Читать книгу: «Детская песенка»

© Майя Ивлева, 2025

ISBN 978-5-0068-2334-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1.

Эта осень выдалась самой запоминающейся и спокойной за несколько лет. Ее Виктория встречала не в больничной палате, а дома. Приступа не было, даже прием препаратов в этот раз оказался щадящим. И Вика не бросала работу на пару недель, а то и на месяц. А встречала ее тыквенным соком и прогулками по оживленным улочкам.

Раньше переходные времена года для маленькой Виктории были самыми любимыми. Весной природа просыпалась: оживали деревья, проклевывалась первая трава. Вика не любила бегать с мальчишками и пускать кораблики по ручейкам. Она рассматривала каждую веточку, каждую почку на ней – ждала, когда же она распустится и выпустит на волю новый листочек.

Такие прогулки могли увести маленькую натуралистку далеко. Очнувшись, она не сразу узнавала место, куда завел ее интерес и поиск новых открытий.

Виктория стояла у окна и смотрела на стекло, капли дождя собирались в струйки и скатывались вниз. Дома было зябко. Отопление еще не включили. Осталось проверить еще некоторые моменты и в понедельник можно отправлять проект в работу. Эти афиши должны понравиться заказчику.

Можно добавить описание комнаты.

Телефонный звонок вывел девушку из раздумий.

– Добрый день, Виктория. – Мужской голос был приветлив и спокоен.

– Здравствуйте, я вас узнала, Олег Игоревич. – Девушка отошла от окна и села на диван.

– Я очень этому рад. – В голосе как обычно не было беспокойства. – Как Ваше самочувствие? Я очень рад, что в этот раз Вы смогли обойтись без нашей помощи. – Мужчина в трубке сделал паузу. – Но не позвонить я не мог.

– Мне очень приятно, что Вы обо мне спрашиваете.

– Вы так же гуляете по основному маршруту?

– Пока да, – виновато ответила девушка.

– Я слышу в Вашем голосе вину. – Интонации были спокойные и доброжелательные. – Не стоит, дайте себе время. Виктория, я уже не Ваш лечащий врач, теперь это забота Анастасии Валерьевны, поэтому прошу, не воспринимайте мои вопросы, как наставления.

– Хорошо, Олег Игоревич, я сделаю.

– Вот этот ответ мне нравится. – Мужчина сделал опять небольшую паузу и, не дождавшись ответной, продолжил. – Желаю Вам продуктивной недели. До свидания.

– До свидания. – Виктория отключила звонок и положила телефон рядом на столик.

Полжила телефон и что-то погла делать дальше

2.

– Добрый день Анастасия Валерьевна.

– Добрый, добрый, Олег Игоревич. Вы опять звоните поинтересоваться делами своей подопечной? – Женщина улыбнулась невидимому собеседнику. – Вы же прекрасно понимаете, что я не могу ничего рассказать.

– Да-да, врачебная этика. Мне просто узнать положительная динамика прослеживается или нет.

– Прослеживается, Олег Игоревич, все у нее в порядке. – Женщина продолжала улыбаться. Она давно стала догадываться, что у клинического психиатра особый интерес к девушке.

– И слушать музыку начнет? – Мужчина продолжал спрашивать.

– Вполне вероятно. Хотите на концерт позвать девушку?

– Анастасия Валерьевна, как можно. – Отчетливо было слышно, что мужчина смутился. – Тем более она так молода.

– Все нормально. И этой осенью она не обращалась к Вам. И предстоящая весна пройдет хорошо. Я уверена. – Женщина сделала паузу, обдумывая следующие слова. – Ей нужен защитник. Серьезный и терпеливый человек.

– Заботливый и терпеливый. – Медленно, будто задумавшись, произнес Олег Игоревич. – Будем надеяться, что весна пройдет еще лучше. – Добавил он бодрее.

– И все таки странно, почему она не любит музыку. Темную комнату побороли. Она не прячется уже давно. – Продолжила рассуждать Анастасия Валерьевна.

– Мы же не знаем, что с ней случилось. – Приободрился психиатр. – За все время, проведенное в клинике, за все ее приступы мы так и не поняли, какой вред ей нанесли. Это остается загадкой для меня. – Мужчина оживился, эту информацию они могут обсуждать спокойно.

– Вы хотите ее разгадать, Олег Игоревич?

– Нет, я просто хочу, чтоб она прожила свою жизнь нормально. – Веселые интонации вернулись в голос собеседника.

