Читать книгу: «Дикарь. Том I»

Глава 1.

Первое, что я почувствовал – тупая пульсирующая боль где-то в области затылка. Похоже, именно она меня и разбудила.

Не открывая глаза, я лениво махнул рукой и наложил на себя заклинание бодрости. Точнее, попытался, но ничего не произошло. Не понял.

Пришлось открывать глаза и осматриваться.

Хорошие новости: я находился не в какой-то аномалии и даже не посреди бушующей магической бури, хотя это объяснило бы, почему мне недоступно даже начальное заклинание школы жизни. Плохие новости: я в какой-то камере, которая, возможно, блокирует магию.

Сев на кушетке, я осмотрел себя любимого и выявил ещё две новости: на мне нет негаторов, значит, тот, кто меня сюда засунул, явным врагом мне не является, что хорошо. Ну, или не посчитал меня особо опасным, что тоже неплохо. Наверное.

А плохо то, что на мне нет вообще никакой одежды, кроме ботинка. Причём одного, что странно. То-то мне так холодно. Вопрос: где вся моя одежда? Ведь у меня же был… хм… а что у меня было-то? Помню, что что-то крутое, но что именно – не помню… Вот так, здрасти приехали – только потери памяти мне не хватало для полного счастья.

Так, Георг, сосредоточься! О, имя я своё помню – значит, всё не так уж плохо. Так, что ещё я помню? Я – Георг, я капитан… Капитан чего? Хороший вопрос – логично предположить, что какого-то корабля. Вопрос: какого?

В памяти почему-то сразу всплывает выкрашенный в чёрный цвет красавец – астральный фрегат в комплектации «Дальний рейдер». Что это значит – понятия не имею, но звучит круто. А возникающие в голове образы ощетинившегося пушками боевого корабля с хищными, зализанными формами намекают, что это не только круто звучит, но ещё и круто выглядит. А вот подробностей не помню – любая попытка вспомнить что-то ещё про корабль, капитаном которого я, похоже, являюсь, вызывает приступ головной боли.

Ладно, оставим пока корабль в стороне. Что я ещё помню?

Проклятье! Что же у меня так болит голова-то?

Проведя рукой по затылку, я нащупал здоровенную шишку. Интересно: кто это меня так приложил? Те, кто меня упрятал в темницу, или я просто обо что-то долбанулся? И не связана ли моя потеря памяти с этой шишкой? Хотя нет, я не знаток медицины, конечно, но затылочная часть, вроде как, никак не связана с памятью – там расположено что-то, связанное с координацией и когнитивными способностями, вроде как. Но это не точно.

Мои размышления прервал раздавшийся откуда-то справа нестройный хор голосов. Сначала мне показалось, что там кто-то издевается над старым котом, отчего тот голосит на все лады, но, прислушавшись, понял, что этот кто-то просто поёт. Не жалея голосовых связок. Слов было не разобрать, но, судя по мотиву, это что-то из разряда героических баллад. И, возможно, в оригинале даже какая-то красивая песня, но в исполнении десятка пьяных в хлам певцов звучит как концерт мартовских котов. У кого-то праздник, похоже, удался.

Точно! Праздник! Очередной фрагмент памяти с щелчком встал на место. Я что-то праздновал не так давно. Что-то яркое и значимое, поэтому праздник вышел шумным и с размахом. Вроде бы даже с кем-то подрались.

Неужели я загремел в вытрезвитель? Хотя нет, не вяжется – с моим иммунитетом я должен был пить как минимум ракетное топливо, чтобы мне отшибло память.

Кстати, насчёт иммунитета – откуда я знаю, что у меня есть иммунитет к ядам и всевозможным токсинам? Как это работает вообще – тут помню, тут не помню? Почему попытка вспомнить что-то одно вызывает вспышку боли, а другие воспоминания сами лезут в голову? Так не пойдёт – нужно определённо навести порядок в голове, и лучше всего с этим помогает медитация.

Накинув на себя плед, который кто-то заботливо положил на край кушетки (видимо, чтобы я себе ничего не отморозил), я уселся на единственный предмет мебели в своей камере, закрыл глаза и погрузился в медитацию. Я успокаивал мысли, которые метались, словно испуганный заяц, и сосредотачивался на своих воспоминаниях.

***

– Как там наш гость? – спросил полковник Стоянов, входя в крошечную комнату охраны, половину стены которой занимали многочисленные мониторы, куда выводилось изображение с камер в карцере.

– Гость признаков агрессии не подаёт и вообще ведёт себя максимально спокойно, товарищ полковник. Примерно час назад он проснулся, но никаких действий не предпринимал. Осмотрелся, после чего укутался в плед и с тех пор сидит на кушетке с закрытыми глазами, – доложил караульный.

– Разрешите спросить! Правда, что он вырубил графа Самохина и отобрал у него фамильный меч?

– Скорее настойчиво попросил, не принимая отказ, – уклончиво ответил полковник, глядя в монитор, куда выводилось изображение с камеры, висящей прямо перед изолятором, куда поместили появившегося из ниоткуда странного мужчину. – Иди прогуляйся, Паш. Мы с Виктором Аристарховичем сами проследим за обстановкой.

– Так точно, – козырнул караульный и покинул комнату охраны, оставляя полковника наедине с пришедшим с ним особистом.

– Что думаешь, Вить? – спросил наконец Стоянов, после десятка минут наблюдения за неподвижным постояльцем карцера. – Это то, о чём я думаю?

– Я понятия не имею, о чём ты думаешь, Коль, но если всё было так, как ты рассказал, то вероятность того, что он иномирец стремится к ста процентам.

– То есть он опасен и его нужно уничтожить?

– Совсем ты закостенел на границе, дружище, – усмехнулся особист. – Тебе лишь бы уничтожить. Я думаю, сначала нужно поговорить с ним и понять, что он из себя представляет. Если он, конечно, понимает нашу речь.

– Это твоя инициатива или оттуда? – на всякий случай решил уточнить Стоянов, указав пальцем наверх.

– Там, – Зарубин повторил жест полковника, – пока не знают о нём, но всё давно согласовано на самом высоком уровне. Удивлю тебя, но есть чёткий приказ: при встрече с гостями попытаться вступить с ними в контакт и постараться наладить дружественные отношения. Они – потенциальный источник знаний, которые намного превосходят наши.

– Что ты смеёшься? Я тебе сейчас на полном серьёзе говорю. У конфедератов, мы точно знаем, есть алхимик, который прибыл из другого мира и за год сотрудничества сделал наших заокеанских конкурентов лидером в этой области. Также, по слухам, такие же люди (или не люди – тут слухи разнятся) есть у китайцев и пруссов. Мы же пока отстаём в этом направлении.

– То есть попытаемся договориться и будем надеяться, что он не пойдёт в разнос и не вырежет половину Империи, преследуя какие-то свои цели, – решил уточнить полковник.

– Вот любишь ты нагнетать. Давай для начала всё же попробуем узнать, кто он и какие преследует цели, а потом будем уже смотреть и решать, что делать дальше, – предложил особист, пристально всматриваясь в пришельца, который так и не пошевелился за всё это время, словно он – статуя, а не живое существо из плоти и крови.

***

Не зря монахи Зэрса говорят, что медитация решает все проблемы. Понятия не имею, что это за монахи такие – видимо, очередной фортель моей памяти, но то, что медитация помогла разобраться с бардаком в голове – это факт.

Пусть вспомнил я не так много, как хотелось бы, но хотя бы успокоился и начал мыслить трезво, после чего сделал определённые выводы.

Вывод первый: я маг и, судя по всему, не самый последний. Ну или был им когда-то – иначе как объяснить, что я знаю об Источнике, магических каналах и энергии? И знаю не просто на базовом уровне, а владею информацией, как с ними работать, прокачивать и усиливать.

Из этого вывода следует другой: кто-то или что-то мешает мне пользоваться магией. Каких-либо блокираторов на мне или в камере, куда меня засунули, я не вижу. Значит, виновата не третья сила, а что-то сломалось во мне самом. А раз что-то сломалось – это можно починить. Надеюсь.

Третий вывод: мир вокруг меня не родной мне. С чего я это взял? Обычное наблюдение: я, похоже, долгое время жил где-то, где воздух немного другой. Поэтому мне так непривычно и даже немного тяжело дышать – словно тут концентрация кислорода немного выше.

Да и в целом есть ощущение, что чего-то не хватает – то ли в воздухе, то ли в эфирном плане. Не могу чётко сформулировать это ощущение, но оно есть.

Кроме того, это, похоже, не первый раз, когда я попал в другой мир. И даже не второй – слишком уж спокойно я воспринял всё происходящее со мной, словно уже привыкший к подобным поворотам судьбы.

Ну и последнее: через некоторое время я смогу узнать о происходящем больше. С чего я это взял? Ну тут всё ещё проще.

Когда я по привычке обратился к Системе, чтоб получить ответы, она мне выдала следующее:

Интеллектуальная Система Адаптивного Развития Индивидуумов недоступна до полной синхронизации с инфополем планеты.

Текущий прогресс синхронизации – 13 %.

И за тот час, пока я медитировал, прогресс увеличился на один процент. Значит, по логике вещей, через 86 часов я получу если не все ответы, то как минимум часть точно. Остаётся только ждать.

Но как же это утомительно – сидеть и ничего не делать, когда всё твоё естество буквально требует двигаться, действовать, рисковать. Похоже, до потери памяти я был тем ещё фруктом, не способным и часа просидеть спокойно.

Жаль только, мои возможности для кипучей деятельности сейчас ограничены размерами камеры два на два метра.

Но с другой стороны – не могут же меня тут держать вечно. И рано или поздно кто-нибудь придёт, и можно будет с ним договориться. Ну или как-нибудь иначе вырваться на свободу – менее… дружелюбным способом.

А пока я никому не нужен, займусь однозначно полезным, но при этом очень уж нудным делом – погоняю энергию по каналам и попробую понять, почему у меня ничего не выходит с магией.

Едва я закрыл глаза и сосредоточился, как из коридора донёсся звук шагов. Причём по одному лишь этому звуку можно было понять, что занесло меня к военным или куда-то около того – слишком уж чётко чеканят шаг по бетонному полу. Обычные люди так не ходят.

Раздался звон ключей, и моя камера открылась – не судьба мне разобраться с магией сейчас. Можно, конечно, проигнорировать посетителей и прикинуться шлангом – сделать вид, что я в глубокой медитации. Но тогда я не узнаю, где я и как тут оказался.

Открыв глаза, я обернулся и посмотрел на троих вошедших. И правда – военные: форма у всех как на подбор – строгого покроя, чистая и аккуратная.

Забавно, что миры, люди и традиции разные, а военная форма у всех одинаковая – отличается лишь цветом и нашивками, но при этом всегда узнаваемая. У пришедших она, кстати, была тёмно-синяя с золотыми диагональными полосками крест-накрест. Ну хоть не семицветная – уже хорошо. Хотя это повседневная, а парадная может быть тем ещё кошмаром.

– Ты понимаешь нас? – спросил самый пожилой из них, явно не зная, чего от меня ожидать и поэтому нервничая.

Нет, с виду он был спокоен и даже расслаблен, но вот глаза, отслеживающие каждое моё движение, выдавали его с потрохами. Готов поспорить: стоит мне сделать хоть одно угрожающее им движение, как его меч, висящий на поясе, мгновенно окажется в руках. Да и винтовки у сопровождающих его бойцов явно не для красоты в руках.

– Да, – коротко ответил я, медленно кивнув.

– Хорошо. Меня зовут Стоянов Николай Викторович, и я полковник Сил Противодействия Агрессивному Разрастанию Тумана. А вот кто ты и откуда ты нарисовался в наших краях – хотелось бы узнать.

– Не здесь, – поднял он руку, едва я собирался ответить. – Предлагаю переместиться в мой кабинет и там уже поговорить.

– Держи, – протянул он мне сложенные аккуратной стопкой вещи. – И сразу же приношу извинения, что одежду предоставили только сейчас – не так просто оказалось найти подходящий размер на такого детину.

Взяв предложенную форму, я начал быстро одеваться. И ничего я не детина – вполне себе средний рост у меня: чуть больше ста девяноста шести сантиметров.

Хотя вся троица передо мной была сантиметров на пятнадцать-двадцать ниже, и на их фоне я действительно выглядел гигантом. Если в этом мире их рост считается средним, то мне будет непросто затеряться в толпе – по любому кто-нибудь припомнит светловолосого мускулистого мужчину, возвышающегося на целую голову.

Ладно, в крайнем случае скажу, что каши много ел в детстве, хотя вот конкретно полковнику врать не стоит – не зря же он спросил, понимаю ли я их речь. Значит, догадывается, что я пришелец. Или в этом мире больше одного языка используется? Надо будет уточнить этот момент.

– А не боитесь, что по пути в ваш кабинет я попытаюсь сбежать? – брякнул я, чтобы хоть как-то заполнить затянувшуюся паузу в разговоре.

– Если будешь бежать – беги на восток через горы: там уже не моя зона ответственности, – без тени улыбки ответил полковник. И не поймёшь – шутит он или на полном серьёзе.

Да чтоб тебя! Как эти пуговицы застёгиваются-то? Кто вообще использует пуговицы в одежде, когда есть магнитные застёжки?! А, вот как нужно было.

– Я готов, – наконец заявил я, кое-как застегнув китель, который явно не был рассчитан на мою ширину плеч и не сходился на мне. Чую, если я наклонюсь или резко повернусь, он разойдётся по швам.

Не зная, куда деть свой единственный ботинок, я засунул его под мышку и протянул руки, чтобы на меня надели браслеты. Но полковник посмотрел на меня как на идиота, после чего развернулся и направился на выход. Очень самонадеянно подставлять спину неизвестному человеку с непонятными мотивами. Либо самоуверенный, либо глупый.

А, нет – просто проверяет меня. И если я дёрнусь, солдатики позади превратят меня в решето. Очко в пользу военных – дело своё они знают.

Путь до кабинета Стоянова мне не запомнился ничем. Что может быть интересного в переходе с минус первого этажа на второй по пустым коридорам администрации воинской части? Это ж не музей.

Если у них и была где-то доска почёта или уголок с наградами, то точно не в серых однотипных коридорах. Да и сам полковник не настроен был вести беседы на отвлечённые темы – за всё время, пока мы шли, он сказал лишь одно слово: «Свободны». И адресовалось оно бойцам позади меня, когда мы уже дошли до невзрачной двери с непримечательной табличкой: «Комендант ПКЗПУ Стоянов Николай Викторович».

Что означает аббревиатура – я, конечно, не знал. Но то, что этот немолодой дядька, забравший меня из карцера, – главный тут – однозначно.

Открыв передо мной дверь, он пропустил меня вперёд, после чего закрыл дверь и направился к столу, стоящему у окна.

– Присаживайся, – указал он мне на кресло перед столом.

И лишь в этот момент я заметил, что помимо нас в кабинете есть ещё один человек. Такой же немолодой, как и сам хозяин кабинета, но при этом явно невоенный. Скорее разведчик или что-то около того – слишком уж он непримечательный и даже, сказал бы, незаметный. Такого увидишь на улице – и уже через минуту не вспомнишь, как он выглядел.

Ещё и даром маскировки, похоже, обладает – поэтому я его и не сразу приметил, хоть на внимательность или плохое зрение не жалуюсь.

– Виктор Аристархович, – представился он.

Ни фамилии, ни звания – ну точно из какого-то особого отдела. Вон как внимательно изучает меня, подмечая даже малейшие детали. Знаю я такой тип людей: вроде самый простой человек, но при этом от него ничего не скроешь, как бы ни хотел.

Сев за стол, хозяин кабинета достал из ящика какую-то сферу, активировал её и положил на середину стола.

Судя по всплеску магии – какой-то артефакт, только что именно он делает – не успел понять. То ли ведёт запись разговора, то ли создаёт защитное поле, чтобы нас никто не услышал, а может, и какой-то хитрый детектор лжи – непонятно.

Хотя мне-то что? Скрывать я ничего не собираюсь, хотя бы по той простой причине, что я ничего не знаю, а то, что знал – забыл.

– Вот теперь можно и поговорить, – произнёс наконец полковник. – И прежде чем ты начнёшь что-либо говорить, я хочу тебе обозначить своё видение ситуации и моё личное отношение ко всему происходящему. Мои слова могут показаться излишне прямолинейными и даже отчасти грубыми, но мы не на светском приёме, где нужно расшаркиваться и подстилать себе соломку.

Я в ответ лишь кивнул, принимая правила игры – прямой разговор, значит, прямой разговор.

– Итак, вчера вечером, во время битвы с «восьмёркой», на которую сорвался весь гарнизон и ещё несколько местных аристократов, неожиданно открылся портал, из которого с непонятным воплем – то ли боевым кличем, то ли просто ругательством на неизвестном языке – вывалился ты.

Что примечательно, появился ты абсолютно голым, если не считать единственного ботинка на ноге – того самого, что сейчас у тебя в руках. Вел ты себя неадекватно, двигался странно и лопотал какую-то тарабарщину. Со стороны это выглядело, словно ты пьяный вдрызг.

Однако, увидев «восьмёрку», ты разительно изменился прямо на глазах, мгновенно переходя из состояния потерянного для общества пропойцы в режим опытного бойца. Ты около минуты наблюдал за развернувшимся боем, после чего выдал непонятную фразу: «Где ж ты так отожрался, курос?» – и ринулся в атаку.

Оружия у тебя не было, поэтому ты решил эту проблему максимально простым и радикальным способом – отобрал меч у графа Самохина. Причём нужно отметить, что меч фамильный, а самого графа отправил в глухой нокаут. И пока окружение графа было в шоке от такой вопиющей наглости, ты, как ни в чём ни бывало, рванул к «восьмёрке».

Дальше ты несколькими ударами пробил его барьер и единственным выверенным ударом отправил тварь к праотцам, после чего выдал фразу: «Иса, твою мать, верни экспу!» – и, обернувшись к нам, рухнул без сознания.

А теперь вопрос: кто ты, чёрт тебя задери, такой и как ты это умудрился сделать? И куда более важный вопрос – не стоит ли нам уничтожить тебя сразу, до того, как ты вошёл в силу и наворотил дел?

Глава 2.

Хм, действительно прямой разговор, без расшаркиваний и заботы о чувствах собеседника. Этот полковник мне уже начинает нравиться – он понятия не имеет, кто я такой и на что способен, знает, что я чертовски силён, но при этом не боится открыто мне заявлять, что, если мои действия покажутся ему опасными, он, не раздумывая, атакует меня, невзирая на последствия лично для него.

Пожалуй, есть смысл снизить градус общения и для начала извиниться.

– Для начала я хотел бы извиниться за свои вчерашние действия, – осторожно начал я, подбирая слова. – Если я своими действиями кого-то оскорбил – готов принести публичные извинения, но в своё оправдание могу сказать, что я был слегка в неадеквате.

– Да чёрт с ними, с оскорблениями – это дело десятое, – отмахнулся Стоянов. – Ты объясни, как ты сначала умудрился лёгким ударом голой руки пробить барьер Самохина, на минутку – не последнего мага в Империи, а потом ещё и укокошил тварь восьмого ранга, с которой мы даже не успели ещё снять защиту.

Обычно монстров такого класса мы берём измором: сначала долго долбим артиллерией и танками, чтоб сбить барьер, а потом расстреливаем из крупного калибра, а ты справился с ней меньше чем за минуту, имея в руках лишь меч. И да, кстати, меч мы после этого осмотрели – и ему кранты. Наш оружейник сказал, что через него пропустили такую прорву энергии, что он лишь чудом не развалился. Будь на его месте обычное оружие, а не фамильный клинок стоимостью с половину города – осталась бы только рукоять, и то не факт, что целая. Поэтому повторю свой вопрос: кто ты такой?

– Сложно ответить, – пожал я плечами, отчего китель на мне угрожающе затрещал. – Но не потому что я скрытный, а просто я не помню.

– Амнезия? – подал голос особист.

– Бодун? – одновременно с ним спросил полковник. Вот ему неймётся – так и хочет выставить меня каким-то алкашом.

– Я бы поставил на ментальные блоки, – пояснил я. – Тот, кто меня сюда отправил, не хотел, чтоб я помнил, кто я и для чего тут. А может, сбой при переходе – такое тоже бывает.

Что же касается меня – я могу сказать следующее: зовут меня Георг, я капитан, только понятия не имею чего именно, но предполагаю – какого-то фрегата в комплектации «дальний рейдер», что бы это ни означало. Я вроде как маг, но пока не могу пользоваться магией. И я не из этого мира, но это, я думаю, вы и так уже поняли. Пока это всё, что я могу сказать, но думаю, через четыре дня смогу что-то ещё добавить, но гарантий нет.

– Откуда такая точная цифра – четыре дня? – вновь спросил Виктор Аристархович (интересные в этом мире имена, на самом деле – двойные. Или вторая часть – это не имя, а обозначение какой-то принадлежности к чему-то?).

– Через четыре дня синхронизируется Иса, и я надеюсь получить у неё какие-нибудь ответы, – пояснил я.

– А Иса – это кто? – решил уточнить особист. – Ты ведь уже обращался к ней, когда требовал вернуть какую-то экспу.

– Я так называю Систему, – пояснил я, но столкнулся с глухим непониманием со стороны собеседников.

Да ладно? Неужели меня закинуло в несистемный мир? Хотя нет, не вяжется – память мне подсказывает, что я однажды был в несистемном мире – целых полгода провёл в дыре, застрявшей в раннем Средневековье. Это было жуть как скучно – там из развлечений было только валяться на сеновале да гонять единственного выжившего зайца на весь лес.

Миры без Системы все поголовно застойные – ведь там не восполняются ресурсы, и монстры не появляются, без которых прогресс, если и возможен, то очень медленный. И в несистемных мирах точно не может быть куросов – истинных порождений Системы. Возможно, просто в этом мире её как-то иначе называют?

– Нам это понятие неизвестно – расскажите, что такое эта твоя Система, – нарушил возникшую паузу особист.

– Эм… Сложно вот так сразу ответить, что такое Система… Даже не знаю, с какой стороны к этому подступиться, – признался я. – В общем, Система – это Система. Она помогает развиваться разумным существам.

– Каким же образом? – не сдавался Виктор Аристархович.

– Ну, смотрите: у вас здесь, насколько понимаю, есть монстры – убивая их, вы становитесь сильнее и получаете возможность убивать более сильных монстров. Так?

– Нет, – взял слово полковник. – Мы убиваем монстров для того, чтобы они не расплодились и не уничтожили всех нас.

– То есть, убив монстра, вы не получаете часть его энергии? – удивился я. – А как же вы тогда развиваете ту же магию?

– Медитация, упорные тренировки, препараты – на худой конец, если много денег, но нет таланта и силы воли, – пояснил полковник.

– У-у-у, – протянул я. – Вы, смотрю, не ищете лёгких путей. Сколько же у вас занимает развитие от новичка до мастера – лет триста?

– Да не так уж и много, – хмыкнул Стоянов. – Я мастера достиг за десять лет, притом что я занимался развитием по остаточному принципу. Если постараться и использовать алхимию, можно и вдвое быстрее достигнуть этого результата.

Проведя в голове кое-какие расчёты, я пришёл к выводу, что что-то не сходится: либо тут вокруг энергии завались, и потому такой быстрый прогресс, либо же у них классификация рангов отличается от той, к которой привык я.

– Чисто теоретически, какой ранг нужен, чтобы уничтожить одним заклинанием, скажем, эту военную базу? – решил я уточнить.

– Думаю, архимага будет достаточно, – прикинул в ответ Стоянов спустя полминуты размышлений. – Но это очень навскидку.

– Как я и думал, – кивнул я своим мыслям. – Ваша система рангов несколько отличается от той, к которой привык я. По моей классификации на военную базу хватило бы и мастера, и даже не на пике развития. Архимаг вполне способен уничтожить целый город – ну, опять же, в теории. И ваш мастер, получается, где-то начальная стадия моего адепта.

– И? – не поняли собеседники, к чему я веду.

– И десять лет – ну ладно, пусть даже пять – для достижения ранга адепта – это за гранью добра и зла. Система позволяет достичь того же за месяц активной охоты – при условии, что ты не склеишь ласты раньше времени, конечно же, – пояснил я.

– То есть я правильно понимаю, что для того, чтобы таким, как ты, стать сильнее, достаточно просто уничтожать монстров? И где-то там, – полковник неопределённо махнул рукой, – есть личности, способные уничтожить целый континент движением пальца?

– Скажу больше: есть те, кому и целый мир уничтожить не сложно, – подтвердил я опасения Стоянова. – Но таких единицы. С определённого момента, чтобы развиваться, нужно уничтожать действительно сильных тварей, а это не так уж просто сделать. Их ещё пойди найди. Поэтому средний ранг, насколько мне подсказывает моя дырявая память, – архимаг.

– А ты какого ранга? – подключился к диалогу особист.

– Понятия не имею, – честно признался я. – Есть вероятность, что сейчас я даже не новичок – даже жалкую искру выдать не могу по непонятным причинам. А какой ранг был раньше – не знаю.

– Ага, и при этом ты за несколько ударов пробил барьер «восьмёрки», – скептически хмыкнул Стоянов.

– Пфф, тоже мне достижение! – фыркнул я. – Опытный боец, даже будучи пьяным вдрызг, не промахнётся по узлам плетения барьера. А я, хоть и не помню о себе почти ничего, но точно могу сказать, что новичком в боях с монстрами не являюсь.

– А вот с этого момента поподробнее, – оживился Виктор Аристархович.

– Ну, есть у меня ощущение, что раньше я был далеко не ремесленником. То и дело в голове проскакивает всякое. Да даже беседуя с вами, я то и дело ловлю себя на том, что пытаюсь оценить ваш потенциал и прикинуть, как действовать, если разговор свернёт не туда, – признался я.

– Да чёрт с ним с твоим прошлым! – отмахнулся особист. – Я спрашиваю про плетения и способы обхода защиты.

– Э-э-э… – подзавис я. – Это же база. Как вы вообще барьеры накладываете на себя, если не понимаете, как они работают? Только не говорите, что вы все тут поголовно интуиты. Обалдеть…

После этого мне пришлось срочно вспоминать всё, что я знаю о защитных плетениях, о многослойных барьерах и способах пробить их, и рассказывать это всё своим собеседникам.

Что-то им пришлось принимать на веру, так как я не мог ничего из рассказанного продемонстрировать из-за проблем с магией. Что-то я показал им наглядно.

Стоянов ради такого не пожалел энергии и раз за разом накладывал на себя барьер – довольно неплохой, кстати, учитывая, что они понятия не имеют о многослойности и укреплении личного барьера. А я раз за разом пробивал его тычком пальца, объясняя и показывая, как сходятся линии силы и как вычленить именно тот узел, после разрушения которого вся защита рассыпается, словно карточный домик.

Не меньше часа мы убили на это занятие, но в итоге все остались довольны.

Я – потому что понял, что хоть никакое заклинание из себя выдавить и не могу, но потоки магии я видеть не перестал, и это обнадеживает.

Стоянов остался доволен, потому что смог улучшить свой барьер, хоть и не понял до конца, как он работает.

Но больше всех сиял особист, который в процессе наших экспериментов смог в итоге увидеть то самое плетение барьера. Он даже умудрился (хоть и с третьей попытки) попасть в важный узел плетения и пробился сквозь защиту полковника.

В конечном итоге эти два деятеля оставили меня в кабинете наедине с чашкой кофе и целой корзинкой пирожков и куда-то свалили. Скорее всего, совещаться и решать, что со мной делать и как ко мне относиться.

Лично для себя я за время нашей беседы всё решил: с этими людьми вполне можно сотрудничать. Поэтому, если меня не попросят отсюда, то здесь я и останусь – по крайней мере, до тех пор, пока не пойму, кто меня отправил в этот странный мир и зачем. А уж как пойму или вспомню – буду действовать по обстоятельствам

***

– Ну, а теперь что скажешь? – Зарубин кивнул головой в сторону двери кабинета полковника. – Всё ещё считаешь, что его нужно уничтожить?

– Зависит от того, на чьей он будет стороне, – уклончиво ответил Стоянов. – Но признаю, он может быть полезен.

– Вот именно! Даже то, что он уже показал – даст нам преимущество в нашей вечной войне. Тебе ли не знать, сколько проблем появляется, когда мы сталкиваемся с тварями, у которых есть барьер? Если он научит наших бойцов быстро снимать защиту – то мы сможем замахнуться и на освобождение старой Москвы. И это я молчу о том, что будет, если он сможет каким-то образом научить нас работать с этой Системой.

– Ну, я бы губу не раскатывал, – усомнился полковник. – Не станет он целыми днями обучать наших ребят – не тот психотип. Он боец – это факт, и не сможет сидеть взаперти.

– Да даже если он обучит десяток наших людей – это уже будет прорыв. Ведь эти десять смогут обучить сотню, а сотня – тысячу, – продолжил отстаивать свою точку зрения Зарубин. – Нужно только придумать, как его удержать.

– И всё же я сомневаюсь, – покачал головой полковник. – Гнили в нём я не чувствую, но если кто-то заставил его всё забыть – где гарантия, что этот кто-то не вложил ему в голову какие-то установки?

– Что мы будем с ним делать, если в какой-то момент у него сработает какой-нибудь триггер, и он нападёт на нас, при этом вспомнив всё, что знал до этого? Как бы не получилось, что мы под боком держим бомбу, способную уничтожить весь мир – сам же слышал, что там, откуда он прибыл, есть те, для кого это плевое дело. Где гарантия, что он не один из таких?

– Узнаю старого параноика, – хмыкнул особист. – Вообще, это мне по долгу службы положено во всём сомневаться и искать везде подвох.

– Это не паранойя, – покачал головой Стоянов, – а вполне здоровые и оправданные опасения. Ну и банальная осторожность. Просто вы там в столице, похоже, начинаете забывать, насколько может быть опасна всякая неведомая штука.

– Поверь, император помнит об этом. Но, кроме того, он прекрасно видит, что если ничего не менять и не искать новые возможности, то рано или поздно нас сметут.

– На сколько за последние годы отодвинулась граница с дикими землями? Не знаешь? А я знаю. В среднем на десять километров по всему периметру. Империя потеряла несколько пограничных городов из-за того, что защитники банально не справились с прущими тварями. Именно поэтому мы землю носом роем и в лепёшку расшибаемся, чтоб найти хоть что-то, что может нам помочь. И этот Георг – может нам дать такую возможность.

– Да всё я понимаю, – сдался полковник. – И я в целом-то не против сотрудничать с ним. Вопрос лишь в том, что мы сможем ему предложить такого, чтоб он согласился нам помочь.

– Как минимум – титул, землю, богатство, – перечислил особист. – Думаю, в Петербурге согласятся со мной, что он важен для Империи, и препон не будет.

– А если это его не заинтересует? – усмехнулся Стоянов. – Он хоть и похож на нас внешне, но психология у него может быть совершенно иной.

– Опять же, если я не ошибся с оценкой, то думаю, есть смысл играть с ним в открытую – сразу обозначить наш интерес и спросить, чего он хочет за свою помощь, и от этого уже плясать.

– Да, ты, пожалуй, прав, – согласился Зарубин. – Опять же, по его запросам можно будет понять, насколько он адекватен. Но всё же кое-какие наметки того, что выставить на торг – есть.

– И ещё не забывай, что, если он всё-таки согласится – ему нужна будет какая-то легенда. Его эпичное появление видела куча народа, и сказать, что он всегда тут был – не получится.

– За молчание своих я-то могу поручиться, но на того же Самохина я не смогу повлиять никак. Тут либо как-то затыкать его и всё его окружение, либо придумать такую легенду, чтоб никто даже не думал копать, откуда тут появился этот Георг и почему он так не похож на нас.

– Согласен, – кивнул особист. – Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Для начала нам вообще нужно договориться с нашим гостем, а потом уже будем думать, как сделать так, чтоб никто не заподозрил в нём иномирца. Пойдём – пора торговаться.

Глава 3.

Вот уже третий час я сидел и читал этот долбаный кодекс дворянства Российской Империи. Зачем это мне и как я умудрился докатиться до жизни такой? Тут всё просто – оказывается, торговля – это не моё.

Когда эти два бойких старичка заявили мне, что им прямо позарез требуется моя помощь, – я начал радостно потирать руки. Я ещё подумал, что очень удачно сложилось, что наши желания совпали, но потом что-то пошло не так.

Сначала Виктор Аристархович выдвинул требование поехать с ним в столицу, чтоб осесть там с титулом графа. Хорошо хоть не предложил в жёны принцессу, и то, подозреваю, лишь потому, что у императора нет дочерей.

Я от такого предложения, естественно, отказался. На кой мне торчать в душном городе и тратить всё своё время на светские приёмы? Это ж неимоверно скучно. Но совсем без титула меня оставить не могли – какие-то там у них заморочки на этот счёт, поэтому никак. Благо хоть удалось снизить градус, и вместо графа я стал бароном – самой низкой ступенью местной аристократии. Правда, я так и не понял, на основании чего мне этот титул выдают.

Виктор Аристархович попытался мне объяснить, что, мол, по придуманной им легенде, чтоб у людей не возникало вопросов, откуда я такой красивый тут нарисовался, я появился из Диких Земель – как тут называют всё, что за пределами Империи. А каждому выходцу из Диких Земель, если он был у себя на родине вождём, полагается дворянский титул – есть у них тут какой-то закон, который придумал ещё прошлый император, чтоб хоть как-то привлечь новую кровь в Империю.

Я, конечно, не понял, каким образом я вдруг стал вождём, но Аристархович (я, кстати, выяснил, что вторая часть имени – это и не имя вовсе, а отчество, то есть имя отца; и тут практикуется иногда называть собеседника только отчеством или по фамилии – это родовое имя, вроде того же Стоянова) нетерпящим возражений тоном «объяснил», что раз я капитан, значит, у меня где-то есть команда, а значит, я лидер, а раз лидер – значит, вождь, и титул мне положен. Немного извращённая логика, если честно, но кто я такой, чтоб спорить? Барон – значит, барон.

Так я и стал аристократом Империи, правда, пока без документов, но этот вопрос обещали решить уже к вечеру.

Заодно я смог себе выторговать проживание на территории военной базы, которая, вот так сюрприз, является приграничной крепостью и защищает ближайший город от всяких системных тварей, лезущих из Диких Земель.

Кадровым военным меня не взяли, но предложили альтернативу – вольный охотник. Это, кстати, мне даже больше понравилось. По сути, я предоставлен сам себе: мне выдадут начальное снаряжение, после чего я должен буду обеспечивать себя сам – брать задания, выполнять их и получать за это награду. Часть добычи отдавать военным как плату за то, что меня тут кормят и предоставляют кров над головой, но зато никакой муштры, утренних построений и вахт. Разве что в случае тревоги, если я нахожусь на базе, я должен вместе со всеми подорваться и идти бить супостатам морды. Как по мне, очень даже приемлемые условия.

Койко-место мне выделили сразу, как и дали допуск к полигону, мастерским, библиотеке и прочим помещениям, разве что попросили, прежде чем я пойду регистрироваться у местного представителя имперской администрации, дождаться, когда мне привезут документы. Просто чтоб меньше было вопросов и проблем. Вот и сижу я уже несколько часов в казарме, изучая выданные мне книги.

Две из них я прочёл и запомнил довольно быстро – устав вольных охотников и общие законы Российской Империи, а вот с кодексом аристократов вышел затык. Это ж надо было так наворотить!

Начать хотя бы с того, что в Империи есть два вида аристократов – старая аристократия и новая. Старая – это древние роды, которые берут своё начало ещё со времён, когда Империя только объединялась, а новая – то, что появилось куда позже. И ладно бы только это, но тут доходит до абсурда: для двух разных аристократов, даже имеющих равный титул, – разные законы, обязанности и привилегии.

Взять, например, закон о ресурсах, найденных на земле аристократа. Граф из старой аристократии имеет право оставить себе всё, что нашёл на своей земле, а граф из новых – обязан половину отдать Империи. Где логика?

Да, когда-то старые аристократы смогли создать буквально на ровном месте сильное государство – честь им и хвала, но это было больше четырёх сотен лет назад. Современные потомки этих героев зачастую даже не знают, с какой стороны держать меч, и всё время только отрываются на балах и подобных мероприятиях.

А вот новая аристократия, наоборот, рвёт последние жилы, чтоб хоть как-то заслужить признание императора и подняться немного выше в пищевой цепочке. Вот кому действительно нужно делать налоговые поблажки и оказывать поддержку.

И это я разобрал только один пример, а там подобного – целая книга, которую я еле поднял. Хорошо, что я не согласился на титул графа – барон тоже аристократ, но там немного проще: я никому не нужен и могу, в принципе, на всех плевать, кроме императора.

Самое страшное, что может случиться – вызовут на дуэль или объявят войну мне. Дуэлей я не боюсь, а объявлять мне войну совершенно бессмысленно – у меня даже поместья нет, за которое можно воевать.

Поняв, что всё – ещё немного, и мозг у меня взорвётся, я шумно захлопнул талмуд и спрыгнул с кровати, на которой валялся. (Ловко в этом мире, кстати, придумали ставить кровати друг на друга, чтоб сэкономить место в казарме. Непонятно только, почему ограничились лишь двумя ярусами, а не сделали пять-шесть – до самого потолка.) Надо срочно размяться и проветриться.

Задание я пока взять никакое не могу – меня ещё не оформили как вольного охотника. Есть я не хочу – пирожки оказались очень уж сытными. Значит, попробую найти полигон: Стоянов говорил, что там есть тренажёры, полосы препятствий и арены, где всегда можно найти партнёра для спарринга.

То, что мне и нужно – хочу оценить, на что я способен. Потому что одно дело – знать, что я вроде как боец, и совершенно другое – понимать, насколько хороший я боец.

Не зная своих возможностей, можно легко переоценить себя и нарваться на неприятности. Ну или, наоборот, недооценить и охотиться только на крыс, боясь связываться с кем-либо опасней.

Добравшись до полигона, я присвистнул. Тот, кто это строил, явно не экономил на обучении и тренировках солдат. Если казарму спроектировали так, чтоб засунуть максимальное количество бойцов в небольшую бетонную коробку, оставив минимум удобств, то тут разошлись на полную.

Чего тут только не было: одних только арен для спаррингов было штук десять, а ещё стрельбища, какое-то изрытое воронками квадратное поле со стороной не менее полкилометра, всевозможные полосы препятствий, тренажёры и прочее, прочее, прочее.

И всё это великолепие не простаивало: тут и там сержанты гоняли рядовых, подбадривая отстающих отборным матом. На стрельбище стоял грохот от выстрелов и взрывов гранат, чуть дальше ревела магия, а на аренах с упоением друг друга лупили бойцы – как оружием, так и просто кулаками. Навскидку тут было человек триста, и каждый был чем-то занят. Красота!

Посмотрев по сторонам, я приметил одну свободную полосу препятствий, где никто не занимался. Видимо, что-то для начальных уровней или для разминки, которую все уже завершили, поэтому и стоит пустая. Но мне-то нужна именно разминка – значит, туда и пойду.

Оголившись по пояс, чтоб ненароком не порвать выданную мне казённую форму, я приблизился к первому испытанию – конструкции, напоминающей огромный турникет. Чтоб пройти дальше, мне нужно упереться в перекладину и провернуть её. Выглядит несложно.

Положив руки на массивный брус, я попытался его толкнуть вперёд, но смог сдвинуть лишь на сантиметр.

– Обалдеть! Что за монстры тут служат, раз у них разминочные тренажёры такие тугие? Нет, так дело не пойдёт.

Влив немного энергии в мышцы, чтобы усилиться, я снова попытался сдвинуть перекладину с места – уже лучше: сантиметров на пять сдвинул. Значит, добавляем энергию – вот теперь нормально.

С натугой, прилагая все силы, я кое-как провернул турникет и шагнул дальше… чтобы упереться носом в совершенно гладкую металлическую стену высотой метров пять.

– Это я её, типа, должен перепрыгнуть? Сурово! Ладно, попробуем.

Напитав до упора ноги энергией, от чего мышцы буквально начали гореть, я подбросил себя вверх и кое-как сумел ухватиться кончиками пальцев за край стены. После чего подтянулся и перевалился через неё, сгруппировавшись в последний момент, чтобы приземлиться на ноги, а не растянуться позорно лицом вниз.

– Обалдеть! У них тут разминки… Боюсь представить, что творится на полноценных полосах!

Так, дальше у меня бревно десятиметровой длины, по которому, кажется, предстоит пробежать. Всё бы ничего, если бы оно не начинало вращаться вдоль продольной оси, едва на него наступишь.

– Ну ничего! Я вроде ловкий, и потому должен справиться.

Тем более уже вон зрители собираются – не хочется перед ними ударить в грязь лицом и в прямом, и в переносном смысле. Грязевая ванна под бревном недвусмысленно намекает, что ждёт неуклюжих неудачников.

А мне с собравшимися зрителями всё-таки в ближайшее время предстоит жить под одной крышей, и не хотелось бы в первый день получить славу слабака, не способного пройти разминочный комплекс.

***

– Слышь, Ванек, это кто? – указал один из инструкторов на голого по пояс мужика, который прямо в этот момент упорно пытался вскарабкаться по наклонной балке.

Всё бы ничего, если б угол наклона не приближался к отвесному, а балка не была отполирована до блеска и поэтому была чертовски скользкой. Бедолага раз за разом скатывался вниз, но не сдавался и пробовал снова и снова.

– Новичок, похоже, – хмыкнул второй инструктор. – И где только такого громилу нашли?

– Может, скажем ему?

– Да не, я думаю, он специально туда пошёл, – мотнул головой Ванёк. – Видно же, что он незаурядный человек, и поэтому стандартные тренировки ему как горох о стену.

– Вы чего тут залипли? – подошёл к беседующим третий инструктор.

– Да вон, за новичком на девятой полосе наблюдаем, – указал кивком Ванёк на полуголого гиганта, который смог-таки взобраться по балке и теперь прикидывал, как допрыгнуть до следующей платформы, которая была метрах в пяти впереди.

– Так девятая же обесточена! – обернулся третий инструктор и посмотрел на тренирующегося, который каким-то непостижимым образом сиганул с запасом и едва успел затормозить, чтобы не свалиться с узкой платформы.

– Ему это, похоже, не сильно-то и мешает, – пожал плечами Ванек. – Вот, буквально минуту назад он поднял отключённый противовес и пошёл дальше.

– Да иди ты! – не поверил собеседник. – Он же весит килограмм сто пятьдесят, и без включённых компенсаторов его хрен сдвинешь с места.

– И тем не менее…

– Оу! Похоже, это больно! – прокомментировал Ванек эпичное приземление новичка лицом вниз, когда тот не удержался на канате и свалился с пятиметровой высоты на жёсткий песок.

– Пойдём поможем, что ли? Как бы он там себе шею не свернул.

***

До конца полосы я так и не добрался. Обидно. Надо же было поскользнуться на этом проклятом канате! Теперь придётся возвращаться и снова ползти по наклонной балке – что ещё за геморрой? Будь со мной магия – можно было бы сделать ладони липкими, но чего нет, того нет. Вот и приходится выезжать на грубой силе и допинге в виде прямого вливания энергии в мышцы. Чую, завтра расплата будет очень жёсткой.

Матерясь сквозь зубы на своё не самое удачное приземление – шмякнулся, словно кусок… глины, – я перекатился на спину и сел, пытаясь восстановить сбитое из-за удара о землю дыхание.

– Ну ты могуч, мужик! – раздался голос справа от меня.

Обернувшись, я увидел трёх солдат, один из которых для чего-то держал в руках аптечку. Видимо, какой-то пункт устава: в случае падения солдата – на всякий случай нести медпакет, даже если упавший не выглядит пострадавшим.

– Сейчас дух переведу и ещё раз попытаюсь, – на всякий случай произнёс я, чтоб не посчитали меня слабаком. – Думаю, минут за двадцать закончу с этим разминочным комплексом и смогу присоединиться к ним, – указал я кивком в сторону ближайшей полосы препятствий, где рядовой состав отрабатывал штурм укрепления и раз за разом с задорным матом шмякался в жидкую грязь у стены.

– То есть это для тебя всего лишь разминка? – нервно хохотнул один из подошедших. – Боюсь тогда даже представить, на что ты способен, если будешь выкладываться на полную. Танковую пушку в узел завязывать?

– Иван, кстати, – протянул он мне руку.

Похоже, это у местных – ритуал знакомства. Где-то я подобное уже встречал, и, мне кажется, что я должен в ответ назвать своё имя и пожать протянутую руку. Надеюсь, не напутал ничего. Хотя ладно, если что – извинюсь и скажу, что так положено в моих краях, поэтому сделал это без задней мысли.

– Георг, – пожал я протянутую ладонь, отслеживая при этом реакцию собеседника. Никакого отторжения на лице не проскочило – значит, я всё правильно оценил и сделал.

– И откуда ты такой взялся, Георг, что умудрился пройти половину отключённой полосы препятствий? – поинтересовался второй служивый, после чего также протянул мне ладонь. – Сергей.

– В смысле отключённой? – не совсем понял я.

– В прямом, – усмехнулся тот, что назвался Иваном. – Это новейшая разработка – маго-механическая полоса, у которой в настройках задаётся уровень сложности, после чего все элементы начинают двигаться и прочее. Сделана для того, чтоб солдаты могли постепенно наращивать нагрузку и за счёт этого прогрессировать.

– То-то я думаю, что странный какой-то тренировочный комплекс, – почесал я затылок. – Надеюсь, ничего не сломал – неловко вышло бы.

– Не боись, – рассмеялся Сергей. – Это ИмпМагМаш – они технику делают на века, и так просто её не сломать. И всё же откуда ты? Акцент странный.

– Из Диких Земель, – ответил я, придерживаясь легенды, что придумали для меня Стоянов и Виктор Аристархович.

– И что, у вас в Диких Землях все такие отбитые, что кидаются на монстров восьмого ранга голышом? – то ли в шутку, то ли на полном серьёзе спросил молчавший до этого третий боец. Тот самый, что принёс с собой аптечку.

– Не поверишь, я ещё считаюсь образцом благоразумия, – усмехнулся я.

Так, слово за словом, мы и не заметили, как разговорились и, словно давние друзья, травили байки и подшучивали друг над другом. Приятные люди! Если и остальные тут такие же, то, чую, я запросто приживусь – если не в этом мире в целом, то как минимум на этой военной базе.

Всё время разговора меня не покидало чувство, что я вернулся в свою стихию. Не в том плане, что раньше я был военным, а в смысле, что я всю жизнь – ну или, по крайней мере, последнее время – проводил большую часть своего времени в компании именно таких лихих и безбашенных людей, которые чётко понимают: любой день может стать для них последним. И поэтому стараются прожить его максимально ярко и без сожалений.

Что ещё мне понравилось в собеседниках – это их открытость. Они не пытались выведать у меня какие-то тайны или секреты, и даже не пытались выяснить, как я тут очутился. Словно для них это в порядке вещей, когда открывается портал, и из него вываливается голожопый и воинственный амбал, который сразу рвётся сеять вокруг добро и справедливость.

Единственное, что они все пытались узнать – это на что я способен. Но при этом без злого умысла, а просто чтобы знать, на что рассчитывать, когда я буду стоять с ними в одном строю и отбиваться от прущих со всех сторон монстров.

Но когда я честно признался, что понятия не имею о своих возможностях из-за потери памяти после переноса, они ничуть не расстроились. Вместо этого они решили выяснить это эмпирическим путём.

Дмитрий – это тот, что был с аптечкой – даже выбил для меня место на арене вне очереди. Да, оказалось, что посещение арены тут строго по записи, поскольку арен мало, а желающих много. Он предложил провести несколько спаррингов.

И вот я стоял перед стойкой с учебным оружием и пытался понять, что же из предложенного ассортимента мне ближе.

Копья и всевозможные топоры я отмел сразу – даже близко не представляю, как с ними обращаться. Боевым молотом, в принципе, смог бы воевать, но, если честно, много ума тут и не надо: лупи со всей дури – и будет тебе счастье. Главное – попасть. И желательно попасть по врагу, а не себе по ноге.

А вот рядом с мечами я задержался.

Кажется, раньше я был мечником – прямо чувствую это. Но когда я брал разные мечи в руку, что-то внутри меня отторгало это оружие. Я пробовал разные формы и модели, но всё было не то.

Наконец я понял, что именно меня смущает: местные одноручные мечи рассчитаны на местных – для меня они слишком короткие, из-за того, что руки у меня несколько длиннее. Поэтому я попробовал взять полуторник – и сразу же расплылся в довольной улыбке: то, что надо! Идеальная длина для меня, хват удобный.

Да, он рассчитан на то, что жители этого мира будут держать его двумя руками. Но в мою лапищу он вписывался как влитой.

Взмахнув им пару раз для пробы, я удовлетворённо кивнул. Не идеально, конечно – баланс слегка хромает, и тяжеловат, но для тренировочного боя вполне годится.

Выйдя в центр арены, я внимательно осмотрел назначенного мне Дмитрием (он, кстати, оказался инструктором по ближнему бою) спарринг-партнёра.

Невысокий, жилистый, в одной руке – короткий меч, во второй – что-то вроде даги. Явно предпочитает скоростной стиль боя: быстрая сшибка, удар по уязвимым местам и отскок. Если противник не помер – повторить.

Судя по его позе, он планирует зайти слева, рассчитывая, что там у меня слабая зона, в которой я не смогу в полной мере орудовать длинным мечом. Что ж, посмотрим, на что я гожусь.

– Бой! – скомандовал Дмитрий, и мой оппонент, как я и думал, сделал обманное движение и рванул к левому боку, который я демонстративно открыл, сделав вид, что купился на его обманку.

В момент, когда он хотел уже полосонуть меня тупой кромкой учебного меча, я резко шагнул влево и врезал ему кулаком под дых. После этого добавил лбом в переносицу – отчего тот «поплыл» и шлепнулся на задницу.

– Всё путём? – поинтересовался я, помогая бойцу подняться на ноги. Тот в ответ кивнул и побрёл к краю арены, где расположились медики, уже готовые оказать первую помощь пострадавшему.

– Следующие на арену – Марат и Ренат! – решил усложнить мне задачу Дмитрий, выставив против меня сразу двух бойцов – двух близнецов, которых лично я отличить друг от друга не мог.

Выйдя на арену, братья разошлись в стороны, беря меня в клещи, и встали в боевую стойку – каждый в свою. Видимо, они уже не первый раз работали вместе, и поэтому все варианты тактик были давно отработаны.

– Плохая идея, – покачал я головой, обернувшись к одному из близнецов. – Тебе не хватит массы, чтобы заблокировать мне руку.

– Я б на твоём месте прислушался к тому, кто голышом восьмёрку завалил, – поддержал меня Дмитрий.

Мой противник фыркнул, но стойку сменил. Второй брат мгновенно подстроился к выбранному стилю брата.

– Бой! – рявкнул инструктор.

И тут братья меня удивили. Видимо, применив какую-то особую технику, они моментально сблизились со мной. Не мешкая, они нанесли два удара с разных сторон.

Ни уклониться, ни тем более заблокировать одновременно оба удара, направленные в разные части тела, я не успевал. Поэтому пошёл ва-банк.

Резко ускорившись за счёт влитой в мышцы энергии, я сначала принял удар справа на жёсткий блок, а потом попытался перехватить свободной рукой за запястье напавшего слева, рискуя при этом лишиться руки – если бы я немного промахнулся и схватил лезвие клинка, направленного мне в бочину.

Мне повезло. Нападающий слева не стал рисковать и мгновенно разорвал дистанцию – как и его брат, которому, похоже, отсушило руку при ударе.

А дальше начался настоящий танец. Братья пытались добраться до моей тушки, а я прикладывал все силы, чтобы не позволить им этого сделать.

Должен заметить, что близнецы были действительно хороши. Они отлично чувствовали и дополняли друг друга в бою: стоило мне отвлечься на одного, как другой тут же наносил удар.

Это был крайне неудобный противник, который, похоже, решил во что бы то ни стало одолеть меня – даже если придётся изрубить меня на куски тупым учебным оружием.

