Читать книгу: «Миссия: Вернуть Папу»

Глава 1

Ратмир

Просёлочная дорога бесит.

Пыль, ухабы, жара.

Еду и думаю: надо было ждать, пока трассу откроют. Нет, полез в объезд. Теперь трясусь тут, время теряю.

Я вообще не привык сбиваться с графика. У меня всё по плану: работа, дом, встречи. Всё стабильно, всё понятно.

Но иногда вдруг накатывает чувство, что что-то не так.

Что-то важное прошло мимо меня, оставив пустоту, которую не заполнить ни деньгами, ни успехом, ни властью.

От этих мыслей отвлекаюсь, когда боковым зрением замечаю движение.

Сердце резко ухает вниз.

— Чёрт!

Резко давлю на тормоз.

Машину заносит. Шины визжат. А в ушах стучит только бешеный грохот собственного сердца.

Останавливаюсь в нескольких сантиметрах от двух испуганных детских лиц, которые смотрят на меня широко раскрытыми глазами.

Кажется, мир на мгновение замер вместе со мной.

Несколько секунд просто пытаюсь прийти в себя. Потом выдыхаю и резко выхожу из машины.

Передо мной двое чумазых детей: мальчик и девочка.

Испуга на лицах уже нет, только любопытство и подозрительность.

— Вы кто такие? — спрашиваю, оглядывая сорванцов, которых едва не снёс на этой чёртовой дороге.

— Мы Березовские! Из Березовки! — дружно выкрикивают малыши и одновременно показывают пальчиками куда-то в сторону. — Вон там живём! А ты наш папа? За нами приехал?!

От неожиданности даже теряюсь на мгновение.

Смотрю и не понимаю, то ли это шутка, то ли розыгрыш какой-то.

— Никакой я вам не папа, — отвечаю хмуро и твёрдо.

Но девчонка сразу выдаёт, складывая руки на груди:

— Ты точно папа! Мама говорила, папа сильный и высокий. Ты же высокий?

— Высокий, — соглашаюсь растерянно. — Но это ещё ничего не значит…

— Значит, значит! — перебивает мальчик, уверенно кивая. — А почему ты так долго не приезжал? Ты вообще где был?

— В смысле где был? — невольно втягиваюсь в эту нелепую перепалку. — Я вообще вас первый раз вижу.

— Ничего себе первый раз! — девочка смотрит с вызовом. — А глаза тогда у тебя почему такие знакомые?

Тут уже я замираю.

Глаза.

Действительно знакомые.

До невозможности.

Но где я их видел?

— И вообще, — добавляет девочка, вздёрнув подбородок, — если ты наш папа, то где подарки? Папы всегда с подарками приезжают.

— И на джипах, — авторитетно сообщает мальчишка, обходя мою машину кругом. — А у тебя… даже не джип.

Невольно улыбаюсь.

Всё это выглядит абсурдно и смешно одновременно. И вроде даже напряжение отпускает.

— Я правда не ваш папа, — пытаюсь сказать спокойнее. — Вы просто ошиблись, ребят.

— Нет, это ты ошибся, — мальчик качает головой, глядя серьёзно. — Ты приехал правильно, просто пока ещё не понял.

Не успеваю спросить, что он имеет в виду, потому что малышка уже громко кричит куда-то в сторону дома:

— Мама! Иди сюда! Тут папа приехал, но он почему-то без подарков!

От растерянности и неловкости я машинально поворачиваюсь в ту сторону, куда они машут, и замираю.

На крыльце стоит женщина, о которой я мечтал забыть последние пять лет.

Женщина, которая однажды перевернула мою жизнь и исчезла без объяснений.

Теперь я точно знаю, чьи это глаза.

И кажется, моя спокойная жизнь закончилась.

Медленно выдыхаю. Воздуха резко не хватает.

На крыльце стоит она.

Злата.

Смотрит на меня и тоже не дышит. Будто замерла, застыла, окаменела, увидев призрака прошлого.

Только это я вижу призрак.

Настоящий, живой, до боли знакомый.

— Мама! — громко повторяет девочка, машет рукой. — Ну иди сюда уже!

Злата не двигается.

Взгляд прикован ко мне, словно пытается понять, сон это или явь.

Вижу, как напрягаются плечи. Пальцы судорожно стискивают край двери.

А я стою и не могу двинуться с места.

Будто пять лет не прошло.

Будто снова стою перед ней и молча жду объяснений, которые так и не прозвучали.

Воспоминания вспыхивают ярко и больно.

Наши вечера, когда казалось, весь мир принадлежит нам.

Её смех, лёгкий и живой.

Поцелуи, от которых сердце билось, как сейчас.

А потом — пустота.

Ушла молча, без объяснений.

Бросила, словно меня никогда не было.

Обиды возвращаются, сжимая грудь в тугой комок. Гнев и отчаяние снова подступают к горлу. Хочется закричать, спросить, какого чёрта всё это значит?

— Пап, ты чего? — тихо спрашивает мальчишка и дёргает за руку.

Я не реагирую. Даже поправлять его не хочу. Просто смотрю на женщину, от которой так и не смог избавиться, несмотря на годы и километры.

Наконец Злата делает шаг.

Осторожный, неуверенный.

Будто боится, что земля уйдёт из-под ног.

Во взгляде уже не только шок, но ещё и тревога, сожаление. То, что окончательно убеждает меня — эта встреча перевернёт всё.

Снова.

Пути назад больше нет.

Ни для неё. Ни для меня.

Глава 2

Ратмир

Сажусь за руль и раздражённо поворачиваю ключ. Машина молчит. Даже не пытается завестись.

