Комментарии, 63 отзыва

Захватывающая, грустная и в то же время дающая опоры. Стало интересно, а что будет дальше. А правда ли так жили люди… Пусть всё люди будут очень очень счастливы.

Данная небольшая повесть является первой частью, открывающей собой знаменитую автобиографическую трилогию Детство. В людях. Мои университеты (сборник) , в которой писатель знакомит нас со своей жизнью, шаг за шагом ведя своё повествование по основным её вехам.

На фоне ярких, самобытных картин бытового и семейного уклада мы наблюдаем детство ребенка, из чего складывался его мир, отношения с ним и со взрослыми, будь то родные или посторонние, сыгравшие в определённый момент важную роль в судьбе ребенка.

В ходе чтения мы знакомимся с родственниками будущего писателя, перед нами проходит целая галерея живых и ярких образов, особенных запоминающихся характеров, в которых угадываются национальные черты, хоть положительные, хоть отрицательные. Их речь, общение, взгляды на жизнь несут в себе вековую народную мудрость, особенно это касается бабушки, близость с которой и взаимопонимание привносят в происходящее нотку внутреннего тепла и доброты, так необходимые каждому из нас.

Благодаря этой живой настоящей истории человека, впоследствии ставшего писателем и приобретшего мировую известность, у читателя появляется уникальная возможность почерпнуть для себя многое из того времени, его внутреннего уклада и неповторимости в своей невозвратности.

Несмотря на людскую жестокость и другие страшные вещи, творящиеся на страницах, повесть читается легко, живо, с особым упоением от красочности и поэтичности литературного языка, человеческой мудрости, приобретаемой чаще всего через жизненные страдания, тяготы и невзгоды. И словно заново открываешь для себя автора. ЗдОрово просто ! Рекомендую и с интересом продолжу чтение трилогии.

Как долго я ходила вокруг этой книги. На полке для ближайшего прочтения книга пролежала у меня три года! Наконец добралась и прочитала я ее взахлёб. Ах, если бы в школе проходили "Детство", а не "На дне" или "Старуху Изергиль" (кстати, надо бы перечитать), у автора сегодня было бы намного больше читателей. Я конечно подозревала, что Горький гений (в школе скучнее Горького, был разве что Чехов), но прочувствовать действие его прозы на себе мне раньше не удавалось. Повесть "Детство" меня прошибла до глубины души. Книга по истине гениальная.

Я не читала других автобиографических произведений русских классиков об их детстве и юности (теперь буду это исправлять, мне очень понравилось читать такие книги), и очень рада, что начала именно с произведения Горького. Это не счастливое дворянское детство Толстого, эта книга о тяжёлой жизни не только конкретного ребенка, а целого пласта населения страны. Но герой книги Алексей Пешко́в не жалуется на свою судьбу, он так живёт, но принимает решение когда-нибудь что-то изменить. Он верит в доброе и светлое не смотря ни на что. Мне кажется, начинать знакомство с творчеством автора нужно именно с этой книги, чтобы понимать его, а не читать потом его прозу и удивляться "это вообще о чём?" Но "Детство" это далеко не детская книга. Она как минимум для старшего школьного возраста и конечно для взрослых.

Повесть построена таким образом, что начинается она с похорон и похоронами заканчивается. В самом начале книги Алексей теряет отца, а в конце книги мать. Но в промежутке между этими событиями будет ещё немало смертей и боли, которые выпали на долю ребенка. Но книга не об этом, а о том, что такое детство тоже принесло немало хорошего - рассказы бабушки, дружба с квартирантом "учёным человеком", которого никто не любит, доброта и бескорыстие Цыганка. И даже дедушкино "учение грамоте" розгами Алексей в итоге принимает как данность. В книге очень много фольклора, описания вечерних посиделок с песнями и танцами. Но особенно мне запомнилась глава о том, как Алексей понял, что у бабушки и дедушки свой Бог. Бог дедушки жесток и карает своих рабов за любой проступок. Бог бабушки - добрый и всепрощающий, плачет о грехах своих детей. Алексей сравнивает этих Богов и выбирает Бога по себе.

Самым удивительным для меня в этой книге было то, что книга хоть и мрачная, но не беспросветная. Здесь есть место и забавным событиям, и добру, и надежде. С удовольствием продолжу читать автобиографическую трилогию автора.

