Читать книгу: «Компаньон»

Глава 1

Уже половина четвёртого, а Патрика всё нет. Боже! Как можно работать с болваном, который даже на встречу не может прийти вовремя? Раньше таких проблем с ним не возникало. Он всегда приходил вовремя на сделки. Что же в этот раз пошло не так? И на сообщения он не отвечает. А телефон выключен. Я снова взглянула на часы и раздражённо выдохнула. Прошло сорок минут. Наверно, было ошибкой назначать встречу в свой обеденный перерыв. На будущее - нужно выпрашивать отдельное время для этого. Ладно, скажу Доу правду. Пусть сама с ним разбирается. Пора возвращаться.

— Счёт! крикнула я официантке и щёлкнула пальцами.

Девушка обернулась, едва заметно кивнула и ушла за чеком. У меня появилась пара свободных минут, чтобы в тысячный раз оглядеть место, которое я выбрала для встречи с Патриком. Уютное. Светлые стены, кафельный пол. Большие окна, розовый тюль и тяжёлые бордовые портьеры. Вежливый персонал. Даже есть живой уголок несколько растений в кадках и большой аквариум с экзотическими рыбками. Мебель тоже в светлых тонах, много вычурных вензелей в общем, барокко, как в музее. А ещё за окном хороший вид на городской маяк. Говорят, он давно не работает. Но он расположен в исторической части города, и власти не спешат его сносить всё-таки достопримечательность.

Наконец подошла официантка с чеком. Три чашки кофе обошлись в двенадцать долларов. Ух... Стрясу их с Патрика за бессмысленно потраченное время. Я положила купюры поверх чека, вернула его девушке и собралась уходить. Складывала в сумку документы на покупку нескольких гаражей те, что должен был подписать Патрик, когда на столик упала тень.

— Не возражаете? спросил низкий мужской голос.

Я подняла глаза. Мужчина лет тридцати. Одет, что называется, с иголочки: дорогой серый костюм, пиджак нараспашку, волосы зачёсаны назад. И в отличной форме белая рубашка обтягивала торс так, что это бросалось в глаза.

— Вообще-то, я кое-кого жду... то есть ждала. Но, очевидно, этот кто-то уже не придёт, так что я ухожу. Присаживайтесь, стол свободен.

— Досадно. Если честно, я подошёл к этому столику только из-за вас.

Я моргнула. На его лице не дрогнул ни один мускул он говорил это так, будто обсуждал рост цен или сводку новостей за прошлый год.

— Вот как? И чем же я обязана такой чести? спросила я с лёгким сарказмом.

— Не сочтите меня сталкером, но я наблюдал за вами. И мне показалось, что вы чем-то раздражены. Он выдержал короткую паузу. Кажется, не ошибся. Просто хотел поднять вам настроение.

Определённо, самый оригинальный подкат из всех, что я слышала. Обычно мужчины спрашивают: «Почему такая красотка сидит в одиночестве?» или «Вы верите в любовь с первого взгляда?» и прочую чушь, на которую ни одна женщина уже не клюёт. Но этот был другим. Я смотрела на него с прищуром, пыталась уловить подвох. И не находила.

— Мило, осторожно сказала я. Но меня это не интересует. И я уже опаздываю.

— Тогда, может, я вас подвезу? спросил он всё так же спокойно.

Вот теперь стало немного подозрительно. Я догадывалась, что этот парень не так прост. Едва ли теперь получится говорить с ним непринуждённо. И вообще нужно поскорее заканчивать беседу, а заодно и избавиться от липкого холодка, пробежавшего по спине.

— В этом нет необходимости. Я на автобусе.

— Бросьте. Сейчас час пик. В автобусе не протолкнуться.

В этом он был прав. И тем не менее ситуация грозила стать опасной. Какие ещё аргументы я могла придумать?

— Знаете, мама не разрешает мне садиться в машины к незнакомцам.

Это была самая глупая отговорка, которую только можно было вообразить. Но в критических ситуациях ничего более умного в голову не приходит. Мужчина усмехнулся и представился:

— Ральф. Ральф Ортега.

Он протянул руку. Скорее машинально, чем осознанно, я ответила на пожатие, но сама не представилась. Ральф продолжил:

— Теперь ваша мама разрешит мне подвезти вас?

Голос разума твердил: бежать. Часы насмешливо напоминали, что поездка на автобусе обернётся опозданием. Но и садиться в машину к этому Ральфу было безумием. Это ведь вопрос здравого смысла.

— Извините, мистер Ортега, но я откажусь от вашего щедрого предложения и всё-таки прокачусь на метро. Счастливо оставаться.

Я схватила сумку и быстро направилась к выходу не станет же он останавливать меня? А на улице поймаю такси и доеду до работы. Шум города резко контрастировал с тишиной кафе. И поймать такси в час пик тоже оказалось идеей не из лучших. Но надежда умирает последней, ведь так?

— Всё ещё будете отказываться от моей помощи? раздался его голос за спиной.

Я обернулась. Он улыбался, явно предвкушая близкую победу. И я готова была сдаться. До конца обеденного перерыва оставалось десять минут, и без него я стопроцентно не успею к Доу вовремя. Придётся потом объясняться, а Доу не любит ждать.

Возможно, я сейчас совершаю самую большую ошибку в своей жизни, но я согласилась. Через минуту уже садилась на заднее сиденье серого «Шевроле Лачетти». Обычный автомобиль, какой может позволить себе каждый второй житель Хазервилля. Хотя это могло говорить и о том, что Ральф Ортега офисный клерк или сотрудник службы безопасности, учитывая его форму. Хотя какая мне разница? Он просто подвезёт меня до работы, а дальше мы больше никогда не встретимся. Так зачем забивать голову?

— Благодарю вас, мистер Ортега, сказала я.

— Ральф. Зовите меня Ральф. Так куда вас отвезти? довольно спросил он.

— Площадь Тюдоров, пожалуйста.

— Хм... Там есть картинная галерея, торговый центр, парк развлечений и агентство недвижимости. Куда вам?

— В агентство недвижимости.

Чуть слышно загудел мотор, и в следующую секунду мы тронулись. Ехали молча, и меня успокаивала эта тишина, пока Ральф не нарушил её:

— Так вы агент по недвижимости? спросил он, глядя в зеркало заднего вида.

Его серые глаза смотрели то на меня, то на дорогу. Я колебалась, отвечать ли. Хотелось доехать молча, но этот человек помог мне. Хотя бы из вежливости:

— Нет, я стажёр. Выполняю мелкие поручения риелторов.

— Интересно... И нравится вам эта работа?

— Я вполне довольна, я выдавила улыбку и отвернулась к окну, давая понять, что не расположена к беседам.

Ральф понял. Снова воцарилась тишина, только слышался приятный звук мотора. А потом он свернул с маршрута. Мы больше не ехали на площадь Тюдоров. Я понятия не имела, куда.

— Куда мы едем? голос сорвался на панику. Остановите, я выйду.

— Мишель, послушайте... он обратился ко мне по имени. Которого я ему не называла.

— Откуда вы знаете моё имя? Кто вы? Чего вы хотите?

К панике прибавилось полное непонимание. Если ещё пару секунд назад я допускала, что Ортега просто хочет сократить путь, то теперь была уверена: происходит что-то страшное. Возможно, это мой последний день.

Но даже если так сдаваться я не намерена. Я дёргала ручку дверцы, била кулаками по спинке сиденья, стучала в окна в надежде, что кто-то обратит внимание. Тщетно. Кричала на Ральфа, требовала выпустить. Он лишь повторял моё имя и просил успокоиться. Как же! Я снова отвернулась к окну, забарабанила по стеклу, не жалея рук. Никто не слышал меня и не видел через тонированные стёкла. Паника росла, слёзы подступали к горлу, тело начала пробивать мелкая дрожь.

А потом всё прошло. Осталось только оцепенение.

Характерный звук заставил меня замереть. Щёлкнул затвор пистолета. Ни криков, ни слёз, ни резких движений ничего. Я медленно повернула голову и увидела перед собой чёрный ствол.

— Прости, я хотел по-другому, устало выронил Ральф.

Раздался тихий выстрел, я почувствовала резкий укол в плечо - и мир погрузился во тьму.

Глава 2

Сначала появился звук. Гудящий звук флуоресцентных ламп. Потом вернулось обоняние. Пахло пылью и медикаментами. Я поморщилась и медленно подняла веки, давая глазам привыкнуть к яркому свету.

