Читать книгу: «Игра на публику»

Глава 1

— Езжай к своей шлюхе и живи с ней! — рявкаю в трубку и нервно нажимаю кнопку сброса вызова.

Откидываю телефон на стол и складываю руки на груди. Тело напряжено до кончиков пальцев. Юля смотрит на меня, не моргая, и не понимает, что происходит.

— Кир, — осторожно обращается ко мне подруга. — Что случилось?

Смотрю на Юльку, которая сидит напротив, но сказать ничего не могу. Предательский ком, состоящий из горечи, обиды и предательства, застрял в горле и не дает вымолвить ни слова.

Я примчалась минуту назад в наше с подругой любимое кафе — уютное место с панорамными окнами, расположенное недалеко от оживленного проспекта в самом центре города. Сегодня утром я сама предложила ей встретиться здесь в полдень, но как только сбросила вызов от самого дорогого и любимого мне человека, который играл огромную роль в моей жизни на протяжении четырех лет, не могу даже сделать полноценный вдох.

— Мы с Костей расстались, — нахожу в себе силы сказать это только через минуту томительного молчания. Где-то внутри еще теплится надежда, что это кошмар, который вот-вот закончится. Но предательская дрожь в пальцах напоминает: все по-настоящему.

— Да ну, — тянет Юлька. — Что произошло?

— Застукала его в офисе с новенькой сотрудницей, — сухо отвечаю я, уставившись на белоснежную салфетку, лежащую в деревянном коробе на краю стола.

— Всего лишь?

— Всего лишь трахающимися на его рабочем столе, где находилась наша с ним совместная фотка, направленная прямо на этого подонка. Он даже не удосужился ее убрать, — в моем голосе слышны нотки горечи. Когда я увидела их обнаженные тела, мой мозг в тот момент просто отказывался в это верить.

— А как ты туда попала? — интересуется Юля.

— Решила после съемки к нему заскочить. Была неподалеку. Думала, домой вместе поедем. Днем он писал, что на работе «срочняков» никаких нет, поэтому сможет освободиться пораньше, — поднимаю свой, наверняка жалкий и печальный, взгляд на подругу. — Вот тебе и пораньше.

Никогда бы не подумала, что в этих отношениях мне придется произнести слова «мы расстались». Когда ты четыре года встречаешься с человеком, который ни разу не заставил усомниться в своих чувствах и верности, которого называла своим женихом, такой финал кажется совершенно невозможным.

— Может, все не так, как ты подумала? — вырывает меня из раздумий подруга.

— Что я, Юль, могла не так подумать? Ты думаешь, я не знаю, как выглядит секс? — закипаю и срываюсь на подругу.

В этот момент к нам подходит официант, вежливо приветствует нас и интересуется, что мы хотим заказать. Я на автомате отвечаю «капучино», а Юля — «латте» и «клубничный чизкейк». Молодой парень принимает заказ и удаляется с летней террасы внутрь. Делаю глубокий вдох и выдох, прикрыв глаза, извиняюсь перед лучшей подругой и начинаю рассказывать события вчерашнего дня.

— Ты не представляешь, как мне обидно. Я проплакала всю ночь, — хнычу и вытираю нежелательную влагу с носа салфеткой. Комкаю ее и оставляю на столе, а сама тянусь к горячему и бодрящему напитку, который нам уже успели принести.

— Я представляю, — вздыхает Юлька, подперев голову рукой. — Почему ты мне сразу не позвонила?

— Хотела побыть одна.

Прокручиваю в голове все события последних суток. Не помню, как ушла оттуда, как вернулась домой и как выставила все Костины вещи за дверь нашей, а точнее уже моей, квартиры.

— А еще эта дурацкая встреча выпускников, — восклицаю я. — Так некстати.

— А в чем проблема? — спрашивает Юля и отпивает свой латте.

— Да в том, что я уже пообещала быть там со своим женихом, то есть с Костей, — объясняю я. — Отмечать наш выпуск из школы, которому пять лет, — передразниваю голос нашей старосты класса Ирки Сафоновой. — Еще и быть с ними три дня в загородном доме. Офигеть можно!

— А зачем ты согласилась?

— Из-за глупого спора, — пыхчу я. — Это все Лилька виновата.

Лиля Капустина, или, как ее еще называли, «Капуста» из-за полноты, — мой старый враг. На выпускном вечере мы дали друг другу обещание, что спустя пять лет на встрече выпускников у нас будет все, что мы пожелаем. И Костя тоже входил в этот список.

— «У меня будет муж, квартира, машина», — передразниваю свою бывшую одноклассницу. — Стерва. И все бы ничего, я тоже выиграла бы этот спор и почти держала этот кубок в руках, но споткнулась перед финишем о камень по имени «Костя». А точнее, о булыжник, — негодую я. — А у этой все есть, прямо все. Я недавно зашла на ее страничку, — и начинаю загибать пальцы, — муж-бизнесмен-архитектор — раз, квартира в центре Москвы — два, дорогущий внедорожник — три, на Мальдивах жопу греет — четыре... Да еще и похудела, сучка, хорошо. Не к чему придраться.

Юлька заливается хохотом и сквозь смех спрашивает:

— А ты что, хуже этой Лильки?

— Нет, — серьезно отвечаю я, не разделяя ее веселья.

— Так чего кипишуешь?

— От того, что мне не с кем туда ехать, — резко выпаливаю, отчего на нас устремляется несколько пар чужих глаз. Смотрю на них, слегка смутившись, и, переведя взгляд на подругу, тише добавляю: — Я не могу упасть в грязь лицом.

Вспоминаю свои школьные годы. Я всегда старалась быть лучше всех. Белокурые прямые волосы, правильные и аккуратные черты лица, немного островатый нос, пухловатые губы, янтарные глаза в обрамлении пушистых ресниц, фигура «песочные часы» и рост 173 сантиметра. Меня называли куклой Барби и пророчили модельную карьеру. Так оно и стало. Я переехала в северную столицу и, не поступив пока в университет, стала ходить по кастингам. Как раз на одном из них я встретила Костю. Коренастый мужчина, старше меня на добрых десять лет, с русыми волосами и небесно-голубыми глазами, меня сразу зацепил — как раз мой типаж. И я ему приглянулась. У нас практически сразу закружился роман. Он забрал меня под свое крыло, дал билет в будущее, став чуть позже моим продюсером. Съемки, реклама, показы мод — все это стало для меня привычным и обыденным, прямо как я мечтала. Когда я слышала слухи, которые рассказывала мне моя мама из нашего провинциального городка, что я стала важной птицей, меня охватывала гордость. Гордость за себя, что я смогла чего-то добиться, хоть мне и говорили, что меня продвинул чисто Костя. Но это не так — я сама первое время пыталась заявить о себе в этих кругах.

— Я уже сказала Ирке, что буду на встрече с Костей. Рассказала, что он мой продюсер и далеко не последний человек в шоу-бизнесе. Трейлер я уже создала, только вот «кина никакого не будет. Электричество кончилось», — поднимаю к губам чашку с кофе и допиваю последние глотки.

— Ну, я бы тебе предложила своего Гришку, но у него девушка такая ревнивая, — корчит недовольную гримасу подруга.

Гриша — старший брат Юльки. Высокий, спортивный парень, который когда-то за мной ухаживал, еще в начале моего проживания в большом городе. Юля и Гриша стали моими первыми друзьями после переезда. Я снимала однушку в одном доме с семейством Мироновых. Мы практически сразу нашли общий язык. Я гуляла в их компании, пока в моей жизни не появился Костя. После этого мы не перестали общаться, но компанией стали гулять реже.

— Та помню. Эти хищные глаза, которые говорят: «Не тронь моего мужика, и я тебя не трону», — никогда не забудешь, — хмыкаю я.

— Это точно.

Молчим некоторое время, думая каждая о своем. Я сейчас просто в растерянности. Даже предположить не могу, кого могу взять с собой вместо Кости... У Юли парня нет, а все ее знакомые друзья заняты. А я сама за четыре года так и не нажила друзей мужского пола, так, чисто коллеги по творчеству, ничего серьезного.

За раздумьями не замечаю, как к нам подходит официант и спрашивает, не хотим ли мы еще что-то заказать. Я отрицательно мотаю головой и замечаю подозрительный взгляд подруги, устремленный на молоденького парнишку-официанта.

— Скажите... — Юля смотрит на его бейджик. — Никита, вам нравится моя подруга?

Так... Что эта лиса задумала?

Парень мнется пару секунд и с улыбкой отвечает:

— Все девушки прекрасны.

— Хитрый жук, — щурит глаза подруга и не отступает. — Стелишь красиво, но от вопроса не уходи: тебе нравится моя подруга?

Парень выпрямляет спину, прочищает горло и, переводя взгляд то на меня, то на подругу, отвечает:

— Ваша подруга очень красивая.

Смотрю на этого парнишку и понимаю, как действительно он «стелит». После ночных рыданий мое лицо выглядело так, будто я не только плакала всю ночь, но еще и пила. И пила не по-детски. Глаза опухли и покраснели, вид был — убитой лани. Если бы не уходовая и декоративная косметика, я бы здесь не сидела.

— Тогда сможете выполнить одну просьбу? — не отстает подруга, а я молчу, ожидая ее дальнейших действий.

— Какую? — интересуется парень, но тут нашу беседу прерывает девушка-официантка, которая только что принимала заказ у столика напротив.

— Прошу прощения, — извиняется девушка по имени Анастасия. — Но Никиту ожидают внутри кафе, поэтому я могу вас обслужить вместо него, если вы не возражаете? — добавляет она и мило улыбается.

Наблюдаю за реакцией Никиты и вижу, как он напрягается.

— Нет, спасибо, — откликаюсь я. — Нам просто счет, пожалуйста.

— Да, конечно.

Парень и девушка разворачиваются и направляются к входу в основной зал. Уже внутри, через прозрачные окна, наблюдаем, как Никита пытается что-то объяснить Насте, но та уверенно идет к кассе, даже не отвечая ему.

— Похоже, они пара, — замечает Юля.

— Ага. Но скоро, может, и нет, — заключаю я. — Правильно говорят, что мужчин разбирают еще щенками. Своего кобеля я уже не пущу, поэтому будем искать другого. Но не кобеля, естественно. Ты, кстати, подала мне отличную идею.

— Какую же? — с непониманием смотрит на меня подруга.

— Ну как, можно вот так просто подойти к рандомному парню и попросить поехать со мной, — говорю бодро. Все-таки Юлька молодец.

— Постой, это же просто прикол был. Шутка.

— А я вот не шучу. Это отличная идея, — говорю я и начинаю оглядываться по сторонам. — Так...

— Кир, ты чего? — обеспокоенно спрашивает Юлька. — Ты же не знаешь этих людей. Вдруг среди них есть психи?

— Это я скоро стану психом, и мне понадобится больничка, если я заявлюсь на встречу выпускников без мужика, — оборачиваюсь назад и замечаю мужчину, который сидит в гордом одиночестве за самым крайним столиком. — А вот и жертва.

— Кир, не надо, — хватает меня за руку Юля и крепко сжимает.

— Ой, да ладно тебе, что тут такого? Ты только посмотри на него, — указываю на одинокого парня и начинаю анализировать.

На вид ему 25+, ростом относительно высокий, широкоплечий шатен, одет в спортивный костюм.

— Обычный, — заключаю я. — Ничем особо не примечательный. Доход не особо большой. Возможно, обычный работяга. Но попытаться стоит.

— Ты это по внешнему виду поняла?

— Не только. Видишь, он заказал комплексный обед: первое, второе и чай. Значит, выбрался сюда во время обеденного перерыва. И скорее всего, не женат. Смотри, как уплетает за обе щеки. Была бы жена, он тут не сидел бы.

Наблюдаю за парнем еще полминуты и решаюсь встать и подойти к нему. Юля до последнего отговаривает меня от этой авантюры, но уже поздно — я вошла во вкус. Предварительно смотрюсь в маленькое зеркальце, которое достаю из сумки, поправляю светлые прямые волосы и наношу блеск на губы.

— Удачи мне, — желаю себе вслух и вижу, как Юля качает головой.

Я и раньше отличалась боевым духом и желанием влезать в приключения. Без этого я была бы не я.

Аккуратно встаю из-за столика, прихватив телефон, разворачиваюсь и уверенной походкой направляюсь к своей цели.

— Добрый день, — вежливо здороваюсь с молодым человеком и одариваю его своей самой обворожительной улыбкой.

— Добрый день, — поднимает на меня взгляд парень, закончив трапезу.

— Не возражаете, если я присяду?

— Конечно, — любезно отвечает он.

— Благодарю.

Присаживаюсь на мягкий диван бежевого оттенка напротив него, выпрямляюсь и складываю ладони на столе. Парень смотрит на меня заинтересованно, не понимая, чего я хочу, но в его зелено-карих глазах виден интерес.

— Прошу прощения, что отвлекаю, но у меня есть для вас предложение, — начинаю я серьезно и деловито, будто я бизнесмен на выгодной сделке.

— Предложение? Ко мне? — удивляется парень.

— К вам! А к кому же еще? Просто я за вами наблюдала некоторое время и поняла, что вы — прекрасная кандидатура.

— Прошу прощения, какая еще кандидатура? — не понимает он и сводит брови.

— Предлагаю вам заработать, — мой голос становится холоднее. Сейчас главное — говорить уверенно. — У вас есть девушка?

— Я не думаю, что это вас касается.

— В данном случае касается.

— Девушка, — начинает парень, но я перебиваю и перехожу к главному.

— Мне нужно, чтобы вы стали моим парнем на три дня, — четко и уверенно заявляю я.

Вижу, как его рот приоткрывается и застывает в немом жесте, а затем он разражается истерическим смехом.

— Не вижу ничего смешного. Я сейчас серьезно вам об этом говорю.

— Девушка, вы прекрасны, — сквозь смех отвечает он.

— Спасибо, я это знаю, — веду плечиком и еще больше выпрямляю спину. — Предлагаю фиктивные отношения на три дня без какого-либо продолжения. Вам всего лишь нужно сыграть моего молодого человека перед бывшими одноклассниками. Сильно делать ничего не надо — просто сидеть и помалкивать, за нас двоих буду говорить я. Единственное, что это будет за городом, так что все расходы беру на себя. Вам нужно только поехать со мной. А после мы разойдемся, как в море корабли.

Парень внимательно слушает, откинувшись на спинку дивана, и закусывает нижнюю губу. Смотрю на него в ожидании ответа, но он просто наблюдает за мной.

— Ну так что, согласны?

— Знаете, — наконец говорит он. — Мне раньше не поступали такие предложения от незнакомых девушек, поэтому я даже не знаю, что ответить.

— С почином, — сухо отвечаю я. — Ну так что?

— Предложение интересное. Но где гарантии, что все, что вы сказали, — правда?

Чувствую, что начинаю закипать, но понимаю его: если бы ко мне подошел незнакомец с таким предложением, я бы решила, что он маньяк. Хотя сейчас, скорее всего, со стороны маньяком выгляжу я.

— Я могу показать переписку с одноклассниками, если не верите мне, — нахожу, что ответить.

— Но это же личные сообщения, поэтому не стоит, — уже мягче отвечает парень. — Не поверите, но я вам почему-то верю.

— Я очень рада, — мило улыбаюсь и протягиваю руку. — Тогда будем знакомы. Кира.

— Очень приятно, — улыбается парень, и я замечаю милую ямочку на его правой щеке. Он протягивает мне руку и представляется: — Я...

— Меня это не интересует. Я быстро привязываюсь к людям, особенно если знаю их имена, поэтому будете Костей.

— Костей? — сводит брови парень.

— Да. Моего бывшего зовут Константин, и я уже представила его как своего молодого человека перед одноклассниками. Поэтому вы временно будете Константином, — объясняю я. — Надеюсь, в паспорт они заглядывать не будут.

— Хорошо. Тогда приятно познакомиться, Кира. Я Костя, — снова улыбается парень и пожимает мне руку.

— Отлично, — довольно отвечаю я и убираю ладонь, чтобы достать телефон. — Продиктуй свой номер, чтобы я могла с тобой связаться.

Костя диктует свой номер телефона. Я записываю и объясняю последние детали:

— Встреча послезавтра в загородном коттедже у озера. Выезд рано утром. У тебя есть машина?

— Нет.

— Тогда поедем на моей. Я тебя заберу.

Костя кивает в знак согласия.

— На этом все. Так что до встречи, Костичка, — улыбаюсь и посылаю воздушный поцелуй. — Пока.

— Пока, — улыбается он и машет рукой.

Я поднимаюсь, беру телефон и возвращаюсь к своему столику, ликуя внутри.

Юля смотрит на меня с недоумением и сразу спрашивает:

— Как у тебя это получилось?

— Легко, — гордо отвечаю я. — Ловкость рук и никакого мошенничества, — включаю телефон и показываю новый контакт в записной книжке.

— «Костя 2.0 (надеюсь, не мудак)», — читает Юлька и смеется. — А почему так? Он тоже Костя?

— Боже упаси, — убираю телефон. — Он мне нужен вместо бывшего, поэтому записала его как «Костя 2.0».

— А как его на самом деле зовут?

— Понятия не имею. Сказала ему, что, зная имя, я быстрее привязываюсь, а он мне нужен всего на три дня. Так что его имя мне знать не обязательно.

— Ну у тебя же такой проблемы с привязыванием нет, — замечает подруга.

— Ну, практически нет. Только с некоторыми.

— Ну ты, Кирка, даешь, — тянет Юля. — Сегодня же расскажу Гришке. Вот он удивится.

— А то, — гордо говорю я.

Глава 2

Смотрю на телефонный циферблат и вижу время — «5:58» утра. Стою у своей машинки в ожидании, когда выйдет Костя 2.0. Моя белая «малышка», как ласково я ее называю, поблескивает от утреннего солнышка после вчерашней автомойки. BMW X7 40i 2023 года выпуска — подарок самой себе в прошлом году на день рождения, моя большая гордость. Я сама смогла упорно накопить на нее, даже без помощи бывшего.

Затяжно зеваю, прикрывая рот рукой, вспоминая вчерашний день. Чтобы организовать себе три полноценных выходных, мне пришлось хорошенько потрудиться два предыдущих дня. Оксана, мой менеджер, скомпоновала все запланированные съемки и примерки, и мне приходилось выезжать из дома в семь утра и возвращаться ближе к двенадцати ночи. Вот и вчера я вернулась домой уже за полночь и смогла поспать от силы три часа.

Замечаю на горизонте Костю 2.0. Время на часах — «6:00». Какой пунктуальный человек. Парень выходит из подъезда относительно нового жилого дома, который появился здесь лет десять, а то и пару лет назад. Одет он в темные спортивные штаны и такого же цвета худи, а на плече расположился рюкзак с вещами.

— Доброе утро, — бодро говорит он.

— Доброе, — отвечаю я. Хотя оно далеко не доброе, если мы направляемся на трехдневное цирковое представление. — Садись спереди, а вещи можешь закинуть на заднее сиденье.

Вижу в глазах парня некое удивление и спрашиваю:

— Что?

— Машина крутая, — находит слова Костя.

— Да, есть такое, — сухо отвечаю я и открываю дверь со стороны водителя.

— Подарок?

— Ага. Не насосала, а подарили.

Слышу смешок Кости и решаю объясниться:

— Шутка. Сама купила.

Садимся каждый на свое место. Опускаю по привычке козырек, где расположилось зеркало, чтобы взглянуть на себя. Большие солнцезащитные очки черного цвета скрывают сейчас мой сильный недосып, а красная помада на губах придает хоть какой-то свежести лицу.

— Не выспалась? — интересуется Костя, оставив свой рюкзак на заднем сиденье и пристегивая ремень безопасности.

— Есть немного.

— А чего так?

— Работала.

— И кем ты работаешь? — задает вопрос Костя. — Я же твой временный парень, поэтому мне будет полезно знать о тебе хоть что-то.

— Я модель, — закрываю козырек и поворачиваюсь к своему новоиспеченному молодому человеку. — Снимаюсь в рекламах, участвую в съемках, — перечисляю я. — Тебе, кстати, тоже нужно знать о своем герое.

— Ну-ка, внимательно слушаю, — ерзается парень и поворачивается полубоком ко мне.

— Ты — Константин Белевский. Директор компании «Bell», которая занимается продвижением молодых талантов. Встречаемся мы с тобой четыре года. На этом все. Все остальное буду говорить я, — заключаю и завожу мотор «малышки», предварительно пристегнувшись ремнем безопасности.

— И все? Разве нам не стоит хоть немного узнать друг друга, чтобы при задавании вопросов не возникло расхождений в информации? И вообще, если твой Белевский — директор компании, то и человек известный. Я хоть на него похож?

Выезжаю со двора на пока еще тихую и малолюдную улицу и, следуя навигатору, направляюсь в сторону трассы.

— На наше счастье, Костя не любитель фотографироваться и тщательно скрывается от папарацци. Поэтому проблем не должно возникнуть. А что касается узнать друг друга получше — не стоит. Я же говорила, что быстро привязываюсь к людям. Тем более ты не в моем вкусе.

— А кто в твоем вкусе?

— Широкие и крепкие парни, — говорю не раздумывая. Зачем я это ляпнула? Ведь Костя 2.0 далеко не тощий, а вполне спортивного телосложения парень.

— А почему именно такой выбор? Любишь, когда на руках носят? Так ты не переживай, мне не составит труда тебя поднять.

Поворачиваюсь на секунду к парню и вижу в его глазах озорство. Ему просто забавна эта вся ситуация.

— Слушай, не задавай глупых вопросов. Я не из тех людей, которые после расставания с бывшим вешаются к первому встречному.

Боковым зрением замечаю приподнятую темную бровь парня и добавляю:

— Этот случай — исключение. Тем более, что это ненадолго. У меня не было другого выбора.

— Ты просто могла объясниться перед своими знакомыми, что твой молодой человек, ну не знаю, заболел или просто не смог выбраться из-за работы, — перечисляет Костя.

— Ага, и сразу получить шепотки за спиной, что я лгунья.

— С чего ты взяла?

— Да с того, что я поспорила со своей бывшей одноклассницей, что через пять лет после нашего выпуска у нас будет жизнь «как в сказке», и в этот список входил потенциальный жених. Но, имея то что имею, мое обещание сейчас на грани разрушения. У нее сейчас есть все, понимаешь? Я не хочу опозориться, — говорю раздраженным и, каким-то, грустным голосом.

— Но ведь ты тоже добилась больших высот. Ты, наверняка, известная личность в своих кругах, — ласково успокаивает меня Костя, но легче как-то не становится.

— Карьера — это одно, а вот личная жизнь… — прерываюсь и глубоко вздыхаю.

Предыдущие два дня Костя 1.0 всяческими способами хотел со мной поговорить и извиниться. Только вот его жалкие извинения в виде огромных букетов цветов от курьеров, дорогих подарков мне уже не нужны. Что сделано, то сделано. Терпеть не могу измены. За все четыре года отношений я ни разу не дала повода меня ревновать к кому-то, даже несмотря на то, что меня зачастую окружают как парни-стилисты или дизайнеры, так и парни-фотографы, которые не оставляли меня без внимания. Но я их каждый раз обламывала, говоря, что у меня есть парень. Я всегда была верна Косте, а вот он…

Едем молча вдоль трассы. До базы отдыха еще добрых два часа, поэтому, чтобы не скучно было ехать, с одобрения своего пассажира включаю свой плейлист. Тут же по салону разносится хит последних месяцев — «Ветер меняет направление» группы «Моя Мишель». Тихо подпеваю одной из своих любимых песен и вижу улыбку на лице Кости.

Уже через полчаса дороги понимаю, что начинаю засыпать. Даже бодрая музыка не спасает. И вот уже во второй раз слышу, как мне сигналят машины сзади, идя на обгон.

— Кира, — зовет Костя. — С тобой все хорошо? Ты как будто засыпаешь, — обеспокоенно говорит парень.

— Да, я сегодня не выспалась совершенно, — скрываю зевок ладонью. — Надо добраться до ближайшей заправки и купить кофе. Заодно и заправимся.

— Тогда после остановки за руль сяду я, — уверенно заявляет парень.

— Ты умеешь водить?

