Читать книгу: «Эра»

Глава 1

– Арэ, Арэ, Арэ!.. – тонкий голос, насквозь пропитанный тоской, снова разносился по светлой палате госпиталя.

Другими постояльцами палаты были в основном солдаты, получившие ранения разной степени. Кто-то не смог спастись от беловатого лазерного снаряда, смахивающего на сбежавшую с небес маленькую молнию. Другие от осколков умной прыгающей мины, орущей: «Смерть врагам!» Перечислять список военных технологий смертоубийств можно было долго.

Некоторые из тех, кто мог вставать с коек, подошли к печально говорящему человеку. Стена рядом с койкой беспокойного пациента хаотично переливалась и мигала, переходя от черного до белого через все оттенки цветовой гаммы облачного неба. Это устройство отражало состояние пациента. Не трудно было догадаться, что ему сейчас очень плохо.

– Арэ, Арэ, Арэ… Не должно… Не должно!.. – дергалась на койке девушка.

Совсем недавно на ее шее, руках, голове и ногах были зеленоватые, светящиеся, словно окрашенные фосфором, бинты. Как только раны благополучно затягивались, бинты переставали светиться. Сейчас их уже сняли. Девушка лежала в сером больничном комбинезоне, которые выдавали всем постояльцам госпиталя. Некоторые любопытные пациенты разглядели на ее правой руке и шее темно-синий, в некоторых местах чёрный металлический нарост вместо кожи.

Хотя девушка нечасто позволяла своей тоске вырываться наружу, но солдаты в палате, и врачи почти наизусть, как гимн родной страны, выучили ее фразы. При этом никто не знал даже, как зовут эту хрупкую на вид пациентку.

Длительная борьба между Железной Империей и Титановым Союзом сводила с ума и так давно заблудившийся в руинах прошлых ошибок человечества мир. Неразбериха, порожденная войной, подобно огромному спруту охватывала все.

Девушка поступила в госпиталь почти неделю назад с остальными пострадавшими из очередного боя. Она была страшно измученной и израненной так, что это ужасало даже ветеранов сражений. Ни единого живого места. «Арэ!» – постоянно повторяла она сквозь слезы и боль, даже когда хирурги вкололи ей в нежную шею анестезию и зашивали раны. Хотя удивительным образом многие раны затягивались сами по себе с пугающей скоростью еще до операции. Даже в коматозном состоянии она все равно дергалась в редких конвульсиях, вырывая из подсознания обрывки слов, пугая этим врачей и их ассистентов-роботов.

Никто не понимал, что значило «Арэ!». Беспокойную пациентку перевели в обычную палату. В первое время солдаты с любопытством слушали ее бред, в котором появлялось все больше слов. Некоторые особо дерзкие стали делать ставки на то, что можно было услышать потом. «Арэ!» – речь все-таки шла о ком-то! Один из солдат, из которого служба так и не смогла выбить до конца мечты о профессии журналиста, записал в электронный блокнотик почти все фразы девушки: «Арэ! Прости меня! Арэ, не должно было так закончиться! Я не хотела! Я не знала, что будет так! Не знала, что случится такое! Ты мне очень дорог! Не покидай меня! Не смогу без тебя! Мы вместе – все! Прости меня…».

Фразы повторялись, комбинировались, но общий смысл их был понятен. Солдаты терялись в догадках, что могло случиться. Каждый фантазировал свое. Бесконечный поток обсуждений неплохо разбавлял привычную скуку и постоянно возникающие мысли о собственной нелегкой жизни.

Некоторым просто не верилось, что с такой милой девушкой могло произойти что-то ужасное. Воины-женщины – довольно редкое явление в армии Железной Империи. Изголодавшиеся, отнюдь не в прямом смысле этого слова, за долгие месяцы службы солдаты видели в пострадавшей прелестную женскую сущность даже сквозь ее полученные в битвах жуткие раны. Вселенная не поскупилась одарить девушку красотой. Стройная, изящная, худенькая. Нежные черты лица, сочные губы, маленький носик. Светло рыжие короткие волосы, уложенные в гульки-косички с деревянными заколками. Правый глаз был бирюзовым, а левый – голубым. Металлический остов на правой руке и части шеи стремился извилистыми паутинками к лицу. Он добавлял что-то таинственное и внушительное образу девушки-воина.

Однако тоскливая правда о ее страданиях по-прежнему была скрыта туманом неизвестности, как и конец этой проклятой войны. Лишь самые жалкие крупицы информации о состоянии дел на фронте, передаваемые исключительно из уст в уста, доходили до солдат. Их приносили новоприбывшие бойцы, попадающие на освободившиеся койки. Но кроме начальства никто точно не знал истинного хода войны. Многие интернет-сети были заблокированы властями Железной Империи или не работали из-за военных действий. А личные электронные устройства, у кого они были из пациентов, отбирали.

Томительное ожидание, витавшее в палате, терзало мужчин и по другим причинам. Никто ничего не мог узнать о загадочной девушке. Находясь в сознании, она словно пребывала в другом далеком мире, глубоко презирая реальность, и ни с кем вообще не говорила.

Целыми днями девушка лежала на кровати или смотрела в широкое окно.

Бывало, кто-то из пациентов пытался заговорить с девушкой, но ее пронзительный невыносимый взгляд, мгновенно отбивал все желание. По крайней мере, видя ее невыносимые мучения, многие солдаты испытывали к девушке искреннюю симпатию. Лишенные рук, ног, а иногда и глаз, некоторые даже считали, что их страдания были не такими уж жуткими по сравнению с загадочной трагедией пострадавшей.

– Сейчас я вам покажу нашу местную достопримечательность! – с улыбкой сказал полный усатый солдат с перебинтованной рукой. На войне он каким-то чудом заслужил звание сержанта и поэтому часто чувствовал себя значимым, хотя больше утомлял этим окружающих.

Он и еще два новоприбывших пациента вошли в палату, где лежала загадочная девушка.

– Мы называем ее «Бездна уныния». Один взгляд ей в глаза – и можно спокойно вешаться… – пошутил сержант. Хотя никто не поддержал сомнительную шутку смехом, он пытался шутить снова и снова, наивно считая, что это тот самый позитив, который так необходим, чтобы быстрее выздороветь.

Один из новеньких был паренек среднего роста, крепкий, но слегка ссутуленный. Запавшие щеки и глаза, черные, очень коротко подстриженные волосы. Его руки, необычайно длинные и мускулистые, были полностью покрыты металлическим остовом. Сначала эта особенность вызывала у его коллег по военному ремеслу невольный смех. Но парень быстро проявил себя в бою, как умелый боец, ловко орудуя длинным плазменным мечом. Его зауважали, хотя отпускать безобидные шутки в его адрес не перестали. Теперь же его руки были принесены в жертву огню войны. Во время очередного взрыва, осколки сильно повредили металлический остов. Парень каждый день переживал, что руки заживут неправильно и он никогда не сможет вернуться к своему любимому делу, которое считал призванием.

– Вот она! – подошли сержант и новички к койке девушки.

Она не спала, как обычно молчала, находясь во власти глубоких размышлений. Паренек с длинными руками опешил. Что-то знакомое было в этих изящных, привлекательных очертаниях. Но узнал он пациентку, скорее по прическе и деревянным заколкам с вырезанными на них узорами. Странный символ, по форме напоминающий открытый, но явно нечеловеческий глаз.

– Эра!? – прошептал парень удивлённо. Все солдаты, до кого донеслась эта фраза, очнулись от размышлений, прервали свои дела и прислушались. – Эра! Это ведь ты?! Это я, Мол! – закричал парень, чувствуя, как дрожит его голос от радости и растерянности.

Теперь уже все прислушивались к словам Мола. Некоторые удивлённо переглядывались. Были и те, кто не поверил в услышанное.

Под ошарашенные взгляды пациентов девушка медленно повернулась и приподнялась на койке. Осмотрела всех присутствующих. Казалось, ее глаза, как прожекторы – ослепляли. Солдаты стали отводить взгляды. Но не Мол! Эра словно видела человеческое существо перед собой впервые в жизни и пристально изучала лицо парня.

– Я думал, ты погибла! Все считали так. И давно ты здесь?.. – медленно проговорил Мол, волнуясь, но все еще пребывая в радостном возбуждении. – Скажи хоть что-нибудь! Ты помнишь меня?..

И тут девушка коротко кивнула. На лицах некоторых солдат отразились такие эмоции, будто они услышали первые слова собственных детей. Эра словно впервые признала реальность.

– А он? Арэ? Что с ним?.. – голос Мола превратился в шепот.

Взгляд Эры, в котором едва забрезжили первые огоньки чего-то похожего на радость, снова потух и стал привычно-тоскливым. Девушка отвернулась. Она так ничего и не ответила. Но по протяжным тихим всхлипам, разносящимся по палате, стало ясно – она плакала.

– Значит, она Эра?! – удивленно показал на нее пальцем сержант и недоуменно оглянулся на остальных солдат. – Вот это да!

Все разделяли его чувства. Эра – это имя было на слуху почти каждого бойца в стране. Многие мечтали увидеть ее в бою или хотя бы просто увидеть. Перед ними на койке лежал последний на памяти этого мира хозяин Киберкона! Огромного, жуткого, но величественного чудовища!

Кто видел Эру воочию в бою, навсегда топил своих остальных кумиров в бездне забвения. Девушка полностью заслужила звание – прославленной воительницы. На пару со своим верным Киберконом она олицетворяла безжалостность, ураганную силу и непоколебимость. Возникая на поле боя, Эра вселяла ужас в сердца врагов и укрепляла дух союзников. Настоящая легенда!

– Что же случилось с ее Киберконом?! – спросил осторожно сержант, не спуская взгляда с девушки.

– Не знаю… – пожал плечами Мол. – Только слышал, что после жуткого сражения на Монолитной Платформе Титанового Союза почти никого не нашли в живых! Даже не понимаю, как Эра уцелела…

– Значит, ты знаешь ее?

– Даже больше, – загордился Мол. Что паренек особенно любил, так это быть в центре внимания. – Я с ней фактически вырос!

По палате пронёсся удивлённый свист. Кое-кто побежал в другие палаты, чтобы позвать своих знакомых. Такое никто не захотел бы пропустить! Мол глубоко вздохнул и начал рассказ. В глубине души он надеялся, что Эра не будет против этого. Девушка же никак не реагировала.

Глава 2

Мол отличался особой болтливостью и рассказ свой повел почти с самого начала времен. Но всеохватывающая госпитальная скука творила чудеса с сознанием и поведением людей. Поэтому все солдаты в палате слушали парня с упоением.

Мол и Эра родились на «Платформе-Воронке». Так ее называли в тех краях.

Платформа возвышалась в высоту около километра над землей, на широком столбце и по форме напоминающей гриб, только с гладкой обширной шляпкой. С поверхности земли, конструкция поражала любого своей величественностью.

Только вот почти никто не мог так на нее посмотреть. Там, внизу, почти вся поверхность планеты пряталась в черном мареве, скрывавшем редкие следы прошлого человечества. Вроде иногда проглядывавших сквозь туман руин старинных зданий-высоток, столбов, антенн или огромной, покореженной, изъеденной ржавчиной техники. Все это осталось после давно забытой глобальной войны или какой-то другой катастрофы. Никто из ныне живущих не знал.

И никто не знал, откуда взялся этот туман и когда появился. Немногие смельчаки, спускавшиеся к нему, рассказывали, что едкий смог на ощущение был прохладным. И только после первых смертей стало понятно, что туман был ядовит и опасен.

Иные авантюристы с зачатками фантазии утверждали, что видели в черном тумане жутких чудовищ. Хотя ни разу их не наблюдали с поверхности. И никто не сообщал о нападении этих неведомых монстров на поселения и людей.

«Платформа-Воронка» полностью состояла из металла, покрытого, словно мхом, еще одним толстенным слоем странного биосинтетического вещества, тоже похожего на металл. Такого же крепкого, но эластичного и легкого. На ощупь бугристая поверхность походила на алюминиевую фольгу. И прямо из нее спокойно тянулись к свету растения, текли реки и ручьи. А еще обитали животные. Металлические частички впитывались растениями и на листьях виднелись темные, словно чернильные, размазанные точки. Зелень и реки покрывали всю территорию Платформы, достигавшую примерно тридцати квадратных километров. Среди моря зелени виднелись островки небольших поселений.

Никто точно не знал, сколько в мире осталось таких крепких, практически неразрушимых Платформ. Сколько из них было заселено людьми, а сколько еще оставалось неисследованными. И, естественно, большинство людей в мире были в полном неведении, откуда взялись эти огромные конструкции, биометалл и прочие окружавшие их странности. Все это воспринималось как должное. Как наследием мира, который существовал еще до Великой катастрофы.

В самом большом поселении «Платформы-Воронки» бывший охотник Бор был единогласно избран жителями, чтобы взять на себя и с честью нести бремя вождя.

Никто не знал (этому просто не придавали значения) в какой год по планетарному исчислению в семье вождя на свет появился первенец – девочка. Отец нарек ее Эрой.

Все детство Эры, как дочери самого вождя, было полностью поглощено правилами и обязанностями. Девочку воспитывали в строгости. Прививали ей любовь к наукам и знаниям. Учили ценить традиции общины. Заполняли раковину ее мироздания чувством долга и непоколебимостью перед любыми преградами. Кто-то видел в ней будущий пример для всех женщин, живущих на Платформе. Другие предоставляли ее хранителем знаний. А третьи даже считали Эру будущей воительницей. Но долг перед общиной всегда оставался превыше всего.

Частички биометалла проникали не только в растения и животных, но и в организмы людей. Иногда даже с рождения. Металлические кусочки хаотично разрастались в телах людей на протяжении всей их жизни, не причиняя вреда. Бывало, они сливались в красивые узоры на коже, издалека похожие на татуировки. Иногда они просто покрывали плоть островками причудливой формы, как вторая кожа, а иногда прорастали внутрь. Срастались с мышцами, органами и костями, укрепляя их. Случалось, что биометалл прорастал в голову, соединялся с черепом и мозгом и даже заменял глаза или другие части лица на биомеханические, кибернетические аналоги.

По сути, именно в великую эпоху Пост-Металла, как ее было принято называть во всех уголках света, это фактически необъяснимое явление решало судьбу человека.

К примеру… Те, у кого биометаллом обрастали руки, находили себя в тяжелой, калечащей живую плоть, работе. Получившие такой «подарок судьбы» на ногах – становились отменными бегунами, гонцами. Реже всего, когда металл становился частью головы и лица, люди выбирали своей судьбой самые опасные и удивительные занятия. Вроде работы с ядовитыми веществами, к которым биомеханические глаза и носы оказывались невосприимчивыми. Но чаще всего эти счастливчики придавались безумным правилам авантюрных приключений. Самые опасные из них – насквозь пропитанных опасностью вылазки за древними артефактами в темный туман на поверхности земли. Даже с новообретенными кибернетическими имплантатами не всем удавалось выжить, но те, кто сумел уйти от смерти, заслуженно принимали всеобщее восхищение и почет.

За все детство Эры биометалл в ее организме никак не желал проявляться. Девочка даже расстраивалась, иногда не чувствуя себя частью общины. Никто из соседских детей не решался дразнить ее, как дочку самого вождя. У отца металл проступил на руках, укрепив мышцы и сделав его сильным ловким охотником. А у мамы он покрыл голову и теперь женщина ходила с металлическими волосам, похожими на тонкую стружку. В поселении это считалось признаком красоты.

– Частички металла еще появятся и укажут тебе путь в жизни! – с натянутыми улыбками родители говорили. Сильнее всех на это надеялся отец.

Маму девочки звали Ати. Она всегда и во всем была солидарна со своим супругом, касалось ли то жизни общины или дорогой дочери. Эра кивала, но невольно перенимала волнительные мысли родителей о себе.

Девочка всегда старалась ловко пользоваться своим умом и рассудительностью. Вселенная не поскупилась, наградив ее харизмой, цепкой памятью и умением убеждать людей. Однако стоит добавить, что Эра, как любой обыкновенный человек, обладала и недостатками. От отца, как предполагала девочка, ей досталось пренебрежение к тем, кто был ниже ее по воле и уму. Эта неприятная черта доходила порой до цинизма. Но чаще всего в характере девочки брал верх эгоизм. Желание быть впереди всего мира нередко толкало ее на откровенную грубость. Эра боролась со своими недостатками, как могла, и всегда чувствовала стыд, если невольно обижала окружающих. Но, бывало, она помогала и заботилась о других, настолько ей хватало сил.

Единственным ее другом был Мол. Волею случая на его и без того непростую долю выпало стать сыном строгого, решительного, но не самого хорошего отца Раллода. Если речь заходила о деньгах, то лучше человека на всей Платформе было не найти. Металлические скоростные пальцы и зоркий кибернетический синий глаз сделали его самым внимательным счетоводом и главным торговцем в своих краях. Однако почет и влияние давно искоренили в мужчине самые основные представления о морали.

Больше, чем считать деньги и уметь продать покупателю любой товар по любой цене, Раллод обожал хвастаться. Его байки, обросшие даже не бородой, а уже паутиной, все жители поселения знали наизусть и сами могли бы рассказать Раллоду. Многие из них были чистой правдой. Самые излюбленные, но при этом мрачные истории торговца – о его молодости, когда он неведомым образом попал в команду искателей-«артефактчиков».

На какой-то неизведанной Платформе в диких землях отряд искателей спустился к самой поверхности земли, в катакомбы под древним величественным строением. Всех, кто жаждал подробностей, ждало глубочайшее разочарование! Клянясь родной мамой, Раллод рассказывал взволнованным тоном, как во время того путешествия некие существа набросились на них из темноты. Искатели смогли отбиться, но Раллод в том сражении потерял руку. В доказательство он всегда приподнимал рукав правой руки и показывал полностью металлическую конечность. Она отросла вновь, но оказалось чуть тоньше, чем ее живая предшественница. А вот что не вернулось обратно, так это растраченные нервы!

Естественно, как хитрый и изворотливый торговец, Раллод учил своего сына тем же премудростям. Бесконечно он грезил о будущем наследнике – достойном продолжателе его семейного дела. Но судьба словно решила наказать его и посмеяться над неуемной алчностью родителя. Мол просто не обладал должным умом с самого рождения.

За свое тугодумие, а то и откровенную, хоть и неумышленную глупость никто не дружил с Молом. Единственная с кем он общался, была Эра. Однако даже она, бывало, не могла совладать с эмоциями при очередной выходке парнишки.

– Ох, Мол, какой же ты дурачок! – твердила ему девочка, когда они вместе играли и мальчик в очередной раз вытворял какую-нибудь глупость: что-то ломал из ее игрушек или в очередной раз лез обниматься без предупреждения. – Хватит, перестань! И давай я тебе помогу… Покажу, как нужно было сделать. Слушай внимательно, Мол!