– Да мы для всех своих пациентов желаем только лучшего.

– Спасибо, Анастасия Валерьевна за ответы.

– Да, в общем-то, ничего я вам не ответила. – Женщина улыбнулась. – Но все равно – пожалуйста.

– Я ей иногда звоню. – Робко вставил Олег Игоревич.

– Я знаю, мы говорим об этом.

– …

– Вы же прекрасно знаете, что и это я вам рассказать не смогу. – Опытный психолог прекрасно понимала, чего хочет ее собеседник, он давно перестал воспринимать Викторию, как просто пациента.

– Да, – было слышно, что мужчина расстроился.

– Дайте ей время, Олег Игоревич, дайте ей время и она сама расскажет вам все. – Целители человеческих душ попрощались и отключили телефоны.

3.

Новая весна прошла как нельзя лучше предыдущих. Вика в первый день лета решилась пойти на прогулку не по людным улочкам, а в парк, где есть проходы в темных местах и спрятанные скамеечки.

– Здравствуйте, Виктория. – Олег Игоревич подошел к сидящей на скамейке Вике. – Не ожидал увидеть Вас здесь.

– Ой. – Девушка не заметила, как к ней подошел старый знакомый. Она подняла глаза и смутилась.

Находясь в лечебнице во время своих срывов, Вика видела спокойное и улыбающееся лицо главврача. Оно вселяло уверенностью в правильности лечения. Но сегодня, повстречав его вот так вне учреждения, без халата, но с таким же добродушным выражением, для девушки было неожиданным. Пусть даже он и время от времени звонил ей и спрашивал про ее самочувствие. Еще и собственная внутренняя реакция сильно удивила девушку. Она сидела и не могла сказать ни слова.

– Можно я присяду? – Олег Игоревич не спешил. Он понимал, что они очень давно не виделись. Но, прогуливаясь по парку в свой выходной день, надеялся повстречать здесь Викторию.

– Да, – Вика проглотила ком в горле, потом бодрее продолжила. – Конечно, присаживайтесь.

Несколько мгновений они сидели молча.

– Вы часто тут бываете? – Первым прервал паузу мужчина.

– Нет, я здесь в первый раз.

– Надо же, как совпало. – Мужчина улыбнулся, но не стал поворачивать лицо к девушке. Потом добавил почти в себя. – Это судьба.

Насколько Олег Игоревич знал, Виктория не встречалась с мужчинами. Жизнь ее не складывалась в этом направлении. По рассказам ее мамы она и раньше не дружила с мальчиками после ее исчезновения.

В далеком детстве, только пойдя в первый класс, Вика пропала на неделю. Ее искали. Полиция не смогла найти. Она вернулась сама. Тихая. Молчаливая. Не любящая яркий свет, и совершенно не воспринимающая музыку. В школе пришлось убедить администрацию освободить ее от уроков по этому предмету.

Все взрослые прекрасно понимали, что-то произошло, но что именно никто не мог допытаться у малышки. А спустя несколько лет, после пубертата, начались приступы в межсезонье.

Клинический психотерапевт прекрасно знал эту историю. Он понимал, что сначала нужно вылечить проявления, чтоб кризисов не было. А потом уж психолог сможет поправить болезненные моменты. Выявить триггеры.

Но прекрасным летным выходным днем Олег Игоревич смотрел на свою бывшую пациентку совсем другими глазами.

– С Вами всегда было спокойно, – нарушила следующую паузу Вика. – Я разговаривала с другими Вашими пациентами, они в голос говорили, насколько Вы вникаете в истории и помогаете. Думаю у Вас стопроцентное выздоровление. – Вика повернулась к бывшему лечащему врачу. Их взгляды встретились, и она почувствовала тоску на сердце.

Чувство было для нее в новинку. Она отстранилась и хотела уйти.

– Я напугал Вас? – Олег Игоревич взял Викторию за рукав.

– Нет. Я не знаю. – Вика хотела уйти и остаться одновременно.

– А давайте мы с Вами пройдемся. – Олег Игоревич встал и протяну руку девушке. Они встали и медленным шагом пошли по дорожке.

4.

В мамином доме всегда пахло корицей и яблоками. Наверное, это самый любимый запах с детства. Виктория открыла дверь своим ключом, и пошла искать маму на кухне.