— Несомненно. А ты думала, что если у меня нет машины, это избавляет меня от получения водительских прав?

— Нет, просто поинтересовалась.

Через минут пять находим необходимую нам заправку и подъезжаем к колонке с бензином. Расстегиваем одновременно ремни безопасности и выбираемся из салона.

— Может, ты пока пойдешь и закажешь кофе, а я тем временем заправлю машину? — предлагает свой план Костя.

— Вот еще, — фыркаю я. — Мы знакомы с тобой в сумме час, и ты предлагаешь мне заправить мою «малышку»? А вдруг ты вор и угонишь ее, пока я буду делать заказ?

— Хорошо, — поднимает руки в защитном жесте парень. — Понял. Тогда я закажу нам кофе?

— Давай, — соглашаюсь я. — Хотя нет, — достаю две красные купюры из нагрудной барсетки и протягиваю их Косте. — Вот тебе деньги. Заплати пока за бензин. На пятьдесят литров, пожалуйста. А я потом подойду, и закажем кофе.

Парень послушно соглашается и идет внутрь здания. На заправке в это время не так много народа, поэтому заправиться получается быстро. Отгоняю машину на парковочное место, ставлю на сигнализацию и прохожу в само помещение. После теплого салона прохладное от кондиционера здание заставляет поежиться, отчего на коже появляются мурашки.

Вижу, как Костя стоит у кассы и что-то рассказывает девушке за прилавком, отчего она хихикает. Подхожу к ним и приветствую работницу данного заведения.

— Доброе утро.

— Доброе утро. Чего-то желаете?

— Она со мной, — объясняет Костя миловидной девчушке. — Я не стал рисковать с выбором, поэтому дожидался тебя, — обращается он уже ко мне.

— И правильно сделал, — отвечаю ему. — Девушка, мне капучино и французский хот-дог, пожалуйста.

— А мне американо, будьте добры, — вежливо и с улыбкой добавляет парень.

— Хорошо, — принимает наш заказ девушка и разворачивается в сторону кофемашины.

— Не знал, что моделям разрешено такое есть, — устремляет свой взгляд парень.

— У меня законные выходные, имею право. Потом в зале отработаю.

Стоим в молчании минут семь, пока девушка не приносит нам наш заказ. Пока она подсчитывает сумму, достаю из барсетки карту, но Костя оказывается быстрее и уже оплачивает заказ.

— Оплата прошла. Спасибо вам за визит, приезжайте еще.

— Большое спасибо. Всего доброго, — любезно говорит парень и забирает наш заказ.

— Хорошей вам дороги.

Благодарим девушку и направляемся на выход в сторону парковки.

— Как и обещал, за руль сажусь я, — напоминает мне Костя.

— Ладно, — соглашаюсь и размещаюсь на переднем пассажирском сиденье. — Ты хоть знаешь, как с такой машиной обращаться?

— Ничего, разберусь, — вручает мне в руки парень мой кофе и хот-дог.

— Так разберешься или знаешь? — настораживаюсь я.

— Не переживай, я ездил на автомате. Друг как-то давал прокатиться.

— Тогда ладно, — немного выдыхаю и принимаюсь пить бодрящий напиток.

Едем на протяжении минут двадцати. Кофейные стаканчики стоят пустые в отведенных для них отсеках, хот-дог тоже преодолен, и сейчас я наслаждаюсь просто музыкой и поеданием сушеной клюквы, которая всегда есть в автомобиле на случай «чего-то пожевать».

Костя не обманывал — он действительно знает, как водить мою «малышку», и у него это очень даже хорошо получается. Движения его за рулем плавные, не суетливые. Это даже завораживает, гипнотизирует, и меня вновь начинает клонить в сон.

Слышу, как Костя 2.0 приглушает музыку, а я сквозь нагоняемую дремоту говорю:

— Не надо делать тише.

— Но ты ведь засыпаешь.

— Кто сказал, что я засыпаю?

— Как будто это не видно, — мягко улыбается парень, и я снова вижу эти милые ямочки на его щеках.

— Я все равно слежу за тобой. А вдруг ты маньяк, который, как только я усну, увезет меня в лес и изнасилует.

— Слушай, Кир, — меняет свой тон на более строгий Костя. — Ты, конечно, удивительная девушка. Меня еще никто не называл и вором, и маньяком только за одно утро. Тебе не стоит переживать и все контролировать. Я понимаю, что мы мало знакомы, но ты сама меня выбрала в роли своего фиктивного парня. Там ведь не глупые люди будут находиться на встрече, они наверняка заметят, что мы с тобой никакие не парень и девушка, а уж о четырехлетних отношениях я вообще молчу.

Слушаю внимательно речь парня и задумываюсь. Он прав. Я слишком недоверчивая сейчас к нему. За время нашего знакомства он ни разу не подавал поводов, чтобы сомневаться в нем. Он просто обычный и простой парень, без всяких заморочек. Таких последний раз я встречала только в моем родном городе, ну и Гришу тоже можно отнести в эту категорию.

— Прости, — смущаюсь я. — Ты прав. Я просто сама не своя в последние дни после предательства бывшего.

— Изменил?

Я ничего не отвечаю, но Костя 2.0 все и так понимает и не продолжает данную тему, за что я ему благодарна. Ком из обиды и слез перекрывает горло, сдерживаю себя изо всех сил, чтобы прямо здесь не зайтись в рыданиях, и вновь начинаю поедание ягод.

Проанализировав четыре года наших отношений, пока я находилась дома одна, я вспоминала, как не раз ловила своего бывшего на общении и заигрывании с другими девушками. Тогда мне это казалось пустяком, обычным ничем не значащим кокетством, ведь ему приходится работать с десятками юных девушек каждый день — не могла же я ревновать к каждой из них? Тем более, когда мы оставались с ним наедине, он всегда подтверждал свою любовь ко мне. Внимание, забота, подарки, помощь во всем, путешествия — все это в совокупности показывало, насколько сильны его чувства ко мне. Но теперь… Теперь я вообще не уверена, было ли это все по-настоящему. Может, это все было иллюзией? Очередной девицей, которую он подобрал как котенка с улицы?

Все эти мысли нагоняют на меня сон, и я, закрыв веки, засыпаю.

Костя 2.0 будит меня уже на подъезде к поселку. Продрав немного глаза, замечаю, как же здесь красиво. Высокие сосны завораживают. Никогда не бывала в этих краях.

— Проснулась? — ласково спрашивает парень. — Как спалось?

— Хорошо, — отвечаю я. — Снилось, что мой план удался, и все одноклассники были сломлены наповал нашей парой.

Костя хрипло смеется, и я вместе с ним.

— Тебе настолько это важно?

— Ты не поверишь, как. У нас такая конкуренция. Впрочем, ты сам скоро увидишь.

Заезжаем на саму территорию, интересуясь у административного работника, который нас встречает, где находится забронированный домик для встречи выпускников одиннадцатого класса. Улыбчивая женщина объясняет, как проехать к домикам номер семь и восемь. Благодарим ее и направляемся по указанному маршруту.

Уже на подъезде к нужному месту замечаю пару машин и своих бывших одноклассников. Живот стягивает невидимый пояс, и с каждой секундой все труднее и труднее становится дышать.

— Не переживай, — слышу успокаивающий голос Кости. — Ты же не одна туда направляешься.

Делаю глубокий вдох и выдох, стараясь хоть немного унять волнение. У нас все получится. Не к чему будет даже придраться.

До первого домика остаются считанные метры, и я замечаю, как нам машет наша староста класса — Ира Сафонова. А она практически не изменилась — темное каре и очки на переносице остаются с ней как верные спутники жизни.

Костя паркуется возле большого черного внедорожника и глушит мотор.

— Удачи нам, — говорю вслух и ловлю на себе взгляд парня. В его глазах запечатлена уверенность и слова: «Все будет хорошо».

Выходим из салона автомобиля, и я сразу оказываюсь в крепких объятиях Иры.

— Кира, — визжит девушка. — Как давно я тебя не видела! — отстраняюсь, и Сафонова начинает осматривать меня с ног до головы. — Ты еще лучше стала.

— Спасибо, — благодарю ее с улыбкой. — Познакомься, это Костя. Мой молодой человек, — подхожу к своему бойфренду и по-свойски кладу руку на его плечо.

— Ирина, — представляется староста парню.

— Константин. Приятно познакомиться, — дружелюбно отвечает парень и кладет свою руку мне на талию, немного прижимая к себе.

— Взаимно.

— Алентьева! — пропевает знакомый голос. Из-за спины Иры с распростертыми руками выходит наш главный сердцеед класса — Анатолий Гришин.

— Анатолий, Анатолий, — напеваю знакомую всем песню. — Ты от скуки, ты от боли.

Отстраняюсь от Кости и направляюсь к своему главному школьному поклоннику.

— Цветок моей души, — говорит привычную фразу Гришин, которую повторял мне из года в год, с класса так девятого.

Обнимаюсь с парнем и замечаю, как он возмужал. От пухленького, прыщавого, с брекетами мальчика не осталось и следа. Передо мной стоит широкоплечий, подтянутый мужчина, выше меня на полголовы, с красивыми ровными зубами и темной шевелюрой. Несмотря на свой не самый презентабельный вид в школе, он жутко харизматичный парень. Девочки вешались на него не столько из-за внешности, сколько из-за его юмора и подвешенного языка.

— Ты чудесно выглядишь, кукла.

— Спасибо, — довольно говорю я. — Знакомься, мой молодой человек — Костя.

— Покажите, покажите мне того человека, который украл такое сокровище! Я хочу посмотреть в его глаза! — вопит он.

Костя подходит к нам ближе и в приветственном жесте жмет руку моему однокласснику.

— Константин.

— Анатолий. И никак иначе, — последнюю фразу мы произносим с Гришиным одновременно и заходимся хохотом.

Ну что ж, пока что не все так плохо, как я предполагала.

Ира и Анатолий ведут нас с Костей дальше к другим ребятам, которые успели уже приехать. Здороваемся с Петей Злобиным и Колей Лебедевым, нашей «бибой» и «бобой» класса. Они как Тимон и Пумба: Коля — высокий и худой, а Петя — низкий и немного плотный парень. Затем Ира ведет нас ко второму дому, где мы будем жить с Костей.

— С вами еще будут Лиля Капустина со своим мужем, Анька Синицына со своим женихом и Катя с Филом. У вас, скажем так, будет семейный домик, — рассказывает нам староста, пока мы поднимаемся на второй этаж.

— А почему семейный? Наша добрячка Катя и оторва Фил вместе? — удивленно спрашиваю я.

— Ты что, не знала? Они же уже муж и жена. Да и еще молодые родители близнецов.

— Да ладно, — тяну я.

— Угу, — подтверждает Ирка.

Добираемся до нашей комнаты и заходим внутрь.

— Вот здесь будет ваше ложе.

Комнатка небольшая: в ней смогли расположиться только кровать, небольшой диван, шкаф для вещей, прикроватные тумбочки и настенный телевизор.

— Ванная комната на втором этаже, а туалет на первом, — поясняет Ира.

Она совсем не изменилась со школьных времен — все так же с большой ответственностью подходит к любому делу. Это же она организовала нам весь отдых и была одним из инициаторов встречи вместе с Катей.

— Спасибо, — благодарим на пару с Костей за экскурсию Иру.

— Ну, вы располагайтесь, а я пойду. Если что — спускайтесь, — с улыбкой говорит нам Сафонова и уходит на первый этаж.

— Ну что, Константин, тащи наши вещи, — немного погодя говорю парню, когда перестаю слышать шаги старосты в доме. — Мой чемодан, если что, в багажнике, — добавляю и присаживаюсь на двуспальную кровать, объясняя, как открыть дверь багажника.

Костя послушно возвращается к машине и приносит наши вещи.

— Ты что, собираешься здесь неделю, а то и две жить? Чего такой огромный чемодан взяла? — возмущается парень по возвращении и ставит мой голубенький чемоданчик рядом со шкафом, а свой рюкзак кладет рядом.

— Я взяла все самое необходимое, — говорю привычную фразу всех девушек.

Поднимаюсь с кровати и направляюсь к выходу, чтобы удостовериться, что наш разговор никто не услышит, и закрываю плотно дверь.

— Нам с тобой нужно обговорить все условия.

— Это какие? — задается вопросом Костя и садится на край кровати.

— Наши с тобой отношения. Класть свои руки мне на талию, плечи и так далее в пределах разумного разрешаю, но не более. Никаких поцелуев в губы, максимум — в щечку, — говорю серьезно я.

— Не будет ли это подозрительно?

— Мне все равно. Сделай так, чтобы не подозревали. А, и еще: спать я с тобой в одной постели тоже не буду. Переселяешься на диван.

— Окей, — без лишних вопросов соглашается Костя.

Слышим приближающийся гул машины и сигнал, оповещающий приветствие. Подхожу к окну, начинаю высматривать, кто же к нам пожаловал, и вижу Капустину с ее мужем, будь она неладна.

— Ее Величество Капуста к нам пожаловала, — тихим и недовольным голосом говорю я.

— Чего? — поворачиваюсь и вижу непонимающие глаза Кости.

— Лиля Капустина, она же Медведева после замужества, — поясняю и отхожу от окна. — Пошли, будем дальше знакомиться.

Через пару минут мы стоим у первого домика и приветливо встречаем гостей. Кроме Лильки с ее мужем Андреем, они еще привезли с собой Аньку Синицыну со своим женихом.

— Птичка моя, — восклицает Гришин, обнимая Аню.

— Фу, Анатолий, я же тебя сколько раз просила меня так не называть. У меня неприязнь к ним, — надувая губки, напоминает ему девушка.

— А у меня неприязнь к твоей обиженной мордашке, — парирует одноклассник.

Через минут семь подъезжает еще одна машина, и из нее выходят еще две наших парочки: Катя и Фил Степановы, и Ангелина Никитина с Никитой Ермоловым.

— Ребята! — визжит Степанова. — Как же я рада всех вас видеть!

Обнимаемся со всеми прибывшими, и часть нашей компании, а именно женский состав, направляется на кухню. Ведь все, кто должен был быть здесь с утра, уже в сборе, еще часть должна подъехать во второй половине дня.

— Так, прекрасная половина мужского пола, — начинает Ира. — Вы сейчас направляйтесь выгружать нам продукты, затем алкоголь. А сами, сами, — уточняет она, ведя пальцем, — не пить его сейчас, а просто отнести его в подвал. Все поняли?

— Так точно, товарищ главнокомандующий! — в один голос говорят Петя и Коля, а Анатолий на подхвате.

— Смотрите мне, я за вами слежу, — щурится Ира и двумя пальцами переводит со своих глаз на глаза парней, давая понять, что она не шутит.

Еще со школы у нее такая привычка появилась. Ира такая Ира.

Уже через полчаса мы вовсю готовимся к первому приему пищи в большой компании. Катя и Аня отвечают за окрошку, Лиля, по своей прихоти и выпендрежу, делает салат «Цезарь», Ангелина — салат из редиски, вареного яйца и петрушки, а мы вместе с Ирой делаем колбасные, сырные и овощные нарезки, а также маринуем самое важное блюдо, которое будет вечером — мясо на шашлык.

— Ой, девочки, эти зубы — это что-то с чем-то, — вздыхает наша молодая мамочка. — Никакого сна: что у малышни, что у родителей. Вот, впервые за месяца два, наверное, смогли выбраться полноценно с Филом.

— А дети с кем? — интересуется Ангелина, нарезая спелый редис.

— С бабушками и дедушками. А с кем же еще?

Вся остальная готовка проходит у нас за рассказами и обсуждениями историй друг друга. Ира отучилась на журналиста и уже почти год работает в газете. Катя взяла академ полтора года тому назад и пока что так и не окончила свой ветеринарный факультет. Анька, как и Никита, продолжает учиться на стоматолога и уже подрабатывает на пару с Никитой у его родителей в стоматологической клинике. А Лиля просто удачно вышла замуж, даже не продолжив учебу после первого курса.

— Ну а ты как, Кир? Чем ты занимаешься? Я видела, ты участвуешь в каких-то фотосъемках, — спрашивает Катя.

— Да что только у меня и нет, — отвечаю и горделиво выпрямляю спину. — У меня заключен контракт с модельным агентством, поэтому куда позовут — туда и иду. В общем, работы хватает, — с улыбкой рассказываю я.

— И если даже в откровенной фотосессии предложат сняться, ты согласишься? — слышу колкость в мою сторону от Лили. Ну да, от кого же еще этого можно ожидать…

— Нет, у всех девочек есть право выбора, и об этом они изначально осведомлены и могут диктовать свои условия, — стойко отвечаю Капустиной.

— Это что же получается, какое-то идеальное агентство? — не отстает от меня Лилька.

— Ну не прямо идеальное, но вполне себе приличное место, где уважают личные границы девочек, — ведаю информацию. — И, между прочим, этой компанией руководит мой Костя, — фыркаю я и скрещиваю руки на груди.

— Да ну?

— Правда?

— Вот это да, — заливаются одна за одной девчонки.

Вижу, как Лилька начинает вскипать, но еще пытается держать эмоции в себе.

— Вы, кстати, такая красивая пара, — добродушно говорит мне Катя.

— Да, вы так гармонично смотритесь друг с другом, — добавляет Ангелина.

— Спасибо, — благодарю их за комплименты и вижу, как отворачивается Лиля, насупившись.

Вот видишь, Лилек, о твоем мужике даже и слова никто не сказал, а о моем вот как говорят. Правда, он временный, но вкус у меня, как я погляжу, прекрасный. Так лихо его подцепила. Так что 1:0 в мою пользу.

Как только у нас все готово, идем в большую деревянную беседку, что расположилась напротив первого дома, и накрываем на стол. Наши мужчины быстро приходят на запах, с разных уголков территории, расхваливая, какие мы хозяйки.

— Вот это ароматы, — мурлычет Анатолий. — Признавайтесь, кого замуж сразу брать?

— Свою не отдам, — гордо говорит Филипп и, прижимая к себе жену, целует ее в макушку, отчего Катя разом смущается и краснеет.

Садимся каждый рядом со своей парой и принимаемся обедать. Как только тарелки пустеют, нас вновь засыпают комплиментами.

— Спасибо большое, Клюковка, — слышу от Кости добрые слова благодарности и застываю, сидя на своем месте. Но он на этом не останавливается, и в следующую секунду его теплые губы касаются моего виска.

Вижу эти взгляды, устремленные на нас. Кто-то смотрит на нас с улыбкой, а кто-то, как Капуста, хмурится, скрестив руки на груди. Ее муж сейчас не осыпает свою жену благодарностями, а уткнулся в смартфон.

– П-пожалуйста… – отзываюсь я через пару мгновений, когда немного прихожу в себя.

После плотной трапезы наши мужчины вызываются помочь убрать со стола и вымыть всю посуду, а мы и не возражаем. Некоторые ребята решают передохнуть в своих комнатах, но есть и те, которые решают разведать территорию. Мы с Костей решаем пойти отдохнуть. Ну, как мы… я. Как только моя голова оказалась на мягкой подушке, меня сразу сморило. Проснулась я от стука в дверь — это была Ира, которая звала меня встречать подъезжающую колонну машин. К нам окончательно присоединились Вовка Попов, Игорь Демидов, Степа Морозов, Алиса Зайцева, Максим Платонов, Танька Дмитриева и Дашка Масловская. Не хватает только Влада Макарова и наших двойняшек Маши и Полины Смирновых — у каждого были неотложные дела. Добродушно здороваюсь со всеми и почти от каждого получаю приятные комплименты о том, какая я стала.

— Кир, а тебя твой молодой человек не заревнует от потока таких комплиментов от мужчин? — ехидно интересуется наш симпатяга-отличник Макс. Когда я была помладше, в классе так пятом, он даже был моей тайной любовью. Но когда на День Святого Валентина я увидела, что он подарил самую большую валентинку Алисе, то не на шутку разрыдалась. Никто не мог понять моей истерики, только спустя четыре года, на выпускном после девятого класса, играя в «Правду или действие», я смогла раскрыть свои тогдашние эмоции. Макс после игры отвел меня тихонько в сторонку, чтобы никто не видел, и крепко обнял, пожурив, что я раньше ничего не сказала, ведь я тоже тогда была ему симпатична, но Алиса была настойчивей и сама настояла, чтобы он подарил ей эту чертову валентинку, хотя изначально она предназначалась мне.

— Нет, он у меня не из ревнивых, — уверенно отвечаю Максу и ищу глазами Костю. Он сейчас помогает Игорю выгрузить вещи наших вторых «биба» и «боба», только в женском обличии, из машины, пока Танька с Дашкой щебечут с Лилей. Все в сборе, теперь можно приступать к следующей готовке.

Пока мы с девчонками суетимся на кухне, дорогие нам мужчины разжигают всем табором костер в мангале.

— Девки, вы только посмотрите на этих мачо, — зовет нас Анька Синица. — Вроде мангал один, а помощников вон сколько, — хохочет одноклассница.

— Ха-ха-ха, это точно, — заливаются остальные. И я не исключение. Вижу, как Косте 2.0 хорошо удалось влиться в компанию, прямо универсальный человек, как я погляжу. Беру телефон со столешницы и делаю пару кадров, чтобы потом пацанам показать, как они со стороны смотрятся.

Как только все готово, Ира выносит огромный контейнер с маринованным мясом на улицу и отдает его мужчинам с укором: если спалят, то будут жрать угольки, а мы себе сделаем нормальное мясо, благо его еще предостаточно в холодильнике. Игорь Демидов дает слово, что они не опозорят свое честное имя и весь мужской род, и у них получится превосходный шашлык, который мы ни в одном ресторане не пробовали. Ну-ну, посмотрим.

На улице смеркается, солнце медленно уходит за горизонт, а мы только накрыли на стол. Парни выносят стулья из домика, кому не хватило, и наконец мы можем присесть за стол. Анатолий вызывается быть нашим личным официантом для девочек и разливает каждой напитки.

— Кхм-кхм, — прочищает горло наша староста и поднимается со своего места. — Минуточку внимания, — затихаем, как по команде, и устремляем взгляд на нее. — Вот и пролетели пять лет с момента нашего выпуска. Я очень рада видеть здесь почти весь наш класс, видеть такие знакомые и родные мне лица. Не описать словами, как я счастлива за каждого из вас, и надеюсь, что и в будущем у всех вас будет все отлично. Так давайте выпьем за то, чтобы не раз еще так встретиться нашей дружной компанией. Ура!

— Ура! — восклицаем хором, и в следующую секунду раздается звон бокалов. Сегодня мой выбор пал на сухое красное вино. Делаю небольшой глоток горячительного и чувствую, как по горлу растекается приятная горечь. Пробую кусочек мяса и отмечаю, насколько оно получилось вкусным. Шашлык просто тает во рту. Делаю комплимент мальчишкам, и к моим словам присоединяются еще несколько девчонок, которым также все понравилось.

Постепенно день сменяет ночь, а мы все еще продолжаем болтать с ребятами о всяком, сидя в беседке. Узнаю, что Вовка с Игорем отучились на программистов и сейчас трудятся в одной хорошей компании в столице, Степа занялся автомеханикой и работает на СТО, Алиса делает тортики на заказ, Петя и Коля, как они говорят, на пороге того, чтобы открыть свой собственный бизнес, но какой — еще не могут сказать, Анатолий работает диджеем и ведущим по очереди на праздниках, а Дашка с Танькой соорудили небольшую студию у себя на квартире и занимаются маникюром и ресничками.

Слушаю все истории и чувствую, как внутри меня берет гордость за своих одноклассников. Все они смогли добиться чего-то за такой короткий срок, как и обещали в день нашего выпуска.

Заливаюсь хохотом от очередной истории Анатолия со свадьбы, где жених с завязанными глазами настойчиво уверял, что щупает задницу своей жены, а это на самом деле была ее подружка, за что потом получил люлей. Слышу, как вибрирует мой телефон, и, перевернув экран к себе, замираю. Улыбка тут же исчезает с моего лица, когда я вижу входящий вызов от настоящего Кости.

— Мне нужно отлучиться ненадолго, — шепчу на ухо Косте 2.0. — Без меня ничего лишнего не болтай.

