Комментарии, 81 отзыв

Я, конечно, не умею выражать свои мысли словами так, как Господин Уальд. Мне проще с помощью кисти, а если и это не получается, с головой окунуться в формулы, вспоминая с ужасом об экзаменах. И все же я изначально не могла пройти мимо этой исповеди. Ведь Оскара Уальда я полюбила в девять лет, когда сдавая в школьную библиотеку "Хижину дяди Тома" меня случайно занесло к стеллажам, куда заходили только старшеклассники, и как гром с ясного неба, когда я поняла, что впервые не туда свернула, на меня упало собрание сочинений Оскара Уальда с пометкой избранное. Библиотекарь, вспомнив, что я люблю рисовать, в порядке исключения дала мне этот золотой слиток на выходные и... В общем школу я чуть не забросила, о компьютере не вспомнила. В том издании был знаменитый "Портрет Дориана Грея", "Соловей и роза", за иллюстрацию к которой я стала стипендиатом ДШК, Сказочный принц и несколько стихотворений. Именно тогда я шагнула от Гарри Поттера и детской классики к более взрослой литературе. О наличии же Тюремной исповеди я даже не догадывалась, как и не знала жуткую биографию Автора (писать с маленькой буквы просто не могу). И теперь меня до сих пор передергивает, что лишь благодаря регистрации на Лавлибе, существование этих пронзающих строчек дошло до моего сознания. Огромная благодарность! В жизни не читала ничего более противоречивого, искреннего, и...чистого. Несмотря на сквозящую грязь поступков их осознание представляется чем-то белоснежным. У меня на губах вертелось словосочетание Алый снег...Снег, как прекрасное искусство, кровь, как пороки... Думал ли Господин Уальд, что ЕГО Дориан отравит ему жизнь...я в замешательстве...и ужасе.

P.S. Помните Хофмана и его рассуждения об авторах книг? Угадайте кто был бы у меня первым на очереди.

P. P. S. Хотя Уинстон Черчилль на вопрос, с кем ему хотелось бы встретиться, уже ответил за меня...

«De Profundis» («Из глубин»), она же «Тюремная исповедь» - достаточно большое по объему письмо Оскара Уайльда Альфреду Дугласу (Бози), написанное им в Редингской тюрьме. Некоторые из современных исследователей считают «Исповедь» не просто личным посланием, в котором Уайльд пытается наставить своего возлюбленного на путь истинный, но и попыткой объяснить - себе, друзьям, возможно даже, обществу в целом - причины происходящего, разобраться во всём, что происходило, происходит, и ещё только должно произойти. Но что же такое «Исповедь» на самом деле - решать, конечно же, читателю. Ведь даже самые горькие письма Уайльда являются произведениями искусства, а искусство, как он сам писал, отражает не жизнь, а того, кто его созерцает. Кто-то найдёт в этой книге лишь автобиографию великого литератора, кто-то - сильнейшие человеческие эмоции, подлинное горе, победить которое под силу лишь любви и искусству.

Что касается издания, то оно включает в себя не только полный текст «De Profundis», но и статью Уайльда об искусстве, два варианта перевода «Баллады Редингской» тюрьмы, этой лебединой песни, и подборку афоризмов и парадоксов. В целом книга позволяет читателю познакомиться с различными сторонами жизни Оскара Уайльда, составить хоть отчасти полное представление не только о его творчестве и трагической судьбе, но и о его характере.

Было невыносимо больно читать это письмо. Гений Уайльда дает возможность не просто понять или прочувствовать, а прожить самому описываемые события, на какое-то время стать самим - блистательным Оскаром Уайльдом, заключенным С.3.3. Помимо множества мыслей, высказанных предыдущими рецензентами, у меня после прочтения осталась некоторая горечь. Ибо, в самом деле, горько читать о творческих планах гения, зная, что ему так и не удалось их осуществить. С одной стороны, кажется, не следовало бы публиковать это письмо - это все-таки слишком личное. А с другой... Наверное, так и должно быть. В какой-то момент жизнь гения перестает принадлежать ему. Она многому может научить, только для этого нужно иметь воображение. "Твой самый страшный порок - отсутствие воображения" - повторяет Уайльд в обращении к своему заклятому другу.

