Читать книгу: «Эндорфин»

Эндорфин Глава 1

Анна стояла у огромных окон аэропорта, вглядывалась в даль, думала, что она будет делать, когда прилетит в родной и любимый город. Ей очень нужно было показать своим детям, что она в порядке, чтобы дети перестали ее опекать, следить за каждым ее шагом, менять свои планы, для того, чтоб быть с ней рядом. Два последних года и дочь, и сын были заняты именно этим. Все, хватит. У них своя жизнь, работа, любимые люди, друзья. Но после смерти отца, они все задвинули на второй план, и только заботились о матери. Прошло два с половиной года. Бесконечность … без человека, который окутывал ее любовью и заботой, кажется, всю свою жизнь.

– Мам, нашу посадку объявили.

Макс летел с ней. Он хотел все устроить для мамы, убедиться, что она снова заинтересуется любимым проектом, что она нормально себя чувствует в любимом доме, но теперь без отца. И еще он хотел поговорить с тетей Ритой.

Рита весь день бегала по разным делам, натерла до блеска полы в доме сестры, заполнила ее холодильник продуктами, испекла пирог. И теперь ехала в аэропорт встречать сестру. Она очень соскучилась и переживала за нее, и теперь так рада, что наконец Анна прилетит. У Риты, кроме сестры и племянников, никого нет. Они – ее семья. Эти два года дались Рите очень тяжело. Все свои отпуска она летела к племянникам. Даже пришла к мысли, что, если Анна не вернется к нормальной жизни, она переедет к племянникам и сестре, будет жить с ней и приглядывать. Но теперь, слава богу, Анна возвращается. Это самое лучшее, что могло произойти. Рита понимала, что сестре плохо. Конечно, хорошо себя чувствовать она не может без него. Но… у каждого страдания есть предел, проходит время, и чувства притупляются. Рита это знала хорошо из собственной жизни, да и по роду своей профессии тоже. В конце концов, кому в этом разбираться, как не врачу. Она, конечно, не психиатр, она – гинеколог, но тем не менее … Сейчас она ждала, когда ж увидит сестру, и думала, что с первого взгляда определит, норм ее состояние или нет.

– Моя Аннушка!

Рита обняла сестру и не отпускала долго.

–Теть Рит, я думал, ты меня первого обнимешь. Кто у тебя любимчик, а?

– Сынок!!!

Макс и правда был ее любимчиком. Первый ребенок в их семье, первая неизмеримая радость. Бесконечное количество ночей она провела, качая на руках маленького Максика.

– Нет ты посмотри на него, а … Ты что стал еще выше? Я не понимаю, люди до какого возраста растут?

–Теть Рит!

– А борода, борода… И этот твой бас… Макс, как девушки на твоей работе могут спокойно работать рядом с тобой, а?

– Еще как работают, теть Рит, очень хорошо работают!

– Так это они тебе хотят понравится! 100%! Ань, ну правда же? Скажи…

– Рита, Рита, я рада, что ты не меняешься с годами, все та же тарахтелка.

– А что мне серьезной быть? Зачем? Нам одной тебя – сурьееезной – с лихвой хватает! Все поехали. Сейчас увидишь, что твоя сестра-тарахтелка сделала, сейчас увидишь, какая я супер-хозяйка, супер-садовник, супер-сантехник, да и вообще я супер-сестра!

– Теть Рит, ты еще супер-тетя, да и вообще супер!! Я так считаю!

Рита подмигнула сестре, которая уже сидела на переднем сидении ее авто.

– Теть Рит, ты все так же гоняешь?

– Конечно! Разве ты не знаешь, что я еще супер-водитель?

Анна смотрела на знакомые улицы, и думала, что что-то изменилось, то ли осень убрала краски яркие, то ли солнце село, поэтому ей кажется город каким-то тусклым что ли…

Рита тарахтела всю дорогу. И Анне от этого стало так тепло на душе. «Нет, все-таки я правильно сделала, что прилетела, Рита же тоже не должна быть одна, она не может жить без меня и детей» – думала Анна.

– Смотри, какой стал наш стадион. Смотри, какие дома, новые.

Анна смотрела на новый жилой комплекс на большом холме.

– Какие красивые дома!