— Все хорошо? — обеспокоенно интересуется парень.

— Пока да, — отвечаю ему и встаю из-за стола. Благо, мы сидим в самом начале, и не пришлось никого просить уступить. Все слишком заняты разговорами, поэтому никто и не замечает, что я отлучилась, и не задают лишних вопросов.

Направляюсь в сторону нашего дома и присаживаюсь на деревянную лестницу. Бывший продолжает настойчиво звонить. Все эти дни я принципиально не поднимала трубку, но сейчас чувствую, что пришло время поговорить. Медленно провожу по экрану и принимаю вызов.

— Кира, пожалуйста, не бросай трубку, я тебя прошу, — слышу суетливый голос парня.

Подношу телефон к уху и пытаюсь вслушаться в до боли родной голос. Слез уже нет, все они остались на моей подушке еще в ту злосчастную ночь, когда я их увидела. Сейчас мне хотелось услышать его версию и окончательно расставить все точки над «i».

— Кир, пожалуйста, я тебя прошу, ответь, — снова раздается по ту сторону звонка.

— У тебя есть три минуты, чтобы все объяснить. Время пошло, — холодно отчеканиваю каждое слово и принимаюсь слушать весь тот бред, что мне сейчас поведает Костя.

— Кира, солнышко, послушай, все, что ты увидела в офисе, — это была моя большая ошибка. Каюсь. Эта девица сама напросилась. Я ей сразу сказал, что занят, но она была настойчивей. Знаю, мне нет прощения, и ты правильно делаешь, что злишься на меня, но я хочу исправить и все вернуть. Мне плохо без тебя, Кир, — последняя фраза словно нож, который проходит по еще не зажившей ране. Делаю глубокий вдох и прикладываю руку ко лбу и щекам, ощутив, как жар приливает к лицу — то ли от вина, то ли от накатывающего волнения. — Кир, я рубашку спалил, — доносится еще одна фраза, и я выпускаю тихий смешок. Костя никогда не умел гладить вещи, все рубашки, костюмы и прочее я гладила сама. — Кир...

— И что ты хочешь сейчас услышать от меня?

— Шанс. Всего лишь один шанс. Я все исправлю, клянусь тебе!

— Кость, не будет никакого шанса, — спокойным и ровным тоном говорю своему бывшему.

— Кир, я знаю, какой я мудак, и мне нет прощения, но я хочу хоть немного попытаться...

— Нет, Кость, спектакль окончен, гаснет свет, — обрываю его и говорю строчку из известной песни.

— Кир, я тебя прошу, давай я сейчас приеду к тебе, и мы все с тобой обсудим.

— Я не в городе.

— А где ты? — явно не ожидая такого ответа, задается вопросом Костя.

— Там, где надо.

В этот момент из беседки доносится только что включенная музыка, и я понимаю, что Костя меня сейчас раскусит.

— Подожди, ты сейчас на встрече выпускников, верно?

— Все, Кость, мне пора. Даже и не пытайся все исправить, у тебя это все равно не выйдет.

— Подожди...

Сбрасываю вызов, не дав договорить бывшему, и ставлю в настройках «режим полета». Не хочу его слышать. Для себя я уже все решила. Как бы больно ни было, но мне не стоит давать ему шанс — я не могу быть уверена, что данная ситуация не повторится. К сожалению, явновь ошиблась в человеке...

Слышу, как доносятся веселые голоса одноклассников, и решаю вернуться к ним, а то еще потеряют меня. Поднимаюсь со своего места и направляюсь к беседке.

Веселье в самом разгаре. По моему возвращению вижу, как некоторые ребята уже пустились в пляс.

— Кира, — пропевает мое имя Анатолий, который находится в самом центре танцпола. — Иди к нам.

— Чуть позже, — отвечаю ему и сажусь за стол.

Костя 2.0 в это время разговаривал с Ирой, Катей и Ангелиной. Надеюсь, он ничего не рассказывает о «наших» с ним отношениях... Подхожу к столу и вижу пристальные взгляды в мою сторону.

— О, Кира, а где ты пропадала? — первой задает вопрос Ангелина.

— Да так, нужно было отойти ненадолго, — отвечаю, и тут Костя встает со своего места и дает мне проход к своему.

— Пока тебя не было, мы успели поболтать с твоим женихом, — довольно говорит Катя.

— Да? — наигранно тяну я. — И о чем вы говорили?

— Да так, о работе, о вас...

Черт!

— Как раз остановились на моменте вашего знакомства. Костя так и не сказал, где вы познакомились.

— В офисе.

— В кафе, — говорим одновременно с парнем. Вижу удивленные взгляды и тут же пытаюсь объясниться.

— Эм, мы имели в виду в кафе, которое находится у нас на первом этаже офиса, где мы работаем, — поясняю с улыбкой.

— Ааа, — тянет Катя, и я вижу, что данный ответ их вполне устроил.

— А вы сразу друг другу понравились? — интересуется Ангелина. — И как вы вообще потом узнали, что являетесь друг другу «начальством» и «подчиненной»?

— Ну... — пытаюсь что-то быстренько придумать, но Костя меня опережает.

— Не знаю, как Кире, но она мне сразу понравилась, — говорит парень и, повернувшись ко мне лицом, смотрит прямо в глаза. Вижу, как сейчас в них отражается вся теплота, которая может быть только у влюбленного человека. Может, этот Костя 2.0 актер? Потому что играет он отменно. Не докопаешься. — А о своих статусах узнали уже при самой первой совместной работе.

— О, как мило, — тянет Катя. Она всегда была такой сентиментальной.

— Клюковка, ты случайно не замерзла? Пока тебя не было, я плед из дому принес.

— Д-да, было бы неплохо укрыться, — с небольшим волнением в голосе отвечаю парню. Я немного шокирована его правдоподобностью.

В следующую секунду он берет плед, который лежал на спинке лавки позади него, и, разворачивая бежевую клетчатую ткань, накидывает ее с осторожностью на мою спину и плечи. Девочки, глядя на нас, повздыхали и направились на импровизированную танцплощадку, а мы остались наедине с Костей.

— Кто звонил? — интересуется парень.

— Не важно, — холодно отвечаю я.

— Точно? Выглядишь так, будто там был очень кто-то важный. Глянь, как покраснела.

— Это вино. Не бери лишнего в голову.

— Как скажешь.

— Может, выпьем? — беря свой наполовину заполненный бокал, предлагаю Косте.

— Давай, — соглашается парень и берет в руку свой бокал с виски. — За что пьем?

— За нас. Чтобы все получилось.

— Тогда на брудершафт, — довольно предлагает Костя.

— Еще чего. Обойдешься.

— Ну, попытаться стоило.

Улыбаюсь хитрости парня и протягиваю к нему бокал. Тихий звон стекла разносится за столом, которого никто не слышит, — практически все сейчас танцуют под хиты этого года.

До глубокой ночи мы проводим время вместе, пока не доходим до кондиции сна. Практически каждый сидящий за столом уже начинает засыпать, а когда за разговорами мы видим, как Анатолий падает лицом в свой недоеденный салат в тарелке, то тут вступает Ира и дает команду собрать все со стола и расходиться по своим комнатам. Кое-как, из последних сил, все заносим на кухню, и Ира дает добро доброй половине нашей большой и шумной компании идти в свои кроватки, а продуктами и посудой займется она на пару с Катей и Филом.

Чтобы не уснуть по пути в домик, мы с Костей начинаем обсуждать наш вечер и заходимся хохотом, как только вспоминаем веселые моменты этого вечера. Поднимаемся к себе в комнату, и первым делом я валюсь на свою просторную кровать, все еще не переставая смеяться над падением изрядно пьяного Анатолия в кусты неподалеку от нашей беседки.

— Ой, как давно я так не отдыхала, — тяну довольно и слышу какие-то странные звуки по ту сторону стены. — Ты слышишь это? — задаю вопрос Косте 2.0.

Замолкаем ненадолго и пытаемся прислушаться к шумам. По ту сторону стены, где расположилась спальня Лильки и ее мужа, слышатся ерзанье и еле слышное мычание. Ааа, так вот почему они раньше ушли — страсть на фоне выпитого алкоголя дала о себе знать?

— Фу, терпеть не могу, когда люди плюют на окружающих и начинают заниматься сексом вне дома, — отстраняюсь от стенки и, насупившись, умащиваюсь на левой стороне кровати.

— А что тут такого? Как по мне, это естественно — хотеть друг друга в любом месте этого мира. Главное, чтобы это не выглядело аморально и не мешало спать другим, — спокойно поясняет Костя и достает с верхней полки шкафа постельное белье, подушку и плед.

С каждой новой секундой звуки из соседней комнаты становятся все четче и громче. Кровать начинает поскрипывать, а Лилькины стоны больше походят на звуки, которые издает чайка. Не сдерживаю себя и заливаюсь хохотом.

— Ты чего? — оборачивается парень, когда расправился с застиланием своего спального места на ближайшие два дня.

— А что мне плакать? Хотя, была бы я на месте ее «медвежонка», то заплакала бы от того, насколько она плохо стонет, — прыскаю со смеху.

— Ты хочешь сказать, что стонешь лучше?

— Ну уж получше некоторых.

— Хм, — вижу, как губы парня коснулась хитрая улыбка. — Тогда...

Замолкаю, как только вижу в каре-зеленых глазах Кости разгорающийся азарт. Глотаю вязкую слюну, что успела скопиться у меня во рту, и приоткрываю его, чтобы что-то сказать, но слова так и остаются на кончике языка. Парень в два больших шага преодолевает комнату и залезает на мою кровать. Защитная реакция срабатывает моментально, когда вижу, как он подкрадывается ко мне. Поджимаю ноги под себя и впечатываюсь в изголовье кровати.

— Э-э-э, ты чего? — паника подкрадывается к горлу, и сердце начинает разгоняться до ста ударов в минуту.

— А может, мы им покажем, как надо? — хитро спрашивает парень, подкравшись ко мне вплотную. Его рука нависает над моей щекой, не успевая дотронуться до нее. Со всей дури я бью его по ладошке.

— Ты больной? — рявкаю я. Вспоминаю слова Юли тогда в кафе и начинаю сомневаться в том, что я закрутила. Может, он ненормальный? Какой адекватный человек согласился бы с первой встречной поехать загород и провести там три дня?

— Эй, спокойно, — в свою защиту Костя немного отстраняется, и тут его придурь меняется на адекватность. — Я хочу предложить одну идею.

— Идею? Трахаться я с тобой не собираюсь. Или ты забыл, что мы с тобой обсуждали?

— Хм, такое не забудешь, — ухмыляется Костя. — Ты же хочешь выиграть спор и показать всем, что мы пара?

— Ну да. Только я не понимаю, при чем здесь тот факт, что они сейчас устроили за стенкой трахадром?

— Все просто, — спокойно поясняет парень. — Это тоже делается, чтобы превзойти всех. Тем самым показать, что ее муж прекрасен в постели.

— Окей, тут я с тобой соглашусь. И что ты тогда предлагаешь?

— Давай сделаем то же самое, что и они.

— Чего? Ты что, глухой? Я же тебе сказала, что у нас с тобой не должно быть никакого взаимодействия.

— Но прикасаться друг к другу мы имеем право?

— Да, но...

— Но?..

— Только когда при людях. За пределами чужих глаз я предпочту остаться без твоего внимания.

— Но сейчас же тебе неприятно, что их слышит весь этаж?

Смотрю на парня и не могу найти аргументы, чтобы противостоять в этом диалоге.

— Доверься мне, — по-доброму говорит Костя.

Делаю глубокий вдох, выравнивая дыхание, и, расслабив колени, выпрямляю их вдоль кровати.

— Что мне нужно сделать?

— Есть два варианта: первый — ты издаешь характерные звуки, а я покачиваю кровать, или второй вариант, более правдоподобный — мы имитируем секс, но будучи в одежде. Но это если ты позволишь.

— Я не собираюсь тереться об твой член, — холодно отвечаю я.

— Понимаю. Тогда первый вариант, — говорит Костя и перемещается на правую часть кровати. Становится на четвереньки и смотрит на меня. — Ну?

Вместо того чтобы начать выполнение нашего плана, я заливаюсь хохотом.

— Не знал, что у девушек и такой есть вид стона при получении удовольствия.

Я захожусь еще большим хохотом, хватаясь за живот, а Костя все продолжает стоять в своей позе и не понимает, что происходит.

— Это какой-то сюр, — сквозь слезы говорю я парню. — Ты случайно не был в прошлой жизни кошкой? Так грациозно стоишь, — прыскаю со смеху.

— Ага. А ты случайно не была в прошлой жизни лошадью? А то ржешь как лошадь.

— Ах, что ты сказал? Это я ржу как лошадь? Да я тебе сейчас... — подбираюсь к нему поближе и замахиваюсь, но Костя ловко хватает мою руку и, заключив в объятия, наваливается на меня, валя на кровать, практически обездвижив.

— Эй, отпусти, — начинаю ерзаться в крепких руках парня, но ничего не выходит. Костя 2.0 молча и так спокойно смотрит на меня, пока я утихну, и я действительно успокаиваюсь, бросив попытки вырваться. Тяжело дышу и смотрю в глаза парню, которые смеются сейчас надо мной.

— Ты сама сейчас выбрала вариант номер два.

— Что? Ничего я не выбирала.

— Тш, — успокаивает меня он. — Я не сделаю тебе ничего такого, что выходит за грань приличия. Просто сейчас сделай то, что я тебе скажу, доверься мне.

— А кто ты мне, чтобы я тебя слушалась?

— Парень.

— Прошу заметить, временный.

— Даже если и так, я не сделаю тебе ничего плохого.

Слышу, как за стеной Лилька уже доходит до очередной кондиции. Хм, брехуха. Теперь понятно, почему у нее столько дорогих шмоток и электроники.

— Давай уже твой план, а то еще чуть-чуть, и не для кого будет это все «показывать».

В следующую секунду Костя высвобождает меня из объятий и ложится на спину прямо посередине кровати, указывая руками на себя.

— Неее, я же тебе сказала, что я...

— Кира, — обрывает меня парень. — Ты снова за свое? Я понимаю, что мы с тобой мало знакомы, и ты не собираешься со мной в дальнейшем общаться, но сейчас же ты хочешь утереть нос своей Капусте, верно?

Фыркаю, ведь он снова прав. Молча, не говоря ни слова, я переползаю к нему на бедра, умащиваясь чуть ниже его причинного места.

— Кир, там ноги.

— Ой, правда? А я не знала.

— Кир...

— Что Кир? Я же не сяду тебе на живот.

— Но чуть выше подвинуться можешь. Мы же все равно в одежде.

Выпускаю нервный пар и молча продвигаюсь чуть вперед.

— Чувствую себя девочкой по вызову.

— Ну, я бы так не сказал. Они намного послушнее, — ухмыляется Костя.

— Извращенец.

— Хм, если я извращенец, тогда ты — безумная женщина, которая решилась на все это, начиная знакомство с первым встречным в кафе.

— 1:1, — цокаю на слова, сказанные парнем, и смотрю на него в ожидании дальнейших действий. — И что дальше?

— Дальше ты начинаешь делать все то, что тебе привычно в данной позе. А потом наблюдай магию, — дает наставления он и улыбается.

— Ладно.

— Сейчас мы снимаем все запреты. Ты можешь делать все, что захочешь, и я постараюсь не перегнуть палку.

Уже ничего не отвечаю ему, ведь я уже на нем, и возмущаться уже поздно, главное — действительно не перегнуть нам палку.

Костя кладет свои теплые, грубоватые ладони мне на бедра, и от этого прикосновения по коже пробегают мурашки. Его пальцы слегка впиваются в кожу, будто проверяя, не передумаю ли я. А я... я делаю первые робкие движения вперед-назад, чувствуя, как сквозь тонкие леггинсы и его спортивные шорты между моих ног начинает твердеть его член.

Отвращение? Да, оно еще здесь, сжимает горло, шепчет:«Ты же не такая, ты не делаешь такого с малознакомыми тебе парнями. Чем ты лучше сейчас своего бывшего?». Но алкоголь — коварный союзник — глушит этот голос, заменяя его гулом в висках и размытыми краями реальности. «Все уже началось, поздно останавливаться», — будто говорит мне мое же тело, предательски отвечая на каждое движение Кости.

Сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди. Дыхание сбивается, губы пересыхают, а в голове — туман, сладкий и дурманящий. Я смотрю на него: его глаза то закрываются, то открываются, словно он балансирует между наслаждением и попыткой сохранить контроль. Губы его сжаты, потом приоткрываются в тихом стоне, и это... это заставляет что-то екнуть внутри меня.

Нам не нужно много времени. Всего несколько минут — и вот уже я слышу собственные звуки, тихие, стыдливые, но их уже не заглушить. Его руки скользят по моей талии, опускаются ниже, сжимают ягодицы, и от этого в животе вспыхивает жар. Я касаюсь его торса — сквозь ткань футболки жжет, будто под ней тлеет огонь.

Мы уже не думаем, не стесняемся. Глухие стоны, прерывистое дыхание, дрожь в ногах — все смешалось в этом безумном танце. Кажется, весь дом слышит, как я теряю голову, но мне уже все равно. Костя хватает меня за поясницу, прижимает к себе, и его последние толчки выбивают из меня остатки стыда. Тело содрогается в спазме, мир на секунду гаснет, и я падаю на его грудь, чувствуя, как подо мной бешено колотится его сердце.

Мы тяжело дышим, лоб в лоб, и в его глазах — то же ошеломление, что и во мне.«Что мы только что сделали?» — мелькает в голове, но ответа нет. Есть только липкий стыд, странная опустошенность и... облегчение.

— Ты же говорила, что тебе отвратительны те люди, которые мешают спать другим? — прерывисто задает вопрос Костя, вспомнив, что я говорила с полчаса назад.

— Это был единственный момент исключения из правил.

Постепенно ко мне приходит сознание, и я начинаю чувствовать свое тело, мышцы расслабляются, не давая даже пошевелить ими, но когда я начинаю чувствовать образовавшуюся влагу — что в моем, что у моего партнера в нижнем белье, — мне все же приходится встать и, прикрывшись руками, взять с кресла большое белоснежное полотенце, что предоставляет база отдыха, и обмотать его вокруг бедер. Хватаю второе и кидаю его своему «бойфренду».

— Прикройся пока. А я пошла в душ.

Костя послушно и без всяких слов хватает полотенце и прикрывает причинное место.

Беру все необходимое из чемодана: косметичку, чистое нижнее белье, пижаму — и направляюсь в ванную комнату. Аккуратно открываю дверь, проверяя, чтобы ни с кем не столкнуться в коридоре, и выхожу из нашей спальни. Прохожу на цыпочках мимо комнаты Капусты и вижу горящий свет сквозь щель на полу, прислушиваюсь к голосам по ту сторону двери, но не могу разобрать, о чем идет речь. Не задерживаюсь здесь надолго и продолжаю свой путь к ванной комнате. Включаю свет и прохожу внутрь, закрыв за собой дверь. Подхожу к широкой раковине и кладу все свои вещи на нее. Раскрываю косметичку и достаю из нее гидрофильное масло. Выдавливаю небольшое количество и начинаю растирать его в ладонях, а затем наношу на лицо. Когда с косметикой на лице покончено, беру гель для душа и ставлю его на полочку, расположенную возле душа. Снимаю с себя влажную одежду, делаю небрежный пучок на голове и захожу в душевую кабину, закрыв за собой прозрачную дверь. Включаю воду, и прохладные капли тут же касаются моей разгоряченной кожи, отчего по телу пробегает толпа мурашек. Выдавливаю небольшое количество геля себе на руку и начинаю равномерно распределять его по коже. Прохожу по рукам, шее, груди, талии, бедрам, ягодицам и ногам, ощущая, как заливаюсь краской. Тело еще помнит нежные, но в то же время уверенные касания Кости 2.0. Чувствую, как внизу живота вновь начинает будоражить, и, чтобы избавиться от непрошенных мыслей, переключаю воду на самый холодный режим. Ледяная вода мгновенно приводит меня в чувство, заставляя отстраниться.

Не понимаю, как я могла на такое согласиться? Где подевались мои чертовы принципы? Чем я лучше сейчас настоящего Кости? Хоть сейчас и не было между мной и Костей 2.0 настоящего секса, но факт того, что мы довели друг друга до экстаза своими касаниями, есть. Это тоже в своей форме секс, но немного иной. Я видела, как парень держался до последнего, чтобы действительно не снять с нас одежду. Впрочем, я сама в какой-то момент хотела этого, но быстро откинула эти дурные мысли в сторону. Я не собираюсь продолжать общение с ним — он просто парень, который помогает мне выиграть спор с Капустой, не более. Мне сейчас ни к чему отношения с парнями, надоели. Дайте хоть немного пожить для себя.

Глава 3

Засыпаю я ближе к четырем часам утра. По возвращении из ванны мы никак не обговариваем с Костей, что между нами произошло, а просто занимаемся своей рутиной. Спала я крайне тревожно, мне снился сон, будто я дала шанс настоящему Косте, и мы сидели в нашей с ним квартире, обсуждая дальнейшие планы на жизнь. Б-р-р-р.

Разбудил меня щебет птиц, раздававшийся под открытым окном. Смотрю на экран телефона — «6:57» утра. Мало, конечно, для хорошего сна, но спать мне уже не хочется, слишком возбудилась перед сном. Скидываю с себя одеяло, сажусь ровно на кровати, перекидываю ноги на пол и сладко потягиваюсь, вдыхая свежий запах утра. Поворачиваю голову в сторону дивана и не вижу на нем Костю 2.0. Постель аккуратно застелена. Неужели ему тоже не спится?

Накидываю на себя плед, которым укрывалась вчера вечером, надеваю кроксы и выхожу из комнаты, решив немного прогуляться по территории. Тихонько спускаюсь на первый этаж, отмечая, что все еще спят (конечно, после такой гулянки). Подхожу к островку, беру чистый стакан, бутылку с минеральной водой, наливаю и делаю блаженный глоток. Как только стакан опустел, мою его в раковине и возвращаю на место. Выхожу на крыльцо дома и вижу своего «бойфренда». Сейчас он делает растяжку на все группы мышц. Несмотря на утреннюю прохладу, он одет в темную футболку и спортивные шорты. В свете яркого солнца, которое уже давно встало, каждая мышца видна и очерчена темной обтягивающей тканью. Ох, хорошо, что парень стоит ко мне спиной, иначе бы заметил, как я на него пялюсь. Еще около минуты он продолжает делать упражнения, пока не завершает их и не поворачивается ко мне лицом.

— Доброе утро, — с улыбкой здоровается Костя.

— Доброе, — отвечаю ему. — Ты спортом занимаешься в такую рань?

— Как видишь.

— Удивлена.

Заходим вдвоем в дом, парень пьет из только что мной вымытого стакана и промывает его, как я. Направляемся с ним в нашу комнату, и я решаюсь задать вопрос, который мы так и не обсудили ночью.

— Кость, что это было ночью?

— Что ты имеешь в виду? — не понимает парень, параллельно доставая из рюкзака гель для душа и накидывая на плечо белое полотенце.

— То и имею. Ты же понимаешь, что это ничего не значит?

— Конечно, — спокойно отвечает парень. — Все это делается для Капусты и не более.

Костя подходит ко мне и, одаривая улыбкой, щелкает мне по носу, отчего становится немного щекотно, и направляется в ванную комнату. Как бы меня ни тревожили мысли об этой ночи, больше я не стала заводить разговор на эту тему.

План на день у нас был таков: сначала хорошо позавтракать, затем отправиться на озеро, поплавать, а там уже, если кто захочет, поиграть в подвижные игры с мячом.

Когда мы с Катей и Ирой готовили завтрак (потому что встали раньше всех), к нам присоединилась Ваше Величество Лилька.

— Всем доброе утро, — бодро проговорила она, спускаясь с лестницы, как королева к своему народу, и прошла к островку, на котором мы готовили завтрак.

— Доброе утро, Лиль, — по-доброму ответила Катя. — Как спалось?

— Ой, девочки, да как спалось... Муж не давал уснуть, — последнюю фразу она проговорила со вздохом. — Вы уж простите, если могли потревожить вас.

