Читать книгу: «Все птицы летят на Юг»

От Автора

Многие дни, проведённые на обочине, дали мне возможность лучше познакомиться с этим миром, людьми, природой и самим собой. Это путешествие сильно изменило меня.

Эта история началась ранней осенью, когда летнее тепло ещё не успело остыть, а осень медленно вступала в свои права. Мой старый китайский мопед стал неотъемлемой частью этого приключения. Он был своеобразным рандомом, диктуя мне места остановок, когда в нём в очередной раз что-то начинало ломаться. Вместе мы преодолели много километров и не раз попадали в передряги.

В какой-то момент я понял, что пути отступления для меня отрезаны. Я не мог просто взять и закончить путешествие при первых серьёзных проблемах. Но это компенсировалось откликом людей, который я получал, ведя колонку в интернете. Так это превратилось в нечто большее.

Самый частый вопрос, который мне задавали, звучал примерно так: «Ты что, действительно путешествуешь на этом?!» Почти на каждой заправке я слышал этот вопрос. Случайные люди удивлялись, как я решился на такое путешествие. А я и сам удивлялся, когда решил поехать на мопеде. Думал, что доеду максимум за неделю и что у меня ничего не сломается. Хотя минимальный инструмент у меня, конечно, был с собой. Перед выездом я заменил все расходники. Но качество импортных деталей, к сожалению, оставляет желать лучшего, поэтому поломки случались часто.

Так и началась эта история…

Глава первая

Ощущение безграничной свободы, просторы неведомых земель – всё это манит нас, словно мотыльков, которые летят на свет, зная, что однажды он может обжечь.

Первая поломка произошла уже через 200 километров от начала пути. Но ещё раньше, когда я отъехал всего 25 километров, я обнаружил, что забыл дома пауэрбанк, и решил вернуться за ним, несмотря на все суеверия, которые говорили мне не делать этого.

И вот я уже в пути, предвкушая предстоящие приключения, совершенно не думая о том, что первая серьёзная поломка случится так скоро. Всё лето я катался по окрестностям Феодосии и периодически заезжал в знакомый гаражный сервис, к мастеру, который стал настоящим культом в этой местности.

Решение добраться до Коломны на мопеде было продиктовано скорее нежеланием и презрением ко всем альтернативным способам. От некоторых из них я просто устал, например, от поездов, которые ходили медленно и были всегда переполнены, так как в Крыму уже был конец сезона. Самолёты не летали из-за напряжённой политической ситуации в стране. Автостоп и электричка были пройденным этапом, и тема их давно раскрыта.

Нужно было что-то необычное, авантюрное, и мысль родилась сама собой. Идея поехать на старом 125-кубовом скутере, который я увеличил до 150 кубиков, сразу показалась мне интересной. Она вызывала дрожь в низу живота и на кончиках пальцев. На тот момент мопеду исполнилось 17 лет, он повидал немало хозяев, но, попав ко мне, неплохо взбодрился. За два года я планомерно менял в нём все изношенные детали на новые и к началу этого путешествия с долей оптимизма был уверен, что смогу на нём доехать туда, куда мне нужно.

В первый день пути нужно было синхронизироваться с дорогой и мотоциклом. Чтобы все три части соединились в своем особом ритме, в котором было бы комфортно и безопасно. По мере удаления от исходной точки, сознание меняло приоритеты на более актуальные и сиюминутные. Всё то, что ещё недавно меня волновало, те вопросы, в которых я мог участвовать, плавно растворялись в газах выхлопной трубы, оставаясь где-то позади.

Я был в каком-то среднем мире. Тот мир, из которого я уезжал, уже не мог меня достать, а тот, где я должен оказаться, был ещё так далеко и не мог ни на что повлиять. Наверное, моряки в открытом океане испытывают нечто подобное. Или же, устав от повседневной рутины, мужья, возвращаясь с работы, подолгу остаются в своих автомобилях, не решаясь зайти домой. Они словно находятся в каком-то пограничном состоянии, наслаждаясь моментом покоя и умиротворения, моментом, когда они принадлежат только себе.

То же чувство отрыва я испытывал, когда начинал путешествовать автостопом, стоя на трассе где-нибудь под Воронежем, Минском или Петербургом. Ожидание именно этого ощущения волнительной эйфории перед выездом.

После преодоления первой психологической отметки в виде бывшей границы в Чонгаре, где полу остров Крым стыкуется и материком, сразу ощутил всю серьезность ситуации. Когда на первом же блокпосту меня остановили военные. И это совсем не те нарисованные солдатики, которых нам показывают по телевизору в новостях или кино. Когда они стоят рядом в полном обмундировании с автоматами наперевес. Все огромного роста и как на подбор, словно 33 богатыря. Спорить с ними не возникало никакого желания. Атмосферу дополняли бетонные блоки и «зубы дракона», расставленные таким образом, чтобы их нельзя было объехать или проскочить на скорости.

Первым делом у меня проверили документы, а затем спросили, с какой целью я веду видеосъемку. Стоит пояснить, что к моему шлему была прикреплена видеокамера. Признаться, я был обескуражен таким вопросом, так как ответ на него казался мне очевидным. Множество мотоциклистов делают так, чтобы снимать красивые места, или просто используют камеру как видеорегистратор. Это казалось очевидным мне, но не этим парням с оружием. Промямлив что-то не очень внятное и получив разъяснения, стало понятно, что привычный для меня мир остался позади. Что здесь совсем другие правила, другие законы, другой мир. Это не просто другая область или другая страна, это зона, где идут боевые действия, где фронт находится в нескольких десятках километров. Тут всё воспринимается серьезно и буквально. Для шуток и легкомыслия места уже не остается. Лица военных были закрыты масками, общались они вежливо и адекватно, не вызывая негативных эмоций. По итогу нашей беседы мне было предложено отформатировать память камеры, снять её со шлема и продолжить движение. На том мы и порешали.

В день когда мне только предстояло начать движение настораживало несколько моментов. Одним из них был не очень хороший прогноз погоды, суливший сильный дождь грядущей ночью. Самым правильным решением было отложить выезд на несколько дней и переждать непогоду в тепле и уюте. Но сентябрь таял на глазах, и старт и так уже затянулся на целую неделю, а желание ехать и не останавливаться достигало запредельных масштабов. Откладывать дальше было нельзя, и потому я взял кусок парниковой плёнки с собой, чтобы в случае ливня накрыть ею свою палатку, изрядно прохудившуюся за два летних сезона. Так я избавил себя от потенциального промокания и дискомфорта, но время подгоняло, и нужно было еще найти подходящее место для ночлега.

Начинало потихоньку вечереть, как произошло то, к чему я был совершенно не готов. Внезапно прямо на ходу мопед словно выключился. Пропала искра, и я плавно скатился к обочине. К слову, я был очень далек от понимания механики и знал о ней только поверхностные вещи. Мог самостоятельно заменить масло, фильтра, ликвидировать прокол и еще кое-что по мелочи. Но как решать более сложные задачи, да еще и в полевых условиях, для меня было совершенно неясно.

Взглянув на время, обнаружил, что уже седьмой час и, хочешь не хочешь, нужно готовиться к ночлегу. Откатив мопед на соседнюю дорогу, ведущую к деревне, подальше от шоссе, выбрал место в лесопосадке. Передо мной открывались безмятежные просторы Запорожской области. Шум, конечно, доносился с трассы, но был не слишком назойлив. К тому же ночью стихал и не вызывал большого дискомфорта. Разбив палатку, я просто лег на туристический коврик и расслабился.

В этот момент и стали накатывать разные мысли и первые переживания о том, что этот поход может так бесславно закончиться, не успев начаться. В глубине души я понимал, что при самых неблагополучных условиях придётся бросить мопед, взять в руки сумки и ехать дальше автостопом. Мысль об этом убивала. Конечно, еще бы если это случилось где-нибудь по середине пути, но не так, прямо в самом начале.