— Ну давай же, — бурчу сквозь зубы и снова пробую запустить мотор.

Тишина.

Пустота.

Выхожу, хлопаю дверью, открываю капот. Хотя в этом смысла ноль. Понимаю я в моторах примерно столько же, сколько в детских косичках.

Просто стою и тупо смотрю внутрь.

Беспомощно и зло.

За спиной слышу шаги. Злата подходит неуверенно, будто боится, что я взорвусь.

— Что-то серьёзное?

Голос тихий, осторожный. Стараюсь не смотреть на неё, чтобы не сорваться.

— Понятия не имею. Заглохла и всё.

Она молчит. Напряжение между нами так и не ушло.

Нервно беру телефон. Набираю номер автосервиса. Пока жду ответа, смотрю куда угодно, только не на неё.

— Добрый день, это автосервис? У меня машина встала посреди дороги… Да, вот здесь, возле… Берёзовки. — Вслушиваюсь в слова мастера и не верю своим ушам. — В смысле через два дня? А сегодня никак?.. Я понял. Спасибо.

Сбрасываю звонок и шумно выдыхаю, стараясь не сорваться на крепкие слова.

— Только через два дня, — говорю наконец, нехотя поднимая глаза на Злату.

Она тут же отворачивается. Нервно поправляет волосы, явно тоже чувствуя себя не в своей тарелке.

— Значит, придётся тебе остаться, — говорит тихо и ровно, как будто это ничего не значит. — Не ночевать же в машине.

Я молчу.

Голос разума твердит, что надо отказаться. Вызвать такси. Уехать куда угодно.

Но глядя на неё, понимаю, что уехать не смогу.

Не сейчас.

— Ладно, — бросаю хмуро. — Если тебе это не слишком неудобно…

Она пожимает плечами, стараясь выглядеть безразличной, но глаза выдают с головой. В них всё ещё тревога и сожаление. От этого больно, хотя давно пора привыкнуть.

— Проходи в дом, — говорит наконец. — Чай поставлю.

И отворачивается, быстро уходя в сторону крыльца.

А я остаюсь у машины и понимаю: меня ждёт тяжёлая ночь. Самая длинная за последние пять лет.

Просыпаюсь и пару секунд просто смотрю в потолок.

Пытаюсь понять, где я.

Потолок незнакомый. Свет пробивается сквозь тонкие занавески. Вокруг непривычная тишина.

Потом резко вспоминаю всё вчерашнее и тяжело выдыхаю.

Нет, не сон.

Реальность ещё абсурднее.

Нужно просто встать. Дождаться мастера и спокойно уехать. Забуду этот странный эпизод, как плохое кино.

Сажусь на кровати. Протираю лицо руками и вдруг чувствую, что рядом кто-то есть. Поворачиваю голову и замираю.

Девчушка стоит прямо возле кровати и смотрит молча. В руках держит расчёску и резинку.

— Привет, — говорю осторожно, ощущая себя в полной растерянности. — Ты чего тут делаешь?

— Косичку заплетёшь? — спрашивает так, словно это совершенно естественная просьба незнакомому мужику с утра пораньше.

— Я? — тупо переспрашиваю.

Она кивает и уверенно суёт расчёску в руки:

— Ну да, ты же папа. Папы всегда косички заплетают.

Смотрю на расчёску. Потом на девчонку, которая терпеливо ждёт. Потом снова на расчёску.

В жизни не держал такую штуку в руках.

Розовая. В цветочках каких-то. Массажная, прости господи.

У меня частый гребень.

А тут…

— Ладно, попробую, — сдаюсь, мысленно ругая себя за слабость.

Девочка радостно усаживается на кровать спиной ко мне и выжидает.

Осторожно прикасаюсь к волосам, пытаясь вспомнить, как вообще плетут эти чёртовы косички.

Хотя как можно вспомнить то, чего никогда не знал?!

Пальцы слушаются плохо. Волосы путаются. Расчёска застревает в кудряшках.

— Ты точно папа? — спрашивает девочка с сомнением, чувствуя мои мучения.

— Вообще-то я тебе говорил, что нет, — отвечаю раздражённо, продолжая воевать с волосами.

— А мама сказала, что папа. Мама не врёт, — спокойно отвечает она.

— Мало ли, что мама сказала, — бурчу себе под нос, окончательно теряя контроль над ситуацией.

А у самого сердца сжимается.

Неужели это правда мои дети?

И что мне со всем этим теперь делать?

— Ты правда странный какой-то, — говорит девчонка задумчиво. — Но ладно, косичка, наверное, не твоё.

В этот момент в комнату влетает мальчишка и, сев рядом с сестрой, смотрит на меня подозрительно:

— Ладно, косички не умеешь. А мультфильмы какие знаешь?

— Что? — теряюсь снова. — Какие мультфильмы?

— Ну любимые наши какие? Папа должен знать, — настаивает он.

Тут я, конкретно так, в осадок выпадаю. Но, чую, спорить уже смысла нет. Проще сдаться.

Эх, Злата.

Кажется, нам есть что обсудить!

— Э… про кота какого-нибудь? — выдаю наугад.

Дети смотрят друг на друга. Потом снова на меня, будто экзаменационная комиссия.

— Ладно, кота принимаем, — решает мальчишка. — А мороженое?

— Ванильное?

— Не угадал, шоколадное, — заявляет уверенно. — Ты правда совсем ничего про нас не знаешь?

Голос звучит разочарованно, и я почему-то чувствую себя виноватым.

Будто и правда провалил важный тест.

Блин! Да я вообще про них не знал до вчерашнего дня!

Ну, Злата! Лучше тебе сказать мне всю правду!