Читать книгу: «Слепой жребий»

Глава

Тёплое весеннее солнце золотило ровную, чуть взбугрившуюся дорогу. У неё был лишь один поворот — к заправочной станции, прильнувшей к придорожному кафе на окраине сонного городка под названием Старый Лод.

Это место словно создали для отдыха тех, кто провёл в пути не один час. Особенно его полюбили водители, развозящие товары по окрестным сёлам. Да и само заведение притягивало каким-то своим, если можно так выразиться, уютом: казалось, здесь думают о каждом госте.

Внутри посетители сами выбирали, где сесть. Имелись даже столики на одного — для тех, кто не желал ни с кем делить хлеб и предпочитал одиночество с чашкой чая или сытным обедом. Еду подавали юные девушки, подрабатывавшие в свободное время, пока их сверстницы «гуляли» по городу, ныряя в огни развлечений.

Как раз сейчас здесь трудились две подруги — Аня и Настя. Они разносили заказы, успевая перешёптываться, судачить или жаловаться друг другу на хамство клиентов, способных нагрубить или послать подальше после отказа ответить на их интерес.

Особенно девушек раздражала небольшая компания — шестеро подвыпивших мужчин. Они сдвинули столы, сделали большой заказ и оплатили «пробковый сбор» за принесённый с собой алкоголь. К ним присоединились две женщины — видимо, не привыкшие отказывать в просьбе составить компанию и не слишком тревожащиеся о своей репутации. В общем, эти дамы были здесь хорошо известны — по крайней мере, тем, кто пользовался их услугами по вечерам. Но в тот момент они просто решили отдохнуть: выпить и забыть о своей рутине.

Официантки поняли с самого первого заказа: они стали желанными мишенями для этих посетителей. Аня и Настя по очереди отбивались от приставаний, стараясь проскользнуть мимо их ухаживаний и не навлечь беду неосторожной фразой в защиту своей чести.

И вот, когда очередной заказ поставили на стойку, девушки переглянулись. Казалось, они вступили в немую дуэль: каждая пыталась склонить напарницу к тому, чтобы доставить заказ и принять удар на себя.

— Так вы долго будете смотреть друг на друга? — привлекла их внимание женщина средних лет, следившая за работой в заведении. — Давайте, хватайте кто-нибудь заказ и быстро! — скомандовала она, махнув рукой и указав взглядом на поднос. В её глазах мелькнул пламенный огонь двух карих глаз.

— Мария Иосифовна, — обратилась к ней одна из светловолосых девушек, бросив взгляд на нежеланных клиентов. — Мы доставляем заказы, а не терпим домогательства. — Она недовольно указала взглядом в сторону компании. — Я просто боюсь подходить к ним. Тем более они единственные, кому вы разрешили алкоголь, и теперь позволяют себе лишнее, — закончила она, заметив надутое, скорченное лицо женщины.

— Можете не переживать, — Мария Иосифовна попыталась развеять их недовольство фальшивой улыбкой. — Они только на словах страшны, а так — безобидны.

— А удар по заду — это тоже слова? — в изумлении тихо прошептала девушка. — У меня до сих пор это место болит. Нет, я не пойду. — Она помотала головой и переглянулась со смуглой подружкой. Девушки были почти неотличимы, за исключением длинных тёмно-русых волос у второй. Если подумать, этих миловидных созданий можно было ошибочно принять за сестёр.

— Да что вы, девушки, — тяжело выдохнула Иосифовна, раздумывая, как выйти из ситуации. — Так, так… — Она задумалась. — Давайте так: я доплачу вам как за целую смену сегодня. — Она заметила интерес в глазах девушек. — Что скажете? — кивнула она.

Девушки выдержали паузу, обдумывая заманчивое предложение.

— Так, кто первая согласится, я накину ещё сто рублей сверху, — решила поддать мотивации Иосифовна. Она посмотрела на ту, что вела диалог. — Так ты как там тебя, Настя? — обратилась она.

— Я Аня, — со странной интонацией, надув щёки, ответила та. — Это она Настя, — кивнула в сторону подруги Аня.

Иосифовна на мгновение опешила от такого ответа.