– Да, этот жилой комплекс крутой. Это «Лучи». Только, чтоб купить там однушку, нужно продать не одну почку.

– А представляешь какой вид из этих окон! Весь город у твоих ног! И название прям в точку.

Анна не могла оторваться от этих завораживающих зданий. Три высотки стояли на крутом холме. У всех зданий окна были в пол, голубого цвета, и все смотрели на город, где солнца уже не было. А эти дома расположены высоко, и в них попадали и отражались последние лучи солнца. Этот контраст очень понравился Анне. «Ну вот, я радуюсь красивому виду, все со мной норм» – думала она про себя.

– Ань, видишь сколько бутиков на этой улице открылось… Люкс, между прочим. Вот придем сюда завтра, послезавтра, погуляем, присмотримся, может, наконец, сменим твои столетние брюки и футболки. Посмотри на себя, Ань! Это все нужно выкинуть! Во-первых, этим вещам больше лет, чем нашему дедушке было бы сейчас. Во-вторых, они тебе большие! Ты как вешалка для своих футболок!

– Теть Рит, как ты права! Я не ошибался, когда думал, что ты мне в этом вопросе тоже поможешь. Вот невозможно ее переубедить!

– Ой спелись, как спелись, а… Отстаньте от меня. У меня все нормально. Мне нравятся мои футболки! В них комфортно.

– Только окружающим твоим не очень комфортно! Не обсуждается! Все сама выкину! Да и в салон я тебя записала.

– Какой еще салон? Ни за что!

– Самый обыкновенный! Что, ты собираешься идти на встречу с инвесторами, архитекторами в растянутой футболке и кедах с хвостом и ноль косметики? Здесь тебе не Америка! Здесь встречают по одежке.

– Футболки – согласна, уговорили. Но салон – ни за что!

– Теть Рит, ты – волшебница! Это такой шаг вперед! Только ты так можешь.

– Учись, молодежь, пока я даю бесплатные уроки.

Рита тараторила без остановки.

Зазвонил телефон Макса.

– Это Лея. Привет, Лей. Да, все норм, да нет не норм, а отлично. Прикинь, тетя Рита за две минуты уговорила маму сменить ее футболки на что-то приличное. Ага, сам в шоке. Не, Рите не дам трубку, она за рулем. А мне страшно ездить с ней даже когда она не говорит по телефону. Так что твое восхищение и благодарность я передам ей.

– Макс, как ты собираешься это делать? Ну, в каком виде это будет выражаться? Это типа брюлики или типа тортики, а? Или ты просто скажешь мне – теть Рит, ты лучшая? В общем, хочу тебе сказать, что я не против первого варианта.

– Теть Рит, ты правда – лучшая!

– Ну вот, отделался самым легким вариантом…

Подъехали к дому. Анна вышла из машины. Краем глаза и Макс, и Рита следили за ней. Она это понимала. Но слезы не слушались. Просто катились друг за другом. Макс потянулся обнять ее, но она отстранилась. Молча пошла первой, открыла калитку, вошла во двор и остановилась от неожиданности. Ее вьющиеся розы распустились в таком количестве, что закрыли собой всю беседку. Запах их пьянил. Она думала, дом будет пустой и безжизненный. А он встречает ее миллионом роз, будто показывает, как он рад ее возвращению.

Анна не могла надышаться. И уже не понимала, почему она плачет. От печали или радости …

Она открыла входную дверь. Остановилась, вглядывалась в знакомые предметы. Из кухни шел запах пирога. «Вишневый? Вишневый! Рита, Рита, как же я тебя люблю! Как же тут хорошо!» Анна не понимала, как она могла оставить свой дом. Дом, который построил он для нее.

Она зашла в гостиную. Медленно прошла вдоль длинного дивана. В углу у каминной печки лежал любимый большой пуф, он тоже ждал ее. Анна плюхнулась в него. И теперь точно – слезы были от радости!

Рита уже суетилась на кухне. А Макс заносил чемодан.

– Мам, как же тут хорошо! Я хочу здесь жить! Нигде я не чувствую себя так же спокойно и хорошо, как здесь!

– Да, сынок, очень хорошо.

– Вот заработаю кучу денег и приеду сюда навсегда!

