Цитаты из книги «Вафельное сердце», страница 21

Вы с Леной никогда ничего не делаете два раза. Вы всегда придумываете новые безобразия!

"Я стоял... И чувствовал, как сердце переполняется и растёт в груди - оно уже с трудом помещалось в ней..."

"- А кстати говоря - для чего человеку вообще папа?

- Папы - они едят варёную капусту..."

У бабы-тёти самое большое и горячее сердце, какое я только знаю. У неё вообще всего один недостаток: она вяжет на спицах.

В такую погоду очень уютно усесться с книгой и вкусным кофе.. :)

"На другое утро в восемь ноль пять ко мне в окно заглянуло солнце и пощекотало в носу. Даже в моей комнате пахло кофе и жареной рыбой. Дедов запах! Я взглянул на море,синее-пресинее с мелкой рябью,и побежал вниз."

Все обернулись. Действительно, к нам через скошенное поле шли влюбленные. Дед и баба-тетя! По-моему, со мной случился шок. Это такая вещь, которая в кино случается. Баба-тетя оделась в папин костюм и была женихом. Она выглядела как жирный пингвин. А на деде было длинное белое платье, вуаль и туфли на шпильках. В руках как свадебный букет он нес свой кактус.

“Во мне есть пиратская кровь! Может, я поэтому так много безобразничаю? Я просто ничего не могу с этим поделать.

Пиратская кровь берет свое.

— Тоже мне, — фыркнула Лена. — Ее в тебе такая капля, что один раз нос расквасил — и вся вытекла.”

Лена проводит у нас столько времени, что стала сама себе соседкой.

Тушение ведьмы Мы – и Лена, и я – живем в бухте ЩепкиМатильды. Дед говорит, что Щепки-Матильды – это королевство. И хотя он страшный выдумщик и вечно присочиняет, мне нравится думать, что ЩепкиМатильды – королевство. Наше личное. Здесь у нас между домами и морем – огромные поля, через них идет грунтовая дорога к фьорду. При дороге растет рябина, на которую можно взбираться, когда сильный ветер. По утрам, открыв глаза, я первым делом смотрю в окно на море и на погоду. Если дует прилично, то волны врезаются в мол с фонтанами брызг, которые разлетаются

чувствовал, как сердце переполняется и растет в груди – оно уже с трудом помещалось в ней. Мне хотелось подарить деду все-все, что только есть в мире самого