— Ладно, ладно, — покачала головой, улыбаясь, Иосифовна. — Знаете, сколько Ань и Насть проходит через меня? — высказалась она в свою защиту. Переглянувшись, остановила внимание на Ане. — Разве вам мало? Вы получите семьсот рублей за этот день, а кто-то из вас, возможно, и восемьсот.

— Мы не говорим, что это мало, Мария Иосифовна, — помотала головой Аня. — Просто мне страшно. Сейчас они по заду пройдутся… Что им стоит дождаться меня до закрытия и… — Аня не договорила, лишь снова посмотрела в сторону компании и поёжилась от их хамского времяпрепровождения.

— До этого не дойдёт, я вам гарантирую, — Иосифовна снова привлекла её внимание к себе. — Я лично провожу вас до дома, — дала она им надежду, чтобы успокоить тревогу, и взяла паузу для раздумий.

Постояв несколько секунд, Аня взяла слово.

— Хорошо, мы согласны, — уверенно сказала она, заметив недоумение в глазах подруги.

Иосифовна довольно улыбнулась.

— Но… — добавила Аня, привлекая внимание женщины. — Добавьте нам каждой по сотне, а не той, кто первая согласилась. — Она закончила, переглянулась с подругой и самодовольно усмехнулась, заставив женщину действительно задуматься над её словами.

— Ладно, — неуверенно согласилась Иосифовна. — Я согласна. Только, пожалуйста, выполните свою работу. — Она защебетала, увидев довольные девичьи улыбки.

— Спасибо, что согласились, — поблагодарила её Аня, снова переглянувшись с подругой. — Можете на нас рассчитывать.

— Ох, — вырвалось у Иосифовны. Девушка заметила косой взгляд с недовольной ухмылкой. — Змея ты, Анастасия. — Она высказалась, указала девушкам на блюда и поспешно оставила их.

— Аня, ну ты даёшь, — с удивлённым лицом произнесла Настя. — Нам только стоит потерпеть — и получим за эту смену как за две. — Девушка заметила довольную улыбку подруги.

— Да, только потерпеть, — с недовольным лицом ответила Аня, взяв заказ в руки и посмотрев на подругу. — Я займусь этим столиком, а ты пока старайся не попадаться им на глаза. — С настороженным видом Аня глянула на клиентов. — Тот урод, самый горластый, уж слишком положил на тебя глаз. — Она указала взглядом на картавого черноволосого мужчину лет тридцати. Тот сидел с краю и бурно, громко рассказывал какую-то историю, которая встречалась бурными овациями компании.

— Я поняла, — донесся до Ани виноватый голос. Обернувшись, она поймала опущенный взгляд подруги. — Прости меня.

— Всё хорошо, — отозвалась Аня, мысленно уже перестав быть частью этой истории, и понесла заказ к столику той самой противной компании. Подойдя, она начала искать глазами хоть пядь свободного места среди гор грязной посуды.

— И вот я один среди шестерых, — раздался серьёзный, раскатистый голос мужчины, державшего заказ в руках. — Они стояли и ждали от меня оплошности, но я не отступил ни на шаг — держал оборону с трубой наперевес.

— А, точно! — перебил его другой, мгновенно поймав всеобщее внимание. — Я слышал эту историю. Маз, — продолжил он, наблюдая, как тот опрокинул рюмку, скривившись от горечи. — Там ведь был… как его… — задумался он, цокая языком и выстукивая пальцами дробь по столу. — Да, натуре, дай бог памяти… Чужой, вроде? Точно, он!

— Да, он, — подтвердил Маз.

— Чужой? — с любопытством протянула их компаньонка. — Странное прозвище.

— Ничего странного, — вмешался, видимо, её ухажёр на вечер, сидевший рядом. — Он получил это прозвище, потому что неместный: занимался разными делами, купил квартиру. А среди наших ребят его так и прозвали — недолго думая, — пояснил он с серьёзным видом.

— Но про Чужого, — продолжил рассказ Маз, — он и вправду там был. Пока они его ждали, я попросил Удава прикрыть меня в случае чего. Он стоял за моей спиной.