Лежа на коврике, достал телефон, сделал фотографию части мопеда, своих ног и поля с лесом. Выложил ее у себя на странице, как бы в оправдание утреннего поста о начале движения. Минуту спустя поразился огромным откликом со стороны друзей, обычно не свойственным моей странице. Еще ответило пару знакомых механиков, рассказав о том, что причиной могут быть четыре вещи: это коммутатор, генератор, проводка или катушка. Из этого списка заменить самостоятельно я мог только бабину и коммутатор. Свечу я проверил первым делом, поэтому о ней и не упоминаю.

Итак, созрел новый план, а вместе с ним и надежда. Утром мне предстояло отправиться в город. Мелитополь находился от меня в 30 км, дорогу преграждало еще несколько блокпостов. Выйдя на дорогу, начал ловить машину. Местные немного подкинули до развязки, а там меня подхватил предположительно военный на УАЗ ПАТРИОТ. Диалог у нас был короткий. В моменте, когда он на скорости обгонял движущийся поток с правой стороны по обочине, сказал: «Вот за что я люблю «Патриот» Мы посмеялись. Затем высадил меня недалеко от блокпоста. Стоя на перекрестке, было решительно неясно, как вообще его можно перейти. Дорожная развязка в нагромождении бетонных плит и дотов. Движущийся транспорт. Стоял и смотрел в телефон. В этот момент меня начал звать к себе военный, ибо выглядел я действительно подозрительно. Последовавшее утверждение, что тут стоять нельзя, и вопрос: «Что я тут делаю?» С легкой формой претензии я ответил, что совершенно непонятно, по каким правилам тут можно пройти пешком, и что у меня сломался мотоцикл, мне нужно в город за запчастями. Остановив первую машину, военный договорился с водителем о том, что они подкинут меня до города. Как я уже говорил раньше, спорить желание ни у кого не возникает.

Пожилая пара довезла меня. За время пути я услышал нелегкую историю о разрушенном снарядом доме, перенесенных болезнях, вызванных стрессом. Их стойкость стала для меня примером. Дальше, найдя в навигаторе магазин, сел на автобус, идущий через весь город на его окраину. Это стало отличной возможностью ознакомиться с этим городом. После, пройдя еще несколько километров пешком, обнаружил отсутствие магазина как такового. Таким образом, к моменту, когда катушка и коммутатор оказались у меня в руках, прошел целый день, и я уже успел исколесить город на автобусе и исходить его пешком. К вечеру, добравшись до места своей стоянки, у меня в голове было лишь два вопроса. На месте ли мой мопед? И появится ли искра? Причины неработающего двигателя могут быть только две: либо нечему гореть, либо нечему поджечь. Все остальное вытекает из вышеперечисленного. Момент истины приближался. Я приложил свечу к металлической раме и нажал на стартер. В этот момент для меня было лишь два варианта. Хохот и радость либо мрак и отчаянье. Подходя к стоянке, я представлял оба эти варианта. Итак, нажатие на кнопку и ничего, заветная искра, которая в теории могла не только поджечь бензин в камере сгорания, но и мое сердце, не произошла. Глубокое разочарование вновь одолело меня. Тем временем снова наступала Ночь.

Этот рассказ не призван втащить банальную мораль про то, что якобы настоящий мотоциклист обязательно должен уметь всё чинить своими руками. Не о том, что нужно лучше готовиться к путешествию, например, накопив много денег на надежную брендовую технику.

Зачастую совершенно небольшой процент мотоциклистов являются одновременно еще и блестящими механиками, способными исправить всё, что угодно, своими руками. К тому же дорогая японская или немецкая техника, так славящаяся своей надежностью, очень сложна и требует, как правило, специалистов именно своей марки, а часто и конкретной модели. Запчасти дороги и редки. Но при этом всём она тоже ломается и ломается не так уж и редко, даже новая. Об этом можно судить по огромному количеству отзывных компаний, когда после выпуска новой модели, обнаружив изъян, завод отзывает все проданные модели обратно для доработки. Например, некачественная или из-за конструктивных особенностей обгонная муфта хваленой марки через 1000 км выходит из строя. Теперь представьте того самого тщательно подготовленного во всех смыслах райдера. Который покупает дорогущий новенький мотоцикл, обвешивает его всевозможными девайсами, отправляется в путь и через эту 1000 км попадает в точно такую же ситуацию, что и я. Боюсь, его разочарование будет куда сильнее моего, да и путей решения тоже меньше.

Этот рассказ скорее про навык, который более других необходим в сложных дальних путешествиях, и он применим к любому из их видов. Это умение справляться с любой ситуацией, к которой ты не был заранее подготовлен, так как подготовиться к любой ситуации невозможно по умолчанию. Не малую роль тут играет способность баланса своих эмоциях, но скорее это уже вопрос опыта, ибо ради них, как правило, и затеваются подобные маршруты.

Наступило утро следующего дня. Пройдя накануне очередной круг отчаянья и новой надежды, начал вновь собираться в дорогу. Этот круговорот преследовал меня практически весь путь. Отчаянье, а точнее в моем случае скорее чувство близкое к нему, но не его последняя фаза. Оно наступает в моменты, когда ситуации складывается сильно не в твою пользу, последствия могут быть критическими, а у тебя нету никакого решения по выходу. Но оно длится недолго, ровно до того момента, когда мозг не сгенерирует хоть какой-нибудь план. Сойдет даже тот, у которого процент на успех будет не такой уж и явный. Появится руководство к действию, а вместе с ним и новая надежда. Так случилось и у меня.

Идея пришла вернуться в тот магазин, в котором я покупал катушку и коммутатор. Осознание, что мото магазины являются не только средством распределения деталей за деньги, но и своеобразным клубом мотоциклистов, выручало меня потом еще не раз. Зайдя внутрь, озвучил продавцу всю свою проблему целиком, а не просто сухо проговорил название нужных комплектующих, как в прошлый раз. Спросил, занимается ли кто-нибудь в этом городе ремонтом. Небольшой консилиум из присутствующих на месте работников магазина постановил мне двигаться в определенном направлении. И что самое любопытное, нарисовали мне карту от руки, обычной гелевой ручкой. Я посмеялся, думая, что смогу обойтись одними координатами для навигатора, но уже скоро понял, насколько это мне действительно помогло. В этот момент всё путешествие, которое началось еще совсем недавно, начало трансформироваться в подобие рпг-игры в реальном времени. У меня появляются квесты, которые как будто мне посылает данжмастер, а не которые я придумываю себе сам. Так это все становится похоже на игру и обретает геймплей, тот фактор в любой игре, который делает ее интересной для пользователя. Так называемый баланс сложности, чтобы игроку не было слишком легко или слишком сложно, чтобы всегда поддерживать интерес на нужном уровне.

Получив карту, отправился в дорогу. С интересом обнаружил, что интернет перестал работать. Не очень хорошо понимал по каким принципам он вообще должен работать в этом регионе сейчас. Как выяснилась позже это были рандомные отключения.

Найдя нужный сервис, договорились о том, что мопед буден доставлен в сервис ими же самими на эвакуаторе за отдельную плату. Мы съездили за ним. В этот день ничего сделано не было. Комендантский час, который длился с одиннадцати вечера до шести утра, также накладывал свой отпечаток на работу магазинов, который работали максимум до трех дня. Оставалось лишь в новь расположится на ночлег. Мне повезло, что сервис находился на окраине города и я мог сравнительно не далеко поставить палатку в поле, напоминающем африканскую саванну с небольшими кустарниками. Лишь верхушки многоэтажек на горизонте говорили о непосредственной близости города. К обеду следующего дня мопед был исправен, но осадок от данного взаимодействия остался не очень хорошим. Не хочется жаловаться, но всё же стоит упомянуть об этом, поскольку это имеет важное значение для понимания общей картины повествования. Не буду называть конкретных цифр, поскольку они могут потерять актуальность на момент прочтения этого рассказа. Однако можно сказать, что за свою работу они взяли в пять раз больше средней стоимости. Да и это не считая эвакуатора, который был не так уж и необходим. Из того что мы уже успели понять про отсутствие искры, несложно догадаться, что если катушка и коммутатор не причем, свеча исправна, а проводка редко выходит из строя, то главный подозреваемый остается только генератор. Чтобы это проверить нужен лишь мультиметр, который легко помещается в карман. У меня забрали все деньги, которые были и еще пришлось занимать, чтобы расплатится за эту работу. Сейчас, пройдя весь этот путь, можно с уверенностью сказать, что вся работа могла занять ровно 20 минут. Это был единственный пример того, как на дороге у меня забирали последнее, пользуюсь тем, что у меня не было никакого выбора и я заведомо был согласен на любые условия.

