Читать книгу: «Зугл & Гигл»
– Слушай, я тут такую штуку нашёл: ты не поверишь! – голос в трубке принадлежал Ивану Булибину, программисту и человеку, великому изобретателю земли русской и по совместительству моему соседу по лестничной клетке.
– Иван, а ты на часы вообще хоть когда-нибудь смотришь или живёшь вне пространства и времени? – спросонья у меня никак не наводилась резкость, и я не сразу разглядел циферблат стоящего на тумбочке будильника. Было четыре утра, о чём я и сообщил Булибину.
– Да неважно! И вообще время детское! – рассеянно ответил тот, думая о чём-то своём. – Если ты не спишь, я сейчас зайду и всё расскажу!
Насилу удалось доказать ему, что я сплю, и перенести встречу на девять утра. «Пропала суббота!» – пронеслось в голове. Я попытался вновь заснуть, но нисколько в этом не преуспел. Проворочавшись часов до семи, я всё-таки задремал и даже начал смотреть какой-то сон, но тут в дверь позвонили. Я кое-как стряхнул себя с кровати и, вяло шаркая тапочками, поплёлся открывать. На пороге, естественно, стоял Иван.
– Привет! А я одну вещь надыбал! – заорал он, вихрем враждебным врываясь в мою тихую обитель. – Такого у нас ещё не было!
– Никогда не было, и вот опять, – сонно пробормотал я, зевнул и пошёл на кухню готовить кофе.
Булибин постоянно полон новыми идеями. Он не может не бороться и не искать. Он должен найти и не сдаваться. А я могу, и я не должен, но в той реальности, в которой живёт мой приятель, это не играет никакой роли. Судьба тянет его в неизвестность, а он тянет за собой меня. Я с ним уже столько шишек набил и собак съел, что на несколько жизней хватит. А кто сказал, что дружба – лёгкое дело? Этим себя и успокаиваю.
Но на этот раз Иван, похоже, переплюнул сам себя. Как я понял из его сбивчивых объяснений, он познакомился с кем-то, распространяющим тестовую версию суперновой зарубежной компьютерной программы. Впрочем, если быть абсолютно точным, то не совсем компьютерной и не вполне программы. Это был симбиоз дополненной реальности и виртуального помощника, дававшего советы и отвечавшего на вопросы. Но главное, что ни компьютера, ни планшета, ни смартфона для этого не требовалось.
– Ты не представляешь, какие открываются перспективы для тех, кто станет участником этого проекта! – энергично вещал Булибин, удобно устроившись за моим кухонным столом и прихлёбывая приготовленный мною кофе. – Жизнь станет совсем другой! Лёгкой и радостной! Серые будни превратятся в бесконечный праздник! Ты будешь получать удовольствие от каждого прожитого дня, и вдобавок, благодаря мудрым советам своего виртуального секретаря, быстро добьёшься успеха в жизни!
– Ну, положим, советов мне и так дают столько, что и не унесёшь! – скептически ответил я. – Иван, а ты не преувеличиваешь возможности этой программы? Сейчас и так полно всяких онлайн-ассистентов, голосовых подсказок и так далее. Но что-то я не вижу, чтобы они изменили нашу жизнь в лучшую сторону. Разве что горбики у всех начали расти от постоянного глядения в смартфоны. Да и вообще я не уверен, хочу ли я бесконечного праздника! Тут порой от обычного праздника неделю приходится отходить и силы восстанавливать!
– Да это же совсем другое! Этот помощник – всем помощникам помощник! Он не просто справки тебе давать будет, а объяснять, как действовать в любой, даже самой трудной ситуации, особенно когда сомневаешься и не знаешь, какой выбор сделать! Разве не это человеку в жизни больше всего мешает и тормозит движение вперёд? А не хочешь праздника – так и не будет! Это я так, аллегорически выразился. Метафора, одним словом.
– Ну если метафора, тогда ладно. И сколько это вечное счастье стоит?
– Да в том-то и дело, что ничего это не стоит! Я же тебе битый час талдычу, что это бета-версия, распространяют её только по рекомендации. А уже когда запустят по полной, то за неё уйму денег придётся выложить! Далеко не каждый рядовой миллионер сможет себе позволить! – горячо зачастил Иван.
– Так уж и не каждый, – проворчал я, внутренне уже сдаваясь. – И что нам нужно делать, чтобы получить эту халяву?
– Да всё просто: поедем к ним в лабораторию, они вживят нам по паре чипов, и всё! – заторопился Булибин.
– Какие-такие «по паре чипов»? – с подозрением спросил я. Идея сразу потеряла для меня прежнюю привлекательность: уж очень я не люблю всяких хирургических вмешательств в свой организм. – А если это опасно?
– Абсолютно безопасно! Устройства свои они вставляют в больнице: клиника сертифицирована, врачи обучены, оборудование современное, – заверил меня Иван. – Я уже был там, всё посмотрел. Ты даже ничего не почувствуешь!
– А без этого никак нельзя? – с надеждой спросил я. – Может, очки какие-нибудь, шлем, браслет или что-то подобное…
– Никак нельзя. В чипе – весь смысл, – убеждённо сказал Булибин. – Это интерфейс между нашим сознанием и программой! Прямое воздействие на мозг позволяет добавлять зрительно-слуховые образы к картине восприятия окружающего мира! Да это же суперсовременная технология! Вот увидишь, через год очередь из олигархов будет стоять, чтобы за огромные деньги купить этот продукт! А мы можем сделать это совершенно бесплатно! Грех упускать такой шанс. Мне же, как исследователю потенциальных возможностей человека, это важно вдвойне! Но для чистоты эксперимента мне обязательно нужен ты, чтобы мы могли сравнить наши ощущения! Наука требует жертв!
