Читать книгу: «Осторожно! Доктор»

Глава 1

По улице Солнечная, мимо дома номер 16, шли двое. Молодой мужчина лет тридцати пяти, ростом 1.9 метра, с румянцем во все щёки, и рядом женщина, которая едва доставала ему до плеча. В короткой лисьей шубке и теплых «уги» на низком каблуке она казалась толстушкой. Зимой, многие женщины кажутся толстыми, но спутницу статного мужчины считать толстухой было бы ошибкой. Без пуховиков и шубок её узкие бёдра, подтянутый живот и ягодицы, свидетельствовали о том, что дама отлично знакома с фитнесом. Только грудь шестого размера вносила в фигуру некоторый резонанс, но это обстоятельстве можно считать скорее достоинством, которым обладательницы внушительного бюста часто гордятся, особенно если над ним возвышается стройная шея и свежее лицо. Оно то, у Маниной племянницы, было не просто свежим, а вызывающе красивым. Ровные в разлёт брови, пышные ресницы, припухлые губы и белоснежная улыбка, служили главной рекламой начинающего домодедовского косметолога. Это были, племянница Мани Алина, и её муж Дмитрий, сыгравшие минувшим летом свадьбу. События, родня с двух сторон, жениха и невесты ждали чуть больше 4х лет. Дети давно жили вместе, были с одобрением приняты с двух сторон. Но в загс не спешили, ссылаясь на амбициозную подготовительную для создания семьи программу. Из десяти пунктов не выполненным оказался только один – постройка коттеджа. На него и несла конверты с купюрами многочисленная родня летом. Маня с Глебом тоже не поскупились, выделив из своего скромного бюджета целых 50 000 рублей. После торжества она с племянницей не виделась. Но по праздникам они созванивались, Алина поздравила тётушку с днем рождения. Маня тогда пряталась с электронной сигаретой в кустах сада клиники, от завхоза. И звонок племянницы выдал её преследователю. Но о противостоянии некурящего больничного завхоза и Мани, чуть позже. Полгода прошло, и теперь над этим сюжетом можно только посмеяться. Племянница и её муж не курили и могли похвастаться отменным здоровьем. А тётке Маше и собственной мамаше, Алина грозила скорым и неминуемым раком легких. И делала это так, что, Маня с кузиной, если Алина была недалеко, вооружившись сигаретами тоже прятались.

Сейчас она разговаривала с племянницей по «Максу», но видео не включала, чтобы не смущать малышку неизменной сигаретой.

Зато сама любовалась молодой парой и выслушивала пожелания к Новому году. Племянница уже назвала четыре дежурных – счастья, удачи, настроения и любви. Но тут включился её благоприобретенный супруг и прокричал:

- Здоровья! Во всех частях тела.

Потом картинка ожила, парень из зоны видимости исчез, сверху что-то шмякнулось в Алинкино плечо. Послышалось «Ой» и связь прервалась.

Маня облегченно вздохнула, решив, что Дмитрий поскользнулся, и потянул за собой супругу, они вечно ходили под руку, пара свалилась на дорогу, а телефон улетел в сугроб. Но Манюня была вежливой тётушкой, мигом написала «Надеюсь у вас всё в порядке. Свяжемся позже».

Машинально она пролистала сообщения в «Максе», дохлом Ватсапе и Телеграмме. Картинки сыпались со всех сторон как снег за окном.

Наверное, у всех так – раза три в год по разным мессенджерам сыпятся картинки с поздравлениями. 8 марта Маня часами гадала кто это желает ей «Простого женского счастья». Мужа накануне прооперировали и все вокруг знали, как она бедолага мается, встречая женский день в обнимку с тревогой. И присылали пожелания в соответствии с обстоятельствами – будьте здоровы или утверждениями - всё наладится. Покумекав, Маня тогда вычислила адресата, – корректор из красковской газеты. Интересно, а как бывшая её редакция, корреспонденты, верстальщики общаются сейчас между собой или нет? Они же все остались на месте, только Маня раздарив свои шесть шуб, переселилась в Европу. Убежденная, что «зелёные» любой натуральный мех или разрежут, или обольют краской. Ошибалась, песцы и норки конечно не катались в варшавском метро и не разгуливали по улицам Праги. Но частенько выходили из машины и перемещались к ближайшему ресторану или бутику. Хотя у Мани закралось подозрение, что эти дамы скорее всего из Украины или России. Привычка демонстрировать всем и каждому своё богатство, как хвост потянулась за ними при переселении в «цивилизованные» страны.