Чувства при прочтении весьма противоречивые. С одной стороны, понимаешь, что читаешь самую настоящую исповедь, хочешь узнать, а как же было на самом деле, с другой - испытываешь назойливый дискомфорт от того, что залезаешь в душу другому человеку, пусть уже и давно мёртвому. Представьте, что у вас есть знакомый, и вам вдруг даровалась возможность вскрыть его черепную коробку и пробраться в самую суть его Души - пусть будет с большой буквы, в стиле "De profundis". Вы будете шокированы, удивлены, вас может даже бить лихорадка, потому что чужая Душа - всегда потёмки, и кроет в себе много подводных камней. Это одна из причин, по которым человеку не дарована - пока - способность читать мысли и контролировать чужой разум. Мы просто не вынесем.

Открывая эту книгу, стоит быть готовым к тому, что в конце вы ощутите на коже грязь и что-то липкое - и это станет свидетельством того, что вы всё поняли правильно.

У каждого своё отношение к Уайльду. Кто-то почитает его гением - как и он сам, - а кто-то плюется ядом и обвиняет его в абсолютной аморальности. По сути, эти обвинения не лишены почвы... но мы сейчас беседуем не о слухах и не о жизнеописании, а о Душе, которую Оскар Уайльд переложил на бумагу и которая раскрылась обществу спустя много лет после его смерти. Глупо оценивать Душу - это всё равно, что загонять в рамки само мироздание; нет, некоторые люди и то, что делает их людьми, прямы, как палки, но Уайльд - далеко не та история. На каждой странице поражаешься остроте его ума, противоречию завышенной самооценки и ситуации, в которой он оказался, и думаешь: а правильно ли? Философия, Искусство, Любовь - главные темы, занимающие разум гениального писателя, в открытую заявляющего, что он стал символом своего века. "Обычно гения признают задолго после того, как он покинет мир, а я же признанный гений здесь и сейчас" - такова позиция Уайльда, если грубо его цитировать. И это верно. Он оброс мифами и легендами при жизни, "превратил искусство в философию и философию - в искусство"; но бессмертен ли он?

Душа в строках - не такое уж редкое явление. Каждый автор выкладывает что-то своё, глубоко личное, порой маскируя это под слоями дешевой косметики. Но отличие "De profundis" от прочих исповедей в том, что Уайльд высказывает всё без прикрас, принимая себя таким, какой он есть - он не делает из себя героя или жертву, он проносит образ, им же созданный, сквозь двести страниц, оставляя его неизменным. И если вы не боитесь заглядывать в сердце другому человеку, которое в данном случае может разрушить ваше самолюбие - смело берите эту книгу.

Возможно, она откроет вам новые глобальные цели.

Винсент Ван Гог умер в нищете, сумашедшим и непонятым. Франц Шуберт скитался по друзьям, умер в нищете, непризнаным. Эдгара По друзья прозвали "голодный художник". Он пытался прокормиться своим творчеством-не удалось. Умер, впав в безумие.

Оскар Уальд на их фоне смотрится настоящим баловнем судьбы-прижизненно известный и почитаемый, законодатель стиля, богач и мот, окруженный сонмом фанатов. Писатель взошел на вершину славы и остался бы там навсегда, если бы на пути ему не встретилась мерзкая семейка Дугласов. Альфред Дуглас превратил вечичайшего человека в своего раба,разорил и обесчестил, сделал пешкой в своих семейных дрязгах с отцом. По обвинению, выдвинутому отцом Альфреда, в содомии и мужеложестве, Уальда осудили на 2 года тюрьмы, публично осмеяли и унизили (О времена, о нравы!!! Ну кого сейчас удивишь нетрадиционной ориентацией?). "Исповедь"-удивительно красивое и пронзительное письмо,полное яростой вины и вопросов и укоров самому себе, через которые ясно видна дорога от Обиды и Унижения к Смирению и Прощению. Очень красиво,грустно и поучительно. Р.S. Немного затянута вторая часть, поэтому 4 балла.