– Вообще, если уж быть точным, это искусство требует жертв! Ладно, поехали в твою клинику! – сдался я под напором Ивана. – Но смотри! Вся ответственность на тебе!
– Отлично! – обрадовался Булибин. – Тогда вперёд, к приключениям!
– Да уж, – проворчал я, – Вот парадокс: устройства нам вставят в одно место, а приключения мы найдём совсем на другое!
Знать бы тогда, насколько близок я был к истине! Но, к сожалению, а может, и к счастью, будущее всегда надёжно скрыто от нас тёмной пеленой времени.
В клинике всё прошло на удивление быстро и безболезненно. После небольшого предварительного обследования, не выявившего у нас с Иваном никаких патологий и противопоказаний, мы по очереди посетили операционную, где нам моментально вставили по чипу. Собственно, это были даже не чипы в традиционном понимании, а электронные устройства размером с булавочную головку, которые нам ввели микроинвазивным методом при помощи специального шприц-пистолета. Как объяснил нам врач, их компанией была разработана передовая технология, позволяющая посредством использования особых волновых импульсов активировать зоны мозга, отвечающие за восприятие окружающего мира. Довольные и счастливые, мы с Булибиным вернулись домой. Булибин был весь в предвкушении грядущего эксперимента. Я же просто радовался тому, что новое предприятие моего неугомонного соседа не отняло много времени, и выходные провёл в приподнятом настроении. Конечно, и в субботу, и в воскресенье я внимательно следил за своим самочувствием, осторожно прислушиваясь к своим ощущениям, но ничего необычного не заметил. С тем и лёг спать. «Наверное, что-то не сработало», – подумал я, проснувшись в понедельник.
– Ещё как сработало, и сейчас я тебе это докажу! – раздался вдруг чей-то громкий голос.
– Вот тебе раз! – сказал я. – Булибин, ты что, уже новый способ связи изобрёл?
– Вот тебе два! – ответил голос. – Во-первых, никакой я не Булибин, а во-вторых, пора нам делом заняться!
Тут я сообразил, что голос действительно был не булибинский. И был он весьма противный!
– Противный или не противный – это дело вкуса! – словно прочитав мои мысли, ответил всё тот же самый голос. – Мне, например, очень даже нравится!
И тут я увидел его. То есть не голос, конечно, а его обладателя. Он стоял в дверях. Это был очень невысокий человечек. Вернее, совсем мелкий. Росту в нём было максимум метр. Ручки-ножки маленькие, худые, как у подростка. Одет в красно-пёстрый спортивный костюмчик. На несоразмерно большой голове – копна рыжих волос, на ногах – массивные чёрные кроссовки на толстой подошве. Рожа круглая, наглая и ухмыляющаяся. Кожа блестящая, гладкая, точно пластик, и, как мне показалось, со слегка зеленоватым оттенком. Глазки злобные, бегающие. Сам подвижный, будто на шарнирах. В общем, вид совершенно разбойничий и одновременно карикатурный.
– Эт-то ещё что такое? Ты чьих будешь? – возмутился я такому нахальному вторжению на мою законную жилплощадь. – А ну-ка, выметайся отсюда! В полицию захотел?
– Во-первых, не что, а кто! – парировал человечек. – А, во-вторых, полицию вызывать бессмысленно, поскольку кроме тебя, дорогой друг, меня больше никто не видит и не слышит!
Не на шутку рассердившись, я решил немедленно выставить мелкого наглеца из квартиры. Но когда я, приблизившись, попытался вытолкать оккупанта взашей, мои руки схватили пустоту! Я был настолько ошарашен, что просто замер на месте с широко открытым ртом.
– Внимание! – объявил человечек язвительным тоном. – Приближается рой мух-копрофагов! Всем закрыть рты!
Я торопливо закрыл рот.
– Ну вот! – удовлетворённо потирая руки, деловито произнёс развязный гадёныш. – Первый шаг сделан! Если ты готов адекватно воспринимать информацию, можешь кивнуть!
Всё ещё не в силах произнести ни слова, я машинально кивнул.
– Отлично! – воодушевился тот. – Тогда разреши представиться: Зугл, твой личный помощник, советник и секретарь. Буду помогать тебе жить, дорогой. Руководить, так сказать, твоими бессмысленными и беспорядочными действиями.
– Что-то не припомню, чтобы я нанимал кого-то подобного! – усомнился я.
– Отлично! – обрадованно воскликнул Зугл. – К клиенту постепенно возвращаются когнитивные способности! А вот с памятью беда! – и он сделал озабоченное лицо. – А кто надысь чип себе вставил?
И тут я наконец понял, в чём дело. Вот, значит, как всё это выглядит.
– Вижу по твоему лицу, что ты наконец-то въехал в тему! – продолжал паясничать мой коротышка. – Тогда за дело! У тебя на сегодня какие планы?
– Да вот, на работу собираюсь, – сказал я.
– Нет, ну вы только посмотрите на него: он ещё и работает! – картинно всплеснул руками Зугл. – Да, как всё здесь запущено! И что мы делаем на работе?
– Я – заместитель директора компании.
– И чем же ты занимаешься?
– Разрабатываю стратегию развития, определяю приоритетные направления, оцениваю риски.
– Понятно! Бездельник без шансов роста! – резюмировал мой ушлый советник.
