанием получить любовь и одобрение матери - ни того, ни другого она так и не дождалась, независимо от того, насколько успешной она стала.
Элизабет, конечно, легко презирать, но автор усложняет ситуацию, сбрасывая с нее бессердечную оболочку в самом начале, чтобы дать нам представление о ее собственных внутренних потрясениях. Оказывается, Элизабет тоже была нелюбимой дочерью, которую физически мучила ее собственная религиозная фанатичная мать.
Весь роман построен на резких контрастах: свет против тени, бедность против богатства, строгость против элегантности, заточение против демонстрации, брак против проституции. Сюда же можно записать и сам брак родителей Алли: он художник – эстет, она - презирает все формы эстетического удовольствия.
А еще Алли, лишенная чувства собственного достоинства, испытывающая чувство вины и отчаянно пытающаяся угодить матери, контрастирует со своей сестрой Мэй, которой каким-то образом удалось остаться невредимой от жестокостей Элизабет.
Помимо всего - этот роман напоминание о том, как многого добились женщины с викторианских времен. Отличное психологическое, социологическое и историческое исследование истории медицины, феминизма и бедности в викторианской Англии.
Комментарии, 122 отзыва