У каждого свои ценности, и они меняются со временем до неузнаваемости. Сегодня, перед Новым годом, близкие и знакомые наперебой желают Мане и Глебу здоровья. А друзья из прошлого, не осведомленные о ситуации, «Удачи в бизнесе. Счастья. Любви. И веселого праздника!». Спасибо, и удача, и любовь и счастье нужны. Но поверх здоровья. Не обязательно богатырского, пусть будет умеренным, которое позволяет заниматься привычными делами, и не вгрызается страхом в мысли. Болеть конечно плохо, но можно, а вот жить своими болячками, смакуя их в каждом разговоре, - полное безобразие.

После двух длительных пребываний в клиниках, зачастили со своими звонками бывшие товарки по палатам или прогулкам. Это пополнение знакомых, естественное явление. Разные люди делают операции, проходят курс облучения или реабилитации. В Манином списке появились: фермер из Краснодара, наездница из цирка, предпринимательница из Белгорода, крестьянка из-под Курска. Люди рассказывали свои жизненные истории, проявляли характеры, прощались выписываясь. А потом начинались звонки.

- Мне дали инвалидность! Фу! – Тёзка из Белгорода сообщила новость так, будто выиграла в лотерею миллион. - Ты ещё не оформляла?

Маня доложила, что лечащий врач предложил ей принести копии всех документов, посетить несколько врачей разного профиля. Вроде бы для оформления инвалидности.

- Когда вызовут, смой маникюр! Ни в коем случае не подводи глаза, а лучше надень платочек и жалуйся на всё подряд. А главное без пудры и румян. Можно синеватые тени под глазами положить.

- Зачем?!

- Ну чтобы картина получилась – краше в гроб кладут!

У Мани по спине пробежали мурашки.

- У них что там не комиссия, а просмотр персонажей для съёмок ужастиков?

- Не знаю, что у них, важно, что будет у нас!

У нас получалась скидка на коммунальные услуги, бесплатные лекарства, которых как правило нет в аптеках, и кажется бесплатный проезд в общественном транспорте. Стоит ли ради бесплатного автобуса, на котором Маня всё равно почти не ездит, устраивать костюмированный спектакль перед комиссией?

Тёзка ещё минут двадцать докладывала о самочувствии. Перечисляла какие укрепляющие капельницы ей поставили для поднятия иммунитета. Маня слушала про магний, витамины и прочие составные препарата, и решила, что ей тоже такой коктейль в вену не помешает.

- Спасибо, тоже у своего доктора попрошу назначить.

- Шутишь! Это надо купить! Не меньше пяти штук. 20 000 рублей каждая. – Цену белгородская Людмила озвучила с гордостью.

Маня перевела расходы в трехмесячную пенсию и решила заместить магний увеличением длительности ежедневных прогулок. Во-первых, бесплатно, во-вторых полезно – дотопал до магазина, закупился по мелочи, и обратно.

Перед Новым годом отметились все больничные знакомцы, кроме крестьянки из-под Курска. Маня вспоминала эту сладкоежку чаще других, и решила, что позвонит Лиде сама, узнает, как там её корова по имени Бридждит, и если не справилась с ожогом при лучевой терапии, то порекомендует крем, который ей лично помог. Ещё бы. Специальная разработка НИИ, купить его можно только в одной аптеке одного города в Калужской области. Впрочем, теперь можно и заказать с доставкой.

- Чего тянуть, сейчас и позвоню!

Маня ввела пин-код, и увидела новое сообщение от племянницы Алины:

- Поставили на лапу аппарат Елизарова. Едем домой. К врачу через неделю… Прорвемся!

И вмиг забыла про курских Лиду и Бриджит.