Ну, пусть попробуют! Я тоже не пальцем делан и так просто не дамся.

Глава 4.

Наш смертельный (ну условно, конечно – всё-таки мы тут не сражаемся, а всего лишь проводим тренировочный спарринг) танец длился минут пять, пока я не впал в какой-то боевой транс, что ли. Мои движения стали плавнее и быстрее, притом что я даже не вливал в тело энергию, решив, что это не спортивно и никак не поможет мне понять, на что я способен без заёмной силы.

Я словно взглянул на поединок со стороны, и мне сразу стало всё понятно: я мог предугадать не только следующее движение своих оппонентов, но и что они предпримут, если я уклоняюсь или контратакую.

Весь бой для меня стал словно шахматная партия, где можно просчитать противника и подготовить ему ловушку. Обалденное чувство абсолютного доминирования и всемогущества. Даже не догадывался, что умею так.

К сожалению, этот транс длился недолго – всего несколько секунд, но и этого мне хватило, чтоб пропустить клинок одного из братьев у себя под мышкой, буквально на два миллиметра разминувшись с холодной сталью, а в следующий момент резко крутануться на месте, одновременно лишая противника оружия и нанося удар рукоятью по шлему. Отчего Марат (или Ренат) осел на землю без сознания, а я, вооружённый уже двумя мечами (правда, второй был настолько короткий для меня, что больше походил на кинжал), начал теснить его брата, осыпая того градом тяжёлых ударов.

Ренат (или Марат) пытался, конечно, как-то отбиваться от моего бешеного напора, но разница в грубой физической силе своё дело сделала. Да и утратил он большую часть своей прыти после нокаута брата – есть такое у близнецов: пока они оба в строю, у них синергия, отчего каждый из них усиливает другого, и суммарный бонус каждому может быть вплоть до трёхкратного. Но стоит одному из них выбыть, как второй получает жесточайший синергический откат. Поэтому такую синергию стараются не использовать, а если уж и делают это, то, как правило, исключительно в скоротечных стычках, где потенциал раскрывается на максимум.

Вот только братья вряд ли способны осознанно использовать этот навык из-за того, что с Системой тут не знакомы и действуют скорее интуитивно.

Так или иначе, второй брат держался достойно и, даже лишившись оружия, не сдался, а набросился на меня с кулаками, но получил удар плашмя по голове и присоединился к брату в царстве забытья.

Стоило последнему моему оппоненту упасть, как со стороны зрителей раздались хлопки, а вслед за ними и басовитый голос Стоянова:

– Что ж, вы все только что видели, что инициатива нашего батюшки-императора по привлечению на нашу сторону жителей Диких Земель – не такая уж пустая затея, как считают диванные генералы в столице, – произнёс полковник, выходя на арену. – Только что наш новичок всухую раскатал двух наших лучших бойцов, которые раньше считались непобедимыми.

И если всё получится, как задумал наш мудрый правитель, то Георг – лишь первый из наших новых союзников, и совсем скоро сотни и тысячи таких бойцов станут вашими братьями по оружию, вместе с которыми мы отбротим тварей в восточный океан, освободив нашу родину от мерзких порождений тумана.

– Пойдём, Георг, – махнул он мне рукой, – будем тебя оформлять в качестве вольного охотника.

Хорош Стоянов – ничего не скажешь. Одной фразой сразу несколько целей добился: официально утвердил мою легенду выходца с Диких Земель и заодно дал всем понять, что моё появление здесь – это не его прихоть, а пожелание сверху, причём с самого верху. Поэтому все претензии и недовольство по поводу моего присутствия – высказывать нужно самому императору. Или, если сказать другими словами: «Не нравится – можешь оставить своё мнение при себе и молчать в тряпочку».

Ну и как вишенка на торте – намекнул всем, что я не лыком шит и враждовать со мной – та ещё авантюра. А если кто-то всё же совершил такую глупость – то сам виноват в том, что ему настучали по лицу. Но с братьями всё же нужно будет поговорить: бойцы они хорошие, и не хотелось бы, чтоб у меня с ними было недопонимание или какие-то тёрки.

Убедившись, что с Маратом и Ренатом всё в порядке (насколько вообще может быть в порядке после крепкого удара по голове) и ими уже занимаются дежурящие у арены лекари, я вернул Дмитрию тренировочный меч, накинул китель и поспешил за полковником. Он не стал дожидаться, когда я соизволю закончить свои дела, и неспешным шагом уже направился в сторону административного блока.

– Держи, – протянул мне Николай Владимирович конверт, стоило поравняться с ним. – Тут паспорт, документы, подтверждающие титул барона, и три тысячи рублей подъёмных. Родовой перстень пришлют позже – его ещё изготовить нужно, а это дело не одного дня.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я немолодого офицера. Понятия не имею, много или мало это – три тысячи, но всяко это на целых три тысячи больше, чем было у меня ещё пять минут назад.

Раскрыв конверт, я достал оттуда новенький хрустящий синий паспорт и открыл на первой странице. Да уж, фотография получилась не очень – какой-то я слишком носатый вышел на снимке. Или у меня и правда такой шнобель?

– Серьёзно? – справедливо возмутился я, прочитав фамилию, которую эти два деятеля мне придумали. – Говорю же, я трезвый был, просто мне память отшибло!

– Ты о чём? – сначала не понял Стоянов, но после того, как я ему показал надпись в паспорте – «Бухарев Георгий Павлович» – открыто рассмеялся.

– Честно – это не моя инициатива, – произнёс он, возвращая мне документ. – Мы, когда с Витей обсуждали, как тебя записать, в шутку предположили, что вся твоя ситуация выглядит как пьяные приключения. Вот Виктор и решил, видимо, увековечить это.

– Да ладно тебе – не обижайся, – хлопнул меня по плечу полковник. – Нормальная фамилия. Есть в ней что-то такое… наше, русское.

– Угу, – буркнул я, убирая паспорт обратно в конверт и извлекая оттуда сложенную пополам грамоту. На ней было указано, что Бухареву (ну, припомню я этим шутникам однажды!) Георгию Павловичу выдан наследный титул барона, и он теперь является полноправным аристократом Российской Империи. И огромная оранжевая печать внизу. Причём магическая – фонит, как средней силы артефакт. Видимо, чтоб никто не мог подделать и не продавал титулы направо и налево.

Деньги я тоже достал. Точнее, одну купюру – и то лишь для того, чтобы посмотреть, как они в этом мире выглядят. Ведь от мира к миру они отличаются: где-то это просто бумага с определённым рисунком, где-то – монеты из разного металла, а в одном мире и вовсе камни – чем он больше, тем выше номинал. Поэтому нет ничего удивительного, когда для оплаты особо дорогого товара привозят булыжник размером с грузовик.

В этом мире использовалось что-то среднее между монетами и банкнотами – тонкие металлические пластины, пропитанные убойной дозой магии. Такие даже хочешь спрятать – не сможешь: любой маг с полукилометра учует их. Хорошо хоть они небольшие, и металл используется довольно лёгкий – что-то вроде алюминия, но жёстче и прочнее.

Осмотрев купюру номиналом в сто рублей, я вернул её в общую стопку в конверте. Нужно будет озаботиться каким-нибудь кошельком или подсмотреть, как другие носят с собой деньги. Ведь по любому уже придумали оптимальное решение по хранению и транспортировке ценных активов.

– Тебе туда, – указал мне на дверь справа Стоянов. – Как закончишь – поднимись ко мне в кабинет: у меня есть первое задание для тебя.

Кивнув, я отправился в указанном направлении и постучал в дверь, на которой висела чёрная табличка с золотыми буквами: «Пункт регистрации вольных охотников на службе Империи».

– Войдите, – раздался с той стороны двери дрожащий старческий голос.

Открыв дверь, я шагнул за порог и огляделся. И правда – старик. Очень, очень, очень древний старик. Блин, ему на пенсию лет двести назад было пора: он явно лично видел, как рушится мир, когда старая Империя пала – а это, на минутку, было четыре сотни лет назад. И с тех пор этот старик, похоже, тут и работает, принимая на службу тех, кто решил связать свою жизнь с бесконечной борьбой человечества против монстров. Настоящий фанат своего дела – безмерно уважаю таких людей.

– Добрый день, – поклонился я старику в знак глубокого уважения. – Меня направил сюда полковник Стоянов.

– А, новый боец! – оживился дедок и резво достал из стола девственно чистую папку, после чего взял ручку и приготовился писать. – Фамилия, имя?

– Бухарев Георгий Павлович, – ответил я, протягивая сотруднику администрации свой новенький паспорт.

– Место рождения?

– Э-э-э… Дикие Земли, – с небольшой заминкой ответил я. С одной стороны, нехорошо обманывать пожилых людей, а с другой – это не моя прихоть, поэтому вся ответственность на полковнике и его дружке.

– Город? Село? Хутор хоть? Что мне указывать в документах? – поднял на меня взгляд старик.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Не буду же я говорить, что я ни малейшего понятия не имею о местной географии. Пусть лучше считает меня необразованным дикарём, чем я ляпну что-нибудь, что выдаст меня с потрохами.

– Ладно, пусть будет Астрахань, – хмыкнул дедок, делая очередную пометку в моём личном деле.

– Ранг в магии?

– Вот тут, честно говоря, понятия не имею, – признался я. – Чую, что магия во мне есть, но колдовать не могу.

– Совсем ничего не можешь? – уточнил старик. – Даже хоть что-нибудь, чтобы я мог замерить силу?

– Могу чистой силой вжарить – там много ума не надо.

– Давай, – согласился дед, положив на стол какой-то артефакт – видимо, как раз измеритель магической силы. – Возьми в руку и направь энергию… Ну вон, в дверь, например.

Взяв артефакт, я вытянул руку в сторону двери и высвободил энергию, вложив в удар примерно половину своего запаса.

– М-да, – погладил бороду старик, глядя на выбитую вместе с косяком дверь. В неё, едва осела пыль, заглянул дневальный. Убедившись, что с нами всё в порядке, он вернулся на пост без единого вопроса. Видимо, не в первый раз уже подобное происходит тут, и все уже привыкли.

– Силу пишу – четыре, контроль – ноль, – заключил старик, возвращаясь к моему личному делу.

– А четыре – это хорошо? – робко уточнил я. Ну не может же он поставить мне плохую отметку после того, как я разнёс ему полкабинета? Или может – чисто из вредности?

– Четыре – это четыре. Из двадцати. Но если поставлю девять, как показывает артефакт, то при твоём нулевом контроле за тобой всюду будет ходить инквизитор. Он прибьёт тебя, как только заподозрит, что ты вот-вот сорвёшься и превратишься в живую магическую бомбу. Оно тебе надо?

– Пожалуй, четыре – тоже отличный результат для новичка, – согласился я с аргументами старика.

– Физическая сила? – поднял на меня взгляд старик, после чего сам же ответил: – Ставлю пять.

– Тоже из двадцати? – хмыкнул я.

– Нет, по пятибалльной шкале. Рукопашный бой и стрельба? Хотя ладно – ставлю тоже пятёрки. Ты явно не только из-за каши в детстве вырос таким… внушительным. Значит, с какой стороны держаться за меч – знаешь.

– Вот и всё, – закончил он писать в моём личном деле. – Сдаёшь три сотни рублей взноса, получаешь тату – и можешь смело брать задания своего ранга или ниже. Если нет денег на взнос – можем сделать отсроченный платёж на месяц.

– Сразу заплачу, – вынул я из конверта три купюры по сотне и положил на стол. – Что за тату?

– Взнос – не мне, а в бухгалтерию, – даже не взглянул на деньги старичок. – А тату обычное – что-то вроде метки, которая показывает твой ранг.

– Клади правую руку вот сюда, – указал дедок на аппарат, похожий на прибор для измерения давления. – Дальше просовывай, чтоб локоть упёрся в ложбинку.

– Не лезет дальше, – признался я, чувствуя, что рука, кажется, застряла в аппарате.

– Проклятье, и где вас таких откармливают? – выругался дед, после чего что-то нажал. Прибор с жужжанием приподнялся, подстраиваясь под толщину моей руки.

– Сейчас может быть немного больно. Главное – не дёргайся, иначе запорешь всё, – предупредил меня старик. После чего нажал какую-то кнопку – и мне словно залили расплавленный металл под кожу. И это он называет «немного»?

Стиснув зубы, я терпеливо дождался окончания процесса. Вынув руку, я посмотрел на четыре кольца, опоясывающие моё правое предплечье чуть ниже локтя.

«Какая интересная татуировка… Это не просто рисунок, это… Что-то крутится в голове, но вот вспомнить никак не могу. Но это явно что-то системное. И неполное – не хватает одной части».

Точно! Это же ганийская руна накопления! Офигеть, не думал, что когда-нибудь встречу их – этой технологией уже не пользуются лет так тысячу. Раньше да – она была незаменима. Левая татуировка собирала энергию при убийстве монстров и передавала в правую. А правая была напрямую связана с источником владельца, одновременно выступая как дополнительный накопитель и показывая размер этого самого источника.

– Рад, что не ошибся в тебе, – удовлетворённо произнёс старик, осмотрев получившуюся тату. – Четвёртый ранг – очень даже неплохо для того, кто только заступил на службу.

«Всё», – закрыл он моё личное дело и убрал в шкаф позади себя. – Топай в бухгалтерию, делай взнос и можешь идти к интенданту за экипировкой.

– А вторую татуировку? – опешил я. – Или она даётся после испытательного срока?

– Какую вторую татуировку? – не понял старик, имя которого я, к своему стыду, так и не удосужился узнать.

– На левую руку, – пояснил я. Но, поняв, что вот-вот ляпну то, что говорить не стоит, начал импровизировать: – У нас такие татуировки ставят охотникам, закончившим обучение.

– Вряд ли такие же, – усмехнулся старик. – Это древняя технология, которая осталась ещё от рода Краевых. Одна из немногих сохранившихся. Самый смак этой тату в том, что её не нужно обновлять – она сама меняется со временем. Чем больше монстров ты победишь, тем больше колец будет на ней. Так мы определяем ранг бойца.

Там всё несколько сложнее: татуировка не учитывает монстров, которые намного слабее тебя. Поэтому ты не повысишь ранг, убив даже тысячу зайцев. Но зато если пройдёшь по грани, выложившись в бою на все триста процентов – татуировка обязательно это оценит. Может даже поднять тебе ранг авансом.

Поговаривают, что она ещё на что-то способна, но пока это не доказано. А подробного описания технологии, к сожалению, не сохранилось.

Чудо, что этот аппарат, – старик погладил рукой стоящий перед ним прибор, – удалось найти и восстановить. Как и два других, найденных там же. А тебе так и вовсе крайне повезло, что ты попал именно в нашу часть. Иначе бы тебе пришлось тащиться в другую крепость, чтобы зарегистрироваться.

– Да, действительно повезло, – кивнул я.

А сам при этом думал о совершенно другом: технологии Системы в этом мире определённо есть. Точнее, они точно были раньше, а после, скорее всего, утеряны.

Возможно, в древности этими знаниями и технологиями обладал какой-то ограниченный круг лиц, не позволяя знаниям выйти в широкие массы.

Известны ли мне миры, где Система в полной мере доступна не каждому? Как ни странно – да.

Пусть я не помню, что это за миры, но точно помню, что такие есть. В таких мирах зачастую те, кто умеет взаимодействовать с Системой, являются кем-то вроде хранителей мира.

И в такие миры так просто не попасть, насколько мне известно. Нужно быть кем-то поистине могущественным, чтобы войти туда самому или кого-то отправить. Кем-то на уровне древних.

То есть я, получается, древний? Да не, бред. Я, конечно, хорош, но до древних мне как до Астрала пешком.

А вот то, что меня сюда мог отправить кто-то из них – звучит более логично и реалистично. Вопрос – зачем?

От подобных размышлений у меня дико разболелась голова. Это дало мне понять, что я на верном пути. Но пока знать ответы мне рано. Значит, подождём – спешить мне вроде пока некуда.

Предложив починить дверь или хотя бы оплатить ремонт, я получил решительный отказ и фразу в стиле: «Не ты первый, не ты последний, поэтому ничего страшного».

Поэтому в итоге просто поблагодарил старика за регистрацию меня любимого и направился прямиком в бухгалтерию. Там буквально за минуту оплатил положенный взнос. После чего пошёл в сторону арсенала, где мне предстояло выбрать себе оружие и броню.

Даже интересно, смогу ли я себе что-нибудь подобрать, учитывая разницу размеров между мной и местными. Очень на это надеюсь. Не хотелось бы щеголять перед монстрами в одном исподнем, учитывая, что с барьером у меня пока затык и защиты у меня пока никакой нет.

Глава 5.

В арсенале я застрял на целый час. Оно и не удивительно – довольно сложно было мне подобрать подходящую экипировку, и всё из-за чёртовых размеров. Ну, не изготавливают тут броню для двухметровых бугаев. Точнее, изготавливают, но под заказ, дорого и долго.

В итоге местный интендант смог-таки собрать мне кое-какую экипировку: где-то растянув жилет, а где-то подогнав укреплённые какой-то там нитью штаны. Это ещё хорошо, что когда-то тут служил огромный по меркам этого мира солдат – целых сто восемьдесят пять сантиметров. Оставшуюся после него броню мы и дорабатывали вдвоём с интендантом. Да, не новая, но главное в броне – не её внешний вид, а насколько хорошо она защищает твою собственную шкуру.

С оружием ближнего боя решилось всё быстро: мне просто показали весь доступный ассортимент полуторников и двуручных мечей, и я выбрал себе один из них. А вот от стрелкового оружия мне пришлось отказаться – опять же из-за моих габаритов. Мой палец, который был вдвое толще пальцев местных, банально не пролезал в спусковую скобу. Да и рукоять была слишком короткая для меня.

Можно было, конечно, заморочиться: отпилить спусковую скобу, удлинить рукоять, нарастить цевьё, но оно того не стоило. Да и не позволил бы Сидоренко – это интендант военной базы – курочить казённое имущество, поэтому от огнестрела я отказался. Зато взял себе перевязь с метательными ножами. Коротковаты для меня, конечно, но, думаю, пара дней тренировок – и смогу выпускать до десяти ножей в минуту, превращая противников в ёжиков, но с иголками внутрь.

Собрав всю экипировку в выданный там же в арсенале объёмный рюкзак, я, по совету интенданта, направился в мастерскую, где главный инженер гарнизона сможет за пару рублей подогнать всё под меня и подремонтировать изношенные части.

В мастерской, куда меня отправил интендант, меня ждала приятная неожиданность. И я говорю не про двух братьев, которых я отметелил на арене (хотя они тоже тут были), а про сообщение от Системы:

Обнаружены два дополнительных источника информации.

Прогресс синхронизации значительно увеличен.

Текущий уровень синхронизации – 87 %.

Просто замечательно – не нужно ждать четыре дня. Уже завтра я, надеюсь, получу ответы – если не на все, то как минимум на часть своих вопросов.

Можно было бы предположить, что буст синхронизации связан с близнецами, околачивающимися в мастерской. Но я уже сталкивался с ними на арене, и тогда система молчала, поэтому не вяжется. Видимо, это совпадение.

– Привет, парни, надеюсь, без обид, – я сразу решил расставить все точки над «и», подходя к близнецам. – Если между нами возникли какие-то недопонимания и взаимные обиды – лучше сразу их решить, а не ждать, когда они выльются во что-то серьёзное.

– Какие обиды, брат? – расплылся в улыбке Ренат (или Марат). – Это был шикарный бой – давно нас никто не гонял так по арене.

– Угу, – поддержал его брат. – Мы уже и забыли, каково это – получать по мордасам. Спасибо, что напомнил, что хоть мы и сильные, всегда найдётся кто-то сильнее нас. И уж лучше пусть это будет наш союзник, чем враг, который выпотрошит нас и пойдёт дальше как ни в чём не бывало.

– Но мы всё равно потребуем реванша, – вновь взял слово Ренат. – Когда получше подготовимся.

– И там тебе уже не будет так легко, – добавил Марат.

– Мне и в этот раз легко не было, – признался я. – Но от реванша не откажусь – мне тренировка с сильным противником тоже не помешает. Ладно, с этим разберёмся позже. Я сейчас ищу Нургалиева – не подскажете, где он?

– Так вон же он! – в один голос ответили братья и указали на точную копию себя, разве что чуть старше. Он в этот момент крутился вокруг какого-то транспорта, прикидывая, с какой стороны к нему подступиться, чтобы выдернуть здоровенный рог, застрявший в борту.

Хм… Ещё один брат, только старший? Хотя нет, скорее отец. Если присмотреться – то мужчина выглядит лет на шестьдесят, просто его возраст не так сильно бросается в глаза, как у того же полковника.

Хотя, с другой стороны, может, и не шестьдесят – я же понятия не имею, как тут меняются люди с возрастом. Да и мне ли судить – мне на вид так и вовсе лет двадцать пять, хотя я намного старше.

Ни малейшего понятия не имею о своём фактическом возрасте, но точно помню, что лет двадцать учился в одной академии, ещё пятнадцать – в другой, да и в армии вроде как служил (а это ещё минимум десять лет).

Вот и выходит, что я куда старше, чем выгляжу. Да и вообще какая разница, сколько этому Нургалиеву лет и кем он приходится близнецам? Главное, чтобы руки из правильного места росли.

– А, Георг – наша новая легенда, приветствую! А я всё жду, когда ты зайдёшь, – протянул мне руку мастер, едва я попал в его поле зрения. Ради такого дела он даже вытер руку о промасленную спецовку.

– Не знал, что стал легендой, – признался я, пожимая крепкую ладонь. – Сидоренко предупредил, что я приду?

– Пфф… Сидоренко? Логика! – поднял палец инженер. – На такого громилу, – обвёл он меня рукой, – не так-то просто найти броню.

Единственный вариант – старый доспех Потапова, который сгинул в Диких Землях два года назад. Но старая его бронька, насколько я знаю, довольно сильно пострадала, поэтому её нужно чинить, прежде чем идти в ней в бой. А тут кроме меня никто этим не занимается – вот и жду тебя.

И сразу, предупреждая твой вопрос, откуда я знаю о тебе: во-первых, слухи ходят, а во-вторых, вон те два оболтуса пришли сюда сразу после того, как их подлатали, и в красках рассказали, как их отметелили на арене.

За что тебе, кстати, отдельное спасибо – давно нужно было их спустить с небес на землю, а то зазнались. Бате не помогают – всё по лесам носятся да на тварей охотятся, считают себя непобедимыми.

– Так броню-то сможешь починить? – прервал я словесный поток инженера, который тараторил со скоростью пулемёта и, похоже, не планировал замолкать.

– Да легко! За десятку подшаманю так, что будет как новая. Сделал бы дешевле, но тут всё упирается в материалы. За работу-то не возьму в качестве благодарности за сыновей, но реагенты, сам понимаешь…

– Надеюсь, не тысяч? – уточнил я, прикидывая, где в случае чего брать деньги на оплату мастера.

– Ха! За десять тысяч я тебе новую броню сделаю из шкуры с задницы дракона! Десять рублей и полчаса времени, – хохотнул мастер. – Про дракона я, если что, пошутил – где я тебе его возьму? Но броню действительно могу сделать качественную – из кожи туманных тварей, со вставками и полным фаршем.

Разве что без зачарований – по всякой магической фигне это не ко мне. Кстати, если денег на ремонт сейчас нет – не беда, занесёшь, как появятся.

– Да нет, деньги есть, – вновь прервал я увлёкшегося инженера, вынимая сторублёвую купюру. – Вот.

Материалы не жалей – у меня с барьерами пока всё плохо, поэтому броня нужна крепкая, чтобы меня не проткнули в первом же бою тупо из-за того, что я зажал денег. Если нужно будет доплатить – скажи.

И никакого «сделаю бесплатно» – любая работа должна быть оплачена. Через сколько мне зайти?

– Давай через час. Да, думаю, за час управлюсь, – прикинул мастер, принимая от меня рюкзак с броней.

Ещё раз пожав ему руку, я направился в Администрацию части – к Стоянову, который что-то говорил о задании для меня. Надеюсь, там что-то прибыльное – очень уж меня заинтересовали слова мастера о броне из кожи туманных тварей. Как ни крути, доспехи и оружие для меня куда важнее всего остального, ведь они напрямую влияют на то, выживу ли я в бою или сдохну.

В кабинете Стоянова за прошедшие несколько часов, вот так новость, ничего не изменилось. Разве что исчез артефакт со стола, и его место заняла гора документов в папках. Хотя нет, «гора» – это неверное определение, потому что предполагает хаос, а у полковника на столе царил идеальный порядок: десять аккуратных стопок бумаг.

– Ну что, можно тебя поздравить? – кивнул мне Николай Владимирович, едва я вошёл в кабинет. – Ну, давай, хвастайся татуировкой.

Пожав плечами, я закатал рукав и продемонстрировал четыре кольца на предплечье.

– Четвёртый ранг – очень даже неплохо, – кивнул своим мыслям полковник, после чего подвинул в мою сторону одну стопку документов – четвёртую слева. – Выбирай.

– Что это? – решил уточнить я, хотя примерно предполагал, что мне на это ответят.

– Список тех, кого тебе нужно обучить своим фокусам с барьерами в первую очередь. Думаю, двух дней тебе на это хватит. Остальные, – полковник обвёл руками оставшиеся стопки, – это те, кого ты обучишь до конца недели.

Капец! Эти два деятеля, похоже, решили не стесняться и повесить мне в ученики вообще все вооружённые силы Империи. Да я же до пенсии только и буду делать, что тренировать своих учеников…

– Да я шучу! – заржал полковник через минуту. – Видел бы ты свою рожу.

– На самом деле, это задания для четвёртого ранга, – объяснил наконец пожилой военный. – Проверим твою удачу, потому что некоторые считают, что ты чертовски везучий, раз сумел укокошить «восьмёрку», не получив при этом ни царапины.

Хмыкнув, я наугад достал из середины одну папку и раскрыл её, при этом глядя на оставшиеся стопки таких же папок. Довольно амбициозно было предполагать, что я на старте получу десятый ранг, хотя для них моя победа над продвинутым монстром выглядит как проявление огромной по меркам этого мира силы.

– Отнести лекарство Макарову, – прочёл я единственную фразу, написанную на листке, лежащем в папке. – Это ещё одна шутка такая, что ли?

– Э-э-э… приношу извинения, – отобрал у меня папку Стоянов. – Это задание для другого ранга.

После этого он положил папку в другую стопку, но не к первому рангу, как я полагал, а к девятому.

– А в чём прикол? – решил я всё-таки выяснить, что не так с этим заданием.

– Макаров – это отшельник, который тут недалеко живёт. Он уже очень старый, и у него деменция, и малость крыша поехала из-за пережитого в молодости, поэтому никогда не угадаешь, как он тебя встретит. С одинаковым шансом может тебя угостить мёдом со своей пасеки и огненным шаром с тебя размером – он, видишь ли, архимагистр-универсал, поэтому дури там ого-го. И раньше девятого ранга туда лучше не соваться. Если не хочешь досрочно уйти на пенсию по инвалидности, конечно, – пояснил полковник. – Давай ещё попытку.

– Найти гнездо Скребунов, – прочитал я следующее задание, наугад вынутое из стопки.

– Да уж, удача – не твоё, – заключил полковник, после чего подробно рассказал, что мне нужно сделать и как.

Если свести его рассказ к минимуму, то получалось следующее: мне нужно вместе с двумя другими бойцами – один из которых кадровый военный, а второй, как и я, вольный охотник – найти гнездо каких-то скребунов, которые по описанию очень уж смахивают на Горхов. Возможно, это они и есть, но так как местные не общаются с Системой, то они не знают общепринятых названий и придумывают взамен свои.

После того как мы найдём это гнездо, нам нужно провести разведку боем. Если тварей окажется мало – нам предстоит их уничтожить. Если же гнездо окажется большим и тварей там будет тьма – вызвать подкрепление.

Вроде ничего сложного, если не считать того, что ни Стоянов, ни его служба разведки понятия не имеют, где это гнездо находится. Известно только, что иногда твари из этого гнезда выбираются и нападают на окрестные деревни. Короче, придётся повозиться и побегать по лесам в округе.

Вполне может оказаться, что в итоге задание затянется до утра или даже до следующего вечера. Зато, когда мы это гнездо найдём и зачистим, я наконец получу официальный статус Вольного Охотника. И смогу – если не буду косячить, конечно – сам решать, какие задания мне брать, а на какие можно положить болт, спихнув их на неудачников, которые не могут отвертеться от обязаловок из-за залётов или особого контракта.

Обсудив детали и получив комм для связи с базой на случай, если потребуется подкрепление, я попрощался с полковником и направился обратно в мастерскую. Думаю, Нургалиев уже закончил с моей экипировкой, и можно будет его загрузить ещё одним заказом. Если я прав и скребуны – это Горхи, то неплохо бы подготовиться к встрече с ними. А для этого мне нужно изготовить кое-что особенное.

***

И всё-таки здесь классно – места очень красивые. Хвойный лес, где растут трёхсотлетние гиганты высотой метров по двести, пружинящий мох под ногами, свежий воздух и умиротворяющая тишина. Если бы не постоянные нападки монстров, прущих из тумана, то эти края можно было бы смело назвать раем.

Кто-то, может, со мной не согласится и скажет, что в раю обязательно должен быть пляж и море, но я больше люблю именно такие леса. Они помогают отрешиться от всего мирского и лучше понять себя. Обязательно, после того как выполним задание, нужно будет сюда вернуться и просто погулять среди вековых сосен. Но сейчас немного не до прогулок.

После того как Стоянов выдал мне задание, я быстро метнулся к Нургалиеву и забрал у него свою броню. И что я могу сказать? Руки у мастера растут из правильного места. Глядя на окрашенную в чёрный матовый цвет бригантину и такие же чёрные уплотнённые штаны с металлическими вставками – и не скажешь, что ещё час назад это был разбитый и ушатанный хлам, едва способный прикрыть уязвимые места.

Теперь это была добротная броня, которая не стесняла движений и сидела на мне как влитая. Вот же глаз-алмаз у человека – даже без замеров смог всё идеально подогнать. Однозначно, какая-то способность у него есть.

Кроме того, я заказал у инженера массивный клевец на длинной рукояти. Выходить против монстров в каменной броне с мечом – это крайне тупо. Также я заказал кое-какие приспособления для охоты на тварей: болас и крепкий трос, которым можно стянуть ноги твари, чтобы она рухнула на землю и не мешала разбирать её на кусочки.

После этого я встретился со своими спутниками – Булатовым Егором и Михленко Владом. Они, как и я, взяли задание на выслеживание тварей. Мы весёлым трио отправились на ревущем на всю округу броневике в деревню Гольево, где и было последнее нападение тварей.

За время пути в эту деревушку (ехать туда пришлось в объезд, поскольку единственную ведущую из города грунтовую дорогу смыло во время недавней грозы) мы успели немного познакомиться и узнать друг друга поближе.

Егор оказался, как и я, аристократом, разве что не бароном, а виконтом из старой аристократии, который был настолько далёк от наследства своего батюшки (то ли девятый, то ли девятнадцатый сын), что от безысходности решил попробовать себя в стезе вольного охотника и самостоятельно пробиться в элиту Империи, завоевав себе имя и славу подвигами во славу её. С его способностями к магии земли и страстью всё делать правильно, у него есть все шансы осуществить задуманное и уже лет через пять отколоться от основного рода и основать свой, где он будет патриархом.

Влад же был военным в четвёртом поколении – его отец, дед и прадед всю жизнь воевали с тварями на границе. И этот славный малый, из которого каждое слово клещами тянуть нужно – настолько он замкнутый и неразговорчивый, – решил пойти по их стопам, с семнадцати лет служа в армии и дослужившись уже до младшего лейтенанта, на счету которого уже сотни успешных боевых выходов. Это достойно уважения, учитывая, что особыми талантами в магии он похвастать не может. Но его упорство и острый ум с лихвой нивелируют недостаток личной силы, поэтому он вполне заслуженно в свои двадцать три года является младшим офицером, который руководит такими малыми отрядами, как наш.

Ну и третий в нашей компашке, конечно же, был я – ни магии, ни заоблачного везения, как считают некоторые личности. Зато у меня здоровенное шило в заднице, не позволяющее сидеть на месте, и многолетний опыт, из которого я помню лишь крохи и то урывками.

Приехав в деревню, мы расспросили местных и направились по следам горхов, которых тут все называют скребунами, потому что, когда эти твари двигаются, раздаётся мерзкий скрежет камня о камень.

Влад оказался довольно хорошим следопытом и безошибочно вёл нас среди деревьев, находя даже мельчайшие признаки того, что не так давно тут прошла стая этих тварей. Опять же, судя по следам, – их было штук пять, что не так уж много, и наших сил вполне хватит, чтоб с ними справиться, не вызывая подкрепления из крепости.

– След обрывается, – вдруг резко остановился Влад, который до этого уверенно пер через лес. – Чёрт возьми, какая-то чертовщина. Вот тут он ещё есть, а тут, через метр, уже нет, словно тварь взлетела и переместилась по воздуху.

Начиная что-то подозревать, я опустился на одно колено рядом с последним следом, оставленным тяжёлой тварью (ещё бы она не была тяжёлой, учитывая, сколько камня они наращивают на своей шкуре), и начал внимательно осматривать землю.

Совершенно не задумываясь, что делаю, я смахнул в сторону опавшую хвою и пальцем начертил руну поиска магии, после чего влил в неё энергию и осмотрелся.

Я идиот! Причём дважды! Вот это мы встряли…

Что мешало мне ещё там, в деревне, запустить сканирование и проверить следы? Кретин! Хотя ладно, я только сейчас вспомнил об этой руне, чёртовы ментальные блоки!

Но даже без рун можно было догадаться о том, что что-то здесь нечисто! Местные же рассказывали, что горхи вломились в деревню и сразу пошли к артефакту плодородия, который стоял в доме старосты и насыщал округу магией, способствующей хорошему росту зерновых. А после того как они выломали стену, твари просто вырвали артефакт вместе с постаментом, на котором он стоял, и вернулись в лес.

Ну не поступают так горхи – они тупы как пробки. Вся их жизнь – это поиск мест силы. Они ищут артефакты и всякие алтари, и прочие сильные предметы, что излучают магию, после чего замирают возле них и стоят как истуканы, пока не впитают всю энергию, за счёт которой растут и развиваются.

Лишь в одном случае они могут себя вести не так – если появился вожак, особо умная тварь, которая направляет своих безмозглых сородичей, прививает им стратегию и тактику и заставляет собирать артефакты не для своего роста, а для гнезда, где уже благодаря накопленной энергии стая разрастается.

Немного дополнив начертанную на земле руну, я влил в неё убойную дозу энергии и ещё раз осмотрелся. Капец! Семнадцать тварей, да ещё и вожак где-то здесь прячется. И ведь смыться не получится – нас банально окружили. Остаётся только один вариант – принимать бой и молиться всем богам, Системе и Астралу, чтоб вожак оказался не четвёртой стадии или выше, иначе нам уже ничто не поможет.

– Парни, сейчас нас будут убивать, – негромко произнёс я и поднялся в полный рост, снимая со спины клевец и наблюдая, как вокруг нас поднимаются трёхметровые каменные гиганты, до этого прикидывавшиеся покрытыми мхом валунами, лежащими меж деревьев.

Глава 6.

Нужно отдать моим спутникам должное: даже увидев, что мы окружены почти двумя десятками тварей, они не запаниковали и не растерялись. И уж точно даже не подумали сбежать. Влад встал в боевую стойку спиной ко мне, а Егор, замерший между нами, начал творить магию.

Хм, и правда толковый маг. Пусть запас энергии у него невелик, и поэтому что-то действительно сильное он выдать не сможет, но силы он расходует грамотно: ни одного лишнего движения – предельно собран и сконцентрирован. Жаль, это нам не поможет.

– Парни, вы сталкивались когда-нибудь с вожаками горхов? То есть, скребунов, – поправился я, чтобы им было понятнее, о чём я говорю.

Ответом мне была тишина.

Плохо: значит, появление вожаков тут не в порядке вещей, а просто я такой везучий, что в первом же боевом выходе нарвался на тварь, на порядок опаснее своих сородичей.

– Тогда слушайте. Иногда среди скребунов появляется тварь, которая превосходит всех своим интеллектом, и, что самое поганое, – она может подчинять себе остальных скребунов и направлять их, превращая из тупой толпы в настоящую каменную армию…

– Слушай, без обид, – процедил Влад, отслеживающий монстров в своём секторе. – Сейчас не лучшее время для лекций и баек.

– Согласен, – кивнул я. – Поэтому скажу вкратце: если мы не грохнем вожака – нам крышка. Поэтому предлагаю следующее: я отвлеку на себя громил, а вы с Егором найдите и грохните главного. После чего все эти переростки словят шок минут на пять, и у нас будет время их покрошить в капусту.

Влад взглянул на меня и кивнул, принимая моё командование, что весьма разумно с его стороны. Да, он выше по званию, но по легенде я – выходец с Диких Земель, где люди поколениями живут среди подобных тварей и давно научились, как сражаться со всякой монстрятиной.

И пусть по факту я в Диких Землях ни разу не был, но тем не менее опыта сражений с разными тварями у меня не меньше, чем у выходцев с моей якобы родины, а то и в разы больше.

– Два вопроса. Где искать вожака и как ты собрался отвлечь всю эту ораву? – уточнил Михленко.

– Вожак где-то рядом – он не может далеко отходить от стаи, – уверенно произнёс я. – Скорее всего, прикидывается камушком. Ищите всё подозрительное, а как найдёте – мочите.

Они зачастую мелкие по сравнению со своими безмозглыми братками, поэтому проблем с его убийством у вас не будет. Главное – не дайте ему сбежать: они хитрые заразы и прыткие.

А по поводу того, как я отвлеку громил – есть методы. Готовьтесь!

Вдохнув, словно перед глубоким погружением, я начал пропускать через себя магию, заставляя себя буквально светиться в магическом спектре, словно лампочка. Простейшая и в то же время крайне действенная техника, которая против тварей работает на ура.

Упс, кажется, немного переборщил. Если кто-то посмотрит сейчас на эту часть леса с помощью магического зрения – он увидит маленькое солнышко, которое сорвалось с места и начало петлять среди деревьев.

А следом за этим солнышком бежит толпа каменных громил, которым лень обходить вековые деревья, поэтому они стараются пройти прямо сквозь них. Иногда им это удаётся, поэтому позади меня то и дело слышится треск, и во все стороны летят щепки. Но чаще всё же деревья оказываются прочнее, поэтому каменные тупицы с грохотом падают на землю, сшибают друг друга и создают настоящие каменные завалы. Веселуха.

Неожиданно мимо меня пролетело бревно, хлестанув ветками по спине, от чего я запнулся и едва не покатился кубарем. Это кто тут такой инициативный нашелся?

Оглянувшись через плечо, я успел заметить, как второй горх подхватил с земли подвернувшуюся под руку каменюку и, словно пушечное ядро, запустил её прямо в меня. Ну нафиг!

Кое-как отскочив в сторону, я перекатился и снова вскочил на ноги. Похоже, вожаку не понравилось, что я отвлекаю его подчинённых.

Полностью перехватить контроль он не может: я настолько сейчас «фоню» магией, что каменные дуболомы (хотя они скорее сейчас сосноломы – ведь сносят именно эти деревья) забыли обо всём на свете и, словно наркоманы за дозой, гоняются за мной, наплевав на ментальные приказы лидера.

Поэтому эта хитрая тварь решила изменить тактику – приказала горхам остановить меня любой ценой. А уж если меня при этом размажет тонким слоем по прошлогоднему мху – так даже лучше.

Ну нет, я в такие игры не играю.

Петляя словно заяц по зубодробительной и совершенно непредсказуемой траектории, я всё бежал и бежал по кругу, выигрывая для своих товарищей драгоценные минуты, чтобы им никто не мешал искать чрезмерно умную тварь.

В какой-то момент горхи вдруг замерли на месте и начали разворачиваться куда-то в сторону от меня. Видимо, вожак почувствовал, что запахло жареным, и вложил все силы в ментальный приказ защитить его любой ценой. Ну уж нет, тварь, так не пойдёт.

Стиснув зубы от боли, я поддал жару и повысил концентрацию прущей из меня энергии, буквально чувствуя, как горят мои магические каналы. Если не завершим бой в ближайшие минуты – я останусь калекой с перекрученными и выжженными каналами. Не хотелось бы. Но и позволять каменным тварям напасть на моих компаньонов нельзя, поэтому терпим и молимся, чтобы ребята справятся быстрее, чем я отрублюсь от болевого шока.

Сработало – твари снова развернулись ко мне и переминались с ноги на ногу, словно пытаясь решить, что же им делать дальше. Что ж, помогу им принять верное решение.

Горхи – существа стайные, и стоит задеть кого-то одного из них, как они всей оравой кинутся на обидчика, что мне, собственно, и нужно. Поэтому, издав боевой клич, я рванул к ближайшему монстру, занося клевец над головой.

Горх, конечно, обалдел, что какая-то букашка, которая в полтора раза меньше его, решила напасть, но тупить при этом не стал – сразу же взмахнул своими длиннющими руками, пытаясь зацепить меня когтями, каждый из которых способен танковую броню продырявить, если приложить достаточно усилий.

Естественно, я уклонился от такой прямолинейной атаки – я ж не дурак так глупо подставляться. Поэтому проскользнул между широко расставленных ног и с разворота долбанул тупой стороной молота под колено, высекая искры и кроша каменную броню. Да, пришлось немного усилить удар внутренней энергией, иначе я бы и царапины не оставил на прочнейшей защите горха. А так – красота! Во все стороны разлетелась каменная шрапнель, а вслед за ней – вязкая зелёная субстанция, что у этих тварей вместо крови.

Что-то басовито прогудев (наверное, матом меня обложил на своём монстрячьем), горх начал разворачиваться в мою сторону, но не удержался на единственной целой ноге и с грохотом повалился на землю, вызывая мини-землетрясение.

Эх, сейчас бы его добить, но не дадут. Вон, в меня уже снова летят камни и брёвна, поэтому пора брать ноги в руки и рвать когти, пока вся эта шайка-лейка не навалилась всем скопом и не раскатала меня в тонкий блин.

Кинув в ближайшего монстра ком грязи просто для острастки, и чтобы их попытки подбить меня не выглядели игрой в одни ворота, я снова начал бегать кругами, водя за собой это скрипящую и грохочущую на все лады толпу.

Кажется, я побил все рекорды по количеству выплеснутой магической энергии и взял все призовые места по бегу по пересечённой местности и акробатике, пока улепетывал от этой оравы. Но всему есть предел – даже моим силам. Всё чаще я стал запинаться или с запозданием реагировать на очередной подарок, отправленный мне моими каменными фанатами, и буквально чудом уклоняться от брёвен и валунов, которые размерами с половину меня. А мои союзники всё ещё возились с вожаком. Тут два варианта: либо я переоценил своих товарищей, либо недооценил хитрость этой твари.

Наконец, откуда-то со стороны (я уже давно перестал ориентироваться на местности и бежал просто вперёд, время от времени меняя направление этого самого «вперёд») раздался полный боли и обиды визг. После этого там что-то грохнуло, и раздался забористый мат Влада (вот вроде молчун молчуном, а вон какие тирады выдаёт при необходимости). А в следующий момент за моей спиной раздался грохот падающих на землю каменных тел. Да неужели! Не прошло и полугода!

Обернувшись, я увидел именно то, что хотел увидеть на протяжении последней четверти часа – груду вяло шевелящихся камней. Мои союзники справились! Честь им и хвала.

Обрубив поток энергии, я устало облокотился на упёртый в землю клевец и попытался восстановить сбитое дыхание. Сейчас бы брякнуть на землю и пролежать час, а лучше день, не шевелясь. Но нельзя! У нас есть минут пять, пока у горхов не пройдёт шок из-за ментальной отдачи после смерти вожака. И за эти пять минут нам нужно максимально сократить поголовье тварей, чтобы они, очухавшись, не сократили поголовье нас.

Шумно выдохнув, я поднял оружие и направился лёгкой трусцой в сторону «кучи-малы», в которую сбились каменные гиганты. Предстояла тяжёлая и нудная работа – разобраться в этом месиве и найти ядра гигантов.

Обычно оно находится в груди – там, где самая толстая и оттого самая прочная каменная броня, но это совсем не означает, что мне нужно долго и упорно пробиваться через полметра камня – есть другие способы. Например, отбить каменную пластину на плече и долбануть энергией по мягкой и податливой плоти горхов, напрочь выжигая ему энергоканалы и разрушая враждебной магией ядро изнутри. Ну или голову всмятку разбить – без головы они тоже не живут.

Выбрав в качестве первой цели самого здорового из горхов, я начал что есть силы лупить ему по плечу, вырывая целые куски камня. Вымерять каждый удар времени не было, поэтому я действовал грубо и небрежно, совершенно наплевав на сохранность редких материалов для алхимии. Понятия не имею, что делается из панциря этих великанов, но алхимики, помнится, с радостью выкупали их панцири, значит, для чего-то они нужны.

Есть! Пробил! Теперь запустить бы в эту рану огонь, но пока это не для меня, поэтому буду бить чистой силой. Грубо, расточительно, но зато эффективно.

Просунув руку в пробитую мною же дыру, я коснулся мерзкой и липкой на ощупь плоти горха и выдал энергетический импульс. Великан подо мной дёрнулся в конвульсиях, от чего я едва не слетел на землю (забыл, что они в агонии могут даже несколько десятков метров пробежать, прежде чем окончательно сдохнут) и затих. Первый есть! И даже управился меньше чем за полминуты. Ух, какой прилив энергии сразу – я уже и забыл, какой это кайф, когда в тебя втягивается сила от монстра! Ладно, праздновать и кайфовать некогда – работы ещё куча, а времени в обрез.

Со вторым я мудрить не стал – раз уж рядом со мной есть голова ещё живого горха – грех не превратить её в лепёшку, чем я и занялся, нанося удары один за другим, от чего великан дёргался (видимо, они всё-таки испытывают боль или что-то похожее), но ничего осмысленного сделать не мог и потому угрозы для меня не представлял.

К моменту, как второй монстр одарил меня экспой (как мы называем эту самую энергию, что получаем от победы над тварями), ко мне присоединились товарищи.

Выглядели они слегка помятыми и потрёпанными, но это не помешало им ринуться уничтожать тварей, едва они добежали до столпотворения. Молодцы – не растерялись.

Наблюдая краем глаза за спутниками, я убедился, что они уже имели дело с каменными великанами и потому прекрасно знают, что делать. Егор, например, вовсю пользовался родством стихий и, буквально заставляя каменную броню под его руками расступаться в стороны, после чего вгонял в грудь твари каменный шип и словно взбалтывал ему внутренности до тех пор, пока тварь не затихнет.

У Влада таких способностей не было, поэтому вместо того, чтобы тратить время на попытку расковырять панцирь сребунов, он бегал с верёвкой от одной твари к другой и связывал им руки и ноги, чтобы после того, как эти монстры очухаются, они не смогли напасть на нас всем скопом и тратили время на то, чтобы освободиться от пут. Грамотное решение – сразу видно, человек отлично осознаёт свои возможности и действует на благо всей команды.

Я успел упокоить ещё четырёх тварей, а Егор – троих, когда горхи один за другим начали приходить в себя после ментального шока. Плохо. Очень плохо – при всём желании не успеваем.

Наплевав на осторожность, я влил по максимуму энергию в мышцы и с удвоенной силой начал крошить неподатливый камень. Завтра мне будет не просто хреново, а очень хреново, но лучше уж так, чем это самое завтра для меня не наступит совсем.

Булатов, следуя моему примеру, тоже решил выложиться на максимум, выпуская энергии даже больше, чем могут пропустить его каналы. Вот псих. Если мне утром будет паршиво, он вообще в больницу может загреметь после такого, но я его не осуждаю – сделал бы точно так же, если б это имело практический смысл.

Влад тоже помогал как мог – словно бешеный, стараясь пробить броню, чтобы я или Егор могли направить внутрь магию и упокоить тварь. Каждый из нас выкладывался по полной, но в итоге мы всё равно не успели. Сначала поднялся один скребун, потом второй, и вот уже пятёрка взбешённых тварей нападает на нас.

Я едва успел оттолкнуть в сторону увлёкшегося мага земли, как на место, где он только что стоял, опустилась тяжёлая когтистая рука, по которой я тут же врезал своим молотом, буквально разбивая кисть твари всмятку. После этого уже мне пришлось нырять рыбкой в сторону, чтобы не превратиться в отбивную.

Пропустив над собой длинную руку монстра, я подпрыгнул и обрушил на грудь твари мощный удар, в который вложил всю оставшуюся силу и накопившуюся ярость. Монстра повело, и он сделал шаг назад, но запнулся и с грохотом повалился на спину, сшибая своей массивной тушей стоящего позади горха. Егор свой шанс не упустил и запрыгнул на грудь рухнувшего монстра, чтобы расширить оставшиеся после моего удара трещины и долбануть остатками магии.

Осталось четверо. А нет, уже трое. Я не понял, как он это сделал, но Влад каким-то чудом умудрился оторвать голову второму рухнувшему скребуну, но при этом сам чуть не лишился головы, глупо подставив спину пытающейся распутаться твари. Пришлось спасать его – пусть не самым гуманным и приятным, но зато действенным методом: запустил в вояку кусок камня, от чего того снесло на добрых полметра в сторону.

Да уж – не очень удачно получилось. Кажется, у нас один боец временно выбыл: он получил вывих руки и лишился оружия. Но лучше уж остаться с лёгкой травмой и без оружия, чем с оружием, но без головы – я так считаю.

Оставшихся троих горхов мы с Егором запинали буквально на остатках сил. Да даже не на остатках, а на морально-волевых. Даже у меня под конец боя уже шумело в голове и двоилось в глазах, а виконт так вообще еле стоял на ногах и не помер лишь потому, что последний горх посчитал меня более лакомой добычей. Видимо, обиделся за то, что я оторвал ему полноги, когда ещё только бегал от этой оравы. Вот же злопамятная тварь!

Хотя, с другой стороны, это даже хорошо, что он ползал за мной, ни на что не отвлекаясь – наш маг смог к нему подобраться и оттуда влупил магией по оторванной по колено ноге, буквально сжигая тварь изнутри. Но и сам при этом свалился мешком на землю. Похоже, всё – отвоевался. Теперь, пока не пройдёт реабилитацию, он не боец.

Да и мы с Владом не многим лучше него выглядим. Вот умора будет, если сейчас будет пробегать какая-нибудь крыса и загрызёт нас, пока мы не способны даже пошевелиться: один без сознания, второй с вывихом и, похоже, сотрясением – видимо, приложился головой, когда я его «спасал», а третий перенапрягся так, что чувствует себя словно овощ. Команда мечты, прям.

Первым в себя, естественно, пришёл я, но не потому, что я весь такой геройский герой, а из-за того, что я, в отличие от своих соратников, способен поглощать энергию из убитых тварей. И как только эта энергия усвоилась моим источником, я сразу же стал чувствовать себя гораздо лучше. Настолько, что смог с кряхтением подняться и осмотреться.

Да уж, нехило мы тут порезвились. Вокруг разбросаны куски монстров, земля перепахана, а там, где я убегал от тварей – вовсе просека. Жаль, я рисовать не умею, а так бы написал картину и назвал бы её «Дураки вышли поохотиться на тварей». Пора переставать тупить и начинать уже думать головой. Да, сегодня мне в очередной раз повезло, и я не помер в глухом лесу, но, если продолжу в том же духе – однажды удача от меня отвернётся, и останется от меня лишь личное дело в архиве гарнизона.

Наклонившись, чтобы поднять с земли оружие, я заметил блеснувший в прошлогодней хвое камушек. Надо же, крис! Ещё и на пять единиц. Неплохо – можно купить себе простенький бластер. Ага, два бластера! Георг, ты опять тупишь – где ты тут бластер достанешь, балда? Хотя, может, и тут что-нибудь можно выручить за эти камушки – всё-таки я ещё не встречал мир, где они никому не нужны были. Вопрос лишь в том, как часто они тут падают и сколько поэтому стоят. О, ещё один. И ещё!

