Читать книгу: «Вопреки»

Глава 1

В молодости особо остро воспринимаются все трудности и неудачи. Иногда нам кажется, что весь мир настроен против нас, что никто не понимает и не поддерживает. Но стоит лишь отпустить свои ожидания и позволить пространству впустить в нашу жизнь волшебство, мы сразу начинаем замечать как вокруг все меняется и любые преграды становятся по плечу.

Первое сентября, второй курс, пора снова в институт. Лето пролетело, оставив о себе лишь воспоминания.

Конец учебного дня. Последним в расписании поставили новый предмет.

– Я никогда не понимала, зачем нам в художке изучать такую ерунду как психология? Да еще и с экзаменом? – говорила одна молодая девушка у входа в аудиторию своей подруге.

– Маргарит, я с тобой полностью согласна. Мы только время зря тратим. Выслушивать обо всем таком нудном, фу.

– Еще придет какая-нибудь бабка старая и будет втирать, какая важная наука психология, как без нее жить нельзя и бла-бла-бла. Мне кажется, ей только психи и интересуются.

– Тише, тише, – взволнованно произнесла ее собеседница, пытаясь глазами показать, что приближается опасность.

– Да что тише, разве это не так? – не понимала ее намеков Маргарита.

– Возможно, вы и правы девушка, но, мне кажется, все мы в какой-то степени бываем психами, как вы выразились. Проходим в кабинет, ребята, – произнес мужчина в костюме, проходя мимо них.

– Блин, Машка, что ты меня не предупредила, я же не видела, что он идет.

– Как же не предупредила. Я же говорила тебе тише, тише.

– Вот и пойми тебя.

Студенты не торопясь вошли в помещение и расселись по местам.

– Здравствуйте. Меня зовут Максим Анатольевич, и да, я буду вести у вас психологию. Может вам и кажется, что предмет этот нудный и неинтересный, но я постараюсь доказать вам обратное. В конце курса у нас будет экзамен. Посещения и конспекты обязательны. Девушки на последней парте, о чем это вы так активно беседуете, нам всем очень интересно, поделитесь с народом?

– Вам, правда, это интересно? – произнесла одна из них.

– Ну, я же вам это только что сказал.

– Марго, не надо, ты с ума сошла? – дергая за рукав своей собеседницы, шепотом произнесла ее подруга.

– Ну, как хотите, сами просите. Мы с подругой обсуждали, какой вы красавчик, такой молоденький, подкаченный. Вам бы не тут прозябать, – ответила Маргарита, поднявшись с места.

– Ух ты, спасибо за откровенность. Но, может быть, вы это обсудите после лекции, а то я боюсь аудитории ваш рассказ будет намного интереснее моего.

По кабинету прокатилась волна смеха.

– Как скажите, но вы сами виноваты. Вы выбрали не ту группу людей, которые больше заинтересуются лекцией, чем вами.

– Посмотрим. А вас с подругой я попрошу сесть на первую парту. Мне кажется, отсюда вам будет намного удобнее наблюдать за предметом вашей беседы. Конечно, если у вас хватит духу.

– Почему нет. Маш, пошли, – одна из девушек взяла в руки свой рюкзак.

– Нет, ты что, я со стыда сгорю, – ответила, пригнувшись вторая.

– Я смотрю ваша подруга не такая смелая. Я не буду ее заставлять, так будет даже лучше.

– Мне кажется, вы уже составили мой психологический портрет, не так ли? – смело сказала студентка, подойдя ближе.

– Хм, возможно, – с улыбкой сказал он.

Девушка пересела и продолжила внимательно наблюдать за преподавателем, не отрывая от него взгляд. В тайне надеясь немного смутить его таким поведением.

– Продолжим. Темой нашей лекции станет семья. Первая и главная ячейка общества. Наша жизнь начинается и полностью зависит от того какой она была, есть и какую модель семьи мы бы хотели построить для себя в будущем.

– А если, мы не хотим ее строить? Есть же люди, живущие одни, – спросила Маргарита, пытаясь уколоть и подразнить препода.

– Вы правы, но это тоже семья, индивидуальная, состоящая из одного человека, отклонение от нормы, об этом дальше.

– Вечно вы все, норма, правила, стандарты. Никто, никогда не жил и не будет по ним жить. Все что новое или другое – отклонение, ошибка, – слова ее звучали уже с накалом, она начала говорить в сердцах, сама того не замечая.

– Я вижу, вас задевает это не на шутку. Вы пытались разобраться в себе? Может вам стоит воспользоваться помощью психолога?

– Ха-ха-ха, – послышалось со всех сторон.

Она замолчала и стала что-то рисовать на бумаге.

А он спокойно продолжил лекцию.

Нет, она не обиделась, не разозлилась. Просто задумалась над его словами. Не про семью, конечно, говорила и имела в виду она совсем о других недопониманиях и противоречиях.

«В этом мире, где столько фальши,

Как идти за мечтою мне дальше?

Если путь преграждают волки,

Как собрать все свои осколки?

Между пропастью и полетом

Целый мир мимолетных взлетов.

На ногах пудовые гири,

Ну а крылья давно спалили».

Пару раз Максим Анатольевич, проходя мимо нее, бросал взгляд на рисунок, который девушка бессознательно черкала в тетради. Это было просто вне его понимания, что-то не похожее на обычные домики и цветочки. Иногда он ловил себя на мысли, что ему хочется подойти и взглянуть еще хотя бы разок, но новые попытки не приблизили для него понимания.

Она больше не замечала его. Она погрузилась в свой мир.

Глава 2

После трудового дня неплохо бывает и перекусить. А где же это сделать бедному преподавателю, как не в закусочной тут же, на этаже, точнее в коридоре или холле, как это модно говорить, своего родного института. А что же на обед нынче у современного учителя? Да, как и у студента – пицца и чашечка кофе, одним словом прощай желудок.

В один такой обед Максим Анатольевич стал свидетелем необычной сцены.

По лестнице спускался пожилой преподаватель, какой дисциплины ему было не известно, а за ним бежала девушка, Маргарита, да-да, та самая. Девушка отчаянно и очень горячо пыталась что-то ему доказать или убедить в чем-то, издалека не было слышно слов. Но преподаватель явно не сдавался. В руках у девушки была картина, на которую она постоянно показывала. Было видно, что они так и не договорятся. Неожиданно девушка бросила картину и ушла, сильно рассерженная. А мужчина ушел в другую сторону. Картина же так и осталась одиноко лежать на полу.

Максим Анатольевич с интересом наблюдал за всем этим и ждал, чем же закончится разговор. Но финал удивил даже его. Он посидел немного в замешательстве, а потом встал, подошел к картине и, подняв ее с пола, вернулся на свое место. Там он стал ее внимательно рассматривать, пытаясь понять, в чем же был спор. Но, увы, он мало понимал в живописи.

Неожиданно для него, вернулась Маргарита, явно намереваясь, найти и забрать картину. Но, не найдя предмет на исходном месте, она стала оглядываться по сторонам, и заметила Максима Анатольевича, который махал ей рукой, приглашая подойти к нему. На столике перед ним лежала ее картина.

– Я решил, что будет жаль, если такая вещь попадет в плохие руки, поэтому и поднял ее, – сказал он.

– Да забирайте, она все равно мне больше не нужна, – сказала Маргарита, присаживаясь за его стол. – Эти старперы не могут понять меня. Это бесполезно, упертые, старые болваны. Все новое для них плохо. Бесит.

– Ну ладно вам горячиться, успокойтесь. По мне она очень даже ничего, красивая, необычная. Но, я не эстет.

– Тогда точно забирайте ее себе. Если надоест – выбросите. Больше, наверно, ее никто не оценит. Порой у меня просто опускаются руки, бороться с постоянным непониманием бесполезно. У них только те хороши, кто тупо делает одно и то же, из года в год одни и те же работы. Разве это не глупо? Разве не следует всегда искать что-то новое, стремиться расширить пределы и границы? Вы как психолог должны меня понять. Ведь мир так многообразен, а воображение человека не может быть ограничено чьими-то установками.

– Да, в этом вы правы. Но, иногда, в жизни надо идти на хитрость, скрывать свой истинный потенциал. Выдать то, что от вас ждут, а когда придет время можно и рискнуть.

– И что же, так и жить всю жизнь во лжи? Во лжи перед окружающими, перед самим собой? Ведь так можно и потерять себя, мало того – быть вечно одиноким.

– Почему же одиноким? А как же родные, друзья, единомышленники?

– Родные любят вас, каким бы вы не были, но это не то. Какие друзья, какие единомышленники? О чем вы? Где они, кто они? Если всегда скрываться, откуда они появятся? Они будут знать вас одних, думать, что это истинный вы, а на самом деле вы не вы. Ложь! Ненавижу ложь. Нет, лучше уж, правда.

– Неужели у вас совсем нет друзей? А молодого человека?

– С чего вы это взяли? Разве я так сказала?

– Нет, но очень похоже. Психология, знаете ли, тонкая наука.

– Да, да, конечно. Это очевидно и без нее, так что, она тут не причем. Люди либо глупы, либо трусы, а мне с такими не по пути. Истинно верных друзей не бывает. Есть только товарищи, путники на время. В детском саду, школе, институте, работе – всегда есть хоть кто-то, но это на время. Как только жизнь разведет вас, все – поминай, как звали. С молодыми людьми и того хуже. Либо они, либо я им не подхожу. У меня имидж и стиль жизни, видите ли, не серьезный. Даже смешно.

– Да, за вашей маской сложно разглядеть большее, чем просто подростка с амбициями.

– Я не прошу нереального. Я трезво оцениваю жизнь, себя и свои возможности.

– Все может быть, но вы слишком активно это показываете. Вы делаете себя центром Вселенной, везде, где бы ни были. Мало людей хотят быть просто тенью, вашей тенью. Вы не даете им быть самими собой рядом с вами. Не требуйте от них вас.

– Вы заставляете меня задуматься, уже во второй раз. Это плохо, очень плохо.

Некоторое время стоит молчание. Оба погрузились в свои мысли.

У каждой монеты есть две стороны,

И только тебе знать, какая же ты.

Какой выбрать парус? Надуть ль паруса?

Идти против ветра, иль как в стаде овца?

– А вы? У вас то, должно быть все отлично, как в теории. Жена, друзья. Если это не секрет?

– У меня? – он задумался. – Нет, жены у меня нет. Я слишком скучный для девушек, которые нравятся мне. Я падок на картинку.

– Ха-ха-ха, – она засмеялась. – А вам то, с ними не скучно?

– Скучно? Раньше становится скучно им.

– Боюсь спросить, а как вы с ними знакомитесь?

– На тренировках. Я иногда еще и инструктор на скалодроме, но это между нами.

– Ё моё! Да вы не так прост, как кажетесь. Так может, вы слишком скрытный, как у вас в теории. Все время недоговариваете, ну, типа, скрываете свой потенциал. А потом бух! И для них это не то. Знаете, люди чувствуют неискренность.

– Вы тоже заставляете меня задуматься. Неожиданно. Атакуете меня моими же словами.

– Я умею слушать и наблюдать, а потом делать выводы, хоть порой они совсем меня не радуют.

– Значит вы более глубокий человек, чем кажетесь на первый взгляд.

– А это плохо?

– Нет. Но не всем в современном мире нужна глубина.

– Печально, но это факт. Вам тоже она не нужна, судя по вашему рассказу про девушек?

– Получается, что так. Возможно, я просто еще не нашел ту, в которой была бы и красота, и глубина.

– Странный вы психолог. А как же видеть красоту души? Внутренний мир?

– В этом вопросе я сначала мужчина, а потом уже психолог.

– Значит, ваши проблемы начинаются после того, как вы превращаетесь в психолога?

Он засмеялся.

– С вами трудно иметь дело.

– Разве я не права?

– Не совсем. Но доля смысла в ваших словах есть. Я бы с радостью продолжил нашу беседу. Вы очень интересный собеседник и мне есть, что вам сказать, но мне пора на пару, извините. Картину беру?

– Конечно, я же сказала, она ваша.

Он ушел, а Маргарита осталась сидеть за столиком. Она проводила его глазами, что-то в его словах и в нем самом было такое, что притягивало ее внимание, заставляло переосмысливать свои взгляды на жизнь. Раньше ничего подобного с ней не происходило, даже родители никогда не могли повлиять на ее решения. Может, он просто был первым, кто ничего от нее не требовал, не настаивал на своем, не утверждал, что она не права, а только говорил свою точку зрения, показывал альтернативу, но решение оставлял за ней, не уничтожал ее как личность? Как это вообще могло быть, ведь он молодой парень, почти ее ровесник? Да, таких как Максим она еще не встречала. Наверно, не стоит недооценивать психологию.

Жизнь изменить не так уж легко.

Проще твердить, что все предрешено,

Нету пути и нету надежд.

Проще не видеть солнечный свет.

С каждым падением труднее вставать,

С каждым обманом сложней доверять.

С каждой ошибкой страшней начинать,

С пулей в груди подниматься летать.

Глава 3

После той встречи прошло около месяца. Занятия шли своим чередом, сменяя друг друга в бесконечном круговороте событий.

В конце одной из лекций по психологии Максим Анатольевич сказал:

– На этом мы и закончим нашу сегодняшнюю лекцию. До свидания. Маргарита, подойдите ко мне, пожалуйста.

Девушка была немного удивлена таким вниманием. Последнее время она старалась не выделяться и не мешать ему работать.

– Вы стали не частым гостем на моих занятиях, почему? – обратился к ней преподаватель, когда они остались наедине.

– Я решила бросить институт, – она посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь понять, что он думает об этом.

– Вы уверены? Мне жаль. Почему?

– Смысла нет. Битва об стену. Я не хочу быть как все.

– Вы уже забрали документы?

– Еще нет, думаю завтра.

– Могу я вас попросить, не делать этого до выходных. У меня для вас есть билет на выставку-аукцион юных художников. Мой друг организует. Сходите, развейтесь, а потом и рубите с плеча. Вот два билета.

– Мне? Почему мне?

– Мне кажется, вам это будет интересно. Я боялся, что и не увижу вас, чтобы их отдать. Только обещайте, что пойдете.

– Хорошо. Пару дней можно и подождать. Я возьму только один билет, второй оставьте себе. Мне, все равно, не с кем пойти, а так хоть одно знакомое лицо. Вы пойдете со мной?

– Ну, ладно. Только я в этом ничего не понимаю.

Она улыбнулась и, поблагодарив за билет, ушла.