Слушаю все это, а самой хочется сморщиться, как от съеденного кислого лимона, настолько это отвратительно звучало.

— Ой, да ну что ты, — щебетала Катя. — Мы все понимаем, — и подмигнула Лиле.

— Да, мы просто сейчас стараемся над малышом, поэтому...

— Да ну, — не дав договорить Капусте, перебила Катя. — Это же здорово, — пищит она. — Я вас поздравляю с таким ответственным шагом в вашей жизни.

— Спасибо, — с улыбкой отвечает Лилька.

— Кир, а вы тоже ночью с Костей работали над пополнением в вашей семье? — интересуется уже у меня Катя.

Я аж салатом подавилась, который пробовала на соль.

— Да мы как-то еще не планировали, — откашлявшись, ответила я.

— Ну, планируете, не планируете, а дети порой на это не смотрят. Вон мы с Филом просто решили опробовать новые презервативы. Как итог — Сашка и Ванька через девять месяцев, — хихикнула она. — На заметку, никогда не покупайте презервативы этой фирмы, — и назвала их. — Похвально, Лиль, что вы стараетесь, молодцы. Но мой совет: не подстраивайтесь под график, отдавайтесь любви без мыслей о маленьком. Глядишь, получится спонтанно.

— Спасибо, Катюш, обязательно учту твой совет, — с улыбкой сказала Лилька, но я заметила нотку язвительности в ее голосе. Наша «добрая душа» этого не заметила и крепко обняла Капусту, что-то шепнув ей на ухо. Я лишь закатила глаза. Было видно, что ее не устроило, что не только она стала предметом утренних разговоров и последующих сплетен среди ребят.

Завтрак был готов, и мы с девчонками принялись созывать всех, кто не спал, в беседку для утренней трапезы. Спали только единицы, но все остальные были в сборе. Парни вчера так хорошо провели время, что практически каждому сегодня понадобились таблетки от головной боли. Больше всех страдал, конечно же, Анатолий. Его внешний вид выдавал состояние: надетые темные солнцезащитные очки, «царский», как мы его прозвали, атласный длинный халат и, почему-то, летняя шляпа выдавали его с потрохами. Только Костя и Макс выглядели как огурчики, будто вчера и не пили.

Когда все набили желудки, парни вновь вызвались помочь нам с посудой и предложили отправляться переодеваться в купальники.

Вышли мы в сторону пляжа только в десятом часу. Мы с девчонками шли впереди и весело щебетали о своем, девичьем, а парни, как верная охрана, шли позади и несли все наши пляжные сумки, коробки с еще не надутыми матрасами, кругами и волейбольный мяч. В этой поездке нам прямо везло с погодой: теплый, в меру жаркий июнь радовал нас, и этот день не стал исключением. На пляже практически никого не было, и мы смогли расположиться с комфортом под большим кроном дерева. Некоторые девчонки сразу с приходом на пляж направились к воде, чтобы ее опробовать.

— О, тепленькая, — сказала Аня.

— Ух, да какая тепленькая, Ань, прохладная, еще не сильно прогрелась, — сморщилась Дашка Масловская.

— Прохладная? О, это то что нужно, — услышав диалог, Анатолий первым направился опробовать воду. Брызги летели во все стороны, даже обмочили Аньку с Дашкой, отчего они завизжали и пригрозили Анатолию расправой.

Разложив все возможные покрывала, наши мальчики принялись надувать матрасы насосом, а круги — своим дыханием.

— А ну, пацаны, проверим, кто тут у нас курильщик? — хихикнул Вовка Попов и принялся качать насосом огромный круг. Сразу было видно, у кого имеется дурная привычка.

Я была из тех, кто плавает либо на матрасе, либо в круге. Нет, я не то чтобы не умею плавать, ну как, по-собачьи да, на воде держаться более-менее могу, но дно... Для меня это самый большой страх — почувствовать под ногами что-то инородное. Б-р-р-р! Поэтому сейчас мой одноместный розовый матрас надувал сам Костя 2.0. Я предлагала ему дождаться очереди на один из насосов, но он наотрез отказался. Постепенно, своим ходом, он довольно быстро справился и с улыбкой передал мне свою работу, за что я его добродушно поблагодарила.

— Кир, а ты что, не поцелуешь своего рыцаря с железными легкими за такой поступок? — хитро поинтересовалась Танька Дмитриева, которая расположилась на соседнем покрывале и щедро мазала себя солнцезащитным кремом.

Я посмотрела на Костю 2.0 и увидела в его прищуренных глазах: «Давай, не стесняйся, пусть наслаждаются». Еще пара секунд переглядываний — и я тянусь к парню, чтобы поцеловать его. В щеку, конечно же. Но Костя меня опережает и сам целует меня в правую щеку, аккуратно прижимая к себе:

— Не за что, моя Клюковка.

Вижу одобрительный взгляд Тани и немного отстраняюсь от парня. Ничего ему не говорю, а лишь молча располагаюсь на нашем с ним месте, а он уходит к конкретно уставшему Никите, который качал самый большой матрас.

— Хороший он у тебя, — звучит справа от меня. — Видно, что любит, — немного со вздохом проговаривает Таня. — Повезло тебе.

Поворачиваюсь к ней и серьезно отвечаю:

— Не переживай, ты тоже когда-нибудь такого встретишь.

— Думаешь?

— Уверена, — уверяю ее и улыбаюсь. Таня отвечает взаимной улыбкой и отводит взгляд на воду, где сейчас плавали и, словно дети, резвились некоторые одноклассники. Вчера, во время готовки, Таня поделилась, что недавно вышла из токсичных отношений, где партнер конкретно не уважал личные границы девушки, устраивал сцены ревности, так еще и указывал на ее недостатки в виде «лишнего веса», из-за чего Таня попала даже в больницу, когда активно пыталась сбросить вес. Вот там-то она все и окончательно решила, что бросает его, а когда услышала, что Ира устраивает встречу выпускников, то сразу оживилась, надеясь увидеть там его... Влада Макарова — свою первую школьную любовь. Поняла она это, к сожалению, только в одиннадцатом классе, когда до окончания учебы оставалось четыре месяца. На выпускном они дали обещание, что не потеряют друг с другом общение, но увы. Влада сразу же родители определили в хороший морской университет на Дальнем Востоке и отправили туда жить. Сколько бы они ни пытались поддерживать общение, все было тщетно. Со временем у Тани появился ее уже бывший молодой человек, и он запретил ей общаться с лицами мужского пола. И вот, когда они вновь могли увидеться за последние пять лет, все рушится об скалы разочарования — Влад находится в открытом море на данный момент и не смог прилететь к нам, чему Таня очень расстроилась, что даже первоначально хотела не ехать никуда, но потом убедила себя, что хотела бы видеть на встрече не только Влада, но и других ребят.

Сижу на покрывале, наблюдаю, как Анатолий в данный момент покрывает брызгами визжащих Аню, Дашу, Алису и Ангелину. Да, как же наши мальчишки и девчонки изменились... Полненький в школьные годы Анатолий походил на голливудского красавчика с прекрасным рельефным телом, да и остальные не отставали — пока никто не успел отрастить пивные животики. Перевожу взгляд на Костю, который помог Никите докачать матрас и сейчас на пару с ним помогает нести его к воде для Кати и Иры, а затем возвращается обратно к нашему месту.

— Почему не присоединяешься к ним? — интересуется Костя 2.0, устроившись возле меня на голубом покрывале. — Все уже там.

К моменту, пока он пришел, уже и Таня вместе с Лилькой успели пойти к воде.

— Да так, моментом наслаждаюсь. Сейчас пойду, только крем нанесу.

— Тебе помочь?

— Нет, не стоит.

— Как хочешь, — отвечает он и ложится во весь рост, предварительно стянув с себя футболку и надев солнцезащитные очки.

— А ты чего не идешь плавать? — поворачиваюсь к нему и задаю встречный вопрос.

— Пойду, только дух переведу немного.

— М-м-м, — тяну я и встаю, чтобы стянуть с себя тонкое льняное платье нежно-розового цвета, под которым скрывался цельный купальник того же оттенка, с косым вырезом на животе, оголяя его. Поворачиваюсь назад и вижу пристальный взгляд парня.

— Что?

— Что? — задает тот же вопрос Костя 2.0.

— Чего так пялишься?

— А с чего ты решила, что я пялюсь?

— Твой оценивающий взгляд видно даже через самые темные очки, — хмыкаю я.

— Даже если и так, я что, не могу любоваться своей девушкой? — улыбается Костя, показывая свои обворожительные ямочки.

— Прошу вспомнить, какая я тебе, — поворачиваюсь назад, чтобы никто не услышал, и делаю голос на полтона тише, — девушка.

— Что ни на есть самая любимая, — подмечает он и заводит руки за голову. Хм, бритые подмышки. Одобряю.

— Не ерничай, — морщу нос и располагаюсь вновь на покрывало, достаю SPF-крем из пляжной сумки.

Начинаю распределять его равномерно по рукам, груди, животу, ногам и принимаюсь наносить на спину. Слышу приглушенный смех и слова Кости:

— Долго будешь мучиться?

— Ничего, не в первый раз, — пыхчу я и отвожу руку на левую лопатку.

— Люди смотрят, Кир.

— Пусть смотрят. Я сама справлюсь, — отрезаю я и чувствую, как парень садится и берет из моих рук крем.

— Режим «я сама» будешь включать с кем угодно и когда угодно, но только не со мной, — произносит он и принимается наносить на мою спину крем. Его большие, теплые и немного сухие руки так нежно распределяют по моей коже содержимое тюбика, что я невольно закрываю глаза и чуть ли не мурлыча начинаю наслаждаться моментом. И двух минут не проходит, как он заканчивает, а я разочарованно открываю глаза и вижу перед собой тюбик в руках Кости 2.0. Забираю его и говорю:

— Спасибо.

Парень отвечает как всегда взаимностью и встает, возвышаясь надо мной.

— Идем? — интересуется он и, протягивая руку, одаривает улыбкой.

Смотрю на него, прищурившись от яркого солнца, которое возвышается прямо над ним, будто освещая его, протягиваю ему руки и встаю на ноги. Оставляем все ненужное, берем мой розовый матрас и направляемся к озеру.

Все ощущается как в подростковом возрасте, когда на дворе стоит жаркая погода, и ты всей толпой идешь к речке, чтобы хоть немного сбавить жар в теле прохладной водой. Почти все девочки плавают на своих надувных плотах, а парни, словно рыбы, кружат вокруг нас.

Лежу на своем ярком «облачке» и, блаженно прикрыв глаза, полностью расслабившись, доверяю себя солнечным лучам. Среди общего шума не слышу, как ко мне кто-то подплывает, а чувствую лишь влажную руку на оголенном участке живота, отчего вздрагиваю.

— Эй! — вскрикиваю я и замахиваюсь на того, кто посмел потревожить, и вижу Костю.

— Воу-воу, это я, не паникуй, — успокаивает парень и окунает руку обратно в воду, чтобы держаться на плаву. — Не хочешь поплавать?

— Так я уже плаваю, — хмыкаю я.

— Именно окунуться не желаешь? Вода — кайф.

— А тут глубоко? — смотрю на парня.

— Ну тут глубоко. Какая-то яма, что ли, — нащупывая дно, отвечает мне парень.

— Тогда нет, пожалуй, воздержусь, — отвечаю и снова прикрываю глаза.

— Плавать не умеешь?

Шумно вздыхаю и, открыв глаза, поворачиваю голову на бок, устремляю взгляд на парня.

— Умею, — смело отвечаю, но в следующую секунду уже не так уверенно добавляю. — Но не особо. Глубины боюсь, — отвечаю искренне.

— Да ладно, серьезно? — удивляется парень.

— Ну да. А что в этом такого? — не понимаю, в чем проблема.

— Да нет, ничего. Извини, что так отреагировал, — стушевался Костя. — Может, тебя покатать?

— Лучше нас покатай, Кость, — говорят Даша с Таней, которые позаимствовали огромный матрас у Иры и услышали наш разговор.

— Кто сказал, что нужно покатать? — вопит Анатолий и плывет в нашу сторону. — Девчонки, я к вашим услугам.

— Анатолий, ты лучше вон Ирку покатай, а то она сейчас уснет в том круге, — отвечает ему Даша, и все переводят взгляды на нашу старосту, которая, закрыв веки, блаженно покачивалась на воде.

Анатолий понимает намек и, приложив палец к губам, показывая нам всем помалкивать, тихонечко подплывает к Ирке, словно Мото-Мото из мультика «Мадагаскар», у которого одни глаза торчали из-под водной глади.

— Ирина, где журнал вашего класса? — пародирует голос и тон нашей учительницы по математике Анатолий.

— А? — приоткрывает глаза Ирка и в следующую секунду оказывается уже в воде. Все, кто видел сие представление, хохотали, словно чайки, пока не увидели, как Ира, вынырнув, стала сама «топить» Анатолия, и зашлись еще большим хохотом.

Все же Анатолий подбил пацанов покатать девчонок на матрасах наперегонки. Они выступали в данном состязании моторчиками, а мы — пассажирами, и цель была доплыть до берега первым. Кто приплывал последним, тот до конца нашего отдыха должен был мыть посуду за всеми. Естественно, никто не горел желанием стать посудомойкой на целых два дня, поэтому парни были серьезно настроены и подплыли каждый к своей команде. У кого-то был один «моторчик», а у кого-то, как у меня, — два. Моими моторчиками стали Костя и присоединившийся Анатолий. Он больше всех кричал, что не собирается проигрывать и сделает все возможное для этого. Меня этот настрой немного пугал, так как парни решили стартовать чуть ли не с середины озера. Вцепившись в матрас, я тихонько сказала Косте:

— Кость, я боюсь.

— Не бойся, Алентьева, все будет отлично, — услышав мой шепот, Анатолий первым ответил бодрым голосом и усердно тащил на пару с Костей мой матрас.

— Не переживай, мы будем аккуратны, — уверял меня мой бойфренд.

Я лишь вздохнула и чуть сильнее вжалась в свое плавающее «облако».

Нас было семь команд, и как только мы оказались на старте, выстроившись ровно, Анатолий начал отсчет и дал громкий сигнал начала состязания. Девчонки завизжали, цепляясь за матрасы, а парни так усердно гребли, что шум от нас стоял наверняка на приличном расстоянии. Не удивлюсь, если в домиках поблизости люди могли слышать наши визги. Поначалу все шло хорошо, мы и правда лидировали, хотя нас постоянно догонял Вовка Петров со своей напарницей Алисой. И как только мы приближались к берегу, Анатолий решил немного прибавить «газку» и так пошатнул матрас со злости, что я перевернулась в воду. Все произошло слишком быстро. Я даже вскрикнуть не успела — только почувствовала, как холодная вода смыкается над головой, затягивая вниз. Инстинктивно закрыв глаза и задержав дыхание, я стала судорожно искать дно под ногами, но... его там не было! Паника накрыла меня мгновенно. Она преследует меня с самого детства, с того самого момента, когда я гуляла с двоюродной старшей сестрой у реки, и глупый соседский мальчишка, забрав у меня спасательный жилет, уплывал от меня на глубину, крича мне вслед: «Попробуй забрать!» Причиной тому был глупый спор, умею ли я плавать. Ведь не уметь плавать в моем возрасте — это стыдно. Вот он, например, уже как четыре года занимался плаванием и хвастался, что может плавать на любой глубине. Я же к своим на тот момент десяти годам умела лишь немного держаться на плаву, и после слов «докажи, что можешь» я отчаянно стала бежать и плыть за тем придурком, пока не забрела в яму... Тогда меня еле спасли. И даже не горе-пловец, а моя сестра, которая очень сильно за меня испугалась.

Животный страх овладел мною. Воздуха в легких становится меньше, я отчаянно пытаюсь плыть наверх, но у меня это плохо получается, и только моя рука могла хоть немного дать знак на поверхности, что я тону. Ноги судорожно забивались, а руки продолжали тянуться к мутному свету, но тело, окованное ужасом, не слушалось. Вода давила на уши, глуша все звуки, и только бешеный стук сердца отдавался в висках. Где-то вдали, будто сквозь толстое стекло, я слышала крики, но они казались такими далекими, будто это происходило в другой реальности. Воздуха не хватало, и я стала отчаянно закрывать нос и рот рукой, чтобы вода не проникла в них. От нехватки кислорода сознание стало мутнеть, и я не сразу заметила, как ко мне подплыли и, крепко схватив за талию, потащили на поверхность. Как только шум озера в ушах сменился на привычный, я сразу же начала жадно глотать ртом блаженный воздух. Следующие несколько минут для меня были как в тумане. Под общие верещания девочек кто-то двое вытащил меня на берег, положили на мягкое покрывало и стали слушать мое сердцебиение.

— Кира, Кира, ты меня слышишь? Врача, кто-нибудь позовите врача! — слышались приглушенные голоса.

Первую помощь мне стала оказывать, кажется, Ангелина, и через какое-то время я смогла прийти в себя. Первое, что я увидела, — это обеспокоенное лицо Кости 2.0 и серьезное Ангелины. Впервые я видела его таким взволнованным.

Я начала откашливаться, легкие стали немного печь, и меня тут же перевернули на бок.

— Кира, ты слышишь нас? — кто-то сказал испуганным голосом, по-моему, это был Макс.

Мне понадобилось минуты две, чтобы немного прийти в себя и привстать. На меня тут же накинули полотенце.

— Кира, — звала меня Ира. — Ты как?

Впервые я смогла увидеть их после моего неудачного «погружения» под воду. Абсолютно все сейчас стояли и смотрели на меня обеспокоенными глазами, даже Лилька была неравнодушна к моей персоне в этот час.

— Нормально, — тихо ответила я.

— Ее нужно показать врачу, — твердо сказал Костя и, взявшись одной рукой за мою спину, а другой — под коленями, аккуратно поднял меня на руки. — Расступитесь, — приказал он собравшимся и пошел в сторону домиков. Мне оставалось только сил, чтобы схватиться за его шею и прильнуть к влажному плечу, на котором поблескивали капельки воды.

Меня действительно осмотрел врач, которого вызвали по приглашению Кости. Он сказал, что со мной все в порядке, в легких воды нет, она не успела туда попасть, и посоветовал постельный режим и сон, так мое тело быстрее придет в себя от шока, что я испытала в воде.

После визита врача я уснула, даже никого не успев увидеть из друзей. Лишь Костя мелькнул в проеме двери и скрылся за ней после ухода доктора. Проснулась я только к вечеру, когда солнце стало медленно опускаться к горизонту, но еще светило ярко. Увидев стакан воды, который мне кто-то любезно оставил (и еще накрыл пледом), я стала его жадно пить. Прислушавшись к звукам, я не услышала присутствия кого-либо в доме и решила проверить, куда все подевались. Стянув с себя плед, я обнаружила на себе еще купальник, который, благо, никто не стал снимать с меня, и, решив сменить наряд на шорты с топиком, направилась искать всех ребят. Обнаружила я их в беседке, где они дружно играли в какую-то настольную игру, и, увидев меня, тут же набросились с вопросами, как я себя чувствую.

— Уже гораздо лучше, — отвечала я с улыбкой и увидела, как Костя 2.0 стремительно встал со своего места, подошел ко мне и крепко обнял, ничего не сказав. Это было неожиданно, но в этом объятии я чувствовала, как он напряжен, каждая его мышца была туга и натянута. «Он переживал за меня», — пронеслось у меня в голове, и я обняла его так же сильно, как и он меня. Я впервые позволила себе вдохнуть полной грудью его аромат, который настойчиво игнорировала все это время, — нотки ментола и цитруса, так пах его гель для душа. Уткнувшись носом в его грудь, я почувствовала невероятную теплоту, которая исходила от него. Его сердце стучало чаще, чем обычно, что вызвало во мне небольшие сомнения...

— Сядешь с нами? — тихо, так что только я могла слышать, спросил парень.

Я лишь кивнула головой, и Костя первым прервал наши объятия, на что я немного огорчилась. Обнимать своего фиктивного парня было приятно.

В это время остальные ребята сидели как мыши и молча наблюдали за нами.

— Чего такие тихие? Как будто умер кто-то, — попыталась отшутиться я, но им было не особо весело.

— Да, походу, могла ты, если бы тебя вовремя не вытащили из воды, — ответил Вова.

От данной фразы у меня мурашки пробежались по коже, вспомнив события сегодняшнего утра.

— Так, давайте не о грустном. Слава Богу, наша Кира жива и невредима, — бодрым голосом попыталась разрядить обстановку Ира, она с улыбкой взглянула на меня и сказала: — Присоединяйся к нам.

— Нет, спасибо, я пока понаблюдаю, — радушно ответила я и села рядом с Костей.

Игра мне понравилась, она напоминала мне чем-то «Монополию», и через минут двадцать, когда выбыл Никита из игры, я решила попытать удачу и сыграть. Все немного к этому времени расслабились и, пуская шутки, вошли во вкус игры. Костя был моим помощником и подсказывал, как мне лучше поступить в том или ином ходе.

— Да ты истинный предприниматель. У тебя отличная логика, — сказала я Косте после очередного хода.

— Спасибо, — улыбнулся он, демонстрируя свои ямочки. Боже, насколько же он милым в этот момент становится. Еще час назад он был суровее тучи, напряжен до предела, а сейчас — само очарование.

— Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя восхитительные ямочки на щеках? — спросила я его, чтобы нас никто не слышал. Да и не особо могли нас сейчас услышать — ребята были сильно увлечены дальнейшими ходами.

— Хм, дай-ка подумать... Еще с детского сада, — ответил он и подвинулся ко мне чуть ближе. — Ты первая, кто мне это сказал за долгое время, — шепнул он мне на ухо, обдавая его теплым дыханием.

Я посмотрела в каре-зеленые глаза парня и увидела в них искренность. Серьезно? Ему никто давно не говорил, что его ямочки действительно прекрасны?

— Эй, голубки, — это, кажется, было адресовано в нашу сторону. — Ваш ход.

Я заставила себя отвести взгляд от Кости 2.0 и стала думать над следующим ходом.

Прошло еще с полчаса, как мы поняли, что победителем здесь стать невозможно, и просто присудили победу тому, у кого было больше всего денег. Им оказался Анатолий, а мы с Костей и Ирой заняли почетное второе и третье место, совсем немного отстав от богатства Анатолия.

Убрав игру со стола, мы стали накрывать ужин все в той же, уже полюбившейся нам беседке. Вынося на улицу тарелки, я заметила, какой необычайно красивый стоял закат — на голубом небе волнами, словно море, переливались розовые тени. «Завтра будет ветрено», — подумала я про себя и решила запечатлеть этот момент на свой телефон. Но я не знала, где он сейчас, ведь последний раз брала его в руки еще утром.

— Кость, — обратилась я к парню, который выносил за мной стаканы. — А ты не знаешь, где мой телефон? Я его, кажется, в пляжной сумке оставляла, а вот где она — не знаю.

— Я ее в шкаф положил, в нашей спальне, — будничным голосом ответил мне парень. «В нашей спальне»... Хм, как же это необычно и странно звучит, учитывая, что я знаю его всего четыре дня, с момента нашего знакомства, а чувствуется в этих словах, будто мы действительно пара и встречаемся четыре года.

Направившись к нашему дому и зайдя в комнату, я действительно обнаружила свою сумку в шкафу — с телефоном и другими вещами внутри. Благо, он был не разряжен от многочисленных сообщений, которые успели мне прийти за целый день. Пролистав их, я увидела одно сообщение от Кости 1.0. Оно было скрыто, и прочесть его можно было, только если я открою мессенджер, но я не стала этого делать и, проигнорировав его, направилась обратно на улицу — ловить камерой телефона закат, пока он не исчез.

Фотки у меня получились действительно крутые. Просматривая их, я не заметила, как ко мне со спины подошел Анатолий.

— Фоткаешь, фотограф?

— Да, — протянула я. — Ты только посмотри, какими они вышли, — улыбнувшись, протянула я смартфон однокласснику, давая возможность посмотреть их.

— Действительно красивые, — похвалил он меня. — Кир, я вот чего подошел... — тут же немного стушевался он и встал напротив меня. — Я извиниться хотел за то, что такой дурак и по случайности перевернул твой матрас.

