Читать книгу: «Пятьсот пятый, ответьте»

– Пятьсот пятый, ответьте. Прием.

Я не мог себе позволить проронить в микрофон и слова.

– Повторяю, как слышно? Пятьсот пятый, выйдите на связь!

Скоро терпение у этих ребят кончится, и дела мои будут окончательно плохи.

– Вы нарушили регламент перелетов, я не вижу вашу лицензию. Она явно просрочена, во избежание проблем, просьба откликнуться и выйти на связь. Мы видим, вы получаете наши сообщения.

Еще лучше, их системы уже насквозь меня прощупали. Кажется, это действительно конец. На что я вообще рассчитывал. Я никогда не оступался, а тут. В конце концов сам виноват. Я же выбрал этот маршрут. Эти деньги, все горело сейчас перед моими глазами. Здесь, сидя в рубке своего челнока, я прекрасно лицезрел свой конец. Все нюансы были соблюдены. Сейчас они вцепятся в мой маленький фургончик для незаконного сбыта ресурсов с других планет, и все.

Что может рано или поздно случиться с контрабандистом в космосе? Правильно, тебя ловят на твоих же ошибках. Сколько раз ты повторял сам себе: " Не делай так, не ищи легких путей и всегда следуй по ранее задуманному маршруту". Но нет. Крейсер пограничного флота уже подвел тебя в поле действия его магнитов, и ты медленно втягиваешься в его цепкие руки. Он очень любезно и мило обхватывает тебя словно ладонями в свои объятия. Добыча поймана. Впереди ждет суд и, пожалуй, самое странное решение в отношении капитана корабля, который поставил всю свою жизнь на подобные перелеты.

– Вам доводилось раньше бывать у нас, здесь, на Забвении?

– Не припомню в списке моих планов подобную планету. – Я улыбнулся, пока судья изучал мое несносное дело. Из того, что мне удалось уже узнать о ней, ничего-то тут толкового не было. Оттого они и запихнули сюда государственные институты и обеспечили их выпускников работой. Лететь на Забвение такому, как я, и брать самое необходимое в принципе было крайне не по карману. Ведь кроме штрафа и конфискации товара эти люди могли забрать самое ценное, что у меня было – мой корабль.

Судья посмотрел на мою улыбку без одобрения:

– Тогда вынужден вас расстроить. Мы вряд ли применим сейчас привычное для вас наказание. Видите ли, тестирование законов, есть не что иное, как наше основное предназначение. По нашим отпискам создается нерушимая защита всего мира. Космос необъятен. Увы, уследить за каждым ее членом с каждым годом становится только тяжелее. Для этого есть мы. Что ж. После небольшого перерыва мы огласим вашу участь.

– Не местный, я погляжу, кхэх, – мужчина с явными признаками изувеченной жизни на лице обратился ко мне, – ты это, если бежать будешь, ну там, если получится, то, если что, про меня не забудь. Слышал, корабль у тебя есть, – он в очередной раз провел рукавом по носу, шмыгнув, и дальше продолжил таращиться на меня.

Я ничего не ответил, ожидая возражения. Но он уткнулся в книгу. И дело о переживаниях было окончено. Бежать с этой планеты казалось в сию минуту совсем уж невыполнимой задачей. Очень часто удавалось скрыться, разработать обходной маршрут, подделать коды отлета и прилета, перешифровать все и вся. Но не сейчас и явно не с этими ребятами. Они еще и тестировщики законов. Вот уж точно угораздило, так угораздило.

Пока все это лилось в избытке в голове. Меня вновь проводили в зал суда. Церемониться и оглашать нарушения не стали. Перешли к самому интересному:

– Отныне вам запрещается управление любыми летательными средствами. Вашим постоянным местом обитания с сегодняшнего дня станет наша планета Забвение. А также в качестве дополнительного наказания мы запрещаем вам переходить более десяти светофоров в день. Они будут пристально фиксировать ваши передвижения и поверьте, обмануть эти системы на нашей планете вам не удастся. Впредь вы будете более тщательно выбирать себе маршруты для передвижения. Данное дополнение является бессрочным. До тех пор, пока системы перелетов не дадут миру той защиты, что гарантирует свободу торговли от подобных обходных путей. Вы будете уведомлены о последнем первым. Корабль остается за вами, но будет пришвартован на штрафстоянке, как залог вашего пребывания у нас на Забвении. Заседание окончено.