У каждого выбора не один вариант,

Порой мы не видим всего, это факт.

Нам скрыты возможности, мы не можем понять

Какое решение лучше принять.

Глава 4

В день выставки Маргарита решила немного изменить свой привычный образ. Почему? Возможно, ей захотелось привлечь внимание к своей персоне, показать, что не всегда можно правильно оценить человека только по картинке. Дать понять, что глубина может манить гораздо сильнее, чем пустая красота.

– Мам, что мне надеть? Какое из трех? – спросила девушка, в надежде найти помощь и подсказку у своей матери.

– Да, у тебя не большой выбор. Я бы выбрала вот это, васильковое, оно тебе очень идет, под цвет глаз. А волосы, что ты сделаешь на голове?

– Схожу в парикмахерскую, пусть сделают какой-нибудь пучок прикольный. Как думаешь, пойдет?

– Будет здорово. Только не переусердствуй. А то, весь облик насмарку. Они мастера преувеличения.

– Тогда сделаю сама. Как раз, то, что хочу. Поможешь?

– А как же.

Любая девушка словно цветок,

Коль в сердце своем хранит лепесток,

Когда принимает всю женскую суть

Когда раскрывает вселенскую глубь.

Вечер. Осенняя пора. Последние теплые вечера. Возле одного из уютного выставочного зала Москвы:

– Пап, спасибо, что подвез. Обратно я вызову такси. Не знаю, когда это все закончится. – Маргарита поцеловала отца и вышла из машины. Поднявшись на крыльцо, она постояла секунду перед дверью и вошла. Нет, она не боялась, просто ее облик внушал ей какую-то сдержанность.

В помещении уже было много народу. Она не ошиблась, все в парадном. У нее упал камень с сердца – она не белая ворона, точнее васильковая.

Девушка подошла к первой картине и стала внимательно смотреть, пытаясь понять, чем она примечательна. Почему этого художника выставили тут? Почему ее творений здесь нет?

Поднесли шампанское, она взяла бокал. Постояла, еще раз взглянула и отвернулась. Только тоска, еще большая тоска. И чем ей это поможет?

В толпе она увидела Максима Анатольевича и, улыбнувшись, подошла к нему.

Он не заметил ее. И когда она его окликнула, вздрогнул.

– Я бы никогда вас не узнал, если бы вы не подошли. Это вы? Правда? Я в шоке. Это платье… Вы потрясающе выглядите. – У него не хватало слов описать ту бурю восторга, охватившего его. Да, да, впервые, не хватало слов. Вот такая девушка могла бы мне понравиться, думал он. Но ей бы он в этом никогда не признался.

Его взгляд говорил о многом, глаза загорелись, а сердце ускорило свой ритм. Он много видел красавиц моделей, но их холодная красота хоть и была неописуема, но не могла сравниться с тем, что предстало его взору сейчас. Что именно заставляло его не отрывать взгляда от Маргариты, любоваться ею? Что изменилось, ведь еще пару дней назад он не замечал ее, не видел женского начала, не испытывал вообще ничего. И дело было не в формах тела, не в изысканности платья, он впервые видел девушку, а не объект, красиво упакованный.

«Спадает с глаз моих пелена,

Из пены морской выходит она.

Божественный лик, сияющий взгляд.

Ты в миг стала той, кому я так рад».

– А вы что, думали я приду в кедах и джинсах? Да ладно вам, не верю, – она улыбалась, польщенная его реакцией. – Вы тоже приоделись. Костюм, галстук, отлично выглядите.

– Возможно, но не наравне с вами.

– Вы же сами как-то сказали, что я центр Вселенной, пусть и не в этом смысле. Надо держать марку.

Он улыбнулся.

«Да, да центр, не дать, ни взять».

А в это время всех пригласили в зал аукциона. Организаторы поприветствовали гостей мероприятия. На стенах выставлялись картины для продажи. Надо сказать, что и другие экспонаты продавались, но на эти возлагались особые надежды. В центре была целая экспозиция вокруг одной картины, так что толпа хлынула сразу туда.

– Может, сначала осмотрим другие стенды? – предложил Максим Анатольевич своей спутнице. – Все равно к главному лоту сейчас не пробиться.

– Давайте, – согласилась Маргарита. – Может, и вы себе что-нибудь приглядите?

– Я? Это вряд ли. Я не особый ценитель. Для меня главное красота, а стиль и мастерство, или как там у вас говориться, я в этом ничего не понимаю.

– Ну, так это и хорошо. Искусство должно быть для всех. Вот, например, очень даже миленько. Я бы взяла, но я бы смогла лучше…

– А я боюсь, у меня не хватит денег ни на одну более-менее стоящую картину.

– Правда? Вы думаете, цены будут так велики?

– Я же не миллионер. Или вы думаете, зарплата аспиранта так огромна?

– Ну, нет, конечно. А зачем вы вообще выбрали для себя преподавание? Любовь к образованию или просто откос от армии?

– От вас я не в силах ничего скрыть, такое ощущение, что вы видите меня насквозь.

– Да нет, это просто очевидно. Зачем еще молодому, красивому парню убивать свое время на всю эту чушь. И не надо мне говорить про чудо науку – психологию.

Он улыбнулся, но ничего не сказал. Она посмотрела ему в лицо и поняла, что совершенно права.

Постепенно они подошли, к центральной экспозиции, где все еще толпились люди, но уже значительно меньше. Какой-то пожилой человек, очевидно ценитель или сам художник, говорил рядом стоящей даме:

– Картина гениальна, новый взгляд, такое видение мира, это бестселлер, но вот мастерство немного страдает. Сразу видна молодость, горячность, спешка. Мазки, будто, неоконченные, стремятся дальше, а кисть все еще тут. Ученье и труд, вот что ей надо. Да, много и много еще надо познать.

Услышав такой ценный и, очевидно, заслуженный отзыв, Маргарите не терпелось взглянуть скорее на этот шедевр. Она стала протискиваться через людей.

Когда она, все-таки увидела картину, то на ее глазах навернулись слезы, она как маленькая девочка стояла и смотрела, не понимая, не веря своим глазам. Перед ней была та самая, выброшенная ее же рукой картина.

Спустя мгновенье, а может и не одно, к ней подошел Максим Анатольевич. Он специально дал ей возможность побыть наедине с самой собой, насладиться, так сказать. Он обнял ее за плечо и ласково сказал:

– Ну что, стоило прийти?

Только сейчас она очнулась, вздрогнула и посмотрела ему в глаза. Он увидел слезы на ее щеках и захотел обнять и приласкать, как маленького ребенка.

– Как? Как вы это сделали? И почему? Почему моя? Для меня?

– Я же говорил, у меня друг организатор. Мы просто как-то были у меня дома, и он увидел вашу картину на стене. Предложил выставить ее, ну я и согласился. Не сочтите, что я так хотел от нее избавиться, нет. Просто подумал, а вдруг у нее есть будущее. Я, ведь, не ценитель вы знаете.

– Спасибо, – тихо сказала она, и пристально посмотрела в его чистые и настоящие глаза.

Они простояли в тихом безмолвии несколько мимолетных мгновений. Мир вокруг продолжал свою гонку пока они замерли в пространстве.

Немного придя в себя Маргарита произнесла:

– Если захотите, я вам нарисую новую, красивую, как вы любите.

И оба они засмеялись.

Начался аукцион. Картины одна за другой уходили с молотка, какие-то живее, какие-то без особого рвения. Было ясно, что все ждали кульминации, центрального, главного на сегодня лота.

Наступил и этот момент. Маргарита сидела, затаив дыхание, боясь пошевельнуться, чтобы не проснуться. Звучали суммы, одна больше другой. Она не могла усидеть на месте. Максим Анатольевич видел ее переживания и взял ее за руку, прошептав на ухо:

– Успокойтесь, скоро все закончится, терпения.

Скоро, и правда, все завершилось. Лот продан мужчине в белом костюме. Все взгляды обратились на него. Это был именно тот старичок, который обсуждал картину, богатый ценитель молодого искусства.

Ведущий поздравил обладателя и попросил подняться на сцену для вручения картины. А также добавил:

– Как мне известно, в зале должна находиться и юная художница. Если это так, прошу ее тоже подняться на сцену, чтобы вручить свою картину новому обладателю.

Маргарита испугалась, она не ожидала такого внимания.

Максим Анатольевич понял ее смятение и сказал:

– Ну же, смелее, вы это заслужили.

Она поднялась и робко посмотрела по сторонам.

Ведущий, обрадовавшись, что девушка действительно в зале, попросил, собравшихся проводить ее аплодисментами.

Маргарита пошла медленно и неуверенно на сцену. Она и не знала, что может быть такой.

Ей вручили ее же картину. Она посмотрела на нее в последний раз и преподнесла новому обладателю.

Старичок улыбнулся, узнав ее, и тихо сказал, так, чтобы слышала только она:

– Я сразу понял, что это вы, когда увидел, как вы на нее смотрели, с такой нежностью может смотреть только творец. Помните мои слова, я думаю, вы их слышали – учитесь, совершенствуйте свое мастерство, а талант у вас есть. Удачи!

– Спасибо, – тихо ответила она.

Он пожал ей руку и еще раз улыбнулся.

«Секунды застыли, в груди теснота.

Так странно, не подобрать мне слова.

Все сказка? А может быть сон на яву?

Не в силах поверить в такую судьбу.

Неужто ль и правда картина моя?

Я в центре сияю, как в небе звезда".

Собравшиеся разбрелись по залам, в ожидании фуршета. Маргарита стояла вместе с Максимом Анатольевичем и делилась своими впечатлениями.

– Я не могу поверить в случившееся. Моя картина. Столько денег. Половина, несомненно, будет ваша. Это вы все организовали.

– Ну что вы, я даже и не возьму. Они ваши, все до копейки. И не пытайтесь.

Тут к ним подошел молодой человек, лет тридцати, красивый и элегантный, в дорогом костюме.

– Макс, не познакомишь ли ты меня с нашей юной художницей.

– Это Денис, мой друг, – сказал Максим Анатольевич, – тот про которого я вам говорил, организатор выставки.

– Очень приятно, – сказала Маргарита. – Спасибо, что взяли мою картину к себе.

– Я был бы полным дураком, позволив Максу сгноить ее у себя дома. Не шедевр, но стоящая вещь, как оказалось. Могу я предложить даме отвезти ее домой после фуршета?

– Я тоже хотел вам это предложить, – сказал Максим Анатольевич, явно недовольный поведением друга. – Но, не успел.

– Ха, ты, на твоем драндулете? – засмеялся Денис.

– Спасибо Денис, но я бы предпочла поехать с Максимом, нам по пути, – ответила девушка, бросив взгляд на своего спутника.

– Вы не знаете, на что соглашаетесь. Ты сказал, что ездишь на мотоцикле?

– Мотоцикле? Вы? – удивилась Маргарита.

– Нет, не успел, – виновато ответил Максим.

– Ты никогда не успеваешь, вечно так. А я вам предлагаю люкс салон, комфорт, мини-бар и приятную беседу. Подумайте. Нам будет о чем поговорить, не сомневайтесь.

– Я не меняю своих решений. Благодарю.

– Как знаете, если передумаете, я буду ждать.

– Хорошо, спасибо, – ее ответ прозвучал с явно натянутой улыбкой.

Денис ушел.

– Я не ожидал, что вы ему откажете. Ему, обычно, никто не отказывает.

– Да? Странно. Противный себялюбец. Нет, с таким я бы и в карете не поехала, будь он последним принцем на земле. А вы? Вы что думаете, что я вот так просто променяю вас на какого-то там Дениса? После всего, что вы для меня сделали?

– Я польщен, спасибо. Но я на самом деле хотел вас подвести, правда, вот транспорт. – Он оглядел ее красивое платье и туфли на каблуках.

Она улыбнулась.

– Значит мотоцикл. Очень интересно, никогда не ездила. В вас столько загадок, не предсказуемости. Вы рушите все мои представления о себе. Мотоцикл, скалодром, может быть, это и есть истинный вы, тот что есть на самом деле, а не то что вы демонстрируете общественности?

– Вы тоже рушите мои представления о вас. Вы можете быть такой женственной, изысканной, скромной, одним словом леди.

Она кокетливо улыбнулась и засмеялась. Он тоже засмеялся.

– Так может, ну его фуршет? – предложила Маргарита.

– Как скажите. Где вы живете? – спросил Максим.

– Я, далековато, в области. Но вы сами обещались.

– Так, интересно, я уже боюсь. До утра доберемся?

– Возможно.

– Тогда, чем раньше, тем лучше.

И они пошли вместе, улыбаясь встречному ветру.

– Так вот ты какой, северный олень, – сказала Маргарита, увидев мотоцикл. – А шлем у вас есть?

– Да, я специально захватил для вас второй, подумал, может пригодиться.

– И сколько дам уже его примеряли?

– Вы первая. Обычно я девушек не вожу. У них прически, туфли, платья. Все как у вас сейчас.

– То есть, вы думали, что я за мальчика сойду в штанишках?

– Ну да, я же не ожидал такого поворота.

– А вот она я какая. Нравится?

– Честно? Очень.

– Благодарю, – она улыбнулась. – И как мне на него залезать?

– Даже не могу представить.

– А я могу, садитесь первый, а я за вами, так вы не будете меня смущать, пока я разберусь с платьем.

– Ну, давайте, – он улыбнулся и надел шлем.

– Маргарита села на мотоцикл и обняла Максима. Я правильно держусь? – спросила она.

– Да, верно. Поехали?

– Вперед!

И они помчались по ночной Москве. Листья летели в стороны, мотор ревел, звезды горели ярким огнем. Маргарита крепко обняла Максима и почувствовала такое спокойствие, что ни какой страх не мог больше прокрасться в ее сердце. А он все ехал и думал, что он потерян, потерян навсегда, для себя и других. Она проникает в его сердце, через все укрепления и загородки, как бы он не сопротивлялся.

Просто доверься чувству в груди,

Много не думай, люби и живи.

Прочь все сомнения и голос ума,

Ведь в целом мире такая одна.

Мотоцикл остановился, Максим слез и подал руку Маргарите. Она не могла понять, куда он привез ее. Это явно не ее дом.

– Где мы? – спросила она.

– Не пугайся. Это мое любимое место в Москве. Мне захотелось показать его тебе. Пошли.

Она обрадовалась этому, а еще тому, что они стали на ты.

Вокруг было темно. Они стояли у подножия холма.