И вот я снова ехал по шоссе. Недавно уложенное покрытие очень радовало своим качеством. Обычная двух полоска, небольшой трафик. Это все мне очень нравилось. Тихие провинциальные места, что может быть лучше? Ехал довольно медленно, наслаждаясь тем, что окружало меня. Плавно покидая Запорожскую область и въезжая в Донецкую. Впереди был Мариуполь. Этот город сильно пострадал в ходе пережитого штурма, и было очень любопытно там оказаться. Встречал город совсем недавно отстроенными кварталами многоэтажек, сияющими новизной своих красок. Одна большая прямая улица шла, разрезая его пополам. В центре кипела жизнь, все смахивало на атмосферу крупного города, несущегося во времени с огромным ритмом. Практически уже ничего не напоминало о войне. Проехав его центральную часть, свернул на окраину и направился к заводу «Азовсталь», где проходили одни из самых эпичных сражений. Уже издалека становится понятно, каких он гигантских размеров. Груды железа, местами перемешанные в кашу. Очень долго ехал вдоль забора, на котором почти везде были отметки от пуль и осколков. Через несколько часов я покинул этот город, выехав на трассу, которая вела меня на Ростов. Дождь, которого я ждал с самого начала, начал маячить на горизонте. Тучи сгущались над головой. Погода резко начинала меняться, а вместе с ней усилился и трафик на дороге. Появились фуры. Утренний расслабленный дорожный вайб начал куда-то пропадать. Стало сложнее держать дорогу из-за сильного ветра. Моросящий дождь быстро затмевал визор шлема, который приходилось протирать перчаткой каждые несколько минут. Проносящиеся мимо фуры изрядно обдавали дополнительным потоком грязной мороси. Лобовой ветровик быстро покрывался коричневым налетом грязи, защищая от неё меня. Это было первое испытание дождём. Благо продлилось оно недолго, и вскоре погода улучшилась. От былого дискомфорта остался лишь ветер и увеличившийся поток машин. Я ехал, пытаясь совладать с этим ритмом. Из-за невысокой скорости, всего около 55 километров в час, меня обгоняли абсолютно все. Хуже всего были фуры с прицепом. Чаще всего они совершали обгон прямо по моей полосе, рядом со мной, а не, как полагается, целиком по встречке. Испытывал шок каждый раз, пока не привык к этому. Часто фуры идущие на обгон, плохо рассчитывая свои габариты и скорость, стремясь раньше положенного вернуться на полосу. Таким образом прицеп этой фуры начинал активно двигаться в мою сторону, вытесняя меня с дороги. В такие моменты приходилось резко оттормаживаться, чтобы быстрее выскочить из этого мешка смерти. Еще одним нюансом данного обгона был мощный поток бокового воздуха от фуры, когда она настигала меня сбоку. Приходилось нивелировать его, сильно наклоняя скутер в противоположную сторону.

Мариуполь был позади. Дальше в плоть до Ростова была непрерывная дорога. Петляющая двух полоска вдоль Азовского моря. К этому времени блокпосты стали уже привычным делом и проходились на раз-два. Влившись в поток, я неумолимо двигался вперед, наконец полноценно получая удовольствие от происходящего. мопед работал ровно, а звук прямоточного глушителя радовал своим басовитым задором.

Когда преодолеваешь точку невозврата, на душе становится легко и приятно. Все сомнения исчезают, а тело словно наполняется невесомостью. Это удивительное чувство свободы, которое можно испытать только в одиночку. Лучшим способом прочувствовать это является дорога, уходящая вдаль. Именно поэтому тысячи байкеров выбирают этот путь, ведомые одной лишь мечтой – чтобы дорога никогда не кончалась.

Глава вторая

Индийский флешбэк

Как же приятно осознавать, что рок-н-ролл не только был в нашей жизни, но и продолжает в ней оставаться!

8 лет назад мы с моим другом Мишей отправились в наше первое совместное мотопутешествие на легендарном Royal Enfield. На протяжении примерно 800 километров позади нас развевался флаг с портретом Боба Марли и таким же по размеру флагом Индии. Этот путь мы прошли так же, как когда-то его прошёл молодой Че Гевара, на классическом одноцилиндровом двигателе с прямоточной выхлопной системой. Как в фильме «Дневники мотоциклиста».

 2 марта 2016 года подходил к концу мой первый визит в Индию. В то время мы были на пике сезона, проведя там около трех месяцев. Это был мой первый мотосезон, если можно его так назвать. Мы решили арендовать один мотоцикл на двоих и отправиться в мотопробег из Арамболя в Хампи, в соседний штат, расстояние до которого составляет около 400 километров в одну сторону. В этот день мы собрали все необходимые вещи в мой рюкзак, закрепив его на багажнике резинками.

Друзья пришли нас проводить на заправку, и мы отправились в путь. Концепция была проста: Миша был рулевой, а я был штурман-оператор. Так мы довольно быстро доехали до южного Гоа и остановились в Палолем Бич, где решили искупаться, тем более что там я еще никогда не бывал. Мы съели по мороженому, сделали пару фотографий и отправились дальше. Покинув штат Гоа, оказались в Карнатаке, и это стало точкой невозврата. Начался самый захватывающий этап нашего путешествия. Романтика дорог, наполненная местным колоритом. Придорожные кафешки, оранжевая пыль, новые знакомства с местными жителями – всё это было частью нашего приключения. 200-километровый путь от Арамболя до Гокарны занял почти целый день. В основном мы ехали по проселочным дорогам и узким асфальтовым трассам с невысокой скоростью движения. Наконец мы добрались до цветущей Гокарны – древнего города, имеющего большую культурную ценность для индуизма. Это был наш первый перевалочный пункт, где мы провели несколько дней. Длинные многокилометровый центральный пляж стелился вдоль деревушки, прилегающей к городу. Людей было очень мало, и в основном они все рассредоточены таким образом, что пляж вообще казался пустынным. После душного и переполненного Гоа это место казалось раем. Да, тут была своя особая атмосфера. Люди тут жили в максимальном покое. В кафешках не играла музыка, а отдыхающие в основном прятались по ламповым посиделкам друг у друга, лишь к вечеру выходя на пляж чтобы проводить солнце.

Во время движения очень часто останавливались для фотосессий. Часто просто не могли проехать мимо очередного красивого места, к тому же столь разительно отличавшихся от тех мест в России, откуда мы прибыли изначально. Вдруг мы поняли, что именно сегодня в Индии празднуют Холи, а это значит, что в любой момент дорогу могут перегородить люди и забросать разноцветными красками. Но, забегая вперед, скажу, нас так никто не забросал, наверно пожалев мой кипенно-белый наряд. Окружающие пейзажи всё больше напоминали декорации к фильму «Безумный Макс». Пустынные длинные переезды, огромные заводы и безжизненная пустошь создавали ощущение, что мы попали в альтернативную реальность.

В Хампи мы пробыли лишь один день, но уже тогда я отлично понял, что вернусь во многие места, где мы побывали за эту поездку. Около восьми ста километров я провел на заднем сиденье в роли активного наблюдателя. Второй номер на мотоцикле должен помогать водителю балансировать в поворотах и при переезде кочек. Неопытные двойки от страха, когда мотоцикл кренится в повороте в одну сторону, интуитивно начинают пытаться его выровнять, смещая центр тяжести в противоположную, чего делать категорически нельзя. Всегда под рукой должна быть бутылка воды для водителя или то, что ему может понадобиться. Водитель в данной иерархии является капитаном этого корабля, и спорить или как-то нагнетать ситуацию не только нежелательно, но и может быть чревато для собственной безопасности, так как от его состояния зависят ваши жизни. Это как раздражать врача, который готовится вас оперировать. Дорога – это, как ни крути, место повышенного риска. Тем более на мотоцикле. Водители и так получают достаточный стресс на дороге, поэтому участники команды должны это понимать и стараться сгладить все углы, а не усиливать негативные вибрации. Гнев доставляет нам больше вреда, чем то, что заставляет нас гневаться.

