Цитаты из книги «Особое детство», страница 3

Однажды она сидела на церковной ограде и размышляла о том, почему люди продолжают ссориться друг с другом. Они произносили слова, которые причиняли другому боль, она видела это, иногда люди становились совершенно черными внутри, иногда красными, иногда совершенно пустыми и мертвыми. Она понимала, что и тот, кто произносил слова, и тот, кто слышал их, становились больными внутри.

Она давала людям утешение и совет, не требуя, чтобы они непременно последовали ему. Она даже никогда не спрашивала их об этом, ей было довольно, если те, кто внимал им, находил в душе хотя бы маленький лучик надежды, обретал силы жить дальше.

В нашей стране человек так боится, что человек должен иметь гарантию, что он будет защищен. Это означает, что человек не хочет предоставлять себя на милость жизни, такой, какая она есть, он всегда хочет ее упорядочить. Мне кажется, нужно дать людям возможность быть защищенными в незащищенности, а не создавать такой защищенный мир, в ко-тором человек не способен прожить в естественном состоянии.

Слова, которые я слышала от взрослых: «мертвый», «больной», «брошенный», «арестованный», «убитый». Это были опасные слова. Когда кто-то произносил их, из человека как бы выходило ядовитое вещество. Цвет вокруг человека становился грязным, как будто он покрывался слоем сажи.

Ирис не могла ответить, в ее мире не было никаких ответов, там была только пустота, и она не знала, чего ей не хватает, знала только, что внутри пустота.

Я упражнялась эти десять лет каждый день, но всё же я очень плохо читала и писала.

Когда я читаю Библию и другие священные книги, я недоумеваю. Ты [жизнь] помещаешь себя в определенные фразы, заставляешь их блестеть, выводишь их за границы понимания и тотчас даешь плоское правило, какую-нибудь заповедь, из-за которой люди делят себя на "мы" и "они": "мы праведники, а они грешники".

Субботними вечерами вся семья собиралась у радио – шла длинная передача, которая называлась «Музыкальная шкатулка». В ней участвовало много известных певцов, они пели песни и играли на разных инструментах. Я часто сидела на полу, забравшись в уголок под радиоприёмником, и радовалась. Мне было ужасно весело вслушиваться во все звуки, которые лились оттуда. Иногда они превращались в множество ярких вихрей, которые кружились в темноте, и лица людей, которые сидели в комнате, начинали светиться.