Где я?

Голые белые стены и потолки. Пара маленьких окон и... больше ничего не видно с моего ракурса. Нужно осмотреться тщательнее. Я стала поворачивать голову сначала в одну сторону, потом в другую. Получилось медленнее, чем хотелось, но зато удалось рассмотреть кое-что ещё. Справа от меня, почти во всю стену, зеркало. Рядом стол с кучей бумаг и монитором. На мониторе мигали несколько зелёных точек, что-то было написано. Но мне не прочесть слишком мелко. Слева небольшая тумбочка и стул.

В голове туман, как после большой дозы снотворного. Мыслить адекватно и реагировать быстро было трудно, но отчего-то я воспринимала всё с удивительным спокойствием. Где-то глубоко, под слоем химического равнодушия, копошился ужас. Я знала, что должна бояться, но тело пока не слушалось. Захотелось встать. Однако мозг, затуманенный снотворным, реагировал с задержкой.

В этот момент открылась дверь, отвлекая моё и без того рассеянное внимание.

— Здравствуй. Рада, что ты очнулась.

В помещение вошла женщина с длинными светлыми волосами, заплетёнными в толстую косу. В белом халате и квадратных очках.

— Меня зовут Хельга, представилась она. Сейчас мы проверим твои жизненные показатели.

Она прошла к столу с монитором и некоторое время смотрела на зелёные точки то приближала, то удаляла картинку пальцами по сенсору. Затем повернулась ко мне и с улыбкой сказала:

— Похоже, всё в порядке. Как сама себя чувствуешь?

Нужно было ответить. В нынешнем состоянии я думала лишь об одном. Об этом и сказала:

— Ничего не понимаю. Всё как в тумане.

— Ах, это... Ты была слишком буйной, и Ральфу пришлось вколоть тебе дозу сильного снотворного. Ты проспала двенадцать часов. Но не переживай, это скоро пройдёт. Тогда мы и ответим на все твои вопросы. А пока приходи в себя.

Я хотела спросить - где я и почему? Но язык не слушался. А Хельга уже закрыла дверь снаружи.

Она просто ушла. Оставила меня одну.

Мысли путались, но одно было ясно точно. Меня всё-таки накачали снотворным.

Потянулись долгие минуты одиночества под надоедливый гул ламп. Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно в голове стало проясняться. Возвращалась способность анализировать, а вместе с ней — и воспоминания. Я вспомнила, как оказалась здесь.

Ярость завладела мной мгновенно.

Я вскочила с места это оказалась больничная кушетка и быстрым шагом направилась к двери. Хотелось выплеснуть всё на Ральфа Ортегу. С силой толкнула дверь и будто врезалась в стену. Подняв голову, я увидела того, из-за кого пробыла без сознания неизвестно где больше двенадцати часов. Было страшно оказаться в незнакомом месте с незнакомыми людьми, но злость была сильнее страха. Я поняла, как смогу застать его врасплох, пока он не ждет.

— Ах ты!.. мой кулак прошёлся по его левой скуле.

Как я и думала - его голова дёрнулась влево. Это дало мне мгновенное преимущество. Захотелось снова заставить его почувствовать боль за эту "приятную" поездку. Поэтому я замахнулась снова. Но в этот раз Ральф был готов. Он молча перехватил мою руку в полёте.

— Мерзавец! процедила я сквозь зубы и пнула его по голени.

Всё с тем же невозмутимым лицом он перехватил меня, развернул спиной и прижал к груди. Я больше не могла сопротивляться в таком положении. Ярость всё ещё бурлила внутри, но Ортега держал слишком крепко, чтобы я не могла двигаться. Оставалось только стиснуть зубы и ждать, когда он меня отпустит.

— Всё в порядке, агент Ортега?

Мы оба повернулись в сторону голоса. К нам приближался хмурый высокий мужчина в узких кожаных штанах и армейских берцах. Тёмные волосы были собраны в пучок на затылке. Вид у него был такой, будто он все итак уже знает. Мужчина остановился в двух шагах от нас, и я подумала: вдруг это мой шанс отомстить Ральфу? Если пожалуюсь этому незнакомцу вполне возможно, Ортеге достанется.

— Нет! выкрикнула я.

Но одновременно со мной ответил Ральф:

— Да!

Незнакомец вскинул бровь и посмотрел на державшего меня мужчину. Под этим пристальным взглядом Ральф меня отпустил. Я быстро отошла от него, не забыв одарить ядовитым взглядом. Страх никуда не делся, а с приходом этого серьезного на вид мужчины он удвоился. Я была словно в ловушке, и вряд ли мне удастся спастись от двух крепких парней. Нужно занять оборонительную позицию и приготовиться к худшему исходу.

Казалось, мужчину в берцах совсем не беспокоило происходящее. Словно всё это для него в порядке вещей.

— Я агент Купер, представился незнакомец. Думаю, у тебя много вопросов, а у меня как раз есть на них ответы. Вернёмся в медицинский блок. Разговор будет долгим.

Ральф буквально втолкнул меня обратно в помещение, где я провела последние несколько часов. Внутри меня все сжалось в тугой узел. Ещё немного, и я впаду в истерику. Ортега усадил меня на кушетку, а сам отошёл к зеркалу, прислонился к стене и сложил руки на груди со своим невозмутимым видом. Наверняка через это зеркало за нами кто-то наблюдает.

— Итак, Мишель, сказал Купер, усаживаясь на стул рядом с кушеткой, что ты помнишь?

Снова он назвал меня по имени, которого я ему не называла. Откуда они меня знают? Но страх заставлял меня отвечать на вопросы, а не задавать их.

— Помню, как он, я указала пальцем на Ральфа, стоявшего у зеркала, похитил меня. Зачем?

Вопрос был адресован ему, но остался без ответа. Зато Купер отмалчиваться не стал.

— Я отвечу, сказал он. Ты отказывалась успокаиваться, и агенту Ортеге пришлось принять крайние меры. Выстрелить в тебя дротиком со снотворным. Но не об этом речь. Добро пожаловать в Отдел по борьбе с нечистью города Хазервилля.

— Нечистью? бесцеремонно перебила я. Я не знала, чему удивляться больше: серьёзности, с которой он говорил об этих небылицах, или тому, что это говорит взрослый человек.

— Я не терплю, когда меня перебивают, в голосе Купера послышались недобрые нотки.

Я вся снова сжалась. Стало не по себе. Кто знает, что он выкинет в следующую секунду. А учитывая наши с ним габариты, последствия моих слов могут плохо для меня кончиться.

— Наш Отдел это специальное подразделение, призванное скрыть от людей само существование всех злодеев из детских сказок, продолжил он. Попасть к нам большая честь, и выпадает она не каждому. Тебе стоит быть благодарной за этот шанс. Потому что мы создатели всех фантастических историй на бумаге!

Купер замолчал, и я поняла, что могу задать вопрос.

— Всё это, конечно, увлекательно, но при чём здесь я? Если вы приглашаете меня в какую-то секту то я против. Могу я теперь вернуться домой?

Маленькая искорка надежды ещё теплилась во мне надежда, что всё это розыгрыш и меня скоро отпустят.

— Исключено. Оракул назвала твоё имя, и мы обязаны тебя обучить.

— Ещё и Оракул? меня уже душил истерический смех.

На лице Купера не было ни капли иронии, ни даже тени улыбки. Он просто повернулся к Ральфу, наблюдавшему за нами, и кивнул ему. Тот подошёл к монитору, нажал несколько клавиш на сенсоре и двинул бегунки вверх.

С каждым движением бегунка мне становилось всё хуже. Воздух в лёгких иссякал. Внутри росла паника. Я пыталась сделать вдох и не могла. К лицу прилила кровь. Я хваталась за горло, будто там было что-то, что мешало дышать. Но ничего не было.

— Уровень адреналина резко подскочил, а уровень кислорода в мозге упал почти до критической точки, прокомментировал Ральф, глядя на монитор, где часть зелёных точек стала оранжевыми и жёлтыми.

Купер махнул рукой, и Ортега начал возвращать бегунки в исходное положение. По мере того как они приходили в норму, стабилизировалось и моё состояние. Я стала жадно глотать воздух, пытаясь нормализовать сердцебиение.

— Что это было? отдышавшись, спросила я.

