Цитаты из книги «Даниэль Штайн, переводчик», страница 6

...Здешние психиатры ввели новый термин — «Иерусалимский синдром». Это безумие на религиозной почве.

Мы знаем, что во все времена политика, а не что другое, определяла направление церковной жизни.

Работать в полиции было очень трудно: то ли туда подбирались особо жестокие, особо тупые люди, то ли сама работа в полиции выявляла в людях самое дурное, что в них было. Были среди них и настоящие садисты, и люди умственно отсталые в медицинском смысле.

Всё моё детство прошло в молчании. У нас в семье вообще ничего не говорили. Боялись вопросов, боялись ответов. Молчание было всего удобнее.

...я не могу допустить такой мысли, что Бог наказывает народы. Ни еврейский, ни белорусский, ни какой другой.

...это и есть христианский выбор — все время находиться в решающем моменте, в самой сердцевине жизни, испытывать боль и радость одновременно.

Он всей своей жизнью втащил сюда целый ворох неразрешенных, умалчиваемых и крайне неудобных для всех вопросов. О ценности жизни, обращенной в слякоть под ногами, о свободе, которая мало кому нужна, о Боге, которого чем дальше, тем больше нет в нашей жизни, об усилиях по выковыриванию Бога из обветшавших слов, из всего этого церковного мусора и самой на себя замкнувшейся жизни.

Живой Бог для живых людей.

Уход евреев - незаживающая рана христианства.

- Как вы относитесь к неверующим?...

- Среди моих друзей был один врач, который на словах отрицал присутствие Бога в мире, но жил в таком бескорыстном служении больным, что его словесное непризнание Бога не имеет никакого значения. Одинаковое у меня отношение к верующим и неверующим.