Все встали. А я сел.

Странный город встретил с распростертыми, но чуть ограниченными видами. Меня поселили в одном из отдаленных районов и сходу предложили трудоустройство в местной мастерской по ремонту челноков малой дальности. Так для человека, способного из скотча и палок корабль починить в открытом пространстве космоса, здесь, на твердой земле, работенка оказалась крайне простой и делалась быстрее срока, что позволяло иметь вполне себе много свободного времени. Забвение с его средней паршивости небоскребами, не сильно впечатляло красотой. Дома, дома, еще дома… И сколько там этих светофоров пройти можно было? Десять? А что потом? Неужели, они тут же примчатся за мной? И что в таком случае? Они еще не придумали? Видимо, еще один тест. Штраф и лишение души.

Я допил кофе, прихваченное из соседнего сетевого магазина продуктов, и выбросил пустой стаканчик в эко урну. Она съела его и, распознав материал, отправила в нужное для пластика отделение. В плане чистоты и правильности мышления этому городу явно не было равных. Хотя в общении клиентов и сотрудников чувствовалась некая замкнутость. Словно каждый из них мог поведать тебе гораздо больше, чем в видимом разговоре. Это чувствовалось даже в каких-то банальностях и останавливало. Мне было приятно наблюдать за ними. Спустя некоторое время я понял две вещи: первая – их осведомленность. Все они знали обо мне, но никто не решился спросить. Единственное в моменте на перерыве один из коллег поинтересовался: "А как там, ну в космосе?" Второе, я осознал, что «не больше десяти светофоров в день» – это оказалось крайне мало.

Раз, два, три… вот ты видишь цель, и вроде все ничего. Но их количество останавливает тебя. Кажется, в пределах своей жизни я обошел уже все. Карты в сети показывали границы моей свободы. Будущее здесь явно было на другом уровне защиты мира. Неужели подобные тесты приведут к такому же ограничению там, в темном бесконечном пространстве. Я до конца не понимал, как все работает. Ведь выяснилось, ни в одном из этих светофоров не было камер распознавания, но машина правосудия продолжала четко помечать мои действия. Пронизанный мир спутникового вычисления? Или искусственный интеллект пошел дальше и преобразовался в искусственный разум? Мне стало грустно от мысли, что наше свободное небо больше никогда не будет прежним. А потом я понял, что из-за моих действий, и мне совсем поплохело. Это был как раз тот самый случай, когда один человек не выполняет простые правила, а страдают в итоге все. Дома я сегодня явно был раньше. Современные стекла наглухо защищали квартиру от посторонних звуков. За окном летали мелкосортные аппараты с большой скоростью, которую мне казалось никогда не познать. По стеклу слетали капли местного аналога привычного миру дождя, с той лишь разницей: его чуть заряженная структура имела легкий фиолетовый отблеск. Не причиняя дискомфорта при попадании на человека, она добавляла и безь того насыщенному неоновыми вывесками городу странный вид. Будущее, которое мы заслужили. Я отвернулся от окна к стенке и постарался быстрее уснуть. Завтра рутина дня должна была отогнать от меня эти мысли.

– На сегодня заказов нет, – старший мастер, заметно нервничая, зачем-то рукой почесывая за своей спиной, указал, – на сегодня ты ну, свободен что ли.

– Ясно, – рутина послала меня со всем моим багажом.