— Удав, да? — снова перебил его дружок. — Этот змей всегда прикроет, ещё как прикроет, — с уважением закончил он.

— Да, да, — поддакнули остальные.

— Да я закончу или нет? — недовольно, громко осадил их Маз, заставив всех замолчать. — Так вот, — продолжил он, когда вновь воцарилась тишина, — я попросил Удава прикрыть мне спину, как и говорил. И вот прибыл Чужой. Он был в компании двух своих друзей, одет как смерть из кинофильма: длинный чёрный плащ с капюшоном, а лицо — бледное, словно неживое. Я, в натуре, говорю, у меня даже волосы зашевелились на голове, а Удав мне прошептал: «Надо валить его первыми».

Маз специально выдержал паузу, впиваясь взглядом в их лица — и все, как по команде, уставились на него с жадным любопытством.

— И вот Чужой подходит ко мне, руки в карманах, и я слышу голос Удава: «У него там нож». И вдруг — будто в дешёвом боевике с Чаком Норрисом — я слышу, как Удав взводит курок револьвера в кармане своей куртки. Я понимаю: ситуация накалена до предела, кровь может пролиться в любую секунду. Но чья? Я беру себя в руки и понимаю: паниковать нельзя. Смотрю Чужому прямо в глаза и мысленно говорю: «Ни шагу дальше. Стой». И он, словно услышав, замирает в двух шагах от меня. Мы смотрим друг другу в глаза. И он говорит: «Как так? Что такой парень, как я, не стоит рядом с ним?» — оборачивается к своим шестёркам: «В чём дело? Кто здесь заводила? Почему я вижу их с той стороны? Кто будет держать ответ?»

Наступает мёртвая тишина. Компания переглядывается, неуверенно перешёптывается. Он поворачивается ко мне: «Меня зовут Яков. А тебя?» — «Алексей Мазенов, но зовут меня Маз, — отвечаю я. — В чём, собственно, проблема?» — «Лёша, — говорит он, — я сразу беру быка за рога: наш друг пришёл к девушке, а эти ребята отделали его возле остановки — он из больницы месяц не выйдет и говорит только бред». Я вижу, как Чужой снова оборачивается к той компании и громко, будто через микрофон, спрашивает: «Так правда или нет?» И вперёд выталкивают щуплого паренька — от него раздаётся писклявый, противный голос: «Да, это подруга моей сестры». Чужой тяжело вздыхает: «И при чём тут твоя сестра, дружок? Вы парня чуть на тот свет не отправили. Или вы мне хотите рассказать какую-нибудь жалостливую историю? Девчонка его сама выбрала, ревность здесь ни при чём». Тот, помедлив, отвечает: «Я тут не при делах. Сестра сказала, что он с ней гулял, а потом — койка, и разошлись. Вот он нашёл новую потеху, я и вмешался: за сестру рассчитаться и девчонку спасти».

От этого ответа у Чужого даже плечи сжались. Парень затих. «Правду говорят: сука не захочет — кобель не вскочит, — изрёк Чужой и продолжил: — Девчонка сама к нему в койку прыгнула, никто её не неволил. А вы сговорились и парня чуть не угробили. Вы кем себя возомнили? Богом? Кто вам дал право человека здоровья лишать?» Он договорил, повернувшись ко мне, и спокойным, будничным голосом добавил: «Давай подумаем. Я понимаю: дело касается вашего друга, и долг платежом красен. Но я не думаю, что драка и, не дай бог, увечья сейчас кому-то на пользу. За этот инцидент братец навестит вашего друга, попросит прощения и принесёт подарок — сумму назовёте сами. И ещё: пусть девочка усвоит урок и даже в мыслях не допускает подобного впредь». Только он это выговорил, как один из его свиты мощно врезал парню головой — тот рухнул, будто подкошенный. Мне показалось, его даже подбросило вверх. Следом ещё удар, ещё и ещё, пока Чужой не скомандовал: «Стоп». Подняв его на колени, я увидел полностью окровавленное лицо, которое пыталось что-то сказать, но вместо слов слышалось только хлюпанье и пузырящаяся кровь.