— Наказание за издёвку, объяснил Купер. Видишь те показатели? Он посмотрел на монитор. Я кивнула. Они твои. С их помощью мы можем контролировать твою силу, ловкость, скорость и прочее. Можем наделить тебя мощью, а можем убить, лишив кислорода. Думаю, впредь ты сначала подумаешь, прежде чем дерзить мне.

Купер говорил это с видом победителя. Так говорит человек, который любит власть. Любую. Во всех её проявлениях. Будь то политика или жизнь человеческая.

— Но как? осторожно спросила я.

— Мы имплантировали тебе чип с необходимой программой. Он есть у всех агентов. Ведь ты скоро станешь одной из нас.

Нет, это не может быть правдой. Не может быть? Должно быть, я просто уснула за бумажной работой и вижу дурацкий сон. Нужно просто ущипнуть себя и всё закончится. Я так и сделала. Но ничего не изменилось. Я была в том же помещении, с теми же людьми. И только едва заметное красное пятно на предплечье говорило о том, что я пыталась проснуться. Мысли начали лихорадочно собираться в один непонятный клубок, от которого становилось страшнее с каждой минутой.

— Адреналин снова подскочил, сообщил Ральф.

— Дозу успокоительного, непринуждённо отозвался Купер.

Уже через пару секунд я начала чувствовать лёгкость и спокойствие. Сердце больше не грозилось выпрыгнуть из грудной клетки, руки перестали дрожать. С удивлением я посмотрела на Купера. Он усмехнулся и продолжил:

— Итак, мы выполняем всю грязную работу в Отделе, а именно загоняем этих тварей обратно туда, откуда они вылезли. Потому что мы воины. Безжалостные. Хладнокровные. Эффективные.

Он назвал ещё пару эпитетов, которые позволили мне догадаться, что этот человек очень любит себя. И у него есть явный комплекс Бога. Остальную часть о том, что агенты должны делать и какими быть, я слушала вполуха, сверля взглядом Ральфа, который даже не обращал внимания на моё недовольство.

— Итак, чуть громче сказал Купер, возвращая мой взгляд на себя, ты должна усвоить пять дисциплин: история, правила и законы Отдела; общая физическая подготовка; владение огнестрельным оружием; боевые искусства; тактика и стратегия. Обучение начнётся завтра. На всё три месяца. Потом мы отправим тебя на задание в качестве практики.

Ничего себе, список. Да на усвоение половины этого нужно больше времени, чем он дал на всё обучение.

Это были последние слова, сказанные агентом Купером, прежде чем выйти за дверь. Ральф смотрел ему в спину, пока дверь не закрылась. Потом перевёл взгляд на меня.

— Кажется, я должен извиниться, произнёс он уже без высокомерия и стали в голосе, которые я слышала всего несколько минут назад.

— Ну что ты, съязвила я. Вовсе нет. Продолжай играть роль парня, у которого всё под контролем.

Я обиженно отвернулась от него, но услышала его усталый вздох.

В общем, извини, - сказал он мне в спину, и я вдруг подумала, что могу узнать у него все, что меня волнует с момента пробуждения в этом месте.

Где я? - спросила я ровнее, с надеждой на его ответ.

Тебя интересует география или здание? - задал ответный вопрос он, но с той же усталостью, - Узнаешь всё постепенно. Иначе получится слишком много информации для тебя.

Честно. Справедливо. Но это так же говорило о том, что я здесь очевидно надолго.

Почему я? печально спросила я.

Оракул назвала нам твое имя. Но почему - не сказала.

Я всё ещё не могла поверить в происходящее. Как в это вообще можно поверить? Мне уже не пять лет, чтобы верить в сказки.

Допрос окончен? холодно спросил Ральф.

Нет, - резко ответила я,ещё один вопрос: как вы... ну...имплантировали чип?

— Вкололи, пока ты спала.

— Поверить не могу! Скажи, что всё это неправда.

Осознание, что все происходит в реальном времени, вызвало во мне истерику. Непрошеные слёзы начали предательски скатываться по щекам. Я не хотела плакать. Но слишком долго держала это в себе, и у моей психики случился сбой.

— Чёрт! сказала я, растирая слёзы по всему лицу

Хельга зайдёт к тебе через пару минут. Увидимся завтра.

Он вышел бесшумно. А может, я была слишком поглощена размышлениями обо всём, что сегодня произошло, чтобы заметить его уход.

Всё это было непонятно и, откровенно говоря, мне не интересно. Я просто хотела вернуться к своей прежней жизни и вычеркнуть из памяти весь этот день. Это всё чушь и насмешка! Совершенно не моя история. Пожалуйста, пусть всё окажется нелепой шуткой.

Однако все эти манипуляции с моим самочувствием и телом были вполне реальными.

Именно в этот момент я поняла: как прежде уже не будет. Всё будет по-другому.

Глава 3

Хельга застала меня смотрящей в одну точку. Я больше не плакала. Более того — не выражала никаких эмоций. Меня будто опустошили. Мозг пытался свыкнуться с реальностью и найти хоть какой-то намёк на то, что это чей-то дурацкий розыгрыш. К такому ведь не готовятся заранее. Это как прыгнуть с крыши многоэтажки и не успеть сгруппироваться.

Хельга молча села рядом, заботливо положила руку мне на лопатки. Никто не спешил нарушать тишину, пока я не начала бормотать свои мысли вслух:

— Моя жизнь разрушена. Всё, чем я жила, кончено. Что теперь делать? Это не для меня, понимаешь? Я всего лишь стажёр в агентстве недвижимости. Меня вполне устраивало такое положение дел. Моя мечта прожить жизнь тихо и размеренно. Когда-нибудь встретить человека, за которого захочется выйти замуж. Родить детей. Возможно, завести кошку или собаку. Купить маленький домик где-нибудь у моря и просто наслаждаться этими моментами. А теперь что? Кто я сейчас? Охотница на водяных и кощеев? Бред! Даже звучит глупо. Ну почему я?

После последней фразы стена равнодушия рухнула окончательно. Вновь захотелось плакать. Это был крик души. Весь мой страх, нежелание находиться здесь, моё бессилие всё нашло выход через слёзы. Невысказанная злость сменилась тупой безнадёжностью. Я плакала почти бесшумно, только плечи подрагивали.

Хельга, слушавшая меня внимательно, ответила так же тихо:

— Я понимаю тебя.

— Неужели? всхлипнула я с ноткой иронии.

— Ты ведь не думала, что агентами Отдела рождаются?

Сказать по правде, я вообще об этом не думала. Мысли были заняты тем, как не чокнуться. Я не собиралась придавать лицу какое-то особое выражение после вопроса Хельги, но она почему-то решила, что я в замешательстве. А у меня не было ни сил, ни желания её переубеждать.

— Отделу несколько сотен лет, и, естественно, агенты не живут вечно, продолжила она. Эликсира бессмертия не существует. Они сменяются. И поверь мне, каждый из них проходил то же, что и ты сейчас. Я тоже была на твоём месте. Сначала всё кажется диким, странным и нелепым. Но потом все свыкаются со своей новой ролью. У всех нас была другая жизнь до Отдела, но спроси сейчас любого — никто не вспомнит о ней с тоской, она просто станет другой главой. Очень скоро ты и сама начнёшь думать, что была агентом всегда.

— Разве это возможно? слабо отозвалась я.

Хельга положила руку мне на плечо и ободряюще улыбнулась.

— Идём. Пора показать тебе твою комнату.

Она взяла меня за руку и вывела из медблока. Мы оказались в длинном коридоре со множеством дверей. На пути встречались люди, и все они смотрели на меня по-разному. Кто-то с интересом, кто-то с сомнением, а кто-то и вовсе с неприязнью. Но никто с жалостью.

— Свежее мясо! раздался чей-то голос.

Я завертела головой, пытаясь вычислить, кто крикнул, безрезультатно. Зато этот возглас заставил меня стушеваться и искренне пожелать оказаться где-нибудь в другом месте.

— Не обращай внимания, сказала Хельга. Не все агенты отличаются умом и сообразительностью. Хотя работу свою выполняют хорошо.

От её слов легче не становилось. Я шла как затравленное животное, пугаясь каждого резкого движения и громкого звука. К счастью, шли мы недолго. Девушка остановилась у двери с номером 4625.

— Это твой индивидуальный номер агента.