Направляясь на работу, я уже прошел добрых три перекрестка. Значит впереди еще было семь. Я, медленно ступая меж торопящихся по своим делам людей, подошел к пешеходному перекрестку. Галдеж. Кто по телефону, кто по видео, кто в гарнитуру высказывает такие вещи, которые здравомыслящему человеку даже слушать стыдно, а тут такое. И все они пойдут дальше. А я, буду вынужден остановиться примерно вооон там, я мысленно протянул руку и указал на крайнюю по меркам своего глазомера точку, на углу которой располагалась заправочная станция. Там же при ней имелась неплохая забегаловка с бургерами и сносным кофе. Я шел, стараясь получить удовольствие от каждого шага, казалось бы, рассмотрев здесь уже все, я продолжал находить то, что другие скорее всего не замечают, проходя мимо. Обшарпанные вывески. Цветы. Кто-то из них при своих магазинах все еще выращивают цветы. Это было приятно видеть. Вряд ли их заставили, а если так, то цена увиденного падала в разы. Я был уже у заправки. Бросив взгляд на цены за топливо, ничуть не удивившись очередному росту, прошел внутрь заведения. Кофе, небольшой бургер и мое лицезрение на то, как клерки, семьи, просто одиночки и естественно калеки заправляли свои драндулеты и покидали, чуть взмывшись в воздух, общество.

– Ну здравствуй. Гляжу, сидит. Дай, думаю, подойду, вдруг вспомнит, – мужчина с первого взгляда приятной наружности подошел ко мне.

– Здравствуйте. К моему большому сожалению я вас не узнаю.

– Да ладно. Понимаю, – он быстро сел напротив и, слегка подавшись вперед, изменив приветственную интонацию голоса на более четкую, продолжил, – Я как-то у вас старушку свою чинил, мы тогда пол ночи проговорили. Я щедро платил.

– Что-то подобное было. Чего тебе? – мне не особо нравился его подход, и вообще я старался к подобному относиться с опасением. Жулья повсюду было предостаточно.

– Я в порту док снимаю. Небольшой, так для своей малышки. Видел твой, кхм, корабль, короче, я видел. Ты еще упоминал его – Пятьсот пятый.

От услышанного я чуть приподнялся. Казалось, словно мне, как собачке, палку показали.

– Так вот. Ну не буду ходить вокруг да около. Хотел выкупить. А мне мол нельзя. Это залог. Начал копаться, а он твой. Ну тут тебя то я и припомнил. Весь наш разговор всплыл в памяти как на ладони. Отдай, а? Ну, пожалуйста, – его глаза горели.

– Я, с радостью бы. Но, видишь ли, тут такое дело.

– Да знаю я, залог же. Перекрестки твои эти чертовы. Я готов помочь, в обмен на Пятьсот пятого.

Я задумался. Цена вопроса пересечения больших границ взамен на то, что открывало мне ранее целые горизонты. При нынешних обстоятельствах горизонты были слишком далеки.

Я покачал головой в недоумевании. Собеседник тут же схватил меня за руку и затараторил:

– Да ладно тебе, что тебе этот космос, я дам тебе больше. Свободу здесь. А потом, ну захочешь, тоже убежишь. Мир же не кончается здесь и сейчас. Дела привычные, а завтра что? Ты с таким же успехом дождешься масштабной реализации этих глобальных планов, и все, дальше ты точно никуда уже не улетишь. Тебе ж и не дадут. Твоими руками используют проверенную систему. А тут смотри, двух зайцев: и себе свободу, и миру брешь. Они не выйдут на защиту мира, а ты выйдешь за его пределы. Ну же, соглашайся.

Я услышал все аргументы, и сейчас они показались мне достаточно уместными. Я пожал протянутую руку, крепко сдавливая скорополительное решение.

Покупатель четко пояснил действия. Вручив мне некий брелок, указав на вытянутый из кнопки контакт:

– Как к светофору подошел жми на кнопку на брелоке, и к себе этот провод. Да малость неприятно будет. Зато дурная машина не спалит. Нам сначала надо до порта добраться. Там эту дуру я тебе полностью разблочу. Ну после сделки. Нужно корабль активировать. Днк твое надо.