Так Чужой преподал урок, адресованный сестре парня: она обрекла брата на ответ за неё, а он принял наказание, потому что послушался её науськиваний. Потом он повернулся ко мне и улыбнулся. Я почувствовал, как спина взмокла, в животе засосало от слабости. Но, перетерпев, я услышал от Чужого, что он хочет встретиться со мной и тем придурком за моей спиной, что наставил пистолет через карман, загнав нас всех — особенно Удава — в окончательный тупик. Затем он ушёл; я увидел, как зажглись фары тёмной машины, и они покинули место, дав мне прийти в себя. Мы проворонили их прибытие в суете — не услышали, как подъехала машина, фары были погашены заранее, чтобы мы, как потом думали с Удавом, не разбежались врассыпную. А может, чтобы загнать нас в угол неожиданностью, — закончил Маз, пристально вглядываясь в бледные лица компаньонов с широко раскрытыми ртами, что заставило его усмехнуться и налить полную рюмку под гробовую тишину.

— А что было дальше? — живо заинтересовался один из компаньонов, но тут же осёкся, поймав строгий взгляд товарища.

— На этом моя история обрывается, — начал Маз, откидываясь на спинку стула, и в его голосе проскользнула лёгкая усмешка. — Удав после той встречи признался, что действительно не сдержался — обмочился. Чему я, откровенно говоря, не удивился. Я и сам тогда едва не опозорился, но удержался. Теперь, когда Удав стал ближе к Чужому, думаю, он в этом ни за что не признается.

— Странно, конечно, — произнёс кто-то, и все обернулись на мужчину, заставив Аню почувствовать смутную тревогу от этого бестолкового разговора. — Я рассказал тебе про парня, которого нашли мёртвым — задушенным на лавочке много лет назад, а ты мне какую-то байку про удава поведал, — закончил он с недовольством, и по залу прокатилась волна напряжения. У Ани внутри всё сжалось: настороженность, приправленная ледяным страхом, захлестнула её, и ей отчаянно захотелось оказаться где угодно, только не здесь.

— Но я не просто так это рассказал, Воденой, — гордо ответил Маз, вскинув голову. — Я знаю только одного парня, которого нашли задушенным возле дома, — и это был тот самый парнишка, что в тот вечер покалечил Чужого, — закончил он, и по столу прокатились переглядывания, а сердце Ани забилось быстрее. Она проклинала всё на свете за то, что согласилась за деньги обслуживать этот проклятый стол.

— А шнурок тут при чём? — поинтересовался Воденой, но его взгляд внезапно упал на растерянную Аню. Он улыбнулся, сверкнув золотой коронкой на клыке. — Вам чем-то помочь, девочка? — обратился он к ней, и она вздрогнула, поймав на себе его прищуренные светло-голубые глаза, полные странного умиления. Аня растерянно захлопала ресницами, переводя взгляд с одного собутыльника на другого, которые с любопытством разглядывали её.

— Девочка! — повысив тон, настойчиво повторил Воденой, заметив её замешательство. — Вам помочь? — спросил он снова, выдержал паузу, окинул взглядом заставленный закусками стол и, поняв причину её присутствия, перевёл взгляд на одну из женщин в компании. — Так ты, — кивнул он на сидевшую на коленях у соседа, — давай, уступи ей место, чтобы заказ принять. Не видите, что ли, что у девушки руки заняты?

— А где вторая? — заинтересовался Маз, впившись в Аню своими слезящимися, косыми светло-голубыми глазами. — Где же твоя подруга Настюша? — настойчиво спросил он, не сводя с неё цепкого взгляда.

— Она занята, — начала оправдываться Аня, слегка заикаясь. — Она будет принимать заказы у других посетителей, — закончила она, выдохнув с облегчением. Краем глаза она заметила, что на столе освободили место, и принялась раскладывать заказ.

— Нет, так не пойдёт, — возмутился Маз. — Давай сама иди по другим столам, а эту подружку зови сюда обслуживать нас, — повелительным тоном высказался он и опрокинул рюмку. — Давай, зови её сюда.

— Не я решаю, кому какой стол обслуживать, — ласково улыбнувшись, оправдалась Аня, пытаясь сослаться на Иосифну.