– Сначала помой руки, а уж потом заходи сюда. – Мамин голос не был суров, но правила необходимо соблюдать. Именно правила помогли в первые дни после исчезновения дочери Лилии Аркадьевне не сойти с ума. Утром – завтрак, умыться, работа. Ходить только пешком. Соблюдать питьевой режим. Мыть руки, когда приходишь с улицы.

Муж оставил Лилию Аркадьевну, когда Вике было всего два года. И тогда тоже помогли простые правила поведения и соблюдение режима дня. Благо маленькая дочурка в этом помогала матери.

– Ты одна? – вопрос застал Вику врасплох.

– А с кем я должна быть? – Вика сделала непонимающий взгляд и села за стол. – Руки помыла. – Она улыбнулась и показала матери ладони.

Несмотря на свои приступы, Вика после окончания института решила жить отдельно от мамы. Лилия Аркадьевна не возражала. Она прекрасно понимала, что дочь выросла и должна строить свою жизнь. Они разменяли большую трешку и купили две однушки. На удивление обоих им вполне хватило. Квартиры не стали покупать в одном районе – в гости надо ездить, а не ходить.

– Ну, что ты как маленькая. – Лилия Аркадьевна села напротив дочери. – Я же прекрасно вижу, что последние несколько месяцев ты стала совершенно другой. Стала – женщина не знала, какое именно подобрать слово. – Счастливой, что ли.

– Мама.

– Не юли. Я очень рада за тебя. Ты прошла большой путь. Теперь надо сделать следующий шаг.

– Мама, это не просто.

– Я знаю. – Женщина заглянула в духовку, где готовились булочки – любимые для дочери. – Думаешь, я сразу познакомила родителей с твоим отцом. Да мы их сразу на свадьбу пригласили. – Женщина задумалась. – Может, и надо было познакомить. Может, и было бы все по-другому.

– Мама.

– Да нет, все нормально. – Лилия Аркадьевна открыла дверцу и достала противень с мягким угощением. – Мне просто интересно, дочь. – Она стала выкладывать булочки на блюдо, а Виктория доставала кружки и наливала чай.

– С ним спокойно, понимаешь. Он не лезет с расспросами. Он почти все знает. Но мы об этом не говорим. – Мать и дочь сидели напротив друг друга и разговаривали.

Для двух родных людей это было привычным делом: сидеть на кухне, есть вкусняшки и разговаривать. К такому Лилия Аркадьевна приучала свою дочь постепенно. Это было сложившейся традицией еще до поступления в школу. И даже после исчезновения, когда малышка вернулась, традиция сохранялась, но о том, то было на той неделе, Вика не говорила, как бы женщина не выстраивала диалог.

Мамы немного психологи для своих детей и понимают когда надо нажать, а когда отступить. В этом вопросе Лилия Аркадьевна на давила, а вот по поводу возможного зятя, тут дочь не отвертится и ответит на все ее вопросы.

– Значит он врач.

– Да, мама.

– А в какой области?

Виктория прекрасно понимала, что придется все рассказать маме, ведь она знакома с Олегом. Через месяц после прогулок, когда Олег Игоревич пригласил Вику на, как он выразился, «настоящее» свидание, он попросил ее называть его просто Олегом. Вика не знала, как мама отнесется и к тому, что он ее бывший лечащий врач и к тому, что старше ее почти на 20 лет.

– Самое интересное. – Вика продолжала ходить вокруг да около. – Он находит меня везде. Ну, понимаешь, будто знает все мои маршруты. Хотя так, наверное, это и есть. У меня их не много.

– Если он тебя так находит, значит, хорошо понимает и чувствует. Это очень важно. А ты как чувствуешь? – Лилия Аркадьевна налила еще кружечку горяченького себе и дочери и посмотрела внимательно на дочь.

– Мне с ним спокойно. – Повторилась Вика. – Спокойно.

– Значит так, дочь. – Мама перешла в активную фазу расспросов. – Ты же понимаешь, что я хочу тебе только добра. – Вика кивнула. – Не хочу, чтоб получилось как у меня. – Дочь снова кивнула. – Поэтому…

– Это Олег Игоревич из больницы, – выпалила Вика скороговоркой и отхлебнула чай.

– Так это же хорошо. – Ответила не спеша Лилия Аркадьевна.

– Мам.

– Это хорошо. Только вот я думала, что он женат. Просто как-то для меня странно: такой видный мужчина и один.