Она толкнула дверь, и та с лёгким щелчком поддалась, впуская нас в просторную светлую комнату. Здесь было всё необходимое: кровать, стол, пара кресел, шкаф, книжный стеллаж и даже тренировочный манекен. Надо признать комната впечатляла.

— Надеюсь, ты не против фиолетового? спросила Хельга.

— Всё в порядке... Наверное, ответила я, разглядывая стены, шторы и постельное бельё в фиолетовых оттенках. А для чего он?

Я кивнула на манекен в углу. Девушка отмахнулась:

— Агенты используют его во время зарядки. И, увидев мой ошарашенный взгляд, добавила: Ну, или можно просто выместить на нём злость в сложные периоды. Она открыла шкаф. Я позволила себе наглость и купила тебе несколько вещей. Но если хочешь, можешь пользоваться своими.

Шкаф был наполовину заполнен одеждой. Никакой романтики только ремешки, шнурки, пояса, множество карманов. И конечно, тёмные тона.

— Это «несколько»? удивилась я.

— Ну-у-у... потянула Хельга, вновь рассматривая вещи, это базовый минимум. Тебе что-нибудь ещё нужно?

«Моя прежняя жизнь...» пронеслось в голове. И тут меня осенило. Кажется, я нашла способ сбежать.

— А-а-а... начала я издалека, Хазервилль ведь маленький город. И если сегодня здесь пропадёт человек, то завтра об этом будут знать все и везде. А меня не было дома уже два дня, верно?

— Я знаю, к чему ты клонишь, перебила Хельга. И уже поговорила об этом с Купером. Он, в целом, не против. Но одну не отпустит. Тебя уже объявили в розыск. Одна из твоих коллег очень волновалась и пришла в полицию. Им, конечно, сообщили, что ты уволилась по семейным обстоятельствам, но нашлись те, кто не поверил.

— Но... от удивления я не знала, что сказать: слишком просто. Ведь для заявления прошло мало времени.

Хельга пожала плечами:

— Видимо, тот, кто его подал, умеет убеждать. Купер зайдёт к тебе чуть позже.

И она ушла, оставив меня наедине с собой.

Кто мог заставить полицию взять заявление раньше времени? У меня не так много знакомых, которым моя судьба была бы небезразлична. Может, Доу? Переживает, что я не вернулась после несостоявшегося обеда с Патриком? Вряд ли. Даже она на такое не способна. Как же тогда?

Мне было о чём подумать. И эта комната как нельзя кстати. Здесь не было ламп, так мешающих размышлять. Не было яркого света, раздражающего глаза. Тут было... хорошо.

К счастью, я живу одна, и некому переживать за моё отсутствие. Раньше мне было грустно от одиночества, а теперь я мысленно благодарила вселенную, что так вышло. Готова ли я к такому крутому повороту? Могу ли всё бросить и жить здесь? А хочу ли? В детстве я мечтала о приключениях, но эти мечты остались там. Сейчас я выросла, и у меня уже другие мечты. Кто-то назовёт мои желания скучными. Я же зову их надёжными. Зачем мне выходить из зоны комфорта? Кем я буду здесь? И получится ли? А если нет позволят ли вернуться домой?

Так много вопросов и ни одного ответа.

Со вздохом я откинулась на кровать и прикрыла глаза. Несколько минут полной тишины помогли привести мысли в порядок. Наверное, я бы уснула, если бы резко не открылась дверь. Я подскочила от неожиданности.

Это был Купер.

— А если бы я была голой? возмущённо бросила я незваному гостю.

— Меня это не волнует. Прежде всего, ты моя подчинённая.

Говорил он бесстрастно. Как и полагается начальнику. Его действительно не волновало, в каком виде я перед ним предстала. Куда важнее было отдать приказ и убедиться, что агент понял его верно.

— Итак, тебе нужно замести следы. Полиция уже начала поиски. Вернись в прежний дом, на работу и скажи, что переезжаешь в другой город по семейным обстоятельствам. После возьми всё необходимое, если таковое имеется, и возвращайся. Теперь мы и Отдел твой дом.

— Но люди начнут задавать вопросы, заметила я. Что мне им отвечать?

— Это твоя задача. Ты умная, вот и придумай. Сочини правдоподобную историю. Он начинал раздражаться.

Не любит, когда ему задают вопросы. Неприятный человек.

— Хорошо. Сколько у меня времени?

Мне показалось, что вопрос был уместен. Неужели начинаю привыкать? Эта мысль вызвала лёгкий испуг и мгновенное отрицание очевидного. Ладно, разберусь в себе позже.

— Одного дня будет достаточно, приказным тоном ответил Купер.

— Всего день? Но...

— Отставить, агент Вуд! Приказ нужно выполнять!

Впервые он назвал меня по фамилии. Это пугало. И он открыто говорил о моей работе, будто знал, где я работаю... Вернее, работала... Неужели они знают обо мне всё?

Но я понимала: желание спросить, поспорить или просто предложить вариант получше - могут выйти мне боком. Нельзя начинать сотрудничество с плохой ноты. Поэтому я просто сжала кулаки, разжала и сквозь зубы проговорила:

— Приказ ясен.

— Отлично. С тобой отправится агент Ортега. Кажется, у вас отлично получается работать вместе.

Что это? Издёвка? Он специально провоцирует меня? Проверяет самоконтроль? Или сразу пытается показать, что легко и приятно тут не будет? Неважно. Всё равно у меня появился шанс.

— Агент Купер, я вполне могу справиться сама, твёрдо сказала я.

— Это приказ! Агент Ортега доложит о результате, когда вы вернётесь, рявкнул он.

Вот он. Единственный шанс сбежать только что растаял. Похоже, я здесь застряла. Но Купер не может контролировать меня вечно. Однажды он ослабит бдительность. Или однажды я научусь обходить этот чёртов чип. Непрошеный ком подступил к горлу. Я сглотнула. Громкий окрик Купера заставил меня вздрогнуть. Если мне и суждено остаться в этом кошмаре точно придётся долго привыкать к его фирменному стилю общения.

— Есть, выдавила я, борясь с эмоциями.

— Через час Ральф зайдёт за тобой, уже ровнее и спокойнее ответил он.

С его уходом даже дышать стало легче. Но на душе оставался осадок. Я словно заключённая с некоторыми привилегиями. За мной приставлен надзиратель. Купер исключил все возможные варианты моего спасения на данном этапе. Но однажды...однажды всё должно получится.

Ральф пришёл ровно через час. Я уже была готова. Он молча вывел меня из здания и повёл к своему «Шевроле». По пути я оглянулась. Хотелось увидеть, где мне предстоит жить. Особняк. Одноэтажный, но внушительный. Я будто смотрела на промышленный завод только чище и по масштабу сравнимо.

Сегодня Ортега был немногословен. И прекрасно. У меня тоже не было желания говорить с ним. Скорей бы закончить и избавиться от его общества.

— Предпочитаешь заехать сначала на работу или домой? спросил он неожиданно.

— У меня теперь нет дома. Давай в агентство. Потом за вещами.

Спокойствие, с которым я это сказала, меня напугало. Неужели я так легко отказалась от прежней жизни? Что со мной происходит?

— Желание дамы закон, ответил Ральф.

Я оставила его фразу без внимания. Наверное, он пытался разрядить обстановку, но мне было не до веселья. Прямо сейчас рушится всё, чем я жила. И нужно стойко выдержать этот удар.

Больше мы не говорили. Тишина не напрягала. Наоборот, помогала настроиться на положительный исход и обдумать возможные последствия. Мы проезжали мимо порта с ржавый кранами и одинокими криками чаек, а через минуту - мимо сияющего торгового центра. Хазервилль - это город, где старое и новое стояли плечом к плечу, не замечая, друг друга.

Когда мы остановились у агентства, я поняла, что так и не придумала причин, по которым якобы уезжаю.

Ральф старался быть галантным: открыл дверцу, подал руку, помог выйти. И даже предложил локоть, чтобы я опиралась. Это было лишним. Перед дверью здания я сделала глубокий вдох и постаралась придать лицу безмятежное выражение.

Нас встретили с удивлением. Новенькая на ресепшене, которую наняли пару недель назад, приветливо улыбнулась. Я тоже выдавила улыбку и спросила, где найти Доу. Она ответила, что та на месте. Поблагодарив девушку, я оставила Ортега у дверей и прошла к кабинету лучшего агента года Джейн Доу так гласила табличка на двери.