Воодушевлённый находкой, я чуть ли не на коленях обследовал каждый сантиметр недавнего поля боя и собрал семнадцать крисов номиналом от трёх до семи единиц. Отличный улов – по одной штуке с каждой твари. Хотя это значит, что тут они сыплются как из рога изобилия, поэтому вряд ли дорого стоят, и вполне может статься, что всё, что я собрал, выйдет рублей на сто в итоге. Нужно уточнить у знающих людей.

– Влад, по чем тут крисы принимают? – плюхнулся я на землю рядом с Михленко, который уже вправил себе выбитое плечо и сейчас просто сидел, прислонившись спиной к туше скребуна, и отдыхал после напряжённого боя.

– Понятия не имею, о чём ты говоришь, – устало произнёс он.

– О вот таких кристаллах – не знаю, как у вас они называются, – показал я напарнику один из камней.

– Первый раз вижу, – признался Влад, мазнув взглядом по лежащему на моей ладони радужному кристаллу. – Это лучше у Сидоренко спроси – он заправляет трофеями и порядок цен знает лучше меня.

Хм… Очень интересно.

Могло ли Владу так не везти, что ему ни разу за всю службу не выпал кристалл энергии? В теории – да, бывает такое. Но могло ли быть такое со всеми служащими крепости? Маловероятно. По-любому кто-нибудь, даже при минимальном шансе выпадения, хоть раз да выбивал бы крис. А значит, Влад, по идее, должен был бы знать, что это такое: слухи они такие – хочешь не хочешь, а просачиваются.

А это значит, что за всю историю это первый раз, когда они выпали из тварей. Что странно.

Может ли это быть из-за того, что у местных с Системой творится какая-то непонятная фигня? Да запросто!

Тогда получается, что я – единственный человек во всём мире, который способен добывать кристаллы энергии. Да я же теперь буду монополистом в этой сфере и смогу озолотиться!

Глава 7.

Ага, озолотиться – как же – держи карман шире.

Если местные не получали никогда крисы, то, значит, они понятия не имеют, для чего они нужны и что с ними делать. А значит, им эти крисы нафиг не упёрлись. А учить их пользоваться кристаллами энергии… Да делать мне больше нечего! Нафиг, нафиг, нафиг. Мне шутки Стоянова хватило, чтоб понять, что при слове «обучить» я сразу ловлю ступор. Видимо, преподавание – это вообще не моё, поэтому пусть местные не обижаются, но, если они не умеют обращаться с крисами – это их личные проблемы. Я уж лучше буду тратить крисы на себя любимого, чем возьмусь кому-нибудь разжёвывать, что это такое и как этим пользоваться.

Нет, я, конечно, попробую их продать – покажу Сидоренко и скупщикам в городе. Может, на них и есть спрос, просто Влад об этом не знает. Но особо раскатывать губу не буду и уж точно не буду воспринимать их как основной источник своего дохода.

Ладно, всё это дела отдалённого будущего, а сейчас нам нужно завершить задание, пока совсем не стемнело. Да, нам нехило так наваляли, но это не повод останавливаться на полпути.

Взглянув ещё раз на своих спутников, я пришёл к неутешительному выводу, что дальше мне придётся идти одному – они в ближайшее время уже не бойцы. А ждать, когда они до конца оклемаются, мы не можем: уже темнеет, и бродить в потемках по лесу, кишащему всякими туманными тварями, – удовольствие ниже среднего. К тому же я прямо кожей чувствую, что время утекает. Словно вот-вот что-то должно случиться. Что-то нехорошее, но вот только не пойму, что именно.

Убедившись, что мои братья по оружию не помрут, пока я буду доделывать работу, я направился… правильно, к месту сражения с вожаком. Задание заданием, а лут – это святое. И если с обычных каменных громил выпали тройки и пятёрки, то, думаю, с вожака упал крис не меньше десяти единиц. И он определённо стоит того, чтоб потратить лишних десять минут и поискать его.

Найти место побоища труда не составило – ровная каменная площадка, на которой валялся придавленный огромным камнем мелкий горх с мраморной (судя по цвету) броней. Одного взгляда на это место было достаточно, чтоб нарисовать примерную картину прошедшей здесь недавно стычки.

Сначала Егор и Влад наткнулись на вожака, после чего виконт попытался прихлопнуть мелкую тварь каменной ловушкой, но не вышло. Тварь оказалась слишком прыткой и успела выскочить из капкана, после чего рванула в сторону одиноко торчащей посреди леса скалы (интересно, откуда она тут взялась – похоже, была перенесена вместе с пробоем когда-то давным-давно), чтоб затеряться среди камней.

Чтоб остановить вожака, Влад, видимо, пожертвовал своим молотом, незатейливо бросив его прямо под ноги монстру. Монстр от этого, естественно, запнулся и, хоть и переломил древко боевого молота на несколько частей, но при этом рухнул на землю. После чего Егор обрушил на него кусок скалы с помощью одного из базовых заклинаний школы земли – сдвига. Просто и максимально эффективно, как и должны поступать настоящие профессионалы, а не всякие клоуны, которым лишь бы покрасоваться на публику, невзирая на качество. Главное, чтоб выглядело красиво.

Теперь понятно, что это был тогда за грохот и почему Влад в бою с кучей-малой пользовался запасным оружием, а не крушил каменную броню своей кувалдой.

Обшарив всё вокруг места стычки, я убедился, что крис не выпал – либо не повезло, либо же, что более вероятно, это подтверждение моей недавней теории о том, что они падают только из тех монстров, в убийстве которых я принимал непосредственное участие. Если это так, то получается, что я уникальная личность. Причём даже по меркам астрала – ведь для меня шанс получить крис равен ста процентам, что само по себе далеко за гранью обыденного.

Хотя нет, не сто процентов – с моего первого убитого монстра кристалл не выпал. Или он выпадал, но я этого не видел… Хм… Хотя какая разница, собственно – крисом больше, крисом меньше. Даже если он выпал и его кто-то прикарманил – не обеднею.

Всё, больше мне тут ловить нечего – поэтому пора заняться поисками гнезда. Знать бы ещё, как его искать – оно ж может быть где угодно.

Первоначальный наш план строился на том, что мы по следам горхов выйдем прямо к гнезду, где и наведём шороху. Но реальность, как обычно, внесла свои коррективы и оказалась далека от планов. Кто ж знал, что эти твари запутают следы и заведут нас в ловушку? И что делать? Тыкаться, как слепой котёнок, по всему лесу в надежде, что случайно найду гнездо? Эдак можно и до старости провозиться. Нет, тут нужен другой подход – с умом.

Может, стоит повторить трюк с руной поиска? Хотя нет, не вариант. Во-первых, у неё радиус покрытия всего метров сто, а если его увеличивать, то там расход энергии растёт в геометрической прогрессии. Чтобы накрыть весь лес, мне нужен источник раз так в триста больше, чем мой. Да и то не факт, что хватит.

А во-вторых, где гарантии, что в гнезде ещё кто-то есть? Может статься так, что за артефактом в деревню вожак послал вообще всех своих миньонов, чтобы горхи тупо не разбрелись по округе, лишившись контроля со стороны продвинутой твари.

Точно! Артефакт! Можно же вместо поиска жизни сделать руну поиска магии – там и расход энергии куда меньше. И можно выставить настройки, чтобы искал только сильные сигналы, дополнительно снижая затраты. Тогда я на текущем своём уровне смогу накрыть круг диаметром километров в десять – не особо надрываясь и не спуская энергию в ноль.

Вдохновлённый новой идеей, я начал чертить сложную руну, проводя попутно расчёты, какой мне нужен радиус и какую чувствительность отклика выставлять. Решил, что оптимальным будет для начала выставить радиус в два километра, а потом увеличивать по мере необходимости с шагом в полкилометра.

Так, вроде всё правильно, и нигде не накосячил. Кривовато, конечно, получилось, но я не на экзамене по рунологии, поэтому сойдёт. Главное – чтобы работало, в чём я пока не очень уверен. Всё-таки здесь с магическими потоками творится чёрт знает что, и, казалось бы, простые и привычные действия по итогу могут привести к самому непредсказуемому результату.

Вот прямо сейчас и проверю – рабочий ли я выбрал метод, или придётся дальше заниматься мозговым штурмом и как-то изгаляться, чтобы провернуть то, что я хочу.

Приложив руку к центру руны, я влил убойную дозу энергии и осмотрелся.

– Есть! Работает!

Так, вот этот сигнал рядом с местом побоища, похоже, артефакт, что горхи стащили из деревни – запомню место, на обратном пути заскочу и заберу. Исключительно чтобы вернуть хозяевам, а не ради обогащения себя любимого.

Так, вон там вдали какой-то слабый отклик. Но, судя по тому, что сигнал идёт из-под земли, – скорее какой-то клад или могила чья-то, куда положили какой-то артефакт вместе с его прошлым владельцем. Интересно, конечно, но не то.

А вот эта группа сигналов, пожалуй, именно то, что я ищу – не меньше десятка откликов в одном месте, и что-то прям вообще мощное рядом с ними.

Запомнив направление, я перекрыл подачу энергии и стёр ногой свои художества на земле. Если местные не умеют пользоваться рунами (а они, скорее всего, не умеют – судя по удивлённым лицам моих спутников и полному непониманию, что и зачем я делаю в момент, когда я в первый раз чертил руну поиска), то оставлю-ка я поиск артефактов своим маленьким секретом.

Это же круто – находить клады даже там, где никто и не подумает искать, и обогащаться на этом. Правда, зачем мне становиться богатым в этом мире, я пока не придумал, но это дело наживное. Главное – знать как, а зачем – уже потом придумаю. В крайнем случае буду сидеть на куче сокровищ, как типичный дракон, и упиваться чувством собственного величия. Круто же.

Закинув клевец на плечо, я быстрым шагом направился туда, где, судя по моим изысканиям, предположительно находилось гнездо горхов. Время от времени я останавливался и прислушивался – не послышится ли скрежет камней или глухие тяжёлые шаги каменных гигантов. Но вокруг было тихо и спокойно. Даже щебетания птиц не было слышно.

Кажется, мы уничтожили всех горхов, что тут обитали, и ближайшие пару-тройку дней это самая безопасная и тихая часть леса. Пока не вернутся все те, кого каменные гиганты спугнули и выгнали со своей территории.

Постепенно местность вокруг начала меняться: вместо ровных красавиц-сосен появились какие-то кривые, явно больные деревца, под ногами начало хлюпать, а вокруг появился туман. Пока ещё не плотный, но уже вполне видимый.

Казалось бы, и что такого – в лесах бывают заболоченные низины. Вот только я всё это время поднимался вверх, а не спускался в низину, поэтому всё это выглядело крайне неуместно и подозрительно. Да ещё и запах этот кислый…

Такое бывает только при частичном слиянии миров, которое местные называют пробоем. Либо оно уже произошло где-то рядом, либо вот-вот произойдёт. И это плохо. Очень плохо

Не знаю, как это происходит конкретно в этом мире – тут всё какое-то странное, но зачастую, когда появляется пробой, он приносит с собой кучу проблем: начиная от погодных аномалий (например, можно запросто посреди пустыни наткнуться на сильнейшую метель) и заканчивая появлением различных тварей, сила и количество которых зависит от размера слияния.

Меня, например, совсем не прельщает перспектива встретиться сейчас с оравой шеков или ещё с кем похуже – не в том я сейчас состоянии, чтоб дать им полноценный бой. Да и сбежать вряд ли смогу в случае чего, поэтому у меня всего два варианта: либо отступить прямо сейчас, не доходя до своей цели буквально несколько десятков шагов, либо идти дальше и надеяться на русское «авось» – понятия не имею, что это, но, говорят, помогает в трудных ситуациях.

– Молчун Дикарю, ты куда пропал? Приём! – раздался голос Влада из комма. Надо же, оказывается, эта штука ещё и в режиме рации работает. Интересно, кого это Влад вызывает – неужели подкрепление приехало?

– Георг, твою за ногу, ответь! – вновь заработала рация.

– А, точно. Дикарь – это же теперь мой позывной: Влад же говорил мне это, когда мы ещё только ехали в деревню.

Сняв с пояса комм, я в очередной раз убедился, что аппарат, выданный мне Стояновым перед походом, – стоящая вещь: мы такую зарубу пережили, а он даже не поцарапался.

– Дикарь Молчуну. Ищу гнездо в километре на юго-запад от вас. Приём!

– Отставить! Ждём подкрепление! Приём!

Я хотел ответить, что сам никуда не полезу и только проведу разведку, и даже уже нажал кнопку на комме, когда земля под моими ногами внезапно осела, и я с трёхэтажным матом полетел вниз.

Благо лететь было недалеко – словно со второго этажа брякнулся. Хорошо хоть приземлился на ноги и не выронил оружие – оно мне может понадобиться очень скоро. Если наверху кисляк, как мы называем туман слияния, едва ощущался, то тут он был настолько густой, что хоть топор вешай.

Вырубив рацию, чтоб она не демаскировала меня, я перехватил клевец обеими руками и осмотрелся.

Какая-то пещера, причём не естественная, а рукотворная. Похоже, копали её сами горхи – на них это не похоже, но под властью вожака они и не такое способны. А может, и не копали, а, наоборот, насыпали холм сверху, чтоб спрятать гнездо.

Ближе к центру этого овального подземного сооружения сквозь туман проступают очертания чего-то массивного. То ли алтарь, то ли просто большой камень – отсюда не разобрать. Вокруг этого алтаря (пока назову его так) почти ровным кругом расположены одиннадцать различных артефактов. Если добавить ещё один, то как раз получится ровный круг.

Вот артефакты, кстати, очень хорошо видно даже сквозь густой туман, потому что они фонят, как ядерный реактор, и светятся похлеще лампы маяка. Кто-то или что-то активно выкачивает из этих предметов накопленную энергию и передаёт её… Не совсем понятно, но, похоже, той штуковине в центре. Вопрос: зачем?

Всё это очень смахивает на какой-то ритуал – крутится в голове какая-то мысль, а ухватить не могу. Вроде прямо сейчас никто убивать меня не собирается, значит, можно подойти поближе и попытаться понять, что тут происходит. А как пойму, тогда уже действовать по обстоятельствам.

Спустившись с холмика, который образовался оттого, что тут осыпалась стена и часть потолка (кстати, наверно, поэтому я и провалился), я, внимательно глядя по сторонам, двинулся к непонятной конструкции в центре зала.

Так, я не понял, это что ещё за фокусы с пространством? Я уже минут пять иду к центру пещеры, но так и не приблизился ни на шаг. Словно на месте марширую или иду по беговой дорожке. Что-то здесь нечисто.

Опустившись на одно колено, я ощупал землю под ногами. Самый обычный камень или даже утрамбованная земля. А что если… Да нет, бред, быть такого не может!

Меня посетила настолько нелепая мысль, что даже верить в неё не хотелось. Но всё же: вдруг я не ошибся?

Подобрав с земли первый попавшийся камушек, я начал чертить им на земле руну истинного облика. И всё бы ничего, но я эту руну видел лишь один раз – ещё во времена своего обучения. И это было настоящей пыткой – пытаться вспомнить все символы и порядок их плетения.

Вот тут должен быть Лит или Нит? Вроде Лит… Или всё-таки Нит?.. Блин, не помню. Ладно, начерчу Лит и буду надеяться, что не ошибся и не взорву себя вместе с этой пещерой, устроив грандиозный фейерверк, который увидят даже из Астрала.

– Всё, готово.

Сплюнув на удачу, я положил обе руки на разные части замысловатой руны и пустил энергию.

– Хм… Не работает. Так, проверяем ещё раз. Тут правильно, тут тоже… А, балда, забыл перемычку между двумя символами! Готово. Пробуем ещё раз.

На этот раз эффект был. Да ещё и какой! Меня так долбануло током, что волосы дыбом встали и, кажется, даже пар пошёл. Кошмар. Зато взбодрился.

– Так, проверяю ещё раз.

Наконец, после десятка неудачных попыток и двух ударов током, я вспомнил наконец эту руну шестого порядка, и пещера передо мной преобразилась.

Как же мне повезло, что я свалился в неё где-то с краю, а не прямо в центре. Неловко получилось бы, попади я в темпоральную ловушку и очухайся через пару-тройку тысячелетий.

Слышал я как-то историю об одном парне, который всё хотел спасти свой мир от уничтожения. Для этого он полез в какой-то храм, где благополучно вляпался в такую ловушку. Когда он из неё освободился, оказалось, что и спасать-то уже нечего – его родной мир был уничтожен несколько тысяч лет назад.

Этот парень тогда так психанул, что объявил войну целому народу – тому самому, что храм этот построили. А так как дури ему было не занимать, он прошелся кровавым вихрем по всем мирам, оставив о некогда великом народе лишь упоминания на страницах старых книг.

Что с этим парнем случилось дальше – я не знаю, но слышал, что он вроде как попал к древним. Те его то ли уничтожили, то ли перепрошили, заменив ему личность на новую. И он, вроде как, до сих пор бороздит просторы Великого Астрала. Нет-нет, да вспоминает о своём кровавом прошлом и творит лютейшую дичь. Но это не точно.

Но я, к счастью, подвиги этого отморозка повторять не собираюсь. Поэтому, как любой нормальный герой, пойду в обход. В смысле, прежде чем идти дальше – деактивирую ловушки. Кто же их сюда наставил?

Вряд ли это сделал вожак горхов. Он, конечно, хорош, но на подобное ему не хватило бы ума, чтобы уметь так пользоваться магией. Он должен быть ранга так тридцатого по меркам этого мира. И хрен мы бы его завалили, обладай он такой силой. Да его и армия бы не одолела – подобные твари встречаются крайне редко. Для их поимки и убийства нужно не меньше сотни архимагистров – архимагистров из моего мира, а не местных. Появись подобная тварь в этом мире – миру настал бы конец. Быстро и очень болезненно.

Но если не он, то кто?

Местные вряд ли обладают подобными технологиями. Ещё один попаданец вроде меня? А смысл? Есть куча других способов уничтожить мир – куда менее геморройных, более быстрых и надёжных.

Надеюсь, когда я доберусь наконец до той штуки в центре, я смогу это выяснить.

Словно сапёр на минном поле, я обезвреживал одну ловушку за другой, всё ближе подбираясь к центру пещеры. Что делают одни – я понимал, о действиях других – догадывался, а для чего нужны третьи – даже не представлял. Чего я только тут не увидел! Того, кто пошёл бы напрямик, сжигали бы, замораживали, обливали кислотой и даже дезинтегрировали. Фантазия того, кто это всё ставил, поистине безгранична.

Наконец я подобрался к конструкции в центре настолько близко, что смог её нормально рассмотреть.

– Да ну нафиг! Нет, быть такого не может!

Словно услышав мои мысли, два столба по центру решили мне наглядно показать, что я не ошибся и мои худшие предположения верны. Они резко согнулись в мою сторону и попытались меня прихлопнуть, лишь на пару сантиметров не дотянувшись до меня гигантскими когтями на вершине. Да, именно когтями!

То, что я изначально принял за столбы, было ничем иным, как каменными пальцами. Исполинскими каменными пальцами чудовищного горха. Король каменных горхов – я о таких только в легендах слышал. Какого же он размера, если всего лишь его пальцы длиной под три метра? Теперь мне всё стало более или менее понятно.

Когда-то, видимо, очень давно, тут открылся пробой, из которого полезли каменные гиганты. Часть из них пролезла, а вот этот громила не смог – портал оказался настолько мал, что он смог просунуть лишь два пальца, и на этом всё. Другой на его месте плюнул бы на эту затею и ушёл, но конкретно этот красавец оказался упорным.

Не знаю, что его так привлекло в этом мире, но он решил во что бы то ни стало пробраться сюда. Для этого взял под контроль уже пробравшихся через портал каменных гигантов и начал медленно и упорно пытаться расширить проход.

Понимая, что с обычными горхами каши не сваришь, король вырастил вожака, который по его указке сначала выстроил вокруг пальцев настоящее убежище, используя для этого магию и грубую силу своих тупых собратьев. После чего, под руководством короля, превратил это убежище в настоящее минное поле (даже моя фантазия даёт сбой, когда я пытаюсь представить, как эта каменная туша своими негнущимися пальцами-сосисками выводит магические знаки).

А после начал собирать по округе мощные артефакты, за счёт энергии которых можно провести сложный ритуал и расширить пробой настолько, чтоб король смог в него хоть как-нибудь протиснуться.

И ведь у них почти получилось! Даже представить страшно, что было бы, успей твари притащить двенадцатый артефакт и запустить процесс. Да и сейчас, в общем-то, немногим лучше – даже без последнего артефакта рано или поздно наберётся критическая масса энергии.

И эта древняя тварь – а королю точно никак не меньше десятка тысяч лет – ворвётся в этот мир, уничтожая всё, что окажется у неё на пути.

Я, конечно, не великий герой-спасатель всего сущего, но, если могу предотвратить катастрофу мирового масштаба – сделаю это. Есть у меня какой-то пунктик на этот счёт, поэтому тут нужно всё сломать и завалить пещеру перед уходом.

Осталось придумать, как это сделать, и не сдохнуть в процессе. Кое-какие идеи на этот счёт у меня есть, но это довольно рискованно. Как говорится – шансы пятьдесят на пятьдесят: либо сдохну, либо нет.

Глава 8.

Павел Вадимович сидел за своим рабочим столом в библиотеке и нервно переворачивал одну страницу за другой. Дойдя до задней обложки, он раздражённо отбросил в сторону старую книгу и придвинул к себе следующую. Весь его стол уже был завален забракованными графом древними книгами и манускриптами, что само по себе было непохоже на прожжённого аккуратиста Самохина, для которого даже лишний листок бумаги на столе был равносилен выходу в свет без штанов. Но прямо сейчас графу на это было глубоко плевать: ему в руки попала очередная загадка, и он был готов на что угодно, чтобы её решить.

Быстро пролистав очередной древний фолиант, который был настолько стар, что от обложки осталось одно название, а страницы едва не рассыпались от прикосновения к ним, Павел Вадимович разочарованно отложил его в сторону и откинулся на спинку кресла. После чего взял в руки величайшую ценность, попавшую к нему по чистой случайности, и полюбовался ровным светом, исходящим из артефакта.

Накануне он испытал величайший позор для него лично и для его рода в целом: какой-то голый мужик, неожиданно ворвавшийся в разгоревшуюся битву с могучей тварью, прилюдно опозорил графа, отправив того в глубокий нокаут одним ударом. После чего грубо отобрал фамильный меч, который уже шесть поколений передаётся от отца к сыну. Настоящая катастрофа и тяжелейший удар по репутации! Но то, что граф получил в итоге, с лихвой компенсирует все потери.

Когда Павел Вадимович пришёл в себя, он, пышущий праведным гневом, направился к наглецу, посмевшему оскорбить его. Но тот уже был не в состоянии как-то ответить за свой поступок – лежал без сознания рядом с поверженным им монстром, а вокруг суетились спартанцы, не подпуская никого к «герою». Поэтому сатисфакцию пришлось отложить на неопределённый период.

Когда суета улеглась и загадочного гиганта унесли в неизвестном направлении – скорее всего, в лазарет – Павел Вадимович нашёл на месте сражения кое-что интересное: какой-то камень размером с кулак, который испускал ровный радужный свет. Видимо, оскорбивший его мужик выронил его. Граф посчитал, что эта вещь явно непростая и вполне может оказаться дорогой для этого мужлана. Поэтому прихватил её с собой, чтобы оскорбивший его мужик сам пришёл к нему за своей вещью. И тогда можно будет уже потребовать публичных извинений и компенсации за всё, что он сделал.

Уже в машине, по пути в своё поместье, граф Самохин более внимательно осмотрел свою находку и решил, что к чёрту эту сатисфакцию и позор – он теперь согласен на что угодно, но эту вещь владельцу не вернёт. Ведь это не просто драгоценный камень – это артефакт! Очень мощный артефакт. Что именно он делает – непонятно, но прущая из него магическая энергия прямо кричит, что это явно не какая-то бесполезная бытовая безделушка. Это что-то боевое и крайне сильное.

Вернувшись в своё поместье, граф сразу же направился в родовую библиотеку, где вот уже пять поколений собираются книги о древних артефактах и давно забытой магии. Целые сутки он провёл там, изучая один древний фолиант за другим, но ничего похожего пока так и не нашёл.

– Вызывали, ваше сиятельство? – замер возле стола Никитин Станислав – самый преданный лично графу человек во всём мире.

– Как успехи? – спросил граф, убирая в сторону загадочный артефакт. – Удалось что-нибудь выяснить?

– При всём уважении, но за такой короткий срок это нереально, – пожал плечами угрюмый слуга. – Пока только в общих чертах.

– Давай, – кивнул Павел Вадимович.

– Гхм, – прочистив горло, Станислав начал доклад. – Он не спартанец – это сто процентов. Для них самих стало неожиданностью, когда открылся портал, из которого он выскочил, как чёрт из табакерки. Из того, что пока удалось выяснить: зовут его Георг. Родом он откуда-то из диких земель. Вроде как из Астрахани или что-то типа того. О его прошлом неизвестно ничего, кроме того, что до попадания сюда он был капитаном какого-то корабля, видимо, с Каспийского моря. Сам он о себе ничего не помнит – или мастерски делает вид, что не помнит, ссылаясь на амнезию. По слухам, известно, что ему уже выдали документы гражданина Империи и дворянский титул барона. Тут слухи расходятся, конечно, и уверенности, что это правда, а не очередной трёп военных, нет. Но факт того, что с самого утра в крепости крутился Зарубин, говорит о том, что это вполне возможно.

– Вот же старый пройдоха – уже подсуетился, – выругался граф. – Ладно, продолжай.

– Да нечего продолжать, по сути. Этот Георг, который по документам теперь Бухарев Георгий Павлович, записался в вольные, прошёл первичное тестирование, получил четвёртый ранг и умотал куда-то с заданием. Пока это всё, что удалось выяснить из более-менее достоверных источников. Из недостоверных – он иностранный агент, внебрачный сын императора, пришелец и ещё куча всякого бреда, которым болтуны пытаются объяснить его выделяющийся на общем фоне внешний вид: не каждый день встретишь такого громилу, непонятную силу и странный акцент.

– Негусто, – побарабанил пальцами по столу Павел Вадимович, вновь беря в руки загадочный артефакт. – Знаешь, что это?

– Никогда не видел подобного, – равнодушно пожал плечами Станислав. – Может, артефакт, а может, просто красивый камень.

– Вот и я не видел. Но это точно артефакт. Я понятия не имею, для чего он и как работает, но очень хочу это выяснить.

– Для этого вы приказали следить за этим Бухаревым? Не думаю, ваше сиятельство, что он на каждом углу будет трепаться об этом. Не проще ли будет пригласить его сюда и спросить об этом напрямую? Всё-таки вы граф, а он всего лишь барон, и любой барон будет счастлив подмазаться к тому, кто стоит выше его в аристократической иерархии.

– Будь он с рождения имперцем – да, это имело бы смысл, но он дикарь, а дикари не признают авторитетов – тебе ли не знать. Они преклоняются только перед силой либо же если их чем-то заинтересовать. Поэтому я и приказал тебе выяснить об этом Георге всё. Я должен знать, кто он и чем живёт, чтобы приблизиться к нему и выяснить все его секреты.

– Ну не знаю, – с сомнением произнёс Никитин. – Я, конечно, сделаю всё, что вы прикажете, но, если позволите мне высказать своё мнение, то скажу, что всё это как-то слишком сложно и, вполне возможно, бессмысленно. С чего вы вообще взяли, что у него есть секреты? Судя по тому, что мне удалось выяснить – особым умом этот Георг не отличается: самый обычный амбал, у которого две извилины.

– Вот скажи мне, Стас, – начал выходить из себя граф, из-за того, что преданный ему до мозга костей человек не видит очевидного. – Сколько тебе понадобится сделать ударов, чтобы пробить мой барьер?

– Штук двадцать, думаю, плюс-минус, – прикинул Никитин, не понимая, к чему ведёт его господин.

– Вот! А ты ведь далеко не слабак. А тут непонятный хмырь с четвёртым рангом пробил его с одного удара, после чего в одиночку расправился с монстром восьмого ранга. О чём это говорит?

– Фальсификация? – предположил помощник графа Самохина. – Или он обманул того, кто его регистрировал, и намеренно занизил свои возможности.

– Рангомер невозможно обмануть – это технологии Краевых, и они никогда не ошибаются, – покачал головой Самохин.

– Ну, тогда не знаю. Повезло, может?

– Я тоже не знаю, но предполагаю, что всё дело вот в этой штуке, – граф указал на загадочный камень на столе. – Каким-то непостижимым образом он на какое-то время многократно усиливает своего владельца.

– Допустим, хоть ваше предположение и шито белыми нитками, но сейчас-то этот артефакт у вас, ваше благородие, и я всё ещё не понимаю, для чего вам этот дикарь.

– Не понимаешь… Вот скажи мне, Стас, если б у тебя, скажем, был артефакт, который делает тебя многократно сильнее, и от которого реально зависит, выживешь ты в бою или нет, и вдруг ты его теряешь. Обнаружив пропажу, что ты сделаешь в первую очередь?

– Попытаюсь его найти, – ответил помощник патриарха рода Самохиных.

– Вот именно! А что сделал Бухарев? Ничего! Он как ни в чём не бывало пошёл на следующее задание. О чём это говорит?

Никитин в ответ пожал плечами.

– Это говорит о том, что для него этот камень не так уж и ценен! Либо у него их целая куча с собой, что маловероятно, учитывая, что появился он нагишом и прятать их ему просто негде. Либо же он не ценит его потому, что в любой момент может сделать себе новый артефакт, который будет ничуть не хуже старого.

– Да не, ваше благородие. Это уже перебор, – усмехнулся Станислав. – Он же дикарь – откуда у него возьмутся такие знания? Вы же не хуже меня знаете, что жители Диких Земель разительно отстают от Империи по части магических технологий. Они же выживают только за счёт того, что знают всё о повадках тварей и успешно избегают с ними встречи.

– Так, да не так, – покачал головой граф. – Это дикари с ближайших окрестностей такие, а там, на востоке, всё может быть совсем иначе. Ты же сам сказал, что он из Астрахани.

– И что? – не понял слуга.

– Как же с тобой сложно, – вздохнул граф. – Астрахань – предположительно родина Краева, и там, скорее всего, сохранились их технологии и записи – понимаешь?

– Я не силён в истории, но Краев же вроде из Казани – разве нет? – возразил Никитин.

– Император – да, но самый первый из них – основатель рода – был либо из Астрахани, либо из Нижнего Новгорода. Тут мнения расходятся, но, так или иначе, доподлинно известно, что на побережье Каспийского моря этот древний род отметился и неоднократно. И, скорее всего, там осталось их наследие, которое эти дикари нашли и смогли изучить.

– А почему ты думаешь, что Зарубин так оживился и засуетился, что меньше чем за день сделал этому дикарю документы и даже титул выбил? А я отвечу: он нащупал то, что может привести к наследию самого могущественного рода Империи, поэтому из кожи вон лезет, чтоб наложить на него свои загребущие лапы. Пусть и не для себя, а для императора, но тем не менее.

– Для меня это всё слишком сложно, – признался Никитин, – но задачу я свою понял – буду копать.

– Правильно, копай. Я тоже кое-что проверю. Раз Бухарев теперь барон, значит, скоро представится возможность встретиться с ним якобы случайно. Попроси своего человека в администрации города, чтоб он маякнул тебе, когда им пришлют документы по нему. Всё, свободен.

– Принял, ваше сиятельство, – поклонился Никитин и покинул библиотеку, а Самохин продолжил изучать древние фолианты и искать хоть какое-нибудь упоминание о подобных артефактах.

***

Вот за что я люблю рунную магию, так это за то, что она работает везде. Да, взмахом руки стирать целые континенты – это, бесспорно, круто, но пусть этот маг попробует сделать это где-нибудь, где нет магии. Да у него пупок развяжется!

А рунам всё равно – главное, чтоб была энергия. Причём неважно, какая именно: магическая, духовная, астральная. Да, даже электричество можно использовать, но придётся немного повозиться со способом подачи. Это первое.

А второе: магу для заклинаний обязательно нужно использовать исключительно собственный источник, и его размер напрямую влияет на силу и качество заклинания. А руны можно запитать и от внешних источников энергии. И даже тот, у кого личный резервуар размером с горошину, может выдать что-то стоящее, если под рукой есть всё необходимое.

Ну и третье: для того чтобы использовать руны, нужно всего ничего – знание рун, где писать руны и чем писать руны. В идеале, конечно, использовать специальные мелки, пропитанные алхимическим раствором, специальную лабораторию, подходящие заготовки. Но даже если ничего этого нет под рукой – не беда. Главное – приложить чуть больше усилий и фантазии.

Например, как я сейчас. Сижу в какой-то богом забытой пещере, на отшибе астрала. Из материалов есть только заострённый камешек, подобранный здесь же, а в качестве болванки – моё собственное оружие, собранное за полчаса на коленке. А, ну и примерное понимание, что именно я хочу получить.

А получить я хочу ни много ни мало, а оружие против короля горхов. Что-то, что сможет ему нанести хоть какой-то урон.

Убить его я даже не буду пытаться – это бесполезно. Я даже близко не представляю, что нужно, чтоб завалить настолько древнюю и могущественную тварь. Но мне этого и не нужно, собственно. У меня задача попроще: долбануть ему молотком по пальцам так, чтоб ему стало больно, и он отдёрнул руку. После чего пробой схлопнется, и угрозы вторжения можно будет не опасаться – по крайней мере, в ближайшее время.

План выглядит простым, как топор, но есть одно «но»: чтоб эта тварь что-то почувствовала – удар должен быть очень, очень и очень сильным.

Если б я просто лупил по пальцам молотком, мне понадобилось бы лет так триста, прежде чем этот гигант заметит что-то. Но столько времени он мне не даст, поэтому дело нужно решить одним ударом. Причём бить нужно не только по физическому телу, но и по магическому, духовному и астральному.

Именно поэтому я целый час сидел, скрючившись в неудобной позе, и как заведённый чертил руну за руной, покрыв ими весь свой клевец. Если не считать кривизну и неаккуратность, то я создал настоящий шедевр.

Без ложной скромности могу сказать, что далеко не каждый рунолог сможет так мастерски скрестить между собой руны десятка разных школ. Пришлось, правда, забить на оптимизацию, поэтому перерасход энергии будет просто чудовищный.

Но это было бы проблемой, если б я использовал подобную вязь, имея на руках лишь собственный источник и пару-тройку накопителей. А тут у меня под рукой настоящий, мать его, магический реактор из одиннадцати артефактов, поэтому о расходе можно вообще не заботиться.

Так, оружие подготовил, доспехи на всякий случай защитными рунами покрыл, о пути отступления позаботился – на случай, если всё пойдёт не по плану (а в последнее время вырисовывается такая тенденция, что у меня сто процентов моих начинаний идёт не по плану) – поэтому можно приступать.

Прогнав по телу энергию, чтобы взбодриться после долгого сидения на одном месте, я скользящим шагом двинулся в центр пещеры, внимательно следя за гигантскими пальцами.

Шаг. Ещё шаг. Когда до центра оставалось пройти меньше двух шагов, король меня наконец почувствовал и атаковал. Метнувшись в сторону, я избежал удара и рванул к ближайшему артефакту.

«Да как ты так пальцы выгибаешь? Сколько у тебя там суставов-то? Это, блин, не пальцы, а какие-то щупальца уже, потому что пальцы под таким углом не гнутся!»

Подпрыгнув, пропуская под собой каменный коготь, я приблизился к ближайшему узлу переплетения энергии и начал пытаться разобраться, как тут всё переплетено. Всё бы ничего, вот только долго стоять на одном месте мне не позволяли: приходилось то и дело перекатываться то вправо, то влево, то припадать к земле, а то, наоборот, подпрыгивать как можно выше, чтобы меня не размазали тонким слоем по полу пещеры. Экстремальная акробатика какая-то!

Наконец, когда уже пот застилал мне глаза, а мышцы горели от перенапряжения, я более или менее разобрался в той мешанине, что тут накрутили, и смог перекинуть поток энергии с центральной части пещеры на свой клевец, запитывая руны на нём.

Ох, как же взбесился от этого каменный гигант! Его пальцы-щупальца стали лупить с утроенной силой и скоростью, пытаясь прихлопнуть надоедливую мошку, что лишила его подпитки энергией. Пришлось показывать настоящие чудеса гибкости и скорости, чтобы не попасть под раздачу.

Наверное, именно поэтому я и упустил момент, когда моё оружие впитало излишек энергии, превратившись из грозного оружия в натуральную магическую бомбу (не буду же я признавать, что сам виноват, что не уследил и неверно рассчитал необходимое количество энергии).

Поняв, что именно я натворил, я не придумал ничего умнее, чем подбросить свой клевец под потолок с тем расчётом, чтобы он рухнул прямо между двумя торчащими из земли пальцами. Затем со всех ног рванул к выходу, который был чуть в стороне от места, откуда я попал в пещеру.

Хорошо, что я предполагал нечто подобное, поэтому заранее озаботился расчисткой пути от самых противных ловушек, оставив лишь те, что не смогут пробить защиту, которую я наложил на свою броню.

До выхода добежать я не успел – не хватило каких-то десяти шагов. Поэтому, когда позади рвануло (хотел же взорвать тут всё – вот, получите-распишитесь!), я узнал, что чувствует пушечное ядро в момент выстрела.

Понимая, что ни остановить свой полёт, ни как-либо управлять им я не смогу, я принял единственное доступное на этот момент решение: закольцевал энергию в доспехе, заковав себя в своего рода скорлупу, и в ноль слил всю свою энергию источника, по максимуму укрепляя эту самую скорлупу.

В жерле вулкана, конечно, я не выживу, но если столкнусь с деревом (а коих здесь более чем достаточно – всё-таки мы в лесу, а не в степи), то отделаюсь максимум ушибами и сотрясением мозга. Что вполне приемлемая цена, учитывая сложившуюся ситуацию.

Больше ничего осмысленного сделать я не успел, отключившись от того, что резко лишился всей своей магической энергии.

***

– Пора закругляться, Влад, – устало произнёс прибывший с подкреплением Дмитрий Звонарев. – Туман сгущается. Предлагаю утром продолжить поиски. Сейчас шанс его найти есть только в том случае, если он сам свалится нам на голову. Иначе никак – в такой темноте я и тебя-то не вижу почти.

– Ты издеваешься? Какие шансы у новобранца дожить тут до утра? – сплюнул Молчун, который понимал, что Звонарев прав, но и бросить капитана на произвол судьбы не мог.

– Он везучий, – пожал плечами Дмитрий. – Может, и сможет…

Что именно сможет – Георг Звонарев не договорил. Сначала впереди раздался оглушительный взрыв, а после ветки над головами двух бойцов затрещали – сверху прямо на них рухнула двухметровая туша Бухарева. Почему-то опять голого.

– Ну, в этот раз он хотя бы в двух ботинках – прогресс налицо, – нервно хохотнул Влад, которого едва не придавило обнажённым гигантом. После чего он кинулся к бессознательному новобранцу и облегчённо выдохнул, убедившись, что тот жив и даже почти не пострадал, хоть и находился в глубоком отрубе.

– Миллион! – громко произнёс Дмитрий, глядя в небо. Но деньги с неба не посыпались, зато чуть в стороне с треском свалился какой-то булыжник вытянутой формы, который словно в конвульсиях менял свою форму, пока не замер, приняв причудливую форму.

– Хорош фигней страдать – вызывай машину, – усмехнулся Влад, у которого резко улучшилось настроение после того, как он понял, что его подопечный отделался лишь лёгким испугом и полным истощением организма. Что хоть и неприятно, но не смертельно.

Глава 9.

Первое, что я почувствовал, очнувшись – это тупая пульсирующая боль. Опять. Но теперь, разнообразия ради, болела не только голова, а вообще всё. Было ощущение, что меня долго и упорно били ногами, стараясь не пропустить ни сантиметра моей несчастной тушки.

По привычке я взмахнул рукой, пытаясь окатить себя волной свежести, которая лучше всего помогает в таких ситуациях, но, как и в прошлый раз, ничего не произошло. М-да, чуда не случилось, а жаль. Значит, буду страдать и ждать, когда организм сам восстановится. Благо с моей регенерацией особо много времени это не займёт, но часа три ещё мне придётся побыть овощем.

С трудом разлепив веки, я поморщился от яркого света и осмотрелся. Ну, на этот раз окружающие условия получше будут. Я не посреди леса и даже не в каменном мешке, а во вполне чистой и опрятной больничной палате: лежу на удобной кровати, рядом какие-то приборы стоят – значит, меня как минимум нашли и дотащили до больницы. Это радует. А вот то, что я опять голышом, хоть и укрытый какой-то простыней, настораживает.

Не понятно только – это меня уже тут раздели, или я каким-то образом умудрился протерять уже второй комплект доспехов за два дня? Что-то нехорошая какая-то тенденция вырисовывается. О, точно! Там же Иса должна была уже очнуться! Ну, давай, подруга, посмотрим, чем ты сможешь меня порадовать:

Синхронизация с инфополем мира завершена.

Сняты ментальные блоки первого уровня.

Магические умения разблокированы.

Физические умения разблокированы.

Духовные умения разблокированы.

Астральные умения разблокированы.

Внимание! Ошибка! Версии систем не совпадают!

Магические умения заблокированы.

Физические умения заблокированы.

Духовные умения заблокированы.

Астральные умения заблокированы.

Статус индивидуума заблокирован.

Да ты издеваешься? А что мне тогда доступно, если ты всё заблокировала?

Могу анекдот рассказать или логи показать.

Едва сдерживаясь, чтоб не заорать благим матом от досады, я шумно выдохнул.

Ладно, хрен с ними, с физическими умениями – собственных навыков владения оружием мне вполне хватит. Магия… Тут сложнее, но в принципе не особо критично – руны мне в помощь. Да, я не смогу запускать огненные шары или взмахом руки вызывать землетрясение, но совсем уж ущербным по сравнению с местными тоже не буду. В чём-то смогу даже их превзойти – всё-таки в моей черепушке столько знаний по рунной магии, что смело могу идти подрабатывать преподавателем в элитной магической академии.

Астральные и духовные умения – тоже не велика потеря: никогда особо не практиковал их, поэтому переживу. Поэтому в целом всё не так уж и плохо, хотя тут всё зависит от того, какое у меня задание – не мог же я сюда попасть чисто по приколу? Хотя ладно, мог – не отрицаю, но всё же покопаться в памяти и попытаться восстановить хронологию событий – не помешает. Так, что я помню?

Что-то ничего в голову не приходит. Видимо, нужен какой-то триггер, который вызовет всплеск воспоминаний. Так, давай подумаем. Я капитан, у меня есть астральный фрегат, где-то есть моя команда… Нет, не работает. Тогда с другой стороны попробую.

Я попал в непонятный и, скорее всего, в закрытый мир. Попал я сюда не сам – сил бы не хватило; я в своём теле, значит, я не перерожденец, а это значит, меня сюда отправил кто-то из древних. Точно! Древние.

Вот промелькнуло воспоминание, как мы вместе с Кархом глушим его фирменное пойло. Чёрт его знает, из чего он его бодяжит, но по крепости оно примерно такое же, как ракетное топливо.

По какому поводу мы с ним бухаем? А, точно – Зарелия, которую все за глаза называют древнейшей, хотя по меркам древних не такая уж она и старая, и вообще вполне себе милая дамочка, позвала нас, чтоб отметить… Не помню, что именно, но что-то связанное со мной и моим заданием. Вроде как.

В процессе пьянки (Стоянов всё-таки оказался прав, и я накануне всё же напился вусмерть) эта хитрожопая умудрилась как-то навязать мне задание… А вот тут не помню. Вроде я должен что-то найти в этом мире, но это не точно. Ладно, примем за рабочую версию, пока не вспомню что-нибудь ещё.

Так, хорошо, задание я получил, и меня забросили в этот мир, прямо на место стычки местных с монстром восьмого класса. Причём забросили голышом. Хм… А почему голышом-то?

А, вспомнил! Я ж так напился, что потерял всякую связь с реальностью и начал бузить – распинался там и доказывал, что мне вообще от древних ничего не надо. Что я крут настолько, что, лиши меня даже магии и моего снаряжения, которое стоит как средней руки мирок, я всё равно выживу и выполню задание.

Блин, это ж надо было до такого додуматься – добровольно заблокировать себе все способности, чтоб доказать этим древним, что я чего-то стою. Причём они ж и так знают, чего я стою. Бухло – зло!

А почему у меня остался один ботинок-то? А, вспомнил – я ж обещал засунуть его в задницу Карху, когда выполню задание. Стыдно-то как… Надо будет при встрече извиниться перед этим древним ремесленником – так-то он мужик хороший. Правильный.

Так, теперь включаем голову и думаем.

Для чего меня сюда могла послать древнейшая? Видимо, за каким-то артефактом, который сама она отсюда забрать не может, потому что для неё сюда вход закрыт. С чего я это взял? Ну тут всё просто – её маниакальное стремление получить как можно больше силы ни для кого не секрет. Она вот уже несколько тысячелетий пытается стать как можно сильнее, чтоб настучать по рогам своему непутёвому папаше Каллахорну.

Понятия не имею, что между этими двумя древними произошло, но факт остаётся фактом – Каллахорн чем-то обидел эту дамочку, и она не успокоится, пока не отомстит ему. В бездну их семейные разборки, тут интересней другое – почему именно меня она сюда направила и почему урезала мои силы?

То, что это сделано намеренно – сомнений не вызывает. Зарелия – фигура не того масштаба, чтоб полагаться на удачу или случайности. У неё всё просчитано на сотни лет вперёд, и меня сто процентов спровоцировали и взяли, как говорится, на понт, чтоб я добровольно отказался от всего, чего достиг, и отправился сюда голышом – в прямом и переносном смысле.

Особые условия? Невозможность перенести меня, если я не буду ослаблен? Ещё какая-то причина, которую я пока не могу понять? Возможно такое? Вполне! Поэтому пока примем за рабочую версию.

Дальше. Почему меня закинули именно сюда? Случайная точка? Может, конечно, и такое быть, но что-то слабо верится. Нет, я думаю, что древнейшая отправила меня именно в Российскую Империю специально. Пойму, зачем – смогу понять, что делать дальше. И чем быстрее я это сделаю, тем лучше.

Не хотелось бы застрять тут на десятилетия, когда где-то там в Астрале находится моя команда и десяток незавершённых дел, о которых я вспомнил, едва снялся первый ментальный блок. И пока я тут разлеживаюсь – дело с мёртвой точки не сдвинется, поэтому пора завязывать с этим. И начать, думаю, стоит с откровенного разговора со Стояновым.

Он мужик правильный, и, думаю, поймёт меня и, чем бездна не шутит, сможет чем-то помочь.

Осмотревшись вокруг в поисках какой-нибудь одежды, я вынужден был констатировать, что тут голяк – даже халата никакого нет. Поэтому, чтоб не щеголять по больнице в чём мать родила, я обмотался простынёй на манер тоги и пошлёпал босыми ногами на выход, очень надеясь, что больница находится на территории части, а не в ближайшем городе. И мне не придётся в таком виде топать два десятка километров, чтоб добраться до полковника.

***

Капец, у них тут лютый медицинский персонал! Прославленный капитан Георг – гроза восьмого сектора Великого Астрала – драпает от санитарки через окно, укутавшись в простыню. Само по себе уже звучит как начало анекдота.

А что поделать, если после моей второй попытки выбраться из больницы как положено – через дверь – эта Женщина (именно так – с большой буквы) пообещала мне приковать меня к кровати наручниками? И ведь правда приковала бы, попадись я ей ещё раз. Вот и пришлось спускаться с четвёртого этажа по водосточной трубе, лишь бы она меня не увидела.

Видели бы вы глаза таксиста, когда к нему в машину запрыгнул громила в простыне и с паникой в глазах приказал гнать в сторону крепости! И да, я в очередной раз убедился, что везение – это не моё.

Меня увезли не в медблок крепости, а в военный госпиталь на окраине Красногорска – ближайшего к крепости города. Я понимаю, что они хотели как лучше и максимально позаботились о моей бессознательной тушке, но мне от этого было не легче.

Если б не моя татуировка четвёртого ранга – думаю, таксист отвёз бы меня в ближайшую психушку. А так – ничего, довёз куда надо, разве что всю дорогу косился на меня странно и был необычно молчаливым. Обычно-то таксистов не заткнёшь, а этот не произнёс ни звука и даже не возражал, когда я попросил его подождать, пока я принесу ему деньги.

Ребята на КПП тоже удивились, увидев меня в таком странном наряде, но всё же одолжили мне два рубля на оплату машины. И вот я стою в кабинете Стоянова и жду, когда этот… большой начальник прекратит ржать надо мной и моим потрёпанным видом – я так и не переоделся, поэтому всё ещё щеголял полуголым торсом и босыми ногами.

– Ладно, – отсмеявшись, произнёс Стоянов. – Выкладывай, что у тебя такого случилось, что ты не мог пару дней полежать в госпитале и дождаться выписки?

Сначала я хотел честно признаться ему, что Иса очнулась и я кое-что вспомнил, но, уже открыв рот, передумал. Нет, вряд ли он будет мне вставлять палки в колёса, а вот помочь советом или идеями вполне может. Всё же он куда дольше живёт в этом мире и наверняка может хотя бы примерно предположить, что мне нужно и где мне это искать. Но это – с одной стороны.

А с другой – ещё при первой нашей беседе он мне чётко дал понять, что, если что-то в моём поведении или моих целях ему не понравится, он, не задумываясь, попытается меня уничтожить. А что может быть более подозрительным и угрожающим безопасности Империи, как не расспросы о могущественных артефактах? Достаточно взглянуть на ситуацию с его точки зрения: непонятный мужик, прибывший чёрт пойми откуда, вдруг начинает интересоваться, где тут можно раздобыть мощные артефакты, при этом не скрываясь, рассказывает, что хочет его умыкнуть.

Пожалуй, лучше придержу эту информацию при себе до поры до времени. По крайней мере, до тех пор, пока не пойму, что я ищу, и не сменю статус с «подозрительного типа не пойми откуда» на «своего в доску человека».

– Вы их санитарку видели? – решил я прикрыться этой милейшей женщиной, от одного взгляда которой меня бросает в дрожь. – Я уж лучше пару восьмёрок ещё завалю, чем к ней попаду.

– Да… – протянул полковник. – Лидия Петровна – местная достопримечательность. А если серьёзно?

– Да не знаю я, – пожал я плечами. – Не привык я валяться в лазарете без видимых на то причин. Руки, ноги на месте, лишних дырок в теле нет – значит, вполне могу продолжать заниматься охотой, а не тратить время впустую.

– Скажи мне, Георг, сколько тебе лет на самом деле? – неожиданно спросил полковник. Я в ответ лишь пожал плечами, потому что действительно не знал, а точнее – уже не помнил, сколько мне лет.

– Но ведь не двадцать пять. И даже не пятьдесят. Ты, скорее всего, намного старше меня. Ведь так?

– Скорее всего, – вновь пожал я плечами. – Я честно не помню, сколько мне лет, но пару сотен точно есть. Или тысяч.

– Так почему же столь старое и умудрённое опытом существо ведёт себя как самый настоящий пацан? Почему, едва пережив мясорубку, из которой ты выбрался лишь благодаря чуду, ты снова рвёшься на охоту? Никогда не поверю, что исключительно ради получения силы – даже я, прожив семьдесят лет, понял, что личная сила – это далеко не самое главное. Куда важнее личный комфорт.

– Я ганиец, – ответил я, словно это всё объясняет (хотя в Великом Астрале, по сути, так и есть, но тут это не объясняет ничего). После чего решил всё же пояснить: – Мы не стареем и живём очень и очень долго. Практически бесконечно, если нам не помочь умереть. И поэтому мы просто вынуждены быть такими, какие мы есть – рисковать, дурачиться и совершать порой совершенно нелогичные поступки. Такова наша природа.