– Ты уверен, что тут красиво ночью? Я ничего не вижу.

– Пошли дальше, с вершина открывается потрясающий вид, особенно в темное время суток.

– Подожди. Я не могу. Я в туфлях, а тут земля.

– Ну, так сними их, в чем проблема?

– Ты с ума сошел, я замерзну, ведь на дворе осень.

– Ах да, прости. Он подошел к ней и, быстро подняв на руки, понес вперед.

– Ты что?

– Тут не далеко.

Максим быстро поднялся на самый верх.

– Вот, пришли. – Они остановились у обрыва. Он поставил ее на землю и показал в сторону города, который оказался как на ладони, весь в ярких огнях, и мерцающий, как драгоценный камень. – Ну как?

– Вау. Здорово. Я и не ожидала, что тебе может такое нравится. Как ты нашел это место?

– Видишь вон ту башню. На ней как-то проходили соревнования по скалолазанию. Оттуда я и приметил это место. Случайно, просто подумал, что тут должно быть классно. Ожидания не обманули.

– Да, супер. Где мои кисти? – она засмеялась.

Они постояли пару минут в тишине, наслаждаясь видом.

– Спасибо, что показал мне это место. Такое ощущение, что тут живет частичка тебя.

– Как ты это поняла?

– Чувствую. Тут легко и свободно, можно не думать ни о чем, просто быть, в моменте.

– Да, ты права. Когда мне тяжело или грустно я всегда приезжаю сюда, чтобы обрести покой и наполнится.

– Здорово что ты открыл его для себя. Иногда нам необходимо соединится с собой, услышать свой голос, чтобы посторонние не фонили и не давили.

– Ты говоришь о себе или обо мне?

– Мне кажется, мы похожи с тобой, иногда.

– А мне кажется, что до сегодняшнего дня я никак не мог разглядеть тебя. Смотрел и не видел.

– И что же изменилось? Какой я стала?

– Загадочной, чарующей, манящей.

– Завтра я сниму платье и снова превращусь в невидимку.

– Не думаю, что смогу развидеть тебя.

– И что с того?

– Не знаю.

– Вот и я о том же. Внешняя картинка не меняет внутренней начинки. Можно надевать маски, менять роли, но твоя истинная суть остается прежней. И если ты никому ее не показываешь, никто не сможет догадаться, не сможет полюбить тебя настоящего. И какой тогда во всем смысл?

Максим замолчал. Она снова заставляет его задуматься о своей жизни.

– Хотелось бы мне еще когда-нибудь вернуться сюда, – произнесла девушка.

– Нет ничего не возможного.

– Не уверена. Иногда мне кажется, что я больше не вижу возможностей, не понимаю зачем и куда идти.

– Я тоже, – сказал Максим шепотом.

– Что? – переспросила она.

Но ему не хотелось продолжать эту тему.

– Пошли? А то, ты совсем замерзнешь.

– Хорошо. Постараюсь запечатлеть в своей памяти этот миг. А еще фоточку сделаю. Сфотографируемся вместе?

Максим посмотрел на нее в замешательстве.

– Не думаю, что это хорошая идея. Нас не правильно поймут, если увидят это фото.

– Не правильно? А как правильно? Ты всегда заставляешь себя жить правильно?

– Да, стараюсь.

– Жаль. Ты сам загоняешь себя в клетку. И ради чего?

– Моя жизнь не принадлежит мне.

– Я это заметила. И тебя это устраивает?

– Я не хочу сейчас это обсуждать.

– Как хочешь. Тогда пошли.

Маргарита еще раз окинула взглядом прекрасный вид и медленно начала спускаться вниз.

– Давай я помогу.

– Ну, прям, я же не сахарная и не принцесса, сама справлюсь.

– Сегодня принцесса.

– Смешно, – сказала она, но было уже поздно, так как Максим поднял ее на руки. А затем посмотрел в глаза. Благо была ночь, и он не опасался, что Маргарита заметит его взгляд, полный умиления и нежности.

Они подошли к мотоциклу. Он подал ей шлем.

– Покажешь дорогу в твоем городе? Туда-то, я тебя довезу, но по улочкам никогда не катался.

– Конечно, поехали.

Долгая дорога совсем не показалась им таковой. И скоро Маргарита увидела родные места. Она показывала рукой куда повернуть. А на небе уже забрезжил рассвет.

– Останови тут, – крикнула она.

Максим остановил, и в недоумении спросил:

– Здесь?

– Да, да, слезай, пошли. Теперь ты не бойся. Сейчас самое время. Это, конечно, не твое супер место, но тоже ничего. С этой горы рассвет особенно красив.

– Уже поздно, мне еще обратно ехать, а тебя, наверное, дома потеряли.

– Пять минут ничего не решат. Быстрее. И она побежала вперед.

Максим пошел за ней. Не нравилось ему все это. Уже совсем светло и он боялся, что теперь не сможет спрятать свои чувства.

– Иди сюда скорей! Смотри, вон там. Солнце! – она указала рукой в сторону появляющегося из-за горизонта светила.

Он подошел. Взглянул вдаль, но не мог оторвать свой взор от настоящего солнца – Маргариты.

– Смотри, смотри, – кричала она. И, взглянув на Максима, только сейчас заметила, что смотрит то он не на небо, а на нее. Она улыбнулась.

Он подошел ближе и посмотрел ей в глаза. Еще бы секунда и их губы соприкоснулись в поцелуе. Их тянуло друг к другу.

Но, раздался телефонный звонок. Это у Маргариты в сумочке зазвенел сотовый.

– Ну, вот, он улетел, улетел безвозвратно.

– Кто? – спросил Максим.

– Амур со стрелами, – ответила Маргарита и достала телефон.

– Але, мамуль, привет. Все в порядке, не переживай. Я уже у дома, через десять минут буду. Ты не поверишь, когда все узнаешь. Я признанный художник. Это невероятно. Да, да прости, что не позвонила, просто столько событий. – Она старалась говорить быстро, чтобы мама не начала ругаться, задобрить, так сказать. – Ну, все, пока, дома расскажу все, а то меня ждут.

– Мама, она всегда волнуется.

– Я же говорил, что уже поздно, то есть рано. – Он развернулся и пошел быстрой походкой к мотоциклу.

Она постояла еще минуту, взглянула на поднявшееся солнце. Ей было грустно, но она не могла понять от чего. От упущенного момента? Но почему? До этого мгновения она не думала о Максиме с такой стороны. А почему бы и нет?

Он ждал ее на мотоцикле. Она молча подошла, надела шлем и села. Слова были бы только лишними. Обоим нужно было разобраться в своих чувствах.

«Стрелы Амура всегда начеку!

– Чувства стрелою в сердце пущу.

Лучше не прячься и чувства прими.

Скоро зажжется пламя в груди».

До дома оставалось пару поворотов. И вот они уже у подъезда. Она сняла шлем и встала. Он только приподнял забрало, ему не терпелось уехать, умчаться вдаль, с собой наедине. Он корил себя за несдержанность.

– Не заблудишься? Тут все время прямо, а на перекрестке направо. Другая дорога.

– Разберусь.

– Спасибо, еще раз.

– Пока.

– Пока, – сказала она, но ее слова утонули в реве мотоцикла.

Маргарита проводила взглядом уезжающий мотоцикл и пошла в дом. На душе у нее было и весело и грустно одновременно. Она радовалась всему, что с ней произошло в эту ночь. А грусть? Откуда она взялась? Маргарита не хотела о ней думать и гнала ее от себя.

Максим же мчался прочь. Он не видел, куда и как едет. Его мысли бурлили, кипели. Он тоже вспоминал сегодняшний вечер. Но в его сердце было больше злости. Он злился, злился на себя, на нее. Он гнал от себя чувства, чувства, которых он боялся. Они были ему не нужны, не сейчас, не так. Он так долго скрывал себя от других, настоящего себя. А она, она все крушила и ломала, видела насквозь, проникала в такие укромные уголки его сердца, о которых он уже так давно забыл. Мир давно стал для него серого и тусклого цвета, а тут этот ярко васильковый.

«Ты – цвета небес, я – потускневший в тумане.

Ты – свежесть и блеск, я заперт в самообмане.

Ты – птицей летишь, не боишься кричать.

Я молча крадусь, чтобы вдруг не упасть».

Глава 5

Когда Маргарита поднялась в квартиру ее мать уже ждала у входа.

– Привет мамуль. Ты так и не заснула сегодня? Прости, прости. Но ты не будешь сердиться, когда я все тебе расскажу. Ты не поверишь, да я и сама до сих пор не верю.

– Ну, ну. Давай. Хотелось бы послушать. – Сказала мама девушки. Она все еще злилась, что дочь ей не позвонила.

– Представляешь, Максим отдал мою картину на выставку. Она была в центре внимания. Все только про нее и говорили. А на аукционе за нее столько денег дали. Вообще супер! Голова идет кругом, как вспомню. – Она говорила эмоционально и не могла усидеть на месте.

– Так, не спеши. Я ничего не понимаю. Какой такой Максим?

– Ну, Максим Анатольевич, мой преподаватель по психологии. Я же с ним шла на выставку, я тебе говорила.

– Уже просто Максим, и давно ли? Сколько ему лет то?

– Да он совсем молодой. Лет двадцать пять, не больше. Он аспирант, от армии косит. Да и завтра мы уже опять будем на вы, я уверена.

– Очень интересно. Почему же? Он, что женат? Или между вами уже что-то было, и ему более не интересно?

– Ну, мам, ты что. Нет, нет и нет. Он не женат, ничего между нами не было. Он просто подвез меня обратно на своем мотоцикле, вот и все.

– Мотоцикле?

– Да. Оказывается, это так здорово. А мы даже на ты то, и не перешли, просто пару раз сказали. Он, наверно, и не заметил. Мы покатались по городу. Так красиво и тихо ночью в Москве, я и не ожидала.

Мама смотрела внимательно на дочь, пытаясь понять какие чувства та испытывает к Максиму Анатольевичу. Маргарита вся сияла, но особой нежности в ее голосе не было. Мама, конечно, хотела узнать, как Маргарита в таком виде ехала на мотоцикле, но раз дочь цела и невредима, решила спросить о другом.

– А, что за картина? Я ее видела? Как она оказалась у него?

– Помнишь, я рисовала для курсовой, а профессор ее завернул. Так вот, после очередной его тирады, я не выдержала и выкинула ее в коридоре, а сама ушла. Прихожу, минут через пять, нет картины. Там, сям смотрю, нет. Потом вижу, в столовке сидит Максим Анатольевич и машет мне. Я подошла. Оказывается, он поднял мою картину, жалко стало. Ну, я ему ее и отдала, подарила.

– Ну и ну, мистика какая-то.

– И я про тоже. Так вот. А его друг проводит выставки молодых художников и аукционы на них, типа бизнес такой. Он увидел как-то мою картину у Максима и предложил выставить. Вот и все.

– Как в сказке. Ну, а что этот Максим Анатольевич, расскажи про него.

– А что ты хочешь знать?

– Как он к тебе относится? Чего хочет от тебя?

– Не знаю. Его трудно понять. Он не любит открывать свои настоящие чувства и всегда старается быть сдержанным, правильным. Соблюдает дистанцию.

– Ну, это не плохо. Ему нужно постоянно помнить о том, что он преподаватель. Это ответственность. Он не может просто делать то, что в голову взбредет.

– Ты на меня намекаешь?

– Не без этого.

– Но я же тоже не переступаю черту. Мы почти не общались до сегодняшнего вечера.

– Вы провели вдвоем целую ночь, и, кажется не плохо. Между вами ничего не произошло? Никаких чувств не возникло?

– Да ты что. Нет. Зачем он мне.

– Просто так, конечно, нет. Но ты покопайся в себе. Со стороны мне не понятно до конца. Но, как мне показалось, что-то между вами искрит, хотя я могу и ошибаться. Спокойного утра!

– Это все? Заставляешь меня мучиться, а сама уходишь? Вот так номер.

Они разошлись по своим комнатам. И Маргарита впервые осталась сама с собой наедине. Все смешалось у нее в голове: мысли, чувства, воспоминания.

– Нет, не хочу я об этом думать. Но и заснуть тоже не могу, надо отвлечься.

Она взяла кисти, краски, холст и стала рисовать. Она не думала, что изобразить, кисти сами управляли ее рукой, в то время как мозг перебирал события ночи.

«Моею рукою творят небеса,

Лишь в эти мгновенья я вечно жива.

Я птицей парю, расцветает душа.

Энергия мира идет сквозь меня».

Когда она очнулась и взглянула на холст, то увидела, что нарисовала место, куда ее привозил Максим. Картина была слишком нежная, слишком красивая, – для него. Одинокий мужчина стоял на холме и смотрел вдаль, а рядом с ним, как будто сама ночь прятала в себе что-то таинственное. В темноте проблескивал васильковый шлейф от женского платья, развеваемый ветром. Женщины видно не было, но ее дыхание чувствовалось.

Маргарита положила кисти. Она улыбнулась. Картина ей нравилась. А в голове все кружилась одна сцена, их почти поцелуя. Она вновь и вновь, будто смотрела ему в глаза, на его губы. Мурашки пробежали по всему ее телу.

– Боже мой, неужели это любовь? Она самая? Любовь? Я и Максим, возможно ли это?

Она легла в постель, но никак не могла заснуть. Круговорот мыслей не прекращался. Она поймала себя на том, что улыбается, беспричинно, просто так, как будто что-то греет ее душу, дарит тепло и нежность. Маргарита закрыла глаза и сладко заснула.

Глава 6

Маргарита решила подарить свою новую картину Максиму. Она ждала момента, хотела проверить свои и его чувства. Но ей хватило только раз взглянуть на него снова, чтобы сердце сжалось и затрепетало. Она все смотрела, пытаясь понять, что же именно в нем ее зацепило. Наверно, все вместе, после того как начала узнавать его настоящего, его душу и истинные желания и чувства. Он был красивый, умный, думающий. И она чувствовала, что он был ее, ее недостающей частью, дополнением, без которого теперь ей было тяжело дышать.

Он, конечно же, избегал ее взглядов и встреч. Она улыбалась этим безнадежным попыткам. Ей казалось, что он тоже что-то испытывает. И тогда она решила действовать сама, от него этого ждать не приходилось.

Как-то раз, после очередной лекции, Маргарита подошла к нему и протянула сверток.

– Вот возьмите, это я нарисовала для вас, взамен утраченной. Надеюсь, вам понравится. Разверните, я хочу увидеть вашу реакцию.