Эре именно это и нравилось в парнишке: он повторял глупости раз за разом, но делал это ненамеренно. Хитрость в характере толкало девочку с заученной улыбкой тренировать на Моле свои достоинства и недостатки сколько угодно.

Годы шли, но биометалл в организме Эры все не проявлял себя. Это вызывало у девочки все усиливающиеся приступы уныния. Но в какой-то момент она перестала позволять грусти брать над собой верх. И устроил для нее этот поворотный момент в жизни именно Мол.

Однажды он выдал неожиданную для себя и дочки вождя мысль:

– Раз у тебя этот металл никак не проявляется, то, получается, ты ничего не должна… – проговорил мальчик монотонно, посматривая на свои руки. На кистях проступали зачатки металлического покрова, похожие на рыбью чешую.

И Эра прониклась этой приятной мыслью, которая подобно первым лучам рассвета, рассеивала тьму. С того самого момента ее жизнь изменилась. Не сразу, но это стали замечать и сами жители поселения. Чувство глубокого удивления охватило их, когда стало понятно, что дочь самого вождя уже в десять лет начала войну с местными правилами. В момент девочка почувствовала и ухватилась за порыв свободы от всего.

В поселении нечасто случались преступления и поэтому действия девочки притягивали к себе особое внимание. Хотя бы потому, что люди, у которых металл никак не проявлял себя, появлялись на свет чрезвычайно редко. Эра не ела с семьей, нарушала расписания мероприятий, не являлась на собрания и переклички, часто пропадала в зеленых местах за пределами поселения.

Настоящий шквал отрицательных эмоций теперь уже не только у поселенцев, но и у самого Бора вызвало то, что Эра без стеснения начала носить мальчишеские костюмы.

– Мне они кажутся намного удобнее. Просторно и уютно! – утверждала с вызывающей улыбкой девочка.

– Эра, ты не должна так себя вести. Люди подумают о тебе неправильно! – говорил ей серьезно отец.

– Папа, а как им вообще обо мне думать?! Мне уже скоро будет тринадцать лет, а металл так и не появился! Как обо мне вообще думать, если я, получается – никто! – отвечала девочка, но отец не видел в ней ни капли грусти.

Бор, да и вообще все жители, чувствовали в головах пустоту, пытаясь ответить на вопрос: чем и когда этот неизведанный мир одарит юную особу? С тревогой положив руку на сердце, чтобы хоть немного унять его дрожь, Бор обратился к согражданам. Сказал, что Эру ждет великое будущее, которое проявится неожиданно, но обязательно в самый нужный момент. Добросовестная, честная и безукоризненная служба своей общине убедила всех жителей поверить обещаниям вождя.

Отец только просил дочку не злоупотреблять фактически временной свободой, которую он ей подарил лично. И Эра понимала это лучше всего, но ничего не смогла обещать отцу. Да и трудно было скрыть радость, когда она узнала от жителей, что совсем скоро к ним в поселение прибудет загадочный путешественник из дальних краев. Никто еще не осознавал этого, но именно встреча с ним должна была навсегда изменить судьбу Эры…

Глава 3

Это случилось ровно через несколько месяцев, когда Эре исполнилось четырнадцать лет. В главное поселение на Платформе прибыл путешественник из дальних краев. Его звали Нилрем. Никто не знал, сколько ему было лет. И ничто не давало ответа. Ни густая причудливая темно-синяя борода до груди. Ни холодный взгляд светящихся синим кибернетических глаз. Ни почти полностью покрытые металлом руки, плечи, шея и часть головы. Обычно, чем больше человек жил, тем сильнее обрастал металлическим покровом.

Нилрем всегда ходил в одном и том же удивительном наряде. В разноцветных штанах и накидке, сшитых из кусочков, отрезанных от национального платья каждой далекой страны, которую он посетил. Несмотря на такой странный вид, пришелец пользовался уважением за свои обширные знания, которые он собирал по крупицам в долгих путешествиях по миру, летая на своем автожире.

Едва он появлялся на Платформе, жители бросали свои дела, покидали дома. Все люди шли на центральную площадь поселения, желая узнать последние новости о мире, о жителях на других Платформах и дальних странах, о частых войнах. Посмотреть на диковинные штуки, которые путешественник привозил и иногда продавал или обменивал у жителей. Мало на каких Платформах остался перелетный транспорт и поэтому поселенцы почти всю жизнь проводили там, где родились.

Эра была в первых рядах желающих встретиться с Нилремом. Отец давно рассказывал о старом мудреце, и девушка жаждала встречи с ним. «Может, он смог бы объяснить, почему металл до сих не проявился во мне?!» – размышляла Эра. Бор, как глава общины, поблагодарил Нилрема за приход и представил ему свою дочку. Она тогда заметила странное волнение в глазах старца:

– В мире много я видел людей и наблюдал в их глазах будущее. Твое, Эра, я тоже вижу… Оно будет великим, если ты захочешь этого!

Слова старца впечатлили девушку до глубины души.

Пробыл он всего один день. Перед самым уходом он поблагодарил жителей за столь теплый прием и сделал особый подарок Эре. Послышались восхищенные, пронизанные только искренней добротой возгласы жителей. Мудрец вручил в дрожащие от радости руки девушки закутанное в белую ткань темно-синее, испещренное белыми извилистыми линиями яйцо Киберкона. Это были биомеханические существа, чьи яйца невероятно редко находили на поверхности земли самые смелые и дерзкие «артефактчики». Такие смельчаки фактически продавали свою жизнь судьбе за возможность снова и снова прикасаться к тайнам прошлого.

Эра не ожидала столько щедрого подарка и со слезами обняла старца, пообещав, что будет ухаживать за диковинным, доселе никем не виданным питомцем. Нилрем предупредил Эру, что это яйцо побывало уже у многих людей, но никому так и не открылось. Удивительно было то, что существо само выбирает себе владельца.

– До следующей встречи, Эра! Если тогда Киберкон не откроет себя тебе, то яйцо отправится к следующему человеку! Все честно! – сказал путешественник и развел руками.

Девушка с долей волнения кивнула. Впервые в жизни у нее появилось нечто такое, что она не захотела бы отдать кому-то обратно.

Несмотря на невероятную ценность, яйца Киберконов никогда не встречались в личных коллекциях и редко фигурировали в списках товаров у торговцев. Это было еще одна особенность старого мира в копилке необъяснимых явлений. Если яйцо долго пребывало в руках человека, которого Киберкон не признавал, то оно просто исчезало. Некоторые самые старые «артефактчики», рассказывали, что яйцо могло телепортироваться куда-то снова на поверхность земли, в туман.

С той же минуты, как Эра впервые прикоснулась к яйцу, она не сводила глаз с него, всегда носила с собой и даже спала с ним в обнимку. Нередко она ласково говорила с ним, гладила, погружала в тёплую ванну, когда ходила мыться сама. «Киберкон вылупится, если признает тебя, почувствует твои сердце и душу!» – вспоминала снова и снова Эра слова мудреца Нилрема. Они звучали для нее как музыка. Девушка чувствовала слабое тепло от поверхности скорлупы, а через некоторое время белые полосы окрасились в оранжевый цвет. От этого ее собственное сердце наливалось радостью и счастьем.

Много раз она планировала, как будет ухаживать за своим будущим питомцем, лелеять его и ласкать. Никогда в жизни она не чувствовал себя настолько нужной кому-то. Все остальное на свете терялось за горизонтом ее собственного мирка, когда она слышала биение маленького сердечка внутри яйца.

С тех пор, как в поселении появились яйцо неведомого существа, в воздухе начали витать новые, самые разные мысли. Жители поделились на несколько лагерей по отношению к будущему возможному питомцу Эры. Девочка и без того всегда была странной, казалось, обитавшей вне реальности. А когда у нее появилось яйцо мистического зверя, стена ее мира стала почти реально ощутимой для всех окружающих.

Яйцо бывало на этой Платформе уже не в первый раз. Когда-то его в руках держал юный Бор и другие бывшие вожди. Несколько раз оно доставалось обычным юношам и девушкам. Но ни у кого Киберкон так и не явился на свет. Поэтому многие жители равнодушно восприняли появление яйца в их общине. Другие относились к этому с большим позитивом. А вот третьи оказались во власти ненависти и желчности. Особо впечатлительные поселенцы верили в россказни про загадочных монстров в тумане. Они боялись яйцо и того, что могло оттуда вылупиться.

Масла в огонь опасений подливал Раллод. Всего два раза при нем яйцо возникало на Платформе, всегда вызывая огненный прилив злобы и страха. События прошлого клевали его, подобно парящим над головой коршунам. Мужчина иногда не мог заснуть, боясь нападения неведомого чудовища именно на него. Он только всей душой надеялся, что Киберкон не признает Эру и Нилрем вскоре унесет этот ужас с их Платформы. Но стоило ему вспомнить слова Бора о великом предназначении Эры, паранойя начинала снова сжимать сердце мужчины, как тиски.

Вскоре Раллод начал усиленно следить за Эрой. Впервые он всерьез думал попробовать себя в роли хитроумного вора и украсть яйцо у девушки. Затем добраться до края Платформы и скормить его темной туманной бездне. «Что есть зло в первородном виде, то и должно исчезнуть в нем!» – размышлял торговец.

Но Эра почти никогда не оставляла яйцо без присмотра. Девочка заботилась о нем, казалось, больше, чем о самой себе. Иногда она ходила непричёсанная или в грязной одежде. Бор постоянно делал своей дочери замечания по этому поводу.

Всего один раз Эра рассталась со своим питомцем. Проснувшись утром, девушка с ужасом обнаружила, что яйца на второй подушке рядом не было. В тот день жители поселения впервые услышали самый громкий крик в истории. Некоторые считали, что от такого даже мертвые восстанут из своих уютных могил. Легенды рассказывали, что его было слышно даже на другом конце Платформы.

Эра подняла все поселение на уши! Яйцо искали! А оказалось, что его «одолжил на время» Мол. Не хотел будить девушку и решил просто с ним прогуляться:

– Я только проверить, хотел! – говорил паренек с широкой улыбкой. – Вдруг он меня выберет, а то ты с ним уже почти год таскаешься!

Эра была вне себя от злости! Мощный подзатыльник обрушился на парня, словно удар молота на наковальню. Впервые тогда Эра ударила кого-то и очень пожалела об этом. Мол был ее хорошим другом. И ведь он ничего страшного не сделал. Девушка не знала, но чтобы разбить яйца Киберкона, на него нужно было бы обрушить вес самой Платформы! Эра извинилась, даже тепло обняла Мола, но раз и навсегда предупредила, чтобы он больше никогда не прикасался к яйцу с ее питомцем!

Узнав о случившемся, Раллод взбесился и в порыве ярости, подогреваемой паранойей, избил сына. Если бы он знал, то мог бы забрать у Мола яйцо и избавиться от него раз и навсегда, скинув с Платформы. «А может, надо было бы сразу избавиться от своего тупоголового сына?!» – размышлял торговец. Наследник, на которого он возлагал невероятные надежды, невольно дал смачного пинка всем его грандиозным планам.

О случившемся узнали все в общине. Бору впервые за несколько лет пришлось составить в акт о преступлении. Раллод был больше не в силах тягаться со своими внутренними страхами, которые пожирали его изнутри. Все жители собрались в зале храма.

– Киберкон наверняка опасен! Он вылупится и убьет вас всех! Прошлое и так чуть не убило всех людей! Теперь один из его осколков рядом с нами! – размахивал своей когда-то откушенной, а ныне металлической рукой мужчина и указывал пальцем на Эру.

Девочка все это время стояла за отцом и опустила взгляд на яйцо в руках. Капельки сомнения промелькнули в ее глазах. Ведь последнего Киберкона видели больше четырехсот лет назад. И уже никто не мог рассказать о них… «А вдруг Раллод был прав?!» – подумала Эра. Но встряхнув головой, она с усилием оттолкнула от себя эти мысли. «Этот человек избил своего сына! Наговорил глупостей! И готов был лишить меня всего! Я не буду его слушать!» – заключила девочка и всякие сомнения в этот момент были похоронены под бетоном сознания.

Большинство жителей не стали слушать торговца. Некоторые даже предложили изгнать его из общины. Но по твердому решению Бора за многолетнюю хорошую работу на Платформе Раллод отделался публичным выговором и предупреждением.

Теперь, узнав об истинных намерениях фанатичного торговца, девушка стала следить за своим яйцом еще более пристально, вообще никогда не выпуская его из рук. Раллод знал об этом и временами готов был заняться самобичеванием. Он должен был сразу отнестись к делу серьезно и спланировать все заранее!

Спустя некоторое время, продолжая подкармливать паранойю очередными кусочками здравого смысла, торговец сговорился с самыми суеверными поселенцами. Их маленькое братство жаждало только одного – избавиться от яйца! А может, даже от самой Эры – раз и навсегда!

Свой пятнадцатый день рождения Эра запомнила на всю жизнь.

Во время праздника на общем пиршестве в зале дома Бора девушка сидела за столом в центре и с неохотой выбирала металлические кусочки из любимых яблок. Мысли ее снова возвращались к теме «ожелезнения», как его для себя называла Эра. Металлические частицы, проникавшие в растения, встречались, в том числе, и в плодах. Тяжко было тем, кто натыкался на них, как на семечки, о которые можно было сломать обычные зубы. А вот те, у кого металл прорастал в зубы, могли жевать и переваривать металлические семечки без всякого труда.

Это раздражало Эру. Каждый раз что-то да обязательно злорадно напоминало, что к пятнадцати годам она так и не удостоилась внимания биометаллической стихии. Одна радость – яйцо Киберкона было с ней, лежало, закутанное в полотенце, на коленях. Но прошел уже год… И ничего не произошло! Девушка никому не призналась бы, но временами начинала плакать по ночам. Боялась, что ей придется расстаться с заветным питомцем. Как она не старалась, но не могла подготовиться к этому морально.

– Я – это ты! – прошептала она, погладив яйцо, и вернулась к трапезе.

И тут случилось неожиданное… Яйцо чуть дернулось! В первую секунду Эра не поверила в это. Но толчки повторились. У девушки перехватило дыхание. Она схватила яйцо и положила на стол в глубокую салатную тарелку. Толчки повторялись!

– Он вылупляется! Он вылупляется! – закричала Эра. Все гости мгновенно замолчали и обратили свои взоры на девушку и яйцо. Оно вздрагивало в тарелке все чаще и чаще.

И вот скорлупа звонко затрещала. Пища и пытаясь уже в первые секунды своей жизни рычать, загадочное существо выбралось из своего долгого заточения. Зверь был чисто-белого цвета. Он осторожно оглядывал людей, внимательно изучал лица и, наконец, обратил взор на свою хозяйку. Эра, немного дрожала от волнения. С улыбкой и полными слез радости глазами, она протянула к нему руки. Киберконыш неспешно забрался ей в ладошки (он был тогда настолько маленький). Девушка поднесла его к себе и зверь прижался к ее груди, громко посапывая. Гостевой зал в доме Бора наполнился умилением.

Люди поздравляли Эру. Киберкон признал ее! Никто до последнего не ожидал этого. Многие думали, что зверь уже не выберет дочь вождя своей хозяйкой.

– Я буду звать тебя Арэ! – сказала девушка и поцеловала своего питомца в маленькую треугольную мордочку.

Киберконыш чуть прикусил ее ладонь, и Эра почувствовала легкую боль, как от ожога. Девушка дернулась от неожиданности, но тут посмотрела и на ладонь обомлела. В центре возник маленький округлый символ с хаотичным узором-паутинкой внутри. И он был из металла. Девушка подняла руку и показала его всем гостям:

– Смотрите, смотрите!

Ее жизнь фактически началась сначала. Загадочный символ, как считала Эра, связывал ее с Арэ.

Среди гостей не было Раллода, но торговец узнал про произошедшее от сына. Судьба в очередной раз решила не только посмеяться над мужчиной, но еще наказать за грешки прошлого. Раллод хотел было наброситься на сына и снова одарить свое чадо кулакоми, как делал это не раз и не два. Но уже в пятнадцать лет Мол стал крепким молодым человеком. И торговец побоялся, как бы крепкие руки сына не скрутили его в ответ в бараний рог.

Мысли о появлении чудовища в его родном поселении терзали душу, словно коршуны. Эта ночь для Раллода стала самой долгой и мучительной в его жизни. Мрачные мысли проникали в душу. Мужчина понимал, что не сможет остаться в стороне. Пришло время решительно действовать!

Глава 4

Рассказ Мола, как пепел пожарища, витал по палате, подгоняемый вздохами, и касался Эры. Старые воспоминания вспыхивали в ее сознании. Увлеченные рассказом пациенты даже не слышали всхлипов девушки. Эра вспоминала, как гладила, ласкала и щекотала своего милого воркующего питомца. И как можно было устоять перед таким, пускай железным, но все же комочком радости?..

Годы шли дальше. Эра чуть ли не до безумства любила своего питомца и проводила все свое время только с Арэ. Ухаживала за ним, кормила всем подряд. Как биомеханический организм, Киберкон, был неприхотлив в пище. Они с Эрой стали самыми неразлучными друзьями.

В первые дни Арэ боялся людей, а при каждом постороннем звуке звонко вскрикивал, прятался за девочку или пытался залезть ей за пазуху или под юбку. «Держи его подальше от нас свое проклятое чудовище!» – открыто говорили ей Раллод и остальные жители, которые были солидарны с ним. Но Эра с довольной улыбкой наблюдала, как они сторонились ее питомца, а самые робкие убегали прочь, едва Киберкон возникал рядом с ними. Торговец был единственным, кто позволял себе крикнуть или попробовать прогнать Арэ. Девушка постоянно это пресекала и готова была с когтями наброситься на заносчивого мужчину. С каждым днем их взгляды все больше и больше переплетались лианами ярости и ненависти.

Киберкончик, как его ласкового называла девушка, рос довольно быстро, как щенок или котенок. К слову, о последних: Арэ часто играл с соседскими питомцами. Бегал с ними по террасам, по крышам, резвился в траве. Больше всего кибернетический зверь любил чесаться спиной о землю или деревянные постройки. Так с него слезали верхние отмершие слои металлического остова. Из них он состоял полностью, от макушки до пяточек.

«И почему некоторые все равно называют его чудовищем!? Ведь он такой милый!» – размышляла Эра, когда ночное небо скрывала бушующая стихия. Крупные капли били по крышам, выбивая барабанную дробь. Киберкон трясся на своей подушке в комнате девочки. Не выдерживая, он прыгал к ней на кровать и прятался под одеяло. Эра не могла сдержать смеха и гладила дрожащего зверька.

Как говорится: «Во вселенной нет ничего вечного». И вот спустя несколько лет идиллия Эры и Арэ, их мир – дал первую глубокую трещину. Это повлекло за собой, подобно необратимой химической реакции, череду жутких событий.