Я сделала вдох и посмотрела прямо в глаза Анатолию. В его карих глазах блуждала вина за то, что он сделал.

— Анатолий, я не держу на тебя зла, но запомни на будущее: я очень боюсь глубины, и если ты еще раз захочешь повторить свои состязания, то я бронирую место ведущего этой игры на берегу, — с улыбкой ответила я ему.

— Хм, заметано, — улыбнулся мне парень и обнял в знак того, что ситуация сглажена.

Поедая на ужин прекраснейшую домашнюю еду — деревенскую картошечку, соленую и копченую рыбку с солеными огурчиками, — я поймала себя на воспоминаниях, когда мама частенько готовила нам на ужин именно это. Вкус, знакомый с детства, как говорится. В городе, да еще с моими модельными требованиями, я не могла себе этого позволить. Но сейчас я отпустила все запреты и просто выбрала быть счастливым и сытым человеком.

Попивая свой яблочно-виноградный сок, я почувствовала, как завибрировал мой телефон в кармане шорт. Достав его, я увидела того, кого старательно пыталась не вспоминать. Костя. Что ему еще от меня надо? Сперва я медлила — отвечать или нет, но все же решила взять трубку. Было у меня какое-то предчувствие...

— Кость, — тихо обратилась я к своему фиктивному парню. — Можешь меня выпустить?

— Да, конечно, — отозвался он. Сейчас он с кем-то переписывался в телефоне.

Я вышла из-за стола и отошла на приличное расстояние, чтобы никто не мог услышать мой разговор. Костя все продолжал названивать, и я приняла вызов.

— Да, — сделала я свой голос как можно равнодушнее.

— Я подъехал, выходи, — раздался суровый голос бывшего. По голосу я поняла, что он не в настроении.

— Куда? — не понимала я.

— Как куда? К входу в «Голубые озера». График работы... — и стал зачитывать табличку, которая висела на въезде нанашу базу отдыха.

Внутри меня все похолодело. Он узнал, где я? И сейчас намеревается заехать на территорию? Нет-нет-нет, он не посмеет, иначе разразится скандал, а я не хочу, чтобы весь мой план рухнул — ведь он так хорошо идет...

— Стой, — остановила я его. — Садись, Белевский, «пять» за чтение.

— Ты лучше выйди сюда, меня не пускают, — уже более сдержанно ответил мне Костя.

— Зачем?

— Я хочу поговорить с тобой, Кир. Очень, — уже совсем жалобным голосом проговорил он.

— Кость, — вздохнула я и прикрыла глаза свободной рукой. — Ну сколько раз тебе повторять, что я не намерена с тобой больше вести диалог? Это бесполезно. Я не собираюсь с тобой мириться.

— А я хочу, — уверенно сказал он. — Ведь я тебя действительно люблю, Кир. Мы ведь столько вместе были. Вспомни, через что мы с тобой прошли?

— Вот именно, чтобыли, Кость. А теперь нет этого «мы», понимаешь?

— Нет, не понимаю. И хочу с тобой это обсудить. Как взрослые люди, — он особенно выделил последнюю фразу. — Не забывай, что я твой еще и продюсер. Я ведь могу и передумать насчет твоего заключенного контракта в моем агентстве.

Вот манипулятор! Знает же, на что надавить.

— Хорошо. Я сейчас подойду, — старалась максимально не выдавать в своем голосе нотки переживаний по поводу его слов и, не дождавшись его ответа, сбросила вызов.

Какой же он гад... Говорит, что мы взрослые люди, а сам упоминает, что может закончить мою карьеру, как, собственно, и начал.

Убрав телефон в задний карман джинсов и, сделав три глубоких вдоха и выдоха, направляюсь к воротам в самом начале базы. Прошла по тропинке, которая освещалась вечерними огнями и пролегала мимо других деревянных домов, в которых тоже кое-где жили приезжие люди.

Дойдя до ворот за считанные минуты я увидела, как стоит Костя. Его черная «Ауди» стояла за воротами, как и он сам, засунув руки в карманы и пристально наблюдал за мной. Мой шаг замедлился. Я впервые видела его с того самого злополучного дня, когда он развлекался в офисе на столе с той расфуфыренной девицей. Освещение от фонаря падало прямо на него, и я смогла заметить на его лице хорошую, недельную щетину. Он никогда не отращивал ее, даже в самые трудные дни своей жизни, когда были проблемы в его семье — он не запускал себя до такого. Может, и правда переживает?..

Подойдя еще ближе к воротам, ко мне из охранной будки вышел охранник и задал вопрос:

— Добрый вечер. Это к вам молодой человек пожаловал? — пробасил он. Крепкая фигура, как у борцов, и рост выше среднего выражали уверенность, что этот охранник по имени Геннадий (как значилось у него на табличке) сможет в случае чего защитить.

— Добрый. Да, он ко мне, — постаралась прибавить в голосе уверенности, но получалось плохо. Я боялась. Боялась, что Костя может мне навредить, хоть он никогда не поднимал на меня руку. Но сейчас в его стойке и выражении лица было что-то устрашающее, будто он не собирался уезжать ни с чем...

— Хозяин этой базы отдыха, Глеб Викторович, запрещает по правилам пускать чужих людей, которые не являются отдыхающими на территории, поэтому вы можете поговорить так, — серьезно пояснил мне Геннадий.

— Пустите его, — сама для себя неожиданно сказала я эти слова. Пожалею ли я об этом потом? Несомненно.

— Но... — попытался возразить охранник.

— Пожалуйста, он не задержится дольше чем на пять минут, — кинула я взгляд на мужчину, и он вздохнул.

— Хорошо, но не дольше. Не положено это, — проговорил он и пошел открывать одним из многочисленных ключей в своей связке замок на воротах. Металлическая решетчатая дверь распахнулась, и на территорию прошел тот, кого я не хотела уже подпускать к себе так близко никогда.

Захлопнув за Костей ворота, охранник скрылся на своем посту, давая нам возможность поговорить.

— И? — первой начала я и скрестила руки на груди, давая понять, что мне совершенно безразличен данный разговор. Но это было не так — все же я, пока шла сюда, думала над словами Кости и решила с ним еще раз все обсудить. Где-то в глубине души у меня теплилась надежда, что мы сможем к чему-то прийти, но глупый, а возможно и нет, мозг твердил: «Уходи от него!» — Что ты хотел мне сказать?

— Дай мне еще один шанс, — промолвил он и заглянул в мои глаза. В его глазах сейчас бушевало синее море, в котором я раньше утопала.

— Я тебе уже говорила по телефону, что нет. Ты только за еще одним отказом сюда приехал?

— Нет. Я действительно хочу все исправить. Я ночами не сплю, все думаю о тебе, — жалобно ответил он и хотел протянуть ко мне руки, но я отпрянула.

Как же, ночами он не спит... Не особо я вижу усталость на его лице, да и синяки где? Только заросшая щетиной борода выдавала его «волнение».

— А я вот нет, — уверенно ответила я.

— Я вижу, сразу свалила к своим одноклассникам, — огрызнулся он. Было видно, что он начинает вскипать от моего равнодушия.

— Ах, свалила? — возмутилась я. — А ничего, что эта встреча, о которой я тебе рассказывала, была запланирована еще задолго до того, как мы расстались?

— Мы еще не расстались.

— Расстались!

— Нет! Я не давал своего согласия.

— А меня не волнует твое согласие. Я думаю, что секс с твоей Снежаной расставил все по своим местам.

— А ты не лучше? — хмыкнул он.

— С чего это? — не понимала я.

— С кем ты поехала на встречу выпускников?

Я немного помедлила. Он что, что-то знает?

— С чего ты взял, что я с кем-то поехала? — мои руки опустились вдоль тела, и я стала нервно теребить край джинсовых шорт.

— С того, что ты мне все уши прожужжала после сообщения Ирины, что мы обязательно должны с тобой поехать, ведь у вас спор с этой... как ее... Капустиной, ведь так ее зовут?

Я нервно глотнула скопившуюся вязкую слюну во рту. Зря я его подпустила к себе.

— И что ты хочешь этим сказать?

— Что я все знаю.

Все? Мое сердце ухнуло в пятки.

— Мне Гриша все рассказал. И как вы встречались с Юлей в кафе, и как ты подцепила какого-то паренька, который, собственно, поехал сюда с тобой и прикидывается мной. Надеюсь, ты ничего от него еще не подцепила?

Мое сердце пропустило удар. За кого он сейчас меня принимает?

— Что здесь происходит? — послышался голос у меня за спиной. Это был Костя 2.0, который стремительно приближался к нам, идя по тропинке, которая выходила из-за кустов можжевельника и вела прямиком к берегу озера.

На приход Кости 2.0 отреагировал охранник и вышел из своей будки, но, как только увидел его, тут же спрятался обратно.

— Я еще раз повторяю свой вопрос: что здесь происходит? Вы кто? — уже более серьезным голосом поинтересовался Костя 2.0. Он подошел ко мне, и я чувствовала, как от него летят искры. Его губы были плотно сомкнуты и напряжены, а грудь вздымалась, будто он бежал сюда или был очень взволнован.

— Я? Ах да, забыл представиться, — сменил тон на доброжелательный и театральный Костя 1.0, хлопнул в ладоши и начал потирать их. — Я Константин Белевский, продюсер данной девушки и по совместительству еще и молодой человек, а вы... Нет, дайте-ка я сам отгадаю: вы тоже Константин Белевский, прямо как я, и тоже продюсер и молодой человек данной особы?

Мой липовый парень молчал, лишь наблюдал за Костей.

— Кир, да ты прямо счастливица — находишься между двух Константинов. Загадывай желание, — ухмыльнулся этот гад.

— Кость, прекрати, — проговорила я жалобно.

— А если бы прочла мое сообщение, возможно, этого всего и не было бы, — это он уже адресовал мне.

— Я была занята.

— Чем? Тем, что удовлетворяла своего новенького бойфренда?

Тут Костя 2.0 уже не выдержал и, шагнув к моему бывшему, схватил его за ворот белоснежного поло.

— Мальчики! — взвизгнула я и кинулась к ним.

Геннадий все не выходил. Ему что, совсем плевать, что происходит возле его поста? Кажется, я сомневалась насчет его габаритов — внешность обманчива. Сейчас он сидел, поджав хвост, в своем «домике».

Бывший не потерпел, что его схватили за грудки, и так же крепко схватил взамен парня. Правда, по росту мой фиктивный парень был немного выше Кости, поэтому это смотрелось немного комично — ему приходилось смотреть чуть ниже уровня своей головы.

— Еще раз я услышу что-то подобное в адрес своей девушки, у тебя, Константин Белевский, будут большие проблемы, — чуть ли не шипя, медленно, не спеша, четко проговаривая каждое слово, говорил Костя 2.0.

— Ой, как страшно, — шептал ему бывший.

— Я говорю сейчас откровенно серьезно. Это не шутки. Еще раз ты напишешь, позвонишь, явишься или приблизишься к Кире — у тебя будут большие неприятности, Белевский. Я твою фамилию запомнил, — так же спокойно и уверенно отвечал ему парень.

— Да кто ты такой, щенок?

— Такой, — чуть повысил голос Костя 2.0 и лишь пристально смотрел в глаза своему далеко не лучшему собеседнику. — Я надеюсь, ты услышал.

Костя 2.0 первым отпустил Белевского и, взяв мою руку в свою, сделал шаг назад.

— И да, она с тобой больше не сотрудничает, — кинул парень.

— Хм, с чего бы это? У нее контракт, — возразил бывший.

— Ты глухой? Она с тобой больше не сотрудничает, — рявкнул Костя, изрядно выходя из себя в этой ситуации.

— Да куда она пойдет? Я за нее так замолвлюсь, что ее только в эскортницы дешевые возьмут.

Мое сердце пропустило второй удар. И с этим человеком я четыре года была вместе? Разве этого человека я любила?

Мгновение — и парень, который только что держал меня крепко за руку, набросился на Костю с кулаками. Он сделал четкий удар правым кулаком, который прошел прямо по носу бывшего, отчего тот потерял контроль и ругнулся матом.

— Геннадий! — крикнул парень.

Охранник тут же выскочил из своего укрытия и, встав по стойке смирно, прямо как перед генералом, слушал дальнейшие указания.

— Выведите этого молодого человека за ворота и больше не пускайте его сюда, как минимум до конца нашего отдыха, — отчеканил со злостью Костя 2.0 и добавил: — Иначе я все расскажу вашему начальству, что вы пускаете таких грубиянов, которые оскорбляют мою девушку.

— Да, прошу прощения, сейчас я его выведу, — пробасил Геннадий и подошел к Косте, который продолжал держаться за свой нос. Рука его была в крови. В этот момент он поднял взгляд на меня, и я увидела бурю в его глазах. Шторм, который разразился не на шутку, поглотил меня, прямо как сегодня на озере. Я окончательно захлебнулась водой.

Парень, не став больше на него смотреть, развернулся ко мне и, снова крепко взяв за руку, развернул и направил меня обратно к нашему домику. Пока Геннадий силой выпроваживал Костю за ворота, я слышала в свою сторону столько грязи, сколько не слышала за всю свою жизнь. Я жмурилась от боли, которую испытывала внутри. Та часть сердца, в которой было место для него, обрушилась, как старый дом — с грохотом, пылью, от которой невозможно было дышать, — до единого кирпичика, что мы выстраивали с ним вместе четыре года. Разрушилось, не оставив и следа. Я уходила от человека, которого искренне любила эти годы, была верна ему, а он... Он просто не потерпел поражения. Что, собственно говоря, не любил никогда.

Парень тоже слышал эти слова, но не оборачивался, лишь сильнее сжимал мою руку в своей. В какой-то момент предательские слезы все же хлынули из моих глаз, и я всхлипнула. Парень это услышал и, посмотрев на меня, остановился, отпустил мою руку и нежно положил свои ладони на мое лицо, немного приподняв его. Сквозь пелену залитых слезами глаз я видела, как сжаты его губы, а глаза бегали по моему лицу. Нежным движением большого пальца он стер новую слезинку, что покатилась по уже выстроенному водопаду. Я вновь почувствовала его запах — нотки ментола и цитруса, но сейчас к ним еще прибавился запах крови. Скорее всего, он стер себе костяшку из-за этого придурка. Я смотрела в его глаза, в которых сейчас отражалась вся природа, что нас окружала. Я блуждала в них, всматривалась, пыталась найти выход. Выход, который приведет меня к чему-то лучшему. И пока этим лучшим был сейчас этот парень. Я не хочу больше называть его Костей — для меня его теперь не существует. Я впервые за эти дни хочу узнать его настоящее имя, как его на самом деле зовут. Я хочу узнать его поближе.

Я слышала его томное дыхание — такое горячее, прерывистое. Меня переполняли чувства — вновь дотронуться до его крепкой груди, ощутить его сердцебиение в своих руках, как этой странной ночью. Мои подрагивающие ладони прильнули к нему, почувствовав весь жар его тела. А слезы лились — только теперь от надрыва, от того чувства, что я сейчас испытываю к этому человеку, который меня спас. Он продолжал вытирать слезы, пока не прильнул к моим губам — и мир взорвался. Я ответила сразу, без мыслей, без сомнений. Его губы медленно и бережно сминали мои по очереди, одаривая влагой, которой так не хватало (мои губы имели свойство иссушаться в самых критичных и стрессовых ситуациях). Парень целовал меня с упоением, как самые желанные губы в своей жизни. Он притянул меня ближе, положив свои теплые руки мне на талию, и между нами не осталось ни капли воздуха — только жар, только пульсация в висках и бешеный ритм наших сердец, которые, казалось, бились в унисон. Но нас прервали.

— Тедди, Тедди! — послышался голос девушки и лай собаки, который стремительно приближался к нам. Парень первым прервал поцелуй, оставляя на наших губах влагу.

— Тедди, — вновь доносился до нас голос.

Собака породы мальтипу, персикового цвета. Это пушистое создание бежало прямо к нам с громким лаем, но не чтобы напугать или прогнать (возможно, с ее территории), а просто порезвиться. Я увидела, как улыбка коснулась лица парня, и он наклонился, чтобы поздороваться с маленьким другом.

— Тедди, — вновь окликнула девушка, по-видимому, хозяйка данной прелести. — Тедди, ты зачем убежал? — задавала она вопрос своему питомцу, уже приближаясь к нам. — Извините, пожалуйста, что вас потревожили, — стала извиняться миловидная девчушка с поводком в руке.

— Ничего-ничего, — стала оправдываться я и поспешно вытирала остатки слез тыльной стороной ладони.

А Тедди, несмотря на уговоры хозяйки, резвился с парнем, который выводил пальцами знак бесконечности, а это прекрасное создание бегало за ним.

— Умничка, Тедди, умничка, — хвалил его парень и погладил по кучерявой макушке.

Девушка только умилялась от данной милоты и любвеобильности своей собаки, но им нужно было идти обратно — кто-то окликнул девушку по имени, и ей пришлось поторопить свое чудо.

— Еще раз извините, — бросила девушка на прощание и одарила нас улыбкой. Тедди тоже не отставал, радостно лая нам, но теперь уже на поводке у своей хозяйки.

Я устремила взгляд на парня, который сейчас сиял, как ребенок, которому подарили самую желанную игрушку в мире.

— Любишь собак? — зачем-то задала я риторический вопрос, на который и так знала ответ.

— Очень, — ответил он, и в свете фонаря я еще отчетливее увидела его ямочки.

— Была когда-нибудь собака?

— Есть сейчас. Его зовут Брэд. Он славный малый, — с такой теплотой он о нем говорил.

— А я всегда хотела собаку породы американский кокер-спаниель. Прямо как в моем любимом мультике детства «Леди и Бродяга», — задумчиво говорила я, предаваясь воспоминаниям. — В детстве нельзя было, потому что у мамы аллергия на шерсть, а когда переехала в большой город и стала жить с К... — оборвала сама себя, не договорив это имя, и исправила: — С подонком. Он в принципе не любил собак и не понимал их толк нахождения в квартире, а не на улице, — туманно договорила я. — И как я тогда еще не обратила на это внимание... Ведь все любят домашних животных, только плохие люди их недолюбливают.

Незаметно, за нашим разговором про собак, мы дошли до нашего дома, где добрая половина народу разошлась по комнатам, а остальные убирали со стола.

— Ой, вы вернулись, — заметив нас, обмолвилась Ангелина. — А мы вас потеряли. Мы уже и со стола стали убирать.

Я почувствовала неожиданную неловкость за наше отсутствие и, поддавшись порыву, стала помогать девушке с посудой, в то время как парень отошел в сторонку — ему позвонили.

Взяв последнюю стопку грязных тарелок и столовых приборов, я направилась в кухню первого домика, и каково же было мое удивление, когда я увидела Анатолия, моющего гору посуды.

— Анатолий, ты чего? Вроде бы не ты проиграл сегодня, — заметила я, обращаясь к другу.

— Не, Кир, именно я. Я все это затеял, я все это и буду исполнять, — уверял он меня и, приняв у меня работу, стал дальше трудиться.

— О, Кира, а ты где была? — обратилась ко мне Ира, которая спускалась со второго этажа.

— Да так, нужно было ответить на важный звонок, — немного смущенно ответила я и, кажется, покраснела, вспоминая, что произошло считанные минуты назад...

— Ну да-ну да, вам, наверное, вдвоем с Костей нужно было ответить наобщий звонок, — выделив слово «общий», Ира хитро мне улыбнулась и тыкнула пальцем мне в плечо, отчего я еще больше смутилась. — Ладно, все мы понимаем. Ты хоть отблагодарила своего героя за его сегодняшний подвиг?

— То, что он меня на руках в номер принес?

— Да не только. Он в принципе тебя из воды вытащил. А как он тебя отчаянно искал... — вздохнула Ира. — Все за тебя жутко испугались. А когда Костя тебя отыскал почти на глубине, то все подскочили к тебе, Анатолий помогал тебя на берег тащить, потом Ангелина стала оказывать первую помощь, крики, вопли... Ой, — вновь староста сделала грустный вздох. — А как Костя на Анатолия возмущался, ты бы видела, — понизив голос, сказала Ирка, чтобы сам герой данной истории не услышал. — Чуть до драки не дошло, когда ты спала.

— Офигеть, — только и сказала я, задумавшись. Ведь не зря я заметила тогда, у беседки, как парень подошел ко мне и, крепко сжав в объятиях, передал свое волнение за меня.

— Вот-вот, так что ты не пожалей, отблагодари его как следует, — намекнула мне Ирка на что-то интимное, но я лишь смущенно улыбнулась и пообещала, что не оставлю его без внимания.

Пожелав Ире и Анатолию предварительно «спокойной ночи» (ведь уже никто не планировал вновь собираться, а лишь направлялись по своим комнатам), я выдвинулась на поиски своего «парня». Мне нужно было с ним объясниться и сказать элементарное «спасибо».

Нашла я его не сразу. Он расположился на скамье, которая находилась на обрыве недалеко от нашего домика, — с этого места открывался восхитительный вид на вечернее озеро и надвигающуюся ночь. Он сразу услышал, что кто-то идет в его сторону, обернулся, чтобы глянуть, кто там, и встретился с моим взглядом.

— Вот ты где спрятался, — сказала я, как в детстве, когда наконец находишь самого сильного игрока в игре «Прятки».

— Да, решил немного насладиться этим видом. Садись, — подвинувшись на левый край скамьи, он любезно пригласил меня понаблюдать вместе с ним вечерние красоты.

Здесь было восхитительно прекрасно — с обрыва открывался вид на ту величественную часть озера, в которой отражалось все стремительнее темневшее небо.

— Я нарушил твой запрет, — первым прервал тишину парень.

— Какой запрет? — не поняла я.

— Ну, поцелуй — это же был запрет, если он вне смотрящих глаз.

— А, поцелуй, — глухо ответила я. — Ну да, ты его нарушил, — в моем голосе звучала нотка равнодушия. — Да и я поддалась минутному порыву.

Хоть на улице было уже темновато и нас труднее было разглядеть, все же я увидела немного печальный взгляд парня.

— Мне Ира сказала, что ты меня из воды вытащил, — постаралась я сменить тему. — И до комнаты дотащил. Да и сейчас смог постоять за меня перед бывшим. Я хочу сказать тебе спасибо. Если бы не ты, я не уверена, что могла бы любоваться здесь, в это время и в этом месте такой красотой.

— Всегда пожалуйста, — ответил он чуть бодрее.

— Можно сказать, что поцелуй был тебе наградой, — постаралась я перевести все в шутку, чтобы он, не дай бог, не подумал, что этот поцелуй что-то значил. Ведь так?

— Тогда хочу сказать, что мне понравилась такая награда. Хотел бы еще, — с усмешкой ответил парень и легонько дотронулся до моего плеча.

— Эй, не налегай на сладенькое, а то кариес будет, — хихикнула я.

— А я люблю сладенькое, — заговорщически сказал он и, вытянув губы трубочкой, предварительно закрыв глаза, потянулся к моим губам. Но я лишь ущипнула его за бедро.

— Ай, больно, между прочим! — Он потер то место ладонью.

— Я в детстве больнее всех щипалась, — с гордостью ответила я, и мы рассмеялись.

— Как твоя рука? — вспомнив об этой детали, спросила я.

— А что рука?

— Ну, ты ее повредил немного, когда ударил его.

— А, ты про это, — дошло до него, и он взглянул на правую кисть. На косточке среднего пальца виднелась небольшая ранка с запеченной корочкой крови. — Ничего, пустяк. Они еще не такое видели.

— Борец, значит?

— Боксер. Весь подростковый период боксом занимался. Сейчас лишь поддерживаю форму.

— Похвально. Я тоже в детстве и подростковом возрасте занималась спортом. Моей страстью была художественная гимнастика.

В воздухе повисла секундная тишина, и я решила задать вопрос, который теперь меня волновал.

— Скажи, а как тебя зовут на самом деле?

— Зачем тебе это?

— Надо.

— Ты же говорила, что тебе мое имя неинтересно, ведь так ты привязываешься к людям.