Максим подождал, пока все выдут из аудитории, и разорвал пакет. Он смотрел и молчал, внимательно изучая. Он сохранял полное спокойствие, ни один мускул не дрогнул на его лице. Но Маргарита была уверена, что это стоило ему не малых усилий.

Максим поднял глаза и посмотрел на Маргариту:

– Спасибо, очень красиво.

– Я рада, что вам понравилось. Там сзади еще подпись есть. А мне пора бежать. До свидания, – и она поспешно ушла.

Максим перевернул картину и прочитал: «Самому дорогому моему сердцу мужчине. Спасибо, что позволил мне узнать величайшее чувство на Земле – Любовь. P.S.: Амур успел выстрелить».

– Блин. – Он опустил картину и посмотрел в пустой дверной проем. Ему хотелось бежать за ней, объяснить, что это невозможно, так не должно быть. Но, вместо этого он тихо опустился на стул и обхватил себя руками за голову.

– Дурак. Доигрался. Я так и думал, что этим все закончится. Что же теперь делать, надо ей все объяснить, может она поймет, и все образуется. Да, но с ней этот фокус так легко не пройдет. Она уловит даже во взгляде всю правду, от нее я скрыться не смогу. Как же так, где я ошибся, где дал маху? Сам влип, а теперь и она туда же.

Глава 7

Теперь Маргарита старательно избегала встреч с Максимом. Она знала, что он ей скажет, а этого слышать ей не хотелось.

Но один раз они, все-таки столкнулись в коридоре. Она, почти успела повернуть обратно, но он раньше заметил ее и догнал.

– Вы избегаете меня?

– Я? Что вы. Мне просто нужно, я вспомнила, обратно, я забыла тетрадь.

– Да, да хорошо. А занятия? Почему вы их не посещаете? Мне надо с вами поговорить.

– Говорите, я же тут. – Она специально осталась стоять на месте. Здесь много людей, и он не сможет говорить открыто.

– Тут? Ну, хорошо. Лучше что-то, чем ничего. Я хотел донести до вас, что если вы не будете посещать мои занятия, вы не сдадите экзамен. Каким бы талантливым художником вы не были. Надо понимать, что у нас с вами ничего хорошего не получится. Это не правильно, вопреки здравому смыслу и обстоятельствам. Мне кажется, вам лучше поскорее взять себя в руки и начать учиться, а все шальные мысли прогнать прочь. Экзамен это не шутка, а серьезно, по сравнению со всеми остальными вашими иллюзиями. Надеюсь, я понятно объяснился?

– Конечно, я все поняла. – С улыбкой ответила Маргарита. – Вы хотите, чтобы я чаще вас посещала, не волнуйтесь, я постараюсь это выполнить, раз вы так настаиваете.

– Я надеялся, что вы поймете и другое мое желание. – Сказал он и с надеждой посмотрел ей в глаза.

Она улыбнулась. – Я думаю, вы догадываетесь, что если я захочу, то могу быть очень целеустремленной.

– Это меня радует и пугает одновременно. Надеюсь, вы направите все ваши усилия в правильном направлении, на учебу.

– Да, да конечно, надейтесь. – Конец фразы она произнесла шепотом, одними губами, и быстро ушла прочь.

Он понял ее настрой, но все-таки, надеялся, что его слова и поведение скоро покажут ей его безразличие, пусть и желаемое самим же.

А у Маргариты, после их разговора, созрел новый план, он сам ей его подсказал.

«Ну что же проверим, насколько ты прав,

Как долго сумеешь скрывать пылкий нрав.

Я не оробею, и прочь не сверну.

Тебя я заставлю поверить в весну».

Глава 8

Вечер. Скалодром. К столику ресепшена подходит девушка.

– Здравствуйте!

– Здравствуйте, я записывалась на обучающее занятие к тренеру Максиму Федорову на шесть часов.

– Сейчас посмотрим. Так… Вы Маргарита?

– Да, это я.

– Все правильно, проходите в раздевалку. Вот вам ключик от шкафчика. Когда будете готовы, подойдите к столику инвентаря. Он вон там. Это наклейте на футболку, номер вашего уровня и цвет тренера. Он будет вас там ожидать.

– Хорошо, спасибо.

– Приятного времяпровождения.

«Еще бы», – подумала Маргарита и пошла переодеваться.

А тем временем, девушка-администратор позвала тренера:

– Максим, к тебе на шесть пришли.

– Сейчас, иду.

Маргарита долго думала, что же ей надеть. Обтягивающее или наоборот? И в итоге решила быть собой. Майка и шорты до колен. Надо же и удовольствие получить, и быть уверенной в себе, а на обтягивающие попы красоток он и так постоянно смотрит, его этим не возьмешь.

Она пошла к столику инвентаря. Максим стоял спиной и не видел ее.

– Здравствуйте! – Обратилась Маргарита к девушке за столиком. – Инвентарь здесь выдают?

– Да, здравствуйте. – Ответила девушка и взглянула на наклейку. – Максим, это к тебе.

Максим все еще стоял спиной. Он давно узнал голос, и теперь пытался совладать с эмоциями. Наконец, он повернулся и сказал с улыбкой, как учили:

– Здравствуйте, меня зовут Максим, я ваш тренер на сегодня.

– Здравствуйте, а я Маргарита, очень приятно. – Она смотрела в упор и тоже улыбалась.

– Давайте подберем вам снаряжение. Сначала ботинки. Они должны обязательно немного жать. Вы не будете в них ходить, не переживайте, это только для подъема. Какой у вас размер ноги?

– Тридцать семь, наверно.

– Значит, пробуем на пол-размера меньше.

– Как? – Испуганно посмотрела Маргарита. – Это реально или шутка?

– Реально, – ответила с улыбкой девушка. – Все так сначала удивляются. Вы попробуйте. Ботинок должен стать с вами единым целым.

– Ну, ладно, давайте пробовать. – Она, конечно, всунула ногу, но пальцы были согнуты, и нога сразу немела.

– Молодец, но для начала можно и побольше попробовать, главное сразу не испортить себе все впечатление, – сказал тренер.

– Так и знала, что это издевательство.

– Да нет, он просто вас жалеет, – вставила сотрудница центра.

– А меня не надо жалеть. Я сильная. Может это и не всем нравится. Надо, значит надо, буду в этих.

– Отлично, вы смелая. Таких этот спорт любит. Вот вам мешочек и страховка. Дальше тренер вам все объяснит.

– А ему можно доверять? – спросила Маргарита. – А то, я в интернете просто по фотографии выбирала, хотя они у вас все как на подбор.

Девушка заулыбалась. – Конечно можно, он один из лучших. Вы сделали удачный выбор, вы в хороших руках.

– Ну, проверим, – и она взглянула на Максима.

Тот стоял с плохо скрываемой улыбкой, почти смеялся:

– Значит, по фото выбирали?

– Девушки тоже выбирают сначала картинку, а потом все остальное как повезет. Будем надеяться, что мне повезет.

Он лишь улыбнулся в ответ. Пока они шли до стены новичков, Максим рассказывал правила и показывал стены с различными уровнями сложности.

– А какая вам по плечу? – поинтересовалась Маргарита.

– Любая из этих. Если захотите, я вам продемонстрирую в конце занятия.

– Прямо любая и у ваших ног?

– Надеюсь, вы не мучить меня пришли? – Он серьезно посмотрел ей в глаза.

– Я? Вас? Я не тиран. Мне просто хочется получше узнать человека, которому я вверяю свою жизнь. Ведь вы меня не покалечите?

– Смеетесь? С чего вдруг?

– Может я вам надоела?

– Я отношусь к своей работе серьезно.

– А к жизни?

– И к жизни моих учеников тоже, не переживайте.

– Это хорошо. Мне бы только хотелось конкретики, про мою жизнь, а еще больше про вашу.

– Я это понял. И к вашей жизни особенно, расслабьтесь, с вами будет все хорошо. Может, пару синяков, не более.

– Синяк ничто, главное не разбить самое ценное.

– А что у вас самое ценное? Можете надеть дополнительную защиту. Знаете, у нас есть такие на грудь, попу, колени. Кому как.

И они оба засмеялись.

– Ну, нет, это слишком. Я думаю, вы поняли, что я имела в виду.

«Конечно, понял, я же не дурак, – подумал про себя Максим. – Кто же даст тебя в обиду, глупенькая. Я сам за тебя любого порву, только тебе это знать не следует».

А в голос сказал:

– Вот мы и пришли. Посмотрите на стену. Вы видите, что все крепления разного цвета. Знаете зачем?

– Так красивее.

– Нет. – Он опять засмеялся. – Это только у вас, художников все равняется на красоту. Здесь все иначе. Это уровни сложности. Белый самый простой, желтый средний, а красный самый трудный.

– А разве нельзя хвататься за любой?

– Можно, конечно, но так не интересно. Давайте одеваться. Сначала страховку. Продевайте ногу сюда, потом сюда, затем руки. Так, хорошо. Теперь ботинки.

– Р-р-р, эти ботинки.

– Я предлагал, побольше взять.

– Мало ли, что вы предложите. Что, мне на все сразу соглашаться что ли? Я должна сама убедиться.

– Не доверяете?

– Доверяю, но проверяю, а то вдруг, вы говорите одно, а думаете другое. Вы можете.

Он лишь улыбнулся.

«Как она меня видит насквозь?»

– Сначала мы отработаем технику вот на этом стенде. Тут ничего сложного нет. Самое главное прижимать попу к стене. Чтобы руки были сухие и не скользили, в мешочке у вас на поясе специальный порошок. Руки обработали, и в путь.

– Так что ли? – Маргарита попробовала полезть.

– Да, очень хорошо. Прижимайтесь к стене.

– Легко сказать.

– Все, хватит. Теперь вниз.

– Прыгать?

– Нет. Лучше спуститься. Давайте еще пару раз, и перейдем к большой горе.

– Старайтесь толкаться вверх ногами, а не подтягиваться на руках. А то вы так сразу устанете.

– А на той со страховкой будем?

– Да, конечно.

Маргарита спустилась и залезла еще раз.

– Ну, все, я прыгаю. Вы меня поймаете, если что?

– Лучше не рисковать.

Маргарита все равно спрыгнула, высота всего то метр. Но она не рассчитала, что маты мягкие и немного повалилась вперед. Максим, конечно, был рядом и подхватил ее. Ей было приятно ощущать тепло его рук, а ему нежность ее тела.

– Я же говорил это опасно. Можно и ногу вывихнуть. А меня тогда лицензии лишат.

– Да ладно, я же не буду жаловаться. А вы так всех девушек обнимаете?

Максим сразу отпустил руки, которые и вправду дольше, чем следовало, обнимали Маргариту.

– Обычно меня все слушаются.

– То есть, я плохой ученик и меня стоит наказать?

– Вы не обольщайтесь. Я прекрасно понимаю все ваши намеки. Я на работе и за любое слово, жест или жалобу меня могут лишить премии, лицензии, учеников и так далее.

– А что для вас самое страшное из этого?

– Мне просто доставляет удовольствие эта работа, и я не хотел бы ее терять.

– Простите, я больше так не буду. Надеюсь, никто не заметил моего баловства.

– Я тоже. Пойдемте к следующей стене.

– А можно тапки снять?

– Да, конечно, простите, я забыл об этом сказать.

– Месть?

Максим промолчал, он был немного зол и не хотел это показывать.

– На этом этапе мы будем отрабатывать умение работать со страховкой и практиковаться с увеличением сложности. На сегодня эта наша основная задача.

– А сколько надо обучающих занятий, чтобы самому все уметь? – Она старалась загладить свою вину и отвлечь его разговором.

– Зависит от человека. Кому-то и одного хватает. Но, вы все равно должны иметь напарника для страховки.

– То есть, одна я прийти сюда не смогу?

– Почему же, вы всегда сможете либо нанять тренера, либо с кем-то скооперироваться.

– Да, хорошее место для знакомства. И у вас столько красивых мальчиков. – Она посмотрела на Максима, желая разглядеть хоть какую-то реакцию на ее слова.

– На любой вкус, – сказал он с улыбкой. – Приходите чаще, может быть, и понравится кто-нибудь.

– Понравиться это полдела. Внешность обманчива. Да и сколько всяких за должно совпасть. Вдруг симпатия окажется не взаимной? Нет, это один случай на миллион. Искать ищи, а нашел – не потеряй. – Она пыталась уловить его взгляд, но Максим старательно не смотрел на нее и поспешил сменить тему, потому что, конечно же, понял, к чему она клонит.

– Ну что, будем пробовать на легком уровне. Вы немного отдохнули?

– Да, давайте. Обуваться?

Он кивнул.

Маргарита подошла к стене, взглянула разок и полезла. Максим помогал, подсказывал, куда и как лучше цепляться, исправлял ее ошибки.

– Ура! Я на вершине! – с неподдельной радостью закричала девушка. – А как вниз?

– На страховке. Держитесь руками за веревку, а ногами отталкивайтесь от стены. Я вас страхую, не бойтесь.

– Легко сказать. Страшно ведь. Я привыкла доверять лишь себе.

– Придется положиться на меня. Ну же, вы же смелая.

Маргарита выдохнула и повисла на веревке. Медленно и осторожно Максим спустил ее.

– Для первого раза просто супер. Молодец.

– Да, классно! Но спуск.

– Не любите чувство свободы?

– Это не свобода, это беспомощность.

– Я же рядом.

– Вам можно слепо верить и доверять?

Максим помолчал минуту, думая как лучше ответить, ведь в каждой фразе столько потайного смысла.

– Почти всегда, – наконец ответил он.

– Вот-вот. Мы сами не всегда полностью уверены в себе. Так что, не требуйте от меня повиновения.

– Ну, а теперь отдых, – снова сменил он тему, потому что это все ему не нравилось, ой, как не нравилось, опять.

– Если хотите, я могу показать вам наш комплекс. Мы можем посмотреть, как другие любители и спортсмены занимаются.

– Нет. Вы обещали, что сами покажете мастер-класс, а я выберу гору.

– Хорошо. Давайте.

– Вы доверите мне себя страховать?

– Я попрошу профессионала. Вы же отдыхаете.

– Ага, не доверяете?

– Вы не обучались этому, – с улыбкой сказал он, – не спорьте.

Маргарита улыбнулась.

– Вот эту, – она показала на стену с выступами, отвесами и всякими нагромождениями.

– Самая сложная. Вы хотите проверить мою подготовку?