- Пипикни как будете дома, и коротко о том, что случилось. Аппарат Елизарова применяют при сложных переломах. При падении ломается, как правило рука, ну летишь, выставил руку и бац перелом. Чаще всего закрытый. Сама Маня падать боится, – косточки старые хрупкие. Маня ещё включила воображение, первым из экрана исчезает Дмитрий, потом раздается Алинкин «Ой!», она конечно падает на мужа, он смягчает её шлёп. Слава богу! Аппарат Елизарова поставили не племяннице. А Дима, ну что ж – так распорядилась судьба. А как он с аппаратом машину водить будет? Что на руку его поставь, что на ногу. Или бедняжка вынуждена будет ходить пешком? Говорила же ей Маня – Получай права! Поленилась. И не написала, что сломали – «...поставили на лапу», ну и сленг у этой молодежи! Какая лапа? Передняя или задняя?

Маня опять попробовала дозвониться, гудки идут, а абонент не чешется. Верно говорят хуже нет ждать и догонять. Ждать особенно. Неизвестный «Ой!» так и гремел в Маниных ушах. Лучше всего рассказать кому-нибудь, и тогда неизвестность разделится, и будет давить на фантазии, тревожными глыбами, не на два плеча, а уже на четыре. Лучше всего было бы рассказать Глебу, но он отправился наматывать свои оздоровительные шаги. Явится через полтора часа к приему пищи. Это долго. И Маня набрала дочурку. Летом они ослабили занавес молчания, вели раз в неделю легкие разговоры, не акцентируясь на проблемах. Внуки, зять и дочь приняли установку Глеба, – новости для мамы могут быть только хорошими!

- Тебе Алина не звонила? – Маня сразу приступила к делу.

- Вчера. Звала на массаж. Но ехать далеко. А что?

И Маня рассказала про «Ой», «Шмяк» и аппарат Елизарова.

- Повезло. – Подвела итог дочурка.

- В чем?

- Ну если через час уже аппарат установили, значит скорая отвезла пострадавшего в больницу, там сделали снимок и всё что необходимо. Повезло что упали на обычной городской улице, а не в каком ни будь клятом коттедже, как я.

- Как ты? – Маня похолодела. – Что-нибудь сломала?

- Успокойся это было летом, связки потянула. Но ступить на ногу не могла. Вызвали скорую, они обезболивающий вкололи и велели на следующий день идти к травматологу.

Дочь конечно принялась уговаривать эскулапов отвезти её сразу в больницу. С болью до утра ещё дожить надо. А без снимка вообще непонятно, что там. Пока шли дебаты, медикам поступил сигнал – в городке на улице, за воротами их коттеджа, женщина споткнулась через забор и сломала ногу. Медиков предупредили, дама здорово под шафе. Матерится на всю улицу, так что везти её надо не в приличную больницу, а поскромнее. Дочурка, услышав сообщение предложила:

- Давайте я тоже махну пару рюмок коньяка и лягу за калиткой. Повезёте нас попутно!

Медики шутку оценили, но забирать пострадавшую не стали…

Маня слушала и думала, что о травме единственной и неповторимой кровиночки, узнала только полгода спустя, да и то случайно. Может следует расширить рамки общения? И включить в сообщения не только хорошие, но и просто важные новости…

Они ещё немного поболтали. Средний внук решил не мучиться до 11 класса, а уже после 9-го отправлятся в колледж. Какой? Пока выбирает. В 15 лет рано определяться в жизни, а в 17-ть по нынешним временам уже поздновато. Лоботрясу бюджет не светит, в табеле сплошные тройки. Зато в стрелялках парню равного нет. Для колледжа сомнительный аргумент, но дети, избалованные достатком, серьёзно пробуют себя в жизни потом, когда их отключают от дотаций из семейного бюджета. Старший внук живое тому подтверждение. Но эту тему они с дочуркой быстренько свернули, – она из разряда плохих новостей.