Поразительно, что эту книгу относят к литературе для детей, хотя она поднимает мрачные, тяжелые и сложные темы, открывает малоприятные страницы нашей истории.

В данной книге содержится все то, что я не люблю: избиение детей и женщин, оскорбления и драки родственников, махровая религиозность, которая отнюдь не делает людей добрее или чище, скорее, одних призывает безропотно терпеть, а других уверяет в праве наказывать.

Но, несмотря на это, книга очень хорошо написана, легко читается, а позиция автора вызывает уважение и понимание. Он старается без прикрас показать то, что необходимо было изменить и оставить в прошлом, обличает и домострой, и жестокость, и скупость, доходящую до абсурда, пьянство и мрак малообразованного сознания, живущего по принципу "меньше знаешь - лучше спишь "

При этом Горький подчеркивает, что есть и светлое в людях, на примере положительных персонажей он описывает любовь к ближним, самоотдачу, желание защитить и готовность помогать, всепрощение и щедрость души.

В общем, мой вывод, что эту вещь надо прочесть, она та "классика", мимо которой не стоит проходить, несмотря на мрачность событий, которые в ней описаны.

В подростковом возрасте без конца читала и перечитывала. И сейчас перечитываю иногда и сама не знаю, почему? Разве можно получать удовольствие от чувства свинцовой тяжести, засасывающей, как болотная трясина, тоски? Никто из русских классиков не оставляет такого давящего ощущения, как Горький. Беспросветность, мутная беспросветность, столь типичная для российской действительности... Как несчастная Варвара, мать маленького Лексея бросает в тоске: "Если б не он, ушла бы я, уехала! Не могу больше жить в аду этом..." Да куда уедешь-то от такой жизни? Замуж, в другую семью, в другую область? А будет ли там что-то иное, чем беспробудное пьянство, избиения, ругань, измывательства на женщинами и детьми, дикие буйные выходки? Никакой радости нигде, никакой любви друг к другу. И религия тоже не приносит света и умиротворения.

Какова причина всего этого: бедность, ранняя привычка к спиртному, отсутствие интересов в жизни? Должно быть, все вместе. Так жила бОльшая русского народа - в деревнях, селах и небольших городах. А самое ужасное - судя по рассказам, в российской глубинке и в наше время именно так и живут. Ничего не изменилось.

Мне повезло. Отучившись в русскоязычной школе только 7 классов, всю школьную программу по литературе читаю добровольно в зрелом возрасте (разбавляю ей более "взрослые" книжки). Недавно прочитал трилогию Толстого, и вот, наконец "дошел" до Горького. Теперь могу сравнить два "Детства" . В кавычках и без. Полагаю, это делали и до меня, но так напрашивается... Примечательно, что у обоих детство заканчивается смертью матери. Но какое же это разное детство! Николеньку не бьют, не унижают, он сыт, окружён любящей семьёй. У него есть конфликты, обиды, страхи. Но это проблемы, с которыми дети сталкиваются и сегодня. Небольшие потери, небольшие расставания (хотя, конечно, в детстве всё большое. Но сравнить с Горьковскими?), зависть, ревность и пр. Как ни странно, но в какой-то мере, это делает "Детство" Толстого более актуальным, чем у Горького. Видимо, по благополучию жизни мы сегодня сравнимы с графьями. Проблемы Алёши куда глобальней - смерть любимого отца, побои, сравнительная бедность, постоянная борьба, унижения (свои и близких, что для такой чуткой души почти равнозначно), вражда внутри семьи, скрытность окружающих. Люди вокруг него мрут как мухи. Мамы почти нет рядом, а даже когда есть... Сегодня, с ним бы работало 10 социальных работников и психологов. А у него один соц. работник и психолог - Бабушка. Да и та не всегда спасает, а только утешает. И приходится расти самому - думать, переживать, решать что хорошо, а что плохо, сравнивать холодную веру дедушки с горячей, хоть и "неправильной" верой бабушки. Как он при этом стал Человеком? Стиль рассказа очень живой. Рассказчик не отрекается от своего героя (как Толстой), но и не жалуется. Зацепило гораздо больше Толстого.

