Михаил Власов

«Хочу рассказать тебе одну историю, которая приключилась со мной на войне, – вдруг сказал дед. – Никому и никогда я её не рассказывал, да, видно, время пришло. Не могу больше держать это в себе, да и кто знает, увидимся ли мы ещё».

– Человечество не любит пророков и никогда их не слушает, – сказал вождь после небольшой паузы. – Оно напоминает канатоходца с завязанными глазами, впервые идущего по тонкому тросу над зияющей бездной. Ему кричат со всех сторон: «Правее, левее, стой, сейчас упадёшь!», а он уже никому не верит, и, ведомый лишь страхом и отчаянием, просто движется наугад.

Дорога хотя бы на время давала ощущение, что ты приближаешься к чему-то иному, важному, значительному. В движении, в постоянной смене декораций чудилась Сергееву настоящая свобода, возникала надежда на чудесное избавление от серых будней.

Мы только в начале пути. Это – первая вселенная, которая «прожила» у нас больше года, точнее – тринадцать месяцев и двадцать два дня. Раньше у нас было несколько неудачных попыток. Поэтому сейчас наша главная задача – обеспечить устойчивость системы…

Почему неприятности всегда происходят в субботу утром, когда не надо рано вставать и можно подольше понежиться под лучами раннего солнца, ласково заглядывающего к тебе в окно?

Какую основную задачу ты решаешь своим существованием? Что ты сделал, чтобы оправдать свою жизнь? И вообще, какова главная идея твоего народа, высший смысл твоей цивилизации?

Утро не задалось: у соседей за стеной что-то громко упало, и я проснулся. Хуже нет, чем быть разбуженным на сорок минут раньше, чем обычно. Вроде уже и не заснёшь, но и вставать не хочется.