– Ну это как посмотреть… – начал я, но Зугл прервал меня.
– Как ни смотри – одни пузыри! – безапелляционно отрезал он. – Ну ничего, я тобой займусь! Мы с тобой, братан, таких дел наворочаем! – и он мечтательно уставился в потолок. – Ладно, собирайся! Поехали на твою работу! Слушай меня, и всё будет отлично!
Кое-как собравшись под беспрерывный бубнёж моего секретаря, я вышел из квартиры. Зугл неотступно следовал за мной. Пока я ждал лифт, он умудрился, перемещаясь на огромной скорости, мгновенно пробежаться по всем этажам и вернуться обратно.
– Там с двенадцатого спускается толстяк! – радостно сообщил Зугл. – Когда будем с ним ехать, ущипни его и сделай вид, что это не ты. То-то повеселимся!
– Ещё чего не хватало! – рассердился я. – Ты, может, и повеселишься, а вот я – вряд ли. К тому же от него всегда так разит одеколоном, что самому бы живым доехать!
– Нет проблем! – с энтузиазмом вскричал мой помощник. – Мы его сейчас выкурим! Можешь изобразить, как будто тебя мутит?
– Да отстань ты! Делать мне больше нечего!
И тут мне в нос шибанула такая дикая смесь резких и крайне неприятных запахов, что к горлу мгновенно подступила тошнота. «Как он это делает?» – пронеслось в голове.
– Прекрати немедленно! – заорал я на Зугла, но тот лишь довольно ухмыльнулся.
Двери лифта открылись. Внутри действительно ехал толстяк с двенадцатого. Он с удивлением смотрел, как я с закрытым ртом пытаюсь сдержать рвоту.
– А дохлую мышку жевать с потрошками – одно объеденье, попробуй скорей! – заорал мне Зугл в самое ухо. Я глянул в его сторону: в руках он действительно держал невесть откуда взявшуюся дохлую мышку. Запах усилился. «Ещё чуть-чуть, и меня вырвет на толстого!» – подумалось мне. Тот, казалось, услышал мои мысли и с нехарактерной для него прытью выскочил из кабинки. Перспектива ознакомиться с содержимым моего желудка ему явно не нравилась. Пробормотав что-то невнятное, толстяк торопливой трусцой засеменил вниз по лестнице, кряхтя и колыхаясь всем телом. Удивительное дело, но запах исчез так же мгновенно, как и появился. Мышка тоже моментально испарилась.
– Ну что стоишь? – вновь заорал мой сопровождающий. – Заходи!
Я машинально вошёл в лифт, Зугл последовал за мной.
– Как ты это делаешь? – удивился я.
– У каждого – свои профессиональные секреты! – гордо подбоченившись, заявил он. – Я ещё и не то умею!
– А толстый тебя не видел, что ли?
– Кроме тебя, дружище, никто меня не видит и не слышит! И синтезированные мною запахи тоже никто, кроме тебя, не ощущает! Всё это лишь в твоей голове! Будь спокоен!
– Что теперь обо мне соседи подумают? – сокрушался я.
– Уважать будут! – безапелляционно заявил Зугл. – Вот, скажут, сила воли у человека! Вчера пил дешёвый алкоголь, плохо ему, а он мужественно идёт на работу!
Полный дурных предчувствий, будучи в самом мрачном расположении духа, я вышел из дома и направился к метро. Зугл зудел где-то рядом, но мне было не до него: я и так опаздывал. Толчея в метро была адская: час пик. Как назло, у меня закончился проездной. Втиснувшись во входные двери, я направился к очереди в кассу.
– Это ты брось! – дурным голосом заорал мне в ухо мой мелкий пакостник. – Не хватало ещё в очереди стоять! А ну двигай прямо к окошку!
Он рявкнул это с таким напором, что я, как зомби, прошествовал мимо обалдевшей очереди к стеклянной перегородке и сунул кассирше деньги прямо перед носом какого-то очкастого гражданина. Тот от возмущения аж захлебнулся и пару секунд набирал воздух, чтобы разразиться тирадой в мой адрес. Кассирша тем временем схватила деньги и отработанным движением выдала мне билет. Я, не дожидаясь финала этой сцены, быстро ретировался.
– А надо было остаться! Вот бы повеселились! – распинался мой неотвязный соглядатай. Протиснуться сквозь толпу было довольно сложно. Но не для Зугла: он просто проскакивал сквозь пассажиров, не отставая от меня ни на секунду. Казалось, он летел, не касаясь пола.
Сели в вагон, который тоже был набит до отказа.
– Ох-хо! – радостно завопил мой прилипала. – Сто окон, сто дверей, полна горница людей! Ну что, очистим пространство? Ты что предпочитаешь: трюк со рвотой или что-нибудь новенькое?
– Слушай, отстань, дай спокойно доехать! – в сердцах крикнул я. Пассажиры беспокойно покосились в мою сторону, и толпа вокруг чуть-чуть раздвинулась.
– Вот и молодец! – удовлетворённо заявил Зугл. – Растёшь на глазах! Проявляешь креативность! Разговор с самим собой на повышенных тонах – отличный способ отпугивать народные массы! А главное, гораздо более щадящий, чем отпугивать их рвотными массами!
Я молчал, на всякий случай плотно сжав губы, а про себя решил, что ни за что больше не буду поддаваться на его провокации.
– Молчишь? – снисходительно заметил Зугл. – Правильно! Не стоит заранее привлекать внимание! А то запомнят! В следующий раз, когда возьмёшь подозрительный свёрток и положишь его в вагоне, тебя не должны будут опознать!