Глава вторая

 Когда ты не отделен от улицы каркасом машины, а всё вокруг проносится так быстро, что не можешь подолгу концентрироваться на чем-то одном, чувствуешь полный контакт с реальностью. Держась за руль двумя руками, это дополняется ощущением контроля не только над мотоциклом, но и над всей своей жизнью. В эти минуты ты находишься в череде моментов, без будущего и прошлого. Только здесь и сейчас. Зачем переживать о вероятном будущем, когда есть вполне конкретное настоящее? От этого на душе становится тепло и беззаботно. Любые мысли более глобального или бытового характера, забредшие в голову, тут же заменяются на более простые, например, далеко ли будет заправка или не пора ли подтянуть ремешки на багажнике. Лучше всего это вообще всякое отсутствие мыслей. Этим хороши длинные пустые хайвеи. Когда ты едешь один и не отвлекаешься на другие машины и дорожные события, можешь полностью отчистить свой разум. Такая медитация и есть вершина наслаждения для мотоциклиста.

 Погода наладилась, я проехал границу с Ростовской областью, где началась широкая «четырех полоска». Это сильно облегчало мне путь, так как поток стал более жидким и предсказуемым. Я ехал в полной эйфории, казалось, что все сложности этого дня были уже позади и остаток пути я буду лишь наслаждаться. Так в целом и случилось. При подъезде к Ростову прямо на ходу слезы натурально текли по моим щекам, а закат отражался в зеркалах заднего вида. Оставалось лишь ненадолго заехать в город, пополнить запасы и выбраться обратно на трассу что бы найти подходящее место для палатки.

 Нет ничего хуже скоростных автострад. Утром выйдя на трассу Москва-Дон, я почувствовал это лучше всего. Ощущение ничтожной букашки в огромном потоке, которую в любой момент может раздавить массивный великан. Ехать было страшно и некомфортно. Одна из самых загруженных трасс дарила лишь стресс и убивало всякую романтику. В районе Каменск-Шахтинского был поворот на Волгоград, куда я свернул, не раздумывая ни секунды. Практически сразу всё успокоилось так же, как может рассеяться внезапная летняя гроза. Вновь началась почти пустая двух полоска, по сравнению с шумной М-4, где я был только что.

Величественные ветряные мельницы притягивали взгляд, располагаясь по обе стороны. Так мне стало понятно, почему в этих краях столь сильные и непредсказуемые потоки ветра. Возможно, в машине или на тяжёлом круизере это не так ощутимо, но для маленького скутера, увешанного множеством туристического снаряжения, это было более чем сильно. Хуже всего, когда ветер дул ровно в лобовой ветровик. Таким образом поток атаковал меня то немного слева, то немного справа, не давая возможности подстроиться, постоянно держа в тонусе. Если ветер сильно дул, с одной стороны, то можно было крениться ему навстречу и ехать в небольшом наклоне какое-то время. Смуту вносили только фуры, которые перемешивали потоки таким образом, что они шквалили, резко меняя направления то с одной, то с другой стороны. Предположим, поток ветра идет слева от меня. Так при обгоне фура его сначала заслоняет, и он пропадает, следом ударяет своим потоком воздуха, после выравнивает, и после обгона тебя вновь настигает полевой ветер. Учитывая, что все это происходит в динамике, приходится постоянно бороться с дорогой, обобщая все эти факторы.

Встреча с шаманом, Адыгейский флэш-бек.

«Нельзя слово молвить, покуда звучит священная песнь ветра».

Девять лет назад я оказался в одной горной деревушке, куда меня привела романтика дороги и череда случайных знакомств. В то время я много путешествовал автостопом, не придерживаясь определённых маршрутов, а просто следуя за своим вдохновением. Не буду долго ходить вокруг да около, сразу перейду к делу. Место, о котором я хочу рассказать, – это небольшой посёлок в Краснодарском крае, фактически расположенный даже больше в Адыгейских горах. Называется он Мезмай. Деревня окружена горами, и её атмосфера полна мистики – это чувствуется всем телом. Не зря сюда стремятся любители эзотерики и космо-энергетики. Это место словно создано для того, чтобы вдохновлять и очаровывать. Здесь вы словно попадаете в мир сказок Пушкина или Средиземья Толкина. Горные реки, водопады, светящийся салатовым цветом мох, каньоны и скальные расщелины – всё это создаёт атмосферу загадочности и тайны.

Находясь в режиме свободного поиска, меня как будто провожали от одних людей к другим для получения нового опыта. Так я и попал к шаману. Я стал его гостем. Мы провели первые сутки в беседах за чаем и, к слову сказать, даже почти без сна. Потом он указал мне некоторые маршруты, куда можно было сходить в одиночку, а кое-куда провёл лично. Дом его представлял из себя одинокую избушку на окраине деревни. С полной атрибутикой шаманизма. Шкуры животных, огромный бубен и, конечно же, алтарь. На третий день нашего знакомства он вернулся с печальной вестью: накануне собаки загрызли местную лошадь, и жители деревни попросили его перетащить тушу. Он согласился, но только если ему отдадут голову коня.

Я спросил: «Зачем тебе голова лошади?» Он ответил: «Мы будем использовать её для усиления алтаря».

Чтобы отделить череп от плоти и установить его на алтарь, самым простым способом было сварить голову. Помню, как весь вечер под окнами жалобно выли кошки, учуяв запах свежего мяса. На следующий день шаману нужно было уехать, и он без колебаний оставил меня в своём доме, где я провёл около пяти дней. Удивительно, но я как будто перенял на себя его обязанности: некоторые жители деревни, которые раньше обращались к шаману за небольшой помощью, теперь стали обращаться ко мне. С тех пор мы больше мы с ним никогда не виделись.

На каждом этапе своего развития человек заново открывает мир, чтобы привести его в соответствие со своей природой. Закон Природы будет главенствовать независимо от законов, созданных людьми, трибуналами и правительствами.

Каждый раз, когда перед вами стоит выбор, будьте внимательны. Не руководствуйтесь только удобством, комфортом, респектабельностью или признанием общества. Ищите то, что находит отклик в вашем сердце. Выбирайте то, что вы действительно хотели бы сделать, не обращая внимания на последствия.

Маршрут через Волгоград был длиннее на 500 километров, но это не имело значения. Время тоже не имело значения, им я был ограничен лишь условно. Оно волновало меня лишь в ключе наступления скорых холодов. Уже восьмой день я наслаждался этим приключением. Волгоград манил еще и своей главной достопримечательностью – Мамаев курган. Восьмидесятиметровый монумент, который называется «Родина-мать», был давним объектом моего внимания, так как я являюсь поклонником советского монументального искусства. Весь день был в пути и надеялся уже к вечеру туда попасть. Подъезжая к одной из заправок, мопед начал немного тыркаться и глохнуть на ходу, но по инерции докатился прямо до нужной мне колонки. После наполнения бака бензином, завелся и без проблем отправился дальше. Скоро подобные случаи начали повторяться. Такое уже бывало летом, но эти случаи были очень редки и после подобных остановок не повторялись неделями.

Когда до Волгограда оставалось всего лишь пара сотен километров, заметил красный спортивный байк, стоящий у дороги. В мото культуре всегда принято останавливаться в подобной ситуации и спрашивать, всё ли в порядке, не нужна ли помощь. На обочине дороги стояла девушка, её руки были в масле. Она только что поставила слетевшую цепь, и я помог ей всего лишь тем, что налил немного бензина на ладони и дал несколько салфеток. Немного пообщавшись, отправился дальше, но уже через десять минут заглох сам и больше так и не смог завестись. Вскоре она догнала меня и также остановилась.