Глеб действительно вернулся за три минуты до еды. Он топтался в прихожей призывая на помощь Маню. Надо было помочь снять рюкзак. Свой жена снимала самостоятельно, но благоверный упрямо подтягивал ремни так, чтобы рюкзак плотно прилегал к спине. В магазине, загрузив однопроцентный кефир, продавщица помогала рюкзак надеть, а дома Маня, уже снять. По полу расползлись лужицы, муж нетерпеливо притопывал и едва освободился от ноши, мигом, прямо в сапогах и куртке рванул в туалет. И уже оттуда спросил:

- Ты чего такая смурная?

Про Алинкины «ой, шмяк и аппарат Елизова», она поведала мужу уже на кухне. Добавив сюда и летнюю дочкину травму.

- Было такое, в конце июля. А зачем тебе рассказывать, всё равно помочь не сможешь. И с Алинкой так, что бы там они себе не сломали, – ты не врач. Расскажут – посочувствуешь. Спросят – посоветуешь, у тебя по вывихам, переломам и растяжениям богатый опыт сосуществования.

Глеб старательно выбирал из горбуши мелкие косточки, и занудно вразумлял Маню. Она, как под гипнозом успокоилась и переключилась на привычные новости. Трамп встретился с Зеленским, в Кремле ждут звонка. Эстонская разведка пришла к выводу, что русские не собираются нападать на Тарту и Таллин. Цыганские тинейжеры замучили русского парня на съемной квартире. На Дворцовой площади в Питере, ветер раскачивает ёлку… Жизнь вошла в привычное русло. В каждой избушке свои погремушки, а новости одни на всех.

Глава 2

Алина, с её аппаратом Елизарова, не выходила из головы весь четверг и на следующий день. Нет, Маня конечно не ходила по дому, причитая «Алина, деточка ну просто набери тётке пару словечек, и бедолага спокойно продолжит протирать свои хрустальные вазочки к новогоднему столу…».

Ёршики, метелочки, бутылочки со всякими спреями периодически сменялись в руках хозяйки айфоном, стоило ему пикнуть. Вот и сейчас аппарат подал слабый звонок, это новинка сезона «Мах». Наверное, у племяшки наконец окончательно гикнулся ватсап и она наконец установила себе, рьяно рекламируемую платформу, чтобы связаться хотя бы с родными. Так и есть – по связи года, Маню пожелала узреть Фаиночка, наездница из цирка. Когда они познакомились в парке балашихской клиники, просила называть её просто Фая, мол так короче. Маня готова была называть эту искромётную, невысокую, удивительно подтянутую особу, как только она не пожелает. В гнетущей больничной обстановке, где одни ещё дожидались операции, а другие уже скользили тенями по коридорам с мешочками и баночками на боку после наркоза, лицо и голос Фаи пробивался жизнеутверждающим лучиком. Маня понимала цирковое прошлое никакой резекцией не удалишь. Прямая спина, плоский живот, подтянутые ягодицы. Жёлтая футболка плотно облегает Фаину грудь четвертого размера. А когда она идет тебе на встречу, то раскидывает в стороны руки с раскрытыми ладонями так что ты не сомневаешься, – девушка именно тебя ждала целую вечность и теперь готова обнять, прижать, потом отодвинуть, не выпуская из рук и снова заключить в объятьях. Фая с мужем, несколько лет, после травмы выходили на арену клоунами. Пока она не восстановилась, чтобы снова прыгнуть на спину лошади и в сверкающем костюме нестись на ней по кругу. А клоун — это не просто шутки и акробатические номера, грим и маски. В первую очередь это жесты. Каждый из которых, сам по себе должен говорить. Поэтому Фая предпочитала видеосвязь. Они плотно общаются полгода и уже успел выработаться ритуал:

- Как ты, моя дорогая? Сисечка не беспокоит?

- Спасибо всё отлично. А ты?

Фая отходит от камеры, задирает футболку и на Маню смотрят две идеальные, хорошо очерченные груди, как выпеченные кексы, украшенные на макушке сливой с полукруглой основой.

- Ожог прошел, спасибо твоей мази. А вот шов тянет.

Вишнёвый ноготок, не касаясь кожи ведёт линию от сливы до подмышки и останавливается там, где Маня и сама с тревогой каждый день прощупывает добротный узел.