– Нет, я просто хочу убедиться, что вы самый лучший.

– А сложность, конечно, высшая?

– Ну, конечно. Сможете?

– Легко. – С улыбкой сказал он.

– Леха, подстрахуй, пожалуйста, – обратился Максим к рядом стоящему парню.

– Тренируешься перед соревнованиями?

– Да нет. Мастер-класс ученику.

– А! Такому не грех. – Он взглянул на Маргариту и улыбнулся. – Подходите ближе, не бойтесь. Он не должен упасть.

– Точно не должен, а то вдруг я переборщила?

– Это для него разминка. Смотрите.

Максим подошел к стене и, даже не обернувшись, как человек-паук пополз к вершине. Маргарита смотрела, затаив дыхание. Но, все же пыталась разведать у Алексея кое-что.

– А что за соревнования, вы говорили, будут?

– По Москве, между клубами. Хотите, приходите в эту субботу, кстати. Вход свободный. Объявление есть на нашем сайте.

– И что все мастера будут участвовать?

– Конечно, это же гордость и реклама клуба.

– И Максим будет?

– Куда без него. Он лучший, ну после меня, конечно. Он вам понравился?

– Мне кажется, он хорошо выполняет свою работу.

Оба переглянулись и улыбнулись. А Максим уже был наверху.

– Спускаю? – спросил Алексей.

– Давай, – ответил голос сверху.

– А я даже не удивлена, что вы справились. Я, редко так бываю уверена в ком-то и чем-то, – сказала Маргарита Максиму, когда они отошли.

– Спасибо за веру, но я не так идеален, поверьте.

– Нет идеальных, а у меня нет и идеалов. Я не строю песочные замки, их все равно рано или поздно смоет волной.

– Да вы философ. Но я про технику имел в виду.

– Я поняла.

– Ну что, еще разок вы?

– Давайте, теперь посложнее?

– Если хотите, то да.

Маргарита снова покорила вершину, может чуть медленнее, но покорила.

– Вы, просто, прирожденный альпинист.

– У меня хороший учитель.

– Тогда у меня ученик.

– О! Первый комплимент, спасибо.

– Не правда, я уже говорил, что вы талантливый художник, забыли?

– Помню. Я стараюсь не забывать ваши истинные слова, в отличие от выдуманных.

– Вы так уверены, что я лжив?

– Нет, вы не лживы. Вы чего-то боитесь, вот и обманываете себя. И меня хотите убедить в том, чего нет.

– Откуда вам это известно? Вы умеете читать мысли?

– Я так чувствую. Я же творческий человек, у меня все через чувства.

– То есть, я вас не убедил еще?

– В чем?

Максим задумался, как бы самому не попасть впросак.

– В том, что я учитель, а вы просто обычный, очередной ученик, ничего большего.

– А вы сами себя уже в этом убедили?

– Я в этом уверен. И хочу, чтобы и вы поверили. Вы же мне верите?

– Вы действительно этого хотите? – она посмотрела в его глаза, желая прочитать ответ там, а не услышать из уст.

Он посмотрел на нее, глаза его были молчаливы, сердце разрывалось, голова боролась с эмоциями, а уста молвили:

– Да, так правильно, так должно быть.

Ей хватило и этого, она убедилась в своем мнение: он чего-то боится. Но, узнать чего, она не могла. Время занятия подошло к концу. Они подошли к столу с инвентарем.

– Ну вот, наше занятие закончилось, надеюсь, вам понравилось, и вы придете еще.

– Спасибо за приглашение, вы опять меня просите больше времени проводить в вашем обществе. Я должна подумать.

Они расстались, не сказав больше ни слова. В отзыве на ресепшене она написала:

«Максиму Федорову. Спасибо за надежду и веру в то, что каждую вершину можно покорить, даже самую неприступную».

Она знала, он прочтет и поймет.

«Мою вершину не просто, увы, покорить,

Но и решимость мою не так просто сломить.

Не знаю права ли, смогу ли дойти?

Но коли решила, не сверну я с пути.

Хотя бы попробовать точно должна,

Чтобы потом не жалеть и не плакать одна».

Глава 9

Настала суббота. У Маргариты уже созрел план на сегодня. Чем заняться? Конечно, пойти на соревнования. Она оделась в свою любимую одежду: джинсы, кофта, кеды и рюкзак. Волосы оставила распущенными. Девушка хотела быть сама собой, без прикрас, только она. Дорога заняла около часа, даже из области можно доехать к центру жизни всего за час.

Маргарита зашла в огромное помещение, где шумно играла музыка. Народу собралось много, она и не ожидала, что такие мероприятия так популярны. Конечно, была в основном молодежь, люди до тридцати и очень много девчонок. Понятно, пришли полюбоваться на красавчиков спортсменов, в надежде завести знакомства. Маргарита даже не выделялась из толпы, все были так же одеты и раскованы.

Девушка медленно прошла по залу, пытаясь сориентироваться, найти главное место действия и спортсменов. Она хотела, чтобы Максим ее увидел, знал, что она рядом и поддерживает его, как он тогда ее на выставке. Протиснуться средь толпу было не просто. Но, вот Маргарита увидела его, он готовился к соревнованию, одевал экипировку. Спортсменов было очень много, а болельщиков у них еще больше. В зону спортсменов не пускали посторонних людей, так что подойти близко было не возможно. Оставалось только пытаться поймать его взгляд, как-то привлечь к себе внимание. Но как? Тут столько людей и так громко. Она подошла максимально близко и встала у самого ограждения.

Ведущий попросил всеобщего внимания. Музыка стихла. Он рассказал правила: сначала отбор по времени, а затем спарринги. Пошли первые участники, поклонницы закричали. Спортсмены сменяли один другого. И вот настала его очередь. Ведущий объявил его и еще какого-то парня, неказистого, мелкого. И так – старт, волнение, считанные секунды и все – ура, он победил, но время, главное теперь время, надо ждать завершения всех участников. Он пошел к своей скамейке, под шум аплодисментов. Маргарита кричала и махала изо всех сил, но он смотрел в другую сторону. Она уже было отчаялась, опустила руки и замолчала, слезы подкатили к глазам. И тут вдруг, он перевел взгляд на нее, их глаза встретились, он улыбнулся и подошел.

– Как, и ты тут?

– Привет, – сказала Маргарита, улыбнувшись.

– Почему ты плачешь?

– Да так, рада, что ты выиграл.

– Это только начало, надо еще время сравнить. Пошли со мной.

Он взял ее за руку и повел к проходу в зону спортсменов.

– Она со мной, пропустите, – сказал он охраннику.

– Как ты здесь оказалась?

– Пришла за тебя поболеть. Можно?

– Я рад, что ты тут. – Он посмотрел на нее таким нежным взглядом, какого она еще никогда у него не видела.

– Так откуда слезы? Я не верю, что ты так рада простому выигрышу, это даже не финал. Колись.

– Это реакция на бессилие. Я не люблю быть слабой, ты же знаешь.

– Я был уверен, что ты самая сильная и непоколебимая. А тут, что я вижу?

– Все, забудь, это мимолетный порыв. Давай лучше, готовься к выступлению. Как это бывает? Массаж, релакс, разминка?

– Просто посидеть и отдохнуть мне хватит.

– Кто с тобой пришел из друзей?

– Хм. Никто. Мало кто считает это увлечение серьезным. Я же не организую выставки, ну ты понимаешь. А все из клуба скорее соперники.

– Значит я к месту. Я буду другом и поддержкой. Без возражений.

– Я сдаюсь под твою опеку.

– Я рада, что мы снова на ты.

Он улыбнулся, ничего не сказав.

– Ну, вот результаты. И так. Я прошел. Здорово!

– Да ладно, я и не сомневалась. Сосредоточься на новом сопернике.

– Слушаюсь.

Ведущий начал объявлять новых соперников на дуэли.

– Ты следующий. Настройся только на победу. Ты лучший.

Максим снова пошел к стене и обыграл соперника. Только теперь он ясно чувствовал поддержку Маргариты, и это придавало ему дополнительной уверенности. Она его окрыляла, он взлетал как птица к вершине. И все его конкуренты оказывались позади.

– Ура! Ты в финале. – Закричала Маргарита и бросилась обнимать подходившего к ней Максима.

– Ты радуешься больше меня.

– Так и должно быть. Для тебя сейчас главное техника, а переживания по моей части. Вот когда выиграешь, тогда и порадуемся уже вместе. Ты знаешь своего соперника?

– Я смотрел за его выступлениями. Он мне с самого начала казался достойным претендентом.

– Не думай сейчас о нем, думай о себе, верь в победу.

Тем временем прошла музыкальная пауза, и ведущий пригласил спортсменов к решающей битве.

Максим выдохнул и пошел.

– Стой, – закричала ему Маргарита.

Он обернулся. Она подбежала к нему и крепко поцеловала в губы. – Это наудачу. Все иди, иди.

Максим ошарашено смотрел ей в след. Потом очнулся и подошел к стене. Он посмотрел на соперника, на трассу, но в голове у него крутился только поцелуй, прикосновение губ.

«Смешались все мысли в единый клубок,

И как теперь сделать последний рывок?

Соперник, сражение, идти до конца.

Но как не искать ее мне лица?»

Ведущий призвал готовиться. Спортсмены заняли исходные позиции. Раздался сигнал. Это были два равных, сильных соперника. Они шли бок о бок до самого конца. Но, в последнем рывке Максим таки вырвал победу, отдав на это все силы. Его поздравляли, ему аплодировали. Он не мог вымолвить даже слово. Когда он подошел к своему месту Маргарита радостно улыбалась.

– Я знала, я верила, ты молодец! Видишь, я приношу удачу!

– Да, но не делай так больше, – еле выговорил он, тяжело дыша.

– Хорошо. Больше я не поцелую тебя первой, обещаю.

Всех пригласили готовиться к награждению, а спортсменов отпустили переодеться и прийти в себя.

Маргарита стояла рядом с подиумом и разделяла всю торжественность и радость с Максимом.

После награждения подбежали зрители с цветами. Максим не успел дойти до Маргариты всего пару шагов, когда к нему подошли три молоденькие девушки.

– Вы такой молодец. Мы болели за вас с самого начала. Вы лучший.

– Спасибо большое за поддержку.

Он хотел было пойти дальше, но девушки не унимались. Они начали задавать другие вопросы, просить автограф. Он не мог им отказать, это было бы слишком грубо.

Конечно, Маргарита видела все это. Она не слышала разговора, но слышала смех и видела улыбки. Ей показалось, что Максим забыл про нее. Ей опять стало грустно, опять эти дуратские слезы, откуда они только берутся? Она развернулась и побрела прочь. Вышла из здания на свежий воздух и пошла к реке, которая текла с другой стороны постройки, нашла скамейку и села. Девушка печально смотрела на темную холодную воду и желтую листву.

«В груди пустота, исчезли слова.

Я снова осталась, как прежде одна.

Насильно не будешь ему ты мила.

Коль в сердце его большая дыра».

– И куда это ты сбежала? – вдруг окликнул ее голос Максима.

Она, не взглянув на него, ответила:

– Я надеялась, что ты меня здесь не найдешь.

– Да, это было не просто, я опросил, наверно, человек сто, не меньше. Внешне тебя тяжело отличить от всей этой толпы. Если бы не твоя любовь к пейзажам, а тут и, правда, здорово, не знаю, справился бы я.

– Зачем ты меня искал?

– А зачем ты меня бросила?

– Мне показалось, ты был слишком занят. Я не стала вам мешать.

– Ты ревнива. А мы даже не вместе. Я думал, что ты уверена в себе.

– Иногда и самый сильный и уверенный в себе человек устает стучаться в закрытую дверь.

– Ты же говорила, что уверена в ее податливости, что она открыта, просто надо посильнее нажать, – он сел рядом и посмотрел на нее.

Она не поворачивалась.

– Я уже ни в чем не уверена. Какая-то я сегодня не я, – произнесла девушка, вытирая рукой слезы с лица.

– А может, как раз ты, настоящая, чувственная, без защитной маски. Такая, как на выставке. Такая, которая запала в мое сердце, и я ни как не могу тебя оттуда прогнать, какие бы усилия не предпринимал.

Она посмотрела ему в глаза, не веря его словам.

– Ты думаешь, я мог бы променять тебя на них, даже троих? А где я бы взял столько неожиданных сюрпризов, полета твоей фантазии?

– Ты что, признаешься в моей правоте? Ты, правда любишь меня?

– Я этого не говорил. То, что ты видела меня насквозь – это правда. Я не смог тебя переубедить. А любовь… Это сложно, все слишком сложно.

– Может ты, просто делаешь все сложным, а на самом деле это не так.

– Нет. Не заставляй меня все объяснять, не сейчас. Я не могу тебя любить, и ты не должна, это не правильно. Я и так сказал тебе слишком много. Да, ты мне не безразлична, я рад, когда ты рядом, мне с тобой легко, я могу быть самим собой.

– Тогда в чем причина?

– Во мне. Я не тот, кто сделает тебя счастливой, а твои страдания я не перенесу.

– Ты всегда убеждаешь меня в том, во что сам не веришь. Бред, какой то. Может, я сама решу, кто мне подходит, а кто нет?

– Давай останемся просто друзьями. Мы будем так гораздо полезнее друг другу. Настоящие друзья это навсегда, а любовь чувство временное.

– Настоящая любовь тоже навсегда.

– Я не хочу тебя терять, пожалуйста, давай не будем все усложнять и портить.

– Я ни когда не смогу тебя понять. Надеюсь, ты передумаешь. Не беспокойся, я больше ни слова тебе не скажу про любовь. Сам только не пожалей.

«Мне не понять тебя никогда,

Твердишь мне одни и те же слова.

Но в них я не верю, в них пустота,

Совсем о другом твои молвят глаза».

– Знаешь, у меня есть к тебе просьба. Мой друг женится в следующую субботу. Пойдешь со мной? С тобой я не буду чувствовать себя там так нелепо. Не люблю я эти пьянки, вечно тебя хотят познакомить с какой-нибудь старой девой. И ты весь вечер должен быть паинькой, а то невеста расстроится. А потом еще выслушивать от друга, как его жена переживает, что я не перезвонил подруге, и т.д. и т.п. Бесит.

– Ладно, так и быть, спасу тебя от разврата. Только одно условие.

– Какое?

– Мы не поедем на мотоцикле. Я опять, как дура, буду в платье, на каблуках, с прической и в шлеме.