— Так, я понял, — протянул Маз, огляделся и заметил Настю, стоявшую к нему спиной. — Иосифна! Иосифна! — громко воскликнул он, привлекая внимание всего зала и своих собутыльников.

— Успокойся, Маз, — привлёк его внимание Воденой. — Давай полегче, не надо пугать девушек.

— А кто их пугает? — громко ответил Маз. — Посмотри, ты правда считаешь, что они целки? Брось! — взмахнул он рукой под его насторожённым взглядом. — Как я рассказывал, есть повод задуматься о сестре того мудака, которого задушили возле собственного дома. Они считали, что Сава виноват в том, что эта дура прыгнула к нему в постель, и он поплатился: нажил врагов, потерял доверие дружков, которые не прикрыли ему спину и удавили его шнурком, словно удав обвил его шею, — закончил он, характерно проведя пальцем по горлу, вызвав шок среди собутыльников и настоящий ужас в глазах женщин, особенно Ани, которая опустила потерянный взгляд.

— Я вижу, тебе нужно ненадолго отдохнуть от выпивки, — посоветовал Воденой, кивком указав девушке, чтобы она оставила столик. Аня давно уже мечтала об этом.

— Я сам скажу, когда мне отдохнуть, — отрезал он сразу, схватил Аню и, несмотря на её крик, усадил к себе на колени. — Ну-ка! — громко заставил её замолчать Маз, посмотрев на злое лицо Воденого. — Что не так? — с отвращением и злостью проговорил он. — А, Воденой, что не так?

— В лишней трескотне, — спокойно ответил тот. — Ты много болтаешь, Маз. Если твой друг Удав, это не значит, что можно так просто говорить про него то, что должно оставаться между вами.

— Понял, понял, — перебил его Маз. — Ты считаешь, я несу ахинею про подвиги Удава? Да я всегда про него всё знаю! — самоуверенно продолжил Маз, схватив девушку за грудь, вызвав недовольный, испуганный вскрик, который тут же затих, как только она заметила едва видный силуэт Иосифны за углом возле зала, где обедал коллектив, а гости быстро покинули заведение, хлопнув дверью.

— Так, Маз, отпусти её, — медленно встал Воденой из-за стола. — Отпусти девушку, и спокойно выпьем.

— А она мне и не нужна, — проговорил Маз, отпустив Аню с колен, но продолжая держать её за руку. — И как я могу пить, если ты не поддерживаешь мой разговор? — недовольно продолжил он, посмотрев по сторонам.

— Поддержу, поддержу, — ответил Воденой, медленно собрал рюмки со стола, поставил их рядом и наполнил до краёв. — Просто давай выпьем все вместе, как подобает.

— Хорошо, выпьем, — с готовностью откликнулся Маз, поднялся, обвёл взглядом зал и остановился на Насте. — Бутылка на исходе, Настюша, принеси-ка новую и смени свою подругу, — зычно распорядился он, покосившись на Аню, которая в страхе потупилась. — Ну, давай, — взял он рюмку, приподнял её над столом, и компания дружно повторила. — Так, мы выпьем за… — но не договорил: скрип двери приковал его внимание. Он осёкся и впился взглядом в ту сторону, где в кафе вошла молодая, ослепительно красивая женщина лет двадцати — а может, и тридцати.

— Матерь божья, — выдохнул он, и все, обернувшись туда же, замерли, пленённые красотой высокой рыжеволосой незнакомки, которая бесшумно прошествовала к первому столику у окна, села, взяла меню.

— Ну и ну, — очнулся Маз, одним махом опрокинул рюмку, позабыв о тосте, отпустил руку Ани и вгляделся в её лицо. — Спроси у Иосифны, есть ли у неё приличное вино, и живо! — приказал он, взглядом отпуская её, легонько шлёпнул по заду, уселся на место и обернулся к Воденому: — Видал, какая краля?

— Вижу, — с ноткой зависти отозвался тот. — Странно видеть такую самку без богатого папеньки или кавалера. Погляди, одета с иголочки — стало быть, при деньгах, — уверенно закончил Воденой, и Маз одобрительно кивнул.