– У него были какие-то сложные отношения, ну и притом работа съедает много времени. – Вика говорила обычные фразы, которые подходили к такой ситуации. На самом деле они никогда не обсуждали этот вопрос. Олег однажды обмолвился, что жены не было и детей тоже и все. Тему женитьбы они совсем не поднимали. Им было хорошо в общении.

– А? – Лилия Аркадьевна заглянула в лицо дочери.

– Мама, все, хватит расспросов.

– Я просто хотела узнать или пригласить. – Женщина немного замялась. – Приходите в следующий раз вместе. Обещаю про жену и работу и твой диагноз спрашивать не буду. Он же уже не твой лечащий врач.

– Хорошо, мама, я поговорю с Олегом.

«С Олегом», – отозвалось у Лилии Аркадьевны.

Закрыв дверь за дочерью, Лилия Аркадьевна достала детские фотографии дочери. Она понимала, что стареет и уже хочет внуков.

5.

Виктория вошла уверенным шагом в давно знакомую комнату. Посмотрела на уютную и родную кушетку. Подошла к окну. Развернулась. Окину взглядом кабинет и села в кресло.

Пока Виктория выбирала для себя место, Анастасия Валерьевна внимательно наблюдала за передвижениями девушки. Психолог в силу своего опята понимала, что девушку что-то тревожит. Ее поведение изменилось с их последней встречи. Но комментировать и спрашивать она не будет, Виктория расскажет все сама, когда будет готова.

– Мне приснился сон.

Анастасия Валерьевна подняла свои глаза и посмотрела на пациентку.

– Олег сделал мне предложение.

Анастасия Валерьевна ждала. Поток прерывать нельзя, пусть даже он и был с паузами.

– Я познакомила Олега с мамой.

Каждая фраза имела свою эмоциональную окраску, но беспокойства не было, была скрытая радость, которую Виктория не хотела или не могла проявить.

– Он пригласил меня к себе в гости.

Анастасия Валерьевна ждала главных слов.

– Я все вспомнила.

В этот момент главное не потерять нить разговора, главное дать пациенту высказаться. Он сам закончит и скорее всего самостоятельно сделает выводы. Иногда можно и не направлять. Только дать понять, что тебя выслушают.

Виктория и Анастасия Валерьевна последние полгода встречались гораздо реже. Женщина поняла, что девушке не нужны частые сеансы. Забота близких и любящих людей стала для нее тем самым помощником. И не менее важный вклад в это внес именно Олег Игоревич.

Для более плодотворной работы над состоянием Виктории Анастасия Валерьевна встречалась и с Лилией Аркадьевной. Если бы у Вики были бы близкие подруги, то и их пришлось бы привлечь. На первых порах психолог встречалась и с начальником Вики. Возможно, именно благодаря этому сеансу Вика не потеряла свое место.

С Олегом Игоревичем полноценных сеансов можно было не проводить. Он сам периодически звонил и разговаривал. Постепенно из разговоров она понимала, что волей или не волей, но психиатр заходит дальше, чем просто общение с бывшим пациентом. Обсуждать это Анастасия Валерьевна считала неуместным. Результат встреч этой пары был на лицо. От сеанса к сеансу Виктория была более словоохотлива в отношении общения мужчин и женщин. Она смогли обсудить семейную ситуацию и роль отца в жизни Виктории. Но до истинной причины срывов, хотя они не проявлялись уже более полутора лет, не дошли. И вот в этот раз Анастасия Валерьевна была уверена, что Виктория настолько упокоилась, что смогла не только вспомнить, но и рассказать.

Свет не выключается ни днем, ни ночью. Комната не большая. В углу расстелен плед. Рядом на табурете кружка и бутылка с водой. Я не помню, как здесь оказалась. Только шла после школы по улице и зашла в парк. Там уточки плавают. Я хотела их покормить. Мама знает, она не будет ругаться. Я шла и напевала. Сегодня включали на музыке. Такая легкая маленькая колыбельная.

Спи малютка, спи чуток.

Уложися на бочок.

Глазки, милая закрой.

Я вернусь к тебе домой.

Дверь в комнату открывается, и сначала я вижу луч фонаря, он направлен мне в глаза. Свет такой яркий к нему невозможно привыкнуть, он ослепляет. Вижу силуэт мужчины в руках что-то. Он говорит, что принес это специально для меня.

Я закрываю глаза руками и вжимаюсь в угол. Он подходит ко мне и напевает мою же колыбельную.

Спи малютка, спи чуток.

Уложися на бочок.

Глазки, милая закрой.

Я вернусь к тебе домой.

