Цитаты из книги «Манюня», страница 24

...— А чем это ты их намазюкала? — Это маска! Рецепт Фаи, которая Жмайлик! Надо в равных пропорциях смешать порошок синьки, бараньи катышки и развести это дело в яичных желтках, — стала перечислять Ба. — Бараньи чего? — подскочили мы с Манькой. — Катышки, катышки, — покатился со смеху дядя Миша, — сиречь какашки!

Он вцепился в нее руками, уперся ногой в стену и с нечеловеческим «ЫХТЬ» выдрал-таки решетку. С кусочком стены.

— Брат, — только и смог вымолвить дядя Миша.

— Не за тем я в институте учился зубы мудрости выдирать, чтобы перед оконной решеткой пасовать, — хмыкнул папа.

Мы с Манькой очень гордились Каринкой. Пока Каринка оставалась моей сестрой, ни один мальчик не смел подойти к нам ближе, чем на пушечный выстрел. А так как уходить к другим родителям в обозримом будущем сестра не намеревалась, то мы чувствовали себя как у Бога за пазухой.

Потом я познакомилась с Манькой и мне стало как-то недосуг влюбляться. Сразу появилось много интересных дел.

Ба ворчала, но терпела, потому что лучше портрет Караченцова в спальне, чем покалеченный одноклассник в школе.

Я про­шу вас оста­но­вить­ся на ми­ну­ту и вспо­мнить, как это пре­крас­но — про­сто дру­жить.

Вот так долж­но быть сей­час. И зав­тра. И по­сле­зав­тра. Все­гда.

— Вы сна­ча­ла пой­май­те меня, а по­том про опе­ра­цию го­во­ри­те, — хмык­ну­ла Ка­рин­ка и вы­сы­па­ла на Дядь­ми­ши­ны плав­ки це­лое ве­дер­ко пес­ка. — Сей-час у-трам-буу-уем!!!

— Не надо! — вско­чил дядя Миша.

Мы прождали вторую вечность. Вторая вечность тянулась дольше, чем первая

Дядя Сурен ежедневно гнал мимо нашего домика стадо по виду совершенно армянских, мосластых, тонконогих, широкозадых и, если вы позволите мне такое выражение, — носатых коров.

Каринка гордилась своим прозвищем, и использовала его, как зубодробительный аргумент.

-Знаешь как меня люди называют?- наскакивала она на очередного шкодливого мальчика,- Чингизхан! Хочешь в глаз?

Мальчика и след простывал.