— Ладно, сперва надо её задержать, — выложил свои мысли Воденой. — Посиди пока молча, прошу тебя, — попросил он Маза и, выпив на дорожку, под общее изумление покинул стол. Завернул за угол, где наткнулся на Иосифну, прижавшуюся к стене.

— Иосифна, — шепнул он, приблизившись. — Видела красавицу, что вошла?

— Видела, — ответила она, покашливая.

— Есть у тебя хорошее вино, не бурда? — продолжал он. — Нам надо подать ей бокал.

— Может, сперва спросите, примет ли она его? — засомневалась Иосифна, заметив, как Воденой достал из внутреннего кармана деньги, отсчитал несколько тысяч и протянул ей.

— Вино хорошее, — настойчиво повторил он.

— У нас нет здесь хорошего вина, — качнула головой она.

— Так купи в городе, — хмуро бросил он, кивнув на деньги, — а своих девчонок попроси как-то её задержать. Не лишай нас шанса, — пошелестел купюрами у её глаз.

Иосифна нерешительно взяла деньги. Воденой, улыбнувшись, вернулся к компании, сел на место и мельком глянул, как Маз, сжимая в кулаке рюмку, ни на миг не сводил глаз с незнакомки. Маз поставил себе цель — вырвать хотя бы несколько минут с этой богиней.

— Зачем уходил? — хмуро спросил он Воденого.

— Потерпи, — ответил тот. — Деньги на вино взяты, просьба передана, теперь нужно лишь терпение.

— А если она уйдёт? — с жадным блеском в глазах усомнился Маз.

— Я попросил Иосифну помочь нам её задержать, — улыбнулся Воденой, взглянул на цель, потом снова на алчный взгляд Маза. — Успокойся, друг, и подожди, — указал пальцем на бокал, в который сосед налил вино. Пригубив, Воденой сосредоточился на красавице, сам не веря, что уступает её Мазу, втайне надеясь, что тот получит отказ, и тогда в дело вступит более нежный искуситель.

Девушка молча рассматривала меню, не перелистывая страницы, — она словно вкушала каждую иллюстрацию, как изысканное лакомство, откинувшись на спинку удобного стула.

— Вы что-нибудь выбрали? — Настя подошла к столику и на миг опешила: в неё впился взгляд двух янтарных очей, тёплых и пронзительных, будто осенний мед. Меню бесшумно легло на стол.

— Пока нет, — голос красавицы струился мягко, как шёлк, а ласковая улыбка развеяла мимолётное оцепенение девушки, заставив и саму незнакомку улыбнуться в ответ. — Но я с удовольствием выпью чашечку кофе. Чёрный, без сахара и добавок, — попросила она, поглаживая подбородок и наблюдая, как Настя старательно, с трепетной тщательностью, записывает заказ в блокнот.

— Вам придётся подождать, — Настя подняла взгляд на клиентку. — Думаю, минут двадцать.

— Так долго? — в голосе не прозвучало и тени недовольства, лишь лёгкое удивление.

— Да, простите, — смутилась Настя. — Кофе кончился, за ним уехали минут десять назад, — находчиво выпалила она и замерла, заметив, как женщина впилась глазами в её бейдж.

— Настя, — проговорила та, и девушка, услышав своё имя, невольно выпрямилась.

— Да, да, — растерянно воскликнула Настя. — Это моё имя, — выпалила она, вызвав у клиентки усмешку.

— Сама невинность и скромность, — пробормотала та, и в глазах Насти мелькнула тревога, но девушка, отмахнувшись, взяла себя в руки.

— Простите меня…

— Тебе не за что извиняться, — мягко ответила клиентка, помолчав. — Тогда, может, подскажешь, что я могу выпить, пока выбираю угощение?

— Могу предложить заварной чай, — ответила Настя. — Зелёный или чёрный.

— Зелёный, без сахара и добавок, — оборвала её клиентка, снова погружаясь в меню. Настя, записав заказ, подняла печальный взгляд.

— Может, вам что-нибудь к чаю? — предложила она, и клиентка, недолго думая, вновь опустила меню на стол, спокойно взглянув ей в лицо, словно застыв в ожидании.