— Да, но ситуация изменилась, — немного замялась я, потирая ладони. Вечер становился прохладнее. — Я не могу и не хочу называть тебя именем человека, который оказался подонком. Ты совсем другой. И это имя тебе не подходит.

— А как же остальные? Как ты будешь называть меня при них?

— Ну, не настоящим же именем, но буду находить альтернативу. Например, зайчик, — предложила я и улыбнулась.

— Ну, зайчиком меня еще никто не называл, — хмыкнул он.

— Значит, я буду первой.

— Договорились.

— Так как тебя по-настоящему зовут?

— Зайчик.

— Да нет, по-настоящему, — цокнула я и ткнула его указательным пальцем в плечо.

— Ты уверена в этом? Не будешь потом жалеть?

— Не буду, поверь.

— Ну ладно, — прочистил он горло. — Меня зовут Ваня.

— Ваня? Фух, хорошо, хоть не Костя, — выдохнула я, приложив ладонь к груди. — Иначе точно бы жалела. Теперь это мое нелюбимое имя.

Подул прохладный ветер, и я невольно поежилась, что не осталось незамеченным теперь уже Ваней.

— Холодно уже, пойдем в комнату, а то ты замерзла. Вон, только в одном топике и шортах сидишь.

— Ничего, я люблю прохладу, — отмахнулась я.

— Любить — это одно, но быть в теплой комнате лучше, — подметил он.

— Неужели ты хочешь сказать, что сам замерз и хочешь поскорее попасть в комнату, а мной просто прикрываешься?

— Нет, что ты! Я просто о тебе беспокоюсь.

— Да? Какая милость с твоей стороны.

— Но если ты не хочешь идти, то тебе придется сидеть в моих объятиях — в них хоть теплее.

— Хорошо, пошли в комнату, — шутливо сдалась я. Хотя я бы и не отказалась от ночных посиделок в его объятиях. Но ему об этом лучше не знать...

Мы пришли в нашу комнату под общий смех над историей, которую рассказал Ваня о своем подростковом возрасте. На этаже было тихо, поэтому мы чуть поутихли, чтобы никого не тревожить, и направились к спальне.

Я первой забронировала место в ванной, на что парень был не против. Взяв все необходимые вещи, я направилась туда.

Вдоволь накупавшись, я намазалась всеми возможными кремами — кожа выглядела суховатой после утреннего похода к озеру. Вернувшись в комнату, я объявила Ване, что он следующий на очереди, но он уже спал. Расстелив себе спальное место, он даже не успел снять одежду — просто уснул на подушке, даже ноги не переложил на диван. Я тихо вздохнула и улыбнулась. У него сегодня был тяжелый день, как и у меня, поэтому, не став его будить, я аккуратно сняла с него шлепанцы, переложила ноги на диван и укрыла его пледом. Тем самым я ответила ему жест на жест — теперь у меня не осталось сомнений, кто мог заботливо укрыть меня пледом днем.

Расстелив свою постель и нырнув под одеяло, я взяла телефон с тумбочки и стала просматривать социальные сети. Ответила менеджеру, нескольким знакомым, и мой взгляд задержался на диалоге с Костей... Он говорил, что зря я не прочла его сообщение, поэтому он и приехал, раз я не отвечала. Подумав минуту, открывать или нет, я все же решила посмотреть, но скрытно, чтобы у него не было отметки о прочтении. Там была длинная тирада, которую я читала между строк, но, увидев выделяющееся слово «пожалеешь», я закрыла диалог, удалила его и отправила Костю в черный список. На этом я хотела поставить точку в наших отношениях. Да, с этим человеком связано четыре года моей жизни, но сейчас я чувствовала облегчение, что они не зашли слишком далеко. Он оказался ужасным человеком. Даже не знаю, что было бы, если бы я его простила...

Невольно я взглянула на Ваню, который тихо посапывал на диване, и вспомнила события сегодняшнего дня.«Еще раз я услышу что-то подобное в адрес своей девушки, у тебя, Константин Белевский, будут большие проблемы», «Иначе я все расскажу вашему начальству, что вы пускаете таких грубиянов, которые оскорбляют мою девушку». «Девушка»... Он произносил это слово с такой уверенностью, что мне на секунду даже верилось, будто я действительно его настоящая девушка, а не фиктивная. «Он в принципе тебя из воды вытащил. А как он тебя отчаянно искал», «А как Костя на Анатолия возмущался, ты бы видела. Чуть до драки не дошло, когда ты спала», — вспомнились мне слова Иры. «Отчаянно искал», «чуть до драки не дошло»... Я смотрю Ваня очень хорошо вжился в роль, даже я начинаю ему верить. Но все же закрадываются сомнения: а вдруг все это он делает искренне? Он не похож на человека, который играет на публику. Он просто хороший, честный и надежный. Даже жалко, что после отъезда мы расстанемся, как и договаривались. Нет у меня сейчас желания начинать новые отношения. Но почему тогда каждый его взгляд и прикосновение заставляют мое сердце биться чаще? Может, я просто боюсь снова ошибиться...

Зайдя в контакты, я пролистала до буквы «К» и, увидев нужный контакт, смело нажала «переименовать». Теперь у меня вместо «Костя 2.0 (надеюсь, не мудак)» был контакт «Ваня (точно не мудак)». Улыбнувшись этой мелочи, я выключила телефон, потянулась к выключателю, погасила светильник и, устроившись поудобнее, сладко уснула.

Глава 4

Утро вновь началось с пения птиц, доносившегося из открытого настежь окна. Наверное, Ваня открыл его, пока я спала. Протерев глаза, я бросила взгляд на диван. Спальное место было, по традиции, застелено, а самого молодого человека я там не увидела.

— Наверняка свою упругую попку качает, — вслух проговорила я, вновь уютно устроившись на подушке.

— Уже, — послышался неожиданный ответ.

Я вздрогнула и быстро посмотрела в сторону, откуда доносился голос. Ваня стоял в дверном проеме, облокотившись на косяк, и улыбался мне. На нем было только полотенце, волосы были влажные и взлохмаченные, а по оголенному торсу стекали капельки воды.

— Я, между прочим, еще сплю, — сонным голосом проговорила я. — И это было просто так адресовано вслух.

— Ого, так ты еще и во сне разговариваешь?

— Есть такое, — ответила я и отвернулась, чтобы он не увидел, как покраснели мои щеки. Черт! И надо же было мне такое ляпнуть.

Слышу, как дверь закрылась, и Ваня прошел вглубь комнаты, подошел к шкафу и открыл дверцы.

— Если что, лунатик, не подсматривай, я сейчас буду переодеваться. Не думал, что ты так рано проснешься, иначе взял бы вещи в ванную.

— Больно надо мне на тебя глазеть, — равнодушным голосом сказала я, хотя сама же себе противоречила — открыла глаза и боковым зрением наблюдала за парнем.

Ваня снял с бедер полотенце и бросил его на диван, оголив свое тело. Стоял он, конечно же, ко мне спиной, и я могла разглядеть его рельефную, прокачанную спину, жилистые ноги и упругие ягодицы. Другие места Ваня мне не демонстрировал, быстро натянув боксеры, шорты и футболку. Дверцы шкафа закрылись, как и мои глаза — я снова притворилась спящей.

— Ты долго еще будешь спать? — спросил парень, тихонько устраиваясь на диване.

— Нет, я как раз уже просыпаюсь.

— Какой у тебя сознательный мозг, — хмыкнул Ваня. — Дает словесный сигнал, что просыпается.

Вздохнув, я перевернулась с левого бока на спину и посмотрела прямо ему в глаза.

— Доброе утро, Клюковка, — ласково проговорил он.

— Доброе, зайчик, — не осталась в долгу я.

— Тебе понравились мои ягодицы, которые я «качаю»? — ухмыльнулся он.

— Что? — удивилась я, не понимая, о чем он.

Ваня хрипло рассмеялся.

— Я же знаю, что ты подсматривала, — добродушно сказал он.

— Ничего я не смотрела, — запротестовала я.

— А щечки-то как покраснели.

— Это от жары и подушки, — фыркнула я и поежилась в кровати. Блин!

— Ладно, я не из стеснительных, так что можешь наблюдать, если хочешь.

— А я не из тех, кто пялится на чужие мужские задницы!

— Да ну?

— Да.

Ваня снова рассмеялся и добавил:

— Хорошо, честная моя, не глазливая, просыпайся потихоньку, и будем собираться.

— А сколько сейчас времени?

— Семь утра.

Сегодня мы планировали навестить нашу классную руководительницу — Галину Ивановну. Она жила на даче на время летнего периода, и до ее поселка нужно было добираться добрых два часа. Поэтому мы заранее договорились с ребятами выехать пораньше, чтобы успеть и там побыть, и не опоздать к сауне с бассейном, которые были забронированы на весь вечер здесь, на базе отдыха.

Повалявшись в кровати еще минут пять, я встала, взяла косметичку и направилась в ванную на водные процедуры.

После завтрака мы собрались, расселись по машинам и отправились в путь. Ехали мы на пяти машинах, в каждой из которых было по четыре-пять человек. Нашими пассажирами были Ангелина и Никита. За руль я садиться не стала, решив и на этот раз доверить это дело Ване — в прошлый раз он справился отлично. Тем более, будет правильнее, если за рулем будет мой парень.

Всю дорогу мы ехали «паровозиком» по полупустой трассе. Возглавлял колонну автомобиль Степы, за ним — Лильки, затем Анатолия, наша машина, а замыкал шествие Фил. Едем и непринужденно болтаем с пассажирами на всевозможные темы.

— А у вас есть домашний питомец? — спросила Ангелина.

— Да, Ванин пес, — просто ответила я.

— Ванин? — переспросила девушка, и я поняла, что ляпнула лишнее.

— Ну, — протянула я, пытаясь придумать оправдание, но Ваня опередил меня.

— Иван-Константин. У меня двойное имя, — будничным тоном, без запинки, ответил парень. — Об этом мало кто знает.

— Серьезно? — удивилась Ангелина и начала расспрашивать моего парня о таком редком явлении, как двойное имя. Ваня не растерялся и быстро придумал историю: в свидетельстве он был записан как «Иван-Константин», а при получении паспорта оставил только одно имя — Константин. Но лишь близкие знали об этом, и я была в их числе. Как выразился парень, я любила называть его Ваней, когда у меня было «особенное настроение», но какое именно — он не уточнил. Ангелина улыбнулась, наверняка подумав о чем-то личном. После этого случая я сидела, вжавшись в сиденье, и старалась помалкивать до конца поездки.

Приехав в небольшой поселок, мы быстро нашли адрес Галины Ивановны. Подъезжая к ее дому, Степа начал сигналить, оповещая, что едут ее любимые ученики (первый выпуск, как-никак), и остальные машины подхватили этот жест. На наш шум вышли посмотреть местные жители. Галина Ивановна тоже нас услышала и вышла к воротам встречать. Из первой машины раздался свист — это был Анатолий. Высунувшись из окна, он громко приветствовал бывшую классную руководительницу и размахивал букетом полевых цветов, собранных по пути.

— Мои дорогие! — счастливо улыбалась Галина Ивановна, которую мы между собой ласково называли Галочкой или птичкой.

Припарковав три машины у забора (едва хватило места) и две во дворе, мы наконец смогли поздороваться и обнять нашу классную маму.

— Ой, ребятки, я так вас ждала! — сияла она, держа в руках цветы и торт, который вручили Петя и Коля. — Столько всего вам наготовила.

Галочке было тридцать шесть, а когда она стала нашим классным руководителем — двадцать пять. Молодая, неопытная, только второй год работая в школе, она взяла наш пятый «А» класс. Шумные, громкие и вечно ссорящиеся, мы к одиннадцатому классу стали самым дружным коллективом среди старшеклассников. Маленькая, хрупкая, с детским голоском и ангельским сердцем, Галина Ивановна смогла не только помирить нас, но и сплотить, доказывая, что дружба важнее всего. Когда она взяла наш класс, в нем было двадцать девять учеников. Кто-то уходил, кто-то приходил из других школ, но к каждому Галочка относилась с душой. Вот и сейчас она с той же теплой улыбкой проводила для нас экскурсию по своему участку. Пару лет назад они с мужем купили этот старый дом, который пустовал несколько лет, и постепенно ремонтировали его, обустраивая двор. Сейчас на участке был палисадник с ароматными пионами, розами и лилиями, зеленый газон, небольшой фруктовый сад с молодой яблоней и вишней, а на заднем дворе — навес со столом и лавками, сделанными ее мужем. Затем мы зашли в дом, где нас встретил ее сынишка.

— Дим, поздоровайся с ребятами, — ласково попросила Галина Ивановна, обнимая мальчика.

— Здрасте, — смущенно сказал он.

Ира протянула Диме от всей нашей шумной компании коробку с конструктором, от чего он еще больше смутился.

— А что нужно сказать ребятам?

— Спасибо, — ответил мальчик и стал разглядывать подарок.

Ему было семь, но я помнила, как мы все нянчились с ним после уроков, когда он был еще малышом.

Мальчик явно не ожидал столько гостей и смущался, обнимая маму за пояс, а Галочка гладила его по светлой макушке.

— Смотри, сынок, это ребята, которых я выпускала. Скоро и ты будешь учиться в таком большом классе.

— Когда ему в школу? — спросила Ирка.

— Решили в этом году отдать. Он у нас смышленый, посмотрим, — улыбнулась Галина Ивановна и провела нас дальше по комнатам. В зале мы разместились кто где: парни — на полу, девчонки — на диване и креслах, не забыв уступить место хозяйке дома. Галочка показывала наш выпускной альбом, где хранились фотографии не только с одиннадцатого класса, но и с самого начала, с пятого. Пухлый фотоальбом был, к сожалению, один, и его приходилось передавали по кругу.

Какие же мы там были забавные! Кто-то изменился до неузнаваемости, а кто-то — совсем нет. В какой-то момент Дашка с Танькой предложили снять видео, которое было сейчас в тренде — как мы изменились со школьных лет. Это заняло какое-то время, но оно того стоило. Даша пообещала смонтировать его до отъезда и показать всем.

— Ой, что-то мы с вами заболтались, пойдемте обедать, а то все уже остыло, — спохватилась Галочка.

Стол накрыли на улице. Места, естественно, на всех не хватало, поэтому нам предложили все, на чем можно было сидеть: от стульев до перевернутых бочек.

Галина Ивановна всегда отличалась гостеприимством. В школе она вела труды у девочек, и многие благодаря ей научились готовить. А когда мы неожиданно навещали ее во время декрета, у нее всегда находилось что-нибудь вкусненькое. Вот и сейчас стол ломился от самых разных блюд. Чувствую, после этой поездки мне долго придется находиться в спортзале...

Время за обедом пролетело незаметно. Кто-то предложил позвонить тем, кто не смог присоединиться к нам, и через пару минут мы ждали ответа от двойняшек Маши и Полины. Поболтали с ними добрых полчаса, пока им не пришлось возвращаться на работу после обеденного перерыва. Затем набрали Влада Макарова, который был в открытом море. Связь установилась не сразу, но нам все же удалось с ним поговорить. Он рассказывал о своем морском походе и показывал закат в Охотском море. Больше всех, казалось, слушала Танька, которая подсела поближе к Иркиному телефону. Когда связь стала пропадать и Влад хотел попрощаться, Таня взяла телефон, чтобы спросить у него «кое-что», и удалилась вглубь дома. Я лишь улыбнулась ее порыву — надеюсь, у них получится объясниться.

Наевшись и наболтавшись с Галочкой, мы не заметили, как пролетело время и пора было уезжать. Девчонки помогли убрать со стола, и когда я помогала вытирать посуду на кухне, Галина Ивановна неожиданно спросила:

— Ну что, Кир, вы помирились с Лилей после того случая?

Я удивилась, что Галочка до сих пор помнит ту ситуацию.

— Нет, — коротко ответила я. — Мы даже не пытались.

— Чего? Ситуация ведь глупая в итоге вышла. И во всем был виноват ваш Влад.

Сказанное имя, словно лезвие, прошлось по старым уже зажившим ранам.

— При чем тут Влад? — не поняла я. К счастью, на кухне кроме нас никого не было — все девчонки во дворе играли с котятами Галочки.

— А при том, что он и Лильку бросил, да еще и беременную.

— Что? — я чуть не уронила тарелку, едва успев ее поймать.

— Да, — подтвердила Галина Ивановна. — Так что глупо было терять подругу из-за такого мерзавца.

Да, мы с Капустой были подругами еще с начальной школы. Я — худая блондинка, она — полненькая брюнетка. Мы всегда были разными, но это не мешало нам дружить. Первая наша крупная ссора случилась в пятом классе, когда мы поспорили, кто будет участвовать в сценке с Мишей Власовым, новеньким, который потом ушел после девятого класса. Лильке он тогда нравился, а мне казался талантливым партнером, которого я не хотела уступать. Мы не разговаривали две недели, когда Галочка выбрала меня на главную роль. Но перед самым выступлением Миша заболел, и его заменил говорливый и суетной Анатолий, который быстро выучил роль. Позже Лилька узнала, что Миша симпатизировал девчонке из параллели. Так, не доставшись никому, Миша Власов помирил нас на долгие шесть лет, пока мы снова не поссорились — на этот раз тоже из-за парня.

Закончив с посудой, мы с Галиной Ивановной вышли во двор, где были все остальные. Я посмотрела на Лильку, которая стояла в объятиях мужа и мило с ним болтала. Узнав, что Влад бросил ее беременную, мне стало не по себе. Про ребенка она ничего не говорила — неужели сделала аборт?

День близился к вечеру, и нам пора было прощаться. Каждый подошел к Галочке, обнял ее и выразил свою любовь. Она провожала нас со слезами на глазах, а мы, не сдерживая эмоций, кричали, что обязательно навестим ее в следующем году.

Обратная дорога прошла в вихре мыслей. Я даже не участвовала в разговоре с утренними пассажирами. Добрались мы до базы чуть быстрее, как всегда это бывает, и разошлись по комнатам переодеваться в купальники и плавательные шорты — нас ждал последний вечер здесь, и хотелось провести его на полную.

Сауну я не особо любила, поэтому, пробыв в ней минут десять, вышла и с наслаждением растянулась в небольшом бассейне. Остальные либо парились, либо плавали в большом бассейне.

Наслаждаясь теплой водой, я услышала, как из парной выходит Ваня.

— С легким паром, — поприветствовала я.

Он кивнул и улыбнулся.

— Ты прям как вареный рак, — хихикнула я.

— Зато мышцы расслабились, — ответил он и направился ко мне в бассейн, где мы остались вдвоем.

Расположившись напротив, Ваня закрыл глаза, а потом открыл их и уставился на меня.

— Ты какая-то задумчивая была на обратном пути, — заметил он. — Все хорошо?

— Не совсем, — честно ответила я. — Я сегодня узнала то, что мучило меня пять лет назад.

— И что же это?

Я смотрела в Ванины глаза и невольно погрузилась в воспоминания. Влад Регатов — мой первый официальный парень, который был старше меня на один год. Я училась в десятом классе, а он — в одиннадцатом, когда мы впервые познакомились на вечеринке наших общих друзей. Высокий баскетболист с пшеничными волосами и карими глазами, он был душой компании. Неудивительно, что вокруг него кружились девчонки, но встречаться он начал именно со мной. О своих первых серьезных чувствах я рассказывала Лильке, которая, как мне казалось, искренне радовалась за меня.

В тот учебный год я сильно изменилась после лета — поменяла стиль одежды, научилась лучше краситься, сделала челку. А Лиля, наоборот, выглядела как та самая «некрасивая подружка» — в старших классах у нее появились прыщи, которые она стеснялась и маскировала слоем декоративной косметики. Как я ни старалась ее подбодрить, это не всегда помогало. Было заметно, что она завидует нашим отношениям с Владом — у нее тогда еще ни разу не было парня, и мои рассказы о поцелуях ее задевали.

После выпуска Влад поступил в технический университет в соседнем городе и на выходных приезжал ко мне. Так продолжалось до последнего звонка, пока я не узнала, что он приезжал не только ко мне…

Узнала я об этом случайно: папа заметил машину Влада возле дома Лильки. Тогда я не особо заострила на этом внимание, подумав, мало ли что он мог сейчас делать у Лили, ведь мы иногда втроем любили гулять.

На последний звонок Влад приехал с огромным букетом алых роз и, исполнив мою мечту, вручил его под всеобщие взгляды мне во время награждения похвальным листом за участие в школьных мероприятиях. В белоснежной рубашке, черных брюках, начищенных до блеска туфлях, с уложенными волосами и букетом роз он выглядел как принц из сказки, от которого охали и ахали почти все ученицы. Я была безумно счастлива, глядя в его карие глаза, и была уверена, что нашла того самого. Но все рухнуло, когда через два дня после праздника я увидела Влада с Лилькой на речке. Они целовались. Сама подруга сказала, что будет готовиться к экзаменам и не сможет прийти ко мне, а я, не отчаявшись, решила сходить на речку сама и окунуться, жара стояла в тот день невероятная. Я заметила их издалека: они сидели на покрывале и страстно целовались, касаясь друг друга. Тогда мое сердце разбилось впервые — как хрустальная ваза, которую бережешь с такой любовью, а ее случайно роняют со словами: «Я не специально». Именно так сказала мне Лилька на следующий день, когда я попыталась с ней поговорить. Весь день я проплакала в подушку, ничего никому не объясняя, даже маме.

— Кир, это он первый начал общение, — уверяла меня подруга, но я не верила. Я помнила, как в ее глазах читалась зависть, когда я рассказывала о свиданиях. Она отрицала это, как и то, что сама первой полезла к нему. На вопрос, почему она отменила нашу встречу и пошла к нему, она ответила, что хотела попросить его прекратить тайные переписки и быть верным мне. Я не верила ни единому ее слову. Влад не мог так поступить — он всегда выбирал меня, гордо называл своей, не стеснялся проявлять чувства при людях. К тому же, Лиля к моменту выпуска из школы похорошела — свои акне она благополучно вылечила с помощью походов к косметологу, да и постройнела она тоже хорошо, у меня не было сомнений, что она все это делала только ради того, чтобы отбить у меня парня!

Поссорившись с подругой, я решила выслушать Влада. Он утверждал, что Лилька все перевернула и сама ему писала. «Ненормальная» — неоднократно называл он ее в разговоре. И я ему поверила. Поверила, потому что любила, потому что была глупа.

Но все же я не смогла долго быть с человеком, который целовался с кем-то помимо меня. В этом плане я стала брезгливой — тем более я сама видела их поцелуй.

После завершения экзаменов он приехал ко мне с огромным букетом ромашек, а я просто сказала: «давай расстанемся». Мы долго обсуждали этот шаг, но в итоге я настояла на своем — и он уехал. Тот букет я хранила как можно дольше, как напоминание о нем и о том, что было между нами. Пока мама не выбросила его со словами: «С глаз долой — из сердца вон». Хоть ей и нравился Влад, но собственную дочь ей жалко было больше.

С Лилей мы не виделись до самого выпускного. Даже платье и туфли выбирала без нее, хотя мы обещали сделать это вместе. Мой выбор пал на шифоновое платье до икр с парящими длинными рукавами, обтягивающим поясом на талии и V-образным вырезом. Изначально мне приглянулся нежно-голубой цвет, который стоял на витрине. Когда свет падал на ткань, платье сверкало мелкими блестками - я их сразу даже не заметила. Но моего размера в голубом не оказалось, и мне предложили нежно-розовый вариант. Я расстроилась, однако мама уговорила примерить - и когда я надела, то ахнула: "Этот цвет тебе идет даже лучше!". Поверив ей, я купила именно его.

Какого же было мое удивление, когда в самый долгожданный день — день, который запоминается на всю жизнь, — Лилька приперлась в том самом платье, что и я, да еще и в голубом, которое мне, между прочим, первоначально понравилось больше всего. Я стояла в оцепенении, когда увидела ее на фотосессии, которую решили провести до и после торжественной части. Благо, у нас туфли и украшения были разными: у нее выбор пал на жемчуг и белые туфли-лодочки, а у меня — на позолоту и открытые босоножки. Нас прозвали Анной-Луизой и Эрикой из мультфильма «Барби: Принцесса и нищенка», на что я лишь фыркала. Многие не понимали, из-за чего мы смотрим друг на дружку косыми взглядами, но когда началась торжественная часть и нам стали вручать аттестаты об окончании школы, все сразу поняли. Когда настала очередь Капусты, к ней на сцену поднялся Влад и подарил в два раза больше букет, чем мне на последний звонок. Все ахнули от увиденного, переводя глаза то на меня, то на Лильку.