— Мишель? искренне удивилась женщина, выбежала из-за стола и обняла меня. Где ты была? Всё в порядке? Почему ты исчезла? Я волновалась!

Я старательно пыталась держать лицо. Даже коротко улыбнулась в ответ:

— Всё в порядке. Я цела и невредима. Прости, нужно было позвонить, но я потеряла телефон.

- Слава богам! - с облегчением ответила Доу, а потом серьёзным тоном добавила, - Больше так не делай.

- Насчет Патрика. Он тогда не пришёл... - стала оправдываться я.

— Забудь Патрика, перебила Доу, У нас намечается сделка покрупнее. И ты, моя хорошая, станешь её ключевым звеном. Правда, здорово?

Её оптимизм пугал. Она так быстро забыла, что меня не было два дня.

— Кстати, об этом... я замялась. Что ей сказать? Тебе уже должно было прийти мое письмо, что я уезжаю из города... Но если нет, то значит, я зашла не зря.

Доу настороженно посмотрела на меня:

— То есть как?

— Да, в другой город. Я... Мозг судорожно пытался придумать уважительную причину столь скорого отъезда. Я взглянула назад, туда, где за дверью ждал Ральф, и мысль пронзила меня стрелой. Выхожу замуж.

— Замуж? снова удивилась она.

— Это случилось спонтанно. В том кафе. Мы познакомились, сразу поняли, что влюбились, и Ральф сделал мне предложение. Но он живёт в другом городе, а здесь был проездом по работе. В общем, сегодня ночью я уезжаю к нему.

Всё это время Доу слушала внимательно. С каждым словом её брови поднимались всё выше и вот-вот должны были выйти за пределы лба. По окончании моей пламенной речи она, не меняя выражения лица, сказала:

— Ты сейчас шутишь?

— Нет. Хочешь, познакомлю вас с моим женихом?

И, не дожидаясь ответа, я позвала Ральфа. Увидев его, Доу как-то странно отшатнулась. А Ортега напрягся. Почему? Может, они знакомы?

— Это Ральф, мой жених, я прижалась к его плечу, вызвав в нём некоторое недоумение. Но мужчина смог сдержать эмоции и подыграл.

— Приятно познакомиться. Извините, что забираю у вас такую ценную сотрудницу, но я без неё жить не смогу. Скажите, это вы подали заявление о пропаже Мишель?

— Да, но... неуверенно начала Доу. На её лице явно читались страх и непонимание. Мишель, не думаю, что выйти замуж так скоро хорошая идея. Вы ведь совсем незнакомы.

— А вы знакомы? спросила я.

— Что? она перевела испуганный взгляд на меня. Нет, что ты. Просто... хочу сказать...

Ральф не дал ей закончить. Крепко взял меня за руку и, бросив напоследок «Заберите заявление», увёл из агентства. Это было странно. Подозрительно и непонятно.

— Что происходит? спросила я, когда мы выехали на шоссе.

— Как давно ты знаешь эту тварь?

Он имел в виду Доу. Точно. Но говорил о незнакомом человеке так оскорбительно. Мне стало обидно за коллегу.

— Полегче! Я знаю её дольше тебя. Она нашла мне место в агентстве, когда там не было вакансий. Я обязана ей хотя бы за это. Ты мог бы отнестись поуважительнее к моей коллеге, даже если она тебе не нравится. И вообще ты её напугал. Вечно ходишь с хмурым видом? Научился у Купера?

— Дело не в том, что она мне «не нравится», перебил Ральф. А в том, что Джейн Доу это сирена.

Глава 4

— Какая ещё сирена? возмутилась я, будто он оскорбил меня лично.

— Та, что своим голосом заставляет людей делать то, что ей хочется, раздражённо ответил Ральф. Он был встревожен.

— Что? Но это же выдумки... Я хотела посмеяться, но тут же вспомнила, с кем еду. Или нет?

Ральф посмотрел на меня как на глупышку, вопросительно подняв бровь. Он сейчас шутит? Первым порывом было засмеяться, как от неудачной шутки, но лицо парня оставалось каменным. Внезапный приступ страха пробежал по спине мурашками. Боже, во что я ввязалась? Нет, не так. Во что меня втянули?

— Она поняла, кто я, сказал Ортега, стискивая руль так, что побелели костяшки.

— Поэтому она испугалась, заключила я. В голове начал складываться пазл. Странное поведение Доу уже не казалось таким уж странным.

— Нужно доложить Куперу, а потом разобраться с твоей подругой, твёрдо сказал он. С этими словами он нажал на сенсоре часов несколько кнопок. И через мгновение раздался голос Купера:

- Агент Купер слушает.

- В городе сирена. Весьма необычная, - коротко доложил Ральф.

Из часов послышался напряженный вздох начальника, а следом очередной приказ:

- Доложишь по прибытию.

А потом связь прервалась. Ральф вновь нажал какие-то кнопки и вернул руки на руль.

С испугом я спросила у своего напарника о том, что напугало меня в его словах:

— Что значит «разобраться"? - теперь я боялась не за себя за Доу. Вы же её не?..

Заканчивать фразу не хотелось. Но этого и не требовалось. Ральф понял всё без слов.

— Мы не убиваем нечисть. Всего лишь отправляем туда, где им место. Сирены, к примеру, живут в морях и океанах. Но иногда, как твоя коллега, выходят на сушу. И это всегда плохо.

Мысли путались. Сердце гулко стучало. Ральф был напряжён. Казалось, даже тишина между нами наэлектризована. Мне хотелось задать множество вопросов, но я понимала, что сейчас не время.

Так мы и доехали до моего теперь уже бывшего дома в молчании. Я не стала брать всё. Взяла только самое необходимое, в надежде, что всё же вернусь в свою уютную тихую жизнь и квартиру.

— Что с ней будет? спросила я, с грустью закрывая дверь на ключ.

— Я уже говорил отправим обратно... терпеливо ответил Ральф, но не умея прятать раздражение.

— Я не о Доу. О своей квартире.

— Оу. Наверное, её продадут.

— А как же мои вещи?

— Ты взяла всё, что нужно?

— На первое время.

— Ладно, разберёмся позже. Сейчас нужно заняться сиреной. Медлить нельзя.

Было видно, что ему не доставляет удовольствия катать меня по городу. Наверняка он хотел бы быть сейчас в другом месте. Возможно, даже в составе отряда по устранению какой-нибудь нечисти. И абсолютно всем было плевать, что происходит у меня на душе. Они хотят, чтобы я стала одной из них, но никто не желает разделить со мной это тяжёлое время перемен. Ну, разве что Хельга.

Ральф разогнал свой «Лачетти» до девяноста километров в час. Прокатились, можно сказать, с ветерком. Как же он спешил доложить, принести важные новости. Аж тошно. Не люблю выскочек и так нарвалась. В своей голове я уже множество раз высказала весьма нелестные слова о своём сопровождающем. Если бы он умел читать мысли — мои бы ему точно не понравились. К счастью, это невозможно. Хотя теперь ни в чём нельзя быть уверенной.

Приехали мы действительно быстро. Первым делом Ортега довольно грубо потащил меня к Куперу. Пробираясь через встречных агентов, я пару раз столкнулась с ними плечами. Это было неприятно.

— Полегче, пробурчала я Ральфу. Не кобылу ведёшь.

— Поверь, кобылу я бы вёл куда нежнее, усмехнулся он.

Он что, только что меня оскорбил? Ну нет. Я этого так не оставлю. Я замахнулась для хорошего подзатыльника, но Ральф уже открыл одну из дверей. Мы оказались в большом зале. Света здесь было мало. За освещение отвечали те самые надоедливые флуоресцентные лампы. Вдобавок к их гудению шум от множества мониторов и гул людских голосов. Здесь было куда больше народу, чем в коридоре. Сколько же агентов вообще в Отделе?

— Агент Купер, задание немного вышло из-под контроля. Её коллега оказалась сиреной.

Начальник развернулся. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Он осторожно, но настойчиво поинтересовался:

— Надеюсь, ты разобрался с ней?

— Нет, замялся Ральф. Согласно статье номер два Устава, нельзя применять силу в присутствии людей.

Купер громко втянул носом воздух. Послышался долгий выдох. Только потом он продолжил должно быть, таким образом восстанавливал эмоциональный баланс.

