Читать книгу: «Одержимость Анны. Разбитые грезы», страница 3

4

СЦЕНАРИЙ РЕКЛАМНОГО РОЛИКА «ВАНДРИМА»

НАТ. – ПАРК РАЗВЛЕЧЕНИЙ – ДЕНЬ

Большой развлекательный парк развлечений с множеством аттракционов. Людей в нем не слишком много. Маленький МАЛЬЧИК (7 лет) гуляет за ручку со своей МАМОЙ (40 лет). ОНИ счастливо гуляют мимо аттракционов, МАЛЬЧИК кушает сладкую вату. МАЛЬЧИК замечает аттракцион «Вихрь» (его сиденья приподнимаются над землей и кружатся вокруг оси) и тычет в него указательным пальцем, привлекая внимание МАМЫ. МАМА радостно идет с МАЛЬЧИКОМ к этому аттракциону.

НАТ. – АТТРАКЦИОН – ДЕНЬ

МАЛЬЧИК и МАМА счастливо катаются на аттракционе «Вихрь», каждый из них сидит в отдельном сиденье, они смотрят друг на друга.

ИНТ. – КАБИНА КОЛЕСА ОБОЗРЕНИЯ – ДЕНЬ

МАЛЬЧИК и МАМА сидят в кабине колеса обозрения на самой высоте. МАЛЬЧИК с удивлением смотрит на город и парк развлечений сверху вниз. МАМА широко улыбается.

НАТ. – ТИР – ДЕНЬ

МАЛЬЧИК держит в руках «пушку» в виде уточки, из которой выходят струи воды. Этой «пушкой» он стреляет по целям. МАЛЬЧИК успешно сбивает цели, благодаря чему выигрывает приз от СОТРУДНИКА ПАРКА в виде плюшевого кролика.

НАТ. – ПАРК АТТРАКЦИОНОВ – ДЕНЬ

МАМА и МАЛЬЧИК радостно гуляют по парку, МАЛЬЧИК крепко держит в руках игрушку и смотрит наверх. МАЛЬЧИК и МАМА видят, что на небе идет таймер, показывающий «00:02». МАЛЬЧИК грустно смотрит на небо и на игрушку. МАМА опускается на колени перед ним и крепко его обнимает. МАМА целует МАЛЬЧИКА в щеку и гладит его. МАЛЬЧИК смотрит на небо и видит «00:00». Происходит белая вспышка.

ИНТ. – БОЛЬНИЧНАЯ ПАЛАТА – УТРО

ПАПА МАЛЬЧИКА (40) сидит напротив кровати, на которой спит МАЛЬЧИК, подключенный к устройству вандрим. Возле кровати находится инвалидная коляска, которая определенно принадлежит МАЛЬЧИКУ. ПАПА смотрит на часы, стрелки часов показывают ровно семь утра. МАЛЬЧИК просыпается и осматривается вокруг. МАЛЬЧИК поворачивает голову на прикроватную тумбочку, на которой стоит совместная фотография МАМЫ, МАЛЬЧИКА и ПАПЫ, и слегка грустит. ПАПА встает со стула и помогает МАЛЬЧИКУ сесть в инвалидную коляску. МАЛЬЧИК грустит сильнее, но ПАПА подходит к МАЛЬЧИКУ и дает плюшевого кролика, точно такого же, что он выиграл в парке аттракционов. МАЛЬЧИК улыбается и обнимает ПАПУ.

ПАПА (обращаясь к МАЛЬЧИКУ и делая кивок наверх):

Мама просила тебе передать.

МАЛЬЧИК улыбается, и ПАПА катит МАЛЬЧИКА в коляске к выходу из больничной палаты. Когда МАЛЬЧИК и ПАПА покидают палату, то на экране появляется большая надпись: «ВанДрим».

МУЖСКОЙ ГОЛОС ЗА КАДРОМ

Вандрим. Откройте безграничные возможности вашей жизни.

КОНЕЦ

Автор сценария: Леон Грин

5

Взгляд профессора слегка переменился. Всего несколько мгновений назад он с легкостью раскрывал секретные планы корпораций: он мог так же спокойно заговорить о рептилоидах, масонах и других популярных теориях, если бы что-то о них знал. Но сейчас все переменилось: Леон делился своими самыми сакральными переживаниями.

– Вы, наверное, читали в новостях о том, как моя жена и мама моего сына Джаспера Элизабет погибла во время взрыва в Йеллоустоуне. Они отправились в туристическую поездку со школьной группой. Помню, люди раньше боялись масштабного взрыва вулкана: давние конспирологические теории гласили, что он может уничтожить половину Северной Америки. Масштаб бедствия случился куда меньше, но сотни людей погибли, а тысячи пострадали. И пусть Бог забрал душу моей любимой Элизабет, он решил оставить Джаспера в этом мире, но, к сожалению, его позвоночник сломался, из-за чего мой сын сел в инвалидное кресло.