– Да, сынок, конечно, приедешь.

– Ну что, мои любимые, как вам, а? Посмотрите на стол. Как вам, а?

– Теть Рит, ты просто волшебница! Это чем так вкусно пахнет? Ничего себе! Маам, подойди!

– А ты думал, что… Тетя Рита может только ЭКО делать? Тетя Рита все может! Я тут и дымоход чистила, веришь? Посмотрела на ютюбе, как это делается, и сделала. Хахаха. Правда потом пришлось весь дом отдраивать, но ничего, в следующий раз не буду трубы отцеплять друг от друга в доме.

– Ты что сажей засыпала мой диван?

– Ага, засыпала, все засыпала! Пришлось клининг вызывать.

Рита еще долго рассказывала свои приключения. Уж что-что, а рассмешить всех она умела всегда.

– Макс, растопи печку. Я хочу сегодня спать на своем пуфе. Чтоб смотреть на отсвет огня по комнате и слушать треск дров. Кайф! Ну и как раз проверим, как Рита прочистила дымоход.

– Отлично я прочистила! Увидишь. Думаешь, я не проверяла? Хахаха. Макс, сиди, я сама растоплю. Как растоплю тут все, и печку, и ваши сердца! Думаешь, не умею? Ох, сколько я сердец по жизни растопила….

Рита не могла остановиться… Говорила и говорила. Всех накормила, убрала со стола, растопила печку.

– Риит, сядь уже, иди к нам.

Рита выключила свет, забралась с ногами на диван. Макс обнял ее. Она, наконец, замолчала. Свет от огня завораживающе играл на каждом предмете в комнате. Не хотелось ничего говорить… Только треск дров… Так тепло, уютно, сладкий запах вишневого пирога…

Утром Анна встала раньше всех и пошла в сад. Сад был большой у них, ухоженный, с красивыми дорожками, с гамаком под тутовым деревом. Сколько летних прекрасных вечеров здесь провела вся семья. Все деревья посадил Алекс собственными руками.

«Его нет, а дом есть, сад есть, и деревья усыпаны плодами, как будто им все равно… я есть, дети есть, как будто нам все равно…»

Через два часа сын нашел ее сидящей под яблоней.

– Макс, сколько здесь запахов, чувствуешь от яблок? Я раньше не замечала. Каждое дерево пахнет по-своему и так приятно.

Макс сел рядом.

– Да, мам. Здесь все по-другому. Наверно, только для нас так.

– Ну, где вы там?

Рита звала всех за стол.

– Мам, давай пойдем. У нас много дел на сегодня и завтра. Ты ж знаешь, я не могу остаться надолго.

– Да, сыночек, пойдем.

Рита за это время испекла стопку блинов.

– Теть Рит, еще один такой завтрак, и я все, увольняюсь и не еду никуда.

– Оказывается, это было так легко? Все, завтра на завтрак будут блинчики с икрой!

– Ну все, мам, можем не спешить, я считай уволился.

–Так, теперь серьезно, давайте все спланируем. Макс, мы сегодня поедем к папе, а потом уже все остальное. Рит, ты сегодня работаешь?

– Да. Но в 2 часа уже освобожусь. Я хочу с вами на кладбище.

– Нет, в этот раз мы поедем вдвоем. А с тобой еще успеем сто раз. После обеда у нас встреча с Гариком.

– Ань, ты не можешь поехать на рабочую встречу в таком виде!

– Я тебя умоляю, это ж Гарик! Какая еще рабочая встреча!

– Мам, то, что он ваш давнишний друг, не отменяет того факта, что он еще и партнер по работе, к тому ж с ним будут еще оба архитектора, которые занимаются нашим проектом.

– Макс, я сейчас не в состоянии ходить по магазинам.

– Ок, Ань, тогда выбери из моих вещей, а потом купим.

– Ну все, поехали к теть Рите, потом каждый по своим делам.

– А вы на чем собираетесь передвигаться? Давайте я вас завезу на кладбище, а обратно уже на такси придется.

– Да, разочек проедемся на такси, что такого… А потом заберем у дядь Гарри мамину машину. Да, Мам?

– Да.