— Досадно. Тогда разберись с ней, когда рядом не будет свидетелей.

— Отсюда вытекает вторая проблема. Ортега старался не смотреть в глаза Куперу, и я понимала почему. С каждым сказанным словом ему было сложнее контролировать себя. Вот оно отсутствие выдержки у того, кто видит цель и не видит препятствий. Сирена каким-то образом сразу поняла, что я из Отдела. Наверняка сейчас она строит маршрут, чтобы исчезнуть.

— Идиот! Купер наконец потерял терпение и крикнул так, что даже я вздрогнула. Как ты мог открыться перед людьми?

Ральф держался стойко. Только дергал щекой. Будто сдерживал себя, чтобы смолчать. Но я всё равно почувствовала желание защитить его.

— Я не знал, что она там будет, небрежно бросил он. Никто не сообщал, что в городе сирена.

Купер утробно зарычал. Затем повернулся к агентам у мониторов и грозно спросил:

— Что за умник не предупредил о сирене?

В ответ тишина. Виновный не хотел признаваться. А может, его и не было в этом зале.

— Простите, агент Купер, но у нас не было этих данных. Родары молчат, робко отозвался молодой парень, сидящий у мониторов.

— Как вы могли её прошляпить? не унимался Купер. Он подошёл к мониторам и принялся нажимать на кнопки панели, которые отвечали ему слабым писком. Каждый раз ругался, когда система не давала нужной информации.

Никто не пытался его успокоить все терпеливо ждали, когда приступ гнева закончится.

— Это невозможно! закричал Купер и ударил кулаком по столу, заставив подчинённых отшатнуться. Как сирена могла не попасть на наши родары? на секунду он задумался, а потом сделал весьма дельное замечание, - Либо в нашей системе сбой, либо ей помог кто-то из своих. Я все выясню.

Он повернулся к нам лицом. Прошёлся раздражённым взглядом по каждому и остановился на мне. Ты! Что ты знаешь о сирене?

От неожиданности я стала оглядываться в надежде, что кто-то подскажет, что делать. Но все молчали. Очевидно, отвечать придётся мне.

— Она устроила меня в агентство, когда там не было мест, от волнения я вывалила информацию слишком сбивчиво и быстро.

— Когда? рявкнул Купер.

— Пару лет назад. Я начинала понимать Ральфа, который при разговоре с Купером лениво смотрел совсем в другую сторону. Сейчас мне совсем не хотелось встречаться с начальником взглядом.

— Неужели тебе не показалось это странным? спросил он меня.

И снова это ужасное чувство где-то в груди, когда тебя отчитывают. В этот момент хотелось просто провалиться сквозь землю или исчезнуть что угодно, только не быть здесь, под пристальным взглядом Купера.

— Доу сказала, что смогла договориться, чтобы меня взяли стажёром и прикрепили к ней, выговаривала я правду. И только боги знают, как мне было стыдно.

— Как ты сказала, её зовут? Купер сощурил глаза.

— Джейн Доу.

Не успела я договорить, как по залу прокатился раскатистый смех Купера. Я смутилась. Но только я. Все остальные, вероятно, уже привыкли к таким перепадам настроения своего начальника.

— Джейн, чёртова, Доу! Само имя говорит о странности.

— Откуда мне было знать? защищалась я, ощутив внезапный порыв смелости. Нужно было лучше выполнять свою работу. И чтоб вы знали Доу не похожа на... нечисть. Она добрая.

На некоторое время в зале снова воцарилась тишина. Никто не возразил. Боялись гнева начальника? Или были согласны со мной? Я осмотрелась агенты Отдела молчали. Удобную позицию заняли наблюдательную.

Мои размышления прервал разочарованный вздох и последующая реплика Купера:

— Что за свора недоумков? Он потёр переносицу двумя пальцами. Всё приходится делать самому.

Он развернулся к мониторам и начал отдавать приказы, щёлкая пальцами в воздухе:

— Джонсон, проверь все родары и камеры наружного наблюдения по городу. Сирена не могла исчезнуть бесследно. Уиллис, возьми отряд и попробуйте выследить её следы. Езекиль, проверь следы других тварей вдруг ещё кого-то упустили. Ортега, ты и Вуд вернётесь в агентство.

Что? Зачем мне тоже ехать? Я ведь ничего не умею. Хотелось возразить, но Ральф сделал это за меня:

— Агент Вуд ещё не активирована. Сейчас она как балласт. Один я справлюсь быстрее.

— Верно, согласился Купер, и я уже готова была выдохнуть с облегчением. Но он продолжил: Однако она знает её на два года дольше тебя и может быть полезна, если сирена не найдётся нашими традиционными методами.

Я хотела выругаться. Крепко. Но вряд ли это что-то изменило бы. Такого, как Купер, мало что могло переубедить. Он привык действовать на поражение. И не знает вкуса поражения сам. Хотя... можно обернуть эту ситуацию в свою пользу.

— Хорошо, но мне нужен телефон, сказала я.

— О, ты будешь торговаться?заинтересованно спросил Купер. Занятно. Так и быть. Пусть это будет подарком взамен старому, который мы... кхм... скажем так, изъяли.

Надо быть глупцом, чтобы не понять, что на самом деле стало с моим прежним телефоном. То же, что и с прежней жизнью. Его просто стёрли.

— Выходите сейчас, скомандовал Купер и потерял к нам всякий интерес, уткнувшись в мониторы. Интересно, что все это время будет делать он? Сидеть здесь и ждать, пока его люди, возможно, рискуют своими жизнями.

Боже, что я несу? Я же не верю во всё это.

— Пошли, напарник, буркнул Ральф и поплёлся к выходу.

— Значит, балласт? припомнила я ему по пути из зала.

— Будешь спорить? равнодушно спросил он.

— О, ещё как! ответила я, едва поспевая за ним. Ты ничего не знаешь о...

Закончить мне не удалось. Ральф резко повернулся и почти со злостью сказал:

— Я знаю, что наша работа очень тяжёлая и опасная, и неподготовленному бойцу придётся ой как несладко. Но всем плевать, что такие новобранцы могут погибнуть. Для меня ты обуза, потому что вместо того, чтобы эффективно выполнять свою работу, я буду заботиться о твоей безопасности.

Ему совсем не нравилось, что Купер отправил меня с ним. И он не пытался это скрывать. Я понимала, что я для Ральфа как чемодан без ручки. У меня нет ни знаний, ни навыков. Но признаться в этом ему? Нет уж, увольте! Хотя, как сказал Купер, у меня есть преимущество. Я знаю Доу. За два года работы мы провели вместе достаточно времени, чтобы я могла с девяностопроцентной точностью предположить, где её искать. В драке я бесполезна это верно. Но я не глупа и в случае чего смогу спрятаться.

— Есть аргументы «против»? язвительно спросил он, уже точно зная, что выиграл этот спор. Чудесно! А теперь сделай одолжение просто замолчи.

Наверное, будет разумно послушаться. Всё же он - агент. Да, заносчивый и высокомерный. Но это не умаляет того, что Ральф Ортега знает своё дело. И в целом знает об этом мире больше меня. Но, чёрт возьми, как же хотелось, чтобы последнее слово осталось за мной. Ничего, я ещё смогу ответить. Чуть позже.

Мы снова оказались в его машине и снова ехали на мою бывшую работу. Ехали молча, пока уже по традиции Ральф не нарушил тишину:

— Уверен, её больше нет в агентстве. Она знает, что за ней идут, и, вероятнее всего, сейчас заляжет на дно. Как бы смешно это ни звучало. Есть версии, где её можно найти?

— Но Купер сказал, нам надо вернуться в офис, напомнила я.

Минуту он сомневался. Размышлял. А потом сказал:

— И потратить драгоценное время и бензин на пустышку? Её нет там. Думаю, Купер простит мне парочку нарушенных приказов за двадцать лет безупречной службы.

Я вздохнула. Попыталась напрячь память, вспомнить всё, о чём Доу говорила вне работы. В голову пришла только одна мысль:

— У неё есть маленький домик у озера за городом. Или, как она сама говорит, «место силы». Я как-то привозила ей туда документы по сделке.

— Мишель, это гениально! восторженно сказал Ральф. А ты не так бесполезна, как я думал.

— Это комплимент? иронично спросила я.

— Факт. Показывай дорогу.

