Цитаты из книги «Второй раз в первый класс», страница 2

прокол: муж, как многодетный отец, выполнил все задания – надел памперс на резинового пупса, покачал его на плече, изображая отрыжку после кормления, похлопал по спине так, что чуть не проломил пупсу электронные внутренности, и под занавес спел колыбельную «Мы красные кавалеристы, и про нас…» и еще что-то из Дунаевского. Будущие мамы, рыдая, разразились громкими продолжительными аплодисментами, переходящими в овацию. На бис муж исполнил пупсу по-русски «За печкою

В маленьком книжном магазине, скорее лавочке, где для детей устраивали небольшие представления и прививали любовь к чтению, Лена «работала» то Бабой-ягой, то Золушкой, то Федорой, от которой сбежала посуда. Один раз была Мойдодыром, но не по собственной воле – заболел ее партнер Гриша, который брал на себя мужские роли. В новогодние праздники Лене пришлось работать котами – сначала родным Матроскиным, а потом Финдусом из шведской сказки. Коты сейчас в моде, дети на них хорошо реагируют,

изменилась. Или я стала старше и многое вызывает

нашем клубе для приготовишек мамы непривычно

Пока я учила с Симой домашний адрес, пришел из школы Василий с вопросом: – Мам, а в каком стиле писала Анна Ахма

конец. Я ушла. Доплелась до дома и еще три часа разбирала Симины игрушки и

театральную паузу. Она повела меня на третий этаж – я пока дошла, чуть не описалась от страха. Сима не сдала тесты. Перелетных птиц назвала, зимующих тоже, а вот на шапку, шляпу и кепку сказала «головные шапки», а не «уборы». И не

Симой домашний адрес, пришел из школы Василий с вопросом: – Мам, а в каком стиле писала

про деревья. Не для уставших и измученных родительских мозгов. У какого дерева есть сережки? Да, у березы. А еще? Не ответил – плохо, надо знать. У ольхи. – Почему сережки? – спрашивает Сима. – Так называются. Похожи. – Сережки – это украшение. – У дерева – тоже украшение. – Нет, сережки в ушах. На деревьях – листья, почки, плоды. – Так назвали, чтобы было красиво. Для Симы красиво – когда все понятно и все на месте. Я пыталась развить у нее творческое мышление, безуспешно. – У белочки хвост пушистый… – Я видела белок, они облезлые. Еще злые – дерутся за орех. И капризные – им не все орехи нравятся. Еще они кусаются и лица у них неприятные, – отвечает дочь. – Морды, лица – у людей, – поправляю я. – Ну, значит, морды неприятные, как у людей. – Сима, про снег говорят – «шапки снега». Правда, красиво? – Нет. Если шапки грязные, их стирают, а снег постирать нельзя. Наткнулись на переносное значение глагола. Васе нравилось изучать русский и математику вразнобой. Не так, как положено. Сима же шла от простого к сложному, а я никак не могла к этому привыкнуть. – Сима, «глаза сияют» – это переносное значение, – объясняла я, – а «звезда сияет» – прямое. – Нет, наоборот, – отвечала дочь, – как сияет звезда, я не могу нарисовать, а как глаза сияют

мода изменилась – детей отдавали в семь, а то и в восемь. Многие скакали через класс: из третьего сразу в пятый. Позже ввели «нулевку» – нулевые классы, куда шли шестилетки, но вроде как уже школьники. Что будет