Очень странно, но я отказался от помощи прикинув, что проблема более глубока, нежели та, с которой мы бы могли легко совладать. Ляпнул что-то типа того, что справлюсь сам. Езжай с богом, всё нормально. А теперь понимаю, насколько это было глупо, ибо больше мне здесь помочь просто некому, а она была из ближайшей агломерации. Теперь придётся рассчитывать только на себя. Наверное, этот выбор был сделан подсознательно и не очень осознанно, но полностью отвечал смыслу одиночного похода.

Многие путают понимание с осознанностью, но осознанность – это наблюдение за пониманием чего бы то ни было. Вы просто позволяете ему быть, но не ассоциируете себя с ним. Теперь, когда вы поняли, что такое осознанность, осознайте это понимание.

Отложив все дела, я устроился на ночлег, смирившись с тем, что сегодня я уже никуда не доеду.

Глава третья.

Восемь дней и ночей

Только путешествуя можно почувствовать всю полноту жизни, ведь даже один день в путешествии ощущается намного ярче, чем месяцы, сидя на диване или в офисном кресле.

Ближайшим населенным пунктом от меня был рабочий посёлок Чернышковский. Утром мопед завелся без особых проблем, и вот я начал движение, проехав километров 7–8, всё повторилось вновь. Уже привычным способом я скатился к обочине и принялся думать, как быть дальше. Определенно дело было снова в генераторе. Такая вот невезучая для меня была эта деталь. Перемещаясь по 300–400 км за день, на границе климатических зон, да к тому же осенью, не успеваешь привыкнуть к тому, как быстро меняется климат вокруг тебя. Вокруг были сплошные степи и посадки вдоль трассы. Всё время дул ветер и периодически сильными порывами срывал мою шляпу, которая потом еще долго катилась вдоль дороги, словно убегая от меня. В этот раз я застрял в резко континентальном климате. В тот период, когда солнце было еще достаточно жарким, а резкие порывы ветра холодными. Ночью температура приближалась к нулю, а днём к отметке в 30 градусов. На этом участке дороги мне пришлось провести следующие 4 дня. По традиции я был полон решимости исправить проблему самостоятельно, для этого и отправился в ближайший рабочий посёлок, ведь там должен был быть какой-то мото-магазин. Идти пришлось пешком около пяти километров до того, как я увидел стоящей у обочины Камаз. Уже тогда я начал понимать, что автостопом здесь уехать будет не так просто, как в других местах. Попросил водителя добросить меня до поворота в нужный мне посёлок. Оттуда снова пешком. Всё, что я увидел, меня сильно впечатляло тем, что это был мир, сильно отличающийся от того, где я вырос. И хотя у нас одна страна, один язык и одни люди, но быт, уклад и условия жизни совсем другие.

Найдя нужный мне магазин, обнаружил его закрытым. На дворе было воскресенье. Пришлось возвращаться к мопеду ни с чем. Затарился в продмаге двумя консервами, дошираками и яблоком, так и побрел в обратном направлении. Не хочется вдаваться в рутинные передвижения, а вместо того сразу перейти к основным впечатлениям от этих 4-х дней. Примерно по 20 км в день приходилось преодолевать пешком. Одетый в чёрный костюм ходил вдоль трассы, так как никто подолгу не останавливался, местные уже запомнили меня, так как они катаются преимущественно туда-сюда по этому отрезку трассы. Причина того, что лишь редкий водитель останавливался, была в том, что в этих местах процветают грабежи и разного рода подставы для водителей. Об этом мне сообщали почти в каждой машине из тех немногих, кто не побоялся взять странного попутчика в моем лице.

Среди них был и дядька Супьян, с утра сыт, а вечером пьян. Так он сам о себе выразился. Чеченец пенсионного возраста. Он сразу мне сказал, что если бы он тут не поехал, то и шёл бы я до самого Суровикино пешком. До Суровикино было около 60 км от места моей стоянки, туда за эти дни пришлось ездить много раз. Водители не только не подбирали никого на трассе, но и не останавливались у машин с открытым капотом. Такими приемами пользовались бандиты, чтобы тормозить несведующих водителей. Могли подкинуть запрещенные вещества, чтобы потом развести, и еще много способов. Было удивительно, что такой фактор до сих пор существует. Еще меня подвозили два дагестанца, они везли в коробке двигатель от «Приоры» и тоже рассказывали про то, что местные тут злые. Самое лучшее, что и эти два дагестанца, и дядька Супьян меня накормили и надавали с собой в дорогу множество ништяков. У себя в палатке я приготовил салат из огурцов и помидоров, выдавил туда последнюю каплю майонеза, и мир заиграл новыми красками!

Я как маленькая улиточка на стволе цветущей вишни. Куда ты ползешь, там же наверху ничего нет, спрашивает меня воробей, сидящий на ветке.

Будет, обязательно будет, когда я туда доберусь.

Ведь и правда, мой домик всегда со мной, и двигаюсь я тоже очень медленно, медленно, но верно…

А вот теперь представьте. Пока вы читаете это, где-то у трассы стоит одинокая палатка. А в ней сижу я. Прямо сейчас. Представили? А теперь представьте, что таких палаток, скорее всего, очень много стоит возле разных дорог. И в них так же сидят какие-то чуваки. Все мы сидим в этих палатках и ничего друг о друге не знаем.

В итоге, приложив очень много усилий и времени, я всё-таки смог поменять генератор своими силами, и даже искра один раз проскочила, но мотор всё равно упорно отказывался заводиться. В очередной раз упав в палатку от бессилия и глубокой степени отчаянья, лёг и некоторое время просто лежал.

Четвертые сутки на этом месте подходили к концу. Все мои надежды на то, что еще чуть-чуть, еще немного поднажать, и можно будет ехать, таяли вместе с последними лучами уходящего дня.

Погрузившись в такое состояние и пробыв там некоторое время, сознание начинает искать выход и хвататься за скользкие соломинки далёкой надежды. Так внутри начинают рушиться лишние внутренние барьеры. Шаблонные социальные конструкции, мешающие в этой ситуации найти нужное решение.

Однажды у меня был опыт работы продажи книг, где нужно было заходить во все двери и продавать их всем. В магазинах, офисах вообще нужно было заходить во все двери, некоторые ходили по местным администрациям. Эта работа как раз и научила рушить стандартные схемы мышления в духе «а что, так можно было?». Зайдя в дверь, было несколько секунд, за которые нужно было расположить к себе незнакомого человека и уговорить его купить книгу. Книги покупали, но зачастую это делали не потому, что они им были нужны, а как ответ на то, что ты зашел к ним и поделился с ними своей положительной энергией. Встряхнул и зарядил этих людей среди их унылой рабочей смены.

Нечто похожее было и со мной тут, на трассе. За все те разы, что мне пришлось забегать в мото-магазин в Суровикино, мою историю там уже знали хорошо, так как мы много общались в моменте покупок. Я решил им позвонить. Представился, сказал, что у меня тупик, и спросил, есть ли какое-то решение? Продавец, подумав, ответил, что есть относительно недалеко от меня, примерно в 20–30 километрах, отзывчивый парнишка, и дал его номер. Самое ценное в этом разговоре было то, что в конце он добавил, чтобы я перезвонил, если что-то пойдет не так, что-нибудь придумаем! Это сразу во многом сняло гору с плеч, так как я почувствовал, что уже не один в этой истории и что в нее уже кто-то включился. Это и был результат того, что в такой ситуации важно быстро расположить к себе людей, так как они могут круто изменить ситуацию.

Сначала по номеру, что мне дали, долго никто не отвечал. Как выяснилось позже, мастер по имени Данила подумал, что это шутка какая-то. Зная, что многие не берут трубки из-за банков или назойливой рекламы, я отправил смс с коротким описанием проблемы, указав главные теги. Дальняк, скутер, нужна помощь. То и дело от него в последствии слышались немного негодующе-удивленные выказывания: "Что?" «На мопеде в дальняк?»