Я крепился изо всех сил, чтобы не заорать на него, лишь поглядел с ненавистью. Дородная тётя, стоявшая напротив, поймала мой взгляд и на всякий случай отодвинулась подальше, массивным задом раздвинув других пассажиров.
– Ты того, со взглядами тоже поаккуратнее! – участливо сказал Зугл. – Так ведь и в глаз от кого-нибудь особо нервного схлопотать можно! А это пока преждевременно! Ещё успеется!
Когда мы вышли на улицу, я наконец дал волю чувствам и высказал мелкому шкету всё, что я думаю о нём и его методах.
– Ну, методы, возможно, и не самые передовые, – рассудительно заметил Зугл. – Но зато проверены временем и очень эффективны! И ты в этом скоро убедишься!
Тогда я не придал его словам большого значения, а зря! Дойдя до офиса, я, как обычно, зашёл в кабинет и начал день с просмотра почты. Зугл маячил где-то поблизости, свободно перемещаясь по внутриофисным помещениям, благо никто не мог его увидеть. Через некоторое время он появился с весьма довольным видом, не предвещавшим ничего хорошего.
– Так! Ну и что мы тут сидим? – деловито спросил мой секретарь. – А где интриги, подсиживания, перетягивания одеяла?
– Да кого же мне подсиживать? Я и так третий человек в компании… – начал было я.
– А должен быть первым! – безапелляционно заявил Зугл. – Под лежачий камень шампанское не течёт!
Тут дверь открылась, и в неё влетела начальница отдела планирования Светочка. Она, как и все хорошенькие блондинки, полагала, что ей по определению позволено то, чего всем остальным делать не полагается.
– Михал Иваныч, миленький, мне нужно срочно отлучиться! Всего на пару часов! – быстрой скороговоркой затараторила она. – Записалась на перманент, а время перенесли, надо бежать, а то у меня свадьба на носу, то есть свадьба не моя, а подружки, она в четвёртый раз замуж выходит, а я без перманента!
Выпалив всё это, Светочка уставилась на меня с таким видом, словно это я просил её об одолжении, и вообще ей непонятно, что она ещё здесь делает, в то время как должна давно быть в кресле у опытного мастера.
– Не вздумай! – заорал благим матом Зугл. – Не вздумай её отпустить!
– Это ещё почему? – спросил я.
– Что – почему? – удивилась Светочка. Брови её, пока ещё не перманентные, поползли вверх.
– Никаких перманентов и прочих моментов! – завопил мой секретарь. Маленьким злобным волчком он забегал вокруг Светочки, широко размахивая руками. Носился Зугл так быстро, что перед глазами у меня возникло некое подобие мутного круга. Я только и успевал вертеть шеей. Нелепость ситуации усугублялась тем, что наблюдать и слушать Зугла мог лишь я один. Светочка стояла, приоткрыв свой надутый силиконом ротик, и в ужасе смотрела, как моя голова крутится из стороны в сторону, а глаза бешено вращаются. Внезапно Зугл остановился прямо перед Светочкой, свернул дулю и сунул ей под нос.
– Вот тебе твой перманент! – яростно крикнул он.
Это выглядело настолько комично, что я не удержался и расхохотался во весь голос. Светочка испуганно посмотрела на меня и попятилась к двери.
– Я лучше попозже зайду! – пискнула она и стремительной кошкой выпрыгнула за дверь.
– Вот так-то лучше! – удовлетворённо потирая руки, заявил мой плюгавец. – А то придумали, понимаешь! Им только позволь, враз на голову сядут! Ну-с, чем займёмся дальше?
– Да мне вообще-то работать надо: планы сверстать.
– Иди к своему боссу и требуй прибавки к зарплате!
– Да у меня вроде и так всё в порядке, – засомневался я. – И чего это я ни с того, ни с сего пойду просить о повышении?
– Во-первых, не просить, а требовать! – поправил меня Зугл. – А во-вторых, если начальству долго не напоминать об увеличении оклада, то у него всякие дурные мысли появляются: оно начинает думать, что ты слишком хорошо живёшь, и надо тебя прижучить и ущучить!
Я бы, конечно, никуда не пошёл. Но тут, как назло, мой шеф – директор компании Лука Балдеев по прозвищу «Балда Лукеев», сам решил заглянуть в мой в кабинет. И надо же было дать человеку с такой фамилией такое имя! Фамилии своей Лука соответствовал на все сто. Был он абсолютно беззлобен и в той же степени бесполезен. На посту своём Балдеев оказался лишь по той причине, что папенька его был президентом компании.
Наверное, по офису уже прошёл слух, что я немного не в себе, и президент компании Балдеев-старший отправил своего отпрыска проверить, что происходит.
– Привет, Иваныч! – вяло сказал Балдеев, вплывая в кабинет. – А я тут, типа, мимо шёл: дай, думаю, зайду, проведаю, как ты.
«Ага, – про себя сказал я, – ну конечно! Шёл ты мимо! Ты в офисе появляешься раз в год на новогоднем корпоративе, и то лишь потому, что там твой родитель присутствует!»
– Да всё нормально, Лука Ильич! Работаем по ранее утверждённому плану! – ответил я, вложив в эту фразу как можно больше бодрости и энтузиазма и преданно стекленея взглядом.
– Хорошо, что по плану! – кисло промямлил он. – Без плана, как бы, нельзя!
– Никак бы невозможно! Никак! – эхом отозвался я.
