Цитаты из книги «Американские боги», страница 93
Свобода, – продолжил он, сморщив нос при виде лежавшего на нижней ступеньке использованного презерватива и с видимым отвращением отодвинув его ногой в сторону. – Кто-нибудь ведь может и поскользнуться на этой штуке. И шею себе сломать, – пробормотал
В тебе столько дерьма, – сказала она, – странно, что глаза у тебя до сих пор не коричневые
Вы меня знаете, – сказал он. – Вы все меня знаете. У некоторых из вас нет особых причин относиться ко мне с симпатией, но – любите вы меня или нет – вы меня знаете.
глазами и решительно, почти насмешливо сказала: – Если ты сунешь его в меня, я откушу его, у меня там зубы. Я колдунья, и зубы у меня там очень острые. С каким же удовольствием она смотрела, как его перекосило от ее слов! Он ничего не сказал и ушел прочь.
он, отвлекшись на секунду от главной темы. – Все равно, что шкурка от банана, только на вкус похуже, и с иронической начинкой.
Люди воображают, и люди верят: и только из-за этой веры, мощной и твердой как камень, все на свете обретает плоть и кровь.
Может так случиться, что от трапезы до трапезы пройдет изрядное количество времени. Если кто-то предлагает тебе поесть, соглашайся. Годы у меня уже не те, я понимаю, но вот что тебе скажу: никогда не отказывайся, если у тебя есть возможность отлить, поесть или полчасика вздремнуть. Понимаешь?
Терри Пратчетт в поезде, по дороге в Готенберг, помог мне распутать казавшийся безнадежным сюжетный узел. Эрик Эдельман отвечал на мои вопросы из дипломатической жизни.
– Вот она, – сказал Среда, выруливая с подъездной дорожки, – извечная дурь человеческая. Гнаться за сладкой плотью, не отдавая себе отчета в том, что это не более чем изящная оболочка, упаковка для костей. Корм для червей. И по ночам ты трешься о червячий корм. Никого не хотел обидеть.
По борту самолета непрерывно барабанил дождь: он представил, как на небе сидят сейчас маленькие дети и швыряют вниз сухой горох, горсть за горстью