Белая «Ока» показалась на противоположном конце дорожного полотна. В ней ехал мой спаситель, словно волшебник на голубом вертолёте, он вез мне вместо эскимо пять литров воды и техническую помощь. Уже больше почти двух недель я был в дороге, и общая усталость и обезвоживание давали о себе знать. За долгими увлекательными разговорами мы разобрали половину двигателя, в ходе чего выяснилось, что ситуация еще сложнее, чем просто генератор. Вот цитата из записи в моём дневнике:

«Целый день сегодня мы исправляли ситуацию, но по ходу дела выяснилось, что посыпалось вообще почти всё, и продолжать движение было попросту опасно, а ремонт потребует колоссальных усилий. Перечислю вкратце суть проблем: сгорел генератор, растянулась цепь ГРМ, сдох стартер, выгорели клапана, развалился патрубок, но самое опасное и сложное к ремонту – это коленвал, который был на грани того, чтобы словить клина. В общем, было сломлено всё, НО НЕ ВОЛЯ!

Пожалуй, этот момент стал ключевым для меня во всей этой поездке. Всё подводило к тому, что нужно было оставить мопед и выбираться на попутном транспорте, а после поездом домой, но ставки были уже так сильно высоки, и я никак не мог смириться с таким исходом. Главное, о чем я думал в этот момент, так это то, как я вернусь домой в Коломну, а точнее кем? Можно вернуться со щитом, а можно на щите. Всё бросить и, спасаясь, уехать на поезде было равно признанию собственной неспособности выходить из сложных и порой отчаянных ситуаций. В таком случае я бы уже не мог в будущем планировать никакие путешествия, да и в целом ничего вообще серьезного. Пути отступления были отрезаны в моем внутреннем духовном мире, и потому было особенно тяжело принимать решения в эти минуты. Возникала тянущаяся долгая пауза, когда мастер Данила, озвучивший мне итог диагностики двигателя. С одной стороны, давили многочисленные призывы сдаться, исходящие из интернета, в духе «бросай этот хлам и езжай домой». Также объективная реальность подталкивала к тому же самому. Денег тоже уже практически не оставалось.

С другой стороны, стеной стояло огромное желание закончить маршрут до конца, в этом случае я бы оправдал все преодолённые мной невзгоды, а также подтвердил все месседжи, посылаемые тем, кто наблюдал за этой поездкой в интернете. Стараясь транслировать подход, что из любой ситуации можно найти выход, какой бы тяжелой и отчаянной она ни была. Так, собственным примером подтверждая это прямо здесь и сейчас. Маятник был готов качнуться в любую из этих сторон, и всё, что от меня зависело, уже было сделано и лежало на одной чаше весов. Судьба похода теперь зависела от моего нового знакомого Данилы, мастера.

Парень 25–28 лет из станицы Обливская. Оказался очень отзывчивый, но с его стороны, понятно, были все возможные в этом случае сомнения. Ведь обо мне вообще ничего не известно, что за тип, откуда, куда, да и еще в местах, где процветает бандитизм. Было бы странно вписываться с ходу за первого встречного. Благо у нас было полдня, пока мы в поле разбирали движок, чтобы выяснить масштаб всех проблем. Далее на месте чинить это всё не представлялось возможным, вдобавок последующие ночи обещали уже быть очень холодными, и моя экипировка уже не позволила бы мне справляться с такой погодой. И это учитывая, что еще не было дождей, которые однозначно меня бы добили.

Маятник качнулся в правильную сторону! Данила взял телефон и стал пытаться дозвониться до своего друга Юры. У него был прицеп, и он попросил его за нами приехать. В этот момент свет в конце тоннеля засветил особенно ярко, а хрупкая соломинка превратилась в надёжный канат.

Тот облик окружающего пространства, сложившийся вокруг до этого момента, стал трансформироваться. В противовес «злым и неотзывчивым местным» в моей истории появились люди полной противоположности. Все эти тяжелые дни необходимо было преодолеть как фильтрующий барьер, чтобы в итоге выйти именно на этих людей.

Только оцените контраст: от людей, которые даже не берут попутчиков или забирают последнее, до тех, кто приглашает меня в свой дом. Данила, который был знаком со мной половину дня, решил войти в мое положение и оказать необходимое содействие, но ничего бы не вышло без Юры, который приехал к нам с прицепом, не задавая ненужных вопросов. Так я попал на хутор Сеньшин, который навсегда останется в моём сердце.

Глава четвёртая.

Хутор Сеньшин. Знакомство с Юрой.

Закатное солнце уже поцеловало шоссе, тянущееся к горизонту, когда вдалеке появился Юрин автомобиль. Это был идеально выкрашенный в белый цвет ВАЗ 20 01 или «копейка» в простонародье. Советская классика в красивом обрамлении смотрелась очень элегантно. Мы загрузили мопед в прицеп, и нужно было решить, в какую машину садиться мне. С одной стороны, логично было бы залезть в «Оку» к Даниле, так как контакт уже был хорошо налажен. Никаких договоренностей о том, что будет дальше, не было, кроме того, что мы продолжим заниматься ремонтом. В этом ключе я решил поехать с Юрой, чтобы лучше познакомиться с новым человеком в этой истории. Череда спонтанных дорожных знакомств уже рябила в памяти, но эта встреча была наиболее гармонична. Весь вечер до самой ночи мы пили чай и много разговаривали. Юра оказался очень продвинутым для сельского жителя. Он много, где успел пожить за свою жизнь и вдобавок был довольно успешным культурным деятелем как в рамках хутора, так и вплоть до международных мероприятий. Его фотоработы много публиковались и даже хранятся в питерских фото музеях. Остепенившись, он вернулся в родной хутор и занимается хозяйством. Утром, оглядевшись, я ощутил масштаб этого самого хозяйства, и Юра устроил мне полноценную экскурсию по всем окрестным гектарам. Степная казачья вольница формирует особый человеческий уклад. Тут влияние государства практически никак не ощущается. Нет недостатка в земле, а климат позволяет снимать до трех урожаев арбузов за сезон. Утром такая тишина, и ни единого листочка не шелохнется.

Ходьба побеждает холод, покой побеждает жару. Спокойствие создаёт порядок в мире.

Именно так выживание на трассе плавно вернуло меня в изначальный смысл путешествия или «пути». Несмотря на то, что мопед был по-прежнему сломан, сама суть пути вернулась, так как исследование этой планеты продолжилось вновь. Разница только в том, что раньше я проносился мимо, лишь краем цепляя местные ландшафты, а теперь остановился для детального его изучения.

Распознав мое человеческое любопытство ко всему происходящему тут, Юра поспешил мне показать, как тут всё устроено. Мы отправились кормить свиней огурцами, смотреть, как варится для них каша. Отдельным номером для меня была так называемая «охота на шакала», которая заключалась в проверке установленных на них ловушек. Это было необходимо, так как они представляли угрозу не только для домашних животных, но и для людей. Если дать им возможность хорошо питаться и размножиться, то это могло привести к крайне нежелательным последствиям.

Мы двигались на той самой белой блестящей копейке по степным ландшафтам, оставляя позади пыльные клубы. Местами длинные овраги разрезали пашни. Климат меняется, и люди на земле это чувствуют особенным образом. В их памяти каждый метр, вверенной им территории. Овраги расползаются, лес где-то прибывает, а где-то убывает. Всё это не может не сказываться и на сельском хозяйстве, от чего во многом и зависят местные жители. Вообще все эти экскурсии и длительные чаепития изначально не помещались в задачу починиться и уехать, но в процессе стали неотъемлемой частью каждого дня. Так мы в первый день, когда должны были поехать в ПГТ Суровикино за деталями и оперативно приступить к ремонту, толком ничего и не сделали. Хотя и Данила тоже без всякой спешки и только к вечеру до нас добрался, чтобы начать разбор движка. В таком режиме я и прожил тут еще четверо суток. Мы часто ездили в Суровикино, порой просто попить чайку с опытными, уважаемыми людьми. За беседами шли часы, но дело всё же двигалось.

Если проблема имеет решение, не стоит воспринимать её как проблему.