– Хорошо, хорошо, обещаю, – сказал он, смеясь, – я возьму такси.

– Чем займемся теперь?

– Может, отметим победу? Ты не имеешь ничего против пиццы?

– Я за любую вредную пищу.

– Чем же она так вредна?

– Попа толстая становится.

– Тебе это не грозит.

– Всем грозит. Вот раздавлю твой мотоцикл, будешь знать.

Оба они засмеялись. Максим подал Маргарите руку, они встали и пошли на парковку.

– Когда у тебя следующее соревнование?

– Зимой чемпионат России, я автоматически представлен теперь.

– Круто! Теперь все время будешь готовиться?

– Да нет, как и раньше. Ничего, ведь, не изменилось. Времени больше не стало и возможностей тоже.

– Ясно, а где будет проходить?

– В Питере. Поедешь?

– Если позовешь.

– Позову, если все сложится.

– Буду ждать.

Они подошли к стоянке, сели на мотоцикл и поехали.

– Я, наверно, никогда не привыкну к твоему транспорту, – сказала Маргарита, когда они остановились у кафе.

– Почему? Удобно, быстро, компактно.

– Страшно, очень страшно!

– Это только первое время.

– Ага, а потом уже поздно.

– Если не хочешь, я больше не буду тебя катать.

– Я знала, что ты так скажешь. Езжай, типа, на метро, спасибо.

– Да нет, будем вместе на метро. Ты же не предупреждаешь о своих появлениях, а также концертных платьях.

– У меня и телефона твоего нет, да и не надо. Глупо это ждать звонка, не люблю.

– А самой позвонить, если хочется?

– Ненавижу навязываться.

– Да ладно?

– Тебе я не навязывалась, это просто стечение обстоятельств.

– Конечно. И приход в клуб, и сегодня на соревнования, просто случайность?

– Да, счастливая случайность. Нам повезло.

– Бесспорно.

Они сели за столик и стали читать меню.

– Каждому свою или одну большую?

– Ну, ты точно хочешь, чтобы я твой байк раздавила.

– Вас, девушек не поймешь. Те, у кого с фигурой все нормально, вечно сидят на диетах и твердят, что они толстые. А те, кто реально жирные, говорят, что им это даже нравится.

– Мы девушки – это загадки. Как и вы, впрочем.

– Ну, что с колбасками? – сказали они в один голос и улыбнулись совпадению.

– Официант!

– Дай хотя бы ты мне свой номер, вдруг что случится, а я не смогу даже сказать.

– Хорошо, вот, – она написала номер на салфетке. – Только свой не давай, со мной то, ничего не случится, я на мотиках не езжу без тебя. В чем ты хочешь меня видеть на свадьбе?

– Ну не знаю, тебе видней.

– Нет, как ты скажешь. Может это свадьба-маскарад?

– Обычная свадьба. Просто надень что-нибудь нарядное, вот и все.

– То есть, превратиться в девушку в твоем вкусе?

– А какой у меня вкус? Я уже и сам не уверен.

– Это же очевидно. Девочки-модельки. Во-первых, ты сам говорил, а во-вторых, ведь, это же основная причина не любви?

– Ха. Ты весь мой мир разрушила, а теперь стоишь на руинах и смеешься?

– В смысле? Не понимаю.

– Ну и хорошо. Просто оденься как на выставку, вот и все.

– Ладно.

– Как твои дела с учебой? Институт больше не бросаешь?

– Пока нет. Если только все экзамены сдам, и меня саму не выгонят. А то знаешь, у нас есть такой один вредный препод. Все пилит и пилит, ты не сдашь, говорит, мало ходишь, плохо конспектируешь.

– Дай угадаю, по психологии?

– Откуда ты догадался, не понимаю.

Они посмеялись.

– Ну, ты же понимаешь, я не могу делать тебе поблажек. Экзамен элементарный, если лекции есть. Главное мозги и немного теории. А где ты это возьмешь?

– Мозги?

– Не издевайся, лекции. Ты же не пишешь.

– Не нудите товарищ профессор. Я сдам. Вы же со мной позанимаетесь дополнительно?

– Вот-вот, если нас увидят вместе, мне кранты.

– Так вот чего ты боишься. Неужели тебе это так важно?

– Да, у меня на это есть свои причины.

– Хорошо. Так как же нам общаться? После экзамена или когда я институт окончу? А может вообще никак, раз мы в институте познакомились? – Она говорила и все больше выходила из себя.

– Успокойся. Я не знаю. Что-нибудь придумаю. Мне, правда, очень надо сохранить свою работу. Это своего рода прикрытие.

– Так мы и дружить уже не можем?

– Можем, но не в стенах универа. Все хватит об этом. Я знаю, чем сейчас все кончится – ты обидишься и уйдешь. Давай не будем портить день.

– Я как раз, уже собиралась так и сделать.

– Ну вот, хоть в чем-то я тебя начал понимать.

– И в чем же?

– Ты должна быть центром, без ограничений и рамок, где бы ты ни была.

– Да, прости, но это так.

Некоторое время они молчали. Ели и молчали. Маргарита была обижена, Максим думал, как изменить тон и направление беседы.

– Чем я тебе понравился? Ведь я серый и скучный препод.

– Препод согласна. Но как человек, ты совсем другой. Во-первых, красивый, не без этого, во-вторых, спортивный и целеустремленный, в-третьих, просто хороший. А если ты хочешь знать, почему я тебя полюбила, то на это я не отвечу, любовь не объяснима, это синтез всего и сразу, это мгновение. Невозможно объяснить где, когда и за что, можно лишь сказать да или нет.

– Может тебе и вправду лекции не нужны, ты лучше меня психолог.

– Эх вы, мужчины. Может вы и сильнее, может умнее, но женщины все равно через чувства и интуицию вас опережают. Нам свыше дана способность к предвидению, или скорее к предчувствованию. Все в мире просто и очевидно. А вы мужчины всегда все усложняете своей логикой.

– На то мы и созданы такими разными, чтобы нам было интересно друг с другом.

– Возможно.

– Что будет дальше в нашей программе на сегодня? Может, займемся тем, что любишь ты?

– Давай. Поехали смотреть на звезды. Сегодня безоблачно, а осенью виды просто супер. Я знаю одно место в Подмосковье.

– Это далеко?

– Ну, не близко. Километров сто, где-то.

– Боюсь, сегодня у меня уже не хватит сил на такую дорогу. Все мышцы и так на пределе отработали.

– Ой, прости, я не подумала. Может тогда тебе лучше отдохнуть?

– Я был бы не против просто поспать или поваляться на диване.

– Ты живешь с родителями?

– Нет, а что?

– Да так, может, поедем к тебе, устроим вечер валяния и кино?

– А что скажет твоя мама?

– Я скажу, что останусь у подруги.

– Нет, так не пойдет. Ты же знаешь, к чему это все приведет.

– К чему?

– К распаду дружбы.

– Тогда ты езжай отдыхать, а я поеду домой. Все равно, от неизбежного не уйти. Рано или поздно, ты поймешь, что мы едины. Надеюсь, что не слишком поздно. Пока. – Она встала и взяла свои вещи.

– Погоди, ты же не можешь так уйти, это как-то нелепо.

– Что поделаешь. Хороших выходных.

Она пошла к двери, вышла и исчезла из его видимости.

Максим все сидел и думал. Ему не нравилась их дружба, их разговор, да что говорить, он сам, сам себе совсем не нравился. Ему хотелось бежать за ней, все объяснить, поцеловать, но он не мог, не мог дать вырваться своим чувствам, разрушить так многое.

«Ничего не поделать и не изменить,

Есть то, что пока не могу объяснить.

Не властен над всем я в жизни своей,

Как жаль, что не станешь ты только моей».

Глава 10

Прошла неделя. Он не звонил. Она, правда, особо и не ждала, хотя телефон брала с собой даже в ванную.

Настала пятница. Институт. Занятие по психологии. Маргарита сидела в первом ряду, как всегда. И как всегда девушка была занята не лекцией, она рисовала мужчину, который ехал на мотоцикле, и знающему человеку было легко распознать кто он. Максим видел это, но старания привлечь девушку к занятию успехов не принесли.

– Спасибо за внимание, всем хороших выходных. Маргарита, задержитесь на минутку.

– Опять? Марго у вас с ним какая-то тайна? – спросил сосед по парте.

– Ага, тайна жизни и смерти. Думаем, как бы поубивать всех любопытных.

– Зачем вы так часто меня выделяете? – спросила Маргарита, подойдя к Максиму. – Народ уже выдумывает то, чего нет. Вы не осторожны.

– Как я еще могу привлечь ваше внимание к моим лекциям. Вы сидите на первой парте и занимаетесь ерундой в очередной раз.

– Вы сами меня сюда посадили, забыли?

За то время, что велась беседа, все вышли из аудитории.

– Ладно, твое дело. Ты не передумала на завтра?

– Ух ты, какой оборот. А вы что, уже против?

– Я? Нет, хотел уточнить. Может, ты не хочешь меня больше видеть?

– Не видеть, а слышать я не хочу, как ты себя и меня мучаешь.

– Так что, не идешь?

– Во-первых, я друзей не бросаю, а во-вторых, я и платье уже погладила, жалко будет столько трудов коту под хвост.

Они обменялись улыбками.

– Тогда завтра в десять утра я за тобой заеду. На такси, не переживай.

– Ой, как жаль, а я и шлем в цвет платья подобрала, такой ансамбль бы получился.

– Иди уже, ансамбль.

Глава 11

Маргарита все утро готовилась к мероприятию. Почему-то, ей казалось, что этот день может стать особенным.

– Мам, ну как тебе? Сойдет? – спросила девушка, закончив собираться.

– Да ты у меня сама невеста, – ответила мама Маргариты, сквозь слезы. – Смотри, чтоб тебя не перепутали. А Максим твой дураком будет, если не влюбится.

– Он уже давно любит, просто боится чего-то. Все, не хочу больше об этом думать. Надоело. Сам потом пожалеет.

– Это точно.

Раздался телефонный звонок.

– Алло.

– Маргарита, привет, это Максим. Вот видишь и твой номер пригодился. Я же не знаю в какой квартире ты живешь, вот стою у подъезда и гадаю.

– Привет. Я сейчас спущусь, подожди.

– Ну все, мамуль, я побежала. Можешь с балкона поглядеть, я разрешаю.

– Думаешь, если бы запретила, я бы не подглядела?

Они засмеялись. Мама поцеловала и перекрестила дочь.

Маргарита вышла из подъезда. Максим стоял у такси. Она подошла, а ему показалось, что подплыл к нему прекрасный лебедь, такой грациозный и невероятно красивый.

– Привет!

– Привет! Я думал, что лучше быть не может, но сейчас вижу, что может. Я боюсь, Андрюха не захочет жениться на своей невесте, а украдет тебя.

– Ну, ты же не отдашь?

– Тебя? Никому!

– Вот и славно. Поехали?

– Поехали. – Он не отрывал свой взгляд от Маргариты. Сердце в груди бешено колотилось, а в горле застрял комок невысказанных слов и эмоций.

Так они и доехали до Загса: она улыбалась и смотрела в окно, он, затаив дыхание, смотрел на нее.

– Хватит так на меня глазеть, дырка будет.

– Прости, но ты сама виновата, я не в силах оторваться.

– Так может, сделаешь мне предложение, от которого я не смогу отказаться?

– Если бы мог, сделал.

– Все, приехали, с вас две пятьсот, – сказал таксист.

– Вот возьмите, спасибо.

– Вам спасибо, счастливого дня.

– Пойдем. Представлю тебя народу. Можно вашу руку?

– Мы же друзья, зачем?

Они зашли в зал, где уже толпилось много гостей.

– Пойдем туда, там жених с невестой.

Подойдя к главным героям дня, Максим представил свою спутницу:

– Привет! Знакомьтесь: Андрей, Катя, а это Маргарита.

– Очень приятно, – сказала Маргарита.

– Взаимно, – ответили ей.

– Ты говорил, что придешь с подругой, но ты скрыл, что с такой красавицей, – сказал Андрей на ухо Максиму.

– Разве это имеет значение?

– Да нет, просто я в шоке. Ты, конечно всегда только с красотками романы крутил, но эта какая-то другая.

– Она единственная такая, но только мы просто друзья.

– Ха-ха-ха. Да-да, так я и поверил.

– Правда.

– Тогда, ты просто дурак.

– О чем вы там шепчетесь? – спросила Катя.

– Я говорю Андрюхе, какая у него шикарная невеста. Выглядишь просто супер.

– Спасибо! Столько труда на самом деле. Ночь не спала. Стилисты, визажисты. Но, красота требует жертв.

– Пойдем, нас зовут, – сказал Андрей, не дав договорить будущей жене.

– Интересно, а сколько у тебя ушло времени на твой облик, – обратился Максим уже к Маргарите.

– Пару часов. Самое долгое платье погладить.

– Я так и подумал. И где Катя такое платье откопала?

– А я подумала, тебе и вправду нравится.

– Издеваешься? Твое и рядом не стояло.

– И в цене я думаю тоже. Мое раз в десять дешевле.

– Деньги не главное.

– Вам, мужчинам, в этом плане гораздо проще. Костюм он и в Африке костюм.

– В какой-то степени да. Ладно, пойдем делать слезливые глаза.

– То есть, ты вообще против брака?

– Наверно нет, всему свое время. Главное, чтобы человек был твоим.

– Твои родители в браке?

– Да, но батя реальный тиран. Он военный, и дом делает казармой. Все должно быть по его команде и в четкий срок.

– А ты не такой. Поэтому и живешь один?

– Да, как только появилась возможность.

– Прошу внимания всех собравшихся, – голос работницы ЗАГСа вмиг приглушил все беседы.

Церемония началась. Стандарты есть стандарты, ничего примечательного. Согласна. Согласен. Обменяйтесь кольцами. Поцелуйтесь. Фотосессия. Поздравления. Легкий фуршет в зале. И по машинам.

Маргарита с Максимом ехали в лимузине, так что беседы были общими, а шампанское не заканчивалось.

Первая остановка – Поклонная гора. Народ шумной толпой двинулся в путь. Маргарита с Максимом шли немного позади и беседовали друг с другом.

– А я вот мечтаю о другой свадьбе. Только я и жених. Где-нибудь на берегу моря. Без всяких этих гулянок и пьянок. Только шум прибоя и звон двух бокалов.

– Романтика. А как же куча обиженных родственников и друзей?

– Вечно ты думаешь о других. А я говорю, о том, что планирую для себя.