Его голос не ласковый, а приторный и отталкивающий. Властный, но не грубый. Он подходит и садится рядом. Свет продолжает слепить. Он снимает мои туфли и заставляет встать. Я не хочу, он не ругает, а настойчиво просит подняться на ноги и говорит, то ничего плохого мне не сделает, просто переоденет меня. Говорит, что принес мне подарок.

Я встаю и сильнее прижимаюсь к стене. Его пальцы гладят мою ногу выше гольфа. Проводит один круг, другой. Он молчит. Он дышит. Постепенно скатывает гольф вниз. Хриплым голосом просит поднять ногу и снимает полностью со стопы. Мне страшно.

Я хочу пить. Он что-то говорит и протягивает кружку с водой. Я делаю несколько глотков, и он забирает кружку.

Потом он трогает мою вторую ногу. Пальцы скользят по голой ноге. Скатывает второй гольф и снимает полностью я ноги. Теперь я слышу его улыбку. Он протягивает мне новые гольфы и просит, чтоб я потрогала их. Садиться он мне не разрешает.

Берет ногу за коленку, поднимая ее и другой рукой, трогает пальцы, пересчитывает их. Дышит и улыбается. Его улыбку слышно, она чувствуется при каждом выдохе.

Он надевает гольф на ногу, ровно расправляет его по ноге, и проводит пальцами выше края. Потом так же надевает второй гольф. Напевает опять текст колыбельной и уходит, плотно закрывая дверь.

Через какое-то время он приносит еду и отводит меня в туалет. Везде светло. Он постоянно светит мне в лицо фонарем. Я не могу рассмотреть его, но мне этого и не хочется. А он и не просит.

Каждый день он приносит мне новые гольфы. И говорит очень радостно про подарок. Третий день это повторяется. Свет фонарика. Колыбельная. Его радостные слова про подарок. Он гладит выше верхнего края гольф, снимает вчерашние, и надевает новые, опять же погладив ноги выше края. И в новый день гольфы все длиннее и длиннее. Его пальцы поднимаются все выше и выше.

Его хриплый голос заставляет повиноваться и молча, почти не дыша, делать все, что он говорит. Сегодня я так же меняла ему носки. Он говорил, что мне делать. Процедура была такая же, как у меня: погладить, снять, посчитать пальцы и надеть новые.

Вечером он пришел снова и менял мне юбку.

Он приходил еще несколько дней, а потом я проснулась, а дверь не заперта.

Виктория посмотрела на Анастасию Валерьевну. Она поняла, что прошлое ее отпустило, она не хочет о нем рассказывать, потому что оно прошлое. Как раз об этом они много раз говорили не только с психологом, но и с Олегом. Виктория вспомнила. Она вспомнила события тех прошлых лет. Она увидела это во сне. А проснувшись, вздохнула свободно. Открыла шторы и взглянула на яркое солнце и пропела давно позабытую мелодию.

– И мы приглашаем Вас на нашу свадьбу.

Анастасия Валерьевна подумала, что это последняя фраза, которую хотела сказать Вика. Но потом поток ее было не остановить. Замкнутость девушки, как рукой сняло. Первые сеансы были особенно трудны в работе для женщины. Обычно Виктория лежала на кушетке и молчала. Иногда они разговаривали на отвлеченные темы. Про погоду и про работу и про маму. Но Вика отвечала одним предложением.

Теперь же она рассказала, что в работе новый проект ее очень вдохновляет. Хотя заказчик сам не особо понимает, что ему нужно. Если в прошлые разы ей не было необходимости встречаться с заказчиком. Все было понятно, да и Виктория не шла на контакт, то теперь она приехала на все встречи и активно обсуждала требования и хотелки.

Она рассказала, где и какая будет свадьба. Что Олег не хочет чего-то громкого и пышного и Виктория с ним полностью согласна, но праздничный банкет будет обязательно, на который они пригласят друзей.

Мимолетно девушка отметила, что людей-то будет не много, всего пара-тройка. Окраски грусти Анастасия Валерьевна не заметила. Но то, что ее причисляют к статусу друзей и она входит в число пары-тройки психолог себе отметила.

Виктория вышла из кабинета Анастасии Валерьевны, и женщина решила проводить ее, смотря в окно. Напротив, через дорогу она заметила мужчину, который явно кого-то ждал. Через некоторое время к нему бросилась в объятья Виктория. Психолог написала в заметках: «Он действительно находит ее везде». А про себя подумала: «Хотя расписание наших встреч не тайна, но веет контролем».