– Понятно, – кивнул Стоянов. – Защитный механизм, чтоб не свихнуться. Ладно, это твоя жизнь, и тебе решать, как её прожить – я тебе тут точно не указ. Хочешь на передовую – пусть будет так. Но на пару вопросов по поводу вчерашнего задания тебе ответить придётся, так сказать, чтобы закрыть все вопросы и идти дальше.

– И сперва я хотел бы получить ответ: что это такое? – выложил Стоянов передо мной горсть крисов. – Не бойся – это не те, что лежали в твоей сумке, которую удалось найти в лесу, вместе с тем, что осталось от твоей брони. Те сейчас лежат в твоей тумбочке в казарме. Эти же камушки, по словам Влада, ты отдал ему в качестве его доли. Так что же это?

Так, понятно: Стоянов тоже не знает о крисах, а уж он точно был бы в курсе о подобных кристаллах, если бы они падали с монстров раньше. Очередное подтверждение теории о моей уникальности.

– Там, – указал я кивком вверх, – их называют крисами или энергетическими кристаллами, и они что-то вроде универсальной валюты. Иногда выпадают при убийстве монстров и являются чем-то вроде сосредоточения их энергии.

– И что они дают? Я чувствую в них магию, но не могу понять её природу, – признался полковник.

– Да много чего! Их применяют в ритуалах, в алхимии, в промышленности, используют как банальные накопители – и ещё куча различных вариантов. Но я не специалист в этом вопросе. Для меня крисы в первую очередь всегда были просто валютой – за которую в любом астральном порту можно купить всё необходимое.

– Ты не против, если я отправлю их нашим экспертам, чтоб они провели анализ? – зачем-то решил спросить полковник, словно, если б я сказал «нет», он бы положил их в стол и ни разу не упомянул бы их в своих рапортах и отчётах.

– Это не у меня нужно спрашивать, – пожал я плечами. – Это крисы Влада – ему и распоряжаться ими.

– Хорошо, будем считать, что этот вопрос мы решили, – убрал со стола он кристаллы и положил на их место фотографию. – А это что?

– А это проблема, о которой я хотел рассказать, – ответил я, взглянув на снимок половины пальца короля горхов, который люди полковника, похоже, откопали на месте взрыва и притащили с собой в часть.

После этого я максимально подробно рассказал Николаю Владимировичу о том, что видел в пещере и чем это может грозить. Он слушал меня крайне внимательно и не перебивал, лишь пару раз задал уточняющие вопросы.

– Поэтому я считаю, что вам по-любому нужно раскопать это место и убедиться, что мне удалось выполнить задуманное – и эта древняя тварь свалила из этого мира. Сам-то я, по понятным причинам, не успел ничего рассмотреть, пока кувыркаясь летел оттуда, словно реактивный снаряд, – закончил я свой рассказ, после чего Стоянов надолго задумался.

– С одной стороны, – наконец произнёс он после нескольких минут молчания, – если всё так, как ты говоришь, то мне нужно бы наградить тебя за этот подвиг. Но с другой стороны, ты даже не представляешь, как мне хочется настучать тебе по голове за то, что ты, не сообщив никому, сам полез туда разбираться.

– И дело даже не в том, что ты мог помереть – как я уже говорил, я тебе не нянька, чтоб предостерегать от всякого рода безумств. Но тут затрагиваются вопросы безопасности Империи и всего мира: если б ты не справился, мы бы и не узнали никогда, какая задница притаилась у нас под боком.

– Но победителей не судят – ты справился, поэтому честь тебе и хвала! Отмечу в твоём личном деле – пусть большие начальники сами разбираются: награждать тебя или на гауптвахту определять.

– Холм мы этот раскопаем (если там вообще остался холм!) и тщательно всё проверим – обязательно. Но к тебе будет просьба: в следующий раз, будь так добр, ставь в известность, если обнаружишь что-то подобное. А потом уже лезь в пасть льву, если так хочется.

– Договорились, – кивнул я, думая при этом, что всё не так просто. Ведь обычно это не я ищу проблемы на свою пятую точку – а они сами слетаются ко мне, как мухи на… мёд.

– Что ж, подведём итог. Вступительный экзамен ты с горем пополам, но сдал. Проверяющий о тебе отзывался исключительно в хорошем ключе – хоть в основном и матом (что для Влада совсем не типично), поэтому могу тебя поздравить. Отныне ты – спартанец! – положил полковник передо мной кольцо из обычной меди, на котором с внешней стороны было выгравировано «СПАРТ», а на другой – мой позывной «Дикарь».

– А почему спартанец? – решил уточнить я, надевая кольцо на палец. Им явно пришлось делать это колечко на заказ – обычное на меня не налезло бы. Даже на мизинец.

– Во-первых, у нас аббревиатура СПАРТ, что означает «Силы Противодействия Агрессивному Распространению Тумана». А во-вторых, мы, как самые спартанцы тысячу лет назад, малыми силами сдерживаем многократно превосходящие силы противника, не позволяя тварям ворваться в Империю, чтоб сеять хаос и разруху, – пояснил Стоянов.

Но я не до конца понял, про каких именно спартанцев он говорит. Видимо, что-то из истории этого мира – нужно будет поинтересоваться на досуге.

– Всё, можешь идти. Новые задания сможешь брать прямо через комм – доступ я открыл. Как и завёл счёт на твоё имя, куда уже перечислил полагающуюся тебе премию за прошлое задание.

– А, стой! Ты же раздолбал свой комм. Ума не приложу, как ты умудрился это сделать, но держи новый, – протянул мне полковник новое устройство, которое ничем не отличалось от предыдущего. – Вот теперь иди. Только оденься, а то ребята не поймут, если ты будешь бродить словно древний грек по крепости – подумают ещё, что ты решил поиздеваться.

Кто такие греки, я понятия не имею – скорее всего, тоже что-то из местной истории. Но совет приодеться вполне дельный: не самое приятное занятие – шлепать босыми ногами по бетонному полу. Поэтому этим я и займусь в первую очередь.

– А, кстати, хотел спросить, – обернулся я к полковнику уже на выходе. – Откуда взялся мой позывной «Дикарь»?

– Я придумал, – признался Стоянов. – Так повелось, что позывные всем новобранцам даю именно я.

– Но почему именно «Дикарь»?

– Ну, были ещё варианты: «Бухарь» и «Капитан». Но на «бухаря» ты обижаешься, а «Капитан» у нас уже есть. Поэтому и выбрал самое нейтральное из того, что пришло в голову. Хотя, вспоминая нашу первую встречу и глядя на тебя сейчас, я думаю, что поторопился с позывным. Надо было назвать тебя «Голожопым». Очень уж подходит под твой экстравагантный и неповторимый стиль одежды.

– Я уже говорил, что вы с вашим дружком Виктором – очень странные, и юмор у вас своеобразный?

– О, поверь, ты не единственный, кто так считает. Нас ещё в военной академии считали, мягко говоря, долбанутыми. И с тех пор мало что изменилось.

Оказавшись в коридоре, я задумался о планах на ближайшее будущее.

Мне однозначно нужно выполнить задание Зарелии. Но если думать об этом обобщённо, то получается что-то из серии «иди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что». Даже руки опускаются с такой трактовкой.

Но если разбить всё на более мелкие задачи – получается, всё не так уж сложно: получить силу, обзавестись помощниками, раздобыть информацию.

С силой – понятно: охочусь на монстров, становлюсь сильнее – тут ничто не меняется вот уже много-много лет.

С помощниками тоже всё понятно: нужно заручиться поддержкой местных – и будет мне счастье.

А вот с информацией пока затык – даже не представляю, с чего начать.

Ладно, сначала попробую выполнить первые два пункта. А для этого мне нужна хорошая экипировка, потому что с голым задом особо не навоюешь. И поможет мне с этим местный умелец Нургалиев.

Вот и решено – начну своё выполнение задания с посещения мастерской, а там уже как карта ляжет.

Глава 10.

– Можно, например, перебросить третью ударную группу из Чёрного моря, но это займёт как минимум полгода времени.

– Нет, черноморский флот трогать нельзя – все мы прекрасно знаем Сулеймана. Сегодня он клянётся в вечной дружбе, а завтра, если увидит возможность, ударит всеми своими силами. Хорошо, я выслушал вас, обдумаю все предложения и решу, что нам делать с северным побережьем. Что у нас по проекту «Гость»?

– Пока делать окончательные выводы преждевременно – прошло меньше недели с его прибытия, – поднялся со своего места Зарубин. – Но уже сейчас можно смело говорить о его потенциале и возможной пользе для Империи. О его методике работы с барьерами я уже рассказывал на прошлом докладе. Техника уникальная и, бесспорно, полезная. Мы пока её активно изучаем с переменным успехом и начинаем точечно внедрять в различные роды войск. Думаю, через год уже все наши вооружённые силы будут на достаточном уровне владеть этой техникой и, соответственно, смогут более эффективно действовать в бою.

Кроме того, на следующий день после прибытия Георг участвовал в рейде на скребунов и добыл там несколько интересных вещей, которые ранее нам не встречались. Вот один из них – это неизвестный кристалл, хранящий энергию, – Виктор вывел на экран изображение радужного камушка, чтоб все смогли на него полюбоваться.

– Накопитель, над созданием которого наши учёные бьются последние полвека? – уточнил один из министров в зале.

– Анализ пока ещё не закончен, – уклончиво ответил Зарубин, – но предварительные данные говорят о том, что это, скорее всего, светолит.

После этих слов в зале малого совета повисла звенящая тишина.

– Вы уверены, что это они? – наконец нарушил молчание сидящий во главе стола император. – Их не видели со времён падения Краевых.

– Как я уже говорил, Фёдор Михайлович, – кивнул особист императору, – анализ пока не завершён, но с большой долей вероятности это либо они, либо что-то очень на них похожее. Как заявляет сам Георг, эти кристаллы – вещь универсальная: их используют в алхимии, зачаровании, ритуалистике и даже в промышленности. Каким именно образом – он не знает или не посчитал нужным пока делиться этими знаниями, отговариваясь тем, что для него это не больше чем универсальная валюта, которой можно рассчитываться в любом уголке его мира. Но полученная от него косвенная информация полностью совпадает с тем, что мы знаем о светолитах.

– Надо срочно изъять все светолиты у этого Георга и заставить поделиться секретом их получения! Это стратегический ресурс! – вскочил со своего места один из министров, но, наткнувшись на хмурый взгляд императора, как-то сразу сник и извинился за несдержанность.

– Боюсь, если мы сейчас изымем эти кристаллы, то навсегда потеряем возможность получать их. Если я правильно составил психологический портрет этого парня, то он найдёт тысячу отговорок, чтоб не делиться с нами своим секретом, если сам того не захочет. А надавив, мы наживём себе врага с непонятными возможностями, – задумчиво произнёс Фёдор Михайлович. – Но зато, если мы предложим честную цену за них – получим гораздо больше. Все любят деньги, и он с радостью сам будет приносить нам всё больше этих кристаллов, чтобы покрыть свои растущие аппетиты.

– Я тоже так считаю, – согласился с венценосной особой Зарубин. – К тому же давить на человека, который смог предотвратить появление монстра класса «Мировое бедствие»…

– Какого, какого класса? – переспросил кто-то из зала.

– Вы не ослышались. Именно мирового бедствия. Вот это, предположительно, часть его лапы или, скорее всего, одна фаланга пальца, – ответил Виктор Аристархович и вывел на экран изображение, где учёный стоит рядом с поставленным вертикально изогнутым причудливым образом куском камня, заострённым сверху. – Да, это выглядит как обычный обломок скалы, но наш научный отдел уже подтвердил, что ещё совсем недавно это было частью монстра, которых мы называем скребунами.

Информация пока проверяется, но, судя по рапорту одного из спартанцев, который был в одном отряде с Георгом, они наткнулись на стаю, которая управлялась вожаком – более развитой и умной тварью. В результате стычки с этой стаей отряд получил ранения разной степени, и лишь благодаря действиям нашего гостя обошлось без невосполнимых потерь.

После этого Георг, оставив раненых товарищей отдыхать и восстанавливаться, в одиночку отправился исследовать гнездо тварей. На этом рапорт заканчивается, и дальше уже вольный рассказ самого Георга, по которому выходит, что он наткнулся на старый пробой, через который пыталась пролезть древняя и могущественная тварь.

Наш гость не придумал ничего лучше, чем подорвать там всё. Способ, которым он это сделал, нам пока неизвестен, но взрыв был такой силы, что его отголоски слышали даже в десятках километров от гнезда. Этим взрывом, опять же по словам самого Георга, ему удалось нанести рану твари и отпугнуть её, но эта информация пока не подтверждена – на месте гнезда до сих пор ведутся раскопки.

– То есть получается, этот Георг – герой, и его нужно наградить, – задумчиво произнёс император, приглаживая усы.

– Или это выдумка, чтоб выдать желаемое за действительное и повысить свою значимость в наших глазах, – возразил немолодой маршал – министр по вопросам сдерживания тумана.

– Или так, – не стал спорить монарх. – Время покажет. Но в любом случае даже информация о появлении вожаков уже имеет ценность сама по себе. Нужно срочно распространить её среди всех гарнизонов и передать нашим коллегам за рубежом. Это не тот вопрос, от которого можно легкомысленно отмахнуться, и, как говорится, лучше перебдеть, чем пустить всё на самотёк и столкнуться в будущем с большими проблемами.

А тех, кто эту информацию добыл, нужно наградить. Кадровым – внеочередное звание, вольным – премию или висюльку какую… Там сами уже решите, Константин Львович.

– Сделаю, ваше величество, – кивнул маршал, делая у себя в блокноте пометку, чтоб не забыть.

– Есть что ещё добавить по проекту «Гость»? Нет? Тогда переходим к следующему вопросу. Геннадий Павлович, как продвигается испытание нового стрелкового оружия?

***

– Да нет же! Вот эти линии должны быть ровными, без изгибов, – ткнул я остриём ножа в художества Егора. – Иначе у тебя получится не игис, а чёрт пойми что. В рунологии крайне важно вычерчивать линии строго такими, какие они должны быть. Это правило номер один.

– Да у тебя они тоже кривые, – возмутился виконт, указывая на образец, что я ему предоставил.

– Это внешний контур – он не важен, – попытался я донести простую истину до своего внезапного ученика. – Он нужен только чтобы отделить одну руну от другой, и его вообще можно не рисовать, но так принято, чтоб другому рунологу проще было читать твою вязь.

Да уж, неожиданный поворот судьбы. Я сам не понял, как так получилось, что я вдруг примерил на себя мантию учителя.

А началось всё с того, что два дня назад я столкнулся с Егором, которого уже выписали после реабилитации. Он в процессе разговора спросил меня, как мне удалось так быстро вычислить засаду. Его, оказывается, всё это время беспокоило то, что он, маг земли, не смог почувствовать скребунов, хотя именно для этого и отправлялся на то задание – найти каменных тварей.

Ну а я, чтоб поддержать друга, возьми и ляпни, что применил особую магию. У Егорки сразу глазки загорелись, ручки затряслись, и он с такой настойчивостью насел на меня с просьбой научить этой магии, что мне пришлось уступить под натиском фанатичной тяги к знаниям.

Чтоб не тратить время впустую, я решил объединить два занятия: улучшить свою броню с помощью рунной магии и заодно показать виконту основы рунологии. Вот и вдалбливаю уже второй день подряд в вихрастую светлую голову идею о том, что руны ошибок не прощают – даже одна неправильная линия или помарка может привести к непредсказуемым последствиям.

– Ха, лохи, смотрите, как надо! – воскликнул Ренат (точно Ренат – я уже научился их более или менее отличать друг от друга… Хотя, может, и Марат…), после чего, прежде чем я успел указать на ошибку, бахнул в руну добротную порцию энергии.

Произошёл хлопок, и перед нами предстал снеговик с обмороженными бровями и покрытым инеем лицом, вызывая смех у остальных учеников.

Да уж, рунология – это им не железками махать, о чём я сразу же и предупредил братьев, но их это не остановило. Едва услышав, что можно овладеть магией, даже не имея сильного дара или потенциала, они были готовы на всё, лишь бы я их научил. Ведь без этого они застряли в развитии и никак не могли продвинуться дальше.

– Баловство всё это, – уже в который раз за последние дни проворчал проходящий мимо Нургалиев старший. Его ворчание вполне понятно – кому понравится, когда его рабочую мастерскую превращают в учебный класс, где постоянно что-то взрывается, хлопает или испускает едкий и вонючий дым?

– Ну, не скажите, Руслан Арманович, – как обычно не согласился я с мастером. – Да, на текущем уровне владения рун ребята многого выдать не смогут, но ведь это только начало.

Рунная магия – это, по сути, программирование, только вместо машинного языка используется язык рун. И чем больше опыта и знаний у программиста, тем лучше будет результат.

Начинающий программист сможет сделать так, чтоб при нажатии кнопки проигрывался звук, а опытный – при нажатии той же кнопки заставит звучать десяток стоящих рядом устройств.

Сегодня они, – я указал кивком на своих «учеников», – пытаются начертать свою первую руну, а через пару недель запросто смогут сделать что-то такое…

С этими словами я подхватил с верстака отвёртку, быстро нанёс на неё несколько рун и запустил в сторону стены. Врезавшись в стену, отвёртка взорвалась, разлетевшись мелким ледяным крошевом.

Мастер в долгу не остался и в ту же самую стену запустил свою ледяную пулю, которая точно так же взорвалась на мелкие части во время удара.

– И не надо две недели корпеть над закорючками, – прокомментировал он. – И да, ты мне должен новую отвёртку.

– Хорошо, – кивнул я. – А теперь запустите точно такую же, но огненную пулю.

– Я маг воды.

– Вот именно, – поднял я палец. – И потому вы ограничены только своей стихией, а владей вы рунами – вы могли бы вложить любую стихию.

Короче, что лучше: чистая магия или руны – это тема для долгих споров под пиво. Но, думаю, никто не будет отрицать, что дополнительный арсенал никому не помешает. В наших краях выходить на охоту без полного комплекта метательных ножей, зачарованных на разные стихии – это самоубийство.

– У нас на этот случай есть огнестрел. Вот если бы ты зачаровал каждую пулю – тогда да. Но сколько времени ты убьёшь хотя бы на один магазин, который расстреляешь за минуту активного боя?

– Согласен, тот ещё геморрой, – не стал я спорить. – Но, с другой стороны, зачем зачаровывать каждый снаряд, если можно на сам ствол нанести руны, которые будут накладывать эффекты на вылетающие пули? Запитал – и стреляешь себе зачарованными снарядами, которые замораживают, поджигают, отравляют или ещё какой эффект накладывают на противника.

– А что, и так можно? – встал в стойку мастер. Ещё бы он встал – ведь он ярый фанат всего, что стреляет, и мечтает создать супер-убойную гром-палку, которая будет выкашивать продвинутых монстров одного за другим.

Знал бы он, что давно уже придумали оружие, которое и снарядов-то не требует: ставишь накопитель побольше – и палишь сгустками чистой магии. Но он этого, естественно, не знал. Откуда ему знать, если в их мире даже накопители ещё не придумали? Точнее, придумали когда-то давно, но потом технологию утеряли – и теперь все пытаются восстановить. Пока безуспешно, насколько мне известно.

– Можно, – ответил я на его вопрос. – Говорю же, рунология – это как программирование. Всё упирается лишь в знания и фантазию программиста, а так можно сделать что угодно.

– Покажешь?

– Это так не работает, – усмехнулся я. – У меня есть, конечно, пара идей, как это реализовать, но нужно пробовать, экспериментировать, подбирать связки.

С ходу могу назвать три проблемы, с которыми мы столкнёмся: способ передачи энергии от стрелка в руну; снижение рассеивания энергии; банально материал, из которого будет сделан ствол. Простая сталь не подходит – слишком низкая проводимость магии, и потому КПД будет крайне низким.

– Ну, главное – начать, – не сдавался мастер, который загорелся новой идеей и получил надежду на то, что его мечта всё же может исполниться.

– Ну-ка, молодёжь, подвиньтесь, – придвинул он стул к верстаку, который у нас был вместо парты, и приготовил свой ежедневник. – Показывай, какие там мне нужно сначала выучить закорючки.

– Может, сначала всё же закончим с моей бронёй? – робко предложил я мастеру. Всё-таки после стычки с королём горхов я остался без снаряжения. Случись что – мне придётся воевать как неандерталец: обмотавшись шкурой и вооружившись первой попавшейся под руку корягой.

– Да готова она же! Сейчас краска высохнет – и можешь снова идти ломать её, – отмахнулся Руслан Арманович. – Давай учи меня, пока у меня запал не пропал.

– Хорошо, – уступил я под напором мастера. – Для начала нам понадобится вот такая руна – она фокусирует заклинание и направляет его в определённом направлении, – начал я рисовать на листочке бумаги руны, попутно объясняя, что делает каждый символ.

Чтоб она работала корректно, вот тут нужно указать: направление передачи заклинания; расстояние; предельный размер целевого объекта, на который заклинание будет наложено.

Вот тут важно, чтобы материал, на который будет наложена руна, имел достаточную проводимость. Иначе на выходе заклинание выйдет слишком слабым или неоконченным. Предлагаю начать именно с этого – путём проб подобрать материал, который удовлетворит вас всеми параметрами.

– А заклинание какое фокусировать и как? – уточнил мастер, тщательно записывая всё, что я говорю.

– Сейчас я накидаю штук пять различных рун с простыми заклинаниями разных стихий и покажу связку, как делать так, чтоб руны при подаче энергии не срабатывали, а передавали импульс к фокусирующей руне, – принялся я чертить на обратной стороне листочка.

Нужно отдать Нургалиеву должное – он не перебивал и старался запомнить всё с первого раза. Лишь иногда переспрашивал и уточнял.

Егор и близнецы сначала тоже заинтересовались новым аспектом рунной магии, но, увидев руну третьего порядка, сникли – им ещё и первый-то даётся с трудом, не привыкли ещё. А вот Руслан Арманович, как ни странно, буквально с первой попытки всё делал правильно. Видимо, сказывался большой опыт работы с мелкими деталями и приобретённая за долгие годы работы инженером внимательность к мелочам и деталям.

Кто-то скажет, что я, показывая новую магию местным, давал гранату без чеки в руки ребёнку. Но лично я ничего плохого в этом не видел. Пока они не станут изучать руны девятого порядка и выше, способные по неосторожности уничтожить весь мир, ничего страшного не случится. Максимум – без рук останутся или спалят пару-тройку домов. Но чтобы этого добиться, и рун-то не нужно.

Как правильно сказал Нургалиев, и без рун можно творить сильную магию – было бы желание. А так я просто повышаю их шансы выстоять против превосходящих сил монстров. Это – первое.

А второе – мне, чтобы выполнить задание Зарелии, не помешает помощь местных. Я пока понятия не имею, что это за задание, но вряд ли древнейшая послала меня за пивом. Поэтому, заручившись поддержкой жителей этого мира, я как минимум упрощу себе выполнение этого задания.

К тому же таких полезных жителей, как семейство Нургалиевых ( причём всех троих: близнецы – отличные бойцы, а их отец вообще на вес золота из-за своих умений – из сухих веток и птичьего помёта собрать танк), или как Егор, который, может, и не так силён как боец, но обладает острым умом и целой кучей полезных связей (ведь с раннего детства крутится с сильными мира сего). Или вот Стоянов и его дружок Виктор Аристархович – эти двое вообще в случае чего смогут поставить под ружьё как минимум половину Империи, если прижмёт.

И поделиться кое-какими знаниями – это малая цена за их помощь, как ни крути. К тому же, усиливая их, я тем самым усиливаю и себя. Ведь сотня сильных бойцов куда лучше, чем всего один, хоть и суперсильный, боец.

Наш мозговой штурм прервал дежурный с КПП, который принёс конверт, адресованный, что странно, мне. Причём лично в руки. Удивившись, я принял конверт, повертел его в руках и собирался отложить в сторону, чтобы продолжить своё занятие. Но был остановлен виконтом.

– Это герб имперской администрации, – указал он на сургучовую печать, которой был запечатан конверт. – Обычно они по всяким мелочам письма не пишут. Я бы на вашем месте ознакомился.

Да, пожалуй, Егор прав. Тем более что после того, как я узнал, от кого это письмо, проснулось любопытство. Интересно же, что там внутри. Вряд ли имперская администрация станет мне рекламировать подписку на еженедельную газету.

Разорвав конверт, я пробежался глазами по письму.

– Ну, что там? – не выдержал Егор, который сгорал от любопытства.

– Если убрать всё словоблудие и неприкрытую пропаганду в духе «Империя – самое великое государство в мире», то шестнадцатого июля в пятнадцать тридцать мне нужно явиться в администрацию в Красногорске и получить своё родовое кольцо и какую-то там грамоту, – ответил я, убирая письмо в карман кителя. (Стоянов не вынес моих похождений по части в явно маленькой для меня форме и заказал целый десяток комплектов повседневной формы спартанцев специально для меня. Как раз вчера привезли, и теперь я хотя бы могу свободно дышать, не боясь, что одежда расползётся по швам.)

– Шестнадцатое – это сегодня, – на всякий случай уточнил Руслан Арманович, знающий, что у меня с местным календарём проблемы.

– Ага, через два часа, – подтвердил Егор, сверившись с часами. – Ну что, пойду вызывать нам такси?

– А ты-то куда собрался? – не понял я. – Я что, сам не смогу съездить?

– Ты, конечно, извини, друг, но в имперской администрации не очень любят выходцев с Диких Земель и сделают всё, чтобы ты ещё нескоро стал полноправным аристократом. Да даже то, что тебе письмо прислали всего за два часа до приёма, а не за неделю, как положено, уже много о чём говорит. Так что я поеду с тобой, чтобы эти чинуши сделали всё как положено, – пояснил Егор. – Иди собирайся – встретимся у КПП.

– Да я, в общем-то, готов, – пожал я плечами, поправляя рукава кителя, которые завернул, чтобы не испачкать.

– Ты поедешь в этом? – решил на всякий случай уточнить Егор, осмотрев меня с ног до головы.

– Ну, у меня выбор небогатый, – усмехнулся я. – Либо повседневка, либо громыхать по коридорам администрации полным комплектом доспехов. А, могу ещё в простыню завернуться – всё равно меня там дикарём считают, так что особо ничего не изменится.

Егор на это лишь покачал головой, явно уже жалея, что связался со мной. После чего развернулся и направился в сторону выезда с части, где обычно стоит хотя бы один «бомбила», чтобы срубить деньжат на желающих развеяться в городе спартанцах.

Глава 11.

Ни разу не жалею, что согласился на помощь Егора и поехал вместе с ним, поскольку это самая настоящая ходячая энциклопедия. Поражаюсь, как столько информации умещается в его голове.

Когда я в прошлый раз был в Красногорске – мне было не до рассматривания красот города. Во-первых, я в тот раз был лишь на окраине, которую и городом-то не назвать – так, пригород; а во-вторых, я рвал когти от Лидии Петровны, и мне было не до любования красотами города. Зато в эту поездку я наверстывал упущенное.

В целом из окна такси город выглядел красиво. Да, это не мегаполис, в котором проживает полтора миллиарда человек, но и не дыра, где построили всего одну улицу на пять домов и воткнули табличку «Город». Красногорск – небольшой уютный городок с населением тысяч в тридцать, может, пятьдесят, застроенный в основном пятиэтажными многоквартирными домами, которые тут называют «имперки». Понятия не имею, почему такое название – видимо, какой-то местный юмор, или же это название имеет какой-то глубинный смысл, который мне, как «понаехавшему», не понять.

Вокруг города построена высокая и толстая стена, что вполне оправдано, учитывая, что до границы с Дикими землями рукой подать. А сам город разделён на пять районов: жилой, в котором, понятное дело, проживает всё население города; торговый, где, по словам Егора, можно купить и продать что угодно – хоть танк, если денег хватит; рудный, где стоят заводы по переработке магической руды, что тут называется магиум, и которую добывают в шахтах Московского хребта.

Кстати, насчёт этого самого хребта: когда у нас с виконтом зашёл разговор об этих горах, окружающих древний мегаполис и простирающихся с далёкого севера и почти до южных границ Империи, выяснился интересный факт – ещё каких-то восемь или девять сотен лет назад никаких гор тут и в помине не было: они появились вместе с туманом, что накрыл столицу государства, что было тут до Империи. Долгое время эти горы воспринимались лишь как естественный рубеж, защищающий западную часть новой Империи от монстров. И лишь три сотни лет назад предок графа Самохина – того самого, с которым у меня произошла стычка в день моего появления тут, – нашёл в этих горах залежи магиума – металла, что отлично проводит энергию, не разрушаясь при этом.

Егор не особо разбирается в этом вопросе, но, судя по описанию, я предположил, что это илиум – довольно распространённый в Астрале металл, сплавы которого используются повсеместно. Не гелиум, конечно, но тоже неплохой ресурс.

Да, добывать его опасно и довольно затратно – твари словно с ума сходят, стоит им лишь учуять этот металл. Но вместе с тем это очень прибыльно и жизненно необходимо для Империи, поэтому род Самохиных ждал взрывной подъём и быстрое обогащение.

Помимо рудного района, где, кстати, перерабатывают не только руду, но ещё и расположено с десяток предприятий, перерабатывающих части туманных монстров ради получения алхимических ингредиентов, в Красногорске есть довольно большой промышленный район, где производится буквально всё: начиная от гвоздей и заканчивая технологичным оружием. Оружия и боеприпасов тут особенно много производят, но оно и понятно – тут в шаговой доступности монстры бродят как у себя дома, поэтому спрос на оружие и средства защиты в этом регионе просто колоссальный.

Ну а последний район Красногорска – центральный. За второй крепостной стеной, которая ещё выше и толще первого круга, расположено всё самое необходимое: больницы, склады с неприкосновенным запасом, склады оружия и артефактов, гигантский ретранслятор, который обеспечивает связь на сотни километров вокруг, убежища, способные вместить всё население города, ну и, конечно же, офисы местной администрации.

Внутренняя крепость – последний рубеж обороны в случае неожиданного наплыва монстров, поэтому в мирное время кого попало туда не пустят: лишь по пропускам либо, как в моём случае, – по приглашению.

Что примечательно, усадьбы местных аристократов находятся не в самой защищённой внутренней крепости, как это обычно происходит, а разбросаны вдоль внешней стены. Как объяснил Егор, когда-то давно ещё первый император Российской Империи так распорядился, чтобы самые сильные маги (а среди аристократов других и не водится) не отсиживались за высокими крепостными стенами, а активно принимали участие в защите города. Он прикинул, что своё аристократы будут защищать куда охотней, поэтому и издал такой указ. Очень даже разумный подход к делу. Настолько, что этот указ до сих пор не отменили.

И если я когда-нибудь получу в своё владение землю в Красногорске, то мне так же выдадут участок у стены. Хотя, как сказал Егор, это маловероятно. Не то чтобы я получу землю – с этим как раз-таки проблем не вижу: совершу пару подвигов – и всё, я землевладелец. Вот только мне, скорее всего, выдадут участок где-нибудь возле границы, чтобы я грудью защищал мирное население от нашествия тварей.

А зная свою удачу, мне по-любому достанется самый геморройный участок, какой только можно найти во всей Империи, поэтому ну его нафиг – даже не буду напрягаться ради этого.

Ещё моё внимание привлекли разбросанные тут и там башенки, которые возвышались над остальными зданиями на несколько этажей. Все эти башни были словно близнецы и походили своей формой на сложенный пляжный зонтик. Даже на расстоянии я чувствовал исходящую от них энергию.

На мой вопрос, что это за стеллы, Егор ответил, что это так называемые малые стражи. Такие есть в каждом городе Империи, и они нужны для защиты от Тумана.

Насколько я понял из его сбивчивого рассказа: если неподалёку от башни появляется пробой, хранители башен активируют артефакт внутри, и башни сдерживают распространение тумана столько времени, сколько требуется защитникам города, чтобы уничтожить этот пробой и тварей, вылезших оттуда. Сделано это для того, чтобы монстры не разбежались по всему городу и не натворили дел, пока их всех перебьют.

По словам виконта, хранители башен – это очень почётная должность, и он сам когда-то хотел стать им, но не прошёл отбор из-за недостаточно большого источника. Поэтому он решил по-другому защищать простой народ и пошёл в спартанцы.

Такси и любому иному гражданскому транспорту внутрь крепости ход был закрыт, поэтому, извинившись, таксист нас высадил прямо возле ворот. К счастью, времени у нас было в запасе ещё полчаса, а Егор отлично знал дорогу, поскольку уже неоднократно бывал тут. Поэтому мы вполне укладывались по времени и могли особо не спешить.

Тем более что тут, по словам Егора, буквально два шага, и никаких сложностей у нас возникнуть не должно. Лишь при входе в крепость нас остановили стражи правопорядка. Но показанное им письмо от администрации и родовое кольцо Булатова сняли все вопросы, и нас без каких-либо проблем и дополнительных проверок пропустили дальше.

Что меня удивило во внутренней крепости – это внешний вид стоящих тут зданий: никаких тебе дворцов или вычурных шедевров архитектуры. Всё строго и функционально, словно это не центр города, а укреплённый военный форт.

Возможно, когда эти земли только осваивали – так оно и было. А потом решили ничего не перестраивать и оставить как есть, лишь меняя со временем устаревшие системы защиты на более новые и действенные. В очередной раз поражаюсь практичности имперцев и их нацеленности на защиту от агрессивных тварей.

Войдя в здание администрации, я присвистнул от вида собравшейся здесь очереди. Хорошо, что у меня приём по записи, и я не опоздал, иначе я застрял бы тут недели так на три, а то и на четыре.

А ещё хорошо, что я взял с собой Егора – вот кто чувствовал себя тут как рыба в воде! Пока я тупил и пытался понять, куда мне вообще идти, он быстро получил от моего имени нужные документы, договорился о том, что мне поставят печать в документах без соблюдения всяких формальностей и бюрократии, чуть ли не за руку потащил меня в сторону нужного нам кабинета, который оказался на втором этаже.

Вот что значит с раннего детства вращаться в этих кругах – не то что я, которому проще проломить череп древнему ящеру, чем заполнить форменный бланк.

***

Вот не зря говорят, что лучше встретить стаю развитых шеков, чем одного бюрократа. Если б не Егор, то я застрял бы в этой администрации лет на сто как минимум.

Тут сложилось всё против меня: кончились бланки, наступил обед, ответственное лицо отсутствовало.

Короче, приходите завтра, господин дикарь, а лучше через неделю. А ещё лучше – катитесь обратно в свои Дикие земли и не мешайте нормальным людям жить.

Но стоило Егору назвать свою фамилию и сказать, что отец просил его лично проследить за процессом регистрации (врёт и не краснеет? Или не врёт?), как случилась настоящая магия: и бланк нашёлся, и обед вдруг перенесли, и нашелся заместитель ответственного лица – поэтому можно подписывать документы.

А дальше меня ждала огроменная стопка бумаг, с которыми мне нужно было ознакомиться и всё подписать: какие-то соглашения, справки о том, что я прочитал эти соглашения, справки о том, что я делаю всё добровольно, прочее, прочее, прочее.

Словно я не титул тут получаю, а фрегат свой продаю.

Планируй я задерживаться в этом мире дольше, чем нужно для дела, я бы всё внимательно прочитал, естественно, придираясь к каждой мелочи и ища подводные камни. А так ставил подписи почти не глядя. Если и смотрел на очередной документ, то только для того, чтобы не промахнуться и поставить подпись где нужно – иначе заставили бы заново подписывать.

Наконец этот бюрократический ад закончился, и мне выдали моё родовое кольцо. Обычное широкое кольцо из магиума, на котором был оттиск моего родового герба. Вот герб я рассматривал очень пристально и внимательно, поскольку это действительно было важно.

Когда Виктор Аристархович только предложил мне придумать герб, который будет внесён в реестр имперской аристократии, я немного завис – не думал, что герб я должен придумать сам. Точнее, считал, что все гербы тут создают местные дизайнеры или кто там обычно занимается подобным, а мне только нужно ткнуть пальцем в понравившийся вариант – и на этом всё.

Но нет: как оказалось, свой герб каждый основатель рода придумывает сам, а его наследники потом с гордостью демонстрируют его всем желающим – ну, или не с гордостью: зависит от рода и от герба.

Каюсь, первым делом я хотел нарисовать что-то вычурное, сложное и мегакрутое. Но потом подумал: а оно мне надо? К чему мне все эти понты вообще? Я же не император, а всего лишь барон. Поэтому я решил сделать что-нибудь простое, но при этом близкое мне.

И что вы думаете, я взял в качестве герба? Правильно! Символ астрального флота восьмого сектора, к которому я, собственно, был приписан до недавнего времени. (Хотя из состава флота невозможно просто так выйти – только вперёд ногами. Поэтому я, скорее всего, до сих пор там числюсь, как и мой фрегат – вне зависимости от того, кто им сейчас командует.)

Не в том плане, что я кадровый астралонавт. А в том, что в случае заварушки я, как и любой другой свободный капитан, должен присоединиться к огромной флотилии под командованием бессменного адмирала и идти защищать восьмой сектор от всякой погани – вроде астральных демонов или сбрендивших древних.

На момент разговора с Виктором Аристарховичем я, конечно, всего этого не помнил. Но при словах «близкий мне символ» вспомнил именно этот знак – два пересекающихся прямоугольника определённых пропорций и пересекающая их вертикальная линия. До одури простой, но тем не менее такой важный символ.

Я не знал (точнее, не помнил), почему это так важно – соблюсти все пропорции. Но всё же настоял, что это крайне принципиальный момент, и просил проследить, чтобы всё соответствовало моему эскизу.

Уже потом, когда проснулась Иса и я вспомнил, что я в общем-то неплохо владею рунной магией, мне пришло осознание, почему я был столь настойчив.

Символ астрального флота – это не просто рисунок, придуманный с бухты-барахты. Это одна из древнейших рун (в прямом смысле: её давным-давно придумали именно древние). Она называется «Вота» или «Глас» – если перевести на более современный язык. Суть её проста: если провести ритуал и связать с этой руной другую такую же, то через них можно общаться на любом расстоянии, вне зависимости от внешних условий.

Ну, общаться – это, конечно, громко сказано. Никакой энергии не хватит на долгий разговор. Но вот передать короткое послание – самое то.

Она, собственно, и была внедрена в астральный флот для того, чтобы корабли-разведчики, которые были связаны с адмиралом сектора, могли своевременно сообщить об опасности. А адмирал, через связанные с ним руны (которые обязаны быть у каждого капитана), мог созвать флот – как бы далеко ни были разбросаны корабли по сектору в данный момент.

Удобная штука, и я рад, что именно этот символ выбрал в качестве герба.

Не знаю, как сложится дальше моё задание, но у меня однозначно будут соратники, с которыми совсем не мешало бы иметь связь – вне зависимости от зоны покрытия коммами.

Наделаю младших колец (как тут называют копии родового кольца для вассалов или приближённых людей), проведу ритуал, чтобы связать эти младшие кольца со своим – и всё. Без связи мои люди не останутся.

Досконально проверив герб и убедившись, что мастер, изготавливавший кольцо, не допустил ни единой ошибки, я удовлетворённо кивнул и нацепил новую статусную побрякушку на средний палец правой руки – как это предписывает аристократический кодекс Империи.

Всё, с формальностями покончено. И я теперь официально барон Бухарев Георгий Павлович. Пора и честь знать. Или, говоря проще, – валить из этого бумажного ада и больше сюда не возвращаться ближайшие… Да никогда не возвращаться – в идеале!

К сожалению, просто так уйти из этого проклятого места мне не дали. Я столкнулся с проблемами буквально сразу за дверями администрации. Хотя нет, слово «столкнулся» тут не подходит. Ведь «столкнулся» – это когда случайно шёл, шёл – и бац, вот они. А эти проблемы меня буквально поджидали. И выглядели они как низкорослый брюнет в дорогущем на вид костюме.

Стоило нам с Егором выйти из здания, как это недоразумение, что мне чуть ли не в пупок дышит, преградило путь, выскочив как чёрт из табакерки из какой-то навороченной машины. Я в марках автомобилей этого мира не силён, но по виду – что-то на богатом.

– Дикарь, ты ответишь за своё преступление! – с ходу начал он предъявлять мне претензии.

Мне даже стало интересно: за какие это? Вроде даже дорогу на красный свет не переходил. Или он о моём побеге из госпиталя? Но Стоянов вроде говорил, что замял этот вопрос.

– Вы, видимо, обознались, уважаемый… – решил я попробовать разрулить всё максимально вежливо.

– Виконт Самохин Виктор Павлович, – подсказал стоящий рядом Егор, который, похоже, знал каждого аристократа этого города в лицо.

– Уважаемый Виктор Павлович, – закончил я фразу и сделал полупоклон в сторону аристократа.

– Ничего я не обознался! – вспылил коротышка ( причём даже по меркам этого мира он коротышка). – Ты оскорбил моего отца и осквернил наше фамильное оружие! За это ты ответишь!

– Не помню, когда я успел оскорбить виконта, – пробормотал я, напрягая память.

– Это сын графа Самохина, которому ты лицо разбил, – пояснил Егор, чем ещё больше вогнал меня в ступор – при чём тут граф?

– Погоди, – решил уточнить я. – То есть сын графа – это виконт? Где логика?

– Ну да, а что не так-то? – не понял меня Егор.

– Ну, даже не знаю. Вот смотри: сын князя – это княжич – это логично. А сын графа тоже быть, ну, не знаю… графич, графёнок, график! Хотя нет, это из другой оперы. Но по-любому должен иметь в названии слово «граф»! Но не виконт же – где логика?

– Не знаю, – пожал плечами Булатов. – Так исторически сложилось.

– Капец вы странные люди. Получается, твой отец тоже граф?

– Ну да. Я думал, ты знаешь – граф Михаил Булатов.

– Не слышал о таком, – признался я. – Но, видимо, кто-то знаменитый, раз одной твоей фамилии достаточно, чтоб решить некоторые проблемы.

– А кстати, если чисто теоретически у тебя появится сын, пока ты виконт – он какой будет иметь титул? Барон?

– Никакой, – ответил Егор. – Будет просто приписка, что-то вроде титула учтивости – «Достопочтенный», ну и далее имя и фамилия.

– Как всё сложно, – покачал я головой, думая про себя, что никогда не пойму этих аристократов – наворотили с три короба, а остальным мучайся теперь.

– Эй, вы обо мне часом не забыли? – вмешался в нашу беседу виконт Самохин, который почему-то весь покраснел. Видимо, жарко ему в таком тяжёлом костюме ходить – нужно было хлопок брать, на улице же духотища.

– Да помню я о тебе, расслабься, – обернулся я к Самохину. – Ну да, было дело, как оказалось. Но вам теперь гордиться надо – мало какой род может похвастать, что их семейным оружием убили тварь восьмого ранга. Я б на вашем месте в рамочку повесил этот меч и рассказывал гостям его героическую историю.

– Ты его испортил! – чуть ли не на визг перешёл Самохин-младший. – Этот меч передавался из поколения в поколение триста лет, а ты его угробил.

– Ну да, фигня вышла, – вынужден был я признать. – Извиняйте. Могу свой взамен отдать. И вообще, кто ходит в бой с таким старьём? Не бедные же вроде люди – могли и обновить. У него уже срок годности вышел давно.

– Да ты… да я… – задохнулся от возмущения виконт, которого, похоже, чуть удар не хватил – не стоит в его возрасте налегать на жирную пищу. – Дуэль! Я требую сатисфакции!

– Это я типа в морду должен дать? – решил уточнить я у более знающего порядок вещей Егора. – Я согласен на дуэль.

– Ну, в целом да. Но по правилам, – остановил он меня, когда я уже намеревался подойти к Самохину и быстро расставить точки над «и». Тьфу ты. И тут без заморочек не обойтись.

– Ладно, рассказывай, как это делается по вашим правилам, – сделал я шаг назад, вызвав едва заметный вздох облегчения у стоящих позади виконта Самохина охранников. Вот они точно понимают, что было бы, вздумай я плюнуть на правила и напасть прямо сейчас.

– Дуэльный кодекс, я так понимаю, ты не читал? – решил уточнить Егор, на что я развёл руками. Он сам-то видел этот кодекс? Там четыре тома мелким шрифтом – такое пока запомнишь – мозг свернёшь.

За те пять минут, что мы добирались до специальной дуэльной площадки (коих по округе было разбросано великое множество – всё-таки аристократы долготерпением не отличаются и чуть что сразу бросаются вызовами на дуэль направо и налево), Егор мне вкратце рассказал основные правила: убивать нельзя, если не хочу, чтоб меня потом затаскали по судам, дальнобойное оружие и магию использовать нельзя, если об этом не договаривались заранее, бой исключительно оружием ближнего боя ровно до тех пор, пока один из дуэлянтов не сдастся или же не окажется в ситуации, что дальше не может сражаться (проще говоря, бей, пока не упадёт и не сможет встать). Ну, и нельзя покидать дуэльную площадку до окончания дуэли, иначе тебе автоматом присудят поражение.

Кроме того, за ходом дуэли, чтоб всё было честно, следят секунданты. С моей стороны – это будет Егор, а со стороны Самохина – какой-то хмурый мужик, возможно, гвардеец или доверенное лицо – мне без разницы.

Также нельзя намеренно вредить зрителям, а такие тоже нашлись, едва только услышали о нашей с виконтом дуэли – видимо, скучно народу в очереди, вот и решили развлечься. Хотя в чём интерес наблюдать, как двое мужиков мутузят друг друга – непонятно. Я бы понял ещё, если б им тоже можно было принять участие – типа стенка на стенку – тогда да, вопросов нет, это весело. А стоять за оградой и смотреть… Видимо, мне не понять местных аристократов никогда – у нас разные взгляды на вещи.

– Короче, я понял – мне надо его вырубить или выкинуть с арены, – подытожил я, оголяясь по пояс, чем вызвал волну перешёптывания зрителей. В основном женской половины. Да, я хорош собой – я это знаю и не скрываю это за ложной скромностью.

– Главное – не убей, – вновь напомнил мне Егор, принимая мою одежду. – Проблем потом не оберешься. Там может дойти вплоть до лишения титула.

– Пфф, тоже мне проблема. Хотя соглашусь – лишиться титула из-за какого-то придурка – такое себе.

– Не парься, – хлопнул я друга по плечу. – Много времени это не займёт.

– Не говори гоп, – выдал непонятную мне фразу Булатов – видимо, что-то из местного фольклора. – Самохин хоть и придурок редкостный, но при этом он мастер-мечник. Пусть и не лучший в Империи, но в первую сотню точно входит.

– Понял, учту, – кивнул я, вновь внимательно осматривая противника, который ну никак не тянул на мастера-мечника своим видом. Хотя внешность может быть обманчива – мне ли этого не знать.

– Давай что ли начнём – чего резину тянуть? У нас ещё дел невпроворот, – направился я к центру арены, где уже стоял Самохин со своим секундантом и сухонький старичок – наблюдатель от Империи, которые дежурят на каждой арене и фиксируют, как проходит дуэль, чтоб всё было честно и не было кривотолков.

Глава 12.

Закончив формальности с моим соперником, наблюдатель от Империи приблизился к нам.

– В первую очередь я должен уточнить – не передумали ли вы, ваше благородие? У вас есть право отказаться от дуэли, принеся извинения и выплатив репарации, – задал стандартный в этих случаях вопрос старичок.

– У меня нет претензий к виконту, и в случае, если он передумал, я готов уступить и уладить этот вопрос дипломатически. Даже без выплат с его стороны, – ответил я именно так, как советовал Егор, который во всех этих этикетах и правилах собаку съел.

– Что ж, раз стороны примиряться не намерены, я должен огласить вам правила проведения дуэли. Дуэль не магическая, поэтому использование дальнобойной магии запрещено. Также запрещено намеренно наносить тяжкие увечья противнику, добивать его в случае падения и, конечно же, убивать. Запрещено намеренно наносить вред зрителям, нападать на противника до сигнала начала дуэли, нападать на противника после сигнала окончания дуэли, покидать арену до сигнала окончания дуэли. Дуэль будет считаться оконченной в случае сдачи одного из дуэлянтов, в случае невозможности одним из дуэлянтов продолжать поединок, в случае выхода одного из дуэлянтов за пределы арены. Вам это понятно, ваше благородие?

– Более чем, – кивнул я, внимательно выслушав наблюдателя – не хотелось бы, чтобы мне засчитали проигрыш не потому, что противник оказался сильнее, а из-за банальной невнимательности и нарушения правил.

– Хорошо, тогда предоставьте оружие для осмотра. Где ваше оружие, ваше благородие?

– Э-э-э, я и есть оружие, – развёл я руками.

– Нет, так не пойдёт. Вы должны быть вооружены, – покачал головой арбитр. – Если хотите, мы можем дождаться, пока привезут ваше оружие и после этого начать дуэль.

– Два часа тут торчать? Ну уж нет – я ж сдохну от скуки. Да и дел у меня ещё вагон и маленькая тележка! Определённые требования есть? – решил уточнить я.

– Любое оружие ближнего боя. Если артефактное, то не выше третьего ранга, – ответил наблюдатель.

– Говорил я тебе, бери свой молот на всякий случай, – проворчал стоящий рядом Егор.

– Я вообще-то в администрацию собирался, а не на войну, – ответил я ему. – Да и как ты представляешь мою поездку в такси с тем, что мне Нургалиев сделал?

Да уж, нужно на будущее озаботиться чем-нибудь попроще, чем моё основное оружие. Когда я пришёл к мастеру и попросил его сделать мне двуручный меч под мои габариты и обязательно из сплава магиума, он достал калькулятор, потыкал кнопочки и в итоге выдал мне сумму в сто семьдесят тысяч рублей – именно столько бы стоило изготовить широкий и тяжёлый клинок длиной в два с половиной метра.

Слегка обалдев от таких сумм, я решил, что осетра нужно урезать, и мы вместе начали думать над оружием, которое подошло бы именно мне – большое, тяжёлое, убойное, но, главное, хорошо проводящее магию, чтобы я мог нанести на него руны и питать своей внутренней энергией.

После нескольких часов мозгового штурма мы пришли к выводу, что мечом мне ближайшее время не подраться, и мастер изготовил для меня боевой молот – двадцатикилограммовую дуру трёхметровой длины. Молот оказался всем хорош, кроме одного – это не церемониальное оружие, которое можно всегда и всюду таскать с собой. Это именно боевой артефакт, место которому исключительно на поле боя, а не на балу или деловой поездке.

– Может, мой возьмёшь? – Егор потянулся к своему короткому мечу на поясе, с которым не расставался никогда. Видимо, держал при себе как раз вот для таких ситуаций, когда внезапно нужно кому-нибудь настучать по лицу на дуэльной площадке.

– Не, твоя зубочистка мне не подойдёт – слишком короткая. Есть идея получше, – отказался я, осмотревшись по сторонам. – Уважаемый, я правильно понял, что оружием может быть, по сути, что угодно? В том числе и дубина? Отлично, – коварно улыбнулся я, дождавшись утвердительного кивка. – Погодите минуту – сейчас всё будет.

С этими словами, под удивлённые взгляды как наблюдателя и Егора, так и моих оппонентов и даже зрителей, я направился к краю арены, огороженной невысоким заборчиком, за которым стояли простенькие скамейки для зрителей.

Подойдя к одной из таких скамеек, я ухватился за рею сидушки и, немного поднатужившись, оторвал её, получив двухметровый дрын из лакированной древесины, после чего направился обратно к ожидающему меня арбитру, у которого от моей выходки натурально начал дёргаться глаз.

Пока я шёл, я нацарапал ногтем несколько рун на своём «оружии», повышая его прочность и слегка утяжеляя.

– Я потом починю, – на всякий случай пообещал я наблюдателю, протягивая ему свою дубину на осмотр. Стоящий рядом Егор лишь покачал головой, пробормотав что-то в стиле: «Ты неисправим».

