Читать книгу: «Слепые»

Шарлю Ван Лербергу.

Слепые.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Священник.

Трое слепорождённых.

Самый старый слепой.

Пятый слепой.

Шестой слепой.

Три молящиеся слепые старухи.

Самая старая слепая.

Молодая слепая.

Безумная слепая.

Очень древний северный лес. Под густо усеянным звёздами небом он кажется вечным. В глубине ночной тьмы сидит очень старый священник, укутанный в широкий чёрный плащ. Его тело и голова слегка откинуты назад и мертвенно неподвижны: он прислонился к стволу огромного дуплистого дуба. Восковое лицо застыло в неизменной бледности, лиловые губы чуть разомкнуты. Безмолвные, неподвижные глаза уже не смотрят на видимую сторону вечности; кажется, от бесчисленных давних страданий и слёз они налились кровью. Волосы суровой белизны редкими жёсткими прядями спадают на лицо — более светлое и усталое, чем всё вокруг в настороженной тишине мрачного леса. Исхудавшие руки неподвижно сложены на бёдрах. Справа шестеро слепых стариков сидят на камнях, пнях и опавших листьях. Слева, отделённые от них вывороченным с корнями деревом и обломками скал, лицом к старикам сидят шесть женщин, тоже слепых. Три из них без умолку молятся и причитают глухими голосами. Ещё одна очень стара. Пятая сидит в безмолвном безумии, держа на коленях спящего ребёнка. Шестая ослепительно молода, волосы струятся по всей её фигуре. На женщинах, как и на стариках, просторная, тёмная, одинаковая одежда. Большинство ждёт, опершись локтями о колени и закрыв лица руками; все они словно отвыкли от лишнего движения и уже не поворачивают головы на приглушённые, тревожные звуки Острова. Высокие траурные деревья — тисы, плакучие ивы, кипарисы — укрывают их своей неизменной тенью. Неподалёку от священника среди ночи цветёт пучок длинных чахлых асфоделей. Необычайно темно, хотя лунный свет кое-где на мгновение пытается раздвинуть мрак листвы.

⁂

Первый слепорождённый.

Он всё ещё не возвращается?

Второй слепорождённый.

Вы меня разбудили!

Третий слепорождённый.

Я тоже спал.

Первый слепорождённый.

Он всё не идёт?

Второй слепорождённый.

Не слышу, чтобы кто-нибудь приближался.

Третий слепорождённый.

Пора возвращаться в приют.

Первый слепорождённый.

Сначала бы узнать, где мы.

Второй слепорождённый.

С тех пор как он ушёл, стало холодно.

Самый старый слепой.

Кто-нибудь знает, где мы?

Самая старая слепая.

Мы шли очень долго; должно быть, мы далеко от приюта.

Первый слепорождённый.

А! Женщины сидят напротив нас?

Самая старая слепая.

Мы сидим напротив вас.

Первый слепорождённый.

Подождите, я подойду к вам.

Он встаёт и идёт ощупью.

Первый слепорождённый.

Где вы? Говорите! Я должен услышать, где вы!

Самая старая слепая.

Здесь; мы сидим на камнях.

Первый слепорождённый идёт вперёд и натыкается на ствол дерева и обломки скал.

Первый слепорождённый.

Между нами что-то есть…

Второй слепорождённый.

Лучше оставаться на своём месте!

Третий слепорождённый.

Где вы сидите? Не хотите подойти к нам?

Самая старая слепая.

Мы боимся вставать!

Третий слепорождённый.

Зачем он нас разделил?

Первый слепорождённый.

Слышу, женщины молятся.

Второй слепорождённый.

Да; это три старухи молятся.

Первый слепорождённый.

Сейчас не время молиться!

Второй слепорождённый.

Помолитесь потом, в спальне!

Три старухи продолжают молиться.

Третий слепорождённый.

Хотелось бы узнать, рядом с кем я сижу.

Второй слепорождённый.

Кажется, я рядом с вами.

Они шарят руками вокруг себя.

Третий слепорождённый.

Мы даже не можем дотронуться друг до друга!

Первый слепорождённый.

А ведь мы сидим недалеко друг от друга.

Он шарит вокруг себя и задевает палкой Пятого слепого; тот глухо стонет.

Первый слепорождённый.

Тот, который не слышит, рядом с нами!

Второй слепорождённый.

Я слышу не всех; недавно нас было шестеро.

Первый слепорождённый.

Теперь я начинаю понимать. Спросим ещё женщин; надо знать, что к чему. Я всё время слышу молитвы трёх старух; они сидят вместе?

Самая старая слепая.

Они сидят рядом со мной, на скале.

Первый слепорождённый.

А я сижу на опавших листьях!

Третий слепорождённый.

А красивая слепая где?

Самая старая слепая.

Рядом с теми, кто молится.

Второй слепорождённый.

Где безумная и её ребёнок?

Молодая слепая.

Он спит; не будите его!

Первый слепорождённый.

О! Как же вы далеко от нас! А я думал, вы прямо передо мной!

Третий слепорождённый.

Теперь мы примерно выяснили всё, что нужно. Поговорим немного, пока священник не вернётся.

Самая старая слепая.

Он велел нам ждать его молча.

Третий слепорождённый.

Мы ведь не в церкви.

Самая старая слепая.

Вы не знаете, где мы.

Третий слепорождённый.

Когда я молчу, мне страшно.

Второй слепорождённый.

Вы знаете, куда пошёл священник?

Третий слепорождённый.

По-моему, он слишком долго оставляет нас одних.

Первый слепорождённый.

Он слишком состарился. Говорят, с некоторых пор он и сам уже не видит. Он боится признаться: вдруг кто-то другой придёт и займёт его место среди нас. Но я подозреваю, что он почти перестал видеть. Нам нужен другой поводырь; он больше нас не слушает, а нас слишком много. Во всём доме видят только он да три монахини; и все они старше нас! Я уверен, он завёл нас не туда и теперь ищет дорогу. Куда он ушёл? Он не вправе оставлять нас здесь…

Самый старый слепой.

Он ушёл очень далеко; кажется, с женщинами он говорил всерьёз.

Первый слепорождённый.

Он теперь только с женщинами и разговаривает? А мы для него уже не существуем? Придётся наконец пожаловаться!

Самый старый слепой.

Кому вы пожалуетесь?

Первый слепорождённый.

Пока не знаю; посмотрим, посмотрим. Но куда же он всё-таки ушёл? Я спрашиваю женщин.

Самая старая слепая.

Он устал после такого долгого пути. Кажется, он ненадолго сел среди нас. Последние дни он очень печален и очень слаб. С тех пор как умер врач, ему страшно. Он остался один. Он почти не разговаривает. Не знаю, что случилось. Сегодня он непременно хотел выйти. Сказал, что хочет ещё раз увидеть Остров при солнечном свете, прежде чем наступит зима. Говорят, зима будет очень долгой и очень холодной, льды уже идут с севера. Он был очень встревожен; говорят, после недавних сильных бурь река поднялась и все дамбы пошатнулись. Он сказал ещё, что боится моря: оно, кажется, волнуется без всякой причины, а утёсы Острова уже недостаточно высоки. Он хотел увидеть; но что он увидел, нам не сказал. Теперь, думаю, он пошёл за хлебом и водой для безумной. Он сказал, что идти ему придётся очень далеко… Нужно ждать.