- Ну такая манера у твоего хирурга. – Утешал Маню местный специалист скальпеля и иглы.

Хирург у Мани с Фаей был один, только оперировались она на два месяца позже. А потом судьба послала Мане подружку, которая демонстрируя ей рисунки, которыми раскрашивали грудь перед сеансом лучевой терапии, просто и ясно объясняла перспективу послеоперационного восстановления. Важность откачки лимфы, чтобы та не пробила себе новые пути и не превратила руки в обвисшие подушки. Коварство лучевого аппарата способного помимо нужной зоны, прожарить и гортань и всё, что попадется на пути лучей. Уроки Маня усвоила, так что для лучевой терапии выбрала другую клинику.

Но о болячках Фая и Маня практически не говорили, – обсуждать где тянет, колет и стреляет все равно что погружаться в трясину болезных. А из неё они не сговариваясь выбирались. Маня своими сказками, Фая работой. Она давно уже не скачет на лошадях, они с мужем после его инфаркта оставили свои завидные новогодние заработки. Упакованные костюмы Деда Мороза и Снегурочки висели себе в шкафу. Фокусник Имом реабилитировался в бассейне, зарабатывал шуруповёртом в режиме муж на час. А сама Фая, едва закончив лечение, отправлялась красоваться на кассе в ближайшем от дома супермаркете. На фоне привычной торговли окорочками, виноградом, пивом и прочей снедью, в этом универсаме происходили удивительные истории, которыми Фая не скупясь делилась с Маней.

- 31-го я как всегда работаю. Мы закроемся в 22.00, а потом решили провести корпоративчик. Всякие салаты приготовили по домам, а мандаринов, нарезок и выпивки у нас и на рабочем месте достаточно. Я уже предупредила мужа что не знаю в каком году вернусь домой.

Маня и Фая с удовольствием смеются.

Традиционные предпраздничные женские поздравлялки, обычно не обходятся без перечисления меню и обмена новыми рецептами. От такого Маня изящно уклонилась.

- У нас на праздничном столе будут салфетки, свечи и для декорации бутылка шампанского. Яблочный компот я уже сварила, цвет такой же. Вместо пузырьков хлопушки. А селедка под шубой, оливье и традиционный еврейский салат с сыром, яйцами, чесноком и майонезом не входит в предписанное доктором меню.

- А мандарины? Их то можно!

Маня помотала из стороны в сторону головой и увидела на экране звонок, айфон сообщал что он полезный. Но Алинка могла разбить свой аппарат, испортив в снегу симку. Теперь купила новый, и зная, что согласно безопасности, многие не отвечают на звонки по незнакомым номерам, пометила свой как «полезный». Абонент упрямо прорывался, Маня коротко рассказала подружке про алинкины «шмяк и ой», попрощалась. Но ответить не успела. Полезный абонент отключился, и его номер упорно не отвечал.

Маня в 48-й раз набрала племянницу, послушала гудки и вздохнув дала отбой.

Алина исчезла, как и её мамочка 32 года назад. 32? Точно, и как раз 31 декабря. Правда потом, когда Маню, как наперсницу своей двоюродной сестры, пытали родственники. Стало ясно, что исчезновению Нади предшествовали такие события, которые оставляли вполне себе твердую надежду. Её никто не похитил, чтобы получить выкуп, не держал в подвале ради сексульных утех. В моргах и клиниках Нади не оказалось. Следователь сообщил, что кузину в последний раз видели в 19.30 у метро «Площадь восстания». Она попросту могла сесть в любой московский поезд и укатить в столицу. Вполне, документов тогда для приобретения билетов не требовалось. А в столице у Нади, как раз и жил предмет её страсти. Доктор Евгений Лукашин. Маня вынуждена была озвучить эту фамилию следователю. А пока московские сыскари проверяли квартиру эскулапа, осведомленный супруг обзвонил всех, кого мог и сообщил:

- Лично я искать эту п…ку не собираюсь. Если найдете вы – скажите, что мы с дочкой её не ждём и забыли в тот самый день, когда она отправилась, как бы к стоматологу, а сама укатила к любовнику на случку.