Письмо-монолог, читается на одном дыхании. И пусть оно было адресовано человеку, который отнял у О.Уайльда всё, оно также адресовано и всем нам. Эта исповедь пронизана страданием, скорбью и болью потери, ведь за время знакомства с Альфредом Дугласом О.Уайльд, как он пишет сам в исповеди, потерял всё: друзей, которые отвернулись от него, сыновей, видеться с которыми ему запретил суд, мать, которая умерла когда О.Уайльд был в тюрьме, своё имя, свободу и возможность творить. Но тем не менее, Уайльд смог сохранить в своем сердце Любовь. Через все страдания, которые выпали на его душу, он пришел к Смирению. Но это не только исповедь, это еще и рассуждения о Любви, религии, искусстве и страданиях. Может быть, вся прелесть этой книги, вся глубина кроется в том, что это было послание, адресованное лично Альфреду Дугласу, и именно поэтому в нем нет ничего искусственного и ненастоящего. Вся боль и скорбь, всепрощающая Любовь и смирение, всё в этой исповеди настоящее, насквозь промокшее от слез.

Я не буду переделывать или начисто переписывать это письмо. Прими его таким, каким оно есть - исполненным страсти и боли, с пятнами от слез на страницах, с кляксами и поправками, и постарайся хорошенько его осмыслить.

Для меня “Тюремная исповедь” — произведение, которое целиком и полностью нашло отклик в моем сердце. Порой читать было нелегко из-за немалого количества мыслей, которые нужно осознать и принять. Постепенно знакомясь с чувствами Уайльда, невольно ощущаешь возвышенность, которая тяжелым камнем ложится на твои плечи, приземляя тело и поднимая к звездам душу. Нередко я ощущала себя одинокой в своих мыслях и чувствах, ведь не находила отклика на них в других людях, однако Уайльд меня понял, выложил на бумаге все откровенно и как нельзя искренне. Нередко при прочтении я ловила себя на мысли: “Да, я чувствую тоже самое!”

Мне кажется, что “Тюремная исповедь” — не произведение на один вечер. Ее нужно читать вдумчиво, постепенно, с открытой душой. Каждый человек сможет дать свою собственную оценку, ведь все мы уникальны и чувствуем этот мир по-разному. Для тех, кто живет одними мыслями с Уайлдом, это произведение запомнится навсегда, ведь именно оно может направить и дать ответы на многие вопросы. Послание Альфреду Дугласу, которое Оскар Уайльд писал из тюрьмы, не наполнено обидами и злобой, скорее напротив, он пытается помочь открыть глаза на то, что произошло и направить его на верный путь. Даже после прочтения ты не испытываешь злость на Альфреда за его бессердечность, скорее сочувствуешь тому, что он существует, не понимая слишком много и оставляя в своей жизни ничтожно малое.

Цитировать “Тюремную Исповедь” можно бесконечно долго, точно также как и анализировать, проецируя мысли Уайльда на свои собственные жизни. Нам остается лишь учиться на его ошибках, прислушиваться к советом и чувствовать, зная, что все мы не одиноки в своих побуждениях.

Произведение Оскара Уайльда настолько многогранно и всеобъемлюще, что даже мысль о попытке его описать ужасает и будоражит.

В оригинале произведение называется "De profundis" что в переводе с латинского языка означает "Из глубин". Название, данное Оскаром Уайльдом своему произведению, идеально подходит его содержанию, в котором писатель излагает мысли и чувства, переполняющие его во время тюремного заключения. Первые годы, проведенные в тюрьме, Уайльд не имел права писать. За это время он успел многое обдумать и переосмыслить. В последний год заключения Уайльд получил право писать. Он излил на бумагу свои чувства и мысли, обуревавшие его во время пребывания в тюрьме. Именно они стали его тюремной исповедью.

Я думаю условно произведение можно поделить на две части. В первой всё повествование сосредоточенно на четырех годах, предшествующих написанию данного произведения. А во второй автор размышляет над тем, как тюремное заключение и события, ему предшествующие повлияли, на его мнение о жизни и вечных ценностях.

Лорд Альфред Дуглас, более известный нам как Бози, хотя его имя не вторгается в эту горестную исповедь. Человек, изменивший всё. Человек, который своим эгоизмом и ненавистью перевернул жизнь английской интеллигенции второй половины девятнадцатого века.