— У Влада что, есть брат-близнец? — недоумевали одноклассники, на что я отрицательно мотала головой и говорила: «Он один такой в своем роде». Все были в шоке. «Подруга увела парня у подруги!» — перешептывались они. Так неловко мне не было еще никогда.

После торжества и еще одной фотосессии Влад решил присоединиться к нам в кафе, на что остальные были не против. Весь вечер я наблюдала за ними — то салатик ей положит, то шампанское нальет, на ухо что-то шепнет, и она заливается хохотом. Мерзость! Влад даже не удосужился подойти ко мне и поздравить с окончанием школы, а я ведь, между прочим, серебряную медаль получила!

Терпение лопнуло, когда я увидела, как эта сладкая парочка уединилась на веранде, где никого не было — ну, кроме подсматривающей меня. Впервые в жизни мне захотелось закурить сигарету. Стащив по-тихому из папиной сумки одну штучку вместе с зажигалкой, я направилась на то злополучное место.

— Все воркуете, голубки? — не выдержала я.

— Кира… — опешил Влад, когда наконец смог оторваться от своей ненаглядной. — Что ты здесь делаешь?

— Да вот, решила покурить, — невозмутимым голосом ответила я.

— Ты же не куришь, — напомнил Влад.

— Не курю. Но вот решила. Настроение такое, — вздохнула я и, зажав сигарету губами, подожгла ее кончик.

Вдохнув горький дым, я сразу закашлялась. Лилька и Влад лишь молча продолжали за мной наблюдать.

— Что? — откашлялась я. — Это с непривычки.

— Ну, хватит, — серьезно сказал парень и в два шага оказался рядом со мной, вырывая из моих пальцев сигарету и бросая в стоящую рядом урну.

— Эй! — возмутилась я.

— Ты не будешь курить эту гадость, — прорычал Влад.

— А ты мне кто такой, чтобы запрещать? — выкрикнула я, уже порядком закипая. — Иди к своей Лиличке и соситесь в десна. Или что вы там уже делаете.

— Знаешь что, Кира, — вступила в наш диалог Капуста. — Ты переходишь все границы.

— Да что ты? А мне кажется, что это вы, голубочки, переходите всякие человеческие нормы морали.

— Как бы не так! — возмутилась Лилька. — Ты знаешь, о чем я думала, когда мы перестали с тобой общаться? Что ты всегда была лучшей в нашей паре, я просто-напросто была твоей тенью, — чуть ли не кричала бывшая подруга. — Кира то, Кира это… А Кира и довольна, что ей все достается просто за красивую внешность.

— Я что, когда-то говорила, что ты некрасивая? — задыхалась я от возмущения.

— Нет, ты не говорила, ты это демонстрировала своим видом, не обращая на такую мелочь внимания.

— Ах, простите, мисс Капустина, что всегда за вас стояла, когда вас обзывали Капустой, или поддерживала до твоего преображения. Не думала, что это так мне аукнется, — тут я уже перевела взгляд на Влада, который обнимал Лилю за плечи. Вижу, он сделал свой выбор.

— Дай мне хоть раз в жизни почувствовать себя прекрасным лебедем, а не гадким утенком в глазах других.

— Счастливо оставаться, голубки, — игнорируя сказанные до этого слова Лильки, я самым равнодушным тоном ответила им и, развернувшись, стала уходить.

— Разве ты не можешь быть просто за меня счастлива? — услышала я себе вслед.

— Счастлива? — я вновь перевела глаза на них. — Счастлива за то, что он выбрал тебя, когда мы еще официально были вместе?

— Кир… — хотела что-то сказать Лиля, но я ее перебила.

Я смотрела прямо им в глаза и стала медленно шагать в их сторону, словно кошка, которая видит своих врагов.

— Знаешь что? — пыхтела я от переполнявших меня эмоций. — Да, я счастлива за вас, счастлива. Совет да любовь, как говорится. Мо-ло-дцы, — хлопала я в ладоши. — Вот и оставайся с ним, а я найду себе лучшего мужчину, который меня точно не предаст, — и посмотрела на Влада, который даже взгляд не отводил от меня. И не стыдно же, гаду! — Вот увидишь, через пять лет, когда мы встретимся на встрече выпускников, у меня будет любящий меня парень, машина, работа мечты и все, что я только пожелаю! — последние слова я уже просто кричала, не в силах сдержать свои эмоции.

Я стояла в жалких сантиметрах от Лильки, на лице которой был вызов. Вызов мне!

— Хорошо, — сдержанным, но порядком натянутым голосом начала она. — Я тоже обещаю, что на встрече выпускников у меня будет любящий муж, который будет обеспечивать меня, возить меня куда я захочу, и у нас будет все, о чем мы только пожелаем.

— Девочки, перестаньте, — пытался встать между нами Влад. Наверное, думал, что я стану вырывать патлы его ненаглядной, но я не собиралась — хотя очень этого хотелось, даже просто так, для разрядки вечера, а то слишком скучно стало.

— И да, какая ты мне после этого подруга, которая купила такое же платье, как у меня, — кинула я напоследок и удалилась с той веранды.

Оказывается, некоторые услышали наш разговор и решили глянуть, чем все это закончится. Но, к разочарованию всех глазеющих, я решила уйти по-английски, хотя в своей голове я все же выдергивала патлы Капусте и рвала то чертово мерцающее нежно-голубое платье в клочья.

Кто бы мог подумать, что меня опять предадут через столько лет, да еще и в ответственный момент…

— Я хочу выяснить все с одним человеком, — вернулась я из воспоминаний.

— С каким? — спросил Ваня.

— С Капустой.

— Серьезно? — удивился он.

— Да. Кажется, ситуация обретает новые краски.

— Так подойди и поговори.

— Думаешь, это так просто? Столько лет холодной войны, а теперь первой подходить? Нет уж, — замахала я головой.

— Ну а как тогда?

— Не знаю. Может, подходящий случай представится, - пожала я плечами и, вновь прикрыв глаза, стала наслаждаться водой.

По истечению времени в сауне, мы направились к своим домам и, переодевшись, стали накрывать на ужин. Сегодня был прощальный вечер, поэтому мы решили не быть трезвыми, а достали все, что у нас осталось с позавчера. Они выбрали быть счастливыми людьми.

Выпив больше обычного, меня стало пошатывать, и я захотела пойти на обрыв, где мы были вчера с Ваней.

— Зайчик, — обратилась я к парню. — Я хочу сходить на обрыв.

— Надеюсь, не бросится с него? Вечер в самом разгаре, — усмехнулся парень.

— Хм, смешно, — натянула я пьяную улыбку и добавила. — Просто хочу там еще раз посидеть, мы ведь завтра уезжаем.

— Понял. Тебя отвести туда?

— Да, это будет так любезно с твоей стороны, — вздохнула я, как будто была польщена до глубины души его помощью.

Через три минуты мы уже были на месте.

— Спасибо, что привел, — поблагодарила я своего бойфренда. — Можешь оставить меня одну, я хочу побыть наедине с природой.

— Ты уверена?

— Как никогда, — ответила я и похлопала Ваню по щеке.

Расположившись на скамейке, я стала смотреть вдаль. Солнце близилось к горизонту, окрашивая все вокруг золотом. Озеро было величественным и спокойным, чего нельзя было сказать обо мне. Меня не покидали мысли о том, что я узнала за сегодня. Где-то в глубине души мне было жаль бывшую подругу — с ней поступили так же, как и со мной, только я была умнее и предохранялась с Владом, а они, видимо, нет. Хотя чужая душа — потемки, возможно, я об этом никогда и не узнаю.

Тут я услышала шорох позади себя и подумала, что это Ваня решил проверить меня. Но когда я повернулась и уже хотела к нему обратиться, я увидела Лильку.

"Ничего себе, она что, прочла мои мысли?"

— Мисс Капуста? Какими судьбами? — сделала я свой тон более величественным.

— Не ерничай, Алентьева. Я поговорить пришла, за что скажи спасибо моему мужу, — равнодушно бросила она и подошла к скамье. — Я присяду?

— Пожалуйста, — ответила я и подвинулась на правую часть лавки.

— Спасибо, — поблагодарила Капуста и присела на освободившееся место.

— О чем поговорить хотела?

— О нас, — только и сказала Лилька, уставившись туда же, куда и я, — на водную гладь.

— И?

— Ты думаешь, мне легко сейчас с тобой вот так сидеть и разговаривать после стольких лет молчания? — немного вскипела бывшая подруга от моего равнодушного вида.

— Извини, — вырвалось у меня. Никогда не думала, что скажу ей это.

Девушка вздохнула и продолжила:

— Когда ты была на кухне с Галочкой, она тебе что-то говорила?

— Говорила.

— И что же?

Мы по-прежнему смотрели на распростершееся перед нами озеро, не осмелившись взглянуть друг другу в глаза.

— Что ты с Владом тогда рассталась. А точнее, он тебя бросил, когда ты была в положении, — я первой подняла на нее взгляд. — Это правда?

Лилька молчала. Ее губы заметно дрогнули.

— Правда.

— Прости.

— За что? — теперь и она осмелилась взглянуть на меня.

— Просто... что подпустила к нам этого козлину.

Лиля хмыкнула и перевела взгляд на край обрыва.

— Знаешь, когда мы встречались с ним около года, я так же, как и ты, была уверена, что это любовь. И когда я узнала, что беременна, была на седьмом небе от счастья. А он... — тут на глазах девушки выступили слезы, а голос дрогнул. — А он сказал, что пока не готов к детям. И ушел. Просто взял и ушел. Уже через неделю он нашел себе новую пассию, а я страдала, не знала, как мне быть дальше. Единственное, в чем я была уверена, что ребенка я точно оставлю.

— И как? Получилось?

— Нет, — на этом моменте одинокая слеза скатилась по щеке Капустиной. — Не смогла, — тише добавила она. — Плод не пережил моих истерик, и у меня открылось кровотечение. Потом скорая, больница... — стала перечислять девушка, а у меня сердце сжалось от боли, которую я видела на ее лице. — То, что я говорила на кухне вчера утром... ну, что мы с Андреем сейчас стараемся над малышом — это правда. Чтобы ты там ни думала.

— А я и не думала ничего такого, — солгала я. Знать правду ей не стоило.

— Мы уже несколько месяцев стараемся, но ничего не выходит. Врачи говорят, что это последствия прерывания первой беременности, а Андрею я говорю, что это просто гормональный сбой.

— Он не знает?

Лиля лишь замотала головой, прикрывая нос рукой.

— Он бы вмиг отыскал Влада и сровнял его с землей, — шмыгнула носом Капустина. — Когда я с ним познакомилась, прошло около года с того момента. Я уже отошла от тех событий и начала жизнь с чистого листа. Когда я его встретила, подумала, что Бог решил наградить меня за страдания. Я сразу поняла, что это тот, с кем могу быть по-настоящему счастливой, — впервые за весь разговор на лице девушки появилась улыбка. Действительно, было видно, что Лиля счастлива в этом браке.

— А насчет той ситуации у реки... ну, когда ты нас увидела. Я правду говорила. Он тогда сам начал ко мне подкатывать.

Сейчас эти слова звучали по-другому — не так, как тогда. Возможно, я слышала их сквозь "розовые очки", в которых находилась во время отношений с Владом.

— Я тогда впервые почувствовала себя привлекательной девушкой, хотя головой понимала, что ты его любишь. Но он был настойчив.

— Скажи, как быстро он к тебе прибежал после нашего расставания?

— В тот же день, — ответила Лиля, убирая слезы.

— Понятно.

А я-то думала, у него хоть немного совести есть.

— Мне правда тогда было неприятно, что он так с тобой поступил.

— А почему сама от него не отказалась?

— Он был настойчивее. В том плане, что начал ухаживать, дарить цветы... — стала перечислять Лиля, и я хмыкнула.

— Да, в этом он мастер.

— Но знаешь, я не жалею, что он был в моей жизни. Жалко только ни в чем не повинного ребенка, который не смог появиться на свет. А так... — повисла пауза. — Я бы не встретила такого прекрасного мужа, как мой Андрей. Не стала бы той, кем являюсь сейчас. Мне нравится то, чего я добилась. Как и обещала.

— Да, как и обещала, — глухо повторила я.

Сказать, что я тоже рада пережитому предательству Влада, я не могу. Как и тому, что происходит со мной сейчас.

— А ты что скажешь? Ты ведь тоже счастлива, как я погляжу, с Костей. Он у тебя и правда прекрасный мужчина — таких еще поискать надо. Прямо как ты и хотела.

"Ох, если бы ты знала, Лиличка, каков на самом деле настоящий Костя, ты бы так не говорила..."

— Да, он у меня такой, — натянула я улыбку.

— Да и с карьерой, я погляжу, у тебя все хорошо, работа мечты есть. Грех нам жаловаться на настоящее, — констатировала девушка. — Предлагаю забыть прошлое.

Лиля повернулась ко мне и протянула мизинец, прямо как в школе, когда мы ссорились по пустякам. Я смотрела в глаза бывшей подруги и впервые за столько лет увидела в них искренность. Только сейчас я осознала, как мне ее не хватало все это время. На глазах выступили непрошеные слезы, и, подняв свой мизинец, я соединила его с Лилькиным. Она тоже не сдержалась и снова расплакалась. Мы обнялись с такой теплотой, что щемило в груди. И правда — из-за такого ничтожества, как Влад Регатов (который, наверное, сейчас пожинает плоды своей подлости), мы потеряли пять лет дружбы.

Вытирая друг другу слезы, мы направились обратно. На пути нас встретили наши вторые половинки. Андрей, покуривая, разговаривал с Ваней. Заметив наши заплаканные лица, он потушил сигарету и с улыбкой спросил:

— Ну что, наговорились, подружки?

Мы лишь кивнули с Лилькой и бросились в объятия своих мужчин, расплакавшись еще сильнее. Те немного опешили, но расспрашивать не стали, просто повели нас к беседке.

Мы просидели за столом еще часа три, пока не взглянули на время.

— Ой, ребятки, пора закругляться, — протянула Ира. — Завтра рано вставать, готовиться к отъезду.

— Ну, мама Ира, можно нам еще чуть-чуть посидеть? — передразнивая ребенка, спросил Анатолий и сделал глаза, как у кота из "Шрека".

— Нет, сыночек, ты завтра будешь дрыхнуть, а мамочка ни свет ни заря станет собирать чемоданы и пакеты с продуктами, — строго ответила староста. Все засмеялись, а Анатолий, словно и правда ребенок, надул губы.

Но как бы нам ни хотелось задержаться, спать было действительно пора. Убрав со стола, все разошлись по комнатам. Мы с Ваней шли позади обнявшихся Лили и Андрея, и я невольно улыбнулась. Я действительно рада за нее. Заметив мою улыбку, Ваня хотел обнять меня, но замер — его рука застыла в воздухе. Я взглянула на него. Сначала он подумал, что я против, но я улыбнулась, давая понять, что не возражаю, и он наконец обнял меня.

Зайдя в спальню, я без сил плюхнулась на кровать лицом вниз.

— А как же душ? — поинтересовался Ваня, закрывая дверь.

— Сегодня ты первый, — прозвучал мой приглушенный ответ.

— Не уснешь, пока я приду?

— Не-а, — замотала я головой, услышав, как Ваня берет вещи и выходит.

Алкоголь сделал свое дело — я уснула до его возвращения. Сквозь сон я почувствовала, как он бережно переложил меня на правильную сторону кровати и накрыл одеялом. Сегодня была его очередь укладывать меня спать. 1:1.

Глава 5

Прощались мы долго. С восьми утра все уже были на ногах и собирали вещи. В конце мы сели за общий стол под беседкой и стали вспоминать события прошедших дней.

— Да, — протянул Анатолий. — Мы свой план не то что выполнили, а перевыполнили.

— Да, особенно когда ты, Анатолий, в самый первый вечер так наклюкался и уснул в собственной тарелке, а потом упал в кусты, — вспомнила Таня, и все дружно рассмеялись.

— Угу, а как Иру сбросили с круга в воду, — подхватил Вова.

— А то, что нас могло на одного человека меньше вернуться домой, вас не смущает? — вспомнила Ангелина. Эта ситуация еще вчера переросла в шутку, ведь со мной все хорошо.

— А как Анатолий чуть букетом полевых цветов в лицо Галочке не въехал, когда отчаянно махал им на подъезде к ее дому, — напомнила Даша и тут же спохватилась. — Ой, я же забыла вам показать. Я наше вчерашнее видео смонтировала.

Дашка достала из сумочки телефон, и, собравшись все вокруг нее, мы стали наблюдать магию времени. Все это было так трогательно: мы действительно изменились и повзрослели. На видео Даша поставила практически всех по парам, как в школьные времена, в том числе и меня с Лилькой. Я подняла свой взгляд и встретилась с парой глаз. Подруга тоже смотрела на меня и улыбалась, как и я сейчас. У некоторых девчонок слезы выступили на глазах, и они стали вздыхать. После просмотра они еще горше заревели и стали обнимать каждого.

— Такое ощущение, что мы разъезжаемся в разные точки мира и никогда не сможем больше увидеться, — хмыкнул Макс.

— Но все же грустно, — всхлипнула Алиса. — Мы и так не часто видимся.

— Значит, надо устраивать такие встречи чаще, — предложила Танька.

— Да, и на этой самой базе, — согласилась Катя. — Она такая замечательная. Буду сюда еще неоднократно приезжать.

Все согласились с Катей, кроме Анатолия, который в шутку сказал, что изрядно утомился от нашего общества, и этой встречи ему хватит на долгие годы, за что получил удар в плечо от Алисы.

Уезжали мы в полдень. Сдав ключи от двух домов, мы расселись по машинам. Сегодня нашими пассажирами были Аня, ее парень Саша и Ира. За руль я вновь доверила сесть Ване. Уезжала я отсюда с неким облегчением — я узнала правду, которая беспокоила меня пять лет назад. Эта правда вернула мне подругу, которая была дорога мне все предыдущие годы. Я не пожалела, что все так раскрутила.

Провожал нас тот самый охранник Геннадий, открыв нам ворота. Как только мы выехали за территорию базы и начали набирать скорость, я почувствовала некую грусть. За три дня здесь много чего было — и плохого, и хорошего, но хорошего было больше. Я многое осознала, и возвращаться в город, где я вновь могла столкнуться с Костей, не имела никакого желания. Там, на территории, я была как будто под защитой — не только из-за наличия охраны, забора и ворот, но и из-за человека, который находился со мной рядом. Я невольно кинула взгляд на Ваню, который непринужденно вел машину. Вот мы доедем до его дома и... Что потом? Он просто уйдет? Или посмотрит на меня и скажет: «Давай продолжим общение?» Хотела ли я этого? Не знаю. Он действительно отличный парень, как сказала Лиля: «Таких поискать еще надо», а я вот так просто нашла его в кафе. Но сейчас мне нужно было время, чтобы прийти в себя после предыдущих отношений.

Благополучно доставив всех пассажиров по домам, мы направились к дому, где жил Ваня. Припарковавшись у нужного подъезда и выйдя из машины, мы встретились у багажника. Ваня достал оттуда рюкзак и, закрыв его, стал пристально смотреть на меня. Я сама не отводила от него взгляда, пока он забирал свои вещи, но теперь я могла взглянуть в его зелено-карие глаза. Сейчас в них отражалась все та же природа, только в этом лесу уже светило солнце, которое озаряло все вокруг, прямо как в данный момент на улице.

— Ну что, у нас все получилось? — улыбнулся парень, от чего я увидела уже такие мне полюбившиеся ямочки на его щеках.

— Кажется, да, — пожала я плечами и смущенно улыбнулась в ответ.

— И где моя награда? — чуть наклонившись, спросил Ваня.

— Какая награда? — не поняла я.

— Ну как? Ты забыла наш уговор в кафе?

Уговор? Ах да, деньги. Я обещала ему деньги за выполненную миссию.

— Деньги, точно, — приглушенно ответила я и стала хлопать себя по карманам джинсовых шорт в поисках телефона. — Я переведу тебе их по номеру... — забормотала я.

— Кир, ты серьезно? — строгим голосом спросил он. — Это шутка.

— А, — опомнилась я. Чего-то я растерялась. Наверное, жаркое солнце на меня так действует.

— Ты действительно думала, что я возьму деньги?

— Ну, я же тебе обещала, — смущенно ответила я.

— Кира, — сказал парень и, сделав шаг в мою сторону, крепко обнял меня свободной рукой. — Мне было просто приятно помочь такой девушке, как ты.

«Такой девушке, как ты»...

В районе солнечного сплетения я почувствовала, как зарождается тепло, которое стремительно распространялось по всему моему телу.

Отстранившись от меня, Ваня вновь со всей искренности посмотрел мне в глаза.

— Ты домой сейчас?

— Да, хочу побыть одна.

— Понял. Тогда пока, — бодро сказал парень. — Очень рад был с тобой познакомиться. Ты прекрасная девушка.

«Очень рад был с тобой познакомиться»...

— Я тоже, — попыталась я натянуть улыбку.

Я смотрела, как отдаляется от меня Ваня, и молчала, даже не в силах сказать ему что-то. Он скрылся в подъезде, и я сделала тяжелый вдох. Внутри меня тепло сменилось на пустоту. Глухую пустоту, в которой начинался сильный ветер. Еще с минуту я наблюдала за его подъездом, из которого то выходили, то заходили жители данного многоквартирного дома, и одаривали меня интересующимися взглядами. Я заставила себя уехать оттуда, говоря себе, что его миссия выполнена, он просто сделал то, о чем я его просила. Теперь мы чужие люди, которыми, собственно, и до этого являлись.

Переступив порог своей квартиры, я услышала непривычную тишину, которая пугала. Зачастую, когда я возвращалась домой, в гостиной у нас фоном работал телевизор. Костя любил его включать, когда трудился за ноутбуком, говоря, что так ему лучше сосредоточиться. Сейчас же все в этой квартире молчало, и ничего больше не напоминало о человеке, который меня предал. Хотя нет, было — стены. Сколько бы ты ни выставил вещей этого человека, ни поменял всю мебель в квартире и ни сделал другой ремонт, но стены четко давали знать о бывшем молодом человеке. Сколько же здесь всего произошло...

Изначально эту квартиру снимал Костя, потом я переехала к нему, и три с половиной года мы жили в ней. Когда я выставляла его вещи, я написала гневное письмо в мессенджере, в котором упомянула, чтобы он проваливал из этой квартиры, а я остаюсь здесь в качестве моральной компенсации за его выходку (тем более что аренду мы платили с ним пополам).

Весь вечер меня не отпускали эти мысли, пока я не решила открыть бутылочку красного полусладкого и не поговорить со своей подругой Юлей. С ней мы не болтали все то время, пока я находилась на базе отдыха, и я ужасно соскучилась по ней.

Как только я хотела уже нажать вызов, мне пришло уведомление. Мне написала та самая Снежана.

— Ну что, довольна? — значилось в ее сообщении. — Не смогла простить, что Костичка выбрал меня, а не тебя?

Следующим сообщением прилетела ссылка на статью. А вот это уже интересно.

«Директор компании “Bell”, Константин Белевский, совращает своих подчиненных?»— пестрил заголовок статьи, да еще и фотографией самого Кости почти на весь экран. Ого, его фотки никогда не попадали в сеть.

После прочтения статьи, в которой значилось, что Костя относится к своим подопечным как к куклам, затаскивая в постель одну за другой, я приоткрыла рот. Имена и фамилии девушек в самой статье не упоминались, но острые предложения так и хотели оклеветать бедного Костичку. Автор остался анонимным. Интересно, кому Костя перешел дорогу?

— Это не я, успокойся, — ответила я Снежане.

— Врешь! Кроме тебя некому было эту несчастную статейку заказать, — прыскала, наверняка, слюной собеседница.

