Цитаты из книги «Леди не движется – 2», страница 5

приметы «тех двоих» и Гранта. Орки, как и эльфы, охотники, наблюдательность у них на высоте. Надо

что прав. Коробки – да фиг с ними, все в армии служили, случалось и на сухпайке жить… Я, честно говоря, даже напрягался от мысли, что сейчас припрется

на Диком Западе так: есть наш фронтир против Шанхая

размышлениями о банде, и меня осенило: знаю, как погулять с пользой для дела. Идея показалась мне столь блестящей, что я даже не стала уведомлять Августа. Ничего страшного, вечером отчитаюсь. Если я ему понадоблюсь

Нам не пришлось ехать в управление. Крюгер, поглядев на инвалидную коляску, сразу направил кортеж к клинике, где обретался Бейкер. Его мамаша, судя по всему, была разочарована – она рассчитывала поскандалить где-нибудь. Разумеется, всех вместе нас в палату к «больному» не пустили. Поначалу врач требовал, чтобы все, кроме Крюгера и матери, ждали в гостиной для посетителей

Орк Шон Ти прав: государство заканчивается в четвертом радиусе. Дальше начинается поле боя. До бога высоко, до царя далеко. Каждый сам за себя. Власть  – это тот, у кого есть оружие

все даст. А сам втолкнул в казарму к диким оркам. Я не пошел, Гранту сказал, что мне такие женщины не нравятся. Тех женщин Грант потом убил. Задушил. Когда я об этом узнал, то

– Хоррор как жанр – моя слабость, – объяснила Лючия. – А корни его растут из Викторианскойлитературы, а из самого стиля жизни. Я  совершенно уверена, что хоррор может быть только английским, германским – помните, «сумрачный германский гений»? – и африканским. Французский хоррор – что может быть абсурднее? – А что вы скажете о русском или, допустим, чешском? – спросила я, делая умное лицо. Нет, мне и правда стало интересно. – Чешский по сути – ответвление германского, – безапелляционно заявила Лючия. – А у русских настоящего хоррора быть не может. У них любой хоррор уступает прозе жизни.

перепугу. – Не заметил я, чтоб он испугался, – возразил Макс. – Действовал

замешана, наши все помогут наказать ее. Я достала свою визитку, протянула Кусу: – Возьми. И можешь говорить, что замешана. Но возьми