Это воспоминание, как и многие другие с пометкой «особо важные», навсегда осталось в картотеке памяти девушки…

Все началось в ничем непримечательное утро, когда пронизанный неподдельным испугом крик ребенка пронзил привычный мирную атмосферу поселения. Те, кто был ближе к дому Бора, оказались там раньше других. На их лицах застыл ужас. С одной стороны, укрываемый родителями, стоял ребенок со щенком в руках. Лапа животного сильно кровоточила. Мальчик рыдал, не в силах унять слезы. Напротив дома Бора, на террасе, рядом с отцом стояла Эра, держа на руках своего питомца. Ей было невероятно тяжело, но девушка боялась отпустить киберкона. Из пасти Арэ падали на землю свежие капли крови.

– Он набросился на моего щенка и укусил его! – кричал мальчик. – Арэ – чудовище! Верно про него говорили!

Эра хотела возразить, но в горле у нее пересохло, как в пустыне. Она видела, как многие пришедшие жители медленно кивали и переговаривались между собой. Они еще ничего не сказали, но дочь вождя уже видела в их глазах опасение и зреющее решения. Даже отец начал сомневаться. Эра знала, чувствовала сердцем, словно вживую соприкасалась с маленьким сердечком Киберкончика. Он не мог причинить боль умышленно, все вышло случайно.

Но разве это волновало толпу?! Среди поселенцев она увидела ехидно улыбающегося Раллода. Он пробирался вперед. Эра тяжело дышала. Сдерживая накатывающую злость, она сжала зубы так, что десны были готовы лопнуть. Арэ жалобно смотрел на нее. «Не отдавай меня им на растерзание!» – читалось в его киберконьих глазах.

Девушка резко выбежала навстречу людям. Бор не стал ее останавливать. Ехидная улыбка Раллода уже превратилась в жутковатый оскал. Он уже открыл рот, но не успел ничего сказать… Эра перебила его:

– Замолкни, избиватель детей!

Торговец растерялся, и этого хватило, чтобы девушка перехватила инициативу и плавно направила волну слов в нужное ей русло:

– Арэ не хотел этого делать! Он случайно! Но я тоже осуждаю его! Он виноват! – спокойно, с выражением говорила она, буквально выдавливая из себя все свои навыки красноречия. – Да, на вид он жуткий или, как его любят многие называть, чудовище! Но Нирлем принес его к нам в поселение не просто так! Это наш шанс научить его человечности, передать ему частички себя! Мы попытаемся это сделать всеми силами! Он все же зверь, а не человек. Ему не объяснишь все сразу. Но я клянусь своей жизнью, что буду учить его и делать все возможное для этого! Каждый заслуживает второго шанса, ведь некоторым вы тоже давали его! – показала Эра пальцем на растерянного Раллода.

Если раньше величайший торговец мог составить ей словесную конкуренцию, то сейчас из-за постоянно прогрессирующей паранойи он давно уже потерял хватку.

Доверие, искрясь, возвращалось в глаза людей, а на губах, будто бутоны, расцветали улыбки. Торговец пытался еще что-то возразить, но последний гвоздь в гроб его надежд уже был забит. Особенно когда Бор заявил, что не слышал ничего более проникновенного.

Теперь ехидная улыбка была у Эры. Раллод видел ее и ему казалось, что так на него смотрел и Арэ. Он чувствовал, как егоохватывает такая ярость, которая, если бы могла вырваться наружу, с легкостью истребила бы все живое на свете.

Вернувшись домой порыве гнева, торговец окончательно разругался с Молом. Тот и сам уже терпеть не мог отца.

Впрочем, на тот момент парень нашел свое истинное призвание в общине. Стал кузнецом. Благодаря своим длинным и крепким рукам, полностью покрытым металлом, он великолепно справлялся с этим тяжелым ремеслом. Управлял материалом в печах с помощью красных технологических подогреваемых перчаток. Те сразу использовались и как молотки, и как охлаждающий механизм. Достаточно было сменить режим голосовой командой. Но при желании Мол мог почти безболезненно погружать руки в раскаленный жидкий металл. Конечности с лёгкостью выдерживали такую температуру, а по ощущениям это было не тяжелее комариного укуса.

В итоге после последнего яростного разговора с отцом парень просто переехал в «общий дом». В поселении его могли занимать все, кто захочет, когда их жизни заполняла целая орава проблем.

Раллод больше не мог терпеть. Второй раз он упустил свой шанс покончить с Арэ. Второй раз проклятая дочь вождя может и не нарочно, но обвела его вокруг пальца. Страх прошлого вперемешку с неудачами настоящего окончательно увел торговца с пути здравомыслия. Вдобавок уже давно паранойя забрала у него в оплату почти всю жизнь. Торговые дела приносили огромные убытки. От него ушли многие хорошие клиенты и знакомые, даже сын отвернулся от него. И во всем виноват этот проклятый Киберкон!

Несколько суток подряд Раллод боролся с внутренними демонами. Все это время он даже не ел. Кое-как его поддерживали старые знакомые. Только когда ночь уходила с Платформы, он мог не бояться за себя. «Какой у тебя план?!» – спрашивали его единомышленники.

– Все очень просто! Мы убьем Арэ! – коротко отвечал мужчина, рассматривая свою металлическую руку.

Как же ему хотелось проткнуть грудь этого существа, вырвать сердце и раздавить его, будто помидор. И он очень хотел, чтобы Эра видела это и переживала, что не спасла своего питомца. Чтобы страдала до конца своих дней! Безумная улыбка расплывалась по лицу Раллода. Осталось все продумать и исполнить, и неважно сколько на это уйдет времени!

Тем временем поселение быстро пришло в себя после небольшого происшествия со щенком. Успокоилась и Эра. Она лично принесла извинения мальчику, и тот простил ее и Арэ. Все были довольны.

С того дня Эра стала вплотную заниматься воспитанием своего, несмотря ни на что, любимого питомца. Она учила его терпению, давая разные вкусняшки, если Арэ слушался ее и выполнял самые простые команды. По ночам девушка подолгу разговаривала с Киберконом, бесконечно повторяя питомцу, чтобы он всегда относился ко всем с добротой. Диковинный зверь сидел перед ней на задних лапках и чуть вертел головой.

В конце каждого дня девочка крепко обнимала питомца. Она так хотела, чтобы Арэ почувствовал биение ее сердца. Чтобы чувствовал каждым микроном своего тела, как она любит его и желает ему только самого лучшего.

Единственное, что было неприятно девушке, это то, что она стала намного реже общаться со своим лучшим другом Молом. По крайней мере, легкомысленный парнишка, найдя свое призвание, бесконечно был увлечен им. И все же девушка не знала, но временами Мол чувствовал образовавшуюся в сердцепустоту. А рассказать об этом Эре он просто стеснялся.

Но время шло. Вскоре и Мол, и Бор, и другие жители стали замечать, что Эра уж слишком сильно отдалилась от реальности. Девушке вот-вот стукнет двадцать лет, а она даже не пыталась найти себе ни избранника, ни призвания. Время, проводимое с Киберконом, – единственное, что интересовало ее.

К тому времени Арэ вырос и стал ростом с большую взрослую собаку. Величественность легко сочеталась в нем с мощью и благородством. Резкие, острые очертания тела. Снаружи его полностью покрывал крепкий, но нежный на ощупь сероватого оттенка нарост, походящий на сросшиеся между собой металлические пластины. В некоторых местах, а именно на конечностях, пластины сменялись на светло и темно-коричневые волокна, смахивающие на мышечную ткань. Эра считала, что эти волокна давали ее питомцу невероятную силу. Темные прожилки переливались от синего до багрового цвета в зависимости от настроения Киберкона. Во мраке ночи его трудно было перепутать с кем-либо. Крепкие задние и передние конечности с металлорганическими когтями, могли возникать по желанию Киберкона. Крылья, тоже покрытые сероватым наростом с пластинами Киберкон всегда держал сложенными. Но стоило их расправить и они поражали своими размерам и мощью. Одного только взмаха хватало, чтобы создать мощный порыв воздуха, который мог бы сбить человека с ног. В некоторых местах, на спине и крыльях виднелись черные маленькие отростки, а на голове росли острые рога. Треугольной формы морда была вытянутая, но с ровным концом. Довершал образ массивный длинный хвост с острым кончиком.

В глазах многих жителей девушка стала замечать даже не страх или благородное восхищение, а некоторую долю зависти. Особенно среди юношей и девушек помладше Эры, с того момента, когда она получила яйцо Киберкона. Дочка вождя осознавала, что фактически лишила многих из них возможности хотя бы попытаться стать хозяевами этого величественного существа.

И среди жителей селения все также встречались те, которые искренне боялись Киберкона. Они сторонились его, переходя при встрече на другую сторону улицы, словно перед ним представал некто, заразившейся жуткой болезнью.

После происшествия со щенком Арэ действительно стал вести себя приличнее и спокойнее. И все благодаря постоянным тренировкам. Эра очень хотела, чтобы ее любимый питомец мог выходить гулять сам, без ее сопровождения. Неотвязная мысль показать Арэ только в добром свете, захватила девушку.

Несколько раз она следила из окна за питомцем, когда тот выходил на террасу один. Киберкон садился на ступеньках, оглядывал улицу, провожал любопытным взглядом случайных прохожих. Однажды мимо проходила соседская кошка Брунхильда. Эра, наблюдая, сильно волновалась и изо всех сил надеялась, что Арэ не сотворит ничего плохого, как когда-то со щенком. Киберкон величественно поднялся и подошел к кошке. «Только не сорвись, Арэ! Умоляю!» – сжимала в страхе кулаки девушка. Оба зверька просто обнюхали друг друга. Кошка спокойно отправилась по своим делам, а Киберкон вернулся на террасу. Эра с облегчением выдохнула.

Девушка часто общалась со своим питомцем, словно психолог с пациентом, как будто он ее полностью понимал. Однажды Эра и Арэ лежали на крыше дома Бора и любовались далекой, необъятной панорамой звездного неба. Иногда девушке так хотелось просто броситься в бесконечный, завораживающий мрак космоса!

Эра рассматривала разросшийся на ладони круглый символ, который ей подарил при рождении Арэ. Тоненькие линии проникли под кожу, окутали пальцы, ладонь, подобно тонким червям, и уже устремились к локтю. Когда девушка прикасалась к своему металлическому покрову, ей казалось, что он был какой-то иной, нежели у других людей.

– Скоро я буду выпускать тебя на прогулки! И не буду следить, ведь ты очень хорошо себя ведешь! Молодец, хороший… Киберкончик! – ласкала Эра своего питомца за шею. Зверь барахтался рядом с ней, иногда издавая еле слышный стон, показывая свою доброжелательность.

В этот момент ни она, ни Арэ не знали, что прямо сейчас за ней следил Раллод с крыши соседнего дома. Постепенно сходивший с ума мужчина уже давно планировал свою, как ему казалось, месть питомцу девушки. Паранойя толкала его на такие крайности, что торговец стал неустанно следить за Эрой, даже подглядывать за девушкой, когда она ложилась спать. Конечно, его интересовала не юная привлекательная особа, а ее всегда стоящий рядом питомец. С ним ничего нельзя было сделать. Днем Раллод еще мог сдерживать свое безумие, но ночью он временами попадал в ее чистые объятья. Даже подумывал, что можно было бы убить сразу обоих: и Арэ, и его хозяйку. А можно вообще взорвать дом Бора ночью со всеми жильцами внутри…

Но теперь до него случайно донеслись слова Эры о том, как она хотела попробовать оставить Арэ одного на прогулке без слежки. Неожиданно это вдохновило Раллода, доведя до окончательного безумия. У торговца созрел простой, но коварный план.

Спустя еще несколько дней он смог договориться обо всем со своими единомышленниками. Некоторые из них, правда, отказались участвовать в столь сумасшедшем мероприятии.

В один из дней утром к Эре в очередной раз пришел Мол. Он часто бывал у нее. Почти все годы парень поддавался приятному влиянию светлых чувств к девушке. Мол даже помогал с воспитанием Арэ и обожал подкармливать удивительного зверя самыми лучшими кусочками стали, что находились у него в кузнице. Питомец довольно махал крыльями, как обычно машут хвостом собаки. Бывало, он пытался взлететь, но только поднимал пыль своими крыльями.

У ответственного и работящего парнишки всегда оставалось мало свободного времени, но каждая минута, проведенная с Эрой, казалась ему манной небесной. Сегодня вдвоем они решили не заниматься воспитанием Арэ, а просто отдаться спокойному плавному течению простой болтовни. Мол и Эра обожали это еще с самых первых лет дружбы.

Мол, видя странно обеспокоенное состояние подружки, предложил:

– Пойдем прогуляемся! Зелень и покой природы – вот тебе бесплатный психолог. Причем круглый год!

После глобальной старой катастрофы на планете времена года больше не сменялись. Зелень росла круглый год. Хотя иногда в совершенно непредсказуемые временные отрезки годового цикла врывались недолгие холодные ветра. По легендам где-то в самых отдаленных частях света существовали Платформы, на которых всегда преобладали холод и ледяные пустыни.

– Нет, хочу побыть дома, – возразила Эра на предложение друга.

Вместо этого они уединились на кухне и решили выпить немного чая. Арэ в это время был с хозяйкой, но с ее благодушного повеления отправился гулять. Киберкон неспешно вышел на террасу и спустился по лестнице на улицу. Раньше он никогда не уходил так далеко от дома без Эры.

– Может, тебе выковать что-нибудь в нашей кузнице? – улыбаясь до ушей спросил Мол, попивая чай.

Эра думая о своем не сразу услышала его реплику. Молодой человек повторил свой вопрос. И он задавал бы его снова и снова, пока не услышал бы ответ. Ему просто всегда хотелось, если не угодить, то хотя бы сделать все, чтобы Эра чувствовала себя рядом с ним хорошо.

Девушка пожала плечами. Какие бы темы для разговоров не вертелись у нее в голове, она всегда помнила о своем питомце. Она знала, видела краешком глаза, как он вышел на террасу. Гулял, как всегда. Но какое-то неприятное чувство начало дергать струны ее спокойствия.

Спустя несколько минут Эра уже думала пойти проведать Киберкона, хоть до последнего отговаривала себя: «Он будет хорошим! Он не нарушит правил!». И вдруг в это момент с улицы послышались крики, буквально врезавшиеся в уши девушки. Сердце, казалось, сжалось до размера горошины и остановилось. Секунда – и девушка выбежала из кухни, едва не споткнувшись. Мгновение – и она уже бежала по улице. Недалеко от дома на улице уже собралась небольшая толпа жителей…

Глава 5

Мол и Эра с ужасом переглянулись и направились к толпе. Перед глазами предстала жуткая сцена. Тут стояли даже вооруженные стражники. В руках они держали плазменные арбалеты. Арэ оказался связан прочными металлическими сетями, барахтался в них и жалобно рычал. Эра сразу бросилась к нему, но Бор схватил девушку за руку.

– Эра, где ты была?! Ты оставила Арэ без присмотра! – в голосе отца сквозил еле сдерживаемый гнев.

– Папа, он же… Мы с ним договорись… Не может быть… – девушка не могла подобрать слов.

И тут Эра увидела то, что буквально выбило ее из реальности. В окружении толпы на носилках сидел пожилой мужчина из местной аптеки. Благодаря зоркому металлическому глазу и тоненьким металлическим пальцам он мастерски изготовлял лекарства. Лицо его было красным, как помидор и покрылось испаринами. Обеими руками он держался за раненую ногу. От лодыжки через всю пятку шла глубокая полукруглая рваная рана. Отчетливо виднелись следы от клыков.

– Твой чертов Киберкон напал на меня! Он взбесился, едва только вышел из твоего дома! Я даже ничего не сделал ему! – старик испуганно показывал пальцем на девушку.

Эра затряслась от ужаса. Как ей хотелось сейчас оказаться в другом мире. Но теперь скоро это и так будет… Теперь у них с Арэ не было ни единого шанса оправдаться.

Тем временем из толпы возник Раллод с взъерошенными волосами:

– Я вас предупреждал, я говорил, что так случится, а вы меня не слушали! Он чудовище! Сначала ранит, а потом может убить нас всех! Его нужно изгнать из общины! – жестикулируя, кричал он людям, подойдя к Бору.

Люди начали переговариваться. Эра с ужасом поняла, что сейчас они вынесут свой вердикт. Для нее это был бы как смертный приговор! Бор обернулся к дочке. Глубокое разочарование и грусть промелькнули в его глазах. Он понимал, что вместе со зверем потеряет и дочь. Но выбора у него просто не оставалось…

– Раллод все врет! Он все это подстроил! – неожиданно закричал какой-то парень с черными волосами.

Он вышел из толпы, а с ним был мальчик чуть меньше ростом. Он показывал на растерявшегося Раллода. Глаза последнего округлились от испуга. Черноволосый паренёк быстро рассказал, как они с братом всегда любили бегать по крышам домов. И случайно они увидели в переулке Раллода, аптекаря и других его сообщников. Прямо на глазах мальчиков аптекарь прищемил ногу старым медвежьим капканом. Раллод же в этот момент следил за домом Бора.

Киберкон вышел на террасу, спустился и с любопытством оглядывал улицу. Зная, что зверь обожал свежие металлические кусочки из кузницы, Раллод попытался заманить Арэ в переулок. Киберкон неспешно, принюхиваясь, подошел к месту, где скрывались хитрый торговец и его сообщники. Вооруженный плазменным копьем Раллод надеялся убить ненавистное существосразу. Размахнувшись, он нанес удар прямо в голову Киберкону, но тот успел увернуться и протяжно зарычал. Глаза зверя запылали от ярости и он бросился на мужчину. Раллод крича стал метаться по улице. Закричал и раненый аптекарь, когда его уронили на землю удирающие сообщники. По счастливой случайности из другого переулка показались два стражника. Вооруженные сеткометами, они мгновенно обезвредили Киберкона.

– Это не правда! – закричал Раллод, не дожидаясь реакции жителей. – Эра их подговорила врать!

Но все доводы торговца пошли прахом. Мальчик пониже ростом показал толпе и бросил перед собой окровавленный капкан. Оказывается несостоявшиеся убийцы спрятали его за деревянными ящиками в переулке и думали убрать после осуществления хитроумного плана. Мальчики видели и это.

В горле у торговца пересохло, как в пустыне. Он с ужасом оглядывал толпу. И тут его взгляд упал на лицо Бора, которое наполнялось неукротимой яростью. От нее становилось не по себе так, словно внутри все скручивалось. Эра в этот момент не могла даже прийти в себя. Впервые в жизни она столкнулась с такой жуткой, порожденной кем-то ложью.