— Да, можно, — ответила она. — Может, ты мне что-то посоветуешь?

— Да, я вам покажу, — кивнула Настя на меню, и клиентка тотчас подняла его, раскрыв перед глазами, позволив Насте наклониться ближе.

— Я хочу вас предупредить, что вы привлекли внимание не самых приятных людей, — едва слышно шепнула Настя.

— Мне не впервой быть замеченной, — так же тихо ответила незнакомка. — Спасибо тебе, Настя, что предупредила, — прозвучала искренняя благодарность.

— Будьте осторожны, — шепнула Настя, словно указывая на меню, и вернулась в исходное положение.

— София, — женщина ласково взглянула на неё. Девушка удивлённо переглянулась с ней и увидела белозубую открытую улыбку благодарности. — Это моё имя, — София взглянула глубже, словно проникая в самую суть.

— Очень приятно, — улыбнулась в ответ Настя. — Я постараюсь быстро принести вам чай, — и в той же улыбке неспешно удалилась к стойке. Достала маленький заварочный чайник, положила туда несколько прессованных кубиков зелёного чая, залила кипятком и поставила на поднос с крохотной чашечкой на блюдце.

— Ты её предупредила, да? — окликнула её Аня. Девушка обернулась с расстроенным лицом, почувствовав неловкость перед подругой. Аня закатила глаза и недовольно выдохнула: — Настя, эта женщина привлекла их внимание, даже Иосифну отправили в город.

— Я знаю, — кивнула, тоже огорчённо, Настя, потом взглянула на неё: — Но я не могу иначе, Аня, она ведь ни при чём.

— Настя, — тихо перебила её Аня, подойдя ближе и оглядевшись, — я понимаю, тебе неловко перед ней, но… — она посмотрела на её хмурое лицо. — Пусть эти «друзья» лучше пялятся на неё, чем на нас, а мы тем временем выполним уговор, получим деньги и тихо свалим, — у Насти задрожала нижняя губа, а глаза наполнились слезами, вызвав у неё искреннее сочувствие. — Тихо, тихо, — шепнула Аня, успокаивая. — Только без слёз, — продолжила она, поймав её взгляд. — Как я и сказала, мне тоже тошно, но я уверена, что эта женщина умеет давать от ворот таким типам.

— Ты уверена? — с робкой надеждой шепнула Настя. — Почему ты так думаешь?

— Потому что её внешность не позволяет ей оставаться незаметной, — твёрдо ответила Аня, взглянув на поднос с чайными принадлежностями. — Просто делай, что она просит, и предлагай больше, комментируй заказы и тяни время, пока не вернётся Иосифна, — высказалась Аня, ещё раз окинув взглядом лицо подруги, на котором читалась растерянность. — Только, пожалуйста, придержи свои чувства справедливости на этот вечер при себе, — закончила Аня и скрылась за дверью. Взяв алкоголь для клиентов, она под взглядом подруги направилась к их столику, а Настя, взяв себя в руки, подхватила заказ и доставила его Софии, поставив на стол.

— Зелёный чай, — привлекла Настя её внимание. — Как вы просили, без сахара.

— Спасибо, Настюша, — ответила, улыбаясь, София, налила себе в чашку из чайника под её взглядом, сделала несколько маленьких глотков и слегка поморщилась.

— Что-то не так? — взволнованно отреагировала Настя.

— Да нет, — София взглянула на неё, — просто чересчур крепкий. Не волнуйся, обычная реакция. — Она заглянула в меню. — Так, я выбрала салат и… — задумалась, посмотрев на Настю с тревогой, затем с тихим стоном схватилась за голову, опустив глаза: — Я передумала.

Настя опешила. София взглянула в окно, достала из сумочки кошелёк, вынула купюру в тысячу рублей и протянула:

— Вот, держи. Сдачи не надо.

— Нет, это слишком много, — Настя отступила на шаг. — Я не могу столько взять, — замотала она головой, заметив, как у женщины дёрнулось веко и приподнялась бровь.

— Это тебе чаевые, — София взяла её за руку и вложила деньги. — Мне пора. Спасибо за всё.