– Разве ты не хотела бы, чтобы твои родители видели тебя в красивом белом платье с букетом в руках? Они бы поплакали от души.

– Ну пожалуй, самые близкие родственники могли бы присутствовать, если захотели.

– Да, самое ценное разделить волнения и переживания вместе.

– Переживания? А зачем они. Если ты уверен в себе, то нечего и переживать.

– Но ты не можешь быть уверена в другом человеке. Вдруг он окажется не тем?

– Жизнь – это череда сюрпризов и событий, которых мы не можем изменить. Надо ими наслаждаться и принимать как есть. Зачем заранее себя готовить к худшему?

– Ты точно больше психолог, чем я. У тебя на все есть ответ.

– Нет не на все. Твой отказ мне пока не понятен.

– Какой отказ?

– От своего счастья, от меня.

– Опять ты за свое.

– Все-все, молчу.

Тем временем, все дошли до памятника, возложили букет, выпили и двинулись обратно.

– Какой смысл в этих хождениях? – сказал Максим Маргарите.

– Ну как, надо же народ выгулять, галочку поставить, напоить, в конце концов, а то в ресторане и драки не будет.

– Я бы хотел сбежать. Провести это время с большей пользой.

– И какой?

– Побыть вместе с тобой. Наедине.

Она посмотрела не него с удивлением?

– Ты же боишься оставаться со мной наедине.

Теперь уже он внимательно посмотрел на нее.

– Боюсь.

Маргарита улыбнулась, но не стала больше ни о чем спрашивать. Некоторое время они шли молча. Затем она спросила, чтобы поддержать беседу:

– Не знаешь, мы еще куда-нибудь поедем?

– Откуда мне знать. Пока до ресторана по пробкам доедем, уже ночь будет. Вон, давай у жениха спросим.

– А, Макс, как дела? – весело спросил жених.

– Все супер. Мы еще куда-то или в ресторан?

– Еще на один мостик съездим, а потом в ресторан. Не устали, надеюсь еще?

– Да нет, что ты.

– Ты все слышала? – обратился уже Максим к Маргарите.

– Ага, класс, – ответила та с иронией.

Компания загрузилась в машину и снова отправилась в путь. Ехали около часа. Остановились. Все вышли. Жених понес невесту по мосту, все кричали, аплодировали, опять пили, сели обратно в машину и поехали. Веселье и шум перешло вновь в лимузин.

До ресторана ехали еще около часа. Молодоженов встретили у входа караваем. Ну, а дальше все по традиции. Зашли, сели, тамада начал работать.

– Ну, разве не тупые шутки? Сейчас еще и конкурсы начнутся, – пробурчал Максим.

– Успокойся, тебя никто не заставляет участвовать. И подружки невесты тебе тоже не грозят. Смотри, как тебе вон та с пером? Вы бы хорошо смотрелись.

– Отстань, не издевайся. Тебе легко говорить, ты пошлешь и не задумаешься, а я вот мучился бы.

– Ну, и огребал бы потом. Зачем делать то, что не хочешь?

– Этикет, тебе известно это слово?

– Себялюбие, вот что мне известно.

– Дамы и господа, прошу вас минуту внимания, – сказал тамада. – Мне нужны три прекрасных пары для следующего конкурса. Позвольте я сам выберу. Давайте вы, вы и вот эта парочка, я на вас весь вечер смотрю.

– Нет, нет, мы не участвуем, – сказала Маргарита.

– Вы обижаете молодых?

– Нет, просто, – Маргарита не договорила, потому что Максим взял ее за руку.

– Пошли, этикет. Я же говорил, что так и будет. Проще согласиться.

– Как хочешь, ты рано сдаешься.

– Ну, вот и славно. Условия очень просты. Нужна ловкость и хладнокровность. Вот вам мячики. Вы встаете близко друг к другу и пытаетесь поднять мячик от живота к голове, без помощи рук. А во время конкурса вы должны соприкасаться носами друг с другом. Кто уронит мяч, тот проиграл. Все понятно?

– Нет, нет, мы не участвуем, – крикнул Максим.

– О почему? Дама против? Спросим у нее.

– Я не против, но вы видите, молодой человек стесняется.

– Марго, ты что говоришь?

– Этикет, ты забыл.

– Так что, вы действительно стесняетесь? Дама не против, а вы что трус?

– Я не трус, я джентльмен.

– Джентльмены разве бросают своих дам вот так. Может вам найти другого партнера девушка?

Максим выдохнул, посмотрел на свою спутницу и сказал:

– Хорошо, мы участвуем.

– Вот и славненько. Как только начнется музыка, начнется и конкурс.

– Только смотри, не поцелуй меня случайно, – произнесла Маргарита.

– Я не собираюсь тебя целовать.

– Я на всякий случай сказала. Мы же будем так близко друг к другу.

Раздалась музыка. Все пары начали суетиться, торопиться. Максим смотрел на Маргариту и медленно приближался к ее лицу.

– Так мы точно проиграем, ты даже не прикоснешься ко мне.

Он придвинулся вплотную. Каждой своей клеточкой они чувствовали друг друга, глаза в глаза, в едином бешеном ритме сердца.

– Ура!!! Вот и победители. Пара номер два. Аплодисменты, – раздался голос тамады.

Музыка стихла, а Максим и Маргарита все еще стояли прижавшись.

– Сначала боялись соприкоснуться, а теперь оторваться не могут друг от друга, вот дела, – смеясь, говорил ведущий.

Ребята очнулись и сели на свои места.

– Прости, этого больше не повториться. Я забылся.

– Да ты забылся, забылся, что надо убегать, – Маргарита встала и вышла на улицу.

Максим пошел за ней.

– Ты замерзнешь, на улице холодно, – произнес молодой человек, накинув ей на плечи свое пальто.

– Какое тебе дело?

– Какое дело? – он повернул ее лицом к себе и страстно поцеловал. – Я не могу так больше. Ты сводишь меня с ума. Я люблю тебя. Я должен тебе все рассказать.

– Я слушаю, говори, раскрой свою тайну.

– Мой отец, – начал Максим, – я уже говорил тебе о нем, он тиран. Он хочет, чтобы я женился на дочери его друга, полковника. Тогда он отмажет меня от армии и даст возможность заниматься тем, чем я хочу. Но я ее не люблю, и теперь уж точно никогда не полюблю. Я говорил ему об этом. Он пригрозил мне, что ни одна другая девушка не станет моей женой, а меня он запечет в самую горячую точку мира в боевую армию, он может, у него есть связи.

– Не понимаю, как это возможно? Мы в двадцать первом веке живем.

– Про армию все легко. Никаких белых билетов мне не видать, он все контролирует. Поэтому я пошел в аспирантуру – легальная отмазка и прикрытие. Пока, он это терпит.

– Ну, она же не вечна.

– Хоть что-то. Может потом, еще выход придумаю.

– А девушки? Как на них он может влиять?

– Я живу один, ты знаешь. Но он все равно их вычисляет. Ну, в итоге они не хотят связываться, может он их запугивает, не знаю. Они не объясняют. Поэтому я и не хочу тобой рисковать.

– Бред какой-то. Ты все это выдумал?

– Теперь это, действительно, правда.

– Фигня это, а не правда. Я-то думала, у тебя там тайна века, а тут. Если бы ты по- настоящему любил и сказал ему об этом, и девушку представил, не заслал бы он тебя никуда. Ну, даже, если и заслал. Можно вдвоем ехать. Вдвоем, можно горы сдвинуть. И девушки твои эти, модельки, тебя тоже никогда не любили, что их пугать, они и сами сбегут. А ты трус, просто трус. Знаешь, ты прав, не может у нас ничего получиться. Мне не нужен трус, значит, я в тебе сильно ошиблась. Прощай. – Она отдала ему пальто и пошла прочь.

– Марго, – крикнул он ей в след.

Она не обернулась, а он не побежал за ней.

– Может и трус, но я, ведь, за тебя боюсь, – крикнул он ей в след. И его слова растворились в пустоте.

«Вот так в одночасье разбилась мечта,

Твое оправдание – смешная игра.

Все слишком нелепо, не может так быть,

Придется тебя мне навеки забыть».

Глава 12

Маргарита старалась больше не замечать Максима. На занятиях она пересела на последнюю парту и внимание к себе не привлекала. Делать вид, что он ей безразличен было гораздо проще, чем на самом деле так чувствовать. Теперь она играла в его игру.

Максим тоже старался сохранять видимость спокойствия. Но сейчас ему удавалось это намного хуже, чем ей. Он искал ее глазами, тайно следил за ней на лекциях. Ему было тяжело. Он хотел и сам добивался этого, а когда получил, то счастья не испытал. В его голове постоянно звучали ее последние слова: «Трус». И с каждым новым днем он все больше и больше в этом убеждался. Он не мог набраться храбрости и все изменить, хотя прекрасно понимал, что для этого нужен только один шаг, его шаг.

Настала пора зачетов. У студентов самая горячая пора. Муравейник оживает, жизнь начинает кипеть.

Зачет по психологии один из рядовых, ничем не примечательный. Конечно, если бы не наши главные герои.

– Здравствуйте, студенты! Ну что, начнем зачет. – Максим говорил давно заученные им слова, как вдруг поймал себя на мысли, что ее нет. Маргариты нет. Он вновь и вновь искал ее среди группы, но не находил. Легкое волнение, почему-то, появилось в его сердце.

– Староста, все ли присутствуют сегодня?

– Нет Кузьминой Маргариты, а остальные, все здесь.

– Она болеет? Уважительная причина есть?

– Есть, она в больнице.

Максим похолодел, сердце начало бешено стучать.

– Что-то серьезное?

– А вы не знаете?

– Я? Нет.

– Она попала в аварию, точнее ее сбила машина. Подробностей я не знаю. Ей Маша случайно позвонила, а взяла ее мама, ну и рассказала.

– Давно? Как давно это случилось? Она жива?

– Вроде, да, но она в коме.

– А больница, в какой больнице она лежит?

– Откуда я знаю, это что, допрос?

– Нет, конечно, нет, простите. – Он медленно сел, пытаясь сохранить хладнокровный вид, но это у него совсем не получалось. Его мысли были далеко, а тело обмякло и отказывалось слушаться. Мир начинал рушиться, ему хотелось бежать. Бежать к ней. Остальное было не важно.

Он собрал вещи и пошел к двери.

– А как же зачет? – спросил какой-то парень.

– Ах, да. Всем автоматом. Готовьтесь к экзамену. Я потом проставлю. – Он хотел было уже уйти, но тут раздался женский голос.

– Стойте! Подождите! – к нему подбежала девушка. – Она во второй городской, в Москве.

– Спасибо! – Он посмотрел на нее благодарным взглядом и быстро вышел.

– Вот так номер, – сказал все тот же парень, – халява. А между ними, что, что-то есть?

– Какая разница, – сказала Маша, подруга Маргариты, именно она была той девушкой. – Может он сможет чем-то помочь. Ты же, ведь к ней не поедешь?

– Я что там забыл? К этой выскочке ехать, больно надо.

– Она, прежде всего, живой человек. Эх ты!

«Жизнь быстро расставит все по местам,

Где правдивые чувства, а где лживый обман.

Лишь сердце подскажет дорогу к себе.

Все мысли теперь в голове о тебе.

Я сам уж не свой, закончен мой бой.

Увидеть хоть миг тебя бы живой».

Глава 13

Больница. Приемный покой.

– Здравствуйте. Я ищу Маргариту Кузьмину. Не подскажите, где я могу ее найти? – спросил Максим у охранника.

– А кто это? В каком отделении? Списки надо смотреть.

– Она после аварии к вам поступила.

– А, тогда в травме. Когда поступила?

– Не знаю, на днях, наверно.

– Молодой человек, вы хоть, что-то знаете?

– Да, мне срочно надо ее найти. Пожалуйста, помогите.

– Давайте искать. Так… Вот, Кузьмина Маргарита. Третий этаж, десятая палата.

– Спасибо! – и Максим побежал по коридору.

– Стой! – закричал охранник. – Бахилы надень. И тихо там.

Максим вернулся, надел бахилы и побежал по лестнице. Ждать лифт – означало терять драгоценные секунды. А он уже и так, так многое упустил. Он поднялся на третий этаж, а точнее вбежал, остановился, чтобы перевести дыхание. Тихо открыл дверь на этаж и стал смотреть по сторонам.

У входа сидела медсестра. Она остановила его, спросив:

– Молодой человек, вы куда?

– Извините, мне нужна десятая палата.

– Вы родственник? Есть в списках на посещение?

– Нет, простите. Но мне срочно, очень надо. Там лежит девушка, я должен ее увидеть. Это вопрос жизни и смерти. Пожалуйста.

– Ладно, идите налево по коридору. Там ее мать сидит. Уж не знаю, пустит ли она вас.

– Спасибо! Спасибо!

Максим медленно пошел по коридору. Он увидел, что напротив десятой палаты сидит женщина. Наверно, это ее мать, подумал он.

– Здравствуйте, – тихо произнес он, садясь рядом. – Вы мама Маргариты?

– Да, здравствуйте. А вы кто?

– Я Максим, ее… – он замолчал.

– Я так и подумала. Она много о вас рассказывала.

– Представляю что. Как она? – Он еле выговаривал слова, слезы стояли в глазах. Он хотел их не показывать, но не мог. Он с трудом сидел на месте, ему хотелось бежать, бежать к ней. Он постоянно смотрел на белую закрытую дверь, которая отделяла его от нее. Всего одна дверь.

– Да вы не волнуйтесь так. Опасность позади, но она все еще в коме. Врачи делают утешительные прогнозы, но все зависит от нее, от ее желания жить. Ей нужны сейчас только положительные эмоции.

– Понятно, а к ней можно?

– Да, только халат наденьте. Пойдемте.

Он надел халат и остановился у двери. Мать Маргариты пошла вперед. Он смотрел, как открывается белая дверь – медленно и тихо. А сердце его билось и рвалось из груди, стремилось туда, к ней. Они зашли. Он увидел ее, всю в бинтах, с капельницей. На лице ссадины и синяки. Его сердце сжалось от боли. Максим подошел к кровати и сел рядом на стул.

– Я оставлю вас, схожу в буфет на минуту, раз вы пришли.

– Хорошо, конечно.

Она вышла. Максим долго смотрел на Маргариту, слезы катились одна за другой. Он взял ее руку и поцеловал.