Раллод задергался, словно в конвульсиях. Гнев и адреналин били в голову, отключая напрочь все остальные чувства. Он видел взгляд девушки! Неважно кто, как… Но она обвела его вокруг пальца в третий раз! Теперь мужчине было плевать на все! В этот момент к нему подошел один из стражников, вооруженный плазменным арбалетом. Раллод сам от себя такого не ожидал. Бросившись на стражника с жутким криком, он ударил его по ноге и выхватил из рук арбалет. Бор же выхватил из ножен плазменный кинжал. Трагедия была неизбежна!

– Ты забрал у меня все! Разрушил мою жизнь! Я убью тебя! – вопил торговец, прицелившись в Киберкона.

Все произошло мгновенно. Эра реально почувствовала, как все вокруг останавливается. Ее охватило странное ощущение. В мгновение она смогла с точностью подметить малейшие детали вокруг, а тело наполнилось пронизывающей энергией. Раллод выстрелил в барахтающегося в сетях Арэ. Оранжевая, едва видимая стрела не попала в Киберкона, угодив в стену дома рядом. Оставила приличных размеров черную дыру. Эра же видела ее завораживающий полет. Пучок энергии, словно растворяющийся в пространстве и окруженный маленькими нитями молний.

Раллод попытался выстрелить вновь.

Доселе невиданная злоба, которая, казалось, вырвалась из-под земли, как поток ветра охватила Эру. Девушка выхватила клинок из рук отца и бросилась на Раллода. Мгновение – и плазменное обжигающее лезвие пронзило плоть мужчины на уровне груди. Эра навалилась всем весом и повалила торговца. Она даже не подозревала, что в этот момент кричала с такой силой, что некоторые люди из толпы были вынуждены прикрыть уши ладонями.

Горящее оранжевым лезвие в руках Эры вышло и снова ударило в грудь Раллода. И в третий раз… Дрожащей рукой девушка провернула лезвие в обожжённой плоти. Раллод захрипел, кровь брызнула изо рта, попала на Эру. Но она даже не обратила на это внимания.

– Ты такая же, как и он! – едва слышно прошептал Раллод и затих навсегда.

Эра медленно поднялась. Люди вокруг молчали и с ужасом глядели на девушку. Никто и никогда в поселении прежде не видел такой ярости. Эра медленно перевела взгляд с мертвого Раллода на свои окровавленные руки.

Девушка не помнила, как отец подошел к ней, взял ее на руки. Как она оказалась в своей комнате. Но каждое мгновение, как биение своего сердца, она чувствовала теплое прикосновение Арэ рядом. И ничего больше не имело значения.

Душа девушки рвалась на части. Несколько дней она ни с кем не разговаривала. Не ела, только пила воду. Угасающий взгляд этого мерзкого Раллода преследовал ее наяву и во сне, где она убивала его снова и снова. Потоки крови били ей в лицо фонтаном. А рядом стоял Киберкон и смотрел на нее спокойно, даже умиротворяюще, словно они делали это вместе. «Кто же ты, Арэ?..» – спрашивала она у него, а в ответ зверь опускал взгляд на умирающего под ней Раллода.

– Дочка, ты не виновата, – говорил ей отец. – Это можно было решить по-другому. В последний раз в нашем поселении кто-то умирал насильственной смертью очень давно. Но я понимаю… Он не оставил тебе выбора… По крайне мере, теперь он точно никому не причинит вреда!

Мужчина погладил голову девушки и поцеловал в горячий лоб перед сном. Эра никак не отреагировала, но последняя фраза отпечаталась у нее в сознании. Этой мысль, словно холодной водой, остужала воспаленное сознание. Этой мыслью она смогла заставить себя жить дальше.

Спустя неделю Эра вышла из своего дома и первый, кто встретил ее на террасе с широкой дружелюбной улыбкой, оказался Мол. Девушка уже решила, что сейчас сын Раллода заслуженно выскажет ей все, что думает о ней и о случившемся. Но, к ее удивлению, парень совершенно без стеснения признался, что не горюет по отцу:

– Таких психопатов жалеть и не стоит. Он это заслужил!

Эра с бледным лицом кивнула и погладила по голове стоящего рядом Киберкона. Затем, улыбнувшись и поддавшись порыву, поцеловала Мола в щеку. Парень покраснел, но не смутился. Ему это очень понравилось.

Вскоре она узнала, что почти все сообщники Раллода были изгнаны по единогласному решению общины и Бора. Остальные жители смотрели на девушку, как и прежде, словно ничего и не случилось. Жизнь продолжалась.

Словно чувствуя желание хозяйки спрятать в самый дальний чулан сознания неприятные мысли прошлого, Арэ пытался учиться летать. Махая крыльями, как вентилятор, питомец отрывался от земли, но властная гравитация стремилась вернуть его на место. Арэ падал, но пытался снова и снова.

Не в силах справиться с волнением, девушка, бывало, вскрикивала, когда ее милый питомец после очередного падения жалобно верещал. Эра подбегала к нему, гладила и успокаивала. Но, пыхтя, Киберкон пытался вновь и вновь! В сознании наблюдавшей за ним девушки формировался яркий образ непоколебимости и твердости… Идеал, к которому стремилась она сама! Это будоражило и восхищало ее до глубины души!

К своему двадцатилетию, Арэ уже вымахал и стал чуть выше хозяйки. Эра стала учиться летать верхом на своем любимом питомце. Соседские мальчики и девочки нетерпеливо забирались на крыши зданий, когда Эра в очередной раз поднималась в воздух. И они же заработали на всю жизнь психологическую травму, когда радостная Эра, впервые поднимаясь верхом на Арэ. Девушка просто недооценила скорость полета питомца. Резкий поток ветра резким ударом свалил девушку с Киберкона. Громкие испуганные крики детей разнеслись по поселению. Арэ мгновенно заметил падение хозяйки и успел подхватить ее почти у самой земли. Мол тогда еще пошутил, что девушка поседела. Поверив в это, ошарашенная Эра побежала к ближайшему зеркалу…

– Он мог убить тебя! Господи, не пугай так больше мое немолодое сердце! – кричал тогда Бор своей дочке.

– Но не убил же, папа… И к тому же я сама виновата! Он никогда не причинит мне вреда! – глупо улыбалась она.

Хоть отцу было не до шуток, мужчина согласно кивал.

Вспоминая упорство Арэ, девушка из-за всех сил пыталась не отставать от питомца. И спустя время, после долгих тренировок, Эра в совершенстве овладела искусством полета. Крича от удовольствия она расставляла руки и встречала благодатный ветер. Арэ звонко рычал ей в ответ, соглашаясь с хозяйкой во всем.

Единственный, кому она позволила полетать с ней, был Мол. Однако парень едва не поседел в первый же полет и чуть не свалился с Киберкона от страха. Никогда не знаешь, какие в тебе сидят фобии, пока не потревожишь их.

Скоро жители поселения перестали удивляться чудовищной, но зрелищной забаве Эры и Арэ. Вдвоем они взмывали к самым небесам, скрываясь в пелене облаков, и выныривали оттуда отдельно друг от друга. Они покоряли встречный ветер и, подобно цирковым гимнастам, выделывали в воздухе самые невероятные движения.

Именно в том возрасте девушка впервые стала чувствовать исходящую от питомца невероятную мощь. Противоречивые чувства наполняли Эру, пробуждая в ней странную силу. Вглядываясь в глаза Арэ, девушка видела в них огненные образы, летящий по ветру пепел и мощь, что обрушивалась на все живое. Временами в этих образах возникали очертания мертвого Раллода и Эра чувствовала, как на лице у нее появляется легкая улыбка. На мгновение она теряла себя. Это слегка пугало, но порождало приятные ощущения. Это было нечто, похожее на силу привязанности ее к Арэ. Ведь он был для нее всем! И Эра тоже хотела быть ему всем!

Однажды Эра и Арэ наткнулись на странную пещеру, которая находилась далеко от поселения. Чувствуя себя уверенно рядом с Киберконом, девушка сорвала толстый слой зеленой поросли и пролезла в нее.

Вдвоем они словно оказалась в другом измерении. Пряный запах металла вторгался в ноздри, словно пытаясь подчинись себе легкие. Абсолютная тишина и протяжное тонкое эхо, растекавшееся по стенам пещеры от любого, даже самого легкого шороха. Только вот это вовсе и не была пещера. Девушка очутилась посреди темного коридора с чисто металлическими стенами. Сначала полная темнота окутала Эру, но тут при ее приближении в разных местах на потолке коридора начали зажигаться тусклые белые лампы.

Она слышала о древних катакомбах, но сюда просто никто никогда не спускался. И нет, это не было запрещено – здесь было совершенно нечего делать. Обычные заброшенные, пустые, бесконечные коридоры, ведущие все ниже и ниже, словно в чертоги самой преисподней. Но на самом деле – к основанию Платформы и на поверхность земли. Прямо в объятия черного ядовитого тумана.

За сотни лет бесчисленное число «артефактчиков» выгребли из этих древних катакомб все, что можно было унести. Многое из технологических безделушек прошлого использовалось в хозяйстве. Оно было почти неразрушимо и не изнашивалось. Только требовало зарядки. Для этого достаточно было положить предмет на металлическую поверхность и он заряжался сам. Удивительно!

Эра потом еще несколько раз забиралась в катакомбы. Спуститься по лестнице ниже второго уровня ей не хватало смелости. Хотя кроме эха от ее взволнованного дыхания и звука шагов Арэ ничего вокруг не было.

Однажды, случайно зайдя в одну из комнат, девушка увидела, как ее символ на руке едва заметно засветился. Проведя ладонью по стене, девушка чуть не упала от испуга в обморок. Перед ней возник светлый, синего цвета, полупрозрачный голографический экран. Он сильно мерцал, как будто готов был в любой момент отключиться. Эра слышала о подобных – якобы люди ими пользовались еще до великой катастрофы.

Сердце девушки билось в бешенном ритме, но душа уже наполнилась любопытством. Арэ рядом с ней нетерпеливо дергался. Все было написано на экране на непонятном языке, но буквы на экране стали меняться и трансформироваться сами по себе, и скоро девушка смогла прочитать несколько надписей.

«Дата сегодня: 5431 год. Имеются погрешности в расчетах…». Далее виднелось меню. Символ на руке все еще светился синим. Посмотрев на него еще некоторое время, девушка медленно, едва дыша, нажала на экран. На нем возникли еще надписи: «Меню кибернетических исследований» и список. Среди прочего в списке, отчего Эра чуть не подпрыгнула на месте, виднелся пункт «Экспериментальная разработка: Вид: Киберкон, устройство Нокард». Дрожащими пальцами девушка нетерпеливо нажала на кнопку и случайно ударила в стену за экраном.

Несколько неполных текстовых документов выдавали лишь жалкие крупицы информации. «Назначение: ведение широких боевых действий. Статус образцов: Экспериментальные прототипы. Возможные нестабильности в работе! Принять к сведению первый статус… (данные недоступны)» – эти фразы раскаленным металлом лились в сердце девушки. Она с опаской опустила взгляд на своего питомца. На последней фразе: «Примерный ожидаемый жизненный цикл…» голоэкран неожиданно погас. Эра была готова взорваться от резкого прилива гнева. На самом интересном, как говорится!

Несколько раз она пыталась подводить к стенам ладонь с символом, но ничего не добилась. Подгоняемая адреналином Эра стала носиться по лабиринтам катакомб. Несколько раз удавалось на короткое время вызвать экраны снова, но из-за повреждений данные не высвечивались. Сами экраны работали недолго и отключались.

– Сколько же ты живешь?! – теперь часто спрашивала Эра у своего питомца, а тот лишь вертел головой. Ответ так и останется погребенным под руинами прошлого, причем буквально.

Но больше всего сознание девушки жгли другие данные, что она смогла найти…

– Киберкон – боевая машина-убийца! Кто бы сомневался в этом?.. Нет! Слышишь, Арэ?! Ты будешь другим! – говорила она с Кибреконом.

Жизнь продолжалась. Теперь из-за своего веса и размеров он не мог больше жить с ней в комнате. По крайней мере, после смерти Раллода она больше не беспокоилась о кознях ненавистников ее питомца. Можно теперь было оставлять его одного не только ночью, но и на прогулках. Арэ сам гулял на природе, а иногда летал в небе над поселением.

Говоря о доброте со своим питомцем, Эра с горечью осознавала, что, может, и была воспитана в традициях милосердия, но носила на сердце чудовищный шрам прошлого. С годами она все спокойнее и спокойнее относилась к нему. «Не было выбора, он сам виноват!» – говорила она себе. Но теперь Эра вдруг осознала, что такое накатывающее, спокойное отношение к этому обусловлено ее крепкой связью с питомцем. А он, как было известно теперь, был создан, чтобы нести смерть. Ни за что Эра не избрала бы путь разрушения! Это было бы против ее природы!

– Арэ, ты должен быть добрым! Мы будем добрыми! Ты – великий зверь! И мы будем помогать людям! – говорила она снова и снова. Арэ же только послушно кивал и снова ластился к ней.

Глава 6

С каждым днем Эра стала все больше ощущать силу и мощь Киберкона. Девушка чувствовала, как та постоянно передавалась ей. На душе становилось неспокойно. Эра решила начать заниматься боевыми искусствами. Она не хотела становиться воином, но с энергией, наполнявшей все ее нутро, нужно было временами, как говорится, спускать пар. Занималась она вдалеке от поселения, почти на краю Платформы. Почти все знания о боевых искусствах она брала из книг, которые нашла в родительском доме. Арэ во время тренировок летал неподалеку и наблюдал за своей хозяйкой. Привлекать своего питомца к боевым упражнениям девушке совершенно не хотелось.

Перед глазами открывалась потрясающая панорама на далекие черные металлические горы с ярко-голубыми шапками вместо снега. Где-то вдалеке виднелась точка – соседняя Платформа. Ее жители очень редко являлись сюда. Примерно раз в несколько лет большой грузовой транспорт Железной Империи прилетал к ним. Его представители вели обмен ресурсами с местными и рассказывали последние указания правителя. По правде говоря, мало кого волновали эти указы.

Почти все Платформы на самопровозглашённой территории Империи фактически были предоставлены сами себе. Иногда солдаты могли явиться с просьбой к жителям предоставить временное убежище ее подданным или личным «артефактчикам». Но не больше.

Сама по себе Империя возникла очень давно, но мало кто из живущих на Платформе-Воронке думал о глобальной политике. Из-за сильной ограниченности в ресурсах и технологиях полетов Железная Империя могла воевать только с ближайшими соседями. Такими же самопровозглашенными, как и она сама. Самый обычный повод к любой войне: борьба за ресурсы. А именно за неисследованные буквально набитые, как древние сундуки, всякими древними артефактами Платформы. В последний раз Железная Империя появлялась на родной Платформе Эры незадолго до прилета Нилрема.

Чтобы просто чувствовать себя вооружённой и ощущать хоть какую-нибудь крупицу реальности боя, Эра попросила Мола выковать для нее настоящее оружие. Паренёк был так рад услужить подружке, что не стал вообще ничего спрашивать. Девушке достаточно было надеть технологическую перчатку-пробник и окунуть в кипящий металл. Не прошло и минуты, как, учитывая уровень силы и форму руки человека, перчатка создала из металла плазменный меч.

Самое распространённое и лучшее оружие на Платформах – меч был похож на образцы из старого мира. Светился ярко-красным, когда раскалялся, но при этом не мог нанести урона владельцу. А еще он был способен разрубить практически любой материал на свете. И работал только в руках своего владельца. В противном случае оставалось махать обыкновенным куском железа, чувствуя себя дурачком. Эра вознаградила Мола за доброту, крепко и тепло обняв его.

Изнурительные тренировки продолжились. Во время них она чувствовала, словно знала о боевых искусствах все. Хоть до появления в ее жизни Арэ девушка никогда не брала меч в руки. С некоторым опасением, закрадывающимся в душу, она считала это частью влияния разрушительной натуры Киберкона.

К двадцать первому году дочери Бор поставил ее перед непростым выбором. Эра должна была найти, наконец, свое призвание в общине или быть изгнанной. Грусть охватывала девушку, но она не могла не восхищаться равноправием в их общине. Ни Бора, ни его старейших-советников не испугало стоящее рядом величественное существо, когда они без всякого снисхождения общались с Эрой. Девушка покорно кивнула и попросила дать ей время до утра.

Ночью они с Арэ сидели на краю Платформы. Лунный свет стекал с неба, падал на облака и поверхность Платформы, на саму Эру и ее могучего питомца. Затем загадочным и даже жутковатым образом исчезал в темном тумане. Вглядываясь в него, Эра ощущала свою беспомощность перед миром. Туман во тьме начинал казаться еще более зловещим и загадочным. Временами Эра считала, что в нем никогда не было монстров, но именно туман мог любого превратить в чудовище…

– Что будем делать, Арэуша?! – спрашивала девушка у своего питомца, гладя его по хвосту и щупая крыло. Киберкону всегда нравилось, когда хозяйка гладила его. Осторожно поворачиваясь, он хотел, чтобы и хвосту, и спине, и крыльям досталась своя порция нежных поглаживаний. В это время питомец стал ростом уже почти вдвое больше своей хозяйки.

Время шло, рассвет уже стучался в мрачную дверь ночи, просясь на свою вахту.

– Ты тут так и сидела всю ночь? Могу кое-что подсказать, Эра! – вдруг послышался знакомый, пропитанный растерянностью голос.

Эра с интересом обернулась. К ним пришел Мол собственной персоной.

– Эх, какой красавец вымахал! – парень слегка погладил Киберкона по хвосту. Последний чуть зашипел, перевел свой взгляд на хозяйку.

– Чем же ты можешь помочь? Скажешь, что же делать нам? – спросила снисходительно Эра.

– Эм… Ну, так подумай! – замахал своими длинными руками Мол. – У каждого свое призвание, как металл покроет, верно? Верно!

– Мол, прошу, не продолжай. Ты, как всегда, ни черта не понимаешь! Ну, посмотри на Арэ. Что он может делать, кроме как нести разрушение?! Я не хочу быть частью этого! – перебила его девушка.

– Ну, послушай… Мне тоже предлагали из-за рук и способностей стать стражником, но я отказался… И в другом нашел себя… Вот так… – ответил ей друг детства. Широко улыбнулся.

Этого оказалось достаточно. Девушка посмотрела на свою ладонь. Символ, оставленный Киберконом, продолжал разрастаться по руке. Словно проникая в сознание, он порождал все новые и новые мысли. Идея возникла, как вспышка. Эра только слегка корила себя, что не подумала об этом сразу. Обняв чувствительного Мола, девушка решила: скорость и сила Арэ могут быть очень полезны в поселении! «Может мы не выбираем способности, но куда направить – мы вольны!»

