Читать книгу: «Аннунаки. Семь печатей Тиамат»

От автора

Эта книга родилась из пепла и эха. Из багрового отблеска древних катастроф, которые летописцы назвали концом света, и из ледяного молчания гор Куньлуня. Если раньше мы искали ответы в шепоте пустынного ветра, то теперь мы вслушиваемся в скрежет разрываемых связей и звон разбитых клятв. Боги больше не просто ищут себя. Они учатся уничтожать друг друга.

Я не стремилась написать трактат о конце света. Я хотела показать, как рушится мир, когда в его основе лежит не любовь, а обида, гордыня и жажда контроля. Что чувствует Исида, когда ее сердце превращается в лед, а вместо слез рождается беспощадная охота? Какова цена силы, которую Осирис выковывает в агонии, ломая собственный разум, чтобы спасти ту, кого любит? Здесь нет идеальных жертв и однозначных злодеев. Есть лишь сломанные души, готовые сжечь мир дотла, лишь бы не чувствовать боли.

В основе этой части — древние пророчества о великом разрушении, которые мы читаем не как мистическое предсказание, а как зашифрованную хронику прошлого. Мы опирались на труды и расшифровки известных шумерологов, а также на забытые страницы старинных книг и тени ведических эпосов. Я снова позволила себе отступить от канона там, где древние тексты обрываются, уступая место ужасу перед лицом тотальной войны. Миф молчит, когда боги теряют контроль, и тогда начинает говорить психология.

Вы встретите на этих страницах сцены жестокого насилия, крови и глубокого психологического мрака. Они здесь не ради провокации. Это неизбежная плата за войну, которую ведут те, кто обладает властью над жизнями и смертями. Когда боги теряют рассудок, их падения становятся кровавыми, а их месть — абсолютной. Это изнанка божественного, скрытая за золотыми масками.

Спасибо, что вы остаетесь со мной в этом спуске в бездну. Спасибо, что не отводите взгляд, когда маски падают, обнажая шрамы. Пусть эта история заставит вас задуматься о том, сколько разрушения мы способны принести миру, пытаясь залечить собственные раны. И помните: даже когда небо становится красным от пепла, где-то в темноте все еще теплится искра, готовая возродиться.

С бесконечной благодарностью за ваше доверие и свет, который вы несете.

Ваша Нюта

Глава 1.Красное небо

Луксор. Храм Исиды. Тронный зал. Полночь.

Исида сидела на троне, но не ощущала его под собой.

Золото, покрывавшее стены, дрожало в свете факелов. Жрецы двигались между колоннами, склонялись перед советниками, приносили дощечки с донесениями и свитки с печатями. Кто-то шептался у входа, кто-то спорил о запасах зерна, кто-то требовал открыть священные хранилища.

Исида не слышала их.

Её взгляд был обращён сквозь стены, сквозь тёмные залы и пески пустыни — туда, где Осирис учился на далёком Куньлуне. Туда, где Амонет, ещё недавно смеялась вместе с сыном. Туда, где находился Пта — если он вообще всё ещё находился среди живых.

Она была одна.

Не телом. Вокруг неё стояли жрецы, служители, советники и охрана. Но внутри Исиды разверзлась пустота — не та, что приходит после смерти, а более страшная: пустота от потери равных.

Рядом больше не было тех, кто помнил её настоящее имя — Ин-Шах-До-Тейи. Тех, кто знал её не как царицу Египта и долин Инда, а как ту, кем она была прежде, до переселения, до новых имён и чужих храмов. До того, как Братья превратили её и остальных в фигуры своей бесконечной игры.

У колонны, почти сливаясь с тенью, стоял Анубис.

Ему не следовало находиться здесь. Его место было в Дуате — среди мёртвых, у врат подземного царства, рядом с весами, на которых сердце человека сравнивали с пером Маат.

Но последние недели он не покидал Исиду.

— Матушка, — тихо сказал Анубис. — Ты ничего не ела с рассвета.

Исида не ответила. Её пальцы с такой силой сжимали подлокотник, что ногти впились в древесину.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Отдых предназначен для тех, кто может позволить себе забыть.

Анубис сделал шаг к трону.

— Ты не обязана нести всё одна.

Исида медленно подняла голову. В её золотых глазах с синеватым отливом не было усталости. Только глубина, в которой уже начинала гаснуть последняя звезда.

— Я никогда не была одна, — произнесла она. — Но те, кто шёл рядом со мной, уходят. Один за другим. И я больше не знаю, кого именно должна спасать — их или себя.

Анубис опустился перед ней на одно колено и коснулся её руки.

— Я здесь, Матушка. Я не уйду.

Взгляд Исиды смягчился. На миг в нём появилось узнавание — не царицы, обращённой к своему стражу, а матери, увидевшей ребёнка, который действительно никогда её не предавал.