На первый взгляд милый молодой человек: очень привлекателен, происходит из знатного и богатого рода. На момент встречи с великим классиком Бози - студент Оксфорда и душа компании. Кто бы мог подумать, что этот красавец так прогнил душой. Внутри у него лишь гниющая плоть, отравленная ненавистью: "... Ненависть, с точки зрения разума, есть вечное отрицание. А с точки зрения чувств - это один из видов атрофии, умерщвляющей всё, кроме себя самой". Этот юноша врывается в жизнь Уайльда, как ураган, сметая всё на своём пути. Последующие два года он не отойдет от писателя дольше, чем на пару месяцев. Всегда рядом, всегда готов пользоваться влиянием и тратить деньги своего друга. Бози будет отправлять жизнь Оскара Уайльда, пока его действия, наконец, не приведут писатель в тюрьму, лишая последнего всего, что он имел и чем так сильно дорожил.

В своей исповеди Уайльд вспоминает их знакомство и годы дружбы. Он размышляет над проблемой ненависти, что острыми когтями вцепилась в адресата этого письма. Ненависть - главный разрушитель нашей жизни. Из-за неё гниёт душа и притупляется разум. Молодой человек, полный жизни и возможностей, сосредотачивает всего себя лишь на ненависти и желании отомстить собственному отцу. Возможно, ненависть оправдана, ведь молодой человек считает, что таким образом воздаст по заслугам негодяю, что заставил страдать его, его мать и всю его семью. Но его роковой ошибкой стало превознесение жажды мести надо всеми остальными чувствами. Он забыл, как получить радость от жизни, забыл о прелестях дружбы и любви, отринул всё прекрасное в этом мире. И ненависть, как благосклонный господин, не оставила своего слугу с пустыми руками. Она наградила его. И даром этим была поверхностность. Это было ожидаемо, ведь ненависть поглощает всё на своём пути. Уайльд утверждает, что отсутствие воображения — это главный порок человека. Я считаю, что отсутствие воображения у адресата проистекало из поверхностности, которая в свою очередь, проистекала из эгоизма и нарциссизма. Молодого человека интересовал лишь он сам и его ненависть. Отсутствие интереса к другим людям или чему-либо происходящему в мире, делает человека поверхностным. Ведь мы есть то, чем мы интересуемся. В то время как круг твоих интересов — это лишь ты сам со временем ты поглотишь сам себя и не останется ничего. В этом юноше осталась лишь ненависть и пустота его интересов и его взглядов.

Отношение и даже знакомство с такими людьми губительно. Оскару Уайльду пришлось познать эту истину на своей шкуре. Мало того, что это отношения в конце концов посадили писателя на скамью подсудимых, так ещё и перекрыли его дар к искусству. В своём письме автор упоминает, что вовремя визитов юноши он совершенно не мог писать. Его Искусство не могло вынести нахождение вблизи с человеком, наполненным ненавистью. Искусство — это тяга человека к познанию мира и самого себя, в то время как ненависть — это лишь тяга к саморазрушению. Эти две полярные противоположности не могли соседствовать даже в одном доме, и дару великого классика приходилась прятаться от запаха гниющей души.

Лишь когда молодой человек уходил, писатель мог вновь браться за самое дорогое, что есть в его жизни - его творчество. Автор упоминает: "Я был символом искусства и культуры своего века. Я понял это на заре своей юности, а потом заставил и свой век понять это". Оскар Уайльд был одним из немногих классиков, заслуживших признание при жизни(?). Его постановки ставились в театрах и собирали толпы, а книги обсуждались в газетах. Он был на слуху не только как писатель, но и как главный денди своего поколения. Его творчеством восхищались. И эта слава сыграла против него.

Нельзя обрести славу, не возымев при этом врагов. Все они наслаждались длительным судебным процессом, который окончился не в пользу Уайльда. И, возможно, будь он человеком не таким знаменитым, это дело не вызвало бы такой шумихи. Но газеты и слухи не позволяли этому случаю кануть в лету. Дворянин, живой классик, законодатель мод, внезапно стал презираем обществом, которое его превозносило. "... И порой мне кажется, - что я доказал, - если это нужно доказывать, - что между почестями и бесчестием всего один шаг, если не меньше." Общество отвернулось от своего члена, ранее бывшего его гордостью. Теперь он лишь позорный случай на страницах газет и комбинация номеров в переписи заключённых. Но Уайльд не отказался от наказания он лишь попросил, чтобы общество тоже понесло, в свою очередь, наказание за всё плохое что причинило классику: "Я со своей стороны требую одного: если я осознаю всё, что выстрадал, Общество тоже должно осознать зло, которое оно мне причинило: чтобы не с той, ни с другой стороны не осталось ни обиды, не ненависти"