Наконец, все формальности были соблюдены, и нас с виконтом Самохиным оставили на арене наедине дожидаться сигнала к началу дуэли. Арбитр зачитывал для зрителей причину нашего поединка, попутно представляя нас публике. Виконт стоял в центре арены в расслабленной позе, не спуская с меня глаз, а я же всё пытался примериться к своей дубине. Неудобно было держать её в правой руке из-за родового кольца, которое появилось у меня на среднем пальце – ещё не привык к нему и поэтому испытывал некий дискомфорт. Я пытался и так и эдак перехватиться, но в итоге плюнул на эту затею и просто взял оружие в левую руку, сменив стойку.

Мои страдания не остались незамеченными моим оппонентом. Заметив, что я сменил стойку, он удивлённо приподнял бровь, после чего так же взял оружие в левую руку. Благородно, конечно, с его стороны, но зря он так. Мне-то пофиг, какой рукой сражаться – левой или правой – я амбидекстер, а вот ему придётся вдвойне тяжелее. Но это его выбор.

Наконец, все формальности были соблюдены, и прозвучал сигнал к началу поединка. Слава Астралу! Я уже задолбался стоять словно на параде, ожидая, когда закончится эта тягомотина.

Виконт, нужно отдать ему должное, дураком не был и не бросился сломя голову в атаку, на что я, если честно, надеялся – быстрее бы всё закончилось, и я смог бы наконец заняться своими делами.

Вместо этого он начал по дуге обходить меня, следя при этом за моими ногами и дрыном в моих руках. Ну да, у меня было преимущество по длине оружия и по грубой физической силе, поэтому ему нужно было быть осторожней.

Сделав ложный выпад, Самохин отступил обратно, оценивая мою реакцию. Я сразу понял, что он не всерьёз атакует, поэтому позволил себе немного замешкать, чтобы у моего противника создалось впечатление, что я тяжёлый и неповоротливый. Да, это, по сути, обман, но в битве всегда кто-то хитрит. В этом и заключается основная соль поединков – не превзойти противника силой или более совершенным оружием, а перехитрить его и заставить играть по твоим правилам.

Наконец, описав полный круг, виконт составил обо мне, как о бойце, определённое мнение и перешёл к следующей, более активной фазе. Вот теперь он будет атаковать всерьёз.

Выпад Самохина был стремительным. Даже слишком для такого толстяка, и будь я менее искушённым в поединках, он смог бы меня застать врасплох и закончить всё одним ударом. Но на его беду я сталкивался и с более опасными врагами, которые превосходят этого низкорослого бойца во всём. Поэтому его прямой удар встретила моя дубина, которая с лёгкостью отвела сталь в сторону, после чего обратной стороной «рукояти» я зарядил виконту по голове. Барьер я, естественно, не пробил, но я этого и не планировал делать. Куда важнее было слегка контузить моего оппонента и сбить с шага. Он всё же действительно быстрый для своей комплекции.

Не позволяя виконту опомниться, я, словно бешеный бык, налетел на него, осыпая градом ударов своей дубины. Он пытался вырваться и разорвать дистанцию, чтобы отдышаться, но всякий раз я его перехватывал, заставляя уйти во всё более глухую оборону.

Я не хотел калечить этого юношу, хотя мог бы – просто вложить чуть больше силы в удар, и всё – у него перелом руки или ключицы, но зачем? Он не сделал мне, по сути, ничего плохого. Да, он вызвал меня на дуэль по надуманному поводу. Но это для меня он надуманный, а для аристократа в шестом или каком там поколении вполне возможно, он действительно принципиальный. Это, во-первых. А во-вторых, я всегда уважал силу. Причём не физическую силу, а силу духа. Мало кто осмелится бросить вызов двухметровому амбалу, будучи ростом чуть больше полутора метров, да ещё и не в лучшей физической форме. А Самохин не испугался, и за это заслуживает как минимум моего уважения.

Даже видя, что он откровенно не вывозит против меня, виконт и не думал сдаваться. Он с упорством варана пытался контратаковать или как-нибудь вырваться из моего захвата, поэтому мне не осталось ничего другого, кроме как банально выкинуть его с арены, ударив ногой в грудь.

На этом официально дуэль была закончена, и, что примечательно, Самохин не стал психовать или пытаться как-то оспорить результаты. Он с достоинством принял поражение и поклонился мне как победителю. И даже вполне искренне пожал ладонь, когда я протянул ему руку – как дань уважения его упорству. После чего слегка шатающейся походкой направился к своему автомобилю (видимо, всё же я перестарался, и виконт получил сотрясение мозга).

Я же отвесил поклон зрителям, которые встретили мою победу аплодисментами, и направился к изуродованной мною скамейке, чтобы вернуть на место позаимствованную доску. Обещал же починить или заплатить, если сломаю, а свои обещания я привык сдерживать.

Это не осталось незамеченным секундантом Самохина. Он поспешил к арбитру и начал с ним что-то обсуждать. Видимо, оспаривал мою победу, но мне никто никаких претензий не высказывал и задержать меня не пытался. Поэтому я спокойно направился к Егору, чтобы забрать свою одежду, сданную на хранение.

– Это был красивый бой, – поздравил меня Булатов, возвращая мои вещи. – Неудивительно, что ты уделал близнецов. Хотя были моменты, когда я думал, что Самохин тебя порвёт.

– Да, быстрый оказался, – вынужден был признать я. – Но на мастера меча всё же не тянет. Знавал я одного мастера, так он выстрелы из пистолета (чуть не ляпнул про выстрелы из пехотного бластера) отбивал мечом. Магистр Кан Гон. Хороший был мужик.

– Кореец, что ли? – не поверил мне Егор.

– Да Астрал его знает, – пожал я плечами. – Знаю только, что он был из ордена Шеда, а они там все были повёрнуты на силе. Буквально поклонялись ей и поминали при всяком удобном случае: «И пусть тебя сопровождает Сила», – процитировал я их любимое выражение. – Фанатики, одним словом. Но фанатики сильные – тут не поспоришь.

– А почему «были»?

– Да вырезали весь этот орден. Что-то не поделили с Империей, и всё. Всего пару человек спаслось – те, кто успел спрятаться. С тех пор о них ни слуху ни духу, хотя истории о них до сих пор ходят, – пожал я плечами.

После чего перехватил направленный на меня взгляд секунданта Самохина. Он почему-то стоял с моим «оружием» в руках и буквально прожигал меня взглядом. Интересно, зачем ему эта палка? Очередная аристократическая заморочка – типа, чтоб никто не мог прикарманить себе оружие, которым был побит наследник рода? Хотя какая разница – всё равно это вещь не моя, так пусть у владельца и болит голова на этот счёт. Может, компенсацию какую смогут стрясти с рода виконта и пустить эти деньги на новые скамейки – более удобные и симпатичные.

– Что-то я не помню ничего такого в учебниках истории. Если ты говоришь, что этот орден был так силён – по-любому должно было остаться упоминание о нём, разве нет? – усомнился в моих словах Егор.

– А с чего ты взял, что я говорю про вашу Империю? Или ты всерьёз считаешь, что других империй быть не может? – усмехнулся я, думая про себя: «Естественно, ты не слышал о таком – это же Империя Фаурс, в состав которой входит чуть ли не треть миров восьмого сектора Астрала».

А дальше у меня случился самый бесполезно проведённый час моей жизни: нас с виконтом окружила толпа зрителей, которая решила познакомиться с выдающимся дикарём. Это была настоящая пытка для меня. Девчонки ко мне липли, их ухажёры ревновали и буквально были на грани того, чтоб вызвать меня на очередную дуэль. Останавливало их лишь то, что буквально на их глазах я отлупил обычной доской мастера-мечника. И всё это было настолько фальшиво, что аж тошно.

Я не против женского внимания и даже рад ему, если только это внимание искреннее. Встретиться с интересной девушкой, поговорить с ней по душам, подурачиться или что-то большее – это всегда в радость, если это натуральное общение. А общение с баронессами – это как игра в футбол на минном поле. Вот вроде они делают вид, что заинтересованы тобой: улыбаются тебе, смеются над твоими шутками. Но при этом ты явственно чувствуешь, что тебя оценивают, словно бычка на ярмарке. А в моём случае это ещё и искусно скрываемое презрение к дикарю, который умудрился пробиться в высший свет.

Опять же, этих баронесс и виконтесс вполне можно понять при желании. Их чуть ли не с рождения учат тому, что они станут жёнами влиятельных людей. Вся их жизнь направлена на то, чтоб удачно выйти замуж и тем самым усилить свой род. Поэтому они насквозь фальшивые и искусственные. Да что уж говорить о их речах, если я не уверен на сто процентов, что их милые мордашки – не результат магопластики и тонны макияжа?

– Фух, вырвались! – облегчённо простонал я, когда нам удалось наконец спровадить всю эту толпу восвояси. – Эти ваши светские беседы – это какая-то жесть. Проще стаю скребунов раскидать, чем пережить один разговор с другим аристократом.

– Привыкай – ты теперь один из нас, – хмыкнул Егор. – И это ты ещё не был на балу или светском приёме – вот где сборище змей и гадов!

– Вот давай без угроз, – усмехнулся я. – Кстати, заметил, что многие из тех, с кем мы сейчас общались, как-то странно на тебя косились. Поделишься? Я понимаю неприязнь ко мне – я в их глазах неотесанный дикарь, понаехавший, но ты-то по праву рождения аристократ.

– Наш род не очень любят в Империи, – честно признался Егор. – С половиной родов мы на ножах, а остальные, кто тут был, считают меня не ровней себе – я же, по сути, самый младший в семье. Это всё равно что безродный, потому что мне никогда не стать патриархом. А к таким наследники родов или максимально близкие к этому отпрыски влиятельных людей относятся с пренебрежением.

– И всего-то? – фыркнул я. – Я говорил, что вы странные? Даже интересно, как они запоют, когда мы оба станем героями, которые направо и налево сносят головы монстрам ранга «Бедствие». Можешь начинать заготавливать речи для всех этих придурков. Что-то в стиле: «Сначала убей хоть одну „девятку“, а потом уже приходи ко мне с просьбой, смерд!»

– Пошли уже, фантазёр, – усмехнулся заметно повеселевший виконт. – Придумал тоже – «бедствий» валить пачками. Тебе какой магазин нужен был, гроза монстров?

Не верит, что так и будет? Ну пусть не верит – тем приятней для него будет осознание моей правоты, когда это случится. А то, что рано или поздно я помогу ему достигнуть такой силы – у меня сомнений нет. У этого паренька есть самое важное для этого – внутренний стержень, остальное приложится. Особенно если я всерьёз возьмусь за его обучение и тренировки. А я возьмусь – просто чтоб посмотреть, что из этого получится. Да и надёжные соратники мне не помешают.

– Давай для начала найдём лавку, где продают и скупают ингредиенты – хочу кое-что поискать для занятий рунной магией.

– Тогда в лавку «Братья Смит», – выдал вердикт будущий убийца гигантов. – Это заведение двух конфедератов, которые приехали сюда пару лет назад и открыли свой магазин по скупке всего и вся и продаже зелий собственного производства. На сегодняшний день в этом городе у них самый большой ассортимент.

– Братья Смит, так Братья Смит, – пожал я плечами. – Мне не принципиально, с чего начать изучение города.

Глава 13.

Какие ассоциации возникают при словах «Лавка алхимика»? Полутёмное помещение, висящие повсюду пучки непонятных трав, пыльные колбочки под стеклом на витринах? А вот ни фига!

Лавка братьев Смит даже близко не стоит с описанным выше. Идеальная чистота, холодильники как в аптеке, электронные каталоги товара, которого нет на витрине, и хмурый детина, который исподлобья следит за каждым твоим шагом, чтоб ты не умыкнул чего.

Побродив между витринами с выставочными образцами и полистав каталог на предмет того, что тут скупают, я решил, что лучше обратиться напрямую к продавцу – быстрее будет.

– Уважаемый, мне бы кое-что купить и порядок цен узнать, – постучал я пальцами по прилавку, привлекая внимание продавца.

Тот сначала буркнул что-то из серии «В каталоге посмотри», но, бросив мимолётный взгляд на мой родовой перстень, сначала удивился, потом резко преобразился и с радостью решил мне помочь. Вот что титул животворящий делает с людьми.

– Что вас интересует, ваше благородие? – замер он передо мной, всматриваясь в моё лицо, словно пытался вспомнить, вёл ли он раньше со мной дела. Какой-то рассеянный продавец.

С одной стороны, его можно понять – нас, покупателей, много, а он один: попробуй всех запомни, если они не постоянные клиенты. Но с другой – не запомнить человека с такой выделяющейся на фоне остальных внешностью, как у меня – это надо постараться.

– Я недавно в ваших краях и пока слабо ориентируюсь в местном ассортименте, потребностях и ценах, – решил я не издеваться над памятью одного из братьев Смит (это же один из братьев?) и дать ему подсказку, что со мной он дел раньше точно не вёл. – Я накидал тут списочек того, что мне может понадобиться, и хотелось бы знать, во сколько мне это обойдётся, – положил я на прилавок листок бумаги, который составил ещё перед поездкой в город с прицелом на будущее. Даже пришлось ради этого перелопатить справочник монстров, чтоб сопоставить местные названия с теми, к которым привык я сам.

– Мел из кости ревуна – девять кусков, перо шипуна – три дюжины, слизь красного студня – четыреста миллилитров… – начал он вслух зачитывать названия на листке. – Боюсь, ваше благородие, больше половины из вашего списка вы нигде не найдёте. Никому даже в голову не пришло бы собирать эти ингредиенты. Для чего они вообще? У меня довольно большой опыт в алхимии, но даже я не представляю, в каких зельях это можно использовать и как.

– А я тебе говорил, – вставил свои пять копеек стоящий рядом Егор, который залип на витрину с боевыми зельями, вроде жидкого огня – такой колбочки, которая, разбившись, начинает гореть, как напалм, прожигая трёхсантиметровую стальную пластину, словно бумагу.

– Это не для алхимии, а для одного ритуала, – пояснил я, не вдаваясь в подробности (не буду же я говорить ему, что собираюсь проводить ритуал связки – он не поймёт, что это и для чего этим заниматься). Ты сказал – большая часть? Значит, что-то из этого списка всё же достать сможешь?

– Да, – кивнул алхимик. – Когти лютоволка и желчь синего крысоморфа есть прямо сейчас, вот эти три позиции смогу достать в течение недели. С шерстью жёлтой игуаны сложнее – давно этих тварей не появлялось, но могу поспрашивать по знакомым – может, у кого остались запасы. Ну а всякие рубины и малахит – это лучше в ювелирку, – заключил продавец.

– И во сколько мне всё это встанет? – решил я, что стоит начать сбор хотя бы с того, что есть.

– Хм… На это ценник упал, тут спрос довольно большой, вот это… Понятия не имею, но, если взять прошлогодние цены… Семьсот тридцать рублей, но часть товаров придётся подождать, а вот по этим двум пунктам цену отдельно обговаривать – не знаю, сколько попросит продавец.

– По рукам, – согласился я, отсчитывая деньги. Не знаю, насколько он меня нагрел, но денег я ещё смогу заработать, а ингредиенты мне нужны уже сейчас. К тому же часть расходов я планирую покрыть через этого же продавца – нужно только узнать, что он покупает и почём.

– Теперь вопрос о скупке, – решил не откладывать я этот вопрос в долгий ящик.

– Вот список того, что мы скупаем и почём, – мгновенно сориентировался алхимик и протянул мне красиво оформленный буклет. – Всё легально, и ваш брат часто здесь скидывает добычу, – пояснил он мне, заметив мой удивлённый взгляд. Ну, так даже проще – хороший подход. Деловой.

– А если что-то эксклюзивное? Например, вот это, – выложил я один крис перед алхимиком. Да, эти кристаллы, как оказалось, здесь не известны, но при этом, если он настолько хорош, как говорит о себе, то должен понять, что я ему не кусок стекла подсовываю.

– Какая интересная вещица! – взял он в руки и рассмотрел со всех сторон крис. – Никогда не видел такого. Что это?

– Какой-то кристалл с энергией внутри, – не стал я раскрывать все карты. Лавочник и так заинтересовался моим товаром, так зачем я буду давать ему ценную информацию о крисах за бесплатно?

– Да, я тоже чувствую энергию, но не могу понять её природы и назначения. Сразу скажу: с ходу определить их ценность я не смогу. Сколько их у вас?

– Пока три, но могу достать ещё, – ответил я, выкладывая ещё два кристалла.

– Предлагаю пока по сто рублей за каждый кристалл. После исследований ценник либо повысится, либо снизится, – вынес свой вердикт алхимик и посмотрел на меня выжидающим взглядом.

– Двести за каждый, – назвал я свою цену. Да, торг – это не моё, но попытаться-то стоит.

– По сто пятьдесят и не выше. Всё же я и так рискую, ведь может оказаться, что это всего лишь бесполезные стекляшки, от которых никакого толка.

«О нет, приятель, это не бесполезные куски камня, и скоро ты это поймёшь. А как поймёшь – будешь готов заплатить и по пять сотен за каждый. Не зря же крисы называют алхимическим камнем. Но как промо-акция для ознакомления, так сказать – по сто пятьдесят вполне сойдёт», – подумал я и протянул руку в знак согласия. Алхимик пожал мне руку, и после неуловимого движения крисы исчезли с прилавка, а на их месте появились деньги. Фокусник, блин!

Забрав свои покупки и обменявшись с алхимиком контактами, чтобы он мог связаться со мной, когда привезёт заказанные мною ингредиенты, я покинул лавку алхимика и задумался, куда хочу сходить дальше.

На выбор были оружейный магазин и мастерская зачарователя.

– Куда сначала? – спросил Егор, которому, по сути, ни туда, ни сюда не нужно было. Он с большей радостью вернулся бы в часть, чтобы продолжить изучение рун, но решил всё же не бросать меня на произвол судьбы в незнакомом городе.

– Давай к зачарователю – всё равно на нормальное оружие денег мне сейчас не хватит, а пускать слюни на какой-нибудь шедевр как-то не хочется, – высказал я свои предпочтения.

– Можно подумать, зачарователь тебе по карману, – хмыкнул виконт. – Ладно, пойдём. Тут недалеко есть неплохая мастерская. Сам я там не был, но ребята советовали.

***

– Ты уверен, что мы свернули именно там? – решил я уточнить у своего «гида», когда после очередного переулка, вместо улицы с магазинами, перед нами раскинулся пустырь, заросший травой мне по пояс.

– Да вот тоже что-то сомневаюсь, – остановился Егор, осматриваясь по сторонам.

– Заблудились, ребята? – раздался позади нас насмешливый голос. Обернувшись, я увидел худощавого паренька в косухе, который для чего-то таскал с собой трубу. «Сантехник, что ли?» – промелькнула мысль.

– О, смотри, как повезло! – толкнул я локтем Егора. – Не зря говорят, что я везучий – только нам понадобилась помощь, и вот сразу помощники нашлись.

– А по-моему, нас тупо решили грабануть, ну или, скорее, грабануть тупо, – с сомнением произнёс виконт, наблюдая, как нас окружает ещё пятёрка таких же парней с битами и обрезками трубы.

– Серьёзно? – спросил я «бандита», после чего насмешливым взглядом осмотрел его «бойцов». – Считаете, это хорошая идея – напасть на двоих спартанцев четвёртого ранга, один из которых двухметровый бугай, а второй – офигенно мощный маг?

Егор понял меня без слов и сотворил какое-то заклинание, после которого вокруг нас в воздухе повисло шесть заострённых камней, направленных прямо на каждого грабителя.

– О, крутое заклинание! А чего раньше им не пользовался? – шёпотом спросил я друга.

– Да потому что я его только сегодня освоил, и то лишь первую часть, – так же шёпотом ответил Егор. – Пока это всё, что я могу – поднять в воздух и удерживать. Лететь они, если что, смогут только вниз.

– Понятно, – едва заметно кивнул я. Понты дороже денег, но так даже лучше – не хотелось бы устраивать тут кровавую баню, когда можно всё решить дипломатией, в которой я довольно силён.

– Ну так что, как вам идея напасть на нас? – вновь обратился я к главарю.

– Да знаешь, я тут подумал – не такая уж она и здравая, – признался тот, опуская оружие. – Мы, пожалуй, пойдём.

– Стоять! – повысил я голос, от чего мой собеседник аж вздрогнул, а кто-то позади нас от неожиданности выронил трубу.

– Мы и правда заблудились, и нам не помешает знающий местность гид. Да и хотелось бы узнать, кто вас надоумил напасть на нас – не зря же вы целый квартал крались за нами, думая, что вас незаметно.

– Вот что я предлагаю, – вынул я одну купюру и показал её главарю. – Твои парни пусть идут и развлекутся, а мы с тобой пройдём в ближайший бар и пропустим по стаканчику пива. Согласен?

Поняв, что ответ «нет» меня точно не устроит, горе-грабитель не стал геройствовать или испытывать судьбу. Вздохнув, он согласно кивнул. Вот и отлично. Говорю же – дипломатия – мой конёк.

– Отказ, я так понимаю, ты не примешь, – озвучил он очевидное. – Пойдём, тут недалеко есть кафешка неплохая – можно спокойно посидеть и поговорить, если вашим благородиям не западло, конечно, пить дешёвое пиво.

– О, поверь, наши благородия ценят не стоимость, а качество, – хмыкнул я, передавая купюру подскочившему к нам после сигнала «главаря» парнишке. После получения денег его словно ветром сдуло, как и остальных бойцов.

Кафешка и правда оказалась недалеко – буквально за углом. Не скажи мне, что оно тут находится, – я бы об этом и не догадывался: настолько оно неприметное.

Первая большая кружка пива зашла на ура. Я её выпил буквально залпом, чувствуя, как по телу растекается приятная прохлада – вот чего мне не хватало в этот душный июльский день. Кайф! Тем более что Дима – так зовут горе-грабителя – не обманул: пиво здесь и правда неплохое, хоть и дешёвое.

– Ну что, Дмитрий, рассказывай: кто вас надоумил на такой идиотизм? – не стал тянуть я резину и сразу перешёл к основным вопросам. Мне правда было интересно, кого я так зацепил, что он не постеснялся нанять каких-то отморозков?

– Да что тут рассказывать… Подошёл какой-то хмурый тип в костюме, предложил нам по сотне рублей каждому, если мы вас повозюкаем лицами по земле. И ещё тысячу сверху, если чисто случайно что-нибудь вам сломаем, – пожал плечами Дмитрий, который себя чувствовал в компании благородных не в своей тарелке. Сразу видно – не привык он с аристократами дешёвое пиво пить.

– Ты сейчас описал как минимум половину города, – хмыкнул я. – Мне бы имя или более точное описание внешности, а не просто «хмурый мужик в костюме».

– Да фиг его знает, кто это. Кто-то не местный, – отвёл взгляд «бандит».

– А ты что, всех местных знаешь, что можешь с такой уверенностью утверждать, что он не отсюда? – решил уточнить я.

– Ну, всех – не всех, но большую часть города точно. У нас же городок небольшой.

– Да? Ну, давай проверим. Невысокий брюнет с синими глазами, шрам на левой щеке, трётся рядом с виконтом Самохиным. Решил я проверить свою догадку, кто мог меня заказать. Сам-то Самохин вряд ли стал бы таким заниматься, а вот его секундант – запросто.

– Никитин Станислав, – не задумываясь, ответил Дима. – Правая рука патриарха рода Самохиных. В целом мужик неплохой, но до мозга костей предан своему господину. И, если тот прикажет вырезать полгорода, Никитин сделает это, даже не задумываясь.

– Ну, это тебе мог и я сказать, – фыркнул Егор. – Ты спроси что-нибудь посложнее. Например, о распорядителе арены.

– Какой именно? Их в центре девятнадцать штук.

– Той, что возле администрации, – уточнил я.

– Лапин Никита Сергеевич – майор полиции Красногорска в отставке, – мгновенно ответил Дмитрий. Офигеть, он осведомлённый! Если он действительно знает всё обо всех, то такого человека неплохо держать в друзьях. Это же ценнейший кадр.

Правда, нас эти вопросы так и не приблизили к ответу, кому я перешёл дорогу. Самые очевидные варианты оказались неверными: ни окружение виконта, ни распорядитель арены, которому я испортил скамью, – не причём. Кто остаётся? Алхимик? Маловероятно, конечно, но чем Астрал ни шутит.

– Алхимика из лавки Смитов знаешь?

– Знаю. Мутный тип. Не в том плане, что может кинуть или что-то такое – по части ведения бизнеса он, наоборот, очень правильный. Но вот то, что он постоянно что-то вынюхивает, терроризирует всех вопросами о Москве и об артефактах старых эпох… Хотя, может, это профессиональный интерес – всё же он скупает всё интересное, – рассказал Дима, после чего добавил: – Не пытайся угадать, кто тебя заказал – говорю же, не местный он.

– Да и чёрт с ним, – сдался я. – Ты мне лучше вот что скажи: вы действительно готовы были изувечить нас за тысячу рублей? Чисто в теории – если б у вас хватило сил на это?

– Не знаю, – опустил плечи мой собеседник. – В любой другой ситуации, скорее всего, нет. Всё же мы не отъявленные головорезы или какие-то отбросы общества – обычные работяги, что живут от зарплаты до зарплаты. Но когда встал вопрос выбора между двумя незнакомыми нам мужиками и Наташкой, мы долго не думали и сразу согласились.

– Так, я, похоже, отвлёкся и пропустил что-то важное, – поставил кружку на стол Егор. – Откуда взялась какая-то Наташа? Этот таинственный заказчик ещё и заложника взял?

– Нет, – мотнул головой Дима. – Наташа – сестра Юры. Там всё сложно, короче. Долго рассказывать.

– Мы не спешим, – откинулся я на спинку стула, приготовившись слушать.

– Вообще-то торопимся, – не согласился со мной Егор, которому не терпелось сесть за обучение. Прямо одержимость какая-то.

– Ладно, торопимся, но несколько минут погоды не сделают, – не стал я спорить. Тем более интуиция мне подсказывает, что это важно.

Ты прав.

Вот, даже Иса подтверждает, а ей я доверяю даже больше, чем своей интуиции.

– Там всё сложно, – попытался съехать с темы Дмитрий, но, поняв, что так просто от меня не отделается, решил всё-таки рассказать:

– Короче, у Юры есть младшая сестра Наташка. Классная девчонка, которую мы все любим, словно сестру. Мы же все с малых лет дружим – один горшок, считай, делили (вот тут я не понял, если честно, при чём тут какой-то горшок. Видимо, что-то из местных ритуалов, но уточнять и перебивать я не стал).

Примерно неделю назад её цапнула какая-то тварь. Сначала она не придала этому значения, но когда ей внезапно стало плохо, а рука почернела, Юра её чуть ли не силком потащил в больницу.

Там ей сказали, что она получила сильное отравление, и без дорогой операции и особых лекарств в лучшем случае она лишится руки. Мы всем скопом скинулись, отдали всё, что было, но этого оказалось недостаточно. Не хватает ещё двух тысяч рублей.

Мы как проклятые пахали в три смены, чтоб успеть собрать нужную сумму, но не успевали. Вчера Наташке стало намного хуже – она потеряла сознание и так больше не приходила в чувства.

Мы уже решились идти на крайние меры и собрались сегодня возле больницы, чтоб сдать анализы и продать почки или что-нибудь ещё из органов – мы готовы пойти на что угодно, чтоб помочь подруге.

Вот там, возле больницы, нас и перехватил этот хмырь, который предложил огромные деньги за то, что мы побьём двух зарвавшихся аристо – тупого амбала и дрыща, что таскается с ним, словно собачонка.

Это не мои слова – я цитирую, – на всякий случай быстро добавил Дмитрий, вжав голову, словно за эти слова я могу его ударить.

– Может, и правда знак судьбы, – пробормотал я. – Скажи-ка мне, друг, у Наташи было покраснение глаз, внезапные головные боли, которые длились буквально секунду, после чего бесследно исчезали, галлюцинации, словно кто-то что-то неразборчиво шепчет ей? А тварюшка была похожа на мышь, с аляпистой расцветкой, и после укуса тварь сразу сдохла?

– Да, всё именно так, – подтвердил Дима. – Ты знаешь, что это?

– Надеюсь, что ошибаюсь, – задумался я.

Если я прав, то Наташа – самый невезучий человек во всём мире, раз умудрилась нарваться на кровавого миуса. Или, наоборот, везучий, раз об этом случайно узнал я.

Боюсь, в этом мире никто, кроме меня, ей и помочь-то не сможет. А если ей не помочь или не добить её, то весь город, а то и область, накроет огромная такая задница.

Единственное, что не сходится – это время. Обычно период инкубации составляет три дня, а тут девчушка продержалась неделю.

Тут два варианта: либо я ошибся, и это был не миус, либо Наташа – потенциальный сильный маг. Очень сильный. И именно поэтому она до сих пор жива, а по городу не бегает орда кровавых кадавров, нападающих на всё, что движется.

Ты не ошибаешься.

Да твою-то мать…

– Веди, – резко встал я из-за стола, едва не опрокинув стул.

– Куда? – не понял меня Дмитрий. Вот же недогадливый.

– К Наташе – куда же ещё, – хмыкнул я. – Если я прав, то операция ей не поможет, а если мы не поторопимся, то всем нам уже ничто не поможет.

Дмитрий хотел что-то возразить, но, увидев мой взгляд и то, что я ни разу не шучу, подхватил со спинки стула свою косуху и направился на выход, увлекая нас с Егором за собой.

Надеюсь, моя удача всё ещё со мной, и мы не придём, когда уже будет поздно. Не хотелось бы разгребать последствия кровавой эпидемии.

Глава 14.

– Как Виктор? – без прелюдий, прямо в лоб спросил граф Самохин, едва его помощник вошёл в библиотеку, которую немолодой уже граф так и не покинул, пытаясь докопаться до истины.

– Если не считать пострадавшего самолюбия, то хорошо, – так же прямо ответил Никитин, замерев перед господином. – Витя молодец – не каждый смог бы сдержаться после того, как его оприходуют первым попавшимся под руку дрыном. Отыграл свою роль на отлично.

– Рассказывай, – указал граф на кресло рядом, предлагая слуге присесть. Никитин не заставил себя просить дважды и сразу плюхнулся на предложенное кресло, и, не стесняясь, придвинул к себе журнальный столик с закусками. Если поначалу у него и были сомнения и опасения, что хозяин может оказаться недоволен им или его действиями, то, взглянув на Павла Вадимовича, он окончательно успокоился и начал свой доклад:

– Вы оказались правы – Бухарев артефактор. И артефактор очень сильный. Он меньше чем за минуту создал из обычной доски боевой посох, что по крепости не уступает оружейной стали.

– Правда что ли? Настолько хорошее заклинание наложил? – приподнял бровь граф.

– Он с лёгкостью отбивал обычной на вид доской удары «Клыка», и на ней не осталось ни царапины, а вы сами знаете остроту «Клыка». Да и мы с парнями добрые полчаса пытались сломать этот артефакт, прежде чем магия в нём иссякла, и он поддался нам.

– Стоп, – поднял руку граф. – Вы что, умудрились выкупить у Бухарева артефакт?

– Если бы, – усмехнулся Никитин. – С Лапиным договорился, а этот барон вообще после боя просто вернул доску на место – обратно на скамью, от которой её до этого оторвал, словно для него это и не артефакт вовсе, а какой-то хлам. Понимаете теперь, о чём я?

– Очень интересно… – задумчиво произнёс Самохин. – Ещё что-то есть?

– Да, – кивнул Никитин. – Есть у меня определённые подозрения насчёт Бухарева. Не знаю, как даже описать – в общем, он совсем не тот, кем хочет казаться. Я б поставил на то, что он диверсант, заброшенный к нам кем-то неизвестным.

– О как. И на чём основаны выводы?

– В основном интуиция. Ну и наблюдения за ним. Он никогда не сталкивался с Виктором – это я могу гарантировать, и вряд ли видел его прошлые бои на турнирах, но ещё до начала поединка с лёгкостью определил, что его соперник левша, и встал в левую стойку, сводя на нет все преимущества вашего сына. Это первое. Второе, он дрался, по сути, первой попавшейся под руку доской, но орудовал ею так, словно всю жизнь сражался только ею. Есть у меня ощущение, что дай ему вместо палки сапог, он всё равно играючи одолел бы Виктора. Даже я, несмотря на мою подготовку, так не смогу ближайшие лет сто. В-третьих, уже во время боя он с самого начала держал инициативу в своих руках. Он специально сдерживался, чтоб показаться неуклюжим и медлительным, однако, когда Виктор сделал свой коронный выпад, который ещё никому не удавалось парировать, этот Бухарев не только отвёл клинок в сторону, но ещё и оглушил вашего сына одним ударом. Нужно быть действительно мастером, чтоб такое провернуть – ведь это нужно чётко подгадать момент, учесть длину оружия как своего, так и оружия противника, и провести кучу расчётов, после чего уже действовать. У Бухарева на это ушли доли секунды.

– То есть он сильный, быстрый, внимательный и ещё и артефактор к тому же. Кто же ты такой, Бухарев, и откуда взялся на нашу голову? Что-нибудь ещё удалось узнать?

– Смог немного подслушать разговор барона с младшим Булатовым, – добавил Никитин. – Если я правильно понял, то Бухарев учился у какого-то великого мастера меча Кан Гона, который, по словам барона, способен пули отбивать мечом.

– Может, Куан Кона? – встрепенулся граф Самохин.

– Может, и так – я плохо расслышал, – признался Никитин. – А что, какая-то известная личность?

– Я бы даже сказал – легендарная, – кивнул граф. – Был такой мечник в Поднебесной Империи. Настоящая легенда. Только он пропал лет десять назад.

– О, ну тут сходится, – оживился помощник графа. – Бухарев сказал, что орден этого Куан Кона вырезали под корень по приказу императора. Не нашего, причём. Видимо, он имел в виду как раз-таки китайцев.

– Вот оно как… Это получается, китайцы уже вовсю осваивают Астрахань. А может, даже и Казань. Не связан ли их столь стремительный подъём в артефакторике с тем, что они нашли наследие Краевых? И если это так – насколько они уже продвинулись в изучении древних секретов и насколько продвинутся в ближайшем будущем? И как, чёрт возьми, тут замешаны Бухарев и Зарубин… Да уж, загадка, – пробормотал Самохин-старший. – Продолжай наблюдать за бароном, но близко не лезь. Если найдутся те, с кем он близко общается – тоже под наблюдение. Я должен знать о каждом шаге этого непонятного барона, но так, чтоб он даже не догадывался, что за ним следят.

– Сделаю, ваше сиятельство, – встал Никитин, прикидывая в уме, как выполнить поручение господина. Не так-то легко следить за человеком, который почти не покидает территорию воинской части и почти никого не подпускает к себе.

***

Ещё на подходе к дому Юры я убедился, что нам всем очень и очень повезло. И не только конкретно нам троим, а всему городу в целом. Не встреть нас сегодня Дмитрий, уже завтра или послезавтра тут началась бы такая вакханалия, что прошлая волна монстров, которая, по слухам, была полвека назад, показалась бы детской шалостью и вознёй в песочнице.

Весь дом буквально сиял в магическом спектре. Причём сиял тёмно-бордовым цветом. Худший цвет, который можно придумать. Одно непонятно – как девчонка до сих пор жива при такой силе заражения. А то, что она ещё жива, – сомнений нет. Будь иначе, вокруг была бы уже паника и горы трупов.

На входе в квартиру с «больной» нас встретил встревоженный (хотя тут уместней будет сказать – на грани паники) Юра. Почему-то с ножом в руках. То ли мы отвлекли его от готовки, то ли он всерьёз решил, что сможет с нами что-то сделать этой железякой.

– Давайте, показывайте пациента, – произнёс я, отодвигая вставшего у меня на пути Юрия, который настолько опешил от моей наглости, что и слова произнести не мог, лишь бросил взгляд на сопровождавшего нас Диму, который, похоже, поверил мне, поэтому кивком показал, что всё нормально. Правильный выбор. Не хотелось бы калечить этих неплохих, по сути, парней. А мне пришлось бы это сделать, чтоб остановить грядущий кабздец.

– Она в комнате, – повёл нас Юрий, хотя мне этого, по сути, и не нужно было – я и сам прекрасно чувствовал, откуда тянет магией, от которой волосы дыбом встают. И как Юра ещё не вздернулся, когда у него под боком такое.

– Охренеть, – вырвалось у меня, когда я увидел «пациента». Я догадывался, что эта Наташа не проста, раз прожила целую неделю, подхватив паразита, но чтоб настолько. Она словно лампочка ватт так на сто пятьдесят светилась в магическом спектре, выжигая глаза. Для сравнения, стоящий рядом Булатов, который имел очень хороший магический потенциал, светился примерно как свечка. Как светился я сам – понятия не имею, но думаю, не сильно ярче этой Наташи.

– Опоздали. Тут бы на пару дней раньше, – пробормотал я, обходя кровать и рассматривая хаотичное, на первый взгляд, переплетение магических линий, что, словно кокон, покрывали всё тело девушки.

– Совсем ничего нельзя сделать? – почему-то расстроился Егор и, поймав мой вопросительный взгляд, пояснил: – Красивая девушка – жалко.

– Да можно, конечно, но вот цена…

– Я готов отдать всё до последних носков! Хоть всю жизнь буду тапочки вам в зубах подносить, только спасите её, – жарко заявил стоящий рядом и всё слышавший Юрий. Я едва успел его остановить, а то он бы на колени передо мной бухнулся.

– Да при чём тут ты, – проворчал я, отпуская парня. – Цена для неё будет высокая. Но если не спасу – заплатят все… Тяжёлый выбор. Скажи-ка мне, Егорка, как ты относишься к некромантии?

– Не отношусь! – излишне резко и эмоционально ответил Булатов, почему-то при этом побледнев. – Наш род давно перевернул эту тёмную страницу истории.

– О как. Да мой приятель, оказывается, с сюрпризом, и у его рода в шкафу лежит, похоже, не один скелет. Хотя у кого их нет – у меня вон целое кладбище этих скелетов.

– Да я не об этом, – успокоил я друга. – Вопрос стоит, как Империя в целом относится к некромантии.

– Строго отрицательно, – с уверенностью ответил Егор. – Вплоть до сожжения всех причастных.

– Как я и думал. Короче, – принял я принципиальное решение. – Я могу ей помочь, но прежней она уже никогда не станет. Она превратится во что-то среднее между человеком и вурдалаком. А как вы хотели? – насмешливо посмотрел я на побледневших парней. – Это магия крови. Она даже страшнее некромантии, потому что меняет саму суть человека. После лечения Наташа всегда будет испытывать голод, и я не про еду, если что. На первое время я смогу его заглушить, но со временем ей придётся убивать, чтобы жить. Без этого никак.

– Убивать людей? – уточнил сжавший кулаки Юрий.

– Можно и людей, конечно, хотя толку от этого будет немного, но лучше монстров. И чем сильнее будет тварь – тем лучше. Обычно выбор предоставляется самому пациенту, но у нас тут случай запущенный, поэтому решать придётся тебе, Юра.

– Я согласен, – ни секунды не раздумывая, ответил он. – Придётся поднапрячься, но, думаю, придумаю что-нибудь, чтоб Наташка могла убивать тварей. Капкан какой-нибудь сооружу или ещё что.

– Мы поможем, – добавил Дмитрий, который тоже увидел надежду для подруги. Или даже возлюбленной – я, честно говоря, не до конца понял, кем она ему приходится, поэтому решил ещё уточнить.

– Это не всё. Кроме того, близость, в плане интима, ей светит только с очень сильным магом – любого другого партнёра она просто убьёт. Ну и последнее касается вас троих, – посмотрел я на стоящих рядом парней. – То, что вы уже узнали и узнаете, когда я проведу ритуал – это очень стрёмные знания. Из тех, что лучше не иметь. Если кто-то прознает, что вы просто видели подобное, то убьют не только вас и ваших близких, а вообще всех, с кем вы встречались или разговаривали. Просто на всякий случай – лишь бы эта информация не просочилась дальше.

– Я могила! Сдохну, но не выдам, – шагнул вперёд Юрий. И ведь и правда сдохнет, но проблема-то не в этом.

– Вы просто не встречались с сильными менталистами, – покачал головой Егор, который догадался, к чему я веду. – Хотя решение есть. Клятва на магии, и тогда даже самый искусный менталист не сможет добраться до этой информации. Её просто забудут, если возникнет угроза раскрытия тайны. Я, если что, готов принести эту клятву.

– Мы тоже готовы, – уверенно произнёс Дмитрий, но Егор покачал головой.

– Вы не маги, поэтому не выйдет. Хотя, чего мы тупим, Георг. Ты же барон! Пусть тебе принесут клятву верности, и всё. Да, они навеки останутся связаны с тобой, как и их дети, и внуки, и прочие потомки, но это справедливая цена за спасение девушки, как по мне.

А ведь точно. И как я сам об этом не подумал, хотя не так давно читал об этом – присягнувший на верность господину никогда не сможет предать его. Такого человека даже загипнотизировать нельзя будет, чтоб он выдал какие-либо тайны или секреты господина, или, что ещё хуже, как-то навредил своему хозяину. Да и решение с клятвой на магии тоже гениальное. Молодец Егор. Не зря говорят: одна голова – хорошо, а две – лучше. Осталось только дождаться согласия этих двоих. Хотя, глядя на них, даже уточнять не нужно, согласны ли они – они и душу продать готовы, лишь бы я спас сестру Юрия. Даже завидую этой Наташе, если честно.

Под руководством более опытного в этих вопросах Егора оба неудавшихся бандита поклялись мне в верности, а я, опять же руководствуясь инструкциями виконта, принял их клятву, обратив внимание, что у каждого из них над головой в этот момент возникал едва различимый в магическом спектре герб моего рода. Вот и всё – у меня появились первые слуги. Понятия не имею, что с ними делать – у меня даже поместья ещё нет, живу в казарме на птичьих правах, но не отказывать же в помощи девчонке из-за таких мелочей?

А вот с клятвой на магии было сложнее. Это ритуал доверия, который затрагивает саму суть мага – его источник, и, если кто-то из нас нарушит клятву, он не просто умрёт – он лишится самого ценного, что есть у человека – его астральной проекции. Ну, или как её называют поэты – души.

Закатав рукав по локоть, я протянул правую руку виконту. Он, в свою очередь, тоже закатал рукав и схватил меня за предплечье чуть выше запястья, после чего мы оба окутали свои руки магической энергией, и Егор начал произносить слова клятвы:

– Я, виконт Булатов Егор Михайлович, девятый сын графа Михаила Евгеньевича Булатова, клянусь, что буду до конца жизни хранить в секрете всё, что узнаю от…

– Георга Энто Дэр Гассо – капитана четвёртого ранга свободного астрального флота восьмого сектора Великого Астрала, – подсказал я истинное имя замешкавшемуся виконту. Хорошо, что я вспомнил, как меня зовут на самом деле, иначе клятвы бы не получилось – она не работает с прозвищами или псевдонимами.

Глаза Егора расширились от удивления, но он не сбился и продолжил клятву, дословно повторив всё, что я сказал:

– Георга Энто Дэр Гассо – капитана четвёртого ранга свободного астрального флота восьмого сектора Великого Астрала, известного также как барон Бухарев Георгий Павлович. И пусть магия будет мне свидетелем!

– Я, Георг Энто Дэр Гассо – капитан четвёртого ранга свободного астрального флота восьмого сектора Великого Астрала, принимаю клятву виконта Булатова Егора Михайловича – девятого сына графа Булатова Михаила Евгеньевича, и в свою очередь клянусь, что не буду злоупотреблять этой клятвой. И пусть магия будет мне свидетелем.

Стоило мне произнести эти слова, как наши руки буквально вспыхнули огнём, после чего на коже каждого из нас проступил символ, похожий на крестик, который обычно ставят, чтоб не забыть что-то важное. Через час этот крестик станет невидим, но при этом навсегда останется на нашей астральной проекции.

– Ты ведь не из диких земель, – констатировал очевидное Егор, после того как ритуал был завершён.

– Да, мой друг, но, если что, Стоянов в курсе. Как и ваш император, – добавил я, зная, насколько Егор предан правителю. – Но предлагаю обсудить это в другой раз – сейчас у нас есть более важное дело: спасти Красногорск и не дать умереть Наташе.

– Так, – встал я в середине комнаты и осмотрелся, после чего начал раздавать указания. – Вот это всё сдвиньте в сторону, кровать ставим по центру, головой на север. Юра, мне нужна большая миска, соль, нож, кисточка. Серебро есть? Ложки там или вилки?

– Откуда, – развёл руками брат «пациентки».

– У меня цепочка есть серебряная, – снял с шеи какой-то амулет Дмитрий. – Пойдёт?

– Да, сойдёт, – кивнул я, посмотрев на тонкую серебряную нить. Маловато, конечно, но нехватку заменю избытком энергии. Правда, придётся выложиться по полной.

– Егор, набери бумаги и сожги её в каком-нибудь тазике или кастрюле – мне нужен пепел. Примерно пригоршня. Дима, возьми тряпку и вымой тут пол начисто, после чего вытри его. Пол должен быть чистым и сухим.

Под моим руководством трое парней оперативно проводили подготовку к ритуалу. Можно было бы обойтись и без всего этого – этот ритуал можно провести даже посреди поля, но результат никто гарантировать не смог бы, а мне нужно максимально повысить шансы успеха, поэтому я и гонял парней по всей квартире.

Наконец все приготовления были окончены, и можно было приступать к самому ритуалу.

Поставив глубокую миску на пол, я поднёс к ней руку и прижал к ладони нож:

– Как я не люблю это, – проворчал я, после чего резанул себя по руке и начал сцеживать свою кровь в миску, чувствуя, как вместе с кровью утекает моя энергия. Я мог бы заблокировать потерю магической силы, но тогда всё это теряло бы смысл. Важна именно жертва – я добровольно отдаю часть своей силы как дань магии, стоящей в основе ритуала. Надеюсь, всё получится, и я не останусь, считай, со спущенными штанами перед кровавым кадавром, ведомым нестерпимой жаждой крови и мучений.

Глава 15.

Егор всегда считал себя талантливым и образованным магом, но не потому что он был эгоцентричным нарциссом, а потому что у него на это были все основания. Лучший студент в Академии, ранг адепта в конце стадии, то есть почти мастер, в свои двадцать один, четвёртый ранг охотника меньше чем за год службы спартанцем, десятки успешных миссий и прочее давали ему право считать себя очень хорошим магом и бойцом. Но все его достижения меркли по сравнению с этим странным парнем, что словно снег на голову свалился на них. Причём в прямом смысле – буквально вывалился из портала посреди боя и сразу же показал всем разницу между ним и лучшими спартанцами.

Бухарев хотел казаться простым и недалёким дикарём, но при этом его внутренняя сила и навыки, которые он нет-нет да демонстрировал, уходили далеко за грань возможного.

Поначалу Егор, да и не только он, считал, что Георг просто невероятно везучий, поэтому у него так легко получается выпутаться из ситуаций, в которых любой другой бы сложил голову – взять хотя бы тот бой с ордой скребунов, где шансы выжить были один на миллион. Но чем больше виконт наблюдал за своим новым другом, тем больше понимал, что везением там и не пахнет. Бухарев словно суперкомпьютер мгновенно рассчитывает все варианты развития событий и за доли секунд находит оптимальное решение задачи, предугадывая всё, что будет происходить дальше. Словно он видит будущее и своевременно корректирует его, подстраивая всё под себя. Глупости, конечно – никому не дано знать, что будет, но от ощущения этого отделаться не так легко.

Второе, что не вязалось с легендой Георга о том, что он родом из Диких Земель – это знания. Кто бы что ни говорил, но Империя накопила немало знаний о магии, артефактах и Тумане, но по сравнению с тем, что знал Бухарев – это пшик. Пустое место. Словно арифметика первоклассника по сравнению с математическим анализом из курса университета. Егор не был расистом или нацистом и не считал, что в Диких Землях живут скатившиеся в каменный век питекантропы, но знать то, что знает Бухарев, они точно не могут, потому что это не разрозненная информация, обрывки которой находили то тут, то там, это систематические знания, что накапливались тысячелетиями и передавались от учителя к ученику. Страшно даже представить, сколько лет нужно потратить на то, чтоб овладеть теми же рунами на уровне Георга. Тут явно не один год изучений. И даже не пять.

А его знания о монстрах? Чтоб так разбираться в тварях – недостаточно прочитать несколько учебников – ты должен лично сталкиваться с каждой из них и не один раз, чтоб изучить их повадки и слабые места. Вот откуда Георг мог знать об этой твари, что укусила Наташу? И знать не только как она выглядит, но ещё и чем грозит её укус, и как бороться с последствиями этого укуса?

Все эти подозрения копились и копились, пока сегодня Егор не узнал правду, о которой и так догадывался – Бухарев пришелец. Такой же, как твари, что постоянно нападают на них, но при этом он на стороне людей. Испугался ли виконт, узнав об этом? Как ни странно – нет, видимо подспудно ожидал чего-то подобного. Стал ли хуже после этого относиться к Георгу? Что удивительно, тоже нет. Ну пришелец он, ну и ладно – какая разница, если он на стороне Империи. Единственное, что изменилось – появилось понимание, почему Бухарев так не похож на жителей этого мира, но никакого отторжения или чего-то подобного не было и в помине.

Что ещё более странно, сегодня Егор узнал, что его друг владеет некромантией, и это его сначала напугало – всё же в истории рода Булатовых были эпизоды, когда из-за этой проклятой магии их род едва не стёрли с лица земли, но, немного поразмыслив, Егор пришёл к выводу, что в руках Бухарева некромантия ничуть не хуже огненной магии или магии земли – этот странный парень не стремится захватить мир с этими знаниями, для него это просто знания. Ну и инструмент для решения какой-то локальной задачи. Эдакий молоток, которым можно и пальцы отбить, конечно, но если у мастера прямые руки, то от инструмента только польза. У Георга руки прямые – это факт.

– Егор, не спи! Давай пепел, – вывел виконта из раздумий Бухарев, который умудрился нацедить уже целую миску своей крови (и как он на ногах держится после такой кровопотери?) и сейчас перематывал руку какой-то тряпкой, очень похожей на женские трусики. Стыдоба-то какая.

***

Какой-то Егор рассеянный. Витает где-то в облаках, вместо того чтобы помочь. Влюбился, что ли, и переживает теперь за эту Наташу? Хотя нет, скорее переживает из-за того, чем мы тут занимаемся. Что уж тут говорить, если даже мне неуютно.

Оно и понятно – я тут творю сейчас такую лютейшую дичь, что узнай об этом моя команда, они сами бы меня засунули в реактор моего собственного фрегата. Хотя нет, перегибаю, конечно – команда бы меня не предала, но вот то, что за мной охотился бы весь Астрал, чтобы спалить вместе с кораблём – это факт. Это ж надо было додуматься заняться магией крови. Откуда я вообще знаю этот ритуал? Парадокс долгой жизни – ты можешь знать что-то, но не помнить, откуда ты это знаешь. И ладно, Астрал с ним, со знанием – знаю и знаю, но применять-то эти знания зачем? Почему я просто не прибил эту девчонку? Жалко стало? Размяк? Или что-то почувствовал?

Я и сам не могу ответить на этот вопрос, но заднюю давать уже поздно – я уже начал, и теперь дорога только вперёд.

Высыпав в миску с моей кровью пепел и соль, я соскоблил немного серебра с цепочки, после чего надрезал палец девушки и выдавил несколько капель её уже сгустившейся до состояния желе крови, после чего тщательно всё перемешал и, оголившись по пояс, начал кисточкой вычерчивать руны вокруг кровати. Самый ответственный момент – даже одна ошибка может привести к тому, что все мы очень быстро умрём, а на месте города останется воронка глубиной метров триста.

Закончив рунную вязь, я собрался с духом и приступил к самой сложной части ритуала.

Промакнув палец в остатках кровавой смеси в миске, я несколькими точными движениями нанёс на лоб девушки последнюю руну, после чего накрыл её своей рукой, где была начертана точно такая же, только отзеркаленная руна. Закрыв глаза, я настроился на магические потоки и начал вытягивать из Наташи засевшего в ней паразита. Не физически, конечно, астрально.

