Цитаты из книги «Ревизор», страница 3

Получивши генеральский чин, он как-то спутался, сбился с пути и совершенно не знал, как ему быть. Если ему случалось быть с ровными себе, он был еще человек как следует, человек очень порядочный, во многих отношениях даже не глупый человек; но как только случалось ему быть в обществе, где были люди хоть одним чином пониже его, там он был просто хоть из рук вон: молчал, и положение его возбуждало жалость, тем более что он сам даже чувствовал, что мог бы провести время несравненно лучше.

Да и странно говорить: нет человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов. Это уже так самим богом устроено

Здесь много чиновников. Мне кажется, однако ж, они меня принимают за государственного человека. Верно, я вчера им подпустил пыли. Экое дурачье! Напишу-ка я обо всем в Петербург к Тряпичкину: он пописывает статейки – пусть-ка он их общелкает хорошенько. Эй, Осип, подай мне бумагу и чернила!

Да благословит вас бог, а я не виноват.

ский , городничий. Анна Андреевна , жена его. Марья Антоновна , дочь его. Лука Лукич Хлопов , смотритель училищ. Жена его . Аммос Федорович Ляпкин-Тяпкин , судья. Артемий Филиппович Земляника , попечитель богоугодных заведений. Иван Кузьмич Шпекин , почтмейстер. Петр Иванович Добчинский , Петр Иванович Бобчинский , городские помещики. Иван Александрович Хлестаков , чиновник из Петербурга. Осип , слуга его. Христиан Иванович Гибнер , уездный лекарь. Федор Андреевич Люлюков , Иван Лазаревич Растаковский , Степан, Иванович Коробкин , отставные чиновники, почетные люди в городе. Степан Ильич Уховертов , частный пристав. Свистунов , Пуговицын , Держиморда , полицейские. Абдулин , купец. Февронья Петровна Пошлепкина , слесарша. Жена унтер-офицера . Мишка , слуга городничего. Слуга трактирный . Гости и гостьи, купцы, мещане, просители.

Речь его отрывиста, и слова вылетают из уст его совершенно неожиданно.

Обыкновенный разговор его с низшими отзывался строгостью и состоял почти из трех фраз: «как вы смеете? знаете ли вы, с кем говорите? понимаете ли, кто стоит перед вами?» Впрочем, он был в душе добрый человек, хорош с товарищами, услужлив; но генеральский чин совершенно сбил его с толку.

…оставался в том приятном положении, лучше которого и не выдумаешь для русского человека, то есть, когда сам ни о чем не думаешь, а между тем мысли сами лезут в голову, одна другой приятнее, не давая даже труда гоняться за ними и искать их.

Исчезло и скрылось существо, никем не защищённое, никому не дорогое, ни для кого не интересное, даже не обратившее на себя внимание и естество наблюдателя не пропускающего посадить на булавку обыкновенную муху и рассмотреть её под микроскоп.

Когда явился доктор, то он, пощупавши пульс, ничего не нашелся сделать, как только прописать припарку, единственно уже для того чтобы больной не остался без благодетельной помощи медицины…