6.

– Здравствуйте, Олег Игоревич, не думала что мы с Вами еще услышимся. – Психолог была удивлена звонком на следующий день после встречи с Викторией.

– Доброго дня. – Спокойный и радостный голос. – Я просто хотел спросить пригласила ли Вас Вика. Она вышла достаточно возбужденная от вас. Я ее встречал.

Анастасия Валерьевна не стала говорить, что она его видела.

– Все в порядке, Виктория оставила приглашение. – Психолог сделала паузу, решаясь на вопрос, но не задала. – Вы едва дождались окончания нашего курса.

– Я… – Мужчина замялся. – Это сложный вопрос. Не хотел ее пугать. Она. – Снова пауза, но потом более уверенно. – Я хочу, чтоб она прожила свою жизнь нормально.

Изменения в поведении Виктории была заметны окружающими не вооруженным взглядом. Психолог считала, что это не только заслуга ее работы, но и присутствие заботливого и терпеливого человека рядом.

– Все будет хорошо, я уверена.

– Ваши сеансы закончены? – Олег Игоревич перешел на деловой стиль общения.

– Дальнейшие наши встречи будут, если это будет необходимо для Виктории.

– Надеюсь, этого не понадобится.

– Я тоже.

Тема для разговора была исчерпана. Специалисты попрощались и повесили трубку.

7.

– Дорогая я не помню, где мои такие маленькие сережки. – Лилия Аркадьевна носилась по квартире в поиске украшений.

– Мама, они в тумбочке.

– Да? А что они там делают?

Для Лилии Аркадьевны этот день был очень долгожданным: ее дочь, ее взрослая дочь выходит замуж за прекрасного человека, который любит ее и знает все тонкости и сложности, которые были до этого дня. Мама была счастлива и поэтому рассеяна.

– А лимузин?

– Мама, ну, какой лимузин?

– Ах, да. – Женщина посмотрелась снова в зеркало. – А Олег Игоревич, за нами заедет?

– Мама, он будет ждать в ЗАГСе. – Девушка подошла к матери, остановила ее и посмотрела в глаза. – Все будет хорошо.

Пару месяцев назад у Виктории почти случился приступ. После ужина влюбленные гуляли в парке. Неожиданно на них вылетел из-за дерева мужчина. Он был взъерошенный и часто дышал. Набросился на девушку, ошпарил диким взглядом, зарычал и умчался дальше.

От такого дикого нападка Вика стояла ни жива ни мертва. Она забыла как дышать. Внутри ее начинало мутить, она закрыла глаза руками и приготовилась к срыву, понимая свою беспомощность.

В следующее мгновение, она ощутила обволакивающую теплоту. Будто ее накрыли теплым одеялом. Вика открыла глаза и увидела спокойное улыбающееся лицо Олега. Он стоял и смотрел на нее, протягивая руки. Он подходил все ближе и ближе. И Вике становилось все спокойнее и спокойнее.

Олег сделал еще шаг, обнял девушку, и Виктория почувствовала, как паника отступает, тошнота проходит. Она дома.

Потом они шли по вечернему парку и разговаривали. Виктория рассказал, что недавно заметила, как за ней наблюдают во время ее прогулок. А потом Олег развернулся, посмотрел пристально в глаза и прошептал:

– Я так испугался за тебя. Но позволь мне быть твоим защитником навсегда.

Вика не знала, что ответить. Она подошла ближе и спряталась у него на груди. С того вечера Олег часто ночевал на диване в квартире Виктории.

– Дочь, ты готова? – Лилия Аркадьевна стояла у входной двери и теребила свою сумочку. – Какая же ты красивая – Мама посмотрела на выходящую из комнаты дочь. – Это самый счастливый день.

– Еще все впереди – остановила слезные нотки в голосе матери Виктория. – Нам пора.

Комната украшена цветами. Виктория расправила кровать, посмотрела на себя в зеркало и выключила свет, как просил ее муж.

«Муж, – подумала девушка, – как приятно звучит»

Дверь открылась и первое, что увидела Виктория – это луч фонарика направленный в ее лицо. На пороге стоял мужчина, его лица не было видно. В другой руке он держал гольфы. Сначала она услышала хриплый вздох и улыбку, а потом:

Спи малютка, спи чуток.

Уложися на бочок.

Глазки, милая закрой.

Я вернусь к тебе домой.