Наутро Эра вернулась к отцу и рассказала, что поможет жителям общины «своим» способом. Старейшины только покачали головами в нерешительности. Бор же, после недолгих размышлений, проговорил:

– Хорошо, Эра. Мы дадим тебе шанс!

Девушка была на седьмом небе от счастья! И вскоре Эра и Арэ не подвели и оправдали надежды жителей. Но самое главное, девушка полностью поверила в себя. «Киберкон на хозяйстве!» – звучит забавно, но Эра и даже сам Арэ не видели в этом ничего душепостыдного или странного. Вдвоем они помогали переносить тяжёлые грузы при строительстве и работах. Рыли ямы. Подвозили людей из одного поселения в другое на переносной платформе (все поголовно со страхом отказывались летать верхом на Киберконе). Киберкон держал ее в лапах за тросы. А в самые необходимые моменты они с Эрой доставляла особо больных в госпитали.

Не обошла внимание она и Мола: помогала возить металл для кузни Мола. Парень был крайне доволен. В качестве благодарности он изготовил для Арэ уздечку и красивое седло. Но Киберкон наотрез отказывался носить на себе что-либо из «одежды».

Вскоре Эра и Арэ не удержались от перелётов на другие Платформы. Никогда прежде девушка не покидала родной дом и отдалась во власть необъятной свободы и простора. Когда своя Платформа впервые осталась за спиной, Эре показалось, что даже воздух стал другим. Он вел за собой, подобно невидимой судьбе. Но девушка уже осознавала, что все будет только так, как она решит. И каждый вздох может стать новой страницей в жизни.

Появлявшуюся с Арэ на других Платформах Эру многие жители встречали с удивлением и почтительностью. А, бывало, некоторые мгновенно со страхом и паникой запирали окна и двери, едва замечая величественного зверя в небе. Только когда Эра стучала в двери и говорила, что прилетела для обмена грузов, жители приходили в себя и выходили из укрытий.

Годы шли дальше и ничего больше времени и не оставалось. Все в общине гордились Эрой и ее питомцем. Киборкон стал необъемлемой частью их жизни. К двадцать четвёртому году девушка стала частенько задумываться о своей жизни. Да, она нашла свое призвание, но возложила на жертвенный алтарь общины собственное положение и стремления. И этого было мало! С тех пор, как она стала летать на другу Платформу, то с каждым днем начинала жалеть, что вообще родилась и жила здесь…

По древним и строгим традициям их общины девушка, достигшая двадцати четырех лет, но не нашедшая себе избранника, оставалась старой девой до конца жизни.

– Может, выйдешь за меня на крайний случай? – предложил ей Мол, случайно встретив ее на улице поселения.

Звучало это так просто, так наивно, словно от пятилетнего мальчика, что Эра не удержалась от смеха. Мол лишь удивленно покачал головой. Девушка отказала ему. Ей было приятно, что они остались хорошими друзьями. Парень лишь пожал плечами и отправился по своим делам, как ни в чем не бывало.

Провожая его взглядом, Эра понимала, что ей это было не нужно. Девушка слышала завораживающий, ласкающий, словно теплый ветер, звук взмаха крыла Арэ. Он часто оставался один, парил в небе, то возникая, то снова скрываясь в вате облаков. Эра осознавала, что все словно было не для нее – и дом, и Мол, и родные, и вся Платформа! Ее сердце занимал только он – Арэ! Еще свобода, которая окружала их! Но что она значила без него?.. Все могло измениться вокруг, лишь бы они остались навсегда вместе! Каждый раз, просто думая об этом, Эра чувствовала, как сердце начинало дрожать.

В этом же году на Платформу снова прилетел Нилрем. Казалось, время было не властно над старцем. Он нисколечко не изменился, даже странный наряд остался прежним. Только добавилось ещё несколько лоскутков из новых посещённых стран.

Эра встретила мудреца первой. Он уже знал из разносящихся по миру новостей и слухов, что Киберкон признал ее своей хозяйкой. Но увидев невероятное существо воочию, старик не сразу смог совладать с чувствами. Открыл рот и замер.

– И это существо я носил у себя в сумке и давал другим людям?! Удивительно! – проговорил учтиво Нирлем. Ему было приятно видеть, что девушка не только смогла общий язык с Киберконом, но и пристроила его на хозяйственные работы в деревне. – Киберкон-ремесленник! И правда говорят, что у каждого свое великое будущее! – говорил, посмеиваясь, старец.

Эра не стала осуждать путешественника за столь колкое заключение. Мысленно она была согласна с ним. Все-таки такое существо, как Арэ, заслуживало лучшей судьбы – так же, как и она сама! Но какой именно?..

Нилрем и Эра решили поговорить обо всем в доме Бора.

– Ты уже видела тот свой символ на руке? – спросил старец.

– Конечно, – улыбнулась девушка и показала его путешественнику.

– Это твоя с ним связь! Я рад, что он смог выбрать тебя! На моем веку это случилось впервые!

Арэ в этот момент был на прогулке, снова ловя белоснежных небесных странников. Эра поглядывала за ним из окна.

– Я хотела узнать у вас одну очень важную для менявещь… Скажите, а сколько Киберконы живут? – медленно спросила девушка, чувствуя, как ею овладевает волнение.

– О Киберконах на самом деле мало что известно. Я лично никогда их не видел до сегодняшнего дня и… – старик вдруг запнулся на фразе. Несколько секунд размышлял. – Но знаю, что их владельцы получают огромную мощь! – слова старца звучали неуверенно. Он опустил взгляд.

– Что вы мне не сказали?! – требовательные интонации в голосе девушки нарастали.

– За всю мою долгую жизнь это яйцо побывало у сотни людей. Я уже думал, что он себя никому никогда не раскроет! И вот ты сейчас… Я просто не стал все сразу рассказывать… – старик пожал плечами и почесал свою синюю бороду. Послышался звук лязганья металла.

Эра забеспокоилась, начала ерзать на стуле, не находя места. С загадочной улыбкой мудрец поведал девушке:

– Киберконы живут намного дольше людей.

– И насколько дольше? – девушка чувствовала, как замирает сердце и внутри возникает что-то неприятное, колючее.

– Десятки будущих поколений! – ответил старик.

Эра опустила голову, с ее лица не сходило выражение нарастающего недоумения, переходящего в гнев. Но не было смысла за что-то ругать старика.

– Но как же я? Неужели нет никаких способов?! Я не верю!

– Способ есть… Но… Это только слух, который бытует много сотен лет… – загадочная улыбка снова возникла на лице Нилрема. По глазам Эры он понимал, что если не расскажет, то она в порыве гнева точно натравит на него своего питомца. – Если взять у Киберкона достаточно внутренней жидкости, проще говоря, крови, и вколоть себе в вену, то химический состав изменит твое ДНК. Смерть будет побеждена на много веков…

На следующее утро Эра, свесив ноги с края Платформы, провожала взглядом аэрожир Нилрема и размышляла над его словами. Мысль умереть раньше своего любимого питомца будоражила кровь в жилах. В голове возникали мучительные фантазии неясного будущего. Казалось, туман, бесконечно пожирающий землю внизу, смеялся над девушкой. Смеялся над всеми в мире, едва кто-то сталкивался с необъяснимыми явлениями далекого прошлого.

Едва автожир Нилрема скрылся за облаками, Эра отправилась в конюшню, где жил Арэ. Девушка видела перед собой глаза питомца, такие же, как у нее: один зеленый и один голубой. Вспоминала его прикосновения и ласку. Эра схватилась за грудь, сердце готово было выпрыгнуть.

На мгновение, задержав дыхание, она закрыла глаза и представила себя посреди серой, бесконечной пустыни. Ни запахов, ни звуков, ни капли чего-то живого и чувствующего. Время замерло и растеклось по невидимым стенам. Отбросить все, что не имеет истинной, подлинной ценности! Эра тяжело вздохнула и открыла глаза. Вот же ее мечта! Ее идеал! Она была с Арэ с самого первого момента его жизни, да и ее жизнь фактически началась только с ним. Пусть что угодно говорят люди, но она любила его! Любила, насколько возможна любовь девушки к биомеханическому, но живому чувствующему существу. И ради их любви она готова на все!

– Мы будем вместе Арэ! – проговорила девушке с лицом наполненной тоской. – До конца!

Спустя несколько дней девушка, погруженная в свои глубокие мысли, на всех парах неслась на соседнюю «Платформу-Солнце», как ее назвали местные жители. Она почти ничем не отличалась от ее родной, только чуть с меньшим количеством жителей. На этот раз девушка отправилась в полет ночью. Темное спокойствие подарит ей больше сил на дальнейшие размышления. Ведь все ее существо охватил неукротимый страх беспомощности перед Вселенной! Перед безжалостным временем и вероятностью умереть раньше своего любимого питомца. Арэ чувствовал беспокойство хозяйки и чаще ласково жался к ней, не оставляла ни на секунду.

Вместе с ночью девушка вглядывалась в разливающийся по поверхности земли мрак. Чуть опустившись, оставив облака вверху, она увидела во тьме у горизонта маленькие огоньки, словно светлячков. До них было очень далеко и виднелись они со стороны «Платформы-Солнца». Забавно, видимо, название платформы решило проявиться воочию. Но девушка почувствовала, что эти огоньки несут в себе что-то плохое.

Она попросила Арэ ускориться. Девушка прижалась к шее Киберкона и они понеслись навстречу беспокойной ночи, рассекая холодный воздух. Огоньков становилось все больше. И некоторые виднелись на самой Платформе. Глаза лихорадочно ловили их.

Волнение мгновенно охватило девушку. Судя по всему, эти огни были расцветавшими, словно бутоны, взрывами снарядов. Уже подлетая к Платформе, девушка разглядела языки пламени, охватившие здания поселения. Люди-точки мелькали между домами. Очередной взрыв оглушил ночные окрестности…

Глава 7

Эра была все ближе подлетала к Платформе! Похоже их с Арэ приближения никто не заметил. Над зданиями хозяйка Киберкона заметила небольшие полукруглые открытые летательные аппараты. Они назывались теломасы. Всего их было три. Пилоты, кто бы они не были, с огромным увлечением занимались стрельбой по поселенцам. Последние отстреливались в ответ.

Атакующие были в красных одеяниях, а их лица были скрыты повязками. Один из теломасов приземлился у крайних зданий поселения. Несколько людей в красном спрыгнули на землю и вбежали в еще не охваченный огнем дом. Судя по всему, принялись грабить. «Проклятые разбойники!» – пронеслось в голове у девушки. Она слышала о них, но никогда не видела лично. Обычно это были дезертиры из армий разных стран, при побеге которые забирали с собой летальные аппараты.

Гнев в груди Эры нарастал, легко и быстро овладевая ею, словно огонь сухим хворостом. Символ на ладони девушки неожиданно загорелся. Синий свет с него передался по коже Киберкона импульсом, подобно электрическому разряду. Арэ взвыл во всю силу, оглушив округу. Никогда Эра не слышал от питомца такого яростного рычания. Киберкон бросился вперед!

Жители и разбойники разом оглянулись. В свете пламени и тьме ночи образ Киберкона, казалось, мог с легкостью потягаться с самыми жуткими кошмарами из снов.

Люди в красном опешили. Некоторые поселенцы сразу воспользовались этим и перешли в атаку. Тем временем Эра, с трудом управляя Арэ, накинулась на один из теломасов. Киберкон впился в его основание зубами, словно он был сделан из легкого пластика, и с легкостью перевернул аппарат. Вопящие и размахивающие руками разбойники полетели на землю. Но им повезло – высота оказалась небольшой.

Остальные жители общины узнали Эру и ее питомца. Воодушевленные помощью, которая буквально явилась с неба, они больше не отсупали. Разбойники запаниковали, были ошарашены и растеряны. Не прошло и минуты, как Эра с Киберконом сбросили второй теломас. Как и первый тот упал и разбился о землю. Оставались только разбойники на земле.

В этот момент Эра заметила у одного из разбойников большое оружие, которое он держал на плече. Дуло горело фиолетовым цветом. Он прицелился прямо в Арэ. Грянул выстрел. Лазерный снаряд пронзил пространство и ударил в грудь Киберкона. Эра закричала. Питомец под ней задёргался и резко спикировал. Страх овладел девушкой, лишив ее сил.

Киберкон резко повернулся на бок и девушка, свалившись с него, полетела на землю. Слава чему угодно, до нее оставалось всего с десяток метров. Впервые в жизни девушке пригодились навыки боевого искусства. Эра сгруппировалась и совершила кувырок при приземлении. Арэ же приземлился рядом с разбойниками.

Темноту озарила еще одна фиолетовая вспышка, ударив Эре по нервам.

– Арэ, берегись! – закричала девушка.

Снаряд снова попал в Арэ. Девушка слышала о фиолетовой энергии, якобы ещё более мощной, чем оранжевая. Самой сильной и разрушительной была зеленая, но ее пока никому не удавалось увидеть. Киберкон снова зарычал с такой силой, что, казалось, хотел буквально истребить всякое проявление тишины в мире. Страх все ещё бился в голове Эры, отдавая в виски.

Понимая, что им не справиться, разбойники побросали оружие и бросились бежать кто куда.Эра некоторое время смотрела им в след, затем побежала к питомцу. Арэ повернулся к ней. Девушка не верила своим глазам. С Киберконом было все в порядке. На металлической коже остались лишь небольшие вмятинки и два маленьких фиолетовых рубца, по очертаниям похожих на молнии. Несколько секунд – и раны, точнее безобидные царапины, затянулись. Девушка аж открыла рот от удивления и радости.

Понимая, что им не справиться, разбойники побросали оружие и бросились бежать кто куда.Эра некоторое время смотрела им в след, затем побежала к питомцу. Арэ повернулся к ней. Девушка не верила своим глазам. С Киберконом было все в порядке. На металлической коже остались лишь небольшие вмятинки и два маленьких фиолетовых рубца, по очертаниям похожих на молнии. Несколько секунд – и раны, точнее безобидные царапины, затянулись. Девушка аж открыла рот от удивления и радости.

Эра слышала, что кожа Киберконов мощная, но понятия не имела, что настолько. Эта мысль начинала пьянить, сильнее любого алкоголя на свете, вызывая чуть ли не экстаз. Эра беспомощно упала на колени перед Арэ, гладила и целовала его в мордочку.

– Все закончилось! – шептала она. – И мы с тобой в порядке.

Вскоре ее отвлекло прибытие летающего транспорта Железной Империи. Распознать его можно было по зеленым нарисованным крестам на корпусе. Поселенцы были рады любой помощи, как никогда. Вдалеке, в небе, продолжали бесноваться огоньки. При виде Киберкона некоторые солдаты Империи опешили и выхватили оружие, но Эра вышла вперёд и успокоила военных:

– Он не тронет вас! Он свой!

Эра встретилась с командиром Имперского отряда. Новости поразили девушку до глубины души. Разбойники, которые напали на «Платформу-Солнце», оказались на самом деле безжалостными наемниками. Уже много лет мировая история отсчитывала годы в войне Железной Империи с Титановым союзом. Из-за некоторых неудачных сражений, Титановый союз заручился поддержкой вольных воинов, чтобы засылать последних в тыл Империи и отвлекать основные войска. Наемникам было велено делать все, что угодно. Теперь Железной Империи приходилось отправлять для защиты несколько отрядов на самые отдаленные Платформы. Они не хотели терять даже самых слабых союзников.

Адреналин после боя медленно рассасывался, но на смену ему пришло кое-что похуже. Ощущая в сердце тянущую грусть, девушка прошла по разрушенным улицам поселения, помогая жителям. Киберкон, рыча, разгребал завалы домов, под которым иногда находили еще живых. На улицах девушка увидела множество тел убитых или сгоревших заживо. Некоторые из них были с открытыми глазами и, казалось, смотрели на нее. Эра дрожала, смотря в них в ответ.

Почти все поселенцы, оставшиеся в живых, благодарили девушку. Называли ее воительницей, но Эре не было от этого легче. Снова она видела перед собой угасающий взгляд Раллода. Но сейчас было другое… Во взгляде умерших читались страх и боль. Никто из них не заслуживал смерти.

Эра повернулась к Арэ, который всегда послушно шел с ней. Она погладила его шею и место, где совсем недавно еще были маленькие царапины, полученные в бою. В мыслях всплывали все события жизни, родители, разговоры с Нилремом. Девушка чуть кивнула сама себе. Невольно, но эта ночь снова изменила ее жизнь…

Утром Эра прилетела обратно на свою Платформу. По пути девушка словно растеряла все эмоции по пути домой. Твердо и серьезно, она всем сообщила, что отправится на войну за Железную Империю. Эра была настолько настойчива, что ни Бор, ни кто-либо другой не смогли отговорить ее. Жители были ошарашены ее неожиданным решением.

– С чего вдруг ты захотела на войну? Ты же всегда была против подобного… – говорил ей взволнованно Мол, искренне беспокоясь за девушку.

– Это мое решение! Так я принесу миру больше пользы с Арэ! От себя не убежать! – отвечала решительно Эра.

Девушка попрощалась со всеми, горячо обняла отца и мать. Через минуту все наблюдали стремительно исчезающий силуэт, похожий на гигантскую птицу, вскоре смешавшийся с пеленой облаков. Переглянувшись, жители разошлись по своим делам. Уже минуту через жизнь текла медленной рекой дальше, словно здесь никогда не было ни Эры, ни Арэ.

В тот же день с соседней Платформы прибыл отряд Имперцев, который должен был оставить тут небольшой отряд и охранять поселение. Опечаленный и встревоженный за судьбу подружки, Мол тоже решил записаться добровольцем в армию Империи. И в тот же день он отправился на войну в надежде разыскать Эру и, возможно, помочь ей…

– Удивительно… Клево… Потрясающе… – проносилось гулкое эхо по наполненной людьми палате.

Все солдаты, слушающие рассказ Мола, изредка посматривали на Эру. Девушка никак не реагировала на происходящее.

– А что было с ней потом? – поинтересовался сержант, хлопая своими большими, полными любопытства глазами.

– Не знаю… – опустил голову Мол. – Я попал в войска, но больше ее не видел. Только потом слышал о ее невероятных успехах…

Солдаты довольно переглядывались. Всеобщее удовлетворение разливалось по палате. Цифры часов исправно появлялись на стенах помещения, проплывали, мигали и исчезали вновь, подобно образам в течении реки. Настало время обеда.

Мол целый день наблюдал за Эрой. Пытался заговорить с ней, но девушка упорно игнорировала старого друга. На самом деле она не осознавала, что паренек в силу простоты своего ума, словно губка, впитывал и разделял ее страдания. Не в состоянии вынести хоть какую-то, даже самую маленькую разлуку, Мол перебрался к ней в палату, на койку рядом. Парень считал, что просто обязан следить за Эрой, но, конечно, только из самых лучших побуждений.