И Лука, облегчённо вздохнув от сознания того, что тяжкое отцовское поручение выполнено, и он может идти балдеть дальше, направился к двери.
И тут вдруг, откуда ни возьмись, точно чёртик из табакерки, выскочил Зугл. Я-то надеялся, что он умчался куда-то по своим гнусным делам, но нет! Ошивался, гад, где-то поблизости!
– А зарплата?! – заорал он вдруг мне в самое ухо таким дурным голосом, что я невольно произнёс этот вопрос вслух.
– Какая зарплата? – удивлённо оглянулся Балдеев-младший. Новость о том, что у нас ещё и платят зарплату, видимо, поразила его до глубины души.
– Надо поднять мне зарплату! – услышал я неистовый рёв моего секретаря и вновь машинально повторил. Голова уже совсем ничего не соображала от постоянного мелькания и ора Зугла.
– Ну, это… – обалдел Балдеев. – Я, на самом деле, не в курсе, надо, как бы, посоветоваться. А на сколько ты хочешь её, типа, поднять?
– В два раза! В два раза, не меньше! А то уйду к конкурентам! – вновь заверещал бешеный секретарь где-то в районе моего среднего уха. Уже совсем не думая, я тупо повторил.
– Я, типа, понял, – сказал покладистый Лука. – мы там, это, обсудим. – И он показал пальцем в небо. – Ну, я, как бы, пошёл. Во-от!
– Да проваливай уже, нюня как бы хренов! – заорал Зугл, оказавшись за спиной Балдеева около двери, словно хотел вытолкать его взашей. Я с круглыми от ужаса глазами начал делать знаки Зуглу, чтобы он отошёл и освободил дорогу директору, совершенно забыв, что мой помощник бестелесен, а также невидим и неслышим для всех окружающих, за исключением моей скромной персоны. К несчастью, Балдеев, случайно обернувшись, заметил и мои судорожные взмахи руками, и моё зверское выражение лица. Проявив невиданную доселе прыть, он пулей выскочил из моего кабинета.
– Счастливо, Лука Фомич! – только и успел я крикнуть ему вдогонку.
– Да-да, попутного, типа, ветра! – участливо поддакнул мне Зугл.
– Слушай, из-за твоих выкрутасов меня тут за сумасшедшего примут, – сказал я устало. Ругаться с мелким пронырой у меня уже не было сил. Впрочем, что-то мне подсказывало, что это было бы абсолютно бесполезно.
– Да брось ты, ничего страшного! – беспечно ответил Зугл. – Наоборот, даже хорошо: бояться будут! Чем ты противнее и непредсказуемее, тем осторожнее окружающие к тебе относятся и не лезут со всякими глупостями. Ладно, это всё ерунда! Нужно крупное дело!
И он энергично забегал по кабинету, изображая мыслительный процесс. Некоторое время стояла тишина, и я немного расслабился. А зря. Через пару минут, видимо, завершив свой недолгий мозговой штурм, Зугл замер, подняв палец вверх, и торжественно изрёк:
– Так! Хватит сидеть! Есть план! Будем брать компанию под себя!
– Под себя можно только ходить, да и то в весьма специфических случаях! – саркастически заметил я.
– Ладно, не цепляйся к словам! – отмахнулся Зугл. – Нам надо прибрать эту компанию к рукам! Чего ей без дела валяться?
– Она и не валяется, она работает! – возразил я. – И у неё уже есть владельцы! Всё, как положено: акционеры – физические лица, совет директоров, даже президент есть…
– Да это понятно! – нетерпеливо перебил меня Зугл. – Правления-советы там всякие, лица-акционеры и прочее! У компании должен быть один акционер и одно лицо! И этим лицом будешь ты!
– И как же ты это себе представляешь? Рейдерский захват, что ли, хочешь осуществить? Так у нас это уже в прошлом!
– Рейдерский захват – это грубо! Мы пойдём другим путём! – воодушевлённо заявил Зугл и встал, распрямив плечи и вытянув руку вперёд, словно указывая этот самый путь в светлое будущее. – Ты ведь заместитель генерального директора по стратегии? Вот и разработаешь особую стратегию, которая приведёт эту компанию прямо к нам в руки.
– Это что же за стратегия такая? – мне стало даже любопытно.
– Да очень просто! – снисходительно, как школьнику, начал объяснять Зугл. – Под предлогом развития и роста выводим компанию на фондовую биржу. Поверь мне, руководство будет только «за». Как сказал товарищ Фауст, в мире жадность правит бал! По крайней мере, в том мире, в котором живёт ваше руководство! Потом мы несколькими простыми звонками «куда надо» сильно осложняем жизнь твоей фирме. Параллельно в социальных сетях разворачиваем компанию её травли. Акции компании падают, мы их скупаем, остаток добираем у запаниковавших сотрудников, получаем контрольный пакет, и вуаля! Компания наша!
– А что здесь нового? – задал я риторический вопрос. – Эта схема стара, как прабабушка английского аристократа. Разве что соцсетей раньше не было. А в остальном – классика жанра. За это и на нары загреметь можно.
– А ты как хотел, братан? – окрысился мой секретарь. – Кто не рискует, тот не пьёт «Абрау-Дюрсо». А кто пьёт – рискует вдвойне! – И он мелко захихикал, очень довольный своей шуткой.
Неделя прошла ужасно. Я жил в каком-то полувиртуальном кошмаре, потеряв чувство времени и пространства. Мой помощник неотступно следовал за мной. Даже в туалете от него невозможно было укрыться. «Наверное, так начинается раздвоение личности», – думал я. Грань нервного срыва была уже не за горами, угрожающе замаячив на горизонте.