О, сопротивляется тварь, пытается мою проекцию втянуть в себя. Ожидаемо, ну ничего, у меня дури много – посмотрим ещё, кто кого. Добавив энергии, я усилил давление, но и тварь многократно усилилась. Какого же ты размера, сволочь?

– Связку, – прохрипел я, чувствуя, что ещё немного – и меня просто разорвёт. Запоздало мне пришла в голову мысль, что, возможно, эта техника-то и не знакома жителям этого мира, но мне повезло – Егор умел пользоваться связкой, и уже через секунду я почувствовал, что мне стало намного легче, в отличие от Егора, которого так шарахнуло по магическим каналам, что он рухнул на пол и начал биться в конвульсиях. Прости, дружище, но иначе никак. Если выживем – научу тебя какой-нибудь убойной штуке в качестве компенсации.

Сделав вид, что я уступаю под натиском паразита, я слегка ослабил давление, после чего резко дёрнул его астральную проекцию на себя, проваливаясь следом в собственную душу. Ну и что тут у нас?

Ох ты ж Великий Астрал! Ну и урод же ты! Глядя на покрытое кровавой чешуёй нечто с неопределённым количеством щупалец, в голову мне приходило только одно определение – хтонь. Будь на моём месте малахольная барышня, она бы уже хлопнулась в обморок от такого зрелища. Даже меня чуть не стошнило, хотя крепости моей психики позавидует даже вивисектор.

– Я великий лорд… – начал было вещать этот красавчик, но я его бесцеремонно перебил:

– Мне насрать, чувак, без обид. Я тебе сейчас по-быстрому ушатаю и пойду отдыхать, – устало произнёс я.

– Думаешь, справишься со мной? – рассмеялся он и начал резко увеличиваться в размерах. Ну да, силён, не спорю. В этом и есть основной подвох магии крови – каждый раз, когда ты проводишь ритуал, ты рискуешь столкнуться вот с такой хтонью, которая попытается захватить твоё тело. И если маг слабак, он бесславно подыхает, а остальным потом приходится разгребать последствия. А учитывая, что магией крови занимаются только всякие недоучки, которым лень постигать магическую науку, тратя на это годы и десятилетия, и хочется получить силу здесь и сейчас – такое происходит постоянно. Отсюда и растут ноги у запретов на эту магию и охоту на тех, кто её практикует – проще избавиться от проблемы в самом начале, чем потом бороться с последствиями.

К счастью, я слабаком не был и знал, как бороться с подобными тварями, поэтому ещё до того, как эта мерзость доросла до своих стандартных тридцати метров в высоту, перед ней стоял я в тяжёлом штурмовом экзоскелете и с многоствольным бластером в руках. А ты как хотел, тварь? Ты серьёзно рассчитывал, что я буду махаться с тобой на мечах? Это, на минутку, моя астральная проекция, и я тут царь и бог, а все, кто приходят сюда, играют по моим правилам.

– Абра-кадабра, – произнёс я и нажал на гашетку, посылая в тварь тысячи сгустков сжатой плазмы. Да, это всего лишь энергия, и с настоящей плазмой она не имеет ничего общего, но мне вот захотелось, чтоб мой энергетический удар выглядел именно так, и моя астральная проекция безропотно подчинилась.

Остановился я лишь после того, как от лорда, или кто он там, осталась лишь горстка пепла, которая, по моей воле, спрессовалась в маленький шарик, что я тут же спалил потоком чистой энергии, аннигилируя даже память об этой твари. Таким существам нет места в нашем пласте реальности – слишком уж они чужды нам. Хорошо, что я поддался слабости и не стал убивать Наташу, чтоб остановить заражение. Боюсь, прикончи я девушку – стало бы только хуже, и эта тварь вырвалась бы в мир реальный, где справиться с ней было бы не так-то просто.

Убедившись, что от этой кровавой мерзости не осталось и кусочка, я вернулся в реальный мир и устало опустился на пол рядом с кроватью Наташи, которой определённо полегчало – дыхание выровнялось, чернота начала отступать, а магический кокон вокруг неё начал рассыпаться, растворяясь безвредной энергией в окружающем магическом фоне. Вроде победили, но какой ценой…

Я потратился, считай, в ноль, ещё и должен остался, кажется. Егор скулит на полу в позе эмбриона, пытаясь прийти в себя, Юра и Дима, хоть и не принимали непосредственного участия в прошедшей битве, но тоже выглядят паршиво – видать, зацепило остаточными эманациями. Короче, всем досталось.

Если сейчас окажется, что та кровавая тварь была не одна и «пациентка», ведомая второй такой же тварюшкой, нападёт на нас – мы станем первыми трупами на пути кровавого жнеца.

К счастью, никто на нас нападать не планировал, и мы смогли спокойно отлежаться. Первым в себя пришёл Юра, который поднялся с пола и нетвёрдой шатающейся походкой направился в сторону кухни, чтоб уже через пару минут вернуться с четырьмя бутылками пива. Лучше бы, конечно, кофе с десятком ложек сахара, но так тоже сойдёт.

Следом за ним очухался Булатов, который кое-как сменил позу на сидячую и ошалело смотрел по сторонам:

– Это что сейчас такое было? – наконец выдавил он из себя, принимая с благодарностью пиво от хозяина квартиры.

– Лучше тебе этого не знать, – ответил я, откупоривая свою бутылку. – Но мы с тобой как минимум спасли целый город. А как максимум – весь мир, можешь гордиться.

– Офигеть, я, кажется, на новую стадию перешёл, – пробормотал виконт, создавая в руке каменную розу, которую не отличишь от живой. – Я теперь мастер. Но я плюну в лицо тому, кто скажет, что это было легко. Я думал, ежа рожу, настолько больно мне было. О, и ранг повысился! – радостно воскликнул он, осматривая свою татуировку. – Я теперь пятый! Прямо не день, а сказка, хотя ближайшие пару лет я бы повторять такое не решился.

– Поздравляю, – устало произнёс я и поднял вверх бутылку в знак уважения его стойкости – не каждый сможет выдержать то, что пережил только что он.

– И я тебя, – указал он на проявившееся у меня на предплечье пятое кольцо. Я даже и не заметил, что сам вырос. Хотя как тут заметишь, когда у тебя по венам течёт расплавленный свинец, выжигающий тебя изнутри – тут бы не сбрендить от адской боли, а не вот это вот всё.

– Ладно, посидели и хватит – нужно дело закончить, – с кряхтением поднялся я на ноги и встретился с подозрительным взглядом зелёных глаз рыжеволосой девушки, которая уже пришла в себя (как-то подозрительно быстро она управилась) и теперь внимательно прислушивалась к каждому нашему слову.

– Вы кто такие? – с ходу перешла она в наступление и попыталась вскочить, но я её удержал, а через мгновенье и Юра подскочил и встал рядом со мной, чтоб его сестра не подумала, что мы какие-то грабители, вломившиеся в дом.

– Лежи, Натах, не вставай. Это доктор, – затараторил Юра, успокаивая встревоженную девушку. – Тебе стало хуже, и мы позвали господина, чтобы он помог тебе…

Он продолжал что-то втолковывать сестре, но я не слушал – меня отвлёк сработавший вызов комма:

– Центр Дикарю! Центр Дикарю! Приём!

– Дикарь на связи, приём! – ответил я, снимая комм с пояса.

– Парни, вы ещё в городе? Поступил срочный вызов – тварь на пересечении Дорничева и Картофельной. Сможете подъехать, чтоб нам не переться с части? Приём.

– Это далеко? – решил уточнить я у стоящего рядом Дмитрия.

– Пять минут пешком. Могу проводить, – мгновенно ответил тот.

– Можем через десять минут прибыть на место. Приём, – ответил я диспетчеру, на что тот ответил, что принял и зафиксировал задание за нами. Надеюсь, там какая-нибудь мелочь, а не очередной глобальный триндец, где придётся превозмогать.

– Так, Наташа, слушай меня внимательно и запоминай. Юра, ты тоже, – подняв руку, прервал я разгоревшийся спор родственников, которые в чём-то не сошлись во мнении.

– Это что, мои трусики? – гневно пропыхтела девушка, глядя на мою руку. Я сначала не понял, о чём она, пока не взглянул на свою повязку, которой перетянул рану. Блин, и правда трусики – неловко получилось.

– Это особый бинт – не отвлекайся, – поспешил я убрать руку за спину. – Значит так. Руны на полу не стирать – да, они выглядят неэстетично, но без них никак. Ближайшие два дня выходить за пределы круга рун тебе нельзя. Вообще нельзя – даже в туалет. Если ты не хочешь превратиться в кровожадную тварь, которая кидается на всех подряд с целью разорвать на куски. И я сейчас не шучу – то, что ты умудрилась подхватить, – это очень и очень опасная хрень. Сейчас я тебя заправил энергией под завязку, но дня через три или четыре у тебя появится жуткий голод, ты будешь есть, но при этом не будешь насыщаться. Старайся сдерживаться и контролировать это – отвлекайся на что-нибудь, переключай внимание, главное – не поддавайся. Когда станет совсем невмоготу, сожми вот этот кристалл в руке и впитай из него всю энергию без остатка, – достал я из кармана три криса.

Блин! Зря я отдал Смиту сразу три штуки на реализацию, хотя кто знал, что всё так обернётся. Оставшихся у меня Наташе хватит примерно дней на десять, но этого мало, чтобы пройти первую стадию трансформации.

– Егор, помнишь, я давал тебе такие кристаллы – они у тебя с собой? – обратился я к виконту. – Можешь занять парочку?

– Да всё забирай, – выложил Булатов пять крисов. – Я всё равно не понял, что это и что с ними делать.

– Я позже объясню и верну с процентами, – пообещал я, протягивая все кристаллы энергии девушке – теперь ей хватит на месяц, как раз до конца трансформации.

– Сразу говорю, ближайшие несколько недель тебе временами будет очень плохо. Порой боль будет такая, что тебе будет хотеться умереть, но такова цена, потому что ты будешь меняться. Не внешне, а внутренне – ты станешь сильнее, быстрее, могущественнее и безумнее. Через пару дней я вернусь за тобой и буду тебя учить пользоваться новой для тебя силой, чтобы ты не поубивала случайно всех, кто рядом с тобой. И самое главное – я научу тебя контролировать эмоции, потому что твой гнев, по крайней мере на первых порах, – это оружие массового поражения, и если ты сорвёшься, мне не останется ничего другого, кроме как вернуться и убить тебя, и то, что появится после твоей смерти. Прости.

Ах да, самое важное – умирать тебе ближайшие лет десять нельзя, если ты не хочешь, чтобы на свободу вырвались остатки того, что в тебе сидело, пока я не вмешался. Всё запомнили?

Дождавшись двух утвердительных кивков, накинул снятый перед ритуалом китель и, не прощаясь, направился на выход, поманив за собой Егора и Диму, которому предстоит выступить в роли гида.

Пора совершать очередной подвиг, будь он неладным – ни минуты не дают спокойно отдохнуть и просто пройтись по магазинам.

Глава 16.

Прижав колени к груди и обхватив руками, словно ей жутко холодно, Наташа сидела на краю кровати и пыталась осмыслить, что с ней произошло. События всей недели у неё вызвали целую массу вопросов.

Сначала она нашла буквально перед самым домом странного разноцветного зверька, похожего на мышь. Она понимала, что это, скорее всего, туманная тварь, но не могла ничего с собой поделать – словно находясь под гипнозом, она взяла эту разноцветную мышку и позволила себя укусить. Больно при этом не было, наоборот, было ощущение, что она сделала какое-то великое дело. Что это начало чего-то грандиозного.

В первый день после укуса она боялась признаться брату, что с ней случилось, но, когда на следующий день рука начала чернеть, Юра сам заметил, что с ней что-то не так, и потащил её в больницу.

Уже после осмотра, когда врач сказал, что это последствие укуса монстра, и озвучил заоблачную стоимость лечения, Наташе пришлось всё рассказать брату. Ей было очень стыдно, ведь из-за её глупости Юре теперь предстояло найти целую кучу денег на лечение. Настолько большую кучу, что Наташа реально хотела умереть, лишь бы её брат и его друзья, которые, не раздумывая, кинулись помогать, не испытывали страданий и лишений. Она уже почти шагнула в окно пятого этажа, но ей не хватило духу. И за это она себя презирала. Целых пять дней она ненавидела себя за проявленное малодушие, чувствуя, что ей с каждым прожитым днём всё хуже и хуже.

А дальше она уснула и не могла проснуться. Она очень хотела прийти в себя, но не могла. И во сне она увидела его – Великого Лорда Кауроса Девятнадцатого, как он сам себя назвал, пафосно появившись перед ней во всей своей жуткой красе. Лорд обещал ей силу, обещал ей избавление, обещал ей власть. Ей всего лишь нужно было отступить и пропустить его к сияющей у неё за спиной сфере. Но Наташа помнила детские сказки и чем в них заканчивались договоры с подобными типами, поэтому до последнего сдерживала его как могла.

Она сама не понимала, как ей удалось создать барьер, который удерживал эту тварь в стороне от сияющей сферы, но это её заботило не особо. Куда важнее было этот барьер удержать, и она выкладывалась по полной, чтоб это сделать.

Да, ей приходилось отступать шаг за шагом целую вечность, но сдаваться она и не думала.

А потом, когда надежда уже почти угасла и лорду оставалось пройти всего шаг, появился ОН. Ей трудно описать, что именно она увидела, но зато что почувствовала – она помнит хорошо.

Если этот Каурос внушал лишь страх, то тот, кто пришёл за ним, внушал настоящий ужас. Если бы он пришёл с самого начала, ему хватило бы щелчка пальцами, чтоб от барьера Наташи не осталось и следа, а после и от неё самой.

Девушке хотелось рыдать от обиды и несправедливости – столько бороться и всё впустую. Какая может быть надежда, когда приходит ТАКОЙ монстр. А дальше произошло неожиданное – пришедший даже не посмотрел ни на Наташу, ни на сферу, что она пыталась защитить. Вместо этого он схватил визжащего лорда и потащил его за собой, словно тряпичную куклу.

Лорд бился в панике, молил, пытался за что-нибудь ухватиться, но пришелец был неумолим. Миг – и они оба исчезли, оставив девушку наедине со сферой. А после Наташа наконец смогла проснуться.

Ей это давалось непросто, словно она пыталась вылезти из глубокой норы, продираясь через переплетения корней, но шаг за шагом она вырывалась из иллюзорного плена, пока, спустя бесконечное число лет, не оказалась в собственной спальне, чтоб увидеть склонившегося над ней полуголого громилу, держащего в руках её трусики.

Глядя на этого гиганта, Наташа видела перед собой то самое нечто, что уволокло лорда, и ей стало очень страшно. Настолько, что у неё напрочь отключился мозг, и она, как это всегда бывает в таких ситуациях, перешла в агрессивное наступление – начала наезжать на того, кто одной рукой способен оторвать ей голову. Благо, ещё до того, как она успела наговорить лишнего и подписать себе тем самым смертный приговор, подоспел Юра, который заслонил её от здоровяка и начал ей сбивчиво объяснять, кто это и что он делает в её спальне.

Наташа была настолько погружена в собственные переживания и страхи, что пропустила мимо ушей всё, что говорил ей брат, но вот слова этого громилы у неё словно выжгли калёным железом прямо в мозгу – она меняется, и ей нельзя покидать рунный круг ближайшие дни, если она не хочет превратиться в такую же тварь, как лорд Каупос. И она сделает всё, как сказал этот странный здоровяк, ведь иначе он придёт за ней так же, как пришёл за лордом, и сотрёт её в пыль прежде, чем она успеет хоть что-то сделать.

– Есть будешь? – вошёл в комнату Юра, неся с собой поднос, на котором стояла тарелка с блинчиками и кружка травяного чая. Брат совершенно не умеет готовить, но он старался как мог, чтобы поднять Наташе настроение, поэтому девушка усилием воли загнала тревожные мысли подальше и улыбнулась.

– Расскажешь, кто это был? – начала она осторожные расспросы, чтобы понять, во что ввязался её братец и что делать дальше.

– Это барон Бухарев Георгий Павлович, – ответил Юра, после чего рассказал ей, как они с ребятами пытались собрать нужную сумму на лечение, а отчаявшись, решились на откровенный бандитизм, и как им повезло, что барон, на которого они сдуру напали, не стал их размазывать по стенке, хотя мог это сделать не напрягаясь, а вместо этого согласился помочь и вылечить Наталью. Рассказал он и о том, что теперь он и Дима – слуги рода Бухаревых.

– Ой, дураки, – покачала головой Наташа, выслушав брата. – Душу-то зачем было продавать ради меня? Не стою я того!

– Стоишь, – с уверенностью заявил её брат. – Да и никто не продавал душу – это ж не дьявол, в конце-то концов, а обычный аристо. Вроде даже неплохой. По крайней мере, первое впечатление оставляет именно такое.

«О да, он не дьявол, он куда страшнее», – пронеслось в голове у девушки, когда она вспомнила, что чувствовала в своём сне, но вслух сказала совсем другое:

– Неплохой аристо, который потребовал служения взамен на исполнение вашего заветного желания спасти меня?

– Да не требовал он ничего. Он бесплатно тебе помог. Потому что мог. Ну и опасался каких-то там последствий – я не вникал, если честно. Мне было плевать на это всё, когда я увидел шанс спасти тебя. А клятва… клятва это чтобы мы даже под ментальным контролем не могли рассказать его секретов. Каких – не скажу, уж прости, клятва не позволит.

– Да знаю я, что за секреты, – горько усмехнулась Наташа. – Ну подумаешь, иномирец, который пользуется запретной магией. Не делай такую удивлённую рожу – я теперь тоже с ним связана и много чего знаю о нём. Даже побольше вашего. И чую, моя связь даже покрепче клятвы будет – даже после смерти не оборвётся. Он теперь всегда где-то вот здесь, – коснулась девушка виска. – И я в любой момент могу с ним связаться и даже заглянуть в его память. Например, прямо сейчас он с Димой и вторым гостем, не знаю, как его зовут, идут по улице и выслеживают тварь. А вот, нашла в памяти Георга имя второго – барон Булатов Егор.

– Рано тебе пока лезть сюда, – неожиданно раздался в голове голос здоровяка. – Да и вообще, пока не окрепнешь и не научишься пользоваться привалившей силой, нельзя тебе использовать астральную связь, поэтому я тебя заблокирую на время. И спасибо, что напомнила.

После этого в голове наступила тишина. Её буквально вышвырнули, как нашкодившего котёнка! Да как он посмел вообще?

Наташа почувствовала, что внутри неё разгорается ярость. Необузданная. Всесокрушающая. Ей стоило больших усилий, чтобы взять себя в руки и привести мысли в порядок. Это не её эмоции! Похоже, этот громила не шутил, когда говорил, что внутри неё есть кто-то ещё. Кто-то опасный и чертовски сильный, кто только и ждёт, когда она даст слабину или умрёт, чтобы вырваться на свободу. И тогда придёт он – не Бухарев Георгий, а истинный Георг. Тот, кого она видела в своём сне. И вот тогда всем резко станет мало места.

***

Какая шустрая – только научилась считать, а уже лезет в дебри квантовой механики. Ну, это я образно, конечно, но аналогия очень даже подходящая. Да и я тоже молодец, блин. Надо же было забыть про двойную связь. Это хорошо, что меня первый вызов, который самый сложный, накрыл не посреди боя, а когда я просто шёл быстрым шагом. И то я чуть не навернулся, запнувшись от неожиданности.

– Ты чего замер? Нашёл что-то? – остановился рядом со мной Егор.

– Показалось, – ответил я и пошёл дальше, высматривая по сторонам тварь, ради которой мы пришли сюда.

До адреса, который назвал нам диспетчер, мы добрались быстро – даже меньше чем за пять минут, а дальше был затык. Самой твари там не оказалось, зато оказалась крикливая баба, которая требовала (именно ТРЕБОВАЛА) поднимать вертолёты, присылать гвардию и чуть ли не готовить ядерное оружие, потому что на неё напала тварь из тумана. Егору стоило больших усилий успокоить эту голосистую особу, чтобы узнать подробности.

Из её рассказа следовало, что на неё напал какой-то гигантский двухголовый волк, который выскочил из подвала и пронёсся мимо, снося всё на своём пути. Можно было бы подумать, что она выдумывает или с перепугу приняла обычную дворнягу за монстра, но вырванная с петель, вместе с куском косяка, железная дверь подвала намекала, что всё не так просто.

Осмотрев всё вокруг дома и не найдя следов монстров, мы начали по расширяющейся спирали искать хоть какие-нибудь намёки на неё, но тварь словно сквозь землю провалилась.

– Может, поищешь с помощью рунной магии – как тогда со скребунами? – предложил Егор.

– Не получится, – качнул я головой. – В тот раз я знал, кого искать, и потому смог настроиться, сейчас же мы понятия не имеем, что за тварь тут была. А искать просто живых в жилом районе – такое себе. Давай лучше будем отталкиваться от логики. Если была тварь, а сейчас её никто не видит – что это означает?

– Что она спряталась. Это понятно. Но мы осмотрели уже все подвалы в округе и ни следа.

– Значит, нам нужно сменить подход, – задумался я. – Дима, тут есть поблизости какие-нибудь заброшки или здания, где подолгу никого не бывает? Что-нибудь просторное и редко посещаемое.

– В паре кварталов отсюда есть склады, – немного подумав, ответил наш проводник.

– Веди, – кивнул я и направился за Дмитрием, который уверенно направился к переулку между двумя многоквартирными домами.

– Господин, и всё же что это было там у Юры? – наконец решился Дмитрий задать вопрос, который его мучил всю дорогу. Я видел его метания и нерешительность, но специально не вмешивался и не начинал разговор первым.

– Дим, давай для начала договоримся. Наедине или в компании ближников – никаких господ, ваших благородий и прочей шелухи. Обращайся ко мне Георг. Ну или капитан на худой конец – можешь даже по позывному Дикарь, – осадил я своего новоприобретённого слугу. Бесит вся эта благородная муть.

– Та же фигня, – поддержал меня Егор, когда наш проводник кинул на него взгляд в поисках поддержки – видимо, рассчитывал, что виконт объяснит мне, что так нельзя и слуги не могут обращаться к хозяевам без всего вот этого. – Будучи спартанцем, быстро привыкаешь к тому, что вокруг все равны и в бою не до расшаркиваний. Поэтому ко мне тоже обращайся просто Егор, ну или по позывному Булка.

– Булка? – удивился я, впервые услышав позывной виконта. – А почему не Булат?

– Стоянова спроси, – развёл руками Егор. – Видимо, попал под горячую руку.

Мне в ответ оставалось только покачать головой и ещё раз мысленно отметить, что полковник очень своеобразный человек.

– И всё же, Георг, ответь, что теперь будет с Наташей? Ты не подумай чего, просто твои слова о том, что Натаха в кого-то превращается, напугали меня до усрачки. Мы считай с детского сада росли вместе, и для всех нас она как младшая сестра, за которую мы порвём кого угодно, но там в квартире, когда ты проводил свой ритуал, мне показалось, что я почувствовал присутствие чего-то настолько жуткого, что чуть не наложил в штаны от страха. И мне не хотелось бы, чтоб Наташка стала такой же, – осмелился наконец высказать свои опасения Дмитрий.

– Тебе не показалось, – ответил я. – Я действительно вытащил из Наташи очень опасную тварь, но насчёт неё можешь не беспокоиться. Что же до Наташи… Тут так просто не ответить, без небольшого экскурса в историю.

– Когда-то очень давно, – начал я свой рассказ, – был один мир, в котором широко практиковалась магия крови. В те времена она ещё являлась просто магией исцеления и не была под запретом, поскольку ничего страшного из себя не представляла. Ровно до тех пор, пока не появилось двадцать три лорда, которые решили, что просто врачевать с помощью этой магии – слишком скучно и недостойно их. С тех пор началась самая кровавая страница истории того мира. Эти лорды в погоне за силой приносили свой собственный народ в жертву миллионами, но и этого им показалось мало, и они обратили свой взор на другие миры. К счастью, далеко это зайти не успело – древние, это кто-то типа богов, заметили творящийся беспредел и навели порядок. В своём репертуаре – уничтожили целый мир, и дело с концом. Зараза остановлена, и Астрал может жить спокойно. По крайней мере, все так думали, пока не появился Жнец.

– Что за Жнец? – спросил заинтригованный Егор, который, похоже, фанатеет по всякого рода легендам.

– Это отдельная история, – покачал я головой. – Был такой персонаж пару тысяч лет назад. Чудовищно сильный и отмороженный на всю голову. Настоящий псих, которому даже древние были побоку. Он успел уничтожить два сектора Великого Астрала и положить целую пачку древних, прежде чем его остановили, но сейчас разговор не о нём, а о лордах. Короче, этот Жнец каким-то образом смог возродить лордов и превратить их в настоящее оружие массового поражения. Он создал миленьких таких тварюшек, которые называются миусы. Ровно двадцать три особи. И в этих тварей он запечатал двадцать три кровавых лорда, после чего выпустил тварей на волю, чтоб они сами находили своих жертв и заражали их. Одного укуса миуса достаточно, чтоб в тело жертвы подселился кровавый паразит, который за несколько дней полностью меняет разумного, подготавливая его к пришествию лорда. Когда приходит лорд, он захватывает тело и вырывается на свободу, и начинается ад. Представьте себе орду почти неубиваемых кровавых тварей, которой достаточно нанести маленькую ранку, чтоб человек превратился в точно такую же тварь и так же начал свою охоту. За день вымирает целый район, за два – целый город, за неделю – целый мир. Единственный способ справиться с ними – сжечь всё дотла.

– Зомби-апокалипсис какой-то, – вздрогнул Дмитрий, представивший, что случилось бы, не вмешайся мы вовремя.

– Гораздо хуже, – покачал я головой. – Нежить тупа и медлительна, а кровавые кадавры невероятно быстрые, живучие и капец какие хитрые. К счастью, почти все миусы уже уничтожены. Я вообще думал, что их не осталось и всех перебили, но, как видно, ошибался.

– А ты, получается, встречался с этим Жнецом? – уточнил Егор, которого история о кровавых кадаврах не проняла, зато очень заинтересовал Кошмар Астрала.

– Насколько мне известно, никому не удалось пережить встречи со Жнецом, а я жив, – усмехнулся я. – Очевидно же, что я с ним не сталкивался. Да и уничтожили его задолго до моего рождения.

– А откуда ты тогда знаешь ритуал, который провёл там?

– В школе хорошо учился, – хмыкнул я.

– Разные у нас школы всё-таки, – усмехнулся Дмитрий. – У нас учат, сколько будет дважды два и пятью пять, а у вас – как призывать жутких монстров.

– Не призывать. Это запрещённые знания после той заварушки с лордами, – поправил я проводника. – Останавливать. Правда, базовая инструкция куда проще, чем то, что провернул я, и сводится к одной фразе – уничтожить всё в радиусе километра, но я решил немного отступить от инструкций.

– И за это я лично тебе благодарен и по гроб жизни обязан, хоть и не понимаю, почему ты так поступил, – посмотрел на меня Дмитрий.

– Были причины. Во-первых, трансформация зашла уже слишком далеко, и даже смерть Наташи не решила бы проблемы, – пояснил я. – Но куда важнее, что я увидел в самой девушке – она потенциально очень и очень сильный маг. Настолько, что ради неё можно и рискнуть. Когда она последний раз проходила тестирование на мага?

– Никогда, – рассмеялся Дмитрий. – Мы простые работяги с зарплатой в сто пятьдесят рублей в месяц. Откуда у нас десять тысяч на тестирование?

– Серьёзно? Десять тысяч? – обернулся я к Егору, ожидая подтверждения, на что тот развёл руками и пояснил:

– Чтобы всякие «мне кажется, я маг» отсеивались ещё до того, как на них будут потрачены ценные реагенты.

Понятно, значит, метод оценки «взором» в этом мире не практикуется, и магов определяют алхимическим путём. Нужно запомнить – пригодится, когда начну набирать себе армию магов. Понятия не имею, для чего мне такая армия, но иметь армию всяко лучше, чем не иметь её.

– Ну, тогда можешь поздравить Наташу и Юру – сегодня она в качестве бонуса прошла магическое тестирование, и результат однозначен: она очень сильный маг. До ритуала была примерно на уровне архимага, после ритуала потенциал повысился до архимагистра. По моей классификации, по вашей же… Кто у вас там после верховного архимагистра идёт?

– Никто, – пожал плечами Егор. – У нас таких стадий нет.

– Ну, теперь есть. Правда, ей ещё учиться и учиться. На одной интуиции далеко не уедешь. Но я сомневаюсь, что она найдёт тут нормального учителя по своей специализации. Даже я знаю только основы, а дальше ей придётся самой как-то выкручиваться.

– А что у неё за специализация – магия крови? – осторожно уточнил Дима, шокированный известием, что его подруга, оказывается, маг.

– Типун тебе! Она энергетик – редчайший дар, позволяющий напрямую работать с энергией. В основном энергетики специализируются на защите. Наташа, кстати, именно поэтому так долго и продержалась против лорда – поставила непроницаемый барьер вокруг своего Источника и не позволяла кровавой твари захватить его. Сделала она это, скорее всего, интуитивно и от страха, но тем не менее это спасло нас всех.

– Да уж, с её характером и стать магом поддержки. Ирония судьбы, – усмехнулся Дмитрий, видимо, что-то вспоминая из их общего детства.

– Ну, я бы не сказал, что она прям маг поддержки. Представь себе, что идёт стотысячная армия, и тут в них влетает полукилометровый энергетический диск. Что будет с армией?

– Не знаю, – пожал плечами Дима. – Собьёт с ног?

– Нет, армии станет две, но состоящие из половинок людей, – пояснил я. – Но тут нужна сила и хороший контроль. Силы у Наташи много, а вот над контролем придётся долго и упорно работать.

Стоп! Смотрите, – указал я на порванный сетчатый забор, окружающий территорию с какими-то металлическими ангарами. – Дим, тут всегда так?

– Обычно забор стоит ровно и целый, – подтвердил мою догадку проводник.

– Возможно, нашли, но нужно проверить. Егор, ты основная ударная сила, потому что я ближайшие несколько часов не боец, но идёшь строго за мной, чтоб если что атаковали именно меня – у меня на одежде защитные руны, поэтому первый удар я переживу. Дима, стоишь тут и не рыпаешься, пока не позовём. Всё ясно?

Дождавшись двух утвердительных кивков, я, подняв с земли обычный кирпич, которым, похоже, подпирали забор, чтоб не заваливался, направился в сторону дыры в воротах ангара. Кто бы ни пробил эту дырень, дури ему не занимать, раз смял прочную сталь словно бумагу. Надо всё-таки что-то придумать с повседневным оружием, которое можно всегда носить с собой. Мало ли, на дуэль какую вызовут или вот так же спонтанное задание появится – не придётся хоть сражаться первой попавшейся под руку доской или кирпичом.

Подойдя к дыре в воротах, я шагнул в темноту и прислушался к утробному рычанию, доносящемуся откуда-то из глубины ангара, и металлическому лязгу, словно кто-то царапает прочнейшими когтями по танковой броне. Что-то я уже сомневаюсь, что моих защитных рун и кирпича хватит, чтоб справиться с тем, что засело в темноте. Как бы и правда не пришлось вызывать вертолёты и имперскую гвардию и расчехлять ядерное оружие, или что у них в этом мире самое убойное.

Глава 17.

Чтобы справиться с темнотой, я направил поток энергии в глаза и переключился на другой спектр зрения. Во, так намного лучше. Ну и что тут у нас? Ох ты ж, блин, какой красавец!

В углу ангара лежал пёс размером с телёнка, который в этот самый момент догрызал оторванное от грузовика колесо, довольно урча и порыкивая. Настоящий красавец. Как же ты умудрился сюда забраться? Не в смысле в ангар – тут-то всё понятно, а в этот мир в целом. Пустотные гончие по одной не ходят – это сугубо стайные существа, но этот здесь один. Выгнали из стаи? Изгой? Нет, скорее потеряшка.

Осторожно, чтобы не напугать и не спровоцировать пса, я начал к нему приближаться, не спуская с него глаз. Я настолько был поражён этой неожиданной встречей, что даже не задумывался о том, что позади меня идёт виконт, который может и не знать ничего об этих гордых существах. Опомнился я лишь в момент, когда почувствовал, что за моей спиной начало формироваться заклинание.

Я едва успел развернуться и отвести руку Егора вверх, прежде чем с его ладоней сорвалась каменная пуля, которая со свистом улетела вдаль, пробив дыру в железной крыше ангара.

– Замри, – прошипел я виконту, после чего вновь повернулся к псу и встретился взглядом с большими жёлтыми глазами. Он нас заметил, но пока не знал, как на нас реагировать. Сразу видно, что он впервые видит людей так близко и потому в замешательстве.

– Тише, малыш, – ласково произнёс я, делая шаг вперёд и пуская впереди себя успокаивающую волну энергии. – Мы не враги. Мы твоя новая стая. Да, вот так. Спокойно, – сделал я ещё несколько шагов, подходя вплотную и позволяя псу себя обнюхать, после чего положил руку ему на голову и пустил короткий магический импульс. Пёс взвизгнул и опустил голову. Всё. Теперь он для нас не опасен.

– Уф, – шумно выдохнул я, смахивая со лба пот. – Всё, можно не беспокоиться – этот щенок больше не опасен.

– Щенок? – икнул виконт. – Да он почти с меня ростом!

– И тем не менее это щенок. Ему где-то неделя от роду, плюс-минус, – подтвердил я.

– Неделя? Значит, где-то рядом бродит его мамаша? – напрягся Егор, здраво рассудив, что если недельный щенок по размеру как годовалый бычок, то родители его явно не пекинесы.

– Не думаю. Будь его маман тут – мы бы уже знали.

– Может, не заметили? – всё ещё сомневался Булатов, нервно оглядываясь по сторонам.

– О, поверь, чтобы не заметить самку пустотной гончей, нужно быть слепым и глухим, – рассмеялся я, успокаивая друга. – Там дура размером с карьерный самосвал. Скорее всего, этот малыш сунулся в пробой из-за детского любопытства, и его закинуло сюда. Теперь он совсем один в этом мире, он не чувствует сородичей, и ему страшно. Он же ещё ребёнок совсем. Слушай, а спартанцам можно иметь питомцев?

– Эээ. Ну, вообще да – у нас даже питомник в части есть, где держат овчарок, – задумался Егор. – Но, блин, ты серьёзно хочешь притащить в часть вот ЭТО?

– А что ты предлагаешь? Бросить его? Убить? У меня рука не поднимется. Да и я теперь его альфа, так что для меня и моих друзей он совершенно безопасен. А когда подрастёт – сможет стать офигенно мощной боевой единицей. Он и сейчас довольно силён, хоть и глуповат пока, поэтому да, я хочу забрать его с собой.

Не найдясь с ответом, Егор просто развернулся и пошёл к выходу из ангара, словно говоря: «Делай что хочешь, но я, если что, тут ни при чём». Чего это он? Обиделся, что ли, что альфой стал я, а не он? Так ему не хватило бы ни сил, ни знаний, и пришлось бы тогда драться с пустотной гончей, а это тот ещё противник, даже щенок.

– Пойдём, малыш, будем знакомиться с другими членами стаи, – поманил я щенка за собой. Тот бросил взгляд на меня, на недоеденное колесо, снова на меня и опять на колесо, словно решая, что важней – зов вожака или перекус, но в итоге пошёл на компромисс: оторвал от колеса приличный кусок и, дожёвывая на ходу, потрусил за мной к выходу.

– Центр, ответьте, это Булка. Приём! – застал я Егора за попыткой связаться с базой, чтобы доложить о результатах охоты.

– Центр на связи! Цель уничтожена? Приём.

– Взята в плен, – ответил Егор, а диспетчер, похоже, завис.

– Не понял. Повторите. Приём!

– Повторяю. Цель захвачена в плен, – повторил виконт, словно издеваясь над парнями на том конце провода.

– Егор, ты так шутишь? Какой, нафиг, плен? Что мне писать в отчёте? – не выдержал диспетчер.

– Скоро узнаешь. Вся часть узнает. Готовьтесь к сюрпризу. Конец связи, – едва сдержался, чтобы откровенно не заржать, Булатов, отключая комм, после чего обернулся ко мне и вздрогнул, увидев рядом со мной огромную псину, что ударом лапы способна смять броневик, словно консервную банку.

– Спокойно, Егор, он не опасен. Дай ему себя обнюхать, чтобы он запомнил твой запах и не перепутал тебя с врагом в пылу битвы. Ты для него член стаи, поэтому можешь не переживать – он тебя не тронет, – успокоил я виконта, удерживая для вида щенка за шкирку. Толку от моей хватки, конечно, никакого, но тут уже работает психология: когда собаку держит хозяин, она уже не кажется такой страшной.

– Теперь ты, Дима, – подозвал я нашего проводника, который, похоже, даже забыл, как дышать.

Шумно выдохнув, словно перед прыжком в омут, парень закрыл глаза и на негнущихся ногах, словно идёт на казнь, направился к нам, замерев в шаге от щенка. Малыш фыркнул, принюхиваясь, после чего ласково боднул парня в живот, и Дима сам не заметил, как его рука опустилась на голову пустотного щенка и начала чесать за ухом. Вот и отлично.

– Осталось придумать, как дотащить его до крепости, – обозначил очевидную проблему Егор. – В такси ТАКОЕ не пустят ни за какие деньги. Даже в грузовое. А вызывать ребят на броневике – это застрять тут, считай, до утра – там все маршруты расписаны.

– У меня есть знакомый с грузовиком – думаю, смогу с ним договориться за червонец, – подкинул идею Дима, на что я согласно кивнул:

– Можешь даже пятьдесят рублей пообещать, если заартачится. Вызывай, в общем, а пока он едет, обсудим, что вам с Юрой и Наташей стоит говорить, а что нет. Потому что у ваших друзей однозначно появятся вопросы, что произошло с Натальей и почему я решил вмешаться. Лучше будет, если вы станете гнуть одну линию, и ваши версии не будут разниться между собой.

***

Наше возвращение в часть вызвало настоящий фурор. Даже приедь сюда сам император, думаю, не было бы такой суеты – нас вышли встречать реально все, кто не был в этот момент в патруле или на дежурстве. Ещё бы – нам с Егором удалось захватить пленника, невиданное дело.

Не знаю, что они себе напридумывали и что ожидали увидеть, но когда из крытого кузова грузовика, следом за мной, выпрыгнул мой новый питомец, едва не опрокинув при этом старенький транспорт, обалдели все. Особенно стоящий немного поодаль Стоянов.

Не знаю, какие мысли были в этот момент в голове у полковника, но бьюсь об заклад, лишь треть из них была цензурной.

Видя эту огромную толпу перед собой, щенок начал волноваться и жаться в страхе ко мне, ища поддержки и защиты. Я успокоительно погладил его по голове и направился в сторону КПП, увлекая зверюгу за собой. Бойцы на проходной нервно сжимали оружие, но нужно отдать им должное – сдержались и не открыли беспорядочную стрельбу. Не робкого десятка ребята. Уважаю.

– Задание выполнено, Николай Владимирович, – козырнул я, приблизившись к Стоянову, который хмуро смотрел то на меня, то на питомца, решая, что с нами делать.

– Ошейник надень, чтобы хоть видимость была, что он ручной, – определился наконец полковник. – Увижу Старпома в казарме – получишь наряд вне очереди, и мне плевать, что ты не кадровый.

– Так точно, товарищ полковник, – принял я новые условия, и у меня отлегло. Я всерьёз опасался, что начальство будет категорически против, и мне придётся съезжать с халявной жилплощади. – Разрешите спросить! Почему Старпом?

– Ну ты же капитаном там у себя был, а он теперь твой новый помощник – значит, Старпом, – пожал плечами Стоянов, в очередной раз ломая мне мозг своей странной логикой. Ну и ладно, Старпом так Старпом.

– Васюков! – гаркнул Николай Владимирович, подзывая конопатого парнишку, что со смесью восхищения и дикого ужаса смотрел на моего щенка, не решаясь подойти поближе. – Определи Старпома в питомник! Хотя нет! Отставить. Сожрёт же весь наш зверинец. Отведи его пока в пустой ангар – позже распоряжусь, чтобы ему построили будку. Хотя такому надо не будку, блин, строить, а целый барак. Что он жрёт-то хоть?

– Всё подряд, – честно ответил я. – Это щенок пустотной гончей. Они всеядны. Буквально. Пока сюда ехали, он сожрал запаску грузовика и пока вроде сытый.

– Твою мать, это ещё и щенок, – покачал головой полковник. – Учти, испортит технику – вычту из зарплаты, – грозно посмотрел он на меня, после чего развернулся и направился в сторону административного здания, всем своим видом показывая, что шоу окончено и всем пора вернуться к своим делам. Вопрос – мне за ним идти или помочь Васюкову?

– Бухарев, за мной! – разрешил мой внутренний спор полковник, слегка замедлив шаг, чтобы я мог его нагнать.

– Слушайся этого парня, пока меня нет, – указал я Старпому на конопатого. – Он в стае.

Щенок смешно склонил голову набок, после чего подошёл к парнишке и требовательно подставил ему ухо, мол, чеши меня, странно выглядящий и пахнущий сородич. Ну вот и ладненько, дальше сами разберутся. А ошейник я потом у Нургалиева закажу, когда разберусь, что от меня нужно полковнику и его дружку, который вместе со всеми наблюдал наш приезд, но даже не удивился, когда увидел Старпома. Или не подал виду.

Догнав полковника, я поздоровался с Виктором Аристарховичем и приготовился слушать, но эти два кадра словно воды в рот набрали. Боятся, что нас подслушают, и хотят для начала пройти в кабинет Стоянова? Или просто обдумывают, что со мной делать? Просто решили помолчать? С этими двумя не угадаешь. Не удивлюсь, если они вообще прямо сейчас ментально общаются между собой и обсуждают мою очередную выходку.

Войдя в административное здание, мы почему-то пошли не на второй этаж, где находится кабинет полковника, а, наоборот, вниз. Сначала я подумал, что меня ведут в карцер, но мы спускались всё ниже и ниже, пока не оказались на минус четвёртом этаже, остановившись перед массивной железной дверью.

– Знаешь, что за этой дверью? – спросил Виктор Аристархович, словно я уже облазил тут всё вдоль и поперёк и знаю каждый закоулок.

– Нет, но могу предположить, что какой-то мощный артефакт, судя по магическому фону, – не стал я отпираться и делать вид, что я дурачок, ничего не замечающий вокруг.

– Очень мощный, – подтвердил мою догадку Стоянов, отпирая дверь. – Заходи.

Войдя в круглое помещение, я осмотрелся, хотя смотреть тут, по сути, было не на что – совершенно пустая комната, в центре которой стоял каменный постамент, на котором покоился металлический куб.

Спросив разрешение, я подошёл поближе и осмотрел куб более внимательно. И офигел. Не думал, что когда-нибудь увижу их вживую. Да, он отличался от того, что был изображён в древних фолиантах, но это точно он – Куб Зарори.

– Знаешь, что это? – спросил особист, внимательно отслеживая мою реакцию.

– Приблизительно, – не стал я отпираться. – Но пока не понимаю, для чего я здесь.

– Из-за кристаллов, что ты добыл в походе на скребунов, – ответил Виктор Аристархович. – Эти кристаллы у нас называются светолиты, и их уже не находили несколько веков. Технология их добычи была утеряна после падения рода Краевых.

Опять эти Краевы – да кто, блин, они такие были-то?

– Не буду ходить вокруг да около и скажу сразу напрямик, – наконец продолжил особист, дав мне осмыслить сказанное им. – Империя очень заинтересована в том, чтобы купить у тебя как можно больше светолитов. Они нам жизненно необходимы, и мы готовы платить по тысяче рублей за каждый камень.

Блин, где ты был, Виктор Аристархович, несколько часов назад? Знал бы, что Империя мне предложит в десять раз больше, чем жадный Смит, я бы даже не показывал их алхимику. Более того, я уверен, что назови я сейчас сумму вдвое выше – Виктор Аристархович согласится. Они им действительно для чего-то нужны, вопрос лишь для чего. Но наглеть не буду – лучше заработаю чуть меньше денег, но зато приобрету сильного союзника.

– Могу и дешевле, если нужно, – как можно нейтральнее произнёс я. – Не могу обещать, что приволоку прям горы крисов, но то, что найду – продам. Но это не отвечает на вопрос, почему мы здесь – могли бы это обсудить и в кабинете.

– Сейчас всё поймёшь, – пообещал мне Стоянов, подходя к Кубу. – Мы называем этот артефакт Стражем. Он помогает нам бороться с Туманом.

– Как те башни в городе? – решил уточнить я, вспомнив рассказ Егора.

– Почти. Башни включаются магами и работают только когда появляется туман, а стражи работают постоянно, сдерживая распространение монстров во всём регионе. Если не будет Стражей, Туман, а вместе с ним и твари, очень быстро накроет восток Империи, после чего двинется дальше на запад, стирая всё, чего мы смогли достигнуть за прошедшие века. Нас просто уничтожат.

– Дайте угадаю, это тоже наследие Краевых и работает оно на светолитах? – решил я проверить свою догадку.

– Именно, – кивнул Стоянов, после чего раскрыл куб и показал мне, что находится внутри – четыре огромных криса, три из которых уже отжили своё, а последний был на грани. Ещё лет десять, и он тоже сдохнет, после чего куб превратится в обычный металлический ящик, покрытый сетью рун. Это, конечно, если не заменить растрескавшиеся крисы. Вопрос лишь, где взять кристаллы такой же ёмкости – тут же стоят крисы единиц так на пятьсот, если не на семьсот. Даже представить боюсь, с кого их добывал этот легендарный Краев. Или не добывал?

Да нет, не может быть! Только не говорите мне, что он их не добывал, а выращивал! Был лишь один человек, знающий, как это делается. Да что ж такое-то – почему я за один день так или иначе уже дважды натыкаюсь на наследие Жнеца? Неужели этот Краев и есть Жнец? Нет, не сходится по времени – Жнеца уничтожили задолго до того, как появился род Краевых. А ученица Жнеца? Могла ли она знать его секреты и продолжить его чёрное дело? А почему нет? Она его, согласно легенде, боготворила, пока не исчезла примерно за пару лет до падения Ужаса Астрала. Куда? Никто не знает – вот она была, и вот Рыжий Демон, как её прозвали, испарился. Могла ли она сбежать сюда – в закрытый мир, чтоб её не нашли, и уже тут готовиться к приходу учителя? Сначала в одиночку, а потом заручившись поддержкой местного аристократа? А почему нет?

Слишком много вопросов, на которые я пока не знаю ответа. И один из главных вопросов – не связано ли моё задание тут с наследием Жнеца? Могла ли Зарелия узнать, что тут скрывается или скрывался Рыжий Демон, и отправить меня, чтоб я… Чтоб я что? Сразился с ней? Даже не смешно – как бы ни был я хорош, она меня размажет и не запыхается.

Стоп! Не обязательно же с кем-то сражаться, чтоб остановить его – достаточно нарушить их планы. Сломать то, что они строили несколько веков.

Есть слух, что Жнец не просто так выжигал один мир за другим – он создавал машину, которая способна уничтожить весь Великий Астрал разом, а уничтоженные им миры и разумные, живущие в этих мирах, – всего лишь топливо для этой машины. Может ли в этом мире находиться какая-то часть адского устройства, которая год за годом подталкивает этот мир к пропасти, и только и ждёт, когда он падёт и вся энергия мира направится потоком на её подзарядку? Похоже на правду. И если я найду эту часть и сломаю её – я не только спасу этот мир, но и увеличу шансы выживания для всех остальных миров.

Других идей у меня пока нет, поэтому примем эту версию за рабочую и начнём копать в этом направлении. Вопрос: стоит ли мне делиться своими опасениями с имперцами? Думаю, пока не время. Сначала нужно самому разобраться со всем и зарекомендовать себя как надёжного партнёра, которому можно верить, какую бы дичь он ни говорил. Да и у меня пока нет полной уверенности, что сами имперцы не замешаны в планах ученицы Жнеца, если я всё же прав, и всё это взаимосвязано. Нужно некоторое время пожить тут, присмотреться к своим союзникам и потом уже принимать решение, а пока осторожно проводить разведку, выясняя всё, что только можно о самом Краеве и всех, кто его окружал.

– Такие достать я точно не смогу, – указал я на растрескавшийся крис. – Немного не мой уровень. Но если у вас есть нерабочий страж, могу попробовать адаптировать его под более мелкие кристаллы. Правда, это займёт некоторое время, и не помешает информация об этих ваших Краевых. Они хоть и скопировали технологии ганийцев, которые непонятно как попали к ним в руки, но частично изменили их, и мне нужно понять, что они тут наворотили. Да и не спец я в этих вопросах, если честно – я больше по другой части. Вам бы ганийского артефактора сюда – вот где были настоящие профи, но поди найди сейчас такого. Я даже не уверен, что кроме меня и пары человек ещё кто-то остался от нашего народа во всём Великом Астрале.

– Я понял, – кивнул Виктор Аристархович, возвращая Куб в исходное состояние. – Попробую решить этот вопрос в ближайшее время, после чего будем надеяться, что у тебя всё получится.

Глава 18.

Закрыв рольставни и активировав магическую сигнализацию, Джек Смит окинул взглядом торговый зал своей лавки, убедившись, что вокруг, как и всегда, идеальный порядок. После чего подергал ручку склада, чтобы проверить, не забыл ли её закрыть, и вышел в подсобное помещение, где был спуск на цокольный этаж – в его небольшую, но вполне уютную квартирку.

Насвистывая какую-то мелодию, он прошёл на кухню и загремел кастрюлями, собираясь приготовить себе поздний ужин.

Поняв, что тишина его гнетёт, Джек поставил в граммофон пластинку и запустил задорный джаз.

Стоило музыке загреметь на всю квартиру, как поведение алхимика резко изменилось – вечно хмурый и слегка рассеянный продавец, готовый торговаться за каждую копейку, исчез, зато появился собранный, готовый к бою хищник с внимательным взглядом.

Коснувшись медальона на груди, Джек запустил волну магии, глуша все электронные и магические следящие устройства, которые ему раз за разом устанавливают имперские спецслужбы, наивно полагая, что он не догадывается о тотальной слежке за собой. Выждав для порядка несколько минут, алхимик открыл дверцу холодильника и выкрутил лампочку, под которой оказался спрятанный миниатюрный рычажок.

Потянув рычажок, Смит сделал шаг назад и дождался, пока холодильник отъедет в сторону, открывая секретный проход.

Да, ему было непросто построить это всё буквально под носом у спецслужб Империи, но он не один год занимался контрабандой, прежде чем стал почти законопослушным продавцом алхимической лавки, поэтому справился в лучшем виде.

Шагнув в темноту, Джек безошибочно нащупал нужный ему кирпич и вдавил его в стену, открывая вторую дверь шлюза, за которой находилась просторная лаборатория. Настоящая лаборатория, а не та пародия, что находится на втором этаже, где он якобы готовит свои зелья на продажу.

Пройдя быстрым шагом через помещение, Джек открыл массивный сейф и достал оттуда пластину артефакта связи. Таких всего два в мире – один у него, второй у его брата, который сейчас находится в Нью-Анжелесе.

Ещё раз проверив с помощью магического импульса, что его никто не видит и не слышит, Джек нажал кнопку на артефакте и начал отсчитывать идущие из артефакта гудки.

– Ты охренел, братец, – раздался из артефакта сонный и ворчливый голос Джона Смита. – Ты в курсе, что у нас тут шесть утра? Я вообще-то сплю ещё!

– Переживёшь, – перебил брата алхимик. – Информация слишком важная, чтобы дожидаться, когда ты выспишься.

– Нашёл? – оживился его собеседник.

– Нет. Я сегодня встретил Георга!

– Какого ещё Георга? И ты ради этого… – проворчал Джон, но осёкся на полуслове. – Дэр Гассо? Что ОН тут делает?