Слежка не прекращалась и с наступлением ночи. Но в какой-то момент парня начало клонить в сон. Он пытался бороться с ним, но глаза закрылись сами собой. И вдруг паренек почувствовал, что кто-то стоит рядом и смотрит на него посреди мрачной палаты, наполненной ночью и храпом некоторых пациентов. Мол открыл глаза… И опешил!

Эра стояла и смотрела прямо на него. Ее грозный, даже чем-то зловещий взгляд в тусклом красно-кровавом свете ночников становился еще более жутким. Мол сглотнул.

– Никогда ты не можешь держать язык за зубами! – проговорила гневно Эра. – Как же ты раздражаешь меня этим! – и резко замахнулась на Мола. Парень хотел вскрикнуть, но совесть не позволила, – вдруг соседи по палате встанут и надают еще больше тумаков. Он прикрыл лицо одеялом, словно оно спасло бы его от удара. Но его не последовало. Эра опустила руку и взгляд. Мол не знал, что сказать, только ждал.

Она тяжело вздохнула:

– И все же мне приятно видеть тебя! Ты – хороший друг… И то, что ты сразу отправился за мной… Я признательна… Я рада, что с тобой все хорошо… – она положила дрожащую руку на плечо Мола.

Парень улыбнулся:

– Я… Я… Не знаю… Стоит ли мне спрашивать… Но спрошу… Ну, с Арэ, что с ним все-таки случилось?

Эра не стала нарушать тишину ночной палаты и вернулась на свою койку. В глубине души парнишки зажглась искра надежды: раз его подружка из детства заговорила – значит, не сошла с ума. Но ее злость и тоска готовы были сжечь любого.

Несколько дней снова прошли во всеохватывающей рутине. С приходом Мола девушка, словно заряжаясь дружеским влиянием, стала бредить меньше, но так ни с кем и не заговорила. Мол пристально следил за ней, но ничем не мешал. В какой-то момент молодой воин решил, что лучше будет подождать, пока Эра придет в себя. Время, как говорится, лечит!

В один из дней в госпиталь прибыли новые раненые с последних военных действий.

– Надо же, сама Эра?! – вошли в палату двое солдат, не веря своим глазам. Слухи распространяются всегда быстро, особенно, когда больше нечем заняться. – Помнишь нас? Мы с тобой в одном подразделении были.

Эра, как всегда, даже не повернула головы в их сторону. Один из солдат решил привлечь внимание воительницы, тронув ее за плечо.

– Вы кто такие?! – резко вскочил с соседней койки Мол и схватил смелого парня за руку.

– Ай, больно?! Ты чего?! – вскрикнул тот.

– Ты не видишь, она ни с кем не хочет разговаривать?! Так отстань от ее!

– Ладно, ладно, заступник, только отпусти!

Мол разжал пальцы на своих длинных металлических руках. Никто бы из солдат не решился вступать с ним в драку. Когда дело заходило об Эре, в глазах Мола зажигалось пламя. Никто не смел беспокоить ее. Мол был готов оберегать ее от всего на свете и никто не сомневался, что он без всяких раздумий закрыл бы ее своим телом и защитил от огня.

О разговоре сразу услышали все окружающие. Солдаты мгновенно оживились и потребовали подробностей. На мгновение новоприбывшие испугались, что измученные скукой пациенты накинутся на них и разорвут на части. Пришлось все рассказывать. Правда, много они не поведали…

Они видели Эру в военном лагере с ее Киберконом. Внимательно она оглядывала других солдат. Странным образом девушку все время тянуло к оружейному складу. Она постоянно интересовалась оружием, спрашивала, каким воевали ее союзники, а каким – враги. Некоторых командиров смущало такое прямолинейное любопытство.

В это утро проходила очередная перекличка. Увидев бродящую по лагерю Эру, один из офицеров попытался призвать девушку к порядку:

– У нас тут армия, в конце концов! Тут все строго! – высказался он гневно и достал из кобуры плазменный револьвер. – За невыполнения приказа – смерть! Да, да!

Этот офицер был ветераном, закаленным в боях. Каждый шрам на его лице мог рассказать свою историю. Стоящего за девушкой Киберкона он не испугался, но его лоб невольно покрылся испариной.

Эра улыбнулась:

– Если ты убьешь меня или хоть тронешь меня и его, то Киберкон не остановится, пока не уничтожит вас всех. Ты этого хочешь?.. Думаю, нет! Я ведь сказала, что буду помогать вам. Так что поверь мне! – проговорила девушка твердо.

На этом все и закончилось. Эра никогда ни перед кем не отчитывалась. Фактически она действовала, как наемник, только совершенно бесплатный. Некоторые офицеры терялись в догадках, какие именно цели преследовала девушка. Генерал Дюпал вообще заподозрил ее в шпионаже. Но когда воочию видел, как Киберкон Эры разрывал на части врагов Железной Империи, то его сомнения отпали сами собой.

Остальные солдаты в палате в очередной раз с удовольствием ахали, услышав историю, и восхищенно посматривая в сторону Эры. А девушка по-прежнему лежала и никак не реагировала на происходящее.

– Смирно всем! Генерал в палате! – воскликнул, закашлявшись от неожиданности, пузатый сержант.

Те из солдат, кто мог стоять на своих двоих, рефлекторно вспомнили устав и прикладывали руку к виску, отдавая честь старшему по званию.

– Вольно, вольно! – махнул рукой вошедший в палату офицер.

Это был высокий худощавый мужчина с небольшими усами под носом, узкими глазами и черными волосами. На лбу виднелись пятна биометалла, что говорило о явных умственных способностях. Но, как говорится, не стоит судить о книге по обложке. Генерал был в военной серой экзоскелетной форме повышенной защиты. С виду это обычный деловой костюм серого цвета, но он способен выдержать выстрел из крупнокалиберного лазерного арбалета.

Мужчина прошел в палату:

– Мне нужна Эра. Сказали, что она якобы находится здесь!

Солдаты мгновенно, будто их допрашивали, указали на койку девушки. Эра лежала лицом к стене, никак не реагируя на приход генерала. Мужчина откашлялся и подошел к ней ближе.

– Эра, простите! Вы меня слышите?.. – слегка замялся он.

Даже его положение старшего по званию меркло на фоне легенды этой девушки. Эра чуть приподняла голову, но не посмотрела на пришедшего. Просто дала знать, что слышит его.

– Здравствуйте. Я – генерал Дюпал. Меня прислало к вам высшее командование. Надеюсь, вы помните меня. Непросто было найти вас, Эра. Вам, наверное, интересно, зачем я пришел к вам?..

Девушка не отвечала. Молчание начало давить на офицера.

Дюпал оглянулся по сторонам и посмотрел на солдат, словно пытаясь найти у них поддержки. «Сразу видно, что надел портки высшего командира совсем недавно…» – подумал стоящий рядом Мол. Сам же Дюпал представлял себе реакцию Эры совсем другой. Молодой генерал вообще все представлял себе, каково жить обычному гражданину Железной Империи. Частое явление у высшего начальства. Офицер знал Эру и немного общался с ней лично. По его нескромному мнению девушка всегда была в своем мире…

Пока он думал, что сказать девушке еще, в мозгу офицера вспыхивали самые яркие воспоминая, связанные с воительницей. Когда она появилась впервые в столице, слухи о ней разлетелись по Платформе-Столице Железной Империи быстрее, чем самые скоростные автомобили и яркие рекламы на тысячах баннеров повсюду.

Совершенно беспардонно, но решительно Эра собиралась тогда лично встретиться с самим Императором…

Глава 8

Эра была поражена Столицей до глубины души. Ее поселение по сравнению с огромным высокотехнологичным городом казалось жалким. Город занял территорию всей Платформы, которая по размеру превосходило другие. Площадь Столицы была около сотни квадратных километров.

Подлетая к Платформе ночью, Эра еще издалека разглядела миллионы пульсирующих разноцветных огоньков. Сначала девушка даже предположила, что Столица тоже оказалась в огне сражения. Но чем ближе она подлетала, тем ниже от удивления опускалась ее челюсть. Никогда в жизни она не видела ничего подобного!

Не просто высокие, а по-настоящему огромные здания, облепленные переливающимися разными цветами экранами. Большинство небоскребов были соединены между собой круглыми зелеными трубами-проходами для транспорта и пешеходов. Динамика и скорость охватывали каждый метр Столицы. Люди и машины, все куда-то спешили. Даже воздух был какой-то другой, наэлектризованный.

Эре казалось, что она не просто прилетела в Столицу, а переместилась в другое измерение… И где-то глубоко в сознании вспыхивала мысль, что именно так и выглядело большинство городов в далеком-далеком прошлом. Еще до великой катастрофы.

Приземлиться сразу не удалось. Количество людей на улицах поражало воображение. Эре пришлось спикировать на крышу какого-то низкого здания. Оказалось это был какой-то ресторан. Неожиданный грохот с крыши напугал всех посетителей, заставив с паникой выбегать на улицу.

"Смотрите, смотрите! Что это?!" – кричали первые люди, увидевшие Киберкона. Показывали на него пальцем.

Эра спустилась с Арэ с крыши и пошли по улице. Случайные прохожие замирали и тряслись, словно неожиданно наступила зима, когда видели перед собой величественного Киберкона. «Чудовище, монстр! Оно сейчас сожрет нас!..» – голосили некоторые и убегали. Но были и смелые, которые просили разрешения сфотографироваться с Киберконом. Владелица почти мифического существа любезно соглашалась, даже позировала вместе с Арэ.

Стража сначала побоялись подходить к Эре и ее питомцу. Просто сразу доложили начальству о прибытии владельца Киберкона. Не прошло и десяти минут, как новость дошла до Императора. Кибгельм Четвертый сразу оживился. Распорядился, чтобы девушку нашли и сообщили, чтобы она лично явилась во дворец.

Каково было удивление старого правителя, когда по указанию случайного прохожего: «Вот тот красный купол и есть дворец Императора», Киберкон и Эра приземлились прямо на крышу дворца. Перепугали всю стражу и прислугу. Будущая воительница решила действовать, подобно метко выпущенной стреле, и попала в самое яблочко.

– Я прилетела с миром! – говорила она многочисленной страже, набежавший в тронный зал. – Просто поговорить с Императором… – махала руками Эра с глуповатой улыбкой. Девушка осознавала, что действовал слишком решительно. "Поддалась, называется, эмоциям!"

Кибгельм был настолько поражен, что позволил страже дать возможность девушке подойти к его трону.

– О великий Император, – начала Эра торопливо, но тут же осеклась. – Простите, я просто немного волнуюсь. Никогда раньше не общалась с Императором…

Стражники, прислуги и советники вокруг недоумевающе посматривали на неожиданную гостью.

– Спокойно, дитя! То, существо, что стоит за спиной твоей… Дар, самих древних богов. Ты – избранная, – говорил Кибгельм спокойно. – Какую весть ты несешь мне?

– Я хочу… – Эра, наконец, догадалась встать на одно колено перед Императором. – Желаю вступить в ряды армии Железной Империи. Помочь ее победе!

Заявление Эры для пожилого и худого Императора было, подобно звездопаду, неожиданным и запоминающимся. Даже главе страны пришлось перевести дух, чтобы окончательно принять для себя величественность Киберкона. Руки мужчины чесались в предвкушении будущих возможностей. Теперь без всяких промедлений он собирался выиграть эту затянувшуюся войну! Максимально наигранно, как учила наука манипулирования массами, преподанная отцом и дедом, Кибгельм ответил:

– Да будет так, дитя. Я благословляю твою желание!

Девушка поклонилась и с долей отвращения поцеловала сморщенную руку Императора. Металлический покров на ней тоже был старым и грубым, и отдавал ржавчиной. В этот момент Эра думала только о себе и Арэ. О том, что теперь ждало их в будущем! По крайней мере, первый этап задуманных ею свершений пришел в исполнение. Она гладила хвост Киберкона, а тот смотрел на нее, перенимал и впитывал каждое ощущение хозяйки. Эра видела в его глазах радость и в такие моменты сама пребывала в экстазе.

Дюпал, находившийся тогда на приеме у Императора, увидел Эру впервые. Именно он, по указу Кибгельма, рассказал девушке о ходе войны и сопроводил до самого фронта. Эра произвела на него впечатление волевой, сильной и даже грозной девушки. Хоть он и считаю ее простлоюдинкой. Однако осознавая, настолько она выше его духовно (статус тут уже не имел значения), Дюпал завидовал и тайно ее ненавидел. И на это были веские причины…

Уже когда Эра воевала на стороне Железной Империи, однажды, после очередного боя генерал пригласил ее к себе в палатку. Эра пришла, но была снова не в духе. Дюпал не понимал ее грусти, ведь сегодня они одержали еще одну быструю победу, все благодаря ей и ее невероятному зверю.

Мужчина уже выпил прилично сам и предложил плазменной текилы девушке. Эра отказалась. Странно, но она всегда отказываться от угощений и простых солдат и других офицеров. Похвалив ее, а затем, заведя разговор на общие военные темы, мужчина стал снова и снова предлагать ей выпить. Эра снова отрицательно качала головой и Дюпалу с досадой приходилось выпивать за двоих. Затем он стал спрашивать о ней самой, о ее жизни, немного о прошлом… Воительница неохотно отвечала, о много просто смолчала. Ей хотелось уйти как можно быстрее. Видя холодность Эры к себе, Дюпал, подогреваемый алкоголем, спросил:

– Как тебе удалось, сделать так, чтобы Киберкон смог признать тебя?

– Не знаю… Может, я просто была нормальным человеком?.. – холодно ответила она.

Генерала эта фраза резанула по ушам, больно задев самолюбие. Оскольки прошлого больно ударили в сердце.

– Знаешь, я тебе скажу! У меня тоже оно было, яйцо Киберкона! Я был сыном генерала! Я готовился к этому, как никогда в жизни… Отцу пришлось выбивать дверь в мою комнату, чтобы забрать и вернуть яйцо в руки этому ублюдку Нилрему! – в порыве откровенности выдал генерал и залил в себя еще один стакан алкоголя. Во взгляде Эры начал загораться огонь ярости, а пальцы сжались в кулак. – Ты забрала его у меня! Он должен быть мой! Ты… Ты… Ты – воровка!

Не выдержав упреков, Эра резко подскочила к генералу и схватила его за горло:

– Терпеть вас всех не могу! Зачем вы мне вообще?.. – воскликнула девушка. Металл на ее руке и пальцах начал пульсировать синими волнами. Лицо Дюпала наполнилось неподдельным испугом.

– Ох, черт… Давай, неприкасаемая ты наша! Убей меня. Ты такая же, как и он! – выдал с хрипом мужчина.

Взгляд Эры изменился, в этот момент ей показалось, что перед ней снова возник Раллод. Его угасающий взгляд, его слова тогда, проникали в душу и звучали также. Девушки задрожала, разжала пальцы и отпустила Дюпала. Сама не понимала, что на нее нашло. Офицер посмотрел ей прямо в глаза. Казалось, в них боролись две стороны, два разных стихии, и от того, кто победит, зависела его жизнь. А может и нечто большее…

Но увидев сейчас Эру, чуть дрожащую, свернувшуюся в позе эмбриона на кровати, Дюпал не видел в ней того решительного, легендарного воина…

– Сэр, она не в духе, – заявил сержант, говоря почти шепотом. – Что-то случилось с ее Киберконом!

– Ох, я помню его. Вроде его звали… Эм, Арэ. Точно! Сочувствую твоей трагедии, Эра, – деловито рассуждал Дюпал, качая головой. Он на мгновение изумился. Новость стала для него полной неожиданностью. А скрытая зависть, управляющая ниточками сознания, заставила мужчину даже почувствовать некое удовлетворение от случившегося. – Я бы тоже переживал, потеряв такую дорогую… эм… игрушку…

В коридоре госпиталя раздался звонок готовности к отбою. Дюпал отвернулся посмотреть на время на стене палаты. Вдруг он остановился в замешательстве: солдаты вокруг испуганно смотрели ему за спину. Офицер медленно повернулся и сам. Ни единого звука не уловили его барабанные перепонки, но Эра стояла сейчас рядом. Смотрела ему прямо в лицо. В глазах девушки закипал такой нарастающий неумолимый гнев, что казалось, она готова испепелить его на месте. Легендарный воин снова обрел кровь и плоть!

– Игрушка?.. – едва слышно начала девушка, но голос ее нарастал с каждой фразой. Еще чуть-чуть – и он был готов взорваться и размазать генерала по стене. – Ты говоришь, игрушка?! Вы не понимаете, что говорите, и хорошо, что не понимаете!

На лбу офицера появилась испарина. Прошло всего несколько секунд, но Дюпалу казалось, что пролетели часы и даже дни. Спина покрылась мурашками. Он боялся дышать.

– П… Простите, я некорректно выразился… – он коротко вздохнул. – Я пришел к вам, чтобы сообщить, что вы представлены к награде высшей степени за проявленную доблесть и верность Империи. Император хочет лично вручить вам награду. Дело в том, что война закончилась. Мы победили.

Солдаты удивлённо переглянулись. На их лицах возникла искренняя, почти детская радость. Некоторые довольно присвистнули.

– Мне нет дела до вашей страны! – голос девушки играл на нервах офицера, как на струнах. Едва она начала говорить, все в палате смолкли.

Пациенты ошарашенно переглядывались, кое-кто не поверил в услышанное. Подобные высказывания могли считаться изменой Железной Империи и жестоко карались. Эра, словно охваченная безумием, продолжала, все больше и больше добавляя своему голосу мрачной решимости:

– И мне никогда не было дела до Империи! Никогда! Для вас она игрушка!

Дюпал был ошарашен. Никто никогда в жизни не говорил ему такое в лицо. По ощущениям это казалось плевком. И уж тем более услышать подобное от легендарной воительницы! Генерал ничего не смог ей ответить.

Некоторые солдаты тихо вышли из палаты, чтобы их вдруг не объявили соучастниками этого преступления.

Минутная пауза – и Эра вернулась в койку. Дюпал больше не хотел с ней говорить. «Плевать на нее! Слухи оказались ошибочны, что якобы выжила… Скажу Императору, что умерла!» – думал генерал с мерзкой улыбкой, выходя из палаты.

Другие солдаты тоже стали расходиться. Мол же, недолго думая, решил сесть на кровать к девушке и утешить ее. Конечно, он сразу стал корить себя за то, что, чуть не рассчитав, сел прямо на ногу Эре. Думал, что она, как обычно, разозлится на него. Но Эра лишь подняла голову, грозным взглядом впившись в Мола. Он подвинулся, а девушка снова уставилась в невидимую точку на стене перед с собой. Мол так и не решился ничего сказать. Он не догадывался, что даже таким нелепыми способом он хоть чуть смягчал жуткую хватку тоски, сжимавшую сердце Эры, как капкан.