— Как знаешь. Но это действительно не я, — не став больше продолжать эту беседу, я закрыла диалог с девушкой и все же набрала Юле.

На город опустились сумерки, и зажглись вечерние огни. Проспект, на который открывался вид с огромного панорамного окна, был переполнен машинами. Попивая свое вино, мы проболтали с подругой весь вечер. Я рассказывала обо всем, что произошло там на территории, не скрывая ничего. Возможно, тем самым я хотела узнать мнение подруги насчет Вани.

— Да ты просто втюрилась в него, — кричал в трубку Гришка, который подслушал наш разговор.

— Гриша, сгинь, а? Я с тобой отдельно еще поговорю по поводу того, что ты растрындел все Косте, где я и с кем нахожусь, — зло бросила я.

— Все, ухожу-ухожу, — послышалось на заднем фоне, а я лишь закатила глаза.

— Может, Гриша прав? — отозвалась Юля.

— И ты туда же? — возмутилась я на подругу.

— Ну а что? Если ты говоришь, что в тебе что-то там екнуло, когда вы прощались у его дома, да и в принципе, что было между вами, почему ты не можешь принять это в счет?

— Потому что это глупо — влюбиться в первого встречного! — возмущалась я. — Мы не в сказке, Юль. Такого не бывает.

Поговорив еще с полчаса уже о других вещах, я услышала звонок в дверь.

— Кто это? — поинтересовалась подруга, тоже услышав звук.

— Не знаю, — растерялась я.

Вдруг это Костя пришел?

Поставив бокал на пол и поднявшись с мягкого ковра, на котором я сидела и любовалась видом из окна, я тихими шагами направилась к двери.

— Юля, будьте с Гришей начеку, — шепотом сказала я в трубку.

— Почему? — не понимала девушка.

— Вдруг это Костя. Мне может понадобиться ваша помощь.

— Господи, — ахнула Юля, и я услышала, как она стала суетиться по комнате, наверняка уже собираясь ехать ко мне на помощь.

Заглянув на экран камеры наружного наблюдения, что стояла у входной двери, я пыталась всмотреться что там было.

— Ну что там? — волновалась Юлька.

— Никого, — тихо ответила я.

Но когда я всмотрелась в картинку, я увидела в самом низу экрана, что могла захватить камера, ручку плетеной корзины.

— Там что-то стоит, — уже на полтона громче сказала я.

— И что?

— Как будто корзина.

— Ни в коем случае не открывай, — строго сказала подруга.

— Почему?

— А вдруг это отвлекающий маневр? Сиди и не дергайся. Мы сейчас приедем. Гриша! — крикнула она брату.

Но было уже поздно. Мне было интересно узнать, что там.

Провернув замок в обратную сторону, я открыла входную дверь и ахнула.

— Что, Кира, что там? — кричала мне в трубку Юлька, услышав, что я ее не послушалась. — Не молчи! Гриша, еп твою мать, быстрее одевайся, а то не успеем.

— Она вообще-то и твоя мать тоже, — послышалось на фоне от Гриши.

— Не надо, — только и сказала я.

— Чего не надо?

— Ехать.

Перед моими дверьми стояла большая плетеная корзина и крафтовый пакет. В корзине расположился букет из нежно-розовых кустовых роз, которые я любила, и маленький золотистый комочек, который тихо посапывал. Я присела на корточки и взяла записку, которая лежала на мягкой подстилке. Взяв немного дрожащими руками кусок розовой бумаги, я прочла:

«Привет, подружка! Теперь я буду жить с тобой и тебя охранять. Ваф».

На глазах навернулись слезы, и я всхлипнула.

— Алентьева! — кричала в трубку, что есть мочи, Юлька. — Не молчи! Что у тебя там происходит?

— Бывает, — только и сказала я.

— Что бывает? — не сбавляла тон подруга.

— Я, кажется, начинаю влюбляться в первого встречного, — глухо ответила я. — Он мне щенка подарил.

Глава 6

Прошла неделя с моего приезда в город. Юля в тот вечер, после долгого ожидания ответа, покрыла меня добротным матом. Но когда увидела щенка, которого я показала ей по видеосвязи, сразу сменила гнев на милость.

Это был щенок породы американский кокер-спаниель, которого я так хотела в детстве. Прекрасная девчушка, которой я дала кличку Леди. Она приехала ко мне с полным комплектом — лежанкой, которая была помещена в корзину (кстати, в ней она и продолжает спать, я даже не стала доставать ее спальное место оттуда), в крафтовом пакете я нашла ее миски, игрушки, шлейку, поводок, корм и новую упаковку пеленок. Леди вела себя очень послушно, практически сразу освоившись у меня дома.

В том, что это был подарок Вани, я не сомневалась ни на минуту. Ведь только он знал, как я хотела собаку именно этой породы. Но тут Юля вставила свои пять копеек и задалась вопросом, откуда он мог знать мой адрес. Меня тоже интересовал этот вопрос, но то, что этот подарок мог сделать Костя, я сразу отбросила эту версию. За четыре года наших отношений он ни разу даже не запомнил, какие цветы я люблю на самом деле, все дарил мне пионы, которые я тоже люблю, но не так сильно, как кустовые розы. Тут тоже все пути вели к Ване, ведь я как-то обмолвилась, что люблю именно их, когда мы были в гостях у Галочки и я увидела в ее палисаднике прекрасный куст.

На следующий день после неожиданного подарка меня рано утром разбудил звонок с неизвестного номера. Сперва я не хотела брать трубку — кто может звонить в такую рань? Но интуиция подсказала, что лучше ответить. Мне звонил директор крупного модельного агентства, который был вечным соперником Кости. Он каким-то образом узнал, что я больше не сотрудничаю с ним, и предложил перейти в его агентство. Я ответила, что подумаю, но спустя день перезвонила ему и согласилась. Он был очень рад этому решению, ведь, как я знала от знакомых, меня давно хотели переманить на его сторону.

Здесь тоже у меня закрадывались сомнения, что к этому мог быть причастен Ваня.

«Да кто ты такой, щенок?», «Такой!» — вспомнился мне разговор двух парней. А ведь действительно, кто этот Ваня такой?

Я перелопатила все аккаунты в соцсетях, но никакого Ивана не нашла. Юля предлагала не заморачиваться и просто позвонить или написать ему, ведь его номер у меня был, хотя бы ради приличия поинтересоваться, не он ли мой тайный поклонник, и сказать спасибо, если это окажется правдой. Но я лишь крутила головой. Я же говорила ему, что не хочу сейчас ни с кем общаться из мужского пола. Тем более, он сам сказал фразу«Приятно было с тобой познакомиться», а если человек так говорит, то это точно знак того, что он «был» рад пообщаться, а дальше, возможно, не желает. А щенок и агентство — это просто приятные подарки на прощание. Юлька лишь хмыкала и говорила, что это знак, что я дура, которая не хочет видеть и принимать очевидных вещей. Вещей, что мы оба влюбленные идиоты.

Когда я приходила в наше любимое с подругой кафе, то невольно бросала взгляд на то самое место, где сидел Ваня при нашей первой встрече, но каждый раз там был не он. Юля лишь качала головой.

Однажды на неделе, когда я без сил вернулась со съемки домой, где меня встречала приветливая Леди, мне позвонили в домофон. Увидев курьера с цветами, я немного опешила, но открыла дверь.

— Добрый вечер, — радушно приветствовал меня курьер.

— Добрый.

— Вам передали букет, — сказал молодой человек и вручил мне букет розовых кустовых роз. В этот раз он был еще пышнее. — Распишитесь, пожалуйста.

— Да, конечно.

Взяв букет в руки, я поставила подпись на бумаге и решила задать вопрос.

— А от кого?

— Попросили не распространять.

— А, понятно, — огорчилась я и попрощалась с курьером.

Закрыв за собой дверь, я направилась в гостиную, а Леди, виляя хвостиком, следовала за мной. Опустившись на колени, я стала осматривать огромный букет и заметила в нем маленькую открытку.

«Клюковке».

Мое сердце ушло в пятки. Это он! Это точно он!

Красивым и аккуратным почерком было выведено мое прозвище, которое мне дал Ваня. Леди тоже было интересно, что там, и она стала скулить, тыкая в мою руку маленьким мокрым носиком.

— Ты тоже хочешь посмотреть? — ласково спросила я у щенка и дала ей понюхать открытку. Тут я обратила внимание на одну деталь, которую не сразу заметила. С обратной стороны была визитка. Я перевернула ее, и мои пальцы дрогнули. Соколовский Глеб Викторович. Сердце заколотилось — неужели это он?

— Хм, и номер еще какой-то.

Вбив в телефон эти цифры, я не нашла его среди своих контактов. Странно, кто это?

Тут я решила обратиться к поисковику, и каково же было мое удивление, когда на фотографиях, которые я нашла, был Ваня! Сперва я подумала, что это его брат-близнец, но решила всмотреться в детали. У Вани была маленькая родинка на кончике уха, прямо как у этого Глеба, и сомнений не осталось: Ваня и был этим самым Глебом.

— Соколовский Глеб Викторович — бизнесмен, предприниматель, в его подчинении находится сеть баз отдыха «Голубые озера»... Нет, ну ты слышала? — возмущенно зачитывала я предложение из первого попавшегося сайта Юльке по телефону.

— Предприниматель, предприниматель, — напевала подруга одноименную песню Иды Галич. — Ты можешь красиво порассказать мне...

— Это не смешно, — серьезно ответила я.

— А мне вот забавно, — хихикала в трубку Юля.

— Он обманул меня, — возмущалась я.

— Не обманул, а просто недоговорил, — уточнила подруга. — Тем более, ты сама установила ему условия, вот он и не сказал.

Возможно... Но почему-то странный осадок остался после новой информации. Весь оставшийся вечер я искала о нем еще хоть что-то. Фактов было совсем немного, как, собственно, и фотографий. В интернете значилось, что в восемнадцать лет парень выиграл грант на постройку собственной базы отдыха в живописном месте, и этой самой базой была та, на которой были и мы. Среди немногих фотографий я нашла одну, на которой Ваня, а точнее уже Глеб, был в деловом костюме и осматривал только что построенные деревянные коттеджи. Было непривычно видеть его в деловом наряде на той территории, где мы были всего неделю назад. Открыв галерею на телефоне, я пролистала все фото, которые мне удалось сделать и скачать из нашей переписки с одноклассниками. Вот парни стоят у мангала и пытаются его зажечь, вот мы сидим за общим столом, и Глеб, как теперь непривычно его называть, обнимает меня за плечи, вот мы на озере незадолго до моего погружения под воду... Смотрю на фото в интернете и вижу Глеба — серьезного, уверенного в себе мужчину в деловом костюме, а вот Ваня — улыбчивый, искренний и очень смелый парень в простых спортивных шортах и футболке.

За этими размышлениями я уснула, а утром меня разбудила Леди, которая поскуливала в своей лежанке. Наверное, она хотела в туалет. За неделю мы с ней потихоньку приучились к прогулкам утром и вечером, что шло довольно неплохо. Взглянув на часы в телефоне, где было «6:37», я тяжело вздохнула.

— Крошка, ты не нашла лучшего времени, чтобы захотеть на улицу? Так рано мы еще с тобой не ходили.

Но Леди было все равно, она и так вчера осталась без вечерней прогулки из-за моих детективных поисков. Поэтому, собравшись с силами, я надела леггинсы, худи (потому что утром было прохладно), завязала волосы в пучок, натянула кроссовки, надела на Леди шлейку и прицепила поводок.

На улице уже вовсю светило летнее солнце, и я надела солнцезащитные очки. Но оно было обманчивым. Подул прохладный ветерок, от которого я поежилась. Хорошо, что оделась тепло. Только мы собрались выйти на газон у детской площадки, как загудела газонокосилка. Бедная Леди задрожала и стала скулить у моих ног. И надо же было им начать работать в такую рань! Взяв на руки дрожащий комочек, я сказала:

— Ничего, крошка, мы пойдем в другое место.

Под другим местом я подразумевала парк, который находился в семи-восьми минутах ходьбы от нашего дома. Жаль, что я выглядела не очень презентабельно для дальних прогулок, но кого я могла встретить в такую рань?

Держа на руках Леди, мы вышли со двора и направились в сторону парка. Находясь в моих объятиях, щенок с интересом рассматривал новые места, в которых раньше не бывал. Зайдя в парк, я опустила Леди на землю, чтобы она привыкла к новой местности. Изучая тропинку своим маленьким носиком, мы пошли вдоль нее. В парке действительно почти никого не было, кроме единичных людей, которые, как и я, гуляли со своими хвостатыми друзьями.

Пока Леди делала свои дела, я открыла чат с Юлькой, где она прислала новое сообщение. Она снова подтрунивала надо мной песней «Предприниматель», а я лишь закатила глаза.

В следующую минуту раздался громкий лай где-то вдалеке, на который я не сразу обратила внимание, но лай не прекратился, а стал раздаваться все ближе, пока я не подняла взгляд от телефона и не увидела собаку, похожую на фокстерьера, которая неслась в нашу сторону. Секунда ступора — и вот я уже держу на руках маленькую Леди, чуть не выронив телефон.

— Брэд, — послышался до боли знакомый голос. — Брэд, фу!

Я посмотрела в ту сторону, откуда раздался голос, и еще больше удивилась. Сняв солнцезащитные очки, я увидела стремительно приближающегося парня.

Пес, чуть больше среднего размера и серебристого окраса, остановился у моих ног и начал смотреть на крошку в моих руках, виляя хвостом.

— Кира? — приглушенно спросил парень, останавливаясь возле своей собаки.

— Глеб? — задала я тот же вопрос, добавив в голос немного равнодушия. Я не ожидала его здесь увидеть. — Ведь так тебя зовут, да? Или есть еще имена?

— Ну, разве что меня еще «хлебом» называют, — смущенно улыбнулся парень.

— Хлеб?

— Да, меня так звали с детства из-за моего имени, — пожал он плечами.

— Хорошо, тогда будешь Хлебушком, — улыбнулась я, и мы рассмеялись.

Брэд начал лаять от наших эмоций, а Леди стала скулить в моих руках.

— Фу, Брэд, — окликнул парень пса, и тот успокоился. — Неприлично так себя вести в присутствии дам.

— Дам? А с чего ты решил, что она тоже дама? — поинтересовалась я.

— Ну, — замялся Глеб, но я поспешила его успокоить.

— Успокойся. Я знаю, что это ты мне ее подарил. Спасибо.

— Да не за что, — улыбнулся парень, демонстрируя ямочки на щеках. — И как ты ее назвала?

— Леди.

— А я думал, ты назовешь ее Клюковкой. Даже ошейник, поводок и шлейку купил красного цвета.

— Хм, а почему бы и нет, — задумалась я. — Будет Леди Клюковка, — заключила я и нежно посмотрела на собаку. — Тогда твоему тоже можно дать вторую кличку — Хлеб.

— Так его уже и так зовут Хлеб.

— В смысле?

— Переведи слово «Брэд» с английского, и получится «хлеб», — рассмеялся парень, и я присоединилась к нему.

Расположившись на ближайшей лавочке, я решила задать интересующие меня вопросы, раз уж мы встретились, которые мучили меня всю неделю.

— Скажи, это твоих рук дело — написанная статья на Костю? — озвучила я первый вопрос.

— Ну, не прямо моя, но мне помогли, — начал парень. — С этим справилась твоя староста Ира.

— Сафонова? А она тут при чем? — не понимала я.

— Помнишь, я говорил еще тогда в машине, когда мы ехали на базу, что там будут неглупые люди?

— Помню.

— Так вот, нас рассекретили.

— Как? — слишком громко воскликнула я, так что Брэд, лежавший у ног хозяина, посмотрел на меня с недоумением.

— Вот так. Это была Ира, а точнее ее журналистское любопытство, — пояснил Глеб. — Оказывается, ей удалось как-то увидеть твоего Костю и сделать пару незаметных снимков по просьбе руководства. Кто-то заказал на него не лучшую статейку, но в последний момент отказался от нее. Фотографии остались у Иры на всякий случай.

— И?

— Ну, когда мы приехали на базу и она познакомилась со мной, то сразу раскусила, что я никакой не Константин Белевский, но виду не подала. В тот же день она спросила у меня за столом, когда ты отошла ответить на звонок, кто я такой, и пригрозила всем рассказать, если я не объяснюсь. И мне пришлось.

Я тяжело вздохнула. Какой позор.

— Но не все, конечно, я рассказал, только то, что ей было нужно, — успокоил меня парень и продолжил. — Я попросил ее никому об этом не говорить, иначе ты очень расстроишься, и она пообещала сохранить это в тайне, только потому что ей было жаль, как с тобой поступили, и это была необходимая мера. Но когда твой бывший приехал на базу и стал тебе угрожать, я не выдержал и обратился к Ире за помощью, вдруг он перейдет к нападению, когда ты будешь дома. И это случилось.

— Правда? — не верила я своим ушам.

— Да. Через свои каналы я узнал, что он, как только отъехал от ворот, начал звонить рекламодателям и требовать прекратить рекламу от твоего имени, разрывая контракты.

— Ах он... жук навозный, — выругалась я, хотя хотела сказать совсем другое, но в последний момент одумалась, увидев проходящих мимо маму с ребенком и шпицем.

— И я решил действовать, как и обещал. Сказал об этом Ире, и она приступила к работе. Она так хотела прийти к тебе и утешить в тот вечер, но я уговорил ее пока ничего не рассказывать. Она тоже была не в восторге от твоего бывшего.

— Да кто будет от него в восторге? Разве что Снежана, — хмыкнула я.

— Снежана?

— Да, это та телка, с которой Костя мне изменил. Она мне, собственно, и прислала ту статью, возмущаясь как сумасшедшая. Но статья получилась отличной, молодцы, хорошо постарались. Надо будет как-нибудь поблагодарить Иру.

— С Лилей после приезда не списывались? — поинтересовался Глеб.

— Только однажды, — задумчиво ответила я, вспомнив, что хотела спросить у парня еще на базе. — А как получилось, что когда я сказала тебе, что хочу поговорить с ней, она тоже, чудесным образом, захотела того же?

— Ты знаешь, у нее отличный муж.

— Да что ты?

— Да. Когда мы остались одни в парилке, я сначала разговорился с ним о том о сем, а потом предложил помирить вас. Он был не против, потому что, как и я, считал это глупым детским спором. И вот, после разговора с женой — вуаля! — вы уже в слезах миритесь, — довольно улыбнулся Глеб, словно чувствовал себя героем.

— Вот как, — протянула я. — А я-то думаю, чего вы стояли такие довольные, когда мы вас встретили по пути в беседку. Ах вы, хитрые жуки! — Тыкнула парня в крепкий живот. — А ты тот еще жук. Взять и сказать: «Меня зовут Ваня», — передразнила я его голос. — Что за конспирация?

— Не хотел радовать тебя раньше времени, — довольствовался парень. — Ведь ты могла вычислить меня.

— Каким это образом? Ты вообще не подавал виду, что находишься на территории, которую сам построил. Как тебе удалось все это провернуть?

— Просто. Когда я увидел по навигатору, куда мы едем, сразу понял — дело пахнет жареным. Пока ты спала, написал своим сотрудникам, чтобы не выдавали меня и приняли как обычного отдыхающего. Благодаря тебе люди получили неплохие премии за молчание. Но в то же время я смог полностью ощутить на себе собственные многолетние труды и принял решение выкинуть нафиг те диваны из спален в домах — у меня еще несколько дней спина болела от одного из них.

— Бедненький, — улюлюкала я. — Это тебе карма за то, что скрывал от меня такой факт своей жизни.

— А что бы ты сделала, если бы я тебе рассказал?

— Не знаю, — тут же задумалась я. — Возможно, все было бы по-другому, и я не опустила бы тебя до уровня...

— Простого среднестатистического работяги?

— Да, — смущенно ответила я, опустив глаза на Брэда и Леди, которые внимательно и спокойно слушали наш разговор. — А почему ты согласился мне помочь?

— Я услышал твой разговор с подругой — его невозможно было не услышать, ты была так эмоциональна, — продолжал Глеб, и я невольно вспомнила события того дня. — Мне стало жаль тебя. И когда ты уверенно направилась ко мне и попросила стать твоим парнем, я без раздумий согласился.

— Но ты же не сразу дал согласие, — вспомнила я, глядя ему в глаза.

— Конечно. Надо же было для приличия сделать растерянный вид. Ведь не каждый день к тебе подходит красивая девушка и просит стать ее парнем за деньги, — улыбнулся Глеб, игриво приподнимая брови.

Мои щеки вспыхнули румянцем при воспоминании о том позоре, и я закрыла лицо руками.

— Боже, как стыдно, — прошептала я, чувствуя, как теплые руки парня легли на мои ладони и мягко отвели их, чтобы я посмотрела на него.

— Если хочешь знать, я ни капли не обиделся — ни при первой встрече, ни перед домом, когда мы приехали.

— Постой, а как вы можете гулять с Брэдом здесь, если твой дом в другом районе? — опомнилась я.

— Там живут мои родители, — спокойно пояснил Глеб. — И, предвосхищая твой вопрос: «Почему именно там ты меня забирала и привозила?» — отвечу: я оставлял собаку у родных, пока меня не было в городе.

Глеб продолжал держать мои руки и с теплотой смотрел мне в глаза, отчего я смущалась все сильнее, словно школьница, которая после уроков побежала на свидание, вместо того чтобы делать домашнее задание.

— А почему ты решил раскрыть свое настоящее имя именно так? — вспомнила я вчерашний букет. — Только не говори, что под рукой не оказалось ничего, кроме визитки, чтобы написать «Клюковке».

— Ты будешь смеяться, но отчасти это так и есть, — рассмеялся Глеб. — Дома действительно не нашлось красивой бумажки, и мне пришлось писать на визитке. В последний момент я засомневался, стоит ли это делать, но потом подумал: возможно, это знак, что пора раскрывать карты. А так я хотел еще немного сохранить интригу и побыть твоим тайным поклонником.

— И сколько ты еще планировал им оставаться?

— Не знаю, — просто ответил парень. — Но зачем об этом думать, если наши собаки сами устроили нам встречу?

— Да, ты прав.

Я посмотрела на золотистый комочек, уснувший у меня на коленях, и улыбнулась. Если бы не наши собаки, неизвестно, когда бы я осмелилась ему позвонить. Перевела взгляд на наши соединенные руки, а затем — в глаза Глеба. Такие теплые, такие уже родные, как бы странно это ни звучало. За что мне такое счастье — встретить этого прекрасного парня?

Поддавшись внутреннему порыву, я осторожно придвинулась ближе и положила голову на его левое плечо. Глеб, слегка растерявшись, спросил:

— Эм... это что-то значит?..

— Значит, — тихо ответила я, и Глеб одной рукой обнял меня, а другой продолжал держать мои руки и поцеловал меня в макушку.

Мы устроились поудобнее, и я блаженно закрыла глаза, растворяясь в этом человеке. Господи, даже страшно подумать, что я сначала хотела отказаться от него. Теперь же боюсь, что он — всего лишь сон. Вот я проснусь, и его не будет рядом... Но, к счастью, это была реальность. Вот он здесь, со мной, а рядом — наши верные друзья, которые мирно посапывали. Я вдыхала его аромат — все тот же цитрусовый с нотками ментола — и чувствовала, как сердце сжимается от радости.

— А почему ты решил назвать меня Клюковкой? — задала я вопрос, который интересовал меня с самого первого дня.

— Ты так аппетитно ела клюкву своими алыми губами в машине, что я сразу подумал: если нам понадобятся милые прозвища, ты точно будешь «Клюковкой», — улыбнулся парень. — Ну, если не нравится, могу называть тебя... ммм... «Русалочкой»? Дно ты уже видела. Нептуна там случайно не встретила? — хихикнул он.

— Дурак, — возмутилась я и ущипнула его за руку.

— Ай, больно! — скорчился Глеб.

— Не забывай, я могу дать сдачи, боксер, — рассмеялась я.

— Да ты могла стать чемпион мира по щипанию, — ухмыльнулся парень, и мы засмеялись, отчего наши собаки проснулись и недоуменно посмотрели на нас, наверняка подумав: «Влюбленные дураки».

Конец