– Очевидно, то же, что и мы, – подтвердил догадку брата алхимик. – И продвинулся он, похоже, куда дальше.

– Невозможно! Ты уверен, что это он?

– Двухметровый качок с вечно довольной рожей. Я эту самодовольную ухмылку узнаю из тысячи.

– И всё же, может, ты обознался? Мало ли есть ухмыляющихся амбалов. Российская Империя богата на уникумов.

– Ага, и здесь каждый второй на пальце носит перстень с гербом Астрального Флота, заказывает ингредиенты для ритуала связки и пытается продать крисы. Это он – ошибки быть не может.

– Он тебя узнал? – наконец спросил собеседник алхимика после долгой паузы.

– Вроде нет. Да и откуда ему меня запомнить – ему же плевать на всех вокруг! Когда этот ублюдок спалил по приказу этой твари нашу лабораторию, ему было фиолетово, выжил там кто или нет. Он просто развернулся и улетел, угробив труд всей нашей жизни. Поэтому даже если он и знал, как я выгляжу, он считает меня мёртвым. Ты не представляешь, как я сейчас хочу пойти и взорвать его к демонам!

– Успокойся, Джек, в открытую мы ему не ровня, и тягаться с ним один на один – не вариант. Но я что-нибудь придумаю. Как думаешь, насколько он нас опережает?

– Думаю, прилично. Если мы лишь догадывались, что одна из частей в старой Москве, то Георг, похоже, знает наверняка, где именно, и действует, как обычно, напролом. Я тут поспрашивал знакомых о нём, и выяснилось, что он появился тут несколько дней назад и сразу же пробился в спартанцы – это аналог экспедиционного корпуса конфедератов, – и умудрился уже получить титул и, вроде как, представлен к награде. Ты понимаешь? Он за неделю сделал то, на что нам потребовалось полгода. Кроме того, он объединился с Булатовым!

– Тем самым Булатовым? – напрягся Джон.

– К счастью, нет – с его младшим сыном, но где сын, там и отец.

– Я понял. Следи за Георгом, а я подумаю, как его переиграть. Он привык брать всё силой, а мы будем действовать хитростью.

***

Целых три дня прошло с того разговора с Зарубиной в подвале. Три дня лютейшей скуки. Стоянов уже избегать меня начал – настолько я достал его своим нытьём о том, что хочу получить задание. Вот серьёзно – стоит ему меня увидеть, как он резко меняет направление движения и куда-то сваливает. Как будто это я виноват, что на доске есть только дополнительное патрулирование и ничего хоть мало-мальски интересного или прибыльного. Я не спорю, патруль – это нужно и важно, но пусть этим занимаются те, кому по долгу службы положено. Я же предпочитаю охоту. Драйв! Риск!

Но монстры, блин, в округе словно вымерли. Даже какого-нибудь малюсенького пробоя не появлялось, не говоря уже о появлении кого-нибудь сильного или хотя бы интересного.

С одной стороны, это, конечно, хорошо – небольшая передышка в нескончаемой войне – это всегда в плюс, но с другой стороны создавалось впечатление, что вот-вот что-то грядет. И не только у меня. Полковник тоже что-то такое чувствовал, и потому инструкторы по его приказу с удвоенной силой гоняли бойцов на полигонах, а стены дополнительно укреплялись, делая и без того неприступную крепость ещё более зубастой.

К счастью, хоть какое-то развлечение у меня было – приехали мои первые официальные ученики, которых отобрали, чтобы я обучил их пробивать барьер. Как я понял, какие-то крутые инструкторы, которые, обучившись у меня, понесут мою науку в массы. В плане, станут обучать уже остальных солдат имперской армии. Весьма разумный подход. Зачем мне учить тысячу человек абы как, если я могу хорошо обучить десяток, а они уже, в свою очередь, обучат несколько тысяч каждый. Спасибо Зарубину за заботу о моём времени и нервах.

– Так, стоп, – поднял я руку, останавливая взъерошенных бойцов, что пытались пройти через мои магические ловушки. Их уже не по одному разу долбануло током, заставляя волосы вставать дыбом, но зато это очень действенный метод – не хочешь получить током, старайся лучше. – Вы сейчас словно пытаетесь подсмотреть в щёлку и запомнить расположение линий, но это так не работает. Я специально поставил вам ловушки, которые постоянно хаотично смещаются.

Да, я ради урока не поленился и изготовил десяток электрических магических мин, которые срабатывают, если задеть магическую нить, которую обычным взглядом не увидеть.

Сначала я хотел просто научить своих подопечных ровно тому, о чём меня просили – пробивать барьер с одного-двух ударов, но это оказалось не так-то просто. Попробуй попади в нужный узел, если ты этот узел банально не видишь. Поэтому пришлось слегка расширить программу и для начала обучить их всех видеть магические плетения. Но и тут всё оказалось не так просто.

То, что для жителей Астрала является повседневной нормой, тут считается тайнами за семью печатями, поэтому мне приходилось работать индивидуально с каждым из моих учеников. По несколько раз объясняя прописные истины и показывая на собственном примере и схемах, которые я от руки нарисовал.

Причём я не скажу, что они тупые или бесталантные, наоборот, каждый из них далеко не слабый маг и боец, вот только то, что я пытался до них донести, полностью переворачивало их представление о магии. Начиная с банального.

Например, местные были на сто процентов уверены, что маг способен оперировать только с внутренней энергией – той, что хранится в Источнике. То есть они даже не догадываются, что Источник можно использовать как мощный насос, который выкачивает окружающую энергию и тут же прогоняет её по каналам к точке выхода магии.

Также для них было величайшим открытием, что магию можно применять не только наружу, но и внутрь, накачивая своё тело энергией, чтобы стать сильнее и быстрее. Ну или глазастее, как в нашем случае.

Да, чтобы увидеть магические потоки и плетения, не нужно обладать каким-то особым даром или секретными знаниями – достаточно пустить энергию в глаза и настроиться на нужный спектр. В теории звучит легко, и когда доведено до автоматизма – тоже ничего сложного, но когда ещё день назад ты и не подозревал о такой возможности…

– Макс, не надо так напрягаться и пучить глаза. Это не поможет – ты не на унитазе! Егор, всё супер, ты теперь видишь магию, но, судя по тому, что ты спотыкаешься на ровном месте, ты не видишь больше ни черта. Снизь интенсивность. Кто-нибудь, оттащите близнецов в сторону – двойной удар током под синергией это мощно!

Глядя на тут и там дёргающихся от удара током учеников, я не мог не отметить, что прогресс всё же есть. Да, они всё ещё ошибаются иногда или теряют концентрацию, но по сравнению с тем, что было ещё вчера, разница как небо и земля. Ещё денёк, и можно будет переходить к следующей части обучения – непосредственно к барьерам и способам его преодолеть за пару секунд.

– Бухарев, Булатов, почта, – отвлёк меня от урока дежурный с КПП, протягивая два конверта. Егор обернулся к нему да так и замер, за что тут же поплатился ударом тока. Зашипев от боли, виконт отошёл за край площадки и спросил:

– А почему у него такая странная аура? – указал он на дежурного, который уже шёл к следующему полигону, чтобы отдать пачку писем тренирующимся там солдатам.

Взглянув вслед дежурному магическим взором, я удивился. Не виду ауры парня, а тому, что Егор смог это заметить. Хороший прогресс. Я бы даже сказал, отличный.

– Молодец, что заметил, – похвалил я друга. – Такая аура бывает у тех, кто долго копит в себе энергию. Либо засиделся, либо, что более вероятно, на пороге прорыва на следующую стадию.

– Офигеть, – пробормотал виконт. – То есть ты, получается, можешь даже без сложных и дорогих тестов находить магов и видеть, кто на грани прорыва?

– Скажу больше: если постараться, можно даже примерно определить стадию мага и увидеть его даже через препятствие, хотя последнее очень трудно сделать и против опытного мага не поможет, – ответил я. – Например, посмотри на меня. Что ты видишь?

– Ничего, – ответил Егор, пристально на меня посмотрев. – Словно ты камень.

– Вот именно. Потом научу, как скрывать свою ауру – против некоторых тварей весьма полезный навык. Ладно, не отвлекайся, – отложил я в сторону полученный конверт. – У нас ещё полчаса времени, прежде чем ловушки окончательно сдохнут – нужно провести их с максимальной пользой.

– И что, тебе совсем не интересно, что там внутри? – усмехнулся виконт, указывая на конверт с вычурной сургучовой печатью.

– В прошлый раз, открыв такой конверт, я застрял на полдня в бюрократическом аду, поэтому нет. До конца занятия мне не интересно. И тебе тоже, – забрал я у виконта его конверт и положил рядом со своим. – Ты уже продвинулся дальше остальных, поэтому задачу тебе усложняю – теперь направляй энергию только в один глаз. Будем учить тебя видеть одновременно в нескольких спектрах.

– Да я и так знаю, что там, – усмехнулся Егор, имея в виду конверт. – И бьюсь об заклад, ты будешь не рад.

После этого гад такой, не говоря больше ни слова, вернулся на полигон. Ну что за человек? Взял, раздраконил.

Плюнув на собственные слова, я разорвал конверт и вытащил оттуда сложенный пополам кусок картона, на котором был изображён герб Империи. Развернув эту открытку, я увидел всего одну строчку: «20 июля 21:00». И что это значит? Очередной вызов в администрацию? А как же полотно малозначимого текста и список документов, что мне нужно взять с собой? Решительно ничего не понятно – придётся спрашивать у Булатова.

– Егор, это что? – крикнул я, привлекая внимание виконта и показывая полученную открытку.

– Приглашение на приём к губернатору, – ответил мой ученик, ловко избегая магические нити, которые так и норовили подлезть ему под ноги. – Очевидно же.

– Это для тебя, может, и очевидно, а мне-то откуда знать об этом? А с какого перепугу меня вообще приглашают-то?

– Ну ты ж у нас теперь официально аристократ, вот и приглашают. Привыкай – тебе теперь постоянно будут приходить всякие приглашения, – ответил виконт, с лёгкостью проходя всю выстроенную мною полосу ловушек. – Это вроде как традиция и правила этикета. Можешь, конечно, не идти, но я бы не советовал отказываться. Губернатор у нас обидчивый и может расценить это как личное оскорбление.

– Не было печали, – проворчал я. – Давай, рассказывай, как это у вас тут делается? Правила, подарки там, я не знаю.

– Да правил никаких особо нет, – пожал плечами Егор. – Когда там приём?

– Завтра вечером.

– Ну вот, приедешь завтра туда, посветишь лицом, пообщаешься – и всё, собственно. Подарков никаких не надо – всё-таки не на праздник едешь, а на обычную вечеринку для своих.

– Ясно, – смирился я с тем, что ещё один вечер будет потрачен впустую. Хотя, правды ради, всё равно заняться нечем, а так, может, хоть на дуэль напрошусь – хоть какое-то разнообразие.

– Надеюсь, мне не нужно будет наряжаться в какой-нибудь нелепый традиционный костюм, парик и прочее? – на всякий случай уточнил я, на что Булатов рассмеялся, представив меня, видимо, в жабо.

– Нет, – сквозь смех ответил он. – Обычный костюм в рамках приличного. Ну и оружие возьми. Тебе придётся немало ревнивцев побить, ведь ты же без дамы пойдёшь, значит, будешь привлекать массу внимания.

– А ты типа с дамой? – решил я подколоть приятеля, но что-то пошло не так.

– Естественно! Я возьму с собой невесту. Кстати, если хочешь – она подружку позовёт какую-нибудь для тебя.

О как. У Егора, оказывается, ещё и невеста есть. И когда успевает? Он же постоянно в части.

– Нет, спасибо. Что-нибудь сам придумаю – чай не маленький, – отказался я от помощи Егора в вопросах поиска дамы на вечер. Подкинули мне геморроя, блин. Теперь ещё костюм искать где-то, оружие, подходящее для приёмов, спутницу… Блин, знал бы, что меня будет ждать подобная фигня – послал бы Зарубина с титулом подальше!

Ладно, история не терпит сослагательных наклонений – нужно отталкиваться от того, что имеем. Я барон, и у меня скоро намечается мероприятие, но нет ни костюма, ни положенных атрибутов. Да и мышление не аристократичное. Начну, пожалуй, именно с мышления.

Что бы сделал аристократ, оказавшись в такой ситуации? Напряг бы слуг! Слуги у меня по счастливой случайности есть, а вот способа связи с ними нет. Затык.

О, а это идея. Великие магистры меня, конечно, побьют, если узнают, для чего я использую астральную связь, но они где-то там, а я и мои проблемы – тут. Так, главное не перестараться.

– Наташа, это Георг, – послал я мысленный импульс девушке, которую недавно спас. Я буквально почувствовал, как она вздрогнула от неожиданности и, кажется, что-то уронила. Ну блин, надеюсь, ничего не разбила и не покалечилась.

– Георг? Я думала, ты меня заблокировал, – раздался в голове голос Натальи. А молодец девчонка. Талантливая. Сходу поняла, как пользоваться астральной связью.

– Только в одностороннем порядке, чтоб ты не лезла туда, куда пока рано тебе лезть. До некоторой информации ты пока не доросла, другая же для тебя может быть опасна.

– А ты, получается, в любой момент можешь влезть мне в голову и прочитать мысли и воспоминания? – недовольно засопела девушка. Вот же талантище! Даже я не могу настолько точно передавать эмоции.

– Я позже научу тебя, как блокировать связь, раз тебя это так задевает, – пообещал я девушке. – Но не сейчас. Сейчас у меня есть просьба – найди Диму и попроси связаться со мной.

– Ты запретил мне покидать комнату, – напомнила Наташа.

– Уже можно. Город не горит, вертолёты вокруг не летают, значит, всё хорошо, и пик кризиса миновал. Запоминай мои контакты, – после этого я продиктовал ей частоту своего компа и отключил связь, стерев пот со лба. Давненько я не пользовался таким способом общения, уже и забыл, насколько он прожорливый в плане энергии.

– Так, надеюсь, с помощью Димы вопрос с нарядом я решу – он тут хвастался, что может достать что угодно, вот пусть на практике покажет. А я займусь вопросом с оружием. Точнее, озадачу этим вопросом Нургалиева. Или Сидоренко, если мастер скажет, что не может мне помочь.

– Так, всё, хорош, – поднялся я со своего места и привлёк внимание своих охломонов. – У вас всё отлично получается. На сегодня хватит. Вот вам задание на дом: разделиться на пары, и пока один колдует какое-нибудь простое заклинание, второй зарисовывает на листке бумаги переплетение потоков. Потом меняетесь. Все свободны.

Да, немного вышел за рамки того, о чём меня просили, но если уж учить, то нормально. С этими знаниями они потом смогут с лёгкостью научиться не только пробивать барьеры, но и разбивать летящие в них заклинания, что тоже полезно в бою против монстров, которые не используют хитрости и обманки, а прут напролом. Хотя маги тут, судя по моим наблюдениям, недалеко ушли от этих монстров.

Отправив «учеников» отдыхать и переваривать полученные знания, я собрал с полигона разрядившиеся ловушки и направился в сторону мастерских. Но не прошёл я и половины пути, как меня окликнул Стоянов. Неужели появилось что-то интересное?

– Георг, ты на приём планируешь ехать? – спросил полковник, едва мы поравнялись.

– Офигеть, слухи быстро разлетаются тут, – покачал я головой. – Я ж только что открыл это письмо – когда успели растрепать-то?

– При чём тут слухи, – не понял полковник. – Со мной утром связался помощник губернатора и спросил, не на выезде ли вы с Булатовым и могут ли они пригласить вас на приём.

– А, так вот кто виноват в моих страданиях, – покивал я головой. – Могли бы сказать, что я покоряю Москву, и не пришлось бы мне выкручиваться с этим приёмом.

– Ой, да ладно тебе, – отмахнулся Стоянов, после чего слово в слово повторил то, что сказал виконт: – Посветишь лицом, поболтаешь с элитой, может, пару дуэлей проведёшь. Я, собственно, поэтому тебя и остановил. Мне тут птичка нашептала, что тобой начали интересоваться. Все пытаются пробить, кто ты такой и откуда взялся. Короче, помнишь, я обещал, что буду говорить с тобой прямо? Так вот, нельзя, чтоб те, кто тобой интересуется, поняли, что ты иномирец.

– Это ваша просьба или птички? – решил уточнить я.

– Общая. Многим может очень не понравиться, что император якшается с иномирцами и благоволит им. Тут всё сложно, но многие у нас предвзято относятся к гостям оттуда, – указал полковник куда-то вверх. – Да что скрывать – я первое время тоже относился к тебе с подозрением. Да и сейчас не на сто процентов доверяю, хотя и более-менее знаю тебя. А остальные… как бы это не привело к ненужным последствиям для тебя лично и для Империи в целом.

– Ясно. Политика, – скривился я. Хотя куда же без неё родимой. – Ладно, это я понял. От меня-то что требуется? Отыгрывать роль недалёкого дикаря? Открывать двери с ноги, кидаться в драку по поводу и без?

– Ну не перегибай, – покачал головой полковник. – Но общую мысль ты уловил верно. По легенде ты дикарь, который привык все вопросы решать силой. Без всех этих аристократических заморочек, словесных реверансов и прочего. Короче, будь собой и не болтай лишнего.

– Хорошо, я постараюсь, – заверил я полковника. По сути, его просьба мало что меняет. Даже упрощает мою задачу отчасти. Куда хуже было бы, попроси он меня, наоборот, отыгрывать роль утончённого аристократа. И пришлось бы отыгрывать – куда деваться. Всё же я ему ещё должен за то, что он не послал меня, когда я привёз в часть Старпома, хотя мог.

О, кстати, может завалиться на приём со своим питомцем? Вот все офигеют. Хотя нет, это уже перебор. За такое можно и по голове получить. Но вот сильно заморачиваться с одеждой и оружием мне уже не надо. Это для аристократов прийти на светский приём с боевым молотом размером с тебя – нонсенс, а для дикаря вполне приемлемо.

Ещё раз заверив полковника, что рушить придуманную им и птичкой Зарубиным легенду не стану, я свернул в сторону казармы. Раз у меня есть оружие – нужно его подготовить к выходу в свет. Тряпочкой там протереть от пыли, может, украшательств каких добавить типа светящихся рун, которые никакой пользы не приносят, но выглядят красиво. Дикари же любят всё блестящее и непонятное.

Уже перед бараками у меня на поясе сработал комм:

– Дмитрий барону. Дмитрий барону. Ваше благородие, приём!

– Барон Дмитрию. Приём, – ответил я своему новоявленному слуге.

– Георгий Павлович, Наташа сказала, что вы хотели со мной связаться. Приём, – почему-то по имени-отчеству обратился ко мне Дмитрий. Либо сам сейчас находится в компании и потому не может обращаться по-простому, либо предполагает, что я не один.

– Да, у тебя есть знакомый портной, который сможет за день пошить одежду под заказ? Приём.

Дмитрий молчал примерно минуту, видимо, перебирал в голове знакомых, чтобы найти того, кто подходит лучше всего.

– Есть один, но нужно снять мерки. Приём, – наконец ответил он.

– Встретимся у Юрия через час. Конец связи.

– Вас понял, ваше благородие. Конец связи, – ответил Дмитрий и отключился. Ну вот и замечательно. Ещё один вопрос, считай, закрыл. Итого, у меня есть оружие, почти есть костюм, осталось только решить вопрос с дамой, но тут тоже есть определённые наметки.

В очередной раз резко сменив направление, я пошёл в сторону выхода из части. Туда, где обычно дежурили таксисты. Вот, кстати, с транспортом, который доставит меня в резиденцию губернатора, тоже нужно что-то придумать. Интересно, если я попрошу Стоянова одолжить мне броневик или танк на вечерок – он согласится? Думаю, согласится просто прикола ради. Ну и чтобы ему потом в красках описали рожи других аристо, которые нас увидят на столь необычном для светских приёмов транспортном средстве.

Глава 19.

Да уж, пафосного прибытия к усадьбе губернатора, которая, как и все усадьбы аристократов Красногорска, находилась во внешнем кольце города, не получилось. Стоянов зажал танк. И броневик тоже. Как он сказал: «У меня и так каждая единица техники на счету, чтоб ещё всяких провинциальных баронов по приёмам развозить». Обидно, однако. Вот попросит он пойти на задание… Хотя кого я обманываю – если полковник попросит меня пойти на задание, я умчусь туда ещё прежде, чем он закончит рассказывать о его сути, а то вдруг передумает ещё и оставит сидеть в части. Но за отказ дать на время танк или хотя бы броневик всё равно обидно.

От аренды статусного автомобиля тоже пришлось отказаться по причине размеров этих автомобилей. Они длинные и широкие, но, зараза, такие низкие, что я в него просто не влез из-за своего роста. Как объяснил Дмитрий, эти автомобили специально делают такими приземистыми из соображений безопасности. Мол, низкую машину тяжелее перевернуть в случае нападения на кортеж, поэтому их делали из расчёта, что в них с комфортом помещается высокий по меркам этого мира человек (то есть примерно метр семьдесят), но при этом не чрезмерно высокими, в отличие от обычных автомобилей, которые менее защищены, но при этом выше. Поэтому на вечеринку я прибыл на обычном такси, пусть и класса «комфорт плюс».

Не без труда выбравшись из авто, я поправил слегка сбившуюся рубаху и протянул руку Наталье, чтоб помочь ей покинуть такси. Да, со спутницей я решил вопрос максимально просто – без обиняков заявил своей подопечной, что она сопровождает меня на приёме и отказ не принимается. Она, конечно, пыталась воззвать к моему разуму и заставить меня передумать, приводя аргументы, что она не благородная и ей не положено сопровождать аристократа, но все её доводы были в пух и прах разбиты одной фразой: «Я дикарь – мне можно». Железобетонная отмазка, на самом деле, которой можно объяснить что угодно. Вместо фрака на приём надел свободную шёлковую рубаху, на которой расстегнул две верхних пуговицы, чтоб не стесняла движения? Я дикарь – мне можно. Взял вместо обычного лёгкого оружия, которое аристократы носят на всякие балы, огроменный молот? Я дикарь – мне можно. Сотворил ещё какую-то дичь? Я дикарь – мне можно.

Чую, Дмитрию, который вызвался сопровождать меня на приём в качестве слуги, придётся сегодня выслушать от своих коллег немало всякого в мой адрес.

С Димой, кстати, тоже интересная ситуация получилась – сначала я планировал взять с собой Юру в качестве оруженосца, чтоб он стоял в сторонке и сторожил мой молот, пока он мне не понадобится (не буду же я таскаться с этой дурой весь приём), но тот категорически заявил, что хоть стреляй, но он не поедет, и выдвинул в качестве замены кандидатуру Димы. Я сначала хотел отказаться – всё-таки Дима помельче будет, и ему не так легко будет справиться с моим оружием, но тут выяснилось, что мой новоиспечённый слуга довольно подкован во всей аристократической теме.

На мой вопрос «Откуда?» выяснилось, что, оказывается, Дмитрий почти дипломированный дворецкий – учился в каком-то столичном университете, чтоб стать профессиональным дворецким на службе какого-нибудь аристократа. А почти дипломированный, потому что на последнем курсе на практике умудрился поцапаться с каким-то дворянином, и на этом его карьера дворецкого закончилась, даже не начавшись.

Дима рассказывал это неохотно, но в общих чертах я понял примерно следующее: когда он проходил практику, молодой аристократ в доме, где работал Дмитрий, начал домогаться до практикантки-служанки, причём внаглую – на глазах у всех. Дима не сдержался и дал ему в морду. Ему уже шили дело о нападении на аристократа, но вмешался ректор университета, и дело замяли, тем более что другие практиканты готовы были дать показания против этого наглого аристократа. В итоге всё решилось более или менее бескровно, но Дмитрию пришлось отчислиться и вернуться в родной город. Вот и получается, что знания есть, а работы нет, потому что ни один аристократ не возьмёт к себе на службу слугу, который может на него же наброситься с кулаками. Его просто другие аристократы не поймут. А я дикарь – мне можно.

Напомнив Диме, чтобы не забыл в такси оружие, я подал руку стесняющейся Наталье и направился в сторону входа в поместье, краем глаза наблюдая за своим оруженосцем, который пошёл в обход – через дверь для прислуги. У меня были некоторые сомнения на его счёт и по поводу того, что его пропустят, но охрана взглянула на вышитый на костюме Дмитрия герб моего рода, на точно такой же герб на рукояти оружия и без проблем пропустила слугу внутрь, сверившись со своим списком. Эдак что угодно можно пронести на приём, получается? Хоть пехотный резонатор, который по размерам сам как Дима? Хотя нет, думаю, с резонатором не прокатило бы – всё же в правилах чётко указано, что аристократ может с собой на приём брать только личное оружие ближнего боя. Ну а то, что его несу не я, а слуга… Ну, я слишком ленивый, чтоб самому таскаться с этой пудовой дурой. К тому же я дикарь – мне можно.

У нас с Натальей проблем с проходом тоже не возникло – охрана на входе даже не спросила приглашение. То ли узнали меня по описанию (двухметровый детина в городе всего один), то ли им просто было глубоко фиолетово, кто проходит внутрь.

Оказавшись внутри, я сразу же привлёк всеобщее внимание. Ещё бы – настоящая городская легенда. Дима со мной тут поделился слухами, и чего только в городе не говорят обо мне любимом. Каких только теорий не выстраивают вокруг моей личности. В одних – я великий князь из Восточной империи, которая, оказывается, простирается от Нижнего Новгорода до самой Японии, в других – я безродный наёмник, который едва выжил после невиданной волны монстров и несколько лет брёл на запад, чтоб найти убежище. Кроме того, есть слухи, что я агент, присланный шведами (понятия не имею, кто это – видимо, какой-то орден портных, судя по названию), и даже слухи, что я внебрачный сын императора. Короче, бред, но люди верят и роют землю носом, чтоб выяснить это наверняка и использовать в своих политических играх и интригах.

Все смотрели на меня как на какое-то диковинное животное, но подойти и заговорить со мной стеснялись. Или опасались. Вдруг я неадекват какой, который чуть что кидается в драку.

Осмотревшись по сторонам, я приметил знакомую вихрастую макушку и направился сквозь толпу к Булатову, окружённому стайкой девушек. «Смотрю, оклемался уже после утреннего занятия. А утром он получал немало».

Я сегодня решил научить своих подопечных тому, ради чего они, собственно, и собрались – пробивать барьер. С умением видеть переплетения магических линий они уже более или менее разобрались, поэтому я посчитал, что можно переходить к следующей части. И оказался прав.

Хватило всего одного объяснения и демонстрации, как мои ученики ухватили основную суть и с упоением начали лупасить друг друга на спаррингах. Стараясь максимально быстро пробить барьер друг друга или же за секунду накинуть новую защиту, если их барьер пробили. Егор с самого утра был какой-то рассеянный, поэтому и был неоднократно бит другими «учениками».

Раздвигая толпу, словно ледокол, я направился через весь зал к единственному знакомому лицу во всей этой толпе. Народу и правда было немало. Все такие важные, чопорные – так и тянет взять и отколоть какую-нибудь шутку, но, боюсь, тут даже фраза «Я дикарь – мне можно» не поможет, если на меня разом ополчится вся эта элита Красногорска, поэтому лучше не буду лишний раз отсвечивать. Другое дело, если кто-то сам начнёт нарываться – ну тут святое дать по мордасам – дикарь я, в конце-то концов, или нет?

– Привет, дружище, – хлопнул я по плечу виконта, отчего тот аж присел. – Смотрю, ты времени даром не терял и собрал вокруг себя самых прекрасных девушек города, – мимоходом отвесил я комплимент спутницам друга, отчего те заулыбались и начали стрелять в меня глазками.

– Друзья, а вот и тот, о ком я рассказывал, – развернулся ко мне Егор. – Прошу любить и жаловать – барон Бухарев Георгий Павлович и его спутница – обворожительная Наталья…

– Кирилловна, – подсказала Наташа, поприветствовав всех изящным книксеном.

– О, так это о вас рассказывал Егор? – оживилась пепельная блондинка с выдающимся бюстом, которую приобнимал за плечо Булатов – видимо, это и есть его невеста, о которой я узнал накануне. – Это же вас Георгий Павлович спас от болезни после укуса какой-то твари? Как это романтично – благородный красавчик спасает тебя в самый последний момент, а после предлагает стать спутницей жизни…

– Вы всё не так поняли, – покраснела Наталья. – Я всего лишь ученица Георгия Павловича.

– Да-да, конечно же, ученица – я неправильно выразилась, – рассмеялась девушка. – Ведь именно ученицам и дарят такие роскошные ожерелья, – указала она взглядом на серебряное колье с крисами – мой подарок новой ученице, чтоб у неё всегда был запас энергии на случай непредвиденных обстоятельств. – Я даже примерно не могу представить, сколько это стоит. Не поделитесь, Георгий Павлович? Если не секрет, конечно.

– Понятия не имею, – честно признался я. – Три серебряных ложки и горсть красивых камней.

– Так вы не только хороший боец и лекарь, но ещё и ювелир? Сколько же у вас талантов, барон? – восхитилась одна из спутниц моего друга. – Не удивлюсь, если слухи о том, что каждый житель Диких Земель обязан иметь несколько приручённых монстров, окажутся правдой.

– Некоторые слухи сильно преувеличены, – пожал я плечами.

– А другие, наоборот, приуменьшены, – раздался позади меня незнакомый мне голос.

Обернувшись, я увидел пожилого аристократа, опирающегося на трость. Когда-то он, скорее всего, был отличным бойцом, но годы берут своё, как ни крути. Уверен, у него и сейчас в рукавах есть пара колод козырей, вот только показывать их окружающим он явно не собирается без веской на то причины.

– Граф Самохин Павел Вадимович, – подсказал Булатов.

– Рад познакомиться, ваше сиятельство, – обозначил я полупоклон в сторону патриарха рода Самохиных.

– Ваше сиятельство, – произнёс граф, но, видя непонимание в моих глазах, пояснил: – У нас принято к графам и князьям обращаться «Ваше сиятельство».

– Приношу извинения, ваше сиятельство, – вновь обозначил я полупоклон. – Ещё не привык к вашим традициям. Надеюсь, я не нанёс вам серьёзного оскорбления и вы не вызовете меня на дуэль из-за этого?

– Ну что вы, молодой человек. Я всё понимаю – вы в наших краях всего неделю, и так быстро привыкнуть к новым реалиям не так-то просто. Да и к тому же я, как и вы, долгое время был спартанцем и знаю, что в рядах охотников нет титулов, поэтому довольно быстро привыкаешь к тому, что на поле боя все равны, и главный не тот, кому повезло родиться с высоким титулом, а тот, у кого больше боевого опыта. И на дуэль я вас поэтому вызывать не стану. Мне, безусловно, было бы интересно скрестить клинки с тем, кто в одиночку уничтожает монстров, на которых обычно собирают армии, но, увы, годы уже не те, – рассмеялся граф. – В моём возрасте, к сожалению, из развлечений осталась лишь рыбалка да изучение всякого диковинного. Однако, если вы всё же чувствуете за собой вину, могу я вас попросить об услуге? Можете уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени? Мне очень хотелось бы поговорить с вами и узнать вас поближе. Ведь нечасто мне выпадает такой шанс пообщаться с тем, кто всякого диковинного, я думаю, видел немало за свою жизнь, учитывая, откуда вы.

– Это меньшее, что я могу сделать в знак уважения заслуженному ветерану спартанцев, – согласно кивнул я, а сам подумал, что вот и полетели первые ласточки. Уж не о графе Самохине ли мне говорил Стоянов, когда просил вести себя как дикарь и всем своим видом показывать, что я родом из Диких земель?

Извинившись перед Егором и дамами, которые, поняв, что в ближайшее время им разговор со мной не светит, переключились на Наталью и начали её буквально засыпать вопросами о ней, обо мне, о нас и прочем (крепись, Наташа, знаю, что это выглядит как подстава, но на самом деле это часть обучения, чтобы ты научилась контролировать свои эмоции), я направился вслед за прихрамывающим на одну ногу графом.

***

Зарелия сидела в левитирующем кресле своего звездолёта и сосредоточенно просматривала линии вероятности. Нет, она не могла предсказать будущее – это никому не дано, но зато она вполне была способна просчитать, что случится, прими она то или иное решение, тем самым исключив самые негативные для себя варианты развития событий. Работа была сложной и кропотливой, ведь нужно было учесть множество факторов и оперировать миллионами переменных. Но потому её и называют одной из величайших древних, что она вполне была способна на это.

Раздавшийся в тишине писк входящего вызова заставил древнюю вздрогнуть.

– А, это ты, Карх, – облегчённо выдохнула Зарелия, увидев, кто именно просит аудиенции. – Проходи.

С этими словами древняя, не покидая своего кресла, усилием воли активировала телепортационную площадку, на которой уже через мгновение возник слегка взъерошенный полноватый древний, который в своём сверхпрочном скафандре выглядел несколько нелепо.

– Какие-то новости или просто скучно стало? – спросила древняя, убирая взмахом руки консоль перед собой.

– Одно другому не мешает, – усмехнулся Карх, по-хозяйски развалившись на свободном кресле и подзывая к себе робота-слугу.

– В общем, Лафис, похоже, из гонки выбыл, – решил не испытывать терпение хозяйки звездолёта Карх. – Его чемпион то ли помер, то ли очень близок к этому, поэтому Лафис заключил союз с Нимой. Думаю, Чара и Ном тоже долго соло не продержаться и скоро присоединятся к этому альянсу.

– Мы ожидали подобного, и, как я уже говорила, это не сильно помешает Георгу, – усмехнулась Зарелия.

– Ну как знать… – с сомнением протянул Карх. – Всё же их чемпионы не так уж и слабы. К тому же их четверо будет. Ну и у них фора целый год по сравнению с Георгом…

– Всё ещё считаешь, что я допустила ошибку, отправив Георга не сразу? – нахмурилась древняя.

– Не знаю, ошиблась ты или нет, но я не понимаю причин, и это несколько… обескураживает, – произнёс Карх, подбирая слова. Ему не хотелось злить подругу, которая, к тому же, может с лёгкостью превратить весь его флот в груду обломков меньше чем за четверть часа.

– Что тебе известно о Правилах? – неожиданно спросила древняя, глядя в глаза своему гостю.

– В общих чертах, – признался Карх, не понимая, к чему ведёт Зарелия.

– Все Правила строятся на одном базовом принципе – условное равенство претендентов.

– Да, поэтому нам пришлось ослабить Георга перед забросом, – помню… – кивнул Карх, но получил такой взгляд от хозяйки звездолёта, что поспешил замолкнуть.

– Этот принцип гласит, что старт у всех претендентов должен быть примерно равным, – продолжила Зарелия. – И, отправив Георга позже остальных, мы снизили его шансы, что дало нам возможность немного подкрутить настройки, чтоб уровнять условия.

– Крисы! – догадался наконец Карх, но тут же с сомнением добавил: – Но стоили ли они того? Какой смысл в этих кристаллах, если у Дэр Гассо нет доступа к рынку, где он сможет их сбыть?

– О-о-о, ты плохо знаешь Георга и на что он способен. С этими кристаллами он способен на такое… Когда он вспомнит обо всех их возможностях, а он рано или поздно вспомнит, мир содрогнётся.

– Если вспомнит, – поправил подругу Карх. – Ты извини, конечно, но в последнее время ты всё чаще ему стираешь память, и как бы не случилось так, что этим ты что-то повредила у него в голове – всё-таки люди хрупкие существа, а ты за последние сто лет сколько раз его обнуляла? Девять? Десять?

– Девять, – подтвердила Зарелия. – Но ты сам знаешь – я была вынуждена. Или ты хотел бы, чтоб старый Георг вернулся?

Карх в ответ на этот вопрос вздрогнул и нервно сглотнул. Уж он точно не хотел бы возвращения истинного Дэр Гассо. Да и никто в Великом Астрале этого не хотел бы. К счастью, большинство считает, что он мёртв, и потому спит спокойно, в отличие от Карха.

– Что там по Каллохорну? – неожиданно сменила тему Зарелия.

– Без изменений, – развёл руками Карх. – Иногда создаётся впечатление, что он вообще решил не участвовать в гонке.

– Это вряд ли, – усомнилась древняя. – Мой отец не мог пройти мимо этого события. Не столько даже ради приза, а просто чтоб не позволить мне его получить. Продолжай искать. И найди способ поторопить Георга – что-то слишком долго он там возится, уже неделя целая прошла, а от него ни слуху ни духу. Не похоже на него.

– И как ты себе это представляешь? – проворчал Карх, недовольный тем, что Зарелия опять хочет всё сделать за счёт его личной энергии, не потратив ни капли своей.

– Да как угодно – хоть пробой у него над головой открой, – главное, чтоб он понял намёк и начал наконец шевелиться. Всё, ступай, – придвинула к себе консоль древняя, давая понять, что аудиенция закончена.

Глава 20.

– Сам-то ты как считаешь, Вить?

– Честно, Фёдор Михайлович? Не знаю. Он точно знает этот артефакт и умеет с ним работать, поэтому грех не воспользоваться такой возможностью укрепить наши границы. Но в то же время он понятия не имеет, какое у него задание и что скрывается под ментальными блоками, которые, по его собственным словам, на него наложили.

– Сам-то он, может, и не желает нам зла, но так ли обстоят дела с тем, кто стоит за ним?

– Ты так и не ответил, стоит ли рискнуть или ну его к чёрту?

– Я бы предложил попробовать, – произнёс наконец Зарубин после минутного молчания. – Максимум, что он сделает, – доломает то, что и так не работает, но зато если починит – у нас станет на один работающий страж больше. А один страж – это несколько километров границы, сами понимаете.

– Понимаю, – кивнул император. – Заманчиво. А что по информации о Краевых? Хотя можешь не отвечать – и так знаю, что скажешь, что обойдётся…

– Да нет, Фёдор Михайлович, – покачал головой Зарубин. – Тут я как раз не против. Вряд ли он найдёт там то, чего не знает. Да даже если и найдёт упоминания о каких-то технологиях – без работающего образца в них не разобраться. Пробовали уже. А образцы в такой заднице, что даже говорить не хочется.

– Ваше императорское величество! – ворвался в кабинет глава СПАРТ – маршал Шатохин. – Ой, простите, не знал, что у вас тут занято, – попятился он к выходу.

– Всё нормально, Костя. Рассказывай. И давай без формализма. Что там?

– Да жопа, Фёдор Михайлович, – чего уж утаивать. Едва удержали четвёртую крепость, – устало произнёс маршал, который за эти сутки постарел лет на десять. – Мы перебросили сейчас туда резервы, но ребят потрепало знатно – это факт. Больше половины личного состава в госпитале с ранениями разной тяжести.

– Как так вообще вышло, Кость? Как вы могли проморгать орду? Это же не заяц.

– Прятались они очень уж хорошо. В подземных кавернах затаились твари. Боюсь даже представить, что было бы, если б мы не начали их целенаправленно искать. Тут нужно сказать спасибо вашему Бухареву, если б не его предупреждение о поумневших монстрах, то через год нас ждала бы такая задница… За эту неделю мы вскрыли больше десяти лёжек монстров, которые копили силы, непонятно для чего. У меня создалось впечатление, что есть какой-то неизвестный дирижёр, который заставил монстров скапливаться вдоль границы, чтобы однажды разом ударить нам в тыл и смести нас, словно цунами.

– Выходит, наш гость умудрился всего за неделю как минимум дважды спасти Империю, – задумчиво произнёс император, барабаня пальцами по столу. – Информация по той твари класса «бедствие» ведь подтвердилась?

– Да, – кивнул Зарубин. – Мы нашли останки, анализ которых показал, что тварь, которой они принадлежали, живёт уже не одно тысячелетие.

– Ну вот, уже дважды нам помогает, а награды нет. Нехорошо. Вот что, Вить, это твой подопечный, поэтому тебе и карты в руки – подбери какой-нибудь участок земли и даруй от моего имени.

– Погеморройней? – уточнил на всякий случай особист.

– Ну совсем уж в жопе мира не нужно – пусть будет в окрестностях Красногорска, но да, можешь дать какой-нибудь проблемный участок. Грех будет не воспользоваться способностями этого Бухарева и не заткнуть им какую-нибудь дыру в обороне Империи. И не жадничай – пусть надел будет большим, всё равно земли у нас больше, чем желающих её защищать. Всё, иди.

– Вас понял, Фёдор Михайлович, – поднялся со своего места Зарубин.

– Ну а с тобой, Костя, давай думать, как укрепить границы и где искать этого дирижёра. Не нравится мне вся эта ситуация. Очень не нравится.

***

По пути к зоне переговоров, как я для себя обозначил уголок, где стояли мягкие диванчики, на которых можно было посидеть и поболтать, я заметил ещё несколько знакомых лиц. Вот промелькнул сын графа, который как-то недовольно посмотрел то ли на меня, то ли на своего отца. Не, ну его можно понять, как и его нелюбовь ко мне – всё-таки сложно хорошо относиться к человеку, который несколько дней назад на глазах у всех отдубасил тебя бревном.

– Вот рядом с ним стоит его секундант – тот самый Никитин, что, по словам Дмитрия, правая рука самого графа. А заодно, похоже, по совместительству что-то вроде телохранителя – вон как зыркает по сторонам, выискивая малейшую угрозу для сына своего господина.

А вон у стола с задумчивым видом стоит и смотрит на меня Смит – алхимик из лавки. Интересно, он-то каким макаром на эту вечеринку затесался? То ли сопровождает кого-то, то ли губернатор пригласил не только аристократов, но и просто значимых для города людей, а один из лучших, по слухам, алхимиков города к таковым точно относится.

Кивнув алхимику в знак приветствия, я уселся на самое широкое кресло и выжидающе посмотрел на графа, который занял место напротив меня, после чего активировал артефакт полога тишины – смотрю, подобные вещицы тут пользуются большим спросом.

– Я так понимаю, вы тоже хотите высказать мне претензии по поводу вашего родового клинка? – нарушил я молчание, устав ждать, когда же Самохин заговорит.

– О нет, что вы, – усмехнулся граф. – Вы верно сказали моему сыну – не каждый род может похвастаться тем, что их родовым оружием сразили могучего монстра. За это я вам, кстати, благодарен. Да, ситуация вышла неоднозначная, но никаких претензий с моей стороны к вам нет – я всё понимаю. Мы все были на взводе в тот момент, поэтому некоторые наши действия не вполне логичны и даже приличны. И раз уж вы сами начали разговор именно с этого эпизода, то мне хотелось бы узнать – как же вам всё-таки удалось справиться с «восьмёркой», имея в руках один лишь меч? Только не говорите, что это случайность и везение – я видел вас в этот момент. Вы точно знали, что делаете, и на удачу точно не полагались.

– Ну да, это было бы глупо и неуважительно – утверждать, что мне повезло, – подтвердил я догадки Самохина. – Я знал наверняка, что мне это под силу, поэтому и бросился в ту бездумную, на первый взгляд, атаку. Я полагался на артефакт, который был у меня с собой, и, как видите, не прогадал.

– А что за артефакт, если не секрет?

Да уж, врать в глаза заслуженному ветерану, конечно, нехорошо, но на что только не пойдёшь ради полковника, его дружка и императора, поэтому начинаем импровизировать и писать сочинение на тему: «Как я провёл это лето». Главное – не завраться. Самохин, судя по всему, прожжённый интриган, который запросто раскусит меня, если я начну путаться в своих же словах.

Ты ощущаешь смутную угрозу.

Так, Иса, ты это к чему? Это мне типа нужно аккуратней подбирать слова или ты имеешь в виду, что скоро что-то случится? Молчит, зараза! Ладно, будем считать, что оба варианта верны, поэтому буду думать, что говорю, и заодно следить за обстановкой.

– Никакого секрета нет, – пожал я плечами. – Как вы, наверное, слышали, я прибыл сюда с юга. Если точнее, то с южного моря.

– Каспийского? – решил уточнить Самохин-старший.

– Да, именно так вы его и называете, мы же просто зовём его Морем, – подтвердил я. – Раньше я был капитаном корабля, входящего в патрульный флот. Это что-то вроде спартанцев, только на воде – защищаем берег от тварей, прущих из воды. Работа не самая безопасная, но волков бояться – в лес не ходить.

– Как вы, наверное, знаете, – продолжил я, отхлебнув из бокала коктейль, который любезно принёс курсирующий меж гостей слуга, – морские твари несколько опасней наземных, потому что они крупнее и сражаться в воде им проще, чем нам. Поэтому, чтобы уравнять шансы, каждый капитан получает в своё распоряжение особый артефакт, который может усилить как его, так и его соратников. Мы становимся сильнее, быстрее, живучее, если можно так сказать. Своего рода боевой стимулятор, только без побочных эффектов вроде привыкания или отравления организма. Хотя если перестараться, можно и калекой остаться после использования этого артефакта, поэтому лишний раз, без крайней нужды, мы стараемся их не использовать. Вот именно с помощью такого артефакта и вашего фамильного меча, конечно же, я и одолел ту тварь, которую в наших краях называют «курос».

– Очень интересно, – хмыкнул Самохин. – Могу я взглянуть на этот артефакт? Простите мою невежливость, просто я страсть как люблю всевозможные артефакты. Одно время даже пробовал себя в роли артефактора, но успехов, увы, не достиг.

Блин, он мне, похоже, не поверил. Надо было рассказать про стимуляторы, которыми я был якобы напичкан по самые брови, но слово уже сказано, поэтому придётся продолжать гнуть эту линию и выкручиваться как-то.

– К сожалению, не получится, – развёл я руками. – Артефакт был уничтожен. Бывает такое, когда не рассчитаешь и хапнешь из него сразу много энергии. Я сам чудом выжил после такого.

– Досадно, – покачал головой граф. – Это, думаю, невосполнимая потеря для вас.

– Ну да, по голове за такое не погладят, – сокрушённо вздохнул я. – Когда вернусь домой, наш глава мне весь мозг выест – это факт.

– А вы рассчитываете попасть домой? – удивился Самохин. – Как же вы планируете это сделать? Расстояние-то тут немаленькое, и вся дорога лежит через дикие места. Нужна целая армия, чтобы добраться до Каспийского моря. Хотя можно попробовать договориться с турками, чтобы они пропустили через свои земли, но тут не угадаешь, какую цену они за это запросят – может статься так, что армию собрать выйдет дешевле.

– Ну да, будет непросто, – согласился я, думая при этом, что я так и не придумал, с чего мне начать выполнение поручения Зарелии. – Но что-нибудь придумаю. Не торчать же мне тут до старости. Вы не подумайте, мне нравится Империя, но тут я всего лишь гость, хоть и почётный, а дом – всё же это дом.

– Согласен. Дома всегда лучше, чем в гостях, – покивал Самохин. – А обратно порталом не получится? Тем же способом, что прибыли? Жаль. Но появление ваше, должен отметить, было эпичным, – позволил себе улыбнуться хитрожопый граф. – Запоминающимся. Не поделитесь, как так вышло, что вы вывалились из портала совершенно голым?

Рассказать ему прикола ради, что пообещал засунуть ботинок в задницу, по сути, богу? Хотя нет, не поймёт. Нужно что-то придумать, чтобы звучало не как бред. Хотя фраза «Появился из портала голый» уже звучит как бред, если уж на то пошло.

– Меня тревога застала, когда я собирался принять ванну, – ляпнул я первое, что пришло в голову. – Только разделся, как произошло нападение. Миграшка появилась. Единственное, что успел надеть впопыхах, – это ботинки. И то один слетел, пока я бежал к пробою. А когда уже нырнул в пробой, оказалось, что это портал, который и привёл меня к вам.

– И что, даже оружие не взяли, прежде чем прыгнуть в пробой? Вы отчаянный молодой человек, – усмехнулся Самохин. – Да уж, похоже, не верит. Ну и ладно – уже не переиграть. Хотя, судя по вашему поединку с Витькой моим, оружие вам не особо-то и нужно – вы можете первый попавшийся под руку дрын превратить в грозное оружие. Вы, кстати, поэтому ищете наследие Краевых – чтоб лучше понимать артефакторику?

– И да, и нет, – пожал я плечами, радуясь, что граф решил сменить тему. – Да, кое-что в артефактах я понимаю и умею – жизнь заставила, но до легендарного рода мне ещё учиться и учиться. Тут скорее я себе соломку подстилаю – если начальство начнёт меня сильно кошмарить из-за потерянного артефакта, я хотя бы смогу сказать, что всё не зря, и вот вам информация про артефакторов прошлого.

– Разумно, разумно, – согласился со мной Самохин. – А ведь я тоже интересовался всю жизнь этим знаменитым родом. Даже собрал неплохую коллекцию документов касательно их деятельности. Поэтому, если у вас будет желание, жду вас в гости. Поделимся, так сказать, информацией друг с другом – вы мне расскажете, что знаете вы, я расскажу, что знаю я, – глядишь, и приоткроем совместными усилиями завесу тайны их процветания и падения.

О как. Неожиданно предложение. Что же за игру ты ведёшь, старый хрыч? То, что он мне не поверил ни на йоту – тут к бабке не ходи. Графу явно что-то от меня нужно, отсюда и проверка с этой нелепой дуэлью. Да, это была именно проверка – я глазастый и вижу, что Самохин-младший себя ведёт сейчас совсем не так, как в нашу прошлую встречу. Нет того вспыльчивого дурачка, зато есть собранный и внимательный будущий глава рода. Наша стычка была спектаклем для одного зрителя – для меня. Вопрос: для чего всё это? Почему нельзя было меня сразу пригласить в гости и нормально поговорить? Боялись, что я откажусь? Да нет, бред – кто в здравом уме откажется от визита к одному из самых влиятельных людей в городе? А, ну да, я мог бы отказаться, если б мне это не нужно было или как-то мешало бы моим планам, но это если знать мою подноготную. А если воспринимать меня как дикаря? Дикарю предложи стеклянные бусы, и он уже готов выбивать чечётку под незатейливый ритм. По крайней мере, большинство «цивилизованных» считает именно так. Сложно это как-то всё, все эти интриги.

– С удовольствием приму ваше приглашение, – с почтением склонил я голову. – Всегда мечтал побывать в доме богача с богатой историей.

– Ну, значит, на этом и остановимся, – кивнул граф. – А сейчас вам, похоже, лучше вернуться к друзьям – кажется, барон Луганов слегка перебрал, и скоро у вашей спутницы могут возникнуть трудности.

Посмотрев в сторону, где остались Егор и Наталья в компании невесты виконта и её подружек, я заметил столпившихся людей, которые о чём-то спорили на повышенных тонах. Похоже, Самохин прав, поэтому, извинившись, я откланялся и поспешил к столпотворению.

– Булатов, не лезь – к тебе и твоему роду у меня претензий нет, – успел я застать скандал в самом разгаре. Коротышка с крысиным лицом (хотя справедливости ради, для меня они все тут коротышки) стоял напротив Егора и разве что пену изо рта не пускал. – У меня претензии исключительно к ней и к тому болвану, который посмел притащить простолюдинку на приём, – ткнул он пальцем в Наташу, которую уже потряхивало, но не от страха, а от переполнившей её ярости. Ох, приятель, ты даже не представляешь, насколько тонкий лёд у тебя сейчас под ногами. Нужно вмешаться, пока тут не началась кровавая резня.

– Егор, вот ты же образованный человек – скажи-ка мне вот что, – громко произнес я, подходя к собравшейся вокруг скандалиста толпы. – Человек который люто ненавидит негров, азиатов и прочих цветных – это расист, а как называется человек, который из-за скудного ума считает людей другого социального статуса хуже?

– Э-э-э. Нет такого слова, – немного опешил от моего вопроса Булатов, но быстро сориентировался: – Можешь сам придумать.

– Мудак – пойдет?

– Ну, вообще это слово занято, но думаю конкретно в данном случае вполне можно его использовать, – сделав вид что задумался ответил Егор, едва сдерживаясь чтоб не заржать.

– Вот и ладненько. Наташ, не стоит устраивать тут кровавую баню из-за какого-то мудака, – сурово посмотрел я на ученицу, от чего та вздрогнула и как по волшебству успокоилась, притушив свою ауру, от которой даже у меня волосы дыбом встали. – Пойдем лучше попробуем чем тут кормят.