Зугл продолжал распинаться о своих грандиозных планах по поводу нашей фирмы. Но планам этим не суждено было сбыться. Мне позвонили из отдела кадров и сообщили, что мой трудовой контракт, срок которого истекает через месяц, продлён не будет, и что я могу начинать искать себе новую работу. Зугл, услышав это, заорал, что так даже лучше, и что теперь мы развернёмся по-настоящему. Потом он вдруг заявил, что должен ненадолго меня покинуть, чтобы получить какие-то важные инструкции. Сказал и исчез. А я, будто очнувшись от тяжкого сна, бросился звонить Булибину. Примерно через час мы с Иваном сидели у меня на кухне и обсуждали события последних дней. Оказалось, что у Булибина ситуация сложилась не лучше, а может, и похуже, чем у меня. У него тоже появился виртуальный помощник – Гигл. Он представлял собою точную копию Зугла, с той лишь разницей, что оттенок его кожи был не салатовым, а фиолетовым. Замашки у него были точно такие же, как и у моего секретаря. По пути на работу он постоянно провоцировал конфликтные ситуации, из-за чего Иван пару раз схлопотал по физиономии и в свой офис пришёл с фингалом. На работе у него всё происходило приблизительно так же, как и у меня. Гигл постоянно подзуживал Булибина, толкая на необдуманные поступки и разжигая конфликты. В результате мой сосед перессорился со всеми сослуживцами. В завершение он нахамил начальнику и был с позором уволен.
Но самое неприятное случилось потом. Иван был замечательным программистом. Гигл, зная об этом, сыграл на страсти Булибина ко всему новому и втянул его в авантюру с ценными бумагами. Он предложил Ивану создать программу, в доли секунды покупающую и продающую большие объёмы акций, убедив его в том, что всё совершенно законно. Булибину это было – раз плюнуть, и он под чутким руководством Гигла начал действовать на фондовой бирже, роняя цены и играя на понижение. В результате его счёт был заблокирован, а все деньги сгорели. Сообразив наконец, что дело пахнет керосином и правоохранительными органами, Булибин, воспользовавшись кратковременным отсутствием своего помощника, бросился искать клинику, где нам вставили чипы. Но той и след простыл: как корова языком слизала! Тогда Иван стал звонить мне, но дозвониться не смог. К счастью, буквально через час я нашёл его сам. И теперь мы сидели у меня дома, подводя неутешительные итоги нашего эксперимента.
– Это я во всём виноват! – сокрушался Булибин. – И угораздило же меня согласиться на участие в этом проекте!
– Ладно! Поздно теперь каяться и голову пеплом посыпать! – сказал я. – Что делать будем? Можно ли эти чипы как-нибудь выковырнуть?
– Да можно-то можно, – задумался Булибин, – но хотелось бы оставить такое решение на самый крайний случай. Во-первых, это довольно болезненная операция: вставить подобные устройства гораздо легче, чем вытащить. Во-вторых, неизвестно, как отреагирует организм на полное отключение от дополненной реальности, ведь наши мозги к ней уже привыкли! И, в-третьих, мне просто жаль бросать такой интересный эксперимент! Есть у меня идея получше: я могу попробовать перепрограммировать этот зарубежный продукт при помощи нашей, отечественной программы, которую разработала одна российская фирма для защиты от вредоносного зарубежного софта. Я совсем недавно об этом узнал: у меня там программист знакомый работает. Исходные материалы я через него уже достал, необходимое оборудование подготовил, так что можем начать прямо сейчас.
Сказано – сделано. Мы отправились домой к Булибину, и он сразу же засел за компьютер, а я прилёг на диван: нервное напряжение последних дней настолько вымотало меня, что мне просто необходимо было поспать. Казалось, я лишь на минуту прикрыл глаза, но, когда рука Ивана опустилась на моё плечо и стала судорожно трясти, оказалось, что уже раннее утро.
– Вставайте, граф, нас ждут великие дела! – бодро пропел у меня над ухом весёлый голос моего соседа. Судя по его интонации, ночь прошла не зря, и у него что-то получилось. – Иди готовь кофе, у нас впереди важный эксперимент!
Я умылся и отправился на кухню. Включил кофеварку и, позёвывая, подошёл к окну. То, что я увидел на улице, повергло меня в такую панику, что моё вяло-дремотное состояние мигом улетучилось, как утренний туман под порывом внезапно налетевшего ветра.
Во дворе нашего дома я узрел Зугла. Но это было ещё не самое страшное. Весь ужас ситуации состоял в том, что рядом с Зуглом стоял не кто иной, как Гигл, которого я сразу узнал по описанию Булибина. Мелкие негодяи о чём-то мило беседовали, оживлённо жестикулируя и время от времени поглядывая в сторону нашего окна! Я был настолько ошарашен, что даже не удивился тому, что вижу не только своего, но и булибинского секретаря. Могильный холод сковал меня так, что я не мог пошевелиться! А если эти двое – не просто отдельные виртуальные хулиганы? Вдруг они – представители какого-то неведомого мира, могущественного и враждебного?! Засланцы из преисподней! Порождения тьмы, античеловеческие сущности, которых мы своими беспечными действиями вызвали сюда, в нашу реальность! Мысль эта, бродившая до этого где-то в самых глубинах подсознания, вдруг с хрустальной ясностью высветилось в моей голове. Нужно было действовать, и действовать немедленно.
– Булибин! Быстрее заводи свою шарманку! Они уже здесь! – заорал я.