Версия с любовником Мане казалась абсурдной, Лукашин был женат и растил двух дочурок. Жена после выхода на экраны фильма «Ирония судьбы» включила мощный радар ревности и просвечивала им любые передвижения бедолаги. Она пребывала в твердом убеждении, что сюжет и даже сценарий для фильма надиктовал именно её муж, основываясь на собственных похождениях. Надю в квартире Лукашиных не нашли, но семейные отношения, сыщики испортили основательно. Хирург Лукашин однажды умудрился позвонить Мане с работы, чтобы поинтересоваться, не появилась ли Надежда. А заодно и отчитать бедолагу как следует. Маня оправдывалась как могла, а Лукашин пригрозил:

- Жизнь она такая – попадёшь ко мне на стол, как пить дать допущу врачебную ошибку. И рука Мань, не дрогнет. Поверь! - Лукашин хихикнул. Или представил, как раскромсал предательницу своим самым острым скальпелем. Либо предлагал принять угрозу как шутку.

Тогда Маня успокоила себя быстро – с какой стати ей оперироваться в Москве? Добровольно она к докторам не ходит, а если что и случиться, то питерская «Скорая» доставит её в ближайшую больницу Северной Пальмиры. А потом, она надеялась, что Надя скоро появиться, какие бы романтические призывы не увели её от родного дома, а материнский зов вернет сестру в родной дом. Периодически кто-то видел Надю то на Дальнем Востоке, то в репортаже из Мурманска. А сама Маня погналась по узкой улице не Северной, а настоящей Венеции за рыжей Надюхиной гривой. Она бежала и звала, лавируя в плотной туристической толпе. И почти догнала, но двадцатипятилетняя Надя прыгнула в экскурсионную гондолу. Молодой мужчина подхватил двумя руками её тонкую талию. Маня смотрела и удивлялась - с талией у Нади всегда были проблемы. И ещё – как она умудрилась так сохраниться. 25 было сестре, когда она исчезла, на момент встречи в Венеции прошло еще 26. Значит, полтинник! Возрастная математика отрезвила Маню, как раз в том момент, когда Глеб догнал жену и отдуваясь уточнил:

- Какая муха ЦЦ тебя цапнула?

- Её звали Надя…

Муж утащил благоверную в ближайшую открытую кафешку и потребовал рассказать всё подробно. Она и поведала… Старая грустная история не испортила им отдых.

- Здесь достаточно своих исторических призраков, чтобы ещё гоняться за питерскими. – Подвел итог благоверный. Они плавились на солнце, в кафешке из двух столиков, прижатых к стене, посматривая издалека на колонну Святого Теодора. Это было 8 лет назад. Тогда легко можно было говорить в Европе на русском, и никакие странные личности, завернутые в жёлто-синий флаг, не испортили бы им настроения.

К 8 годам ребенок успевает выучить азбуку и освоить письменную грамоту. Родители знают какое это достижение, первые оценки в школе. А мир за это время, разучился считать, анализировать и понимать. Глеб с Маней приехали в Россию на похороны, и остались, бросив всё в Латвии. Когда началась СВО, стало ясно что навсегда.

Испуганные войной, придавленные утратами они поселились у Глеба в Москве, тогда-то Маня познакомила его с Алиной. Племянница Глебу не понравилась.

- Вызывающе самоуверенная. Снобка каких мало. – Заявил муж, но общаться с племянницей Мане не мешал. Тем более что разбросанные по удаленным друг от друга московским районам Маня с Алиной, предпочитали онлайн разговоры. Недолгие, но тёплые. Так что были в курсе дел друг друга.