– Сочувствую случившемуся, профессор Грин, – сказала Анна мягким, но не слишком сентиментальным тоном, потому что понимала, что ее собеседник решил надавить на жалость.

– Спасибо, – кивнул Леон. – Вы не представляете себе степень той боли, когда ваш любимый партнер погибает, а собственный ребенок становится калекой и не может пойти поиграть с друзьями в футбол, потому что травмы настолько серьезны, что их невозможно вылечить, даже с сегодняшней медициной. Я так мечтал, чтобы мой сын снова стал обычным подростком, с обычной жизнью, и мне так хотелось, чтобы у него снова была мама. Все это горе меня мотивировало вплотную изучать сны и создать вандрим. Как вы видите, сильнее денег мотивирует собственное горе. Я смотрел на Джаспера и думал о миллионах, даже миллиардах людей, у которых просто нет возможности прожить обычную счастливую жизнь из-за всемирной несправедливости. Я правда хотел дать возможность незрячим видеть, неходячим бегать, а глухим слышать. Вы, может, не помните, но первые рекламные ролики вандрима были посвящены не тому, что устройство заменит кино, игры, порно и прочее, а тому, что оно просто даст возможность людям быть счастливее и прожить новую жизнь, полную возможностей. Сценарий первого ролика написал я сам, вложив в него собственный опыт.

– В итоге корпорация, что вы основали, стала просто машиной для заработка больших денег? И «БлэкРок» думали, как с помощью него могут решать свои глобальные задачи?

– Топ-менеджеры инвестфонда были одержимы идеей коллективных снов. Не только для того, чтобы создать альтернативу онлайновым играм и заработать больше денег, а чтобы проникать в сны любых людей со всего мира, управлять их мыслями и убеждениями. После того как корпорация разослала жителям Африки вандримы с записанными снами-призывами об убийствах, что привело к массовому геноциду людей, наши государства-противники поняли, что сны опасны. Все страны мира мгновенно стали сильно вкладываться в сомнологию и создавать свои аналоги вандрима, подстраивая их под свои цели с помощью пропаганды и цензуры. К слову, все решают свои внутренние проблемы через сны: у России демографические проблемы, поэтому правительство страны внедряет своим жителям идеи активно заводить семьи, а в Китае делают все, чтобы его граждане продолжали верить в коммунистические идеи. При этом наше устройство то запрещают, то жестко ограничивают. Кто-то не согласен с этим, люди выходят с лозунгами «Свободу нашим снам!», не понимая сути глобальных политических игр. Активно возобновились отделы спецслужб, связанные с тем, как с помощью снов узнавать наши планы. Например, погружения в чужие подсознания. Людей учат, как защититься от вторжения врагов в их сны. Кто же не мечтает попасть в мозг врага и начать удаленно управлять им или даже убивать? Наши противники опасаются нового типа войн… подсознательных и когнитивных. Забавно, как раньше мы конкурировали за чипы, а теперь за мозги в буквальном смысле.

– Но как так получилось, что вам пришлось убить сына?

– «БлэкРок» стал меня шантажировать, чтобы я нашел способ попадать в коллективные сны. Спустя несколько месяцев исследований у меня это получилось, но эмоции и горе помешали мне, потому что я был одержим идеей проникнуть в сны не случайных людей, а Джаспера. Мне хотелось прожить с ним обычный семейный день, как раньше: я, он и моя дорогая Элизабет. Знаете, эти походы на пикники в парки, поездки в торговые центры и просто даже совместный просмотр какого-нибудь фильма. Нам так этого не хватало.

– И вам ведь удалось все?

– Это был один из лучших моих снов и одновременно худший кошмар, от которого я никогда не оправлюсь. – Профессор Грин внезапно задрожал. – Я был так счастлив: сон начался с того, что я проснулся в постели со своей Лиз. Да, я не буду скрывать, что и до этого пользовался своими же творениями, чтобы иногда видеться со своей женой, но я все время чувствовал себя неполноценным, потому что понимал, что это все неправда, и мне тяжело было смотреть на бегающего Джаспера, который был лишь плодом моего воображения. Но тот сон был другой: я видел своего настоящего сына. Мы с ним крепко обнялись и счастливо провели день: сделали вкуснейшее барбекю, сходили в любимый Джаспером музей науки, покатались на пароме вдоль Бостона. Я продумывал то, как буду скрывать от «БлэкРока», что мне удалось испытать первый полноценный коллективный сон, спокойно смотрел на истекающий таймер, а затем готовился к пробуждению… пока не осознал, что не могу проснуться. Таймер на небе полностью истек, но я так и продолжил спать. Сначала я даже порадовался, что больше времени проведу с сыном и женой в этом идеальном мире, но потом как гром среди ясного неба почувствовал животный страх, ведь я понимал, что рано или поздно меня найдут с записями и исследованиями, а это значит, что я больше не буду нужен корпорациям. Страх был настолько сильный, что тихое, ничего не предвещающее вечернее небо сгустилось тучами и начался страшный ливень. Я не понимал, почему не могу проснуться, пока ко мне не подбежал Джаспер и не заявил, что не желает пробуждаться.