Закинув сумочку на плечо, она быстрым шагом направилась к выходу под растерянный взгляд Насти, чем привлекла внимание Маза — тот едва не опрокинул стол, вскочив.

— Эй, погодите-ка, красавица, — крикнул он, настигнув её и схватив за руку. — Куда так спешите? — заставил обернуться под всеобщим взглядом. — Может, не будем торопиться? Познакомимся, выпьем? — мотнул головой в сторону стола.

— Нет, спасибо, мне пора, — вырвалась София, нервно озираясь. — Я вам не компания, — скользнула взглядом к выходу, где невозмутимо стоял Водяной.

— Девушка, не бойтесь, — мягко произнёс он. — Мы не причиним вам зла. Просто вы приглянулись. Останьтесь ненадолго.

— Простите, но я боюсь не вас, — ответила София дрожащим голосом, лихорадочно ища путь к спасению. Маз ощутил в её руке неженскую силу, но очарование затмило тревогу.

— Спокойно, — попытался успокоить её Водяной. — Только без глупостей, — развёл руками и вдруг заметил странное свечение в её испуганных глазах — потерял речь.

— О нет, — выдохнула она, не отрывая взгляда от выхода. Туда же, застыв от изумления, уставились официантки. Маз разжал пальцы, отпустил её руку.

— Какого… — протянул он.

Водяной обернулся — на лице растерянность. Сквозь стекло он увидел, как солнце затмила багровая, словно из кошмара, огромная луна. Свет заморгал, затем погас, погрузив здание в непроглядную тьму. Следом раздался женский стон, переходящий в дикий крик боли, сопровождаемый странным хрустом, пугающими щелчками и чавканьем.

— Аня! Аня! — в ужасе закричала Настя. — Что это? — взвизгнула она, и тут же с рычанием грянул звон разбитой посуды, смешанный с мужскими воплями. Аня на ощупь нырнула под стол, зажимая рот руками, чтобы не закричать.

— Аня! — продолжала взывать Настя, пока вокруг гремели крики агонии, стоны и чавканье — словно что-то тяжёлое металось из стороны в сторону. — Аня! — ещё громче выкрикнула она, и девушка очнулась, поняв, что подруга осталась одна в неведении.

— Настя, беги! Беги! — закричала Аня сквозь пальцы. Тут же раздался её крик, следом — тяжёлый звук падения, затем слабый стон и хруст столешницы над головой. Аня всем нутром ощутила, что нечто массивное застыло над ней. Она замерла, не смея дышать. Луна чуть осветила зал, показав нечеловеческие когтистые пальцы, впившиеся в край стола — острые когти врезались в дерево, как нож в масло, медленно, всё глубже. Движения сопровождались урчанием и рычанием.

— О, мамочка… — прошептала она, заливаясь слезами, сдерживая крик. Над ней послышалось короткое принюхивание — что-то искало новую жертву. — О Боже, прошу… — шептала она, закрыв мокрые глаза, готовясь к худшему.

Вдруг за стойкой, где в светлое время виднелась кухня с поваром Мишей, прозвучал звон, и нечто с рычанием метнулось туда. Следом — крик, чавканье, предсмертный стон. Секунду спустя послышалось противное шуршание по плитке, похожее на мышиный писк и мягкий топот.

Всё стихло, когда фары прорезали тьму, осветив заведение сквозь окна. В их свете мелькнуло странное нечто — и Аня невольно вскрикнула. Зверь развернулся, сверкнув жёлтыми глазами, насторожив два острых, как у рыси, уха с кисточками. Зарычав, скрежеща зубами, он рванул к заднему выходу, снося дверь всей массой. Грохот затих, оставив девушку в оцепенении.

— Что, свет отключили? — донёсся недовольный голос Иосифны. — Что происходит? Ещё не ночь, а луна как летней ночью… — Она пошлёпала по чему-то мокрому. — Вы что, разлили? Где все? — крикнула она в темноту.

Аня не могла ответить, беззвучно шевеля губами. Вдруг резко загорелся свет. Девушку пронзил жуткий женский крик, осыпав тело ледяным холодом.