Алинка росла дочкой полка, состоящего из тётушек и ещё живых бабушек. Её перевозили с дачи на дачу, подбрасывали родственникам, которые отправлялись в отпуск к морю. Надин муж признал Надю покойницей, и женившись второй раз обзавелся близнецами. Ветвь новой родни Алину не обижала, но близняшек любила больше. Когда девочка поступила в медицинское училище, то переехала к Маниной тётке Симе. Своей бабушке по материнской линии. Мол ближе к метро, удобней ездить на учебу. Но ослепленная любовью Сима дала внучке такую волю, что пару раз она, как и её мамочка, пропадала из дома, то на два, то на три дня. Помятуя собственные домашние трибуналы, Маня теперь сама собрала судилище по Алинкину душу. Трибунал помог, Алинка теперь отчитывался о своих планах не только перед бабушкой Симой, но перед Маней. Так общими усилиями и довели девочку до диплома. Работать она поехала в Москву, дядя Женя Лукашин пристроил девочку в хорошую клинику и похоже умудрился вправить ей мозги. Жизнь реально шла по кругу, именно в Москве Маня попала в больницу со своими спайками. Да ещё в ту самую клинику в которой Лукашин заведовал хирургическим отделением. Слава богу он больше не оперировал, но Маню навестил. Сначала как доктор с обходом, а потом как человек, с которым они знакомы больше трех десятков лет.

Как доктора Лукашина, во главе стайки врачей в белых халатах, Маня ни с собой, ни с Надей не связала? Она даже не знала какая фамилия у этого невысокого, слегка полноватого врача, который вышагивал впереди медицинской делегации.

- Как себя чувствуем? – Поинтересовался толстячок, и его роговые очки спустились на кончик носа.

- Есть хочу и пить. – Пожаловалась Маня.

- Похвальные желания. – Пробормотал толстяк и шагнул к следующей койке.

Маню уже неделю кормили капельницей и снотворным. Раз в два дня отправляли на первый этаж проходить рентген. Сегодня назначен очередной, кажется пятый. Поразмыслив Маня решила, что дело её труба, раз операцию не делают. На все вопросы по диагнозу лечащий с нерусской фамилией говорил:

- Разбираемся.

А медсёстры советовали пойти и как следует поговорить с врачом. Маня похудела так, что с неё сваливались пижамные штаны, и когда наконец собралась поговорить с лечащим, как раз и натолкнулась на табличку: «Заведующий хирургическим отделением Лукашин Е.А.».

- Неужели «Ирония судьбы» в реальном исполнении? – Ахнула она. Доплелась до палаты и рухнула в безнадёжность.

Через день к ней пришёл Лукашин, хоть и в халате, но как человек задал несколько вопросов и стало ясно, он тот самый Евгений, а она та самая Маня.

Потом она пожаловалась:

- Мне ничего не говорят. Надо готовиться к худшему?

- Готовиться всегда надо к лучшему! А доктора, что б ты милочка знала, народ суеверный и осторожный – мало ли что.

Что завотделом сказал лечащему Маня не знала, но уже через день её прооперировали. Было это 30 января…

Когда Лукашин ушёл, баба Рима с соседней кровати спросила:

- Правильно сказал – Осторожно, доктор.

Маня собиралась поправить соседку, но та достала яйцо, сваренное в мешочек и сунула его в рот. Маня проглотила слюну и молча отвернулась к стене.

До Нового года оставалось три дня. Что за напасть с этими Новогодними праздниками. Стоит достать гирлянды, как за ними проникают всякие неприятные сюрпризы. Маня Набрала Алину, и в очередной раз послушала длинные гудки. Аппарат Елизарова, значит доктор. До Нового года три дня. Заколдованные дни какие-то.

Глава 3

За два часа до боя Курантов, Маня отправила Алине на телефон поздравительную открытку. Глеб привлёк к изготовлению своего шедевра весь доступный искусственный интеллект, и по животу возрастного Деда Мороза и Снегурочки пенсионерки пустил незамысловатую надпись. «С новым годом. Глеб и Маша». Маня долго всматривалась в лицо Снегурочки увеличивала снимок до тех пор, пока по лбу не пошли квадратики и пошлепала к мужу.

- Как ты научился разглаживать морщинки?

- Какие?

Маня приблизила пальцы к вискам:

- Эти.

- У тебя их нет. – Соврал муж.

- У меня есть зеркало! – Огрызнулась Маня.

- Неправильное у тебя зеркало. Ты смотришься в увеличительное, да еще в очках. А надо в обычное.