– Вот черт… – прошептала девушка, понимая, к чему все в итоге шло.

– Да, – грустно кивнул Леон, – в науке это обычное явление, когда новые неожиданные открытия появляются в конце. Только обычно эксперимент можно резко прекратить, но не в том случае. Я предположил, что для пробуждения нужно, чтобы все участники коллективного сна хотели проснуться. До сих пор не знаю, с чем это связано, но факт остается фактом. А Джаспер никак не хотел возвращаться в реальность даже после моих уговоров: я объяснял ему, насколько важно пробудиться, что мы можем снова погружаться вместе в совместный сон в другой день, но у меня никак не получалось убедить его. Проблема в том, что Джаспер утверждал, что Элизабет была… настоящей. Он говорил, что перед ним настоящая мама, а не выдумка сознания. Я помню, как бросил взгляд на Лиз, и на долю секунду мне показалось, что это действительно был ее взгляд: до сих пор не знаю, померещилось ли мне это, или мой сын был прав. Такое чувство, что она пришла к нам в сон и решила «подыграть», будто ей нельзя было раскрываться, что это настоящая она, а не проекция наших воспоминаний и фантазий. Как будто человеку приходится притворяться андроидом, как бы странно это ни звучало. В любом случае я продолжал уговаривать Джаспера проснуться, но это было бессмысленно: ему было плевать на судьбу мира, он просто хотел остаться в той реалистичной утопичной иллюзии.

– И вы его решили убить?

– Вы думаете, что мне это легко далось?! – возмутился мужчина. – Вы знаете, какие душевные терзания преследовали меня? На одной стороне было мое счастье и счастье моего ребенка, а на другой – судьба мира. Мисс Эйрд, я чувствую ответственность за то, что создал вандрим, и за последствия, к которым привело это устройство. Думаете, мне не хотелось плюнуть на все и остаться там до самой смерти? Я долго не мог решиться на это, но понимал, что чертово время поджимает и меня могут найти в любой момент! Я никогда не забуду тот страшный гром, что яростно гремел, когда я подушкой душил своего ребенка. Он звучал все громче и громче, а Джаспер сопротивлялся сильнее, а затем, когда его не стало, небо стало снова тихим и спокойным.

– Мне очень жаль, – у Анны хватило сил лишь на то, чтобы тихо сказать эти слова.

– Если бы я проводил тот гребаный эксперимент не с сыном, а с обычным подопытным, то все прошло бы иначе, но нет… – У мужчины полились слезы. – …Я пошел на поводу своих эмоций, что в науке недопустимо. Единственная польза от всего этого кошмара – от меня отстали сотрудники «БлэкРока», потому что испугались, что я могу умереть, так и не открыв для них коллективные сновидения. Я заявил, что эксперимент провалился и что я выжил по чистой случайности, в отличие от Джаспера. Однако они так и не перестали за мной следить, пусть и не догадывались, какими делами я на самом деле занимаюсь.

На улице уже стемнело и похолодало. Анна потерла руки друг о друга сквозь перчатки. За эту длинную лекцию она узнала слишком много. Профессор всматривался в глаза девушки, пытаясь понять, о чем она думает.

– Мне нужна инструкция по вхождению в коллективные сновидения, – строго заявила она.

– Мисс Эйрд, вы меня слушали?! – Профессор от злости сжал руки. – Вы думаете, что я просто так вам все это рассказывал?

– Я хочу быть с Марком всегда. Вы не представляете, как я мечтаю о том, чтобы оказаться с ним в одном сне и никогда не просыпаться.

– Прошу, Анна, это того не стоит. – Леон назвал девушку по имени, пытаясь сблизиться с ней. – Я немного в курсе, что вы сделали, чтобы вернуть своего бывшего партнера, но иногда нужно пойти дальше. Над миром висит огромная угроза, и вы можете нам помочь!

– Он снился мне до того, как мы познакомились! – Анна снова вошла в режим безумия. – «Мэнсис» не мог заглянуть в мои сны, чтобы узнать, о ком я мечтаю. Он один в один как мужчина из снов. Это моя родственная душа!