Всякий раз, когда я соприкасаюсь с чей-то историей, увековеченной и засведетельственной как автобиографическое повествование, я не раз думаю о том, что это хороший, терапевтический способ, еще раз открыться самому себе, увидеть себя и свою историю со стороны, еще раз проанализировать, а возможно и переосмыслить отношения с родными и близкими; а главное, высвободить свои страхи, болезненные переживания, лишив их таким способом силы воздействия на восприятия и формирования себя, своей идентичности, а может и принадлежности. Иными словами, автобиографическое намерение рождается в результате или на фоне ощущения некоторой неестественности своего положения в мире, ощущения «болезни выхода» из привычной среды. Написание воспоминаний выступает средством излечения, средством возвращения в свой мир, в свою среду. Через оформление воспоминаний происходит определенное очередное примирение с миром и самим собой, человек проходит очередной этап социализации, и такое «свидетельствование о себе» часто выступает попыткой выйти из личностного кризиса.

Применимо ли такое размышление к повести Горького «Детство»? Думаю «да», хотя не вполне уверена, что именно такую цель преследовал писатель, однако не сомневаюсь в том, что автор ясно понимал характер того кризиса, который толкнул его к бумаге. Основу повести, как вы уже поняли, составили факты из жизни М. Горького, а именно детской ее части, в которой писатель воссоздал обстановку дома, где ему довелось вырасти и пройти не по-детски взрослую школу жизни.

Алеша Пешков (автор назвал всех героев реальными именами из жизни) воспитывался в семье, изначально основанной на взаимном уважении и любви, но вскоре, после смерти отца, Алешина жизнь превратилась в беспокойную и нестабильную, и, начиная с трехлетнего возраста, он впервые соприкасается с таким понятием как вражда между родными. Дом деда, куда его привела бабушка вместе с мамой, оказался местом неприязни и раздора; здесь он впервые сталкивается со злом. Он чувствовал, что «дом деда наполнен горячим туманом взаимной вражды всех со всеми». А еще дед высек Алешу до потери сознания за попытку покрасить скатерть, после чего мальчик долго «хворал», но именно тогда у него появилось беспокойное внимание к людям, точно ему «содрали кожу с сердца», и оно стало «невыносимо чутким ко всякой обиде и боли, своей и чужой».

Но не только суровый дед шокирует Алёшу. Сильным потрясением было для него знание о том, что его покойный отец был неугоден деду, что мать вышла замуж вопреки родительской воле. Естественно, для впечатлительной детской души слушать, как дедушка пренебрежительно отзывается об отце, только что умершем и потому еще более любимом, было невыносимо больно. Тем более, мальчик не мог понять причины такого отношения. Страх и одиночество, которое Алеша испытывал отныне, еще больше подавляли его чувства, а ощущение неудовлетворенности в самых первостепенных базовых потребностях ребенка, как то любовь, признание, уважение и безопасность закладывали фундамент внутреннего неблагополучия, замкнутости, неуверенности в себе и собственных силах.

В школе, несмотря на успеваемость, Алеша так же столкнулся с отверженностью со стороны одноклассников. Они не принимали его в свой круг лишь потому, что он был «нищ». А из-за того, что бедность не позволяла приобрести учебник, Алеша не мог попасть на урок. Так он лишился дружбы своих сверстников.

Разумеется, все эти переживания оставляли на детской душе глубокие отпечатки. Даже такому сложному детству не пришлось продлиться положенное время. Из-за недостатка дед отказывается обеспечивать юного внука и отправляет его «в люди» (Алеше было всего 11 лет). Но стоит отметить, что за этот период, Алеша стал свидетелем не только бесчеловечности и жестокости, но и познакомился с людьми, безгранично добрыми и открытыми для других (бабушка Акулина Ивановна, мужик по прозвищу Хорошее Дело, подмастерье Цыганок). Он тянулся к ним всем сердцем, впитывал «крохи тепла и заботы», проявленными с их стороны. Но особая роль была все же отведена была бабушке. Уже при первом знакомстве она показалась ему сказочницей, ведь «говорила она, как-то особенно выпевая слова». Мальчику казалось, что она светилась изнутри, через глаза, «неугасимым, веселым и теплым светом», будто до нее он спал, «спрятанный в темноте», а она разбудила, вывела на свет, связала все вокруг в непрерывную нить и сразу стала на всю жизнь другом, самым близким, понятным и дорогим человеком.

Возможно, именно эти люди и помогли Алеше Пешкову (Максиму Горькому) противостоять «свинцовым мерзостям» и вырасти человеком светлым, не мирящимся со злом.