В дверях кухни нарисовался перепуганный моим воплем Иван.
– Ты это о ком? – недоумённо спросил он, всё еще занятый мыслями о своей компьютерной программе.
Я лишь молча показал ему на окно. Он выглянул и обомлел.
– Ясно! Я сейчас! Я мигом! – выпалил Иван. Мы переместились в комнату, и он начал быстро подключать себе и мне какие-то датчики, соединённые с его компьютером. К счастью, Зугл и Гигл, увлечённые беседой, пока не спешили войти. Булибин, подгоняемый страхом вновь встретиться со своим мучителем, работал стремительно, я же тем временем вёл наблюдение за нашими мультяшными «друзьями». Видимо, что-то заподозрив, они бодрым шагом направились к подъезду.
– Булибин, дорогой! Поторопись, пожалуйста! Они сейчас придут! – отчего-то громким шёпотом произнёс я, завороженно глядя, как виртуальные злодеи заходят в дом.
– Да-да, я уже почти… – ответил Иван, но договорить не успел: так и замер с открытым ртом. Зугл и Гигл стояли в комнате, и, умильно ухмыляясь, наблюдали за манипуляциями Булибина.
– Так-так, ну и чем мы тут занимаемся? – ехидно поинтересовался Зугл.
– Это что за кустарщина? Партизаните потихоньку, пока нас нет? – спросил Гигл.
– Да мы тут, это… Эксперименты всякие ставим! – выпалил Булибин, судорожно продолжая орудовать с компьютером.
– А вот мы вам сейчас устроим эксперименты! – заорал Зугл. – Ну-ка выключайте всё немедленно!
– И не подумаем! – неожиданно для самого себя вдруг сказал я, понимая, что надо их отвлечь, тем самым дав Булибину спокойно закончить подготовку перепрограммирования наших чипов. – Это наше дело! Наша квартира! Наш дом! Наш город! Наша страна! А вы здесь не командуйте, жулики заморские!
Что тут началось! Гигл и Зугл забегали и заорали, как сумасшедшие! Казалось, весь дом ходил ходуном. Они двигались настолько быстро, что перед нашими глазами было сплошное фиолетово-зелёное мелькание, словно мы вдруг оказались внутри гигантского, стремительно вращавшегося калейдоскопа! Окружающее пространство стало меняться, скручиваясь замысловатой спиралью и превращаясь в какой-то немыслимый водоворот: эта бешено крутящаяся воронка затягивала нас всё глубже и глубже. Мне показалось, что в руках у кого-то из наших секретарей блеснул нож. Я инстинктивно выставил руку вперёд и вдруг почувствовал, как резкая боль обожгла ладонь. Странно, но это меня вовсе не удивило. Конечно, умом я понимал, что Зугл и Гигл – создания виртуальные и сделать нам ничего не могут, но всё же в какой-то момент мне стало страшно: а вдруг?
Пожалуй, Иван работал в обстановке, приближённой к боевой. А может, и не приближённой. Наверное, так могла бы выглядеть кибервойна будущего: виртуальные солдаты деморализуют войска противника и обращают их в бегство. Больше всего в эти минуты я боялся, что, подвергнувшись такой мощной психологической атаке, Иван допустит какую-нибудь ошибку: нажмёт не на ту клавишу, и в результате наше плачевное положение только усугубится. Но Иван оказался настоящим бойцом: молча делал своё дело, не обращая на действия наших виртуальных помощников абсолютно никакого внимания. Наконец подготовительная работа была закончена.
– Я готов! А ты готов?! – страшным голосом закричал Булибин, перекрывая мощный рёв беснующихся вокруг нас Зугла и Гигла. Казалось, само окружающее пространство стало враждебным и тянуло к нам свои щупальца.
– Я давно готов! Давай, Булибин! – заорал я в ответ. – Жми, дорогой!
Булибин нажал какую-то кнопку на своём компьютере, и всё смолкло. Мне показалось, что меня основательно огрели тяжёлым войлочным валиком по голове: наступила полнейшая, абсолютная, гробовая тишина! Тишина до свиста в ушах!
Зугл и Гигл пропали: испарились начисто, будто их и не было! Мы с Иваном лишь ошарашенно смотрели друг на друга: неужели получилось? Не говоря ни слова, мы сняли наши датчики и сели пить кофе. Руки у нас дрожали, и стоило больших усилий удержать в них чашки. Кофе пили в тишине: слов не было.
– А эта твоя программа… – решил я прервать молчание, – Она как работает?
– Да не знаю пока, – беспечно ответил Булибин. – Я ведь её только что написал, используя наши отечественные экспериментальные разработки. Так что этот продукт ещё даже на добровольцах не испытывали.
– Значит, мы первые. Добровольцы поневоле, – констатировал я равнодушно. После пережитого мною овладела полная апатия.
– А ведь и правда! – оживился вновь Иван. – Теперь мы сможем вести дневник наблюдений!
– Слушай, Булибин! Ещё один такой эксперимент, и наблюдение будут вести уже за нами с тобой! И будут это суровые люди в белых халатах – врачи психбольницы!