Многие советовали писателю во время заключения забыть кто он, а по выходу забыть то время, что он провел в стенах тюрьмы. Отринув этот совет, Оскар проводил всё время в размышлениях. Он пишет: "Отбросить то, что ты пережил, - значит положить конец своему собственному совершенствованию". Во время этих медленно тянущихся дней Уайльд приходит к выводу, что смирение есть начало новой жизни:" Смирение самая странная вещь на свете. От него нельзя избавиться, и из чужих рук его не получишь. Чтобы его приобрести, нужно потерять всё до последнего. Только когда ты лишён всего на свете, ты чувствуешь, что оно сделалось твоим достоянием." Автор посредством смирения заново постигает жизнь. Он считает, что для начала он должен простить адресата, а после заново научится быть счастливым.

Но Оскар Уайльд ищет счастье не в деньгах, славе, признание или очищение своего имени. Нет. Теперь счастье для него — это возможность творить, постигать чужое творчество и окружать себя людьми, по истине ему дорогими и интеллектуально интересными. Заточение в тюрьме позволило ему заново взглянуть на жизнь и сделать переоценку ценностей. Ведь и в самом деле, что может сделать душу человека счастливее, чем возможность творить, смотреть на творения и восторгаться ими в компании людей, тебя знающих и понимающих.

В таком небольшом произведении, как тюремная исповедь, поднято поистине большое количество проблем. За 230 странице мы наблюдаем за духовным перерождением великого писателя, который проводит нас через джунгли своих мыслей, рассказывая о думах, которые терзают его разум и душу. В итоге этих размышлений Оскар Уайльд приходит к выводу, что счастье можно найти в людях, тебя любящих и понимающих, а также в возможности творить. "Да кто же не был бы счастлив, владея свободой, книгами, цветами и луной?"

Пожалуй, эту книгу стоит читать после прочтения биографии Уайльда, чтобы понимать, что привело Оскара в те обстоятельства, в которых он писал эту исповедь. Это письмо написано Бози, его "золотому мальчику", который сыграл такую роковую роль в его жизни. В письме очень много обиды и боли и на Бози за его жестокость, тщеславие и расточительность на себя за свою слабость и потакание его прихотям. И мне с одной стороны - невыносимо грустно за беднягу Оскара, ведь он мог избежать такой печальной участи, если бы вовремя оборвал такую губительную дружбу. А с другой стороны, хочется вцепиться зубами в горло этому капризному мальчишке Дугласу, который себя так отвратительно вел. Неблагодарно, тщеславно, расточительно, распущенно, эгоистично, жестоко! Бедный, Бедный Оскар... Еще грустнее от того, что знаешь, что по выходу из тюрьмы Оскар снова забыл все те страшные обиды, которые Бози нанес ему, и несмотря на запреты адвокатов, жены и друзей, под страхом нищеты, под страхом никогда больше не увидеть своих сыновей, которых он так любил - он все равно вернулся к Бози.

Вот уже почти два года, как я брошен в тюрьму. Из глубины моей души вырвалось дикое отчаяние, всепоглощающее горе, на которое даже смотреть без жалости было невозможно, ужасная, бессильная ярость, горький ропот и возмущение; тоска, рыдающая во весь голос; обида, не находившая голоса, и скорбь, оставшаяся безгласной.

"Из глубины воззвав к тебе.." Воззвание Уальда "в цепях и оковах" заставляет душу наполняться горечью и состраданием. Этот прекрасный человек, тонкий эстет, истинный художник был в бездне отчаяния, которое захватывает и того, кто читает его Исповедь. Излишне говорить о её литературной ценности, De profundis в духовном плане стоит выше всех его произведений, и как они -оно тоже прекрасно. Истинная же ценность Воззвания в том, что оно обнажает душу Уальда , такую возвышенную и глубоко раненную душу. Читая его мне казалось, что я вмешиваюсь туда, куда не следует. Что это слишком интимно и моим глазам не стоит видеть этого. И я должен добавить, что лучше уж никому было её не видеть, потому что тот, для кого было написано это полное горя письмо, не понял какой ценой далось его создание.