« Горький считает, что в детство - это важный этап развития любого человека, ведь в это время формируется характер, мировоззрение, психика, создается целостная личность, которая впоследствии станет частью общества. А потому так важно, чтобы возле ребенка были такие люди, которые смогли бы вложить в юное сердце доброту, великодушие, сострадание».

Удивительное сочетание тяжелого сюжета и легкого языка.

Все герои горьковского детства несчастны и жестоки, причем одновременно. Даже себя автор не особо приукрашивает, выписывает хоть и чутким, наблюдательным, сострадательным – но хулиганом и злым озорником. Даже добрые бабушка и Цыганок, упрекая дедушку за жестокость, терпят от него побои и не пытаются препятствовать его “науке”, которую он щедро раздает внукам с помощью розог.

Насилия и смертей здесь очень много. При этом книга не душит, при чтении не возникает желания плакать, свесив лапки, от чувства безысходности. Без ярких лозунгов Горький показывает всю грязь русского быта и заявляет, что так жить нельзя.

Я ни разу не была в Доме Каширина. Обязательная школьная экскурсия, едва ли не культовое место города. Ильинская слобода исхожена вдоль и поперек, овраги укатаны, Почтовый съезд – самый короткий путь «вниз», под гору, Успенская церковь всё так же сияет своими куполами, как и в конце XIX века. Ни разу не была, и хорошо. Потому что страшное место. Не могла понять восторженных отзывов: «Представляешь, там та же красильня, и крест, которым задавило Цыганка».

«Детство» Горького очень жестокое. Литераторы признают его автобиографичным лишь отчасти. У Горького, особенно позднего, всегда присутствует воспитательный момент. Маленький Алёша как губка пропускает через себя и впитывает ту среду, в которой оказывается. «Разве мы хорошо живём?», - спрашивает маленький Алёша у бабушки. – «А разве плохо?».

Горький писал не столько о себе, сколько об эпохе, о народе. Дом Василия Каширина – один из многих. Не оплот человеческого зла, бессилия и глупости, но отражение времени. Здесь бьют женщин, по выходным порют детей. И все смиряются. «Бог всё видит» – женское утешение. «Вырасту и всем отомщу» – надежда детей. И заказано терпеть. Максим, отец, запрещал бить Алёшу, воспитывал его в любви и строгости. И в доме Кашириных Алексея любили и берегли, как могли, по-своему выделяя невольно среди детей, выросших в доме. Хотя также били, как и прочих, и наказывали, и спрашивали. Потому что так положено, заведено природой.

Глазами ребенка, впервые переступившего порог дома деда, здесь творятся абсолютно нечеловеческие, непостижимые уму и детскому сердцу вещи. Алёша не понимает и спрашивает бабушку, чего они, чего им всем неймётся. За что? Взрослые это тоже видят, но по-другому. Найдётся тысяча оправданий и смыслов. Для них это сама жизнь, и другой не было и нет. По-другому не бывает.

Сколько ярких, казалось бы, второстепенных персонажей прошло через Детство, и каждый оставил свой след. О каждом можно написать повесть. Но единственный близкий человек для Алёши - бабушка Акулина Ивановна. Добрая, большая, сильная. Она, пожалуй, сильнее деда, духовнее. Её сказки завораживают. Её пляски и песни народные, и оттого близки и понятны каждому. Но она женщина, и слушается своего мужа. Она считает себя глупой, необразованной, но разумнее многих. Она всех прощает и все оправдывает, не осуждая и не обижаясь. Слепая, всё примиряющая доброта. Смирение. Иногда хочется, чтобы она закричала, возмутилась. На женщине всё держится в этом доме. А она терпит. Так заведено. Она сильная, с высоко поднятой головой, рядом с мужем. Алексею она виделась почти святой, хотя в Бога он не верил. Не сложилось ни с бабушкиным, светлым и добрым, ни с дедовым, суровым и непонятным.

Они обе сильные, мать и дочь. Бабушка, которая руководила тушением пожара и «в горящую избу», как настоящая русская женщина. Мать, которая умела сказать так, что все замолкали, и никто не спорил.

Горький написал «Детство», когда ему уже было 45. Большая часть прожитого переосмыслена. Это уже не наивный рассказ мальчика, а обдуманное описание времени. Он даёт взрослую оценку происходящему, хотя и с обидой, и с брезгливостью. В нём нет бабушкиного смирения и всепрощения, но нет и дедового «эх, вы-и!». Зато есть благодарность каждому человеку, который прошёл рядом с ним через его детство.