В эту ночь Мол ощущал себя, как на сковородке. Эра снова бредила во сне:

– Арэ, Арэ, Арэ! – ее пронизанные отчаяньем негромкие возгласы разносились по ночной палате, но никого не будили. А другим не мешали слушать через наушники, выходящие прямо из стены, последние хиты на Имперском радио. Одна единственная радиостанция услаждала слух электронной, ритмичной, с редкими гитарными пассажами музыкой.

Мол не мог сомкнуть глаз. Сначала он наблюдал за Эрой, но ее страдания настолько выворачивали душу парнишке, что ему пришлось хоть ненадолго, но отвернуться от ее койки.

– Арэ, Арэ, Арэ! Ты должен был мне сказать раньше!.. – послышалась более отчетливая реплика, и вдруг все стихло.

Парень словно почувствовал укол в спину. И почему тишина сейчас была почти обжигающей?.. На мгновение ему показалось, что кто-то дышит у него над ухом. Парень перевернулся и посмотрел на койку Эры. Ее не было! Сознание Мола словно вырвалось из него наружу и облетело палату, проникая в каждый уголок. И тут почувствовалось слабое дуновение ветра. Сквознячок шел из коридора. Мол вскочил, словно ужаленный, и выбежал из палаты. Парень толком не понимал, что делает, будто его подталкивало что-то извне.

Редкие светлые полоски из других палат стелились по наполненному ночным мраком коридору. Встроенные в пол, эти полосы сохраняли следы только что прошедшего человека, а ночью они еще и светились. Причем разными цветами, показывая сотрудников (синими) или пациентов госпиталя (оранжевыми). И сейчас Мол шел по следу из оранжевой, стремительно исчезающей полоски. Никого из роботов-патрульных в коридорах не было, хотя они всегда ходили по этажам и следили за порядком.

– Арэ… – послышалось где-то дальше по коридору. Этот голос, пропитанный вселенским спокойствием, словно крюк зацепил парня и потянул к себе. Мол побежал по коридору, по направлению оранжевой свежей полоски. Добрался до маленькой гостиной для пациентов: несколько диванов, игровых автоматов и клумбы с небольшими папоротниками.

Мол увидел открытые двери, ведущие на балкон. Сердце парнишки билось все сильнее и тянуло вперед. На балконе он заметил изящный силуэт, который поднялся на поручни, стоял у самого края, словно желал слиться с ночным небом.

Не задумываясь, Мол выбежал на балкон и, ухватив Эру за талию, потянул на себя. Девушка вскрикнула. Падение оказалось весьма болезненным, особенно для Мола: девушка плюхнулась прямо на него. Мгновенно вскочив, Эра ударила парня по плечу.

– Бей лучше меня, чем покончить с собой! – крикнул Мол, расставив руки, но закрыв глаза в испуге.

Эра замерла. На ее лице отражалась грусть и тоска. Тяжело вздохнув, девушка опустилась и села рядом со старым другом.

– Я не хотела этого… Не знаю, что хочу…

Они погрузились в молчание, поглядывая на необъятное звёздное небо.

Бесконечность, казалось, вливалась в людей страхом перед неизведанным. Они были не готовы для того мира и неизвестно, когда будут готовы… Взгляд медленно скользил вниз: мириады искусственных огоньков ночного города на Платформе сливались между собой. У людей были свои звезды. Но надолго ли их хватит?..

– Не нужно так обижаться… Ну, сказал этот скользкий генерал! Плевать! – прервал тишину Мол.

– Боже, прошу, остановись, дурак! – вспылила девушка, но тут же сменила тон на ласковый. – Я не из-за этого вовсе… Просто мне так тяжело, – Эра чуть прижалась к Молу. – Скажи, ты действительно любил меня всегда? – неожиданно твердо выдала она.

– Я… Эм… – Мол замялся. – Не знаю. Я просто хочу, чтобы у тебя все было хорошо.

Минута молчания. Эра искренне улыбнулась. Девушка прекрасно знала еще с самого детства, что могла доверить Молу все свои секреты.

– Скажи, что случилось с Арэ?

Девушка осторожно прервала его, положив палец на губы парнишки. Видимо, хотела дождаться нужного момента:

– Ты ведь знаешь, что я была связана с ним? – Эра приподняла рукав комбинезона. Рука была полностью металлической. Причем это какой-то другой металл, не тот, который рос у остальных людей. Этот был более гладкий. Мол погладил руку девушки и металл запульсировал, переливаясь едва заметными синими волнами. – Помнишь, тот мой символ? – Эра показала ладонь. Круглый символ на руке почти не изменился за эти годы, но сейчас стал сливаться с остальным металлическим покровом на коже, словно пытался спрятаться за ним. – В общем, в нем была вся суть, а я ее не поняла…

Мол лишь вопросительно захлопал глазам. Эра тяжело вздохнула и отвела взгляд:

– Так вот… Я убила Арэ.

Парень вытаращил глаза. Никогда в жизни он не был еще так ошарашен.

– Я расскажу, что случилось…

Глава 9

После получения так называемого Императорского благословения Эра скоро прибыла в военный лагерь недалеко от фронта. Солдаты, едва заметив приближающегося к ним Киберкона, страшно перепугались, вначале подумав, что Титановый Союз применил свое очередное новое разрушительное оружие. Враги всегда были полны сюрпризов.

– Надеюсь, ваше чудовище не сожрет моих подчиненных?! – пребывая в противоречивых чувствах, спрашивал Дюпал, и понять, шутил ли он или говорил серьезно, было невозможно.

Эра игнорировала всех вокруг, уединившись с Арэ на краю лагеря. Никто из солдат не решался подойти к ней. Только если нужно было передать послание от командования.

Ничто не могло сравниться с волнующим ожиданием первого боя. Эра невольно попала во власть всепроникающего, терзающего разум и душу страха. Казалось, ожидание уже длилось целые века. Она надеялась на Арэ, гладила его хвост и шею, смотрела в глаза, но все равно осознавала свою беззащитность. На поле боя никто не простит ей ошибок!

По крайней мере, Эра разделяла эти чувства со всеми. Мужчины, старики, парнишки, даже девушки – тут были все. И каждый молился кому угодно, вспоминал о родных и надеялся на лучшее. Эра знала о битвах только из голографических книг, но никакая фантазия не могла помочь осознать, что ждало впереди. Даже недавняя короткая схватка с наемниками не вселяла уверенности. "Мы справимся Арэ! Ты справишься!"

Эра проверила на поясе деталь доспеха, напоминающую пряжку, при нажатии на которую тело покрывал нарост-броня, мгновенно подходя по размеру владельцу. Интересно, что внешне доспех был похож на рыцарскую броню, но по ощущениям походил на обыкновенную тканевую одежду.

Раздались первые взрывы. Атака на Платформу Титанового Союза.

Грузовые теломасы подлетали к краю. Солдаты энергично прыгали с них на землю. Некоторые воинственно кричали, размахивая оружием. Бежали по выжженной до хрустящей корочки металлической почве. Где-то виднелась техника: танки, похожие на крепости на гусеницах, которые могли трансформироваться в баки с воздухом для хождения по воде или в колеса. Солдаты размахивали плазменными щитами и мечами, а некоторые целились в наступавших врагов из лазерных арбалетов. Группы воинов тащили на себе раскладные плазменные баррикады, которые образовывали десятиметровые временные, изолированные защитными полями пространства. Такая же защита под размер одного человека была у офицеров. Она была намного прочнее обычных доспехов. К примеру, потеряв весь свой отряд, командир, чтобы не попасть в плен, включал такой щит и под лазерным ливнем мог спокойно вернуться на свою линию обороны.

Взгляд проплывал по эпической панораме войны, подкреплённую вспышками лазеров и криками воинов. В разуме девушки всплывали старые мысли о так называемой «Эпохе Кибервозрождения», которую вскоре и переименовали в «Пост-Металл». Она началась еще задолго до рождения Эры. «Старый мир технологического будущего привел к концу света! Значит, будущее опасно для нас! Возродим прошлое! В нем наше спасение!» – говорили неуверенно правители. Но едва дело доходило до удобств, никто сразу не хотел укладывать технологии в ящик былого. И решение нашлось само: нарастить на кости прошлого мясо совершенного и удобного будущего. Некоторые мудрецы поговаривали, что эпоха «Кибервозрождения» началась еще во времена старого мира. «Словно это изменит тех, кто все это задумал…» – размышляла Эра временами с ухмылкой.

Битва только началась, но армии уже безжалостно схлестнулись друг с другом. Солдаты хладнокровно рубили друг друга, расстреливали, поджигали. Бывало в воздух взмывала куски подорванной техники. Кто-то в панике бежал назад и прятался в окопы, другие же наоборот выбиралась из них с воинственным кличем. Все звуки – все перемешалось между собой. За всем этим Эра наблюдала со стороны. Едва высадившись, она на Киберконе взлетела в небо и скрылась за облаками. Посреди безмятежного царства белых странников сердца Эры и Арэ сливались со спокойствием. Девушка погладила своего любимого питомца. Она тяжело вздохнула и задержала дыхание.

Небо осталось позади. Казалось, с небес упала черная молния. Эра и Арэ ворвались в самую гущу боя! Взмах лапы и хвоста Киберкона вводил в ступор любого врага. Эра вытащила из ножен свой плазменный меч, который выковал для нее Мол. Первый убил Арэ. Девушка лихорадочно наблюдала, как долетела до земли отрубленная голова солдата с запечатлевшимся на лице невообразимым испугом.

В какой-то момент девушка лично отправила чью-то душу на тот свет. Уже раненый, оставшийся без ноги, солдат Союза из воронки попытался прицелиться в Эру из плазменного арбалета. Девушка успела вовремя его заметить и обрушить на мужчину всю мощь своего оружия. Громкий, но короткий крик впился в барабанные перепонки воительницы. Разнесся запах жженой плоти. Одним движением она отсекла ему половину головы. Дрожь пробирала до костей, выворачивая наизнанку. Битва забирала из ее души все прежнее, человеческое. Эра чувствовала это, но сражение продолжалось!

Киберкон то взмывал вверх, то опускался, рвал врагов с невиданной злобой. Атаковал почти всегда только он, а Эра просто держалась за ним. Ни лазерные стрелы, ни плазменные мечи, ни мины, ни гранаты – ничто вообще не ранило могучего Киберкона. А против его скорости, молниеносной реакции и острых, как бритвы, когтей и хвоста, не могли устоять ни доспехи, ни переносные силовые поля. Стан врага охватывала стремительно нарастающая паника. Не прошло и часа, как воины Титанового Союза бежали с поля боя. Битва окончилась!

Командование было на седьмом небе от счастья. Многие до конца не верили в такую мощь древнего существа. В этот же день солдаты Железной Империи нарекли Эру легендарной воительницей! Всю дочь лагерь не спал. Крепкие энергетические напитки лились рекой. Танцы и веселье продолжалось до самого утра. «Эра, Эра, Эра и ее Киберкон!» – все, о чем велись беседы.

– Он, может, и чудовище! Но зато наше чудовище! Да сожрет он безжалостно всех врагов Империи! – кричал слегка пьяный, но чрезвычайно радостный Дюпал. Солдаты поддерживали его одобрительным свистом.

Никто даже и не заметил, как виновница торжества ушла из лагеря.

Вдали от этой бессмысленности и наигранного удовольствия Эра, обнимая питомца, приходила в себя. Крики убитых еще доносились до нее слуха, проникая в сознание и дорисовывая и без того жуткие картины боя. «И как их заткнуть теперь?!» – девушка не знала. Она думала только об одном! Только об Арэ! Ничего более не имело значения. Сидя на краю Платформы и свесив ноги вниз, девушка всматривалась в черный, клубящийся туман. Он – единственный, кто никогда не менялся и, казалось, с издевкой наблюдал за человечеством и его вечными пороками.

Война продолжалась. Сражения шли одно за другим, как по расписанию. Эра участвовала только в самых тяжелых битвах и всегда в первых рядах. Сама просилась на них без тени сомнений.

И скоро Эра уже чувствовала себя другой, не в силах объяснить это словами ни себе, ни кому-то еще. Ощущение чёрствости, холода и беспричинного умиротворения. Кровь лилась рекой, а Эра проводила рукой по ее бурному пенистому течению. Зачерпывала, подносила ко рту и пила… Этот жуткий сон, заставлявший просыпаться в холодном поту, не раз снился Эре. Обычный приятный покой давно сбежал куда-то на задворки сознания.

Последней каплей стало недавнее сражение, где, по уверениям командования, Титановый Союз использовал свое секретное оружие. Едва узнав об этом, Эра понеслась в штаб. Ворвалась в командирскую палатку прямо во время важного совещания. Но для нее всегда делали исключение. Это приказал лично Император Кибгельм.

– Они хотят устроить диверсию. Для нее Союз выдвинул против нас свое самое сильное оружие – Киберсапиенсов!

Это читала он их из отцовских книг. Это люди, у которых металл, что случалось чрезвычайно редко, покрывал полностью все тело. Фактически непробиваемые для любого оружия, вооруженные древними плазменными резаками, они должны были повернуть исход боя в сторону Союза.

Бой случился уже на следующий день. Эра и Арэ летали в облаках до сигнала, который должны были подать ее союзники. «Если не вы, то уже никто!» – думала про себя Эра, всматриваясь в безмятежные облака вокруг себя. Зеленый огонек возник где-то внизу. Эра подала команду Киберкону и вместе они понеслись на землю.

Бой уже начался. На открытой полянке схлестнулись в схватке несколько отрядов. Среди них Эра разглядела тех самых Киберсапиенсов. Темно-синего цвета, выше чем обычны человек, вооруженные тяжелыми лазерными бластерами, добытыми с самой повехности планеты. Их было четверо!

Пронзительно рыча, Киберкон приземлился прямо ними. Противники опешили, но не отступили. Металлически лица пристально смотрели на величественное чудовище. Что-то да роднило их. Бластеры нацелились прямо на Арэ. Весь огонь он принял на себя… Эре не хотелось вспоминать этот бой. Фактически он закончился быстрее, чем начался. В очередной раз Киберкон в звериной ярости, что, казалось, чувствовалась в воздухе, разорвал на части Киберсапиенсов.

Командование просто не поверило в отчеты Дюпала. У Титанового Союза не было шансов перед величественным чудовищем. Все праздновали очередную победу. И только Эра, осмотрев тело питомца, снова почувствовала разочарование. Теперь другие солдаты видели ее грусть и терялись в догадках о ее непонятных переживаниях.

«Этому нет конца! Но это нужно заканчивать… Иначе от меня… От нас ничего не остается!..» – рассуждала воительница, глядя на окрашенный багровым закатом горизонт.

– Эра, повтори еще раз! – проговорил в штабной палатке Дюпал, чувствуя поступающий к горлу ком.

Девушка в сильном возбуждении пришла к нему следующим утром и фактически разбудила.

– Я предлагаю атаковать тут! – указала она на голографической объёмной карте.

Дюпал тер подбородок и прикусывал губы. Эра предлагала атаковать Монолитную Платформу Титанового Союза – последний бастион перед их столицей.

– Это ведь самоубийство! У них там самые совершенные системы защиты: фотонная артиллерия еще из старого мира и это не все!.. – объяснял взволнованно ассистент генерала. Дюпал же резко приказал ему заткнуться.

– Ладно, ладно мы сделаем это и надеемся на твою максимальную поддержку! – наигранно согласился генерал.

Эра тогда не догадывалась, что генерал жаждал отомстить ей за все. Его горло до сих пор болело после того случая с ней в палатке. Он не понимал, зачем она так сильно рвалась на эту суицидальную миссию. По крайней мере, не сомневался, что там она точно сдохнет вместе со своим паршивым питомцем…

На следующее утро чувства, казалось, покинули Эру. Вселенская тяжесть давила на сознание воительницы. Только когда взгляд касался Арэ, девушка ощущала, что еще существует. Война опустошила молодую душу, ничего не оставляя взамен, кроме страшных воспоминаний и будущей тоски. Но это было не просто так… Если не сегодня, то ничего уже не будет иметь смысла!

Монолитная Платформа Титанового Союза неспроста носила такое название. Над ее поверхностью возвышались черные Обелиски – еще одно напоминание о старом мире. Назначение этих монолитных гигантов никто не знал. Черные трубки, словно щупальца, свисали с них и скрывались в металлической почве. А вокруг, вкусившие огня войны, лежали руины покинутых городов и поселений.

Сразу после высадки отряд во главе с Эрой ринулся в бой. Знакомая до боли симфония войны заполонила разум девушки вновь. Но теперь она казалась ей привычной, даже надоедливой, как комар, жужжащий возле уха. Эра столько раз избегала смерти, что подсознательно считала себя чуть ли неуязвимой.

Войска Титанового Союза, хорошо укрепившиеся в разрушенных домах и низинах, оборонялись, как подобает отчаявшимся воинам на последнем рубеже своей родной страны. Их было больше и оружия у них было больше. Но изводящее волнение из-за совершенно дерзкой атаки Железной Империи подкреплялось всепроникающим непреодолимым страхом. Особенно когда взмах металлических крыльев срывался с неба и невероятный зверь зависал над головами обороняющихся.

Киберкон, подобно метеору, врезался в землю, разнося все вокруг себя. Эра кричала в неистовстве. Союзники остались давно позади. Адреналин пропитал душу и тело девушки насквозь. Словно не человек, а некий механизм она рубила налево и направо солдат Союза, не ведая усталости и сожаления. Символ на ее руке и металл на коже ярко горели синим и часто пульсировали.

Секунда – и взгляд на Арэ, еще секунда – и снова… Он придавал Эре сил.

Горизонт, затянутый черными тучами, сливался с широкой Платформой и обожжёнными огнем руинами. Эра раньше всматривалась в лица убиваемых ею воинов: старики, мужчины, парни, женщины и девушки, как она. Чувствовала, как угасают их жизни. Но все терялось в жгучем тумане войны, все размывалось, теряя смысл. Теперь люди, словно куклы. Девушке уже было все равно! Единственным теплившимся в сердце, как огонек, желанием Эры было только быстрее закончить этот невыносимый кошмар!

Трупы усеивали почву, окрашивая красным покрытую пеплом землю. Киберкон вдруг перестал двигаться. Эра тоже остановилась и посмотрела вперед, закашлявшись от усталости. Воины Союза испуганно бежали.

Впереди поле боя покрывали возникшие словно из ниоткуда клубы дыма. Они поглощали воинов, заключая их в свои объятия. «Похоже, враги отступили. Но почему? Их было в десятки, может, в сотни раз больше!» – размышляла девушка.