Отчего-то я улыбнулась. То ли от гордости, что Ральф признал моё превосходство. То ли от смущения, что мужчина мной восхитился. В этот момент даже он не казался мне неприятным. Однако показывать своих чувств я не собиралась, а потому с готовностью приняла обязанности штурмана и стала прокладывать путь.

Вскоре мы уже смотрели на маленький домик и одинокую фигуру у озера, прячась за обилием зелени вокруг участка.

Доу стояла там и смотрела на воду. Но что-то было не так. Она была другая. Кожа потемнела до грязно-серого цвета, а руки как будто покрылись плавниками. Происходила какая-то чертовщина, от которой холодок пробегал по коже. Я даже поёжилась, не в силах оторвать взгляд. Казалось, сейчас существует только этот завораживающий момент.

Вдруг над самым ухом раздался голос Ральфа. Он прошептал:

— Приготовься. Сейчас будет шоу.

Глава 5

Если бы мне ещё неделю назад сказали, что я увижу настоящую сирену я бы покрутила пальцем у виска и порекомендовала обратиться к специалистам. Но я вижу. Вот прямо сейчас. Я стояла и смотрела, как та, что помогла мне освоиться на новом месте, становится... чудовищем. Её кожа приобрела грязно-серый оттенок, на руках и ногах проступили плавники, а глаза заволокло чёрной пеленой. Неизменным остался только огненно-рыжий цвет волос.

Доу смотрела на воду несколько секунд, а потом одним нечеловеческим прыжком нырнула в середину озера. Всё происходило словно во сне. Но я не спала. Я зачарованно наблюдала за ней.

— Завораживает, правда? прошептал Ральф.

Только сейчас я вспомнила о нём. Да и вообще о том, зачем мы здесь.

— Это магия сирен. Поработаешь в Отделе год-другой и перестанешь удивляться. А пока посторонись мой выход.

— Что ты собираешься делать? обеспокоенно спросила я.

— То же, что и всегда, Вуд. Отправлю эту тварь на морское дно.

Он говорил это спокойно. Будто совсем не тревожился за её жизнь. Будто это лишь часть рутинной работы. Ой! Но ведь так оно и есть. Ральф сделает своё дело. Но что делать мне?

Я наблюдала, как он медленно подбирается к озеру, доставая из-за пояса пистолет.

Всё, что произошло дальше, я не забуду, даже если очень захочу. Ральф подошёл к воде, какое-то время всматривался в ровную поверхность и прислушивался к тишине. Внезапный плеск заставил меня вздрогнуть и замереть, тогда, как Ральф оставался внешне спокоен. Женщина выпрыгнула на несколько метров в высоту, разбивая воду осколками брызг. Соблазнительно выгнула спину, всё ещё блестящую от капель. Агент среагировал мгновенно. Раздался выстрел от громкого звука я зажала уши ладонями и пригнула голову. Снова посмотрела в сторону озера. Было ясно: Ральф промахнулся. Доу уже стояла за его спиной.

— Нужно быть глупцом, чтобы прийти сюда в одиночку, раздался голос, похожий на Доу, но более мелодичный. Я ждала тебя.

Ральф резко развернулся с пистолетом в руке, но сирены уже не было. Она снова оказалась за спиной. И это повторялось снова и снова. Ральф пытался уследить за ней, но тщетно. Он явно уступал ей и в скорости, и в ловкости. Даже не мог её коснуться. За ней было крайне сложно уследить. Каждый раз ей удавалось уйти. При этом она заливисто смеялась. Сирена развлекалась. А Ральф, испытывая свой вестибулярный аппарат, крутился юлой, всякий раз, когда она дразнила его мимолётными касаниями.

Эта своеобразная игра в пятнашки продолжалась какое-то время, а потом он со злостью отбросил пистолет, задев плечо сирены. Однако она словно и не заметила этого. Агент пошёл врукопашную. Он выбрасывал руки и ноги в различных приёмах, показывая прекрасное владение боевыми искусствами. Но всё впустую! Едва ли он мог причинить боль той, до кого даже не мог дотронуться. В какой-то момент выносливость Ральфа дала трещину. Он устал. Дыхание стало тяжелее я видела это по тому, как вздымалась его грудь и как часто он стал брать передышки. В одну из таких передышек Доу оказалась на расстоянии вытянутой руки, ухватила его за горло и подняла на несколько сантиметров над землёй. Мужчина держался в этом захвате, пытаясь освободиться. Но силы были на исходе. Он наносил слабые удары по рукам сирены, которые наверняка воспринимались ею как щекотка. Смотреть на всё это было больно. И ещё больнее от того, что я ничего не могла сделать. Я должна была оставаться в этих чёртовых кустах.

— Слишком медленно, прорычала сирена и с силой бросила его на землю.

После такого падения ему будет нужна срочная медицинская помощь. Ральф еле двигался, не пытался встать, не издал ни звука. Но подозреваю, что последнее из-за сильного удара спиной о твёрдую землю. Лёгкие приняли часть удара на себя. Мне было жаль его. Меня била мелкая дрожь. Бесконечное покусывание губ, должно быть, уже привело к трещинам, но мне всё равно. Я должна заботиться только о том, чтобы меня не обнаружили. Мужчине было больно. А я ничем не могла помочь. Просто отсиживалась в кустах, пока он рисковал жизнью. Как же я была зла на себя в этот момент. Но здравый смысл твердил: Ортега прав я не готова к бою.

Сирена наклонилась к лежащему Ральфу и потянулась к его шее. Что она собирается делать? Я уже хотела выбежать из укрытия и будь что будет. Даже не знаю, откуда этот порыв. Наверное, я бы просто не простила себе смерть Ральфа на моих глазах. В эту минуту я даже забыла, что он агент специального подразделения, который сотни раз был на волоске от смерти и, скорее всего, уже считал это частью своей работы. Для меня он был просто мужчиной, которому нужна срочная помощь.

Та, что недавно звалась Джейн Доу, наклонилась к шее Ральфа и... втянула носом запах, закрыв глаза и облизываясь.

— М-м-м, мой любимый запах обречённость. Жертва смирилась со своей скорой кончиной, произнесла она и снова дала себе насладиться ароматом. Но я уже поела. Даже для десерта нет места. Поэтому я, пожалуй, дам тебе сбежать. Однако не могу отказать себе в маленькой дегустации.

С ужасающей скоростью она впилась зубами в плечо мужчины. Над озером раздался крик Ральфа. Я прикрыла рот ладонью, подавляя желание закричать тоже. Из горла вырвался только писк, растворившийся в ладони. На глаза наворачивались слёзы. Хотелось отвернуться от этого страшного зрелища и закрыть уши, чтобы не слышать крика боли. Но я заставляла себя смотреть. Через несколько секунд сирена оторвалась от Ральфа со вздохом наслаждения, запрокинула голову и вытерла пальцами уголки рта. Я впервые увидела её зубы острые, как кинжалы. Ни одного закруглённого. Будто челюсть состояла из одних клыков.

— Великолепно, мелодичным голосом проворковала она. До встречи, сладкий.

В эту минуту она взглянула в мою сторону. Неужели, обнаружила? Казалось, я даже перестала дышать, лишь бы она не нашла меня. Её взгляд был мимолётным, а после она в один прыжок скрылась под водой.

Я не знала, появится ли она снова, но Ральфу нужна была помощь. Не раздумывая, я рванула к нему, наплевав на последствия.

— Ты в порядке? спросила я сбивчивым, обеспокоенным голосом, лихорадочно ощупывая его дрожащими руками.

Ральф откашливался. Говорить он пока не мог. Я опустилась коленями на песок и положила его голову себе на ноги, поглаживая по волосам и слегка раскачиваясь всем телом от пережитого шока. Кажется, ему становилось лучше. Он попытался прошептать:

— Си... Тут же его сменил кашель, но в приступах он всё равно договорил: ...ре... на...

Мой взгляд упал на теперь уже спокойную гладь.

— Она вернётся? обеспокоенно спросила я.

Он слабо покачал головой. И мне стало немного легче.

— Чем помочь? почти всхлипывая, спросила я.

Вид крови на моих руках не особо меня беспокоил. Главное чтобы у Ральфа прекратилось кровотечение.

— Ча... сы, прошептал он. Нужно отправить сигнал. Хельга... всё сделает.