–А с папиной что будем делать? Мам, она тебе нужна? Может продадим? Хотя, можем так и оставить у дядь Гарри, я буду на ней ездить, когда буду приезжать.

– Продавать не будем. Пусть пока… Потом решим.

Ритины вещи тоже оказались большими, но терпимо…

– Ань, какой у тебя размер вообще?

– Фиг знает.

– Надо тебя откормить.

День был солнечный. И город уже не казался тусклым. «Какая архитектура у нас все-таки!» – Анна старалась думать обо всем на свете, кроме того, что сейчас поедет к нему. Пульс 120 и рядом Рита без остановки что-то рассказывает. Анна закрыла глаза и как будто выключилась на минуту. Тут же очнулась, приоткрыла глаза и увидела золотое море. « как хорошо…высоко…красиво…море уносит меня…золотые волны» Она очнулась полностью и поняла, что деревья за окном в золотом убранстве создавали такой эффект. «Слава богу, это деревья»– подумала она. В другой раз Анна поворчала бы, чтоб Рита сбросила скорость, но сейчас ей так не хотелось нарушать это чувство опьянения и небольшого головокружения.

Доехали.

– Макс, если че, звони, я все брошу…– тихонечко шепнула Рита. Макс кивнул, помог маме выйти из машины, обнял ее за плечи и повел.

Глава 2

«Почему я не могу повлиять на смерть… я могла создавать жизни… могла менять жизни… каждый может…могла дарить счастье…а могла и сделать несчастным…разве это не больше, чем какая-то физиологическая смерть…»

С мраморного камня на нее смотрел ее Алик. Александр. Смотрел, как всегда, красивыми светлыми и добрыми глазами.

«Я здесь, видишь… я буду здесь… всегда… ты похож на ангела… всегда был похож… прости, что долго меня не было…теперь я никуда не уеду… обещаю… ты рад? … конечно рад…я тебя знаю…прости меня…прости…как же я люблю тебя…»

Ей казалось, что слышит его голос, что он ей отвечает.

«Хочешь, я буду приходить каждый день… нет? … а я буду…я хочу…мне ж нужно знать, что ты скажешь завтра… почему смеешься? …я ж не слушалась тебя и раньше…ты видишь, что я не плачу…знаешь, как расцвели твои розы…беседки не видно…дома все хорошо…и мне там хорошо…не переживай…Макс хочет там жить…правда…можешь спросить у него…я здесь теперь буду…как я могла уехать… зачем ты меня здесь оставил…»

–Маам, хватит.

–Да, сынок. Я сейчас.

«Алик, помоги мне…или забери меня…прошу тебя… помоги, пожалуйста…если я должна быть тут, дай мне сил не сойти с ума»

Гарри изменился. Поправился. Поседел. Но лоска не потерял. Настоящий лев.

– Аня, как я рад!

– Я тоже, Гарик. Обещаю, больше не уеду!

– Я очень рад! Только ты мне не нравишься…

– Вот не начинай, пожалуйста… Мне вон Риты хватает по горло… Я норм. Я ж лучше знаю…

– Оооо, узнаю нашу Аню… Макс, не ну ты посмотри на него, борода какая, мужчина, понимаешь!

– Здравствуйте, дядь Гарри! Я очень рад вас видеть!

– Макс, мама норм? Мы ж ее не будем слушать, мы сами решим…

– Уже норм, дядь Гарри, но … не расслабляемся.

– Ну, давайте, рассказывайте, как вы…

– Да что рассказывать, Макса вон видишь, все девушку не выберет никак. А выбрать-то есть из кого… Он все тормозит.

– Макс, как так? Твой отец совсем не раздумывал. Увидел Аню и все, взял в охапку и привез к себе. Не думал и не сомневался ни секунды.

– Это ж моя мама! Думаю, она много сердец разбила в свое время. А папа оказался самым решительным. Вот и я ищу такую, чтоб не сомневаться и не думать. Если встречу такую, думаю пойму. А уж взять в охапку… это я быстро…

Все смеялись. Макс обладал искренностью, которая в сочетании с внешним видом большого сурового дяди, очень подкупала.

– Хороший мальчик у тебя, Ань. Макс, надумаешь сюда переехать, я первый об этом должен знать. Теперь, скажи пару слов, как Лея.