– Привет. Вот я и пришел. Прости, что ты так долго меня ждала. Я боялся не успеть, боялся, что никогда тебя уже не увижу. Ты же все для меня, а я трус, да, подлый трус. Только теперь я все понял. Мне ничего не надо, и мне ничего не страшно, если ты будешь рядом. Слышишь? Только живи, я все сделаю для тебя, что в моих силах, да, даже и то, что не по силам. Для тебя я горы сверну, покорю и сверну. – На долю секунды ему показалось, что рука Маргариты дрогнула. Но, он был не уверен, ее ли это рука, или его так дрожала. – Теперь я всегда буду с тобой, если ты все еще этого захочешь.

В дверь зашла медсестра. – Меняем капельницу, делаем процедуры. Молодой человек, подождите в коридоре.

– Хорошо, – Максим вышел и сел на стул, напротив двери.

Мама Маргариты вернулась и присела рядом. Она посмотрела в его заплаканные глаза и взяла за руку. – Все будет хорошо.

– Угу, – только и мог выговорить в ответ Максим.

Прошло несколько молчаливых минут. Медсестра вышла.

– Я готов оказать любую помощь, только скажите, – выпалил он, придя немного в себя. – Деньги, лекарства, я все достану.

– Откуда у тебя деньги, не шути, я все знаю.

– Я найду, кредит возьму, если надо.

– Ну, ну разбежался. Успокойся, лечение оплачивает виновный, это его обязанность.

– Ах да, как все произошло? Когда?

– Два дня назад. Она переходила дорогу, даже по зебре. Плеер слушала, но она всегда его слушает. Первая машина остановилась, она и пошла, а сзади другая не успела затормозить и врезалась в первую, ее в свою очередь откинуло вперед, ну и на Марго. Так что, она и не видела, я думаю.

– Понятно. А водитель, что пьяный был или дебил, неужели не видел?

– Нет, не пьяный. Отвлекся, говорит телефон поднимал, который на коврик свалился. Не повезло, в общем.

Опять воцарилось молчание.

– Позвольте я, хотя бы, подежурю с ней. Вы отдохнете. Я могу по ночам, или в любое другое время, как вам удобнее. Пожалуйста.

– Ты настойчив, когда захочешь. А как же работа?

– Работа ерунда, я договорюсь.

– Ну, уж нет, как ты помогать собрался, если без работы останешься? Так не пойдет.

– Тогда по ночам.

– А спать тебе не надо?

– Так, хватит, все я сказал по ночам. Я виноват перед ней, и должен искупать свою вину. Вы, значит, и днем и ночью, и во время работы. Я тоже, как и вы, дорожу ей больше жизни, она все для меня. Вот мой номер телефона, если хоть что-нибудь понадобится, пока меня не будет, сразу звоните. Без возражений. Я приеду вечером в восемь, подойдет?

– Как скажешь.

– Вот и договорились. А сейчас мне надо уладить кое-какие дела. Ей точно не надо ничего? Купить, привезти? Лучше сами скажите, а то я у медсестры спрошу.

– Пока не надо. Одежду я сама тогда завтра утром привезу.

– Хорошо. До свидания.

– До свидания, Максим.

Он ушел, а она смотрела ему в след и думала:

«Хороший парень на деле оказался, может, и не решительный, но хороший. И Марго любит. Как переживает, вот это любовь».

Она посидела еще немного и пошла к дочери в палату.

– Ну что, вот я и познакомилась с твоим Максимом. Вроде ничего, симпатичный. Ради тебя на все готов. Придет ночевать к тебе, смотрите не шалите. – Она говорила и прибиралась, время от времени, поглядывая на дочь. И даже сама улыбнулась своим словам.

«Ценнее жизни ничего нет.

Ее не вернуть, коль просрочен билет.

И даже врачи не в силах спасти

Того, кому срок отсюда уйти.

Не стоит терять бесценные дни,

Ждать, что должно что-то произойти.

Не стоит откладывать жизнь на потом,

Наполните счастьем сегодня свой дом».

Глава 14

Настал вечер. Пришла смена.

– Ты даже раньше, чем обещал, что не усидел? – спросила мама Маргариты.

– Как освободился сразу приехал, – ответил Максим.

– И не ел, наверное?

– Ой, да забыл, ну это не беда.

– Я так и знала. У вас это всегда не беда, а потом желудок лечи. Хватит с нас одной больной. Вот я тебе оставила, ужин приносили. Остыл, конечно, но ничего погреешь на батарее.

– Спасибо, – сказал Максим с улыбкой.

– Я пошла. Если, что не так будет, звони мне, вот мой номер. Следи за мониторами, если запищат, срочно вызывай медсестру.

– Хорошо, я понял. Не беспокойтесь. Лучше сами отдохните.

– Утром приду к семи, или тебе раньше надо?

– Нет, нет, не торопитесь, я до обеда свободен. Можете и позже прийти.

– Тогда к семи, тебе самому надо будет отдохнуть. До свидания.

– До свидания.

Они остались вдвоем с Маргаритой. Максим поставил сумку, достал тапочки и поставил чайник.

– Чайку не хочешь? – Он сел рядом с Маргаритой. – Твоя мама обо всех позаботится. Еды мне оставила. Я тебе журналы купил про искусство, почитаю перед сном, может, заинтересуют. Я, ведь, даже не знаю, что ты любишь и чем интересуешься, кроме живописи. Я так много времени потерял зря, его уже не вернуть. Я же у тебя дурачок, мне только сейчас понятно стало, что ты моя жизнь, без тебя мне не быть. Так что, ты не только за себя борешься, ты за нас двоих. Слышишь? Я люблю тебя.

Он встал, быстро перекусил холодный ужин, налил чаю и сел обратно к Маргарите.

– Давай читать. А, кстати, мой друг опять выставку организует, спрашивает про тебя. Надо у твоей мамы спросить, нет ли у тебя новых картин. – Снова ему показалось, что Маргарита шевельнула рукой, только теперь он ее не держал, ее рука спокойно лежала на кровати. – Ну, значит, ты одобряешь. Хорошо. Завтра я переговорю с твоей мамой. Представляешь, она не дает мне ничего делать, все сама. Еле уговорил подежурить. Опять я от журнала отвлекся. Почитаем.

Он начал читать, попивая чай. Час, два, а может и три прошло. Глаза у Максима закрылись, и он уснул, прямо в кресле, рядом с Маргаритой.

«Теперь мне спокойно только с тобой.

Жаль, из меня вышел бесславный герой.

Не смог защитит тебя от беды,

Не смог тебя сделать счастливой, увы».

Глава 15

Маргарита открыла глаза и не могла понять, где она находится. Белые стены и потолок. Голова ужасно болит, вся в бинтах. Рядом на стуле кто-то спит.

«Как можно уснуть в такой позе», – подумала она.

То ли от пристального взгляда Маргариты, то ли от того, что все тело затекло от неудобной позы, Максим и сам проснулся. Он открыл глаза, потянулся, зевнул и посмотрел на часы. Время было шесть утра.

– Как я так вырубился? – произнес он вслух. – Вот так дежурный. – И только сейчас он бросил взгляд на Маргариту, не понимая, что же его смущало до этого.

На него смотрели глаза, ее глаза!

– Ты очнулась! – с улыбкой сказал он, и взял ее за руку. – Как ты себя чувствуешь? У тебя что-нибудь болит? Надо позвать медсестру, – засуетился он, не зная, что делать в такой ситуации. Он встал и хотел выбежать за доктором.

– Стой, – тихие слова остановили его.

Он обернулся и подошел.

– Может, тебе не надо много разговаривать, подожди, я позову кого-нибудь.

– Где я?

– Ты в больнице. Тебя сбила машина. Три дня назад. Ты не помнишь?

Она покачала головой.

– Голова болит.

– Я, все-таки, позову врача.

– Нет, погоди. Кто ты?

Максим замер, он не ожидал такого вопроса. Что ей ответить? Опять дилемма. Может, ей лучше не знать, забыть его?

– Я… Максим.

Она пристально смотрела в его глаза и ждала продолжения.

– Твой друг по институту.

– Мы вместе учимся?

– А ты совсем ничего не помнишь?

– Не знаю. Что это за журнал? – Она показала взглядом на стул, на котором лежал журнал про искусство.

– А, это я читал тебе. Про искусство. Ты художница, талантливая.

– Правда?

– Конечно, честно.

– Не врешь?

– Нет.

– Никогда?

– Ты, что-то помнишь?

– Я же сказала, что нет.

– Хорошо, хорошо. Просто мне показалось, что ты меня проверяешь.

– На что?

– На правду.

– А есть другая правда? Мне казалось, она всегда одна. Или ты не договорил?

Он замялся. – Я позову сестру.

– Опять бежишь? Зачем ты здесь?

– Быть с тобой рядом.

– Зачем?

– Помочь в трудную минуту.

– Зачем?

– Так надо.

– Кому?

– Тебе, мне, всем.

– Почему? Зачем это тебе? Я не вижу тут больше никого.

– Твоя мама сменит меня утром.

– А потом?

– Потом я ее.

– Только вы вдвоем?

– Ну, не знаю, наверно.

– Почему? Она понятно, почему ты?

– Это допрос?

– Нет… Да.

Она смотрела на него, он на нее. Ее взгляд пронизывал насквозь, видел или читал все его мысли, как всегда.

– Что ты хочешь от меня услышать?

– Правду.

– Какую?

– Зачем ты здесь?

– Ты хочешь, чтобы я ушел?

– Это не ответ. Скажи правду.

– Я… Я – идиот. Прости меня. И я люблю тебя, жить без тебя не могу. Я должен был уже давно тебе это сказать.

– Значит идиот, я так и подумала.

– Что?

– Да нет, ничего. И что дальше?

– С чем?

– С нами, что будет дальше?

– Ты поправляешься, и мы будем вместе, всегда, если ты, конечно, захочешь. Может, ты и не вспомнишь меня никогда.

– А ты хочешь, чтобы я все вспомнила?

– Да, конечно.

– А как же твой отец?

– Мой отец? – Он улыбнулся. – Я чувствовал, что ты издеваешься.

– А ты опять хотел врать?

– Клянусь, больше никогда. Так ты меня простишь?

– Если ты сам себя простишь.

– Самому мне будет сложнее, я очень зол на себя.

– Так, что твой отец?

Максим сел на кресло и взял руку Маргариты. Он нежно посмотрел ей в глаза:

– Ты не ответила, ты простишь меня? Любишь ли ты все еще меня?

Она сжала его руку и улыбнулась:

– Дурак, ах нет, идиот, прости. Конечно, люблю. Это я бы не смогла забыть. Я была на тебя зла, не спорю, но я поняла, что ты сам страдаешь не меньше. Тебе нужно было время, чтобы самому все понять.

– Ты права, как всегда. Ты всегда понимала меня лучше, чем я сам. – Он поднес ее руку к своим губам и поцеловал. – Я самый счастливый человек на Земле. Ты жива и все еще любишь меня.

– Жаль, что для того, чтобы ты это осознал, меня должна была сбить машина. Я, наверно, жутко выгляжу.

– Ты прекрасней всех. А синяки и гипс, дело временное.

– Так что отец? Ты его уже не боишься?

– Нет. Я был у него вчера, после того как приходил к тебе. Я был в шоке, это и придало мне смелости. Я понял, что мне нечего терять. Если я потеряю тебя, то мне весь мир уже будет не важен. Где и кем я буду без тебя, не все ли равно. Так вот, я пришел и все ему рассказал. Про тебя, про аварию, про то, что я люблю тебя и женюсь только на тебе. А если, тебя не станет, ни одна женщина на планете не заменит тебя. С тобой мне не страшно ничего, куда бы он меня ни заслал, а без тебя мне будет пофигу, может хоть сразу расстрелять. Он внимательно посмотрел на меня, а затем пожал руку и сказал, что он только и ждал, когда я перестану быть тряпкой и стану настоящим мужчиной. А раз его невеста мне не по душе, сказал, веди свою, хочет посмотреть на ту, которая сделала меня человеком.

– Ха, я же говорила. Ой, моя голова.

– Да, ты и в этом оказалась права.

Они молча смотрели друг на друга и улыбались, а их глаза наливались слезами.

– Поцелуй меня. Я, ведь первая не могу, – Маргарита улыбнулась.

– Пора снять этот запрет. – Он наклонился и поцеловал ее.

– Я, все равно, не смогу, пока лежу тут, все эти капельницы.

Они рассмеялись.

– Подожди, ты что-то сказал про женитьбу?

– Я думал, ты не расслышала.

– То есть, мне показалось?

– Нет. Выходи за меня замуж, как только мы будем к этому готовы. Я обещаю сделать все возможное, чтобы ты стала самой счастливой женщиной на Земле.

– Конечно, сейчас еще рано об этом говорить, но я согласна, если ты не передумаешь.

– Почему я должен передумать?

– Ты мало меня знаешь, как и я тебя, впрочем. Может, тебе надоедят мои закидоны или ты увидишь какую-нибудь модельку и передумаешь.

– Ты прекрасней любой модельки. И ты первая девушка, которая смогла проникнуть в мое сердце и разум. Мне нравится в тебе все: твои закидоны, твоя смелость, твоя оригинальность, твои слабости. Ты моя Вселенная. – Он снова поцеловал ее.

Тут дверь открылась, и в палату вошла мама Маргариты.

– Я вам не помешаю?

– Нет, нет, что вы. – Максим встал, немножко сконфуженный.

– Мама, – сказала Маргарита и улыбнулась.

– Дочка, ты очнулась, слава Богу. – Она подошла к кровати дочери и поцеловала ее в лоб.

– Мам, это Максим. Вы знакомы?

– Да, немного. Он переживал за тебя.

– Кому же, кроме него я нужна.

Они нежно улыбнулись друг другу.

Вопреки всему: мнению общества, собственным предрассудкам, угрозам родителя, Максим и Маргарита были вместе. Они любили друг друга, и все жизненные невзгоды легко и смело преодолевали вместе, рука об руку. Главное верить и любить.

«У каждого есть незримая нить,

Которая нам дана, чтобы жить.

Которая сводит вместе двоих,

И помогает видеть своих.

Не можем творить без поддержки небес,

Не можем пройти наш путь без чудес.

Не в силах любовь большую забыть,

Не в праве мы жизнь свою не ценить.

Открой свое сердце любви вопреки,

Дыши полной грудью и смело плыви

Навстречу судьбе на всех парусах,

Ты крутишь жизни штурвал, а не страх».

2014 год.

Вторая редакция 2025 год.