И тут, словно в качестве подтверждения моей фразы, из прихожей донеслось мрачное покашливание. Мы, как по команде, повернули головы и обомлели: в дверях стояли два здоровенных амбала весьма примечательной наружности. Это были высоченные качки́, будто сошедшие с фотографий первого постсоветского десятилетия: у обоих – косая сажень в плечах, лица – квадратные, словно вырубленные пьяным плотником из дубового бревна. Пегие волосы коротко стрижены. Лбы низкие и покатые. Надбровные дуги – мечта антрополога. Одеты под стать внешности: разноцветные спортивные костюмы «а-ля девяностые» и кроссовки сорок пятого размера. На шее у каждого висело по массивной золотой цепи, способной, наверное, удержать на якоре яхту среднего российского олигарха. Выглядели они совершенно одинаково: как «двое из ларца». Отличие было лишь в том, что у одного костюм был сине-красный, а у другого – красно-зелёный. В воздухе запахло крепкими сигаретами, дешёвым одеколоном и надвигающейся грозой.
– Ну что, голубчики! – сказал тот, что был в зелёном. – Давайте знакомиться! Я – Бугл, твой личный помощник! – и он указал на меня.
– А я – Бигл, твой персональный ассистент! – сказал второй амбал Булибину. – Радуйтесь! Теперь мы займёмся вами всерьёз! Спорт, воспитание силы воли, активная деятельность – это лишь для начала! Будем делать из вас настоящих людей, лепить, так сказать, полноценных хозяев жизни! А то что-то вы здесь совсем закисли! – добавил он, увидев выражение наших лиц. – Ну да ничего! Скоро вы себя не узнаете! Вы пока тут посидите, а нам отлучиться нужно ненадолго. Но мы скоро вернёмся, так что не расслабляйтесь!
Бугл с Биглом ушли. Мы с Булибиным без единого междометия допили кофе. На осознание нашего незавидного положения у нас ушло всего минут пять. Да и что там было осмысливать? Перспективы наши виделись очень ясно, как звёзды на экваторе. Но, в отличие от загадочно мерцающих светил, были они совсем не далёкие и отнюдь не светлые.
– Ты вообще что за программу написал? – устало спросил я. – Можешь объяснить, что это было?
– Ума не приложу! – озадаченно ответил Иван. – Наверное, кто-то из наших программистов пошутил, когда готовил исходники. Там вообще ребята с хорошим чувством юмора работают.
– Юмор – это здорово! В разумных пределах… – сказал я, одновременно лихорадочно соображая, что делать: эти двое могли в любой момент вернуться. – Срочно звони своему приятелю в эту фирму!
Два раза просить Булибина не пришлось: он и сам был так напуган, что немедленно связался со знакомым, который дал ему программу.
Тот посмеялся и подтвердил, что в процессе работы действительно было написано несколько тестовых вариантов программы с персонажами из разных эпох. Видимо, одна из этих версий и попала к Ивану по ошибке. Он предложил заменить секретарей на других, чтобы продолжить испытания, но тут уже мы наотрез отказались и попросили прислать программу, просто блокирующую любую активность этих чипов.
***
Примерно через пару недель мы, как и обычно по субботам, сидели у меня на кухне.
– Слушай, а они точно не вернутся? – нервно спросил я Булибина: психическая травма всё ещё давала о себе знать.
– Стопудово! – ответил Иван. – чипы заблокированы, поэтому сигналы в наши мозги послать нельзя.
– А вдруг они там у себя за океаном что-нибудь придумают и пробьют защиту? Или, хуже того, научатся напрямую, без дополнительных устройств сигналы в мозг посылать?
– Это практически невозможно! – бодро заявил Булибин, а потом вдруг задумался и не очень уверенно добавил. – По-моему…
– Не пугай меня, Ваня! – грустно пошутил я. – После наших злоключений я стал очень впечатлительным!
– Сам боюсь! – улыбнулся он. – Будем успокаивать себя тем, что тогда это будет уже не только наша с тобой проблема, а общая.
– Ну, от этого не легче, – вздохнул я. – Одно хорошо: мы с тобой теперь знаем, как всё это будет выглядеть! А предупреждён, значит – вооружён!
– Точно! – как настоящий естествоиспытатель, тут же воодушевился Булибин. – Надо подумать над защитным экраном!
– Кастрюли, что ли, на головы наденем? – пошутил я.
– А хоть бы и кастрюли! – подхватил идею Булибин. – Всё гениальное просто! И вообще, в борьбе с этим злом все средства хороши!
Он открыл окно. Вечерний ветер пробежался по кухне, остудив лица прохладным дыханием. Во дворе было тихо, лишь поскрипывали лениво качели на детской площадке да перешёптывались дрожащими листьями тополя: наверное, делились впечатлениями прошедшего дня.
– А знаешь, я только сейчас понял, в каком замечательном мире мы живём! – сказал Иван. – Никаких тебе Гиглов, Биглов и прочей нечисти! После таких вот приключений начинаешь по-настоящему ценить жизнь!
– Пожалуй, ты прав! – согласился я. – Но всё равно расслабляться нельзя! Мы ведь не знаем, сколько народу они успели чипизировать! Столкнёшься с таким человеком, даже не подозревая, что у него перед глазами постоянно какой-нибудь Зугл маячит и орёт ему в ухо, чтобы он тебе гадость сделал!
– Надеюсь, что их мало! – ответил Иван. – Но ухо востро всё равно держать надо! Обязательно буду в контакте с нашими специалистами: наверняка они уже занимаются доработкой своей программы. Парни там толковые, и я абсолютно уверен, что совместными усилиями мы со временем создадим свой собственный продукт, который станет не только идеальным виртуальным помощником, но и надёжным заслоном от попыток внедриться в наши мозги!
И это был тот редкий случай, когда я с Булибиным оказался полностью согласен. Надеюсь, доживу до этой прекрасной поры. А пока на ночь надеваю шапочку из фольги. На всякий пожарный…