– Ты кто еще такой? – прошипел побагровевший крысолицый.

– Я тот, к кому у тебя претензии, но так как я со всякими мудаками не общаюсь – можешь засунуть их себе в задницу, – лучезарно улыбнулся я. – Бывай.

После этого я с такой силой хлопнул его по плечу, что его аж перекосило. Надеюсь не сломал ничего ему. Хотя даже если и сломал – сам виноват.

Демонстративно повернувшись к хаму спиной, я взял под руку Наталью и повел в сторону столов.

Мы успели пройти всего шагов пять, когда у нас за спиной раздался возмущенный гомон и предупреждающие крики, а в следующий момент я почувствовал сгусток магии, направленный нам в спину. Причем целились не в меня, а в Наталью. Я едва успел прикрыть ей спину рукой, как в нее прилетела огненная стрела. Не искра, а именно стрела – мощное боевое заклинание которое мгновенно просадило наложенную мною на всякий пожарный защиту, после чего начало прожигать уже мою руку. В воздухе запахло гарью, но к счастью силы заклинания не хватило чтоб прожечь мою руку насквозь и вонзиться в спину мой ученицы.

Едва сдержавшись чтоб не взвыть в голос, я, действуя на полном автомате, направил энергию в раненную руку, буквально отсекая ее остальной нервной системы, чтоб не сойти с ума от боли, после чего демонстративно затушил второй рукой загоревшуюся рубашку и обернулся к толпе позади меня.

Глава 21.

Не знаю, что этот крысомордый увидел в моём взгляде, но он попытался сбежать. Вот только кто ж ему даст – Егор хоть и выглядит хлюпиком, но хватка у него будь здоров – как у бульдога. Проще его самого поднять и унести, чем вырваться из его цепких рук.

Оторвав обгоревший рукав, чтобы не болтался лохмотьями, я направился к побледневшему хаму.

– Как думаешь, Егор, – громко спросил я, чтобы слышали все, – нападение с применением магии – это достаточно веский повод, чтобы вызвать на дуэль?

– Скажу больше – это достаточно веский повод, чтобы объявить войну, – раздался сбоку неизвестный мне голос. Обернувшись, я увидел губернатора собственной персоной, который не мог не заинтересоваться происходящим в его доме. Хорошо, что я перед приёмом не поленился и посмотрел в сети, как он выглядит, иначе принял бы этого шарообразного человека за повара, а не за главу региона.

– Но согласен – воевать – это достаточно хлопотное занятие. И бесполезное в случае с бароном Лугановым – у них просто нечем выплачивать репарации, поэтому куда проще вызвать на дуэль и там прихлопнуть, как бешенную собаку. Я готов лично засвидетельствовать перед императором, что это было правомерно, и вам никто слова против не скажет. Наоборот, поблагодарят даже – род Лугановых давно напрашивается на это, – продолжил меж тем губернатор, глядя прямо в глаза Луганова. – Ну так что, Никита Петрович, вы согласны на дуэль? Или вы можете только языком молоть и бить в спину?

– Дуэль с применением магии! – выпалил барон. Не знаю, на что он рассчитывал. Думает, что в магии сильнее меня? Или надеется, что я после ранения не смогу полноценно сражаться? В любом случае его ждёт сюрприз. Неприятный.

Чтобы не смущать присутствующих на приёме дам (да и мужчин тоже, если уж на то пошло), я не стал снимать свою рубашку, лишь оторвал второй рукав, чтобы не стеснял движения (блин, три сотни рублей улетели в трубу – такими темпами я на одну только одежду и буду тратить весь свой скромный доход, а мне ещё слугам надо что-то платить. Засада) и нарисовал собственной кровью вперемешку с сажей несколько рун прямо на рубахе. Барьера у меня нет, поэтому приходится как-то выкручиваться.

Закончив свои нехитрые приготовления, я дал отмашку Дмитрию, который уже приготовил моё оружие и ждал лишь моего сигнала. Да уж, глаза Луганова, когда он увидел, чем именно я буду сражаться, бесценны. Да и не только он прибалдел, но и зрители, которые начали собираться вокруг. Но если зрители смотрели на эту пудовую дуру с уважением, то барон явно молился всем своим богам, чтобы я понял, что одной рукой я не справлюсь, и отказался от этой затеи. А вот фиг ему – дури у меня с избытком.

Даже губернатор, который далеко не боец, уважительно присвистнул при виде того, с какой лёгкостью я поднял кувалду и взмахнул ею в качестве разминки.

Выходить, к счастью, никуда не пришлось – нам прямо в банкетном зале за несколько минут устроили дуэльную площадку, сдвинув столы и окружив небольшой пятачок трёхметрового диаметра антимагическим барьером, чтобы заклинания случайно не задели зрителей.

И вот мы стоим друг напротив друга на «арене» и ждём сигнала от губернатора. Нет ни секундантов, ни договорённостей – только два бойца и толпа притихших зрителей, что во все глаза смотрят на нас, боясь упустить хоть мгновение поединка. Я прямо чувствовал, как боится Луганов. Внешне он пытался выглядеть спокойным и уверенным в себе, но бегающий взгляд выдавал его с потрохами. Убивать его, конечно, я не собирался – не стоит он того. Пересчитаю ему рёбра, сломаю парочку костей и хватит с него, но он-то этого не знает. Вот и боится.

Вы чувствуете нависшую угрозу.

Опять ты, Иса? Я ничего не чувствую. Даже азарта. Но просто так ты бы мне не стала этого говорить, значит, есть причина. Луганов задумал какую-то пакость? Вполне возможно. Или ты вообще не о нём говоришь? Молчишь, зараза? Ладно, будем ориентироваться по ходу дела.

Сделав глубокий вдох, я почувствовал сладковатый привкус, после чего меня едва заметно повело в сторону. Не понял. Это ещё что за новости? Вот же падла! Теперь понятно, что он там магичил – отравить меня решил. А я всё пытался понять, что за плетение он там готовит.

Собрав энергию, я пустил её по каналам, пытаясь их прочистить от наведённой магии, но сделал только хуже. Создавалось такое чувство, что этим своим действием я лишь ускорил отравление организма, от чего в голове появился шум, а в глазах начало двоиться. И тут меня осенило – это не магия, это алхимия. Какой-то газ или что-то типа того. И чем больше я его вдыхаю, тем слабее я становлюсь. Хитро, хитро. Но на каждую хитрую гайку…

Придумать до конца контрмеры я не успел – прозвучал сигнал к началу поединка, и мне пришлось действовать максимально быстро.

Задержав дыхание, я сместился в сторону, выходя из огненной ловушки, которую Луганов развернул прямо у меня под ногами, пока мы ждали отмашку от губернатора, и ринулся в сторону барона, выставив перед собой молот.

Крысомордый, как я и ожидал, сразу же швырнул в меня сгустком огня, рассчитывая, что я попытаюсь отскочить и вляпаюсь в другую ловушку, вот только я не собираюсь играть по его правилам. Да, в глазах у меня двоится, и я едва соображаю, что творю из-за отравления, но я всё ещё не беспомощен и способен попасть по плетению, чтобы разбить его без ущерба для себя. К тому же организм уже начинает очищаться, поэтому мне нужно продержаться всего минуту, пока подобранная мною связка не прочистит мозги, и я не смогу драться в полную силу (ну, не считая того, что я, по сути, однорукий – у меня не настолько мощная регенерация, чтобы вернуть нормальный облик прожаренной до кости руке за пару минут).

Поднырнув под очередной поток огня, направленный мне в лицо, я наотмашь ударил барона, сбивая его с ног и, кажется, что-то ему ломая. Всё – дуэль можно считать оконченной. Луганов уже не боец. Это не остросюжетный фильм, где двое молодцов час лупят друг друга стальной трубой и на них ни кровиночки – в реальном бою всё решается, по сути, одним ударом и меньше чем за минуту. Мне достаточно сейчас сделать всего один удар, и в Империи станет на одного аристократа меньше, но делать этого я, естественно, не буду. Он мне прожёг руку, я ему сломал ногу – мы квиты. К тому же у меня появилась цель поинтересней, чем этот трусливый барон.

– Повезло тебе, что я не убиваю без веской на то причины, – произнёс я, пинком выкидывая скулящего от боли барона из дуэльного круга, после чего обернулся в сторону губернатора, замахнулся своим молотом и запустил его в полёт над головами гостей. Прямо в появляющуюся из пробоя крылатую тварь, предсмертный визг которой прозвучал как музыка для моих ушей.

В первую секунду губернатор и остальные зрители были шокированы моей выходкой. Ещё бы – ведь для них это выглядело так, словно я слетел с катушек и метнул оружие именно в них, лишь чудом промахнувшись и никого не задев. Но когда раздался визг твари и клокотание её товарок, до гостей приёма начало доходить, что происходит.

Буквально за несколько секунд у них на лицах отразился весь спектр эмоций – страх, паника, осознание и решимость.

Да, такого раньше, похоже, не бывало, чтобы прямо посреди бала открылся пробой и из него полезли туманные твари, но нужно отдать должное – имперцы быстро сориентировались и начали действовать. Пусть не как единый организм, но всё равно более или менее слажено. Видимо, сказывается то, что каждый аристократ, вне зависимости от положения в обществе, обязан отслужить минимум год в имперской армии, где их готовят именно для таких ситуаций – внезапного нападения монстров. Суровая страна с суровыми правилами, которые, тем не менее, позволяют ей до сих пор существовать.

Не знаю, проводят ли тут какие-то учения, вроде плановой пожарной эвакуации, но охрана поместья действовала грамотно и без суеты. Меньше чем за минуту элитные бойцы выстроили живую стену между монстрами и гостями, принимая все удары на щиты и барьеры, чтобы не способные сражаться гости могли отступить, а маги подготовиться к бою.

Возможно, хватило бы и одной только стражи, чтобы остановить натиск монстров, вот только не прошло и минуты, как сверху дыхнуло концентрированным Туманом, после чего часть потолка обвалилась и вниз со второго этажа начали спрыгивать новые твари – гигантские трёххвостые крысы, которые, едва успев приземлиться, начали обстреливать гостей сгустками какой-то ядовитой дряни.

Вечер перестаёт быть томным.

Подхватив с пола меч Луганова (всё равно он ему в ближайшее время не понадобится), я ринулся наперерез крысам, отвлекая их на себя. Не самый удобный противник для меня – приходится чуть ли не вдвое сгибаться, чтобы достать эту мелочь своим коротким оружием, но других вариантов нет. Если эти твари доберутся до беззащитных девушек – быть беде.

Я мог бы сказать, что сражался аки лев, ловко лавируя между тварями и вселяя ужас в их сердца, но по факту – двигался как беременная корова на льду: неуклюже и жутко медленно. Не знаю, чем меня приголубил Луганов, но даже после всех моих манипуляций с потоками энергии и попыток очистить организм, в голове у меня всё ещё стоял туман. Забористая вещь – нужно будет спросить рецептик, если мы оба выживем в этой мясорубке, которая тут развернулась с приходом новых монстров.

В какой-то момент я вообще умудрился неуклюже наступить на какие-то потроха и едва не растянулся на полу, буквально ужом извернувшись и кое-как удержавшись на ногах. Правда, этот незапланированный кульбит спас мне жизнь, но всё же поскользнувшийся Георг звучит как начало анекдота.

– Смотри, куда стреляешь, остолоп! – рявкнул я горе-стрелку, который случайно всадил мне в спину половину обоймы автомата – едва защиту мне не пробил и не наделал новых дырок в моей тушке. А ведь не поскользнись я – могли быть хуже, и все эти снаряды прилетели бы мне по голове, а там-то у меня защиты нет. Вот умора была бы, расплескай я свои мозги по паркету.

Распинывая грызунов направо и налево, словно заправский футболист, я с упорством носорога пробивался к стоящим поодаль Егору и Наташе, прикрывавшим стайку напуганных девушек, пока неожиданно не упёрся лбом в прозрачную стену.

Сначала мне показалось, что это очередной фортель от монстров, и я уже собирался проломить этот барьер, когда до моего отравленного мозга дошло, наконец, что это не твари постарались, а Наталья усвоила-таки мой урок, который я преподал ей, пока мы ехали на приём, и вовсю пользовалась своей силой. Молодец, девчонка – всё схватывает на лету. Вон какой барьер поставила без подготовки. Чую, пройдёт годик-другой, и она станет сильнейшим магом если не во всём мире, то в Империи точно.

Что ещё более поразительно – моя ученица сама сообразила, как сделать барьер односторонним, чтобы снаружи к ним никто пробиться не мог, но при этом Егор мог без проблем атаковать тварей магией. Умница!

Но всё это полумеры. Если не закрыть пробой, скоро тут соберётся столько тварей, что никакой энергии не хватит, чтобы их сдержать. И заняться этим, похоже, придётся именно мне – все остальные заняты.

Посмотрев по сторонам, я заметил Дмитрия, который мало того что довольно неплохо орудовал подобранным где-то мечом и отбивался от тварей, периодически выскакивающих на него, так ещё и тащил мой молот. А ведь он даже не одарённый. Везёт мне находить отбитых на всю голову людей.

Отшвырнув от себя очередную надоедливую тварь, я, словно ледокол, направился навстречу своему слуге, нещадно давя всех, кому не повезло попасть мне под ноги.

– Ты где так железкой махать научился? – спросил я у Дмитрия, когда мы добрались друг до друга. Забрав свой молот и отдав ему оружие Луганова, которое всяко лучше той ковырялки, что он подобрал неизвестно где, я нанёс на одежду Димы несколько защитных рун и запитал их от криса, который подобрал тут же.

– В юности с ролевиками много общался, – ответил парень, с трудом перекрикивая стоящий вокруг грохот и гвалт – всё же поле боя не лучшее место для бесед, собеседника не слышно. Поняв, что мне это ни о чём не говорит, он пояснил: – Это те, кто играет в войну и сражаются с выдуманными монстрами. Если утрировать.

– То есть вам мало настоящих монстров, и вы сражаетесь с выдуманными? – покачал я головой. – Видимо, я что-то не понимаю в этой жизни.

– Настоящие могут и сдачи дать, а выдуманные – нет, – философски ответил Дмитрий. И ведь не поспоришь же.

– Вот серьёзно – лучше б в армию пошёл, толку и то больше было бы.

– Так не взяли, – развёл руками Дмитрий. – Я хотел и даже готовился лет с восьми, но дара нет – гуляй лесом.

– Ладно, чёрт с ними, с ролевиками твоими, или как они там называются. Нужно закрыть пробой, иначе нас просто сметут. И сделать это нужно быстро. Наташа, конечно, молодец, но надолго её не хватит – ещё минут двадцать, и она просто отключится от перерасхода энергии.

Я бы на твоём месте поспешила.

Что-то Иса сегодня излишне разговорчива. Обычно она молчит и не вмешивается, кроме случаев, когда ты попадаешь в какой-то глобальный замес или если кем-то нарушается баланс. Ни то ни другое не предвещает ничего хорошего, поэтому лучше прислушаться к моей давней «подруге» и поспешить.

– За мной! – кивнул я Дмитрию, как-то даже не задумываясь, что он вроде как не боец, а обычный работяга с завода, который по странному стечению обстоятельств попал в мою компанию (спишу это на то, что я на тот момент ещё не отошёл от отравления и больше полагался на инстинкты, чем на разум – меч в руках держит, значит, боец, и не колышет).

Да и Дмитрий тоже хорош – вместо того чтобы осадить меня и сказать: «Георг, ты берега не попутал – я как бы гражданский», сжал покрепче оружие и поспешил за мной к лестнице на второй этаж. Почему именно туда? Ну, я, видимо, посчитал, что раз монстры валятся нам на голову, значит, пробой этажом выше, и у меня даже на минутку не возникло сомнений, а ведёт ли эта лестница туда, куда надо?

Как оказалось – не ведёт.

Да, пробившись через живой ковёр монстров, мы поднялись-таки на второй этаж, вот только оказались не в том крыле поместья. И что делать? Возвращаться и искать другой путь? Эдак можно и до вечера провозиться, поэтому, плюнув на рамки приличия и возможные претензии от хозяина особняка, я пошёл напролом, снося двери и стены перед собой, словно они из бумаги. Хорошо, когда ты сильный, а в руках у тебя гигантская кувалда, которой без разницы, что крушить – кирпич или череп врага.

Мне пришлось пробить три стены и выбить две двери, прежде чем мы оказались в коридоре, в центре которого, почти в метре над полом, завис пульсирующий фиолетовый шар пробоя. Ёлки-палки, да тут у нас не просто пробой – тут целая червоточина.

Принципиальное отличие двух этих явлений в том, что пробой ведёт в маленький кусочек мира – своего рода осколок, где какое-то время скапливаются монстры, чтобы потом выплеснуться в другом мире, заражая всё вокруг Туманом и меняя окружение под себя. А червоточина – это, можно сказать, полноценный портал, который ведёт в целый мир, заселённый монстрами. Мир, который когда-то проиграл войну и превратился в инкубатор туманных тварей. И монстров там не просто до фига – их дофигище. Если не закрыть червоточину, через неё будут бесконечно переть твари. И не один вид, а самые разнообразные, вплоть до колоссов. Хотя нет, колосс в такую маленькую дырочку не пролезет. Но и того, кто пролезет, местным хватит с головой – они с одним куросом восьмого ранга-то справиться не могут, а что будет, если таких монстров будет пара тысяч?

Что ж, похоже, пришло время для очередного подвига, о котором никто не узнает.

Если тебя это утешит, то об этом буду знать я

Ну хоть что-то – как говорится, на безрыбье…

Сплюнув на удачу, я закинул молот на плечо и шагнул к фиолетовой сфере, погружая в неё руку по самый локоть. Интересно даже, куда меня приведёт эта кроличья нора и бывал ли я там раньше?

Глава 22.

Ох ты ж, какая тут концентрация Тумана. Я уже и забыл, насколько паршиво в мирах, полностью поглощённых монстрами – тут даже дышать сложно. Зато мозги разом прочистились. Надеюсь, Дмитрию хватило ума не лезть за мной – его здесь убьёт меньше чем за минуту, если не разорвёт на части при переходе.

Перенастроив зрение, чтобы фиолетовая дымка не мешала мне осматриваться, я покрутился на месте, оценивая обстановку.

Хорошая новость – меня закинуло не в неведомые дали: вон мерцает сфера перехода – нужно только спуститься с горы, на которую меня зашвырнуло. Плохая новость – пройти придётся через целую орду монстров. И если мелочь ещё побоку, то вон та здоровенная тварь внушает. Я таких крыс и не видел-то никогда – не меньше двух метров в холке, девять длиннющих хвостов, что словно плети лупят во все стороны, ещё и какая-то дымка вокруг неё. Явно непростая тварь, мимо которой не пройдёшь – придётся что-то выдумывать, чтобы завалить её.

Ещё одна плохая новость – Дима всё же сунулся сюда: вон на соседнем уступе «загорает», но он жив, а значит, всё же одарённый, просто дар его скрыт так глубоко, что даже я не увидел. Это хорошо. Не хотелось бы, чтобы из-за моей дурости погиб невинный человек. Надо же было мне придумать такое – приказать слуге следовать за мной. Знаю же, что он чисто физически не способен проигнорировать приказ господина, даже если этот приказ приведёт его к гибели. Долбаная клятва верности.

Ладно, спишем на то, что я был сам не свой на тот момент, но даже это не отменяет того факта, что я перед Димой виноват. Если выживем – нужно будет сделать ему какой-нибудь подгон в качестве извинений за моё головотяпство. О, придумал даже, что ему подарю, чтобы он не обижался.

Хотя что-то он не выглядит обиженным или расстроенным – наоборот, скачет и танцует, как будто джекпот сорвал. Интересно, чего это он? Ладно, сейчас узнаю.

Взяв небольшой разбег, я сиганул со своего уступа на тот, где вытанцовывал Дмитрий. Благо он был ниже, поэтому даже не пришлось совершать никаких акробатических трюков.

– О, Георг, ты тоже тут? Прикинь! Мы в пробое! – радостно завопил Дима, которого просто распирало.

– Да, прости, я был немного не в себе, когда отдавал приказ следовать за мной, – покаялся я, но реакция моего слуги меня просто убила.

– Прости? Прости?! Да это лучшее, что со мной происходило за последние… да за всю жизнь! Ты даже не представляешь, как долго я мечтал попасть в пробой! Я облазил все чёрные рынки в поисках артефакта, который позволяет неодарённому оказаться по другую сторону портала, и вот наконец я тут! Скажи, что за секретную магию ты применил, что смог меня сюда протащить? И сможешь ли сделать то же самое с Юркой? Он тоже страсть как хочет попасть в зазеркалье!

– Ничего я не применял – ты одарённый, только пока не могу понять, что у тебя за дар. И не пойму, пока он не станет сильнее, – признался я. – Ну или пока не проведу особый ритуал – обычные методы тут не помогут. Но сначала нам нужно как-то выбраться отсюда и закрыть червоточину, чтобы было куда возвращаться.

– Я одарённый! Слушай, я не очень суеверный и не особо верил раньше в судьбу, но, похоже, это именно она и свела нас тогда в подворотне! Я тебе за Наташку по гроб жизни обязан, а теперь ещё и это! Не зря я дал ту клятву верности – ох не зря, – продолжил эмоционально говорить Дима, размахивая руками, после чего едва не полез обниматься.

Во его торкнуло. Я слышал, что иногда, когда впервые входишь в Туман, ты можешь опьянеть, но никогда не слышал, чтобы настолько. Видимо, тут сыграла роль именно концентрация этого самого Тумана.

– Всё, успокойся – потом обсудим, – положил я руку на лоб Дмитрия и послал в него магический импульс, выбивая из его головы всю дурь и «хмель».

– Кхм, прости. Не знаю, что на меня нашло, – смутился парень, мгновенно став серьёзным после лёгкого удара током.

– Это называется Туманная эйфория – бывает, когда получаешь сразу большую дозу энергии Тумана. Были случаи, когда от этого люди реально слетали с катушек и превращались в берсеркеров. Неважно, короче, – отмахнулся я. – Давай думать, как закрыть портал, ведущий в ваш мир, и при этом самим не застрять тут. Видишь вон ту здоровенную зверюгу возле фиолетовой сферы?

– Я вообще ничего не вижу в этом тумане дальше метра, – признался Дмитрий.

– А, ну да, затык, – задумался я.

Это действительно проблема. Умей Дима пользоваться энергией – я смог бы его научить видеть дальше своего носа в условиях густого тумана, но в его случае…

– Короче, если в трёх словах, то под нами целая армия крыс, которая постепенно просачивается в ваш мир и будет делать это, пока мы не закроем портал. А ведёт эту армию огромная тварь, которую даже я, скорее всего, не ушатаю, – начал я рассказывать расклад сил своему напарнику. – К счастью, нам и не надо бодаться с этой хтонью – достаточно разрушить кристалл, который она охраняет, и свалить. Но, учитывая разницу в количестве сил, сделать это будет не так просто. Мне, похоже, придётся и тебя тащить на себе, чтобы ты не заплутал и не отстал, и от мелочи отбиваться, и кристалл разрушать. Где ж столько рук-то взять. У меня всего две, и то одна годится только чтобы пот со лба стереть.

– Брось меня тут – главное город спасти, – решил погеройствовать Дмитрий, видимо считая, что иначе никак.

– Ага, размечтался, – хмыкнул я, обдумывая план действий. – Ты мне ещё пригодишься, поэтому фиг тебе, а не досрочный выход на пенсию. Короче, придумал. Прикрывай меня, пока я буду готовить пакость тварюшкам снизу.

Оставив Дмитрия в дозоре на случай, если какая-то из крыс заинтересуется, что это творится на уступе скалы, и припрётся проверить, я подобрал кусок камня и начал чертить огромный рунный круг. Плохо, что я в своё время мало внимания уделял рунам Орсов, считая их бесполезными.

Этот народец всю жизнь проводит под землёй, и вся их магия заточена исключительно под работу с землёй и камнем. В том числе и руны. Сейчас бы они мне очень пригодились – попросил бы гору упасть на копошащихся внизу тварей, и дело с концом, а так придётся изгаляться и превращать всю гору в бомбу, меняя её химический состав по сути.

Энергии на это уйдёт, конечно… Хорошо, что я не поленился и собрал все кристаллы, что выпадали из убитых мною тварей – вот сейчас мне весь этот запас и пригодится.

– Приготовься, – обратился я к напарнику, который, не имея возможности видеть в густом тумане, целиком и полностью превратился в одно большое ухо, улавливающее малейший шорох. – Сейчас будет самый безумный аттракцион в твоей жизни.

После этого я вывалил все имеющиеся у меня кристаллы энергии в центр рунического круга и активировал сразу две цепочки рун – приманку, которая заставит всех тварей бежать сюда со всех ног, словно их тут ждёт вкуснейший в их жизни ужин, и замедленной бомбы, которая взорвётся ровно через две минуты, уничтожая всё в радиусе полукилометра. Пора рвать когти.

Подскочив к Дмитрию, я бесцеремонно закинул его себе на плечо, словно мешок с картошкой, и сиганул со скалы вниз – прямо на живой ковёр из гигантских крыс.

Твари возмущённо пищали и пытались схватить меня зубами за пятки, пока я буквально бежал у них по головам. В нас со всех сторон летели зелёные сгустки какой-то ядовитой дряни – вполне возможно, что это была какая-то кислота, кто-то ментально давил мне на мозг, пытаясь замедлить меня или вовсе остановить, но я даже не думал останавливаться и бежал на пределе своих сил к висящему впереди порталу и вожаку крыс, который этот портал охранял.

Когда до огромной крысы оставалось всего шагов пять, по мне шарахнул такой ментальный удар, что я едва удержался на ногах, а Дима так и вовсе отключился и повис безвольной куклой у меня на плече, выронив при этом трофейный меч. Плевать – мне осталось пробежать всего ничего, поэтому, тряхнув головой, я по-звериному зарычал и с новой силой рванул вперёд, замахиваясь на ходу оружием.

Поравнявшись с вожаком, я наотмашь ударил его молотом прямо по морде, вкладывая в удар всю силу и ярость. Меня разве что не утащило вслед за молотом, но я кое-как удержал равновесие и даже смог продолжить забег.

Вряд ли мой удар хоть как-то повредил крысиному королю, но цель была и не в этом – достаточно было того, что импульса удара хватило, чтобы тварь отбросило на пару шагов в сторону и нам открылся прямой путь к порталу. Чем я сразу же и воспользовался.

Не шибко заморачиваясь аккуратностью, я с разбега пнул кристалл, создающий сферу перехода, в сторону портала, забив, наверное, красивейший гол в истории этого мёртвого мира, после чего сам рыбкой нырнул в зев перехода, чувствуя, как за моей спиной проносится взрывная волна, сметающая всё на своём пути.

Приземлился я уже в поместье губернатора, явственно услышав под собой какой-то хруст. Надеюсь, это хрустнул не позвоночник Дмитрия – неудобно бы получилось перед парнем.

Перекатившись в сторону, я вскочил на ноги, обернулся к порталу, ожидая, что оттуда может появиться целая толпа крыс или, что хуже, вожак собственной персоной, но, на наше счастье, никто так и не появился. Фиолетовая сфера червоточины несколько раз мигнула и окончательно развеялась, оставив после себя запах озона.

Ну и славненько – одной проблемой меньше.

Проверив Диму, который ещё не до конца отошёл от ментального удара вожака, и убедившись, что помирать в ближайшее время он не планирует, я заглянул в дыру в полу и внимательно осмотрел первый этаж. Там тоже всё в порядке: Наташа всё ещё держит барьер, Егор отстреливает каменными пулями последних крыс рядом с собой, остальные гости и охрана поместья добивают оставшихся тварей, те, кто смыслит в медицине, оказывают первую помощь пострадавшим. Можно сказать – победа, если б не одно «но» – орущая в городе сирена тревоги. И не одна.

В каждом районе Красногорска было включено оповещение о нападении монстров. Похоже, не только здесь открылся пробой, но и в других частях города. Какое-то подозрительное совпадение. Не бывает так! Точнее, бывает, но только если это спланированная акция.

Осенённый внезапной догадкой, я начал обшаривать пол в поисках кристалла, который я закинул сюда из пробоя.

Наконец мне удалось его найти – он каким-то образом закатился аж в соседнюю комнату, где и лежал, тускло сияя в полутьме.

Подняв мой «футбольный мяч», я внимательно его осмотрел со всех сторон. Как я и думал, это не просто кристалл, который формируется из тумана со временем – это артефакт, созданный разумным. Кристалл перехода, настроенный именно на этот мир. Очень редкая штука, на создание которой обычно уходит несколько месяцев, и такая куча редких ингредиентов, что можно разориться.

Именно поэтому этими артефактами почти не пользуются – дешевле и проще зафрахтовать астральный корабль и долететь своим ходом, чем собрать такую штуку, которая к тому же работает всего пару часов и имеет крайне низкую пропускную способность. Так какой смысл было использовать этот артефакт для нападения на поместье губернатора? В чём смысл?

Прислушавшись к доносящимся с улицы звукам, я, кажется, начал понимать, в чём. Если я прав, то нас ждёт задница эпического масштаба.

Растолкав Дмитрия, который всё никак не хотел приходить в себя после оглушения, я озадачил его сбором крисов, которые я пропустил во время своего забега на второй этаж, я без затей спрыгнул в дыру в полу, мгновенно переместившись на первый этаж, и направился к Егору, который как раз добил последнюю тварь и теперь с усталым видом выискивал выживших подранков.

– Целы? – спросил я, подходя к своим «ученикам», на что они синхронно кивнули, не способные на более сложные действия. Да уж, потратились они нехило – неплохо бы подзаправить их. Хотя Наташа, конечно, нахапалась энергии из-за того, что рядом с ней твари мрут одна за другой, но пока она её усвоит и переварит, пройдёт несколько часов, а её способности могут понадобиться в любой момент, поэтому не время жадничать.

С этими мыслями я вынул из кармана два криса и протянул их Егору и Наташе:

– Сожмите и вытягивайте энергию. Много не берите, иначе может по мозгам прилететь – будете тут как пьяные ходить, – предупредил я и на собственном примере показал, как заряжаться от внешних источников.

К счастью, они довольно быстро сообразили, что я от них хочу, и уже через пару минут передо мной стояли посвежевшие и готовые к новой схватке бойцы.

– Егор, запроси у центра сводку по обстановке – мой комм сдох, пока я был в пробое, – показал я виконту бесполезный кусок пластика, в который превратилась моя рация, не выдержав концентрации Тумана на той стороне.

– Хреновая обстановка, – ответил Булатов. – На общем канале передавали, что пробои открылись по всему Красногорску и его окрестностям. Суммарно свыше трёх десятков прорывов. Похоже, это новая волна.

– Хуже, – мрачно произнёс я, после чего бесцеремонно забрал у виконта его комм и переключил на канал связи с центром.

– Дикарь Центру! Дикарь Центру! Приём!

– Центр на связи! Приём! – раздался из рации уставший голос дежурного. Видимо, не только у нас выдался трудный вечер.

– Срочно требуется связь с полковником Стояновым. Есть критически важная информация. Приём!

– Стоянов на связи! Георг, если ты о нападении на поместье губернатора, то мы уже в курсе, – послышался голос полковника, который, похоже, с самого начала нападений дежурил в радиорубке, чтобы оперативно реагировать на новые вызовы. – Подкрепление уже едет к вам! Продержитесь полчаса! Приём!

– Подкрепление не требуется! Пробой в резиденции губернатора закрыт!

– Принято! Перенаправлю, значит, ребят на другой объект! Приём! – в голосе полковника послышалось облегчение – видать, не так часто ему приносят хорошие новости. Но радоваться рано.

– Николай Владимирович, срочно отзывайте все подкрепления и усиливайте базу! Приём! – выпалил я в комм, живо представляя себе лицо полковника в этот момент. Настал момент истины – выслушает ли он меня или сразу пошлёт.

– Повтори, Бухарев! Приём!

– Повторяю, отзывайте подкрепления и укрепляйте базу! Это провокация, чтобы выманить силы гарнизона. Настоящая цель – Страж! Приём!

– Георг, если это шутка, то ты выбрал крайне неудачное время, – наконец произнёс Стоянов после минутного молчания. – У тебя должны быть очень веские аргументы в пользу этой версии. Приём!

Ну да, его можно понять – непонятный хмырь, которого ты знаешь без году неделю, вдруг заявляет, что нужно бросить мирняк на произвол судьбы, оставив им в качестве защитников лишь силы гражданской обороны и дежурных спартанцев, которых чисто физически не хватит для того, чтобы спасти всех. Звучит как бред.

Но, с другой стороны, если этот хмырь прав, а полковник его не послушает – потери будут куда выше, ведь, уничтожив Стража, монстры получат подкрепление со стороны Старой Москвы, и тогда сметут не только крепость, но и весь город целиком.

Непростой выбор я поставил перед полковником. Даже не знаю, как сам бы поступил на его месте.

– Знаю, звучит как бред, но я обнаружил в пробое рукотворный артефакт, который открывает портал в наш мир. Монстры его создать не могли, а значит, его создал кто-то, кому выгодно нападение монстров. А какой смысл нападать на город? Чтобы напакостить? Человек, который может собрать такой артефакт, не станет делать этого в качестве обычной шалости. Это имеет смысл только если есть глобальная цель. Например, прорыв границы Империи, и Страж – самая напрашивающаяся в этом случае цель. Николай Владимирович, я прошу довериться мне и продержаться пару часов, пока я не найду и не уничтожу кукловода, который всё это затеял. Если же через два часа вся эта вакханалия не прекратится – значит, я ошибся, и вся ответственность будет на мне. Как и все шишки. Примите решение, полковник. Приём!

– Действуй! – коротко ответил Стоянов, после чего отключился, а через минуту в общем канале прозвучала команда вернуться на базу всем не участвующим в бою оперативникам.

– Я с тобой! – не терпящим возражений тоном произнёс Булатов, который слышал наш разговор с полковником.

– Да понятное дело, – не стал я его отговаривать – я не настолько псих, чтобы одному тягаться с тем, кто способен призывать тысячи тварей. – Нам нужна машина. Это раз. И карта – это два. Я постараюсь по артефакту отследить хозяина, но, не зная местности, мы не сможем туда добраться – ведь я буду знать только направление и примерное расстояние.

– Тогда нам и водитель нужен, – добавил Егор. – Я водить не умею. Ты, как понимаю, тоже.

– Я умею, – как чёрт из табакерки возник рядом с нами Дмитрий, который выполнил поставленную перед ним задачу и притащил мне целую горсть крисов. – И город хорошо знаю, поэтому и без карты справимся.

– Дим, это не прогулка по парку, – решил я предупредить парня. – Есть вероятность, что мы там склеим ласты, поэтому дважды подумай – хочешь ли ты в это влезать? Ты не солдат – ты обычный гражданский, поэтому не обязан этим заниматься.

– Я его прикрою, если что, – влезла Наташа, которая за этот вечер неплохо так подзарядилась эманациями смерти и сейчас её буквально распирало от бурлящей внутри энергии.

– Ладно, астрал с вами, – проворчал я, осматривая своё маленькое воинство. – Вы не дети уже, поэтому, если хотите рискнуть, останавливать не стану. Дима, на тебе машина. Егор, найди им какое-нибудь оружие. Наташа, стой и наблюдай за мной – попытайся понять, что я делаю – в будущем может пригодиться.

Раздав команды, я смахнул с ближайшего стола разбитую посуду, положил на край вынесенный из пробоя артефакт и начал точечно направлять в него энергию, пытаясь уловить отклик противодействия, чтобы по нему уже определить вектор и понять, где находится владелец артефакта. Очень тонкая работа с магией, которая даёт гарантированный результат. Если, конечно, владелец артефакта не опасался, что его будут искать с помощью этого метода, и не поставил обманку или ещё какую защиту.

Есть! Попался. Хм, не так уж и далеко ты засел – километров пятнадцать на северо-запад. Нужно будет уточнить у Димы, что там находится. Забавно будет, если окажется, что там живёт какой-нибудь Самохин или Луганов. Ну или ещё какой-нибудь аристократ, который спит и видит меня в гробу.

Глава 23.

– Николай Владимирович, вы считаете, Бухарев прав, и это не волна? – спросил дежурный радист, передав в общий канал приказ вернуться всем свободным спартанцам на базу.

– Очень похоже на то, – кивнул полковник, внимательно изучая оперативную карту, на которую были нанесены отметки прорывов.

Он и сам что-то подобное подозревал – слишком уж продуманно, что ли, выглядели все эти нападения. Не было случайных точек – каждый пробой возникал в каком-нибудь стратегически важном месте. Мост через Москва-реку, чтоб нельзя было оперативно перебросить подкрепление с южной крепости, электростанция, чтоб обесточить район и вырубить все электронные системы защиты, поместья самых сильных родов Красногорска, чтоб парализовать наиболее боеспособные силы региона.

Нет, монстры так себя не ведут – тут налицо тщательно спланированная диверсия, поэтому слова Бухарева – это не просто безумная теория, это новые реалии. Вопрос только, откуда он об этом знает?

Неужели он из одних лишь разрозненных данных и информации о нападениях там и сям смог сложить цельную картину? Если это так, то он лучший аналитик из тех, кого Стоянов знает. Или всё дело в несоизмеримо большем боевом опыте? Сколько там Георгу лет? Три сотни? Пять? И из этих пятисот лет как минимум четыреста он воюет с монстрами.

Тогда неудивительно, что он способен так быстро всё оценить и просчитать.

Размышления полковника прервал звук включившейся сирены, после чего рация ожила, и оттуда донеслись первые подтверждения правоты Бухарева:

– Вышка один Центру! Вышка один Центру! Большое скопление монстров движется прямо на вас с юго-западного направления! Приём!

– Вас поняли, Вышка один. Продолжайте наблюдение. Приём!

– Вышка два Центру! Вышка два Центру! Орда с юга. Замечены как минимум три «семёрки» и одна «восьмёрка». Как слышно, приём! – снова прозвучал доклад уже от другого наблюдательного поста, которые были разбросаны вокруг крепости, чтоб можно было своевременно заметить приближение монстров и подготовиться к встрече.

– Вас поняли, Вышка два.

– Стоянов всем! Стоянов всем! – забрал у дежурного рацию полковник. – Укрепить рубежи! Выкатывайте орудия! Крепость под ударом! Всему боеспособному контингенту крепости занять позиции на стенах! Предполагаемое направление удара – юго-запад и юг! Повторяю, всему боеспособному контингенту занять оборону! Отрядам, не успевающим вернуться в крепость в течение десяти минут, занять позиции за пределами крепости и вести диверсионную деятельность. Приоритет – замедлить монстров класса «Семь» и выше! Я верю в вас, парни! Покажем этим тварям, что нас не зря сравнивают с легендарными спартанцами!

– Перенаправляй наших снаружи на резервные точки и координируй их, – распорядился полковник, возвращая радисту микрофон.

– Это ещё что за… – замер Стоянов, заметив в небе несколько вспышек. – Да чтоб тебя! – схватил он снова микрофон и переключил вещание на внешние динамики крепости:

– Внимание! Атака с воздуха! Всем занять укрытия! Повторяю, на нас падает метеор! Все в укрытие!

Отбросив микрофон в сторону, полковник чуть ли не за шиворот схватил дежурного радиста и потащил за собой в сторону бункера, где находилась резервная станция связи.

– Делай что хочешь, но у нас должна быть связь! – рявкнул полковник, закидывая перепуганного связиста в бункер, после чего захлопнул дверь и рванул в сторону арсенала.

Неожиданно пол под ногами вздрогнул, после чего снаружи раздался оглушительный взрыв. А за ним – второй и третий. Метеоры достигли земли. А сразу же после этого на стене загрохотали пулемёты, вот только стреляли не наружу, а внутрь крепости. Да что вообще происходит?

Выругавшись, Стоянов в очередной раз сменил направление и рванул в сторону выхода, чтоб собственными глазами увидеть, что творится в крепости, и понять, как на это реагировать.

А во дворе творился ад. Самый настоящий.

Огромные камни, которые упали с неба, оказались не просто булыжниками, а самыми настоящими десантными модулями, которые рухнули во внутреннем дворе крепости и раскололись от удара. И прямо сейчас из этих модулей перли толпы гуманоидных ящеров, что с безумным воем и хохотом кидались на солдат.

Ни о какой организованной обороне и речи не шло – всё поле боя превратилось в скопление локальных стычек, где спартанцы отбивались от юрких и живучих тварей.

– Центр всем! Центр всем! Крепость атакована неизвестным противником! Враг уже внутри! Повторяю, крепость атакована неизвестным противником! Враг внутри! – ожившая на поясе рация вывела полковника из оцепенения, и он, вынув меч, который последний раз доставал, наверное, лет пять назад, с боевым кличем бросился в атаку на ближайшую тварь, выпуская из свободной руки поток морозного воздуха, насквозь промораживающего всех, кому не повезло оказаться на его пути.

Врезавшись плечом в тощую тварь, старый вояка крутанулся на месте, буквально надвое рассекая противника острой сталью, усиленной магией льда. Да, он давно не практиковался и малость заплыл жирком от сидячей работы, но руки-то помнят.

В полковнике один за другим просыпались боевые инстинкты, и вот он уже со зверским оскалом кидается на следующую тварь, орудуя сразу двумя мечами – стальным в правой руке и магическим ледяным, который только что создал из ничего, в левой. Вот он хлопком о землю создаёт перед собой стену льда, которая за секунду покрылась острейшими шипами и со скоростью грузовика рванула в сторону тройки тварей впереди.

Вот он скользящим движением уходит от прямолинейного удара тупого монстра, а в следующий миг отрывается от земли и летит вперёд, получив мощный пинок под зад.

Перекатившись, Стоянов резко обернулся и столкнулся с вполне осмысленным взглядом ящера, который был раза в полтора крупнее своих собратьев. Похоже, вожак пожаловал. Ставки повышаются.

– Ну давай, тварь, покажи, на что ты способна, – усмехнулся полковник, крутанув перед собой мечом и приготовившись ударить магией в полную силу – полумеры против такой зверюги точно не помогут.

Ящер в ответ что-то рыкнул и собирался уже наброситься на командира крепости, когда его сбила с ног серая молния. Секунда – и на приплюснутой голове твари сомкнулись челюсти Старпома, который без каких-либо затруднений одним движением оторвал вожаку голову и, хрустя ею, как чипсиной, радостно побежал к следующей твари.

– Даже страшно представить, во что ты превратишься, когда вырастешь, – пробормотал полковник, наблюдая, как «щенок» резвится в толпе монстров, отчего во все стороны летят как целые ящеры, так и их части. Старпому хватало всего одного лёгкого удара лапой, чтоб монстр превратился в мешок с переломанными костями.

Получив внезапную передышку, Стоянов осмотрелся и убедился, что не зря он гоняет своих бойцов. Хоть атака на крепость и была внезапной – парни не растерялись и достойно ответили ударом на удар. Да, тренировочные полигоны под замену – там теперь несколько кратеров, из которых валит густой чёрный дым, да одну казарму придётся перестраивать с нуля – ей не повезло, и барак буквально смело взрывной волной. Да, техника пострадала, но это всего лишь техника, которую можно заменить. Главное, что бойцы по большей части отделались лишь лёгким испугом и незначительными ранениями.

Тех же, кому не повезло, оперативно оттаскивают с поля боя и передают в руки медиков, которые уже развернули несколько полевых госпиталей и, не жалея алхимии и энергии, возвращают в строй тех, кто выбыл.

– Они отступают! – раздался радостный крик одного из бойцов, который перед этим прикрывал двух медиков, что обрабатывали рану другого бойца. – Парни! Дави тварей – пока они не сбежали!

Бросив взгляд в сторону кричавшего, полковник увидел, что твари и правда развернулись и рванули в сторону стен, после чего начали ловко карабкаться прямо по бетону и спрыгивать с той стороны стены.

– Всем занять периметр! Битва ещё не окончена! – рявкнул в общий канал полковник, сорвав с пояса рацию, после чего сам побежал в сторону ближайшей пулемётной вышки, чтобы осмотреться сверху и оценить обстановку.

– Стой! Куда? – крикнул он, заметив, как Старпом мощными прыжками взобрался по лестнице на стену и сиганул с шестиметровой высоты вниз. Похоже, зверюге сорвало крышу от вида и запаха крови, поэтому это даже хорошо, что он погнался за тварями в ближайший лес – пусть лучше уж там резвится и сеет страх и ужас, чем пойдёт вразнос внутри крепости и нападёт на бойцов. С его чудовищной силой и скоростью – он далеко не тот противник, с которым хотелось бы столкнуться лицом к лицу.

Буквально взлетев на пулемётную вышку, Стоянов осмотрел внутреннюю территорию крепости в поисках новой угрозы, но везде творилось одно и то же – твари как умалишённые бежали прочь, не обращая внимания на стоящих у них на пути спартанцев. Более того, те монстры, что двигались к крепости снаружи, тоже резко остановились, развернулись и рванули наутёк.

– Чего это они, товарищ полковник? – озвучил повисший в воздухе вопрос один из пулемётчиков, который за этот вечер настрелял тварей больше, чем за всю службу до этого. – Я впервые вижу, чтобы твари отступали – обычно они дерутся до последнего, забив на инстинкты самосохранения.

– Понятия не имею, – признался Стоянов. – Ну чую, это как-то связано с Бухаревым. Похоже, ему удалось-таки найти самую главную тварь. И прихлопнуть. Ну или пока просто найти, и сейчас все эти твари кинулись на помощь вожаку.

***

– Центр всем! Центр всем! Крепость атакована неизвестным противником! Враг уже внутри! Повторяю, крепость атакована неизвестным противником! Враг внутри! – раздалось из комма Егора на всю машину.

– Разворачиваемся? – спросил сидящий за рулём Дмитрий, посмотрев на меня через зеркало.

– Не вижу смысла. Сильно на ситуацию там мы не повлияем, зато если завалим главную тварь – остальные растеряют прыть и превратятся в обычных тупых монстров, – ответил я, после чего выругался, когда машина, которую где-то раздобыл (скорее всего, тупо угнал) Дмитрий, подскочила на очередном ухабе, и я опять ударился затылком о крышу.

«Когда разбогатею – первым делом закажу себе машину, в которой смогу ездить, не скрючиваясь в три погибели», – подумал я.

– Держись! – крикнул Дима, вцепившись в руль и прибавляя газ, после чего последовал удар, и очередная тварь, решившая выскочить нам наперерез, с визгом отлетела в сторону. Не ахти какая помощь городу, но всё же.

Наконец мы на полном ходу вырвались из города и свернули на грунтовую дорогу, ведущую в сторону какого-то посёлка. Именно там, судя по моим ощущениям, и засел кукловод, которого нужно остановить любой ценой. И сделать это нужно до того, как он до основания разнёс крепость и город.

По словам Дмитрия, в деревне, куда мы ехали, не было абсолютно ничего примечательного – самое обычное поселение на два десятка домов, которое даже не было обнесено какой-либо стеной или частоколом за ненадобностью. За последние полсотни лет там ни разу не произошло ничего выдающегося. Даже монстры никогда не появлялись, а если и шли мимо, то обходили деревушку стороной, словно боясь туда заглядывать. И я, кажется, даже знаю почему.

Тот, кто устроил имитацию Волны, похоже, уже не один год владеет магией контроля монстров и раньше просто не позволял монстрам тревожить его дом. В целом дар очень хороший, если распоряжаться им во благо, вот только наш кукловод решил иначе. Ну, значит, придётся ему объяснить, что он был сильно неправ, направив Туманных тварей против Империи и её жителей.

Неожиданно Дима резко дёрнул руль, и я почувствовал, как нашу машину заносит, после чего мы перевернулись и начали кувыркаться, пока не остановились, врезавшись в дерево.

– Какого чёрта ты творишь? – выругался я, выбивая пинком дверь и помогая своим спутникам выбраться из груды искорёженного металла.

– Он тут ни при чём, – вышел из тумана седой как лунь старик, опирающийся на трость. – Это я вас остановил, чтобы вы не проехали нужное место.

– И правда на месте, – склонил я голову набок. Я прямо чувствовал, что этот дедок и есть тот, кого мы ищем. – И зачем всё это? Ты правда думаешь, что сможешь уничтожить куб?

– Куб? Сдался он мне, – рассмеялся старик. – Нет, Георг, я это всё начал не из-за стража, как тут называют эти артефакты, а из-за тебя. Слишком уж долго ты раскачиваешься. Я уже устал ждать, когда ты, наконец, соизволишь явиться ко мне. Вот и пришлось тебя немного подтолкнуть, имитируя, что мне якобы нужен куб зарори и натравливая тварей на город и крепость. Видишь, на какие жертвы и затраты пришлось идти, чтобы выманить тебя. Но теперь ты тут, и моих зверушек можно отзывать – мне, знаешь ли, неприятно рушить то, что я сам же и помогал строить когда-то.

– Мужик, без обид, но, по-моему, ты малость того – с головой не дружишь. С какого перепугу ты вообще всё это затеял? На кой тебе сдался обычный провинциальный барон? Я тебя чем-то обидел? Когда? Я тебя впервые вижу.

– Провинциальный барон? – расхохотался старик. – Местных-то ты, может, и обманул этим маскарадом, но я-то знаю, кто ты на самом деле и зачем тут.

– А что же до «впервые вижу» – да, это так, – не стал спорить сумасшедший дедок. – Но это и не важно. Важно другое – часики тикают, а ты топчешься на месте. Моему господину это не нравится. Пора форсировать события, и для этого я здесь.

С этими словами он махнул рукой, и, прежде чем я успел хоть что-то предпринять, прямо у нас под ногами открылся портал, в который мы все четверо провалились, падая в какую-то темноту, из которой веяло концентрированным ужасом и чем-то ещё таким, до боли знакомым.

Внимание! Обнаружено нарушение баланса. Проводится корректировка.

Внимание! Предпринимаются меры по нейтрализации сил, нарушающих баланс.

Внимание! Попытка прямого вмешательства заблокирована инфополем мира.

Внимание! Предпринимаются альтернативные меры по восстановлению баланса.

Я едва успел прочитать панические строки перед глазами и даже не до конца понял, что они означают, как меня скрутило дикой болью. Кажется, я орал. И вроде даже матом и на всех языках, которые только знаю, а это, на минутку, больше двух сотен языков.

Я катался по полу и пытался содрать с себя кожу. Я даже попытался убить себя ударом головы о каменный пол, лишь бы избавиться от ощущений, словно саму мою астральную проекцию опустили в чан с едкой кислотой и начали там вымачивать, периодически помешивая.

Это была не физическая боль, которую можно стерпеть, покрепче сжав зубы или сбежав в царство беспамятства – это была душевная боль, от которой невозможно спрятаться и которую ничем не заглушить. И я говорю не о метафорической боли, а о вполне осязаемой.

К счастью, это длилось недолго – всего пара мгновений, хотя по моим внутренним часам прошло несколько столетий, и меня резко отпустило.

Внимание. Вы досрочно преодолели этап адаптации.

Снят второй уровень ментальных блокировок.

Разблокирован функционал астральных печатей.

Разблокирован функционал астральной корректировки.

Разблокирован функционал вербального плетения.

Разблокирован функционал мануального плетения.

Поздравляю, Георг, ты не помер, хотя очень старался и был максимально близок к этому.

После этого меня накрыло дичайшей головной болью, по сравнению с которой весь тот букет ощущений, что я испытал минуту назад, показался детской шалостью. Но вместе с болью приходили и воспоминания. И понимание того, насколько я был слаб с того самого момента, как попал в этот мир.

Но теперь у меня появились новые козыри в рукаве, и где бы я сейчас ни находился – теперь я точно не умру. Истинный Георг возвращается, и горе тому, кто встанет у него на пути.

Куда бы нас ни закинул этот безумный старик, однажды я вернусь, и мы снова сыграем с ним, но уже по моим правилам. И, боюсь, ему это совсем не понравится. Как и его господину, до которого я доберусь сразу же после старика.