Дым распространялся по Платформе, подобно сползающей с горы лавине. Мучительное ожидание затягивалось. Меч в руках Эры дрожал. Вдалеке в дыму возникли зеленые окружности, похожие на бутоны. Цвет становился все более ярким. И тут небо разорвал жуткий грохот. Яркая вспышка, словно на землю обрушились тысячи солнц, ослепила девушку. Волна нестерпимого жара прокатилась по платформе. Эру откинуло с такой бешеной силой, словно ее, как мячик, отшвырнул гигант.

Все в один момент исчезло… Стук сердца, тяжелое дыхание. Эра приходила в себя. Голова страшно гудела, тело ныло от боли. Запах гари и жженой пластмассы ощущался в ноздрях. Все вокруг дымилось.

Встав, девушка с ужасом увидела перед собой множество глубоких выжженных траншей. Она оказалась в маленьком пространстве между ними. «Арэ!» – единственная мысль возникла в голове Эры, подобно осколку разбитого стекла.

Воительница нервно оглядывалась по сторонам. Все внутри сжималось от ужаса. Туман дошёл до нее, стелился по руинам, лизал ноги девушки, но постепенно рассеивался. «Арэ! Покажись… Прошу!» – кричала Эра. Ответом были тишина.

Девушка на мгновение подумала, что спит. Но многочисленные жгучие раны возвращали в реальность: порезы, ссадины, ожоги. А левой рукой она почти не могла двигать: пальца онемели – возможно, это был перелом после неудачного падения. По крайней мере, благодаря доспеху она хотя бы осталась в живых. Как же вышло непродуманно! Чертово нетерпение подталкивало ее к бездне забвения и жаждало смерти.

«Где Арэ!?» – Эра в тот момент проклинала себя и весь мир… Но тут… В тумане возник знакомый дрожащий силуэт. Эра поспешила к нему, спотыкаясь об обгорелые трупы и камни. Послышалось сдержанное рычание. Фигура показалась из тумана. Киберкон еле держался и, тяжело дыша, упал на лапы.

– Арэ, Арэ, Арэ! Господи, ты в порядке?.. – закричала Эра, но тут девушку словно парализовало.

Никогда в жизни она не ощущала такого накатывающего напряжения. Мысли испарились в момент, кроме одной: «Арэ был ранен!». На его теле виднелись открытые рваные раны, порезы, множество ожогов. По коже Киберкона стекала темно-фиолетовая жидкость и капала на землю. «Его кровь!» Эра мотнула головой, не веря в то, что видела. Кровь Киберкона быстро высыхала, а затем разносилась легким ветром, подобно пеплу.

Столько времени Эра думала об этом, планировала, готовилась, но сейчас все оказалось полной неожиданностью! Воительница глубоко вздохнула и огляделась – никого вокруг. Затем подбежала к Киберкону, прижалась к нему лицом, успокаивая. Растерянным голосом она проговорила:

– Все хорошо, Арэ! Стой смирно! Мне нужно кое-что сделать!..

Глава 10

Волнение охватывало с головой! Правой рукой она осторожно полезла в поясную сумку. Эра не верила в реальность происходящего. Снова думала, что это лишь сон, и от этих мыслей в душе появлялось что-то светлое и щекочущее. На испещренном царапинами, ссадинами и кровоподтеками лице пробивалась улыбка.

Арэ ластился к девушке, оглядывался по сторонам, иногда поглядывая на нее. Девушка быстро вытащила из кармашка на поясе пробирку. О боже! Она наблюдала за Арэ: его раны затягивались с пугающей скоростью, словно по волшебству. Дрожащей правой рукой она подвела к одной из ран пробирку, но стекляшка выскользнула из покрытых кровью пальцев и разбилась под ногами. У девушки едва не перехватило дыхание от волнения! Она нервно выхватила другую пробирку, чуть и ее не обронила. Тяжело работать одной рукой, когда во второй с каждой секундой нарастала тянущая боль.

Эра поднесла новую пробирку к последней обширной ране, которая тоже стремительно затягивалась. Кровь еле сочилась. Оскалившись от волнения, Эра едва слышно застонала и нажала на края раны искалеченной левой рукой, выдавливая кровь. Конечность сразу заныла тянущей болью. Арэ сразу повернул свою могучую шею к ней.

– Я просто глажу! Тебе не больно?! – проговорила она торопливо и коротко кивнула.

Киберкон еще некоторое время смотрел на нее, а затем снова устремил свой взгляд вдаль на растворяющийся туман посреди выжженного дотла поля боя. Казалось, он наблюдал за призраками падших воинов.

Эра держала в руках пробирку с темно-фиолетовой жидкостью. Опустившись на колени, она зажала ее в пальцах левой руки. «Быстрее, только осторожно!» – крутилась в голове единственная мысль. Эра достала из кармана правой рукой шприц-инъектор. Плавным движением, чуть дыша, словно была хирургом на многочасовой операции, воительница сунула наконечник инъектора в пробирку. После нажатия на кнопку шприц жадно, как комар, всосал кровь. Остатки крови в пробирке сразу испарились и выветрились.

Эра выдохнула так, словно пробежала многокилометровый кросс. Хотя она и правда чувствовала себя страшно уставшей. С гордой улыбкой воительница посмотрела на инъектор. Любые сокровища, даже горы золота выше самой Платформы, меркли на фоне этой чёрно-фиолетовой жидкости в капсуле. Киберкон за ее спиной потряс головой, будто стряхивал воду после плаванья.

Все получилось! Все было не зря! И ее план сработал! Эра одержала свою величайшую победу! В голове проносились все события ее недолгой жизни: детство; Мол; первая встреча с Киберконом; он, еще маленький, учащийся летать, признающийся ей в любви. Все имело смысл! Пора было излечить отравленное войной сознание…

Оставалось последнее – ввести содержимое шприца в вену. Сдерживая отчаянный смешок, девушка оттянула зубами рукав доспеха, подвела шприц к сломанной руке. Воительница опустила голову и почувствовала укол.

«Ничего…» – возникла мысль в первые секунды.

И тут руку прожег жуткий холод, затем мышцы наполнились огнем. Казалось, пламя вырывалось прямо из ее тела. Костер разгорался где-то в груди, перекидываясь на остальные части тела. Эру трясло и она села на землю. Арэ подошел к ней. Он пока не понимал, что происходит с хозяйкой, но в его глазах читалась нарастающая тревога.

Тем временем Эру продолжало ломать, словно после сильнейших наркотиков! Горло так горело, будто девушка выпила лавы. Гул заполнял сознание, перед глазами все меркло. Кожа, казалось, окаменела. Эра в ужасе оглядывала свои руки: что-то темное выступало во многих местах и расползалось по поверхности кожи. И тут на некоторых участках она стала рваться, как бы лопаться… Это зрелище настолько пугало своей неестественностью, что девушка невольно зажмурилась. Без боли кожа слезала с нее кусками, словно старая чешуя. Чувствовался холод. Вместо кожи ошеломлённая девушка увидела металлическую поверхность. Правая рука стала полностью металлической, а левая – в некоторых местах. Боль от перелома исчезла. Подобное же происходило и с другими частями тела. Почти половина тела теперь была покрыта металлом.

Тем временем нестерпимый гул в голове все усиливался. Взгляд померк окончательно. Казалось, девушка перенеслась в другое измерение. И вдруг гул резко стих…

– Ты все-таки это сделала! – послышался басовитый голос, который был похож на мужской, но какой-то неестественный, словно внеземной. Он звучал в голове девушки, но, казалось, доносился откуда-то из бездны, преодолевая века. – Мы сделали это!..

– Арэ, это ты?! – подумала девушка. Невероятно! Она могла транслировать ему все свои мысли. – Я слышу тебя! Слышу! Так ты можешь говорить?! Ты разумный?.. – Эра буквально купалась в радости.

Однако неожиданное открытие почему-то не удивило ее ни капельки. Туман в глазах рассеялся и она увидела перед собой Арэ. Они по-прежнему находились посреди опустевшего поля боя. Киберкон стоял прямо перед ней и смотрел в глаза. Время вокруг замедлилось. Клубы пыли витали в воздухе, словно облака, а частички пепла, подгоняемые ветром, медленно проплывали рядом.

– Мое сознание не человеческое, но кое-что я понимаю… Мои создатели постарались, насколько могли!

– Ты – машина или, как вас называли еще в старом мире, робот? Или ты вообще с другой планеты?..

– Это не имеет значения… Для тебя ведь важно именно то, что мы теперь едины… – продолжал Арэ гордо. – Моя кровь течет в твоих жилах, Эра! Теперь я знаю все твои мысли…

– Я так долго этого ждала! – готова была взорваться от радости девушка.

В мыслях снова всплывала череда самых важных событий… Слова из разговора с Нилремом, когда тот прилетал во второй раз: «Если ты сама намеренно сильно ранишь Киберкона, то он не простит тебе это и покинет тебя…». Дальше та самая схватка с наемниками. Сообщение солдат Железной Империи о войне, которое проникло в душу девушки и разгорелось почти фанатичными мыслями. Только в пылу сражения с серьезным противником, против самого технологичного оружия прошлого, она могла достичь желаемого – ранить Киберкона… Но пройдя десятки боев, Эра уже была готов впасть в отчаянье. Киберкон оказался самым непобедимым существом на свете. И все же это, наконец, случилось! И теперь все неважно!

– Арэ, мы будем вместе навсегда!

– Навсегда… – голос Киберкона стал безрадостным. – Ты видела знак, который я дал тебе при рождении?.. – Эра посмотрела на свою правую руку, заключенную в металл. Знак на ладони почти исчез и стал мелким, едва заметным рубцом. – Все должно было случиться само. Из металла, который рос на тебе, состою и я сам… Терпение и время – единственное, что требовалось от тебя.

– Нилрем не говорил мне об этом!

– А кто об этом знал? Прошлые ошибки человечества привели к тому, что теперь люди остались в туманном неведении. Кого в этом винить? – тон Арэ становился все более холодным.

– Для меня это не имеет значения. Я не могла бы ждать! – взволнованно заговорила девушка. – Это наша судьба!

– Наша? Не обманывай себя!

– Я люблю тебя, Арэ! Скажи мне это тоже! – Эра забеспокоилась.

– Я тоже любил всегда… – его голос словно заплясал в разных тональностях, но девушка чувствовала искренность и нарастающую грусть. – Но неужели ты этого хотела? А цена? Ты же сама не пустила меня на путь разрушения… Но в итоге… Потеряла себя! Оглянись теперь!

Эра молча оглянулась по сторонам: все то же мертвое, усеянное трупами поле боя простиралось вокруг. На мгновение Эре привиделись людские образы, мечущиеся в поисках чего-то и рассыпающиеся на части. Да, она не знала этих людей, да, она исполняла волю своей страны, да, сколько еще она могла назвать для себя оправданий?.. Душа раскалывалась на части. Сердце сжималось, словно в тисках. Сознанием она ощущала, что навалившийся на нее невероятный груз всего прошедшего пути не собирался исчезать… Но теперь уже ничего нельзя было изменить.

Киберкон дернул головой, словно отряхивался от прилипшего к коже песка. Он смотрел на нее с сожалением. Как и она, Арэ не мог смириться с происходящим. Не мог просто прогнать чувство к этому человеку, охватившее его с первой секунды рождения. Реальность убивала!

– Арэ… – медленно протянула девушка после непродолжительной паузы.

– Меня называли чудовищем, но кто из нас действительно им был?! – холод в словах Арэ пронизывал девушку до самых костей. – Мне безумно жаль, что я когда-то открылся тебе!

Эра не верила своим ушам. Девушка растерянно качала головой. Киберкон отстранился от нее и вдруг встал на дыбы. Эра задрожала, но, словно инстинктивно, приготовилась в бою.

– Мне жаль!!! – вскричал Арэ и его голос трансформировался в громогласное рычание.

Девушка замахала руками, что-то пыталась говорить, оправдываться, но понимала, что это теперь не имело никакого значения.

Киберкон бросился на нее, замахиваясь лапами. Воительница сразу влилась в ритм схватки. Отпрыгивая, она уворачивалась от хвоста могучего существа, затем снова от лап. Разум ее стал холодным, металлическим, изгоняя все человеческое. Только действия, никаких мыслей. Эра словно потеряла власть над собой, но продолжала парировать атаки Арэ. Теперь ею управляли неведомые силы, а Эре оставалось только со страхом наблюдать за сражением со стороны.

Воительница юркнула прямо под крыло Киберкона и, сгруппировавшись, бросилась к его груди. Она замахнулась правой полностью металлической рукой. Но Эра не хотела этого! Ее сердце рвалось от ужаса! Вкладывая всю силу в металлическую руку, воительница, словно копьё, вонзила ее прямо в грудь Киберкона. Арэ взревел сильнее прежнего, переходя на жалобный вопль. Он пытался двинуться, но металлическая рука девушки приковала его на месте. Каждое движение давалось Арэ со жгучей болью. Сердце Эры и разум разделяли эту боль. Никогда в жизни она так не страдала!

Прошло всего несколько секунд. В груди Киберкона все пульсировало, было мягким и горячим. На пути металлической руки возникло что-то бьющееся. Мгновение и рука схватила эту вещь… И сжала со всей силы! В этот самый момент Эра овладела собой и сознание вернулось к ней. Замешкавшись, она ослабила схватку и в приступе паники выдернула руку из груди Арэ. Киберкон завыл еще сильнее, но его голос стал угасать. Горячая кровь из глубокой раны хлынула в лицо девушки. Эра пыталась прикрыть дыру в груди существа рукой, будто это имело смысл. Тело Арэ резко ослабло. Девушка просто не верила в происходящее, не осознавала случившегося.

Киберкон осел на землю, опустил голову, словно тряпичная кукла. Девушка обняла его и зарыдала. Слезы капали на шею Арэ. Тепло уходило из его тела. Казалось, она умирала вместе с ним. Все, что было у нее в душе, уходило вместе с ним навсегда. Эра почувствовала что-то жутко холодное и маслянистое. Из глаз Киберкона текли слезы и капали на ее плечи и руки. В глазах существа, едва приоткрытых, отражалась вся его жизнь. И все, что видела Эра, что любила и хотела, запечатлелось в безмерном сожалении и осколках разбитой любви… Любви такой, насколько она возможна у биомеханического существа к человеку.

Девушка закрыла глаза, не в силах больше бороться с безжалостной реальностью. Сознание покидало ее. Вдалеке, со стороны позиций Железной Империи, послышались выстрелы и крики. Последнее, что Эра увидела, как кто-то пытался поднять ее. Образы поля боя мелькали в сознании смазанными картинками. Вскоре она провалилась в бездну беспамятства…

Мол ошарашенно смотрел на Эру, даже не в силах закрыть рот. Девушка закончила рассказ и опустила голову. Слезы катились из глаз. Она тяжело всхлипывала. Парень подобрался к ней ближе. Осторожно он положил руку ей на плечо, обнял и притянул к себе. Эра сразу уткнулась в его грудь. Она плакала и плакала. Все ночь. Мол не знал, как еще ей помочь, только надеялся, что его присутствие хоть немного облегчит ее боль.

– Ты не чудовище! Ты была ослеплена… – проговорил он совсем тихо.

Наутро Эра в полном здравии поговорила с докторами. Сказала, что ей уже лучше и она хочет вернуться домой. Сотрудники госпиталя лишь коротко покивали головами. Никто не стал препятствовать ей.

Скоро в компании Мола Эра отправилась домой. Родные и жители поселения встречали ее, как легендарную воительницу. Эра же отмахивалась от всех титулов, никому ничего не рассказывала, только соврав, что Арэ пал в бою смертью храбрых.

Даже не думая пользоваться ситуацией, а только лишь по простоте душевной, Мол предложил Эре снова стать его избранницей. Девушка чуть не потеряла парня, когда после ее ответа: «Да!», он едва не задохнулся от радости. Эра была согласна на все, лишь бы заполнить опустевшую раковину своего мироздания и подальше уйти от страданий. И вскоре прежние события постепенно растворились в обыденной рутине. Эра была, наверное, рада этому. Община, зная о многочисленных подвигах прославленной воительницы, сделала для нее исключение. Вскоре Эра и Мол связали друг друга священными узами брака.

Время шло, проходили годы и десятилетия. Эре казалось, что для нее время текло иначе, словно смеялось над ней. Чувства тоже вели себя иначе. Все события казались таким простыми. Даже когда ее отец и мать ушли из жизни. Затем последовала очередь всех друзей и знакомых. С непонятным удивлением Эра вспоминала, как положила цветы на могилу своего супруга. Даже в самой глубокой старости он старался дарить Эре только улыбки, ведь он хотел, чтобы ей было с ним хорошо.

Годы складывались штабелями в сознании Эры. Вскоре дошло до веков. Все менялось, рассыпалось и возрождалось вновь. Престол занимали новые императоры, образовывались новые страны, исчезали старые. Даже высокие камни за поселением, где родилась Эра, на которых была начертана история о великой воительнице, рассыпались и сгинули в выросших на их месте лесах. История стала легендой, которая передавалась из уст в уста, менялась и вскоре стала настолько другой, что уже не имела никакого смысла. Дети, внуки, затем у Эры появились правнуки и дальше, дальше, дальше… Никто из родственников даже не спрашивал, почему Эра жила так долго. Все просто воспринимали это, как одну из особенностей этого мира.

Но все-таки что-то еще зажигало у нее в душе огонек. Едва только на землю спускалась ночь, сливаясь с неизменным черным туманом на самой поверхности земли, Эра часто приходила и сидела на краю Платформы. Металлический покров, закрывающий почти все ее тело, оставался все таким же крепким, а лицо Эры, где металл заменил почти половину кожи и сделал правый глаз кибернетическим, не старело. Грудь вздымалась все также ровно, а сердце билось неустанно.

«Слухи бывали разные, но точно известно, что с той секунды, как кровь Киберкона потечет по твоим венам – ты будешь связана с ним полностью. Погибнет он – умрёшь и ты!» – снова и снова вспоминала Эра далекие, из прошлого, слова Нилрема.

Сколько она ни пыталась скрыться от себя самой, казалось, что все произошло только вчера. Эра вспоминала тот самый день, то самое жуткое сражение… Она обнимала Киберкона, чувствовала его остывающую плоть. Но когда Эра потеряла сознание и ее нашли союзники, краем глаза, сквозь смазывающиеся краски реальности она никого перед собой не видела… И никто из спасавших ее, не видели трупа Киберкона. Арэ просто исчез. Впервые Эра серьезно задумалась об этом после возвращения в родное поселение. "Что же мне привиделось?.." – ответ на этот вопрос она не могла найти.

Она все еще была жива!

И теперь каждый день Эра приходила сюда на край, на их с Арэ когда-то любимое место. Смотрела в небеса, где вечно путешествуют кучевые странники. Она будет ждать, будет надеяться. Время стирает все. И Эра вновь услышит неповторимый, величественный и такой знакомый взмах механического крыла…