Я стала искать часы. Какие они, чёрт возьми? Ральф шевельнул рукой, солнечный блик отвлёк меня от поисков, и я посмотрела на раздражитель. Часы! Боже, наручные часы. Как в спасательный круг, я вцепилась в руку мужчины. Стала осторожно вертеть её из стороны в сторону, но не находила ни кнопки, ни ключа ничего, с помощью чего можно было отправить сигнал. Ведь именно мне предстояло это сделать. Ральф был ранен.

— Как? мой голос срывался на истерику. Время Ральфа шло на минуты, а я тут разглядываю безделушки. Как отправить?

— Нажми на циферблат, отозвался он.

Я последовала его инструкции: нажала на циферблат. Перед моими глазами возникла голограмма экрана монитора такого же, какие я видела в Отделе. Только здесь не было показателей жизни. Эти часы были не только часами они помогали связываться друг с другом на расстоянии, сообщать об общем состоянии организма и вызывать помощь. Другими словами обычные современные часы, но с передатчиком сигнала SOS. Нужная позиция нашлась быстро, и я без всяких размышлений нажала на неё. Голограмма свернулась, и часы снова стали... часами. Теперь оставалось только ждать.

Я всё ещё гладила Ральфа по голове, приговаривая:

— Скоро это закончится. Всё будет хорошо. Нужно только немного подождать.

Наверное, эти слова в большей степени предназначались мне, чтобы успокоиться самой. Ведь Ортега и так спокоен. Ну, насколько я могу судить. Он специально обученный боец. Конечно же, он бывал в передрягах и похуже. Он справится. Отдел напичкан высокими технологиями. У них должно быть что-то, что его спасёт.

Мои размышления прервал писк часов на руке Ральфа. Снова голограмма. На этот раз Хельга. Сухим, но встревоженным голосом она проговорила:

— Агент Ортега, вижу твои показатели. Запускаю процесс ускоренной регенерации. Держись.

Это всё? Серьёзно? Никакого сопереживания, никакого беспокойства? Она сказала всего одну фразу и всё. Голограмма исчезла. Зато лицо Ральфа приобрело другое выражение. Страдание. Боль. Он крепко стиснул зубы и зажмурился.

— Что с тобой? забеспокоилась я. Если что-то пошло не так, я ведь не смогу ничем помочь. Чёрт, как же бесит быть бесполезной. Тебе больно?

— Терпимо, сквозь зубы отозвался он. Процесс сращивания связок и мягких тканей не самый приятный.

Он резко открыл глаза, на лбу выступила испарина. Он боролся с болью. Я же, в свою очередь, кусала губы и сжимала кулаки. Это всё, что я могла. Зато плечо Ральфа выглядело куда лучше. Ещё несколько секунд и Ортега самостоятельно смог сесть рядом со мной, но продолжал морщиться.

- Все хорошо? - спросила я, молясь, чтобы так оно и было.

Ральф легко коснулся укушенного плеча, зажмурился на секунду, а затем его лицо приобрело усталое, но вполне обычное выражение. Я смотрела на него молча, одними глазами говоря, что беспокоюсь. Он тоже молчал. Всё смотрел на воду. Приходил в себя. А потом повернулся ко мне, неожиданно улыбнулся и сказал:

— Спасибо, что не струсила. А ведь и правда. Я могла уйти, но осталась и даже помогла ему. Ты молодец. Из тебя получится хороший агент.

Его слова смутили меня. То ли это ранение так на него действует, то ли здесь замешано что-то ещё. Но он уже дважды за сегодня похвалил меня. Хотя до этого считал не более чем обузой. Я не сразу нашла, что ответить, и Ральф посчитал, что я всё ещё в состоянии аффекта. В какой-то степени он был прав. Я всё ждала, что вот-вот сирена Доу снова выпрыгнет из воды и тогда уже убьёт нас обоих.

— Пойдём, сказал он, поднимаясь с земли. Нужно переодеться.

Вот тут он прав. Если мы вернёмся в город в таком виде возникнет много вопросов, на которые мы просто не сможем ответить. Эта мысль и вернула меня в реальность.

— Переодеться? переспросила я, тоже поднимаясь с земли. Во что?

— В моём багажнике всегда есть сменка, как раз на такой случай, ответил Ральф уже на пути к машине.

— Ты что же, и женскую одежду возишь? съязвила я.

Он обернулся, осмотрел меня с ног до головы так, что мне даже захотелось прикрыться. Но его взгляд был чисто изучающим. Как у художника, который проверяет, всё ли он изобразил на картине.

— Нет, ответил Ральф. Могу дать тебе одну из своих футболок. Оверсайз ведь сейчас в моде.

Вот он, Ральф Ортега. Высокомерный хам, который не умеет обращаться с девушками. Первым порывом было отказаться. Но, осмотрев свои грязные окровавленные вещи, я решила, что разумнее будет согласиться. Если джинсы ещё можно отряхнуть от песка и пыли, то блузку так просто от бурых пятен не очистить.

Ральф открыл багажник. Там лежала запаска, ящик с самыми необходимыми инструментами и чемодан с одеждой. Открыв последний, он достал пару футболок. Одну бросил мне. Затем без стыда и совести снял то, что осталось от его рубашки после битвы с Доу, бросил обратно в багажник и стал натягивать футболку. Всё это время я, не отрываясь, смотрела на его голый торс. На то, как мышцы играли на теле, отвечая на каждое движение, и как при этом напрягался и без того подтянутый пресс. Я, конечно, знала, что он спортивен, но видеть всё это совершенство воочию было совсем по-другому. В этот момент я впервые посчитала Ральфа сексуальным и чертовски привлекательным.

— Что-то не так? голос мужчины отвлёк меня от лицезрения его тела, а также от глупых мыслей, что посетили мою голову так некстати.

— Что? отозвалась я, а потом добавила, поняв, в чём вопрос: Нет, с чего ты взял?

— Ты не сводишь с меня глаз. Что, цвет мне не идёт или заметила пятно на футболке? он стал оттягивать ткань в поисках того самого пятна.

Пора брать себя в руки. Я выдохнула и постаралась придать голосу больше безмятежности.

— Всё в порядке. Нет у тебя никакого пятна. Отвернись.

— То есть ты на меня полюбовалась, а мне полюбоваться на тебя нельзя? Ах, как жестоко, Мишель. Ральф ехидно улыбнулся. И тут я поняла, что все его вопросы «до» были пустышкой. Он знал, почему я смотрю на него. Кровь прилила к щекам. Стало жутко стыдно. Но чёрта с два я покажу ему своё смущение.

— Очень смешно, с сарказмом ответила я. Отвернись.

Ральф усмехнулся, но просьбу выполнил. Для верности я тоже повернулась к нему спиной и стала быстро стягивать с себя липкую блузку. Халатно бросив её на землю, надела синюю футболку с надписью «Классный, но занят». Она была мне велика на два размера, но всё лучше, чем моя блузка с ДНК Ральфа.

— Поехали, сказал он, когда мы оба были готовы и сели в Шевроле. Нужно рассказать обо всём Куперу.

— Нет! резко ответила я. Хватит с меня событий на сегодня. Разговора с Купером я просто не вынесу.

Это было правдой. Мне нужно свыкнуться с тем, что мир не такой, каким казался. И с тем, что я отныне часть этого мира. Ведь теперь у меня два выхода: стать агентом Отдела или быть убитой за то, что слишком много узнала. Именно сегодня, там, у озера, последний оплот моего неверия потерпел фиаско. Отныне я больше не смогу читать сказки или смотреть фильмы, не представляя, что один из этих монстров ждет меня где-нибудь в переулках Хазервилля.

— Но Купер будет ждать отчёт, возразил Ральф.

— Твой Купер жлоб и хам, горячо ответила я, сама не понимая, откуда эта храбрость. — Не состарится, пока будет ждать несколько дополнительных часов. Мне нужно расслабиться.

— А ты не из тех, кто следует правилам, да? с ухмылкой спросил Ортега.

— Я ненавижу правила.

Покачав головой, он выдал едва слышный смешок. Я решила не обращать на это внимания. Совсем не то настроение, чтобы вступать в диалоги о «подобающем поведении». Лишь повторила свою просьбу «ехать».

- У меня тоже нет ни сил, ни желания выслушивать его претензии, - буднично сказал Ральф, - поехали.

Только тогда Ральф завёл мотор, и вскоре мы уже были в черте города.