Мы вполне успешно преодолевали все расстояния до порта.

Пятьсот пять, – пожелтевшие от многочисленных перелетов цифры на борту любезно встретили своего хозяина. Где-то за спиной жужжали роботизированные техники порта. В рамках которого была расположена и штрафстоянка подобных судов. Я аккуратно провел рукой по старому корпусу. Ох, как же это сейчас казалось приятным.

– Наобнимался? Давай. В конце концов выкуп подобного судна привлечет внимание. Кредиты лови, – я взглянул в счет, он любезно накинул мне с десяток тысяч межпланетных кредитов. Что мне с ними было делать, стоя на своих двоих на этой планете, я понятия не имел. Но оценен корабль был заслуженно. Я вошел внутрь, и активировал судно. Двигатель любезно замурлыкал, а мой спутник поменял коды системы на новые. Свои.

– Здесь все. Наши пути расходятся.

– Возьми меня с собой.

– О, нет. Извини, но погони и изгнания типа твоего я не ищу. Я обещал ограничить тебя. Я выполнил сделку.

Я вышел из старого, кормившего меня годами корабля. Он так же нежно, как мне конечно казалось, дернулся и медленно на подрульках стартовал в небо.

"Ограничить меня? – вдруг до меня дошли последние его слова, – ограничить чем?"

В отдел порта зашла гвардия полка Забвения.

– Нарушаем, – произнесла тихо милая девушка, зашедшая последней, и, смотря немного искоса, попросила впредь не повторять подобное.

– Но мой корабль?

Она вновь перевела взгляд куда-то в другое место, словно ей вообще дела до меня не было:

– Ваше суденышко являлось вашим залогом. Теперь всего навсего вам, как и всем жителям планеты, придется платить налог за проживание на ней. Ну вам надеюсь хотя бы заплатили за него?

– Да, – я еще раз проверил цифры. Они бельмом горели у меня перед глазами.

– Ну вот. Все остальное нас не волнует. Поверьте и поторопитесь вернуться. Ну, где вы там живете. – После последних слов она развернулась и вышла, в след за ней поспешила и ее гвардия. Я достал телефон и вывел на связь бортовой компьютер Пятьсот пятого.

– Да. Давно не виделись.

– И что это было? Ты сдал меня? Это шутка. Она не работает?

– Ну как же, ее пьеза прекрасно бьет легким покалыванием. Только кнопку для красоты присобачил. Ну работает же.

– Это не смешно! Слышишь! Где обещанная свобода?

– Да погоди ты скандалить. Я обещал после сделки. Держи. Иди за город, там поле, вот выйдешь в поле, и никто за тобой больше не приедет.

– В смысле? Почему? По всей же поверхности планеты работает.

– Просто поверь. Там ты никому будешь не нужен. Иди, если здесь тебе действительно мир не мил.

Связь оборвалась. Скорее всего, он вышел на межкосмическую.

Я обернулся. Тут и там мелкие роботы во всю убирали валяющиеся детали и подготавливали площадку под новое судно. Кажется, стоило попробовать. Я выкинул в сторону одного из уборщиков муляж защиты от перекрестков и поспешил покинуть здание порта. Поле, о котором сообщил покупатель, находилось с южной стороны за городом. Идти до него отсюда было примерно с десяток светофоров: три больших перекрестка и семь совсем маленьких. Солнце еще только начинало садиться, и я вполне себе успевал проверить гипотезу о свободе. В целом надо отдать должное, столько мест мне еще не удавалось увидеть с начала моего заточения на этой планете. И вот впереди показалась граница города. Забавно, что на ее последней улице, через дорогу не было светофора. Так лишь обычный пешеходный с пару лежачими полицейскими по бокам. «Защитники», – я улыбнулся, перешел дорогу и замер.

Обернувшись назад, я увидел, как где-то в отдалении горел красный. Кажется, отхода назад я себе не оставил. Чертово поле впереди и бескрайние просторы новой жизни словно манили сделать еще один шаг вперед. И я его сделал…