Цитаты из книги «Вилли», страница 2

Я всегда, когда вижу буквы, — читаю, не могу остановиться, так у меня зрение устроено.

–... Слушай… А почему ты думал, что у меня все друзья?

– Ну как… Не знаю. Я думал, ты со всеми дружишь.

– Все, понимаешь… Это как никого. А вот так, как ты с Колей. Такого друга у меня нет.

тот, кто имеет дело с книгами, не обходится вытиранием рук о штаны.

И я пошёл домой через парк, чтобы отвлечься. Правда, парк не совсем в той стороне, где мой дом, – даже, можно сказать, совсем в противоположной. Но я же не виноват, что парк так неудобно расположен. Зато там каштаны. А по дороге к моему дому каштанов нет

— Вилли!.. А я уж испугался, что ты совсем перестал говорить…

— Я вообще-то не переставал. Это ты почему-то перестал слышать.

Августина Блюм? Вот странное имя, подумал я и хмыкнул про себя: кто бы говорил. У меня тоже имя так себе. Не скажу какое, я его не люблю. С другой стороны, разве может человек с обыкновенным именем отдавать даром велосипед?

И тут я увидел. Правда целый город. Потерянный карандаш рисовал что-то в потерянном блокноте. Оторванная пуговица смотрела на меня через очки без стёкол. Два ключика, позвякивая о чём-то своём, пили чай из забытого кем-то термоса.

– Они ждут, пока их найдут? – спросил я у Вилли.

– Да нет, уже не ждут. Просто живут тут, и всё. Если уж потерялся, то ведь лучше не одному жить. А с кем-то, кто тоже потерялся.

Мне почему-то не показалось странным, что этот длинный разговаривает с велосипедом. Я тоже смотрел на велосипед, а он, кажется, смотрел на меня. Я смотрел и улыбался, и мне казалось, что он улыбается тоже. И вдруг этот велосипед совершенно ясно сказал мне:– Привет. Меня зовут Вилли.

Варежка поздоровалась в ответ, и я даже не удивился. Велосипед разговаривает, чем варежка хуже?

«Никакой он не ржавый», — сказал я шёпотом и вцепился зубами в подушку, чтобы не заплакать.