– Вот у кого все правильно, так это у моей сестры. Она умеет все спланировать, расставить по местам и раздать всем роли. Так что, все замечательно.

– Да, характер у нее от Ани. Молодец.

– Дочка же у нее, Гарик, такая лапочка. Вот кто на меня похож, так это маленькая Софийка. Скоро привезу ее сюда, увидишь, что это за чудо!

– Ну если она на тебя похожа, то не сомневаюсь, что чудо! А зять?

– А вот зять, как ты, с утра до вечера в делах, сегодня дома, завтра в Китае. Но Лею любит сильно, я вижу. Поэтому мне спокойно. Ты про себя скажи. Как семья? Как Лина? Дети?

– Вроде, все по-старому. А ты приходи, Анечка. Лина рада будет тебе, и дети тоже. Вот спокойно посидим, поговорим, рыбку пожарим на гриле твою любимую.

– Конечно, немного освоюсь и начну по гостям ходить да рыбки кушать. Гар, давай теперь о делах. Как наша стройка? Расскажи. Да и что ты вообще думаешь про это дело. Только честно.

– Ань, я когда-нибудь был нечестен с вами?

– Да нет, я просто думаю, что ты сейчас будешь меня успокаивать, говорить, что все отлично, а ведь за два года многое могло измениться.

– Ну, изменения на рынке есть, конкуренция выросла. Но не думаю, что это в корне может поменять твои планы. И вообще, остальные гостиницы, они друг другу конкуренты, не тебе. Если, конечно, ты хочешь продолжать дело.

– Хочу, Гар, все сделаю, чтоб довести до ума наш проект.

– Хорошо, очень хорошо. Ты одна будешь здесь?

– Да, дядь Гарри, но я в любой момент прилечу.

– Твоя мама справиться, сынок. Да и у нее есть я, вся моя компания, Серж, Роб, все на своих местах. Ань, когда сможешь поехать посмотреть стройку? Я ж ее заморозил. Но в любой момент можем начать.

– Дядь Гарри, а архитекторы?

– Да, Макс, я им сказал приехать через час. Хотел ваше настроение сначала понять.

– Можем хоть сейчас поехать. Да и Макс через пару дней улетает, поэтому чем раньше, тем лучше.

– Ну тогда поедем, архитекторов позову на объект.

По пути на стройку Гарри показал два больших торговых центра, которые построила его компания за последний год.

– Круто, Гарик. Что сейчас у тебя в процессе?

– Решил переключиться на жилые комплексы. Спрос большой. Один на завершающем этапе, он возле малого парка. Место отличное. Все квартиры уже выкуплены. Думаю, я немного ошибся, нужно было проект побольше утвердить. Но ладно. И другой, на стадии котлована. Вот там я разгуляюсь.

– А этот комплекс где?

– У стадиона со стороны проспекта. Кстати, его спроектировали ваши Рома с Лизой. Они, конечно, крутые ребята. У меня для них еще есть работка. Ну и вашу гостиницу, конечно, дострою.

– Гарик, ты лучше мне про конкурентов скажи. Или лучше знаешь, есть у тебя аналитик? Я б заказала ему срез сделать по моим конкурентам.

– Ну вот, Макс, твоя мама взялась за дело. Хахаха , теперь конкуренты в жопу ужаленные будут бегать, хахаха. Есть, Ань, хороший у меня мальчик есть, сидит дома в своем ноутбуке, а все про всех знает. Если вдруг не знает, то не заснет, пока не узнает. Он мне знаешь какие отчеты готовит, ууу, с таблицами для сравнения, с оборотами компаний, с именами лучших специалистов у конкурентов и суммами их зарплат. Вот так вот.

– Даа, дядь Гарри, не зря папа говорил, что у Гарика хватка питона.

– Хахаха, питона… Только так можно оставаться на гребне, Макс, если ослабить эту хватку, начнет все разваливаться потихоньку.

Так ребята, вот и приехали.

Анна не могла оторвать глаз от своего детища. Это был впечатляющий комплекс зданий. Практически законченный. Крышей все перекрыто. Только вместо окон в пол – большие черные дыры. От каждого окна наружу выдвигался