- И в темноте. – Съехидничала Маня. – Мне конечно приятно, но адресаты не поверят, что это ты и я. К каждой картинке приходится делать приписку, мол всмотритесь это мы.

Глеб озадаченно посмотрел на жену, почесал ухо:

- Мне не веришь, поверь ИИ.

Маня поправила очки и приблизилась к экрану, там верхом на лошади нёсся Дед Мороз с лицом Глеба. Огненная кобыла, а сверху как туча, праздничный персонаж в алом камзоле. Здесь вокруг глаз Глеба веером расположились морщинки. Впалые после болезни щеки прикрывала мощная борода, размером раза в два больше лошадиной гривы.

- Твой ИИ ничего не соображает в пропорциях. Лошадь на первом плане, а дед на втором. Но твоя голова больше лошадиной. Получается оседлал старик килограммов под двести, жеребенка и несётся пока у бедного животного не проломится хребет. Защитники живой природы за такую картинку автора пристрелят.

- Картинки никто не защищает, - Отбился муж, и обижено засопев, вернулся к своему творчеству.

Время тикало, на подоконнике Маня уже собрала всё для Нового года. Не хватало малюсенького штришка – живой еловой ветки. За ней они намеревались сходить сразу как стемнеет. «Сразу» наступило пять часов назад, а муж похоже забыл о запланированной краже. Маня оставила любимого творить и принялась облачаться в теплый костюм. Попробует отпилить веточку ножом для резки хлеба. Она положила тесак на полку в коридоре и уже застегивала сапоги, когда её диверсионная задумка была раскрыта.

- Ты куда это собралась?

- Воровать. – Честно призналась Маня. Общественная ель росла прямо на углу дома в котором они жили. В прошлом году Маня тоже срезала кусачками, там пару веток. Брала в самом низу, и утонув в снегу, с трудом справилась с задачей. Ветки быстро осыпа́лись, так что сейчас она намеревалась срезать лапу не целиком, а только верхнюю часть длиной не больше 40 сантиметров. Парадная красная ваза, с медными оленями на подставке, просто не устоит под ветвью выше.

- Не ходи без меня. – Распорядился Глеб. И оглядев супругу в пуховике шапке и теплом костюме открыл дверь:

- Погуляй пока у подъезда, а то распаришься и будешь чихать.

Маня вспомнила как выставляла в подъезд уже готовую к зимней прогулке дочурку, а сама быстренько натягивала куртку и сапоги. Трехлетняя малышка стояла там, где она её оставила.

- Мама, я стояла и смотрела чтобы меня никто не украл. – Однажды сообщила она.

- У нас в парадной воров нет. – Попробовала она успокоить ребенка.

- Зимой они везде. Кая прямо через окно Снежная королева унесла. Знаешь, как страшно.

Включая мультик, Маня собиралась просто занять на время ребенка, а не напугать его…

На улице никого не было, Глеб тоже не торопился, скоро она поняла свою ошибку, вытащенные для просушки перчатки остались дома на батарее, а без них руки стали промерзать. Жаль не взяла с собой телефон, Глеб бы их прихватил. Маня направилась к подъезду, навстречу ей вышел благоверный. Тут же принялся снимать телефоном окна с новогодними огнями, Маню и невесть откуда выкатившегося французского бульдога. С ним Маня была знакома шапочно. Пока прогревалась машина Маня смотрела на окна, а на первом этаже пёс смотрел на неё. Часто один, иногда с ребёнком. Семья поселилась здесь летом, а теперь за полтора часа, но нового года довелось познакомиться лично. Бульдог оказался не просто девочкой, а ещё и тезкой. Маня узнала об этом когда хозяйка, выскочив из подъезда принялась звать своего питомца. Маня в ошейнике ныряла в снег, крутилась на газоне, отчаянно виляла филейной частью и настойчиво предлагала соседке поиграть в догонялки.

- Вышли погулять загодя, потом народ салютовать начнет. Малышка испугается. – Пояснила хозяйка, потом спохватилась и поздоровалась:

- С наступающим!

- И вас также и тёзку мою тоже. – Маня кивнула на собаку, соседка смутилась.