– Родственные души не бросают своих партнеров. Послушайте, отношения – это не только про секс и чувства, но также и про кризисы, сложные ситуации и совместную работу. Вами управляют эмоции. Вы можете нам помочь и получить данные пользователей «Мэнсиса», а я дам вам инструкцию, как попасть в подсознание вашего любимого.

– Нет! – Анна вскочила со скамейки, резко достала нож из внутреннего кармана пальто и приставила лезвие к его горлу.

– Анна, что вы делаете? – с испугом спросил он.

– А вот это действие просчитали ваши алгоритмы? – Она сильнее приложила нож к горлу, из-за чего профессор всхлипнул. – Вы знаете, на что я способна?

– Вы не убьете меня.

– Вы так в этом уверены? Если психов и безумцев не может просчитать ни один алгоритм в мире, то вы должны понимать, что я вполне могу это сделать. Если вы мне не дадите инструкцию, то я убью вас, найду все ваши наработки, а потом погружусь в сон к своей второй половинке! Полиция меня не достанет, потому что я не проснусь, потому что не захочу.

Двое беспрестанно смотрели друг другу в глаза, словно играли в гляделки. И будто правила игры были куда опаснее: тот, кто моргнет, проиграет собственную жизнь. Одержимый взгляд Анны четко давал понять: она готова играть с профессором до бесконечности.

– Инструкция находится в моем же портфеле. Это всего один лист, – спокойно сказал мужчина.

Анна убрала нож и тут же потянулась к портфелю, из которого вытащила сложенный лист, на нем аккуратным почерком было написано ее имя.

– «Люмен» предсказал, что вы или согласитесь нам помочь, или будете угрожать мне смертью. В обновленной версии кода Дариус смог научиться предсказывать базовое поведение разных людей. И все это на основе цифровых отпечатков, которые свободно можно достать в интернете. – Мужчина бросил грустный взгляд на листок бумаги, что Анна держала в руках. – Там написано все необходимое, чтобы вы подключились в коллективный сон. Это не очень сложно.

– Если вы знали, что я начну вам угрожать, то почему не подготовились? Взяли бы пистолет, – усмехнулась она.

– Мне больно видеть ваше отчаяние, мисс Эйрд. – Профессор смотрел на темноту в сторону озера. – Вы убеждены, что знаете любовь, и готовы ради нее на все.

– Я просто хочу помочь Марку: он там совсем один. Мне кажется, что ему нужна моя помощь. А еще я должна найти способ помочь ему снова любить. Это моя вина.

– Может, стоит начать с помощи себе, мисс Эйрд? Когда в самолете происходит разгерметизация и выпадают маски, то пассажиров просят всегда их надеть прежде всего на себя, а только потом на детей и других пассажиров.

Девушка лишь молча положила лист бумаги в карман и пошла от профессора.

– Мисс Эйрд? – окрикнул ее профессор, когда Анна сделала несколько шагов.

Она повернулась к нему.

– Мы проводили еще несколько тайных экспериментов по совместным снам и сделали пару открытий. Первое – это то, что коллективные сны похожи на соединенные между собой серверы компьютеров: у каждого участника коллективного сновидения будет свой собственный мир, которым он может управлять. Например, когда я погружался в сон Джаспера, то буквально зашел в его подсознание, в котором он был хозяином, а я слабо управлял его миром. Наши миры были соединены условным коридором, а входы в них были похожи… на двери. Не знаю, увидите ли вы то же самое, ведь в подсознании все метафорично, – по-своему, но у нас были такие опыты.

– А что за второе открытие?

– Есть еще один способ, благодаря которому можно пробудиться, даже если второй участник сна не желает просыпаться. Для этого нужно максимально эмоционально отстраниться от него: чтобы он стал для вас посторонним человеком.

– Вряд ли второе мне подойдет. Но благодаря первому открытию я буду знать, к чему готовиться.

– Кто знает, мисс Эйрд, кто знает. – Профессор грустно посмотрел вниз. – Хорошей вам обратной дороги домой. Если будет время, то задумайтесь над вопросом: «Мы управляем технологиями или они управляют нами?»

Анна направилась подальше от профессора. Она вышла на оживленную улицу, по которой слонялись жители Бостона, и просто шла куда глядели глаза, осмысляя весь разговор. Немного придя в себя, Анна вспомнила, как была на грани того, чтобы перерезать горло мужчине, который хочет спасти мир. «В кого ты превратилась?», «Ты монстр!», «Но у тебя не было другого выбора!» – проносилось у нее в голове. Затем она пощупала листок бумаги и ощутила теплоту внутри, после которой все осуждающие мысли ушли в никуда.