Тем временем я всё больше погружался в местный быт. Утром очередного дня мы отправились на бахчу за арбузами. У Юры друг, который и был хозяином оной, разрешал ему собирать арбузы в качестве корма для свинюшек. Ох, как отчаянно и с удовольствием они их треплют! Да я и сам, признаться, обомлел, срезав сердцевину своим швейцарским ножом и вкусив эту сочную мякоть. Это не та водянистая жижа, что часто продается в наших магазинах, это сладчайший нектар, и вкуса такого я давно не ощущал. Нельзя не отметить Юрин вклад и в обустройство хутора. Под его руководством и инициативе был воздвигнут красивейший мост через небольшую реку. Арка в китайском стиле как будто намекала на какую-то неочевидную связь хутора Сеньшин с азиатской культурой. Возможно, если копнуть глубже и разобраться с названием, то может оказаться, что есть и легенда, почему всё сложилось именно так. А пока дело подходило к запуску моего мопеда. Никуда не торопясь, приведя его в полную готовность, близилось утро перед отъездом. На прощание Юра снабдил меня бензином и дал с собой бутылочку настоящего коньяка. Один год в дубовой бочке равен одной настоящей звезде. Весь процесс Юра проводил согласно советским ГОСТам и также сам заготавливал виноград. Это был элитный напиток, которым хотелось делиться с друзьями, понимающими толк, а не жаждущих проглотить всё, что горит. Эта бутылка доехала со мной до самой Коломны и была почата после финишной прямой. Конечно, впереди еще предстояло преодолеть еще 1300 км, но на них я уже глядел с небольшой грустью, так как каждый метр приближал это приключение к своему концу.

Впереди был Волгоград.

И на волну смотрел с тоской как будто старый старый волк морской…

Особое место в этой истории занимает сама дорога, но не как путь, а как самодостаточный живой фактор. Жизнь на трассе кипит, это выражается не только в траффике, но и во всех придорожных кафешках, заправках, станциях СТО и даже сотрудниках дорожной полиции. Это как будто отдельное государство со своим населением, тянущимся вдоль обочин. Каждая остановка для дозаправки или перекуса и отдыха происходит в новом месте и выражается своим насущным бытом. Ох сколько же я повидал разного колорита! Признаться это всегда радует. Мимолетные общение с людьми, которых ты никогда больше не встретишь, порой запоминаются на всю жизнь. В этом «организме» заправки играют главную роль. Чем дальше от крупных городов, тем реже встречаются однотипные сетевые брэнды и чаще попадаются частные ноунэймы. Там нет привычного сервиса, а заливая бензин, как будто играешь в лотерею. Особого контроля качества тут нет, и остается уповать на добросовестность хозяев и работников, так как до следующей доехать часто просто нет никакой возможности. Тот обобщенный образ «несетевой заправки в глубинке», который я пытаюсь создать, выглядит как салун в кино про Дикий Запад. Весьма обшарпанна, так, как если бы её выкупили в 95-м – 2000-м годах и оставили без ремонта, лишь изредка проводя минимальные работы, чтобы не дать ей окончательно развалиться. Если вы привыкли к тому, что всегда можете на заправке выпить кофе, сходить в туалет, подкачать шины, поймать вайфай или хотя бы расплатиться картой, то забудьте. Хорошо, если вам удастся просто залить бензин и не заглохнуть от плохого топлива уже через десять километров. Еще часто такие колоритные заправки являются местным клубом для определенного типа водителей, как бывают, например, специальные байк посты для путешественников на двух колёсах. Однажды произошёл забавный случай. Уже темнело, шел мелкий дождик, а бензин был очень нужен, я свернул с трассы и проехал метров сто по съезду до такой коммерческой заправки. Съезд был в таких страшных буераках, что сразу ясно, куда я подъезжаю. Все выглядело настолько непривычно, что даже не сразу было понятно, как пользоваться заправочным пистолетом. Вмятины, гнутые элементы конструкций и очень тусклый свет. Желая зайти внутрь помещения для оплаты, я открыл дверь и резко вошел. В этот момент я увидел просто огромную толпу кавказцев. Сцена напоминала ту, где в американском кино белый заходит в бар для чёрных, и все резко замолкают и смотрят на него. Что-то типа неловкой паузы. Никакой агрессии или чего-то такого, просто сама сцена получилась как из кино. На этой заправке тусовались одни кавказцы-дальнобойщики. Это был как бы их дорожный клуб, где они останавливались. Залетного скутериста тут увидеть явно никто не ожидал, потому так курьезно и сложилось. Когда все резко замолчали и повернулись в мою сторону, я лишь спросил, где можно оплатить бензин. Тогда один из них, сидящий на стуле, сделал медленный жест рукой в сторону двери, где это можно было сделать.

Законы туриста:

Если что-то лежит у костра, оно обязательно сгорит.

Если что-то вытащить из рюкзака, а потом засунуть обратно – рюкзак станет тяжелее.

Любую вещь можно уронить так, что поднять ее уже не будет никакой возможности.

Не бывает плохих продуктов, бывают недостаточно голодные туристы.

Если что-нибудь можно сделать не так, то обязательно найдется человек, который именно так и сделает.

Дым всегда там, где сидишь ты.

Попрощавшись с Юрой и будучи полным энтузиазма, отправился в дорогу. После недельного простоя звук мотора откликался волнительной дрожью в моем теле. Заново собранный мопед ехал хорошо. Скорректировав маршрут таким образом, чтобы не ехать часть пути в обратную сторону для выхода на трассу. Решив немного проехать по грунтовкам и сразу выйти на трассу в районе Суровикино.

По навигатору эти грунтовки выглядели довольно адекватно, и плюс Юра мне сказал, что раньше там ездил на машине. На деле же это вылилось в очень изнурительное приключение на полдня. Поначалу всё было хорошо, была плотная грунтовка, никаких проблем. Дальше же колеи стали постепенно всё больше заноситься песком. Колеса то и дело норовили соскользнуть и опрокинуть весь скутер вместе со мной. Конечно, эта техника совсем к такому не готова, эти маленькие колеса всего в десять дюймов годны только для хорошего асфальта. Предстояло пройти 20 километров, натуральный мини-бархан местами просто засыпал дорогу от слова совсем. Таким образом, что мопед просто не мог двигаться. Заднее колесо просто увязало в мелком белом песке. Так что приходилось его то и дело выталкивать руками, а там, где дорога была, там она была прикрыта тонким слоем, где как раз мопед и норовил то и дело поскользнуться. У вас наверняка возникает много вопросов, что за песок и откуда он в волгоградских степях? А вот это для меня тоже стало очень интересным наблюдением. Как раз к теме того, как меняется климат. Деревьев в тех местах очень-очень мало, а ветер гуляет повсеместно. Почва представляет собой несколько сантиметровый слой песка, покрытый мелкой и редкой растительностью, часто состоящей из колючек. Такое чувство, что пустыня медленно наступает и что лет через 500 тут все будет похоже на Сахару. Природу этого явления я не знаю, но когда видишь такое вживую, это очень завораживает. Осознав своё положение на точке, когда обратно ехать не было никакого желания, вновь преодолевая барханы, понял, что большая часть еще впереди. Надеясь, что этот песочный ландшафт скоро сменится на более привычный. Мелкая растительность на полях рядом с грунтовкой давала хоть какое-то сцепление с колёсами, и со скоростью 5 км в час я объезжал самые непроходимые места. После чего вручную вытаскивал множество колючек, впившихся в резину. Жаркое солнце в купе с сильным холодным ветром сначала заставляло сильно потеть, а после порывов, мгновенно охлаждало, что было очень некомфортно.

Местные давно не пользовались этой дорогой. Это было понятно по ее состоянию. Также там оказалась заброшенная деревня. Несколько заколоченных домов и бытовок. Настоящий трактор «Беларусь», весь заржавевший, но не разграбленный. Лёгкое чувство брошенного мира. Отсюда ушли люди, а природа потихоньку забирала своё. Будь у меня больше времени, я бы лучше исследовал это место, но изначально не планируя тут встрять, не было должного запаса питьевой воды и провианта. С большим трудом, опуская множество подробностей, я всё же выбрался на твёрдый асфальт. Так в ожидании короткой дороги получил дополнительное тяжёлое испытание.

Волгоград становился всё ближе. Заветная цель в виде монумента «Родина-мать» манила. Я представлял, что при подъезде к городу уже увижу издалека, как она возвышается над всем городом. В действительности же этого не было, становясь всё ближе, вдалеке дымили трубы заводов, я ощутил запах жжёной резины. Это был запах большого промышленного города. Конечно, горожане к нему уже привыкли и не замечали его, но мне на контрасте, после чистого ветра полей и недели вдали от цивилизации, это было очень заметно.

Духом любого города всегда являются его жители. Лично сам для себя, оценивая тот или иной город, всегда стараюсь узнать играют ли там музыку на улице? И насколько это движение вообще присутствует? Мне кажется, этот фактор отлично характеризует культурный уровень. Конечно, на это влияет и количество населения, ибо всегда нужна критическая масса населения, чтобы находился процент и для уличных музыкантов, и для их слушателей. В миллионниках с этим, как правило, проблем никогда не возникает, а вот в городах поменьше всегда бывает по-разному. Тут уже в дело вступают и другие факторы. Такие как связь с другими культурными центрами и культурный обмен в целом. Число музеев, институтов и других образовательных заведений. Если культурный уровень достаточен, то, как правило, на улицах будут музыканты, а значит, и в целом люди более лояльны друг к другу и более открыты. Субъективное и максимально оценочное суждение. Когда приезжаешь в новый город совсем ненадолго, то нужно для своего понимания максимально быстро прислушаться к ощущениям и действовать дальше, исходя из них. Вечерело. Пристанищем здесь должен был послужить GREEN HOUS, это что-то вроде хиппи-коммуны или «Дома для всех», но не являлось ни тем не другим. Это авторский проект одного человека и был ближе к клубу путешественников. Тут можно было отдохнуть и восстановить силы в комфортной обстановке. Ребята жили в большом доме и при помощи каучсерферов принимали путников, либо по рекомендациям и сарафанному радио. Здоровая творческая атмосфера мне была очень близка. Таким образом был достигнут экватор пути. 1100 км было уже позади, и 1100 оставались ещё впереди.

Глава пятая.

«Путь делает нас счастливыми, а не цель…»

Я добрался до Волгограда, большая и самая интересная часть пути уложилась именно в этом отрезке. Дальше до самой Коломны ехал относительно спокойно. Ночевал в Михайловке, Тамбове и Рязани. Подробно останавливаться на каждом сантиметре пути не вижу смысла, ибо когда мотоцикл едет хорошо, то это непередаваемые личные переживания, а если не едет, то это уже интересная история. Хотя, конечно, один стоящий момент всё же достоин повествования. История курьеза и глупости. В общем, дело было так.

На участке между городом Михайлов (Рязанская область) и самой Рязанью очень хорошая новая дорога. Но оказался я там в моросящий дождик, темноте и большой усталости. Шел одиннадцатый час, проведенный в дороге, и до Рязани оставалось примерно 10 километров. Там была запланирована ночёвка и столь желанный отдых. Нужна была финальная заправка, но таковой упорно мне не попадалось. Ситуация приближалась к критической, когда вдалеке я увидел огни. Единственный нюанс был в том, что она находилась не на моей полосе, а на встречной. Никакой проблемы в этом не было, просто заехал на нее. Решил еще заодно и долить масло и, как говорится, на посошок выпить кофе перед финальным рывком на этот день. Как назло, эта заправка была похожей на одну из «Ноунеймов», но относительно приличного уровня. Только сильно страдала система оплаты. А именно, ничего оплатить я там не мог, по крайней мере по безналу, и пришлось кое-как наскрести наличку. От кофе и прочего пришлось отказаться. В общем, эта суета не лучшим образом легла на мою уставшую голову, что уже просто хотелось сесть и поехать. Что я и сделал. К тому же когда я до залил масло, забыв закрутить пробку и проехал 2 метра, оно начало хлыстать во все стороны из заливной горловины. А дальше началась странная чертовщина. Навигатор начал натурально сходить с ума. Он постоянно предлагал мне куда-то съехать вбок на разворот. Время предполагаемого пути всё время увеличивалось. Устав бороться с ним, я просто его отключил и, руководствуясь базовым логическим мышлением, постановил, что отрезок этот сугубо прямой и если я просто буду ехать прямо, то неминуемо там и окажусь в Рязани. Какое же было разочарование, когда я увидел табличку с надписью Михайлов! Оказывается, я выехал с заправки и поехал по направлению стороны, где она располагалась, совсем забыв о том, что, чтобы на нее попасть, я переехал на встречное направление. Так где-то час просто ехал в обратную сторону, будучи уже почти у цели.

Я специально не стал останавливаться на проведенном времени в Волгограде и посещении самого постамента «Родина-Мать». Эта история немного о другом. Эта история о пути, а не о цели.

Здесь хочется процитировать одну из сцен из книги «Путь мирного воина» (Dan Millman), сформулировав ее в стиле буддийской притчи. Так она особенно точно передает этот смысл.

Однажды ученик пришёл к своему учителю и сказал:

– Учитель, я хочу обрести великую мудрость. Укажи мне путь к просветлению!

Учитель молча взял посох и повёл ученика в горы. Три дня и три ночи они шли по крутым тропам, преодолевая ветер и усталость. Наконец, достигнув вершины, учитель указал на обычный камень, лежащий у их ног.

– Вот твоя мудрость, – сказал учитель.

Ученик, разочарованно глядя на камень, воскликнул:

– Но это же просто булыжник! Мы зря проделали этот трудный путь!

Учитель улыбнулся:

– Разве ты не чувствовал, как твои ноги становились сильнее с каждым шагом?

– Разве не радовался солнечному свету и не благодарил дождь за свежесть?

– Разве не ощущал, как твой ум очищался по мере восхождения?

Камень – всего лишь камень. Но путь, который привёл тебя к нему, и есть истинное сокровище.

Мудрость не в том, что ты найдёшь на вершине, а в том, кем ты становишься, поднимаясь.

Таким образом, путь становится важнее цели. Счастье – в процессе, а вершина – это иллюзия. Настоящая награда – это трансформация в пути.

Эпилог. Что в конце пути?

А в конце пути нас всех ждёт одно. Если жизнь – это наш путь от рождения до смерти, то всё вполне очевидно. Но не стоит этого так сильно пугаться. Страх появляется только когда ты сам его приглашаешь. Если сидеть и думать только об этом. Если же ты всегда занят своим делом, то ты будешь жить до самого конца. А не прозябать весь свой остаток в страхе неминуемого конца. Подобная философия распространялась среди воинов-викингов, но по факту она актуальна абсолютно для каждого. По задумке природы все люди, а также животные должны отправиться в Вальхаллу, то есть погибнуть, а не испустить дух соломенной смертью. Что же касается животных, то они, как правило, погибают, когда становятся слабы и оступаются. В этот момент их настигает хищник и убивает. Заданная природой круговерть предполагает, что все мы должны быть съедены, а значит, умереть в бою. На дороге страх смерти пропадает, он замещается адреналином и другими механизмами и позволяет почувствовать себя живым и уйти легко. В отличие от соломенной смерти, где долгое и мучительное ожидание конца перерастает в агонию. Выходя на путь «война», не обязательно заниматься экстримом или направленно подвергаться риску. Нет, достаточно просто встретить этот момент за своим делом.

Если применить вышеизложенную мысль конкретно в контексте мотопутешествий, то каждый раз человек проверяет, достоин ли он по-прежнему оставаться на этой планете в конкретном своём воплощении. После условного боя и победы (выезда и финиша) промежуток до следующего «сражения» становится осмысленным и красочным. Если же бой неудачный и вы погибли, то это тоже очень хороший исход. Получается, что цель достигнута в полной своей реализации, но торопить этот момент не стоит, ибо не зря гласит народная мудрость о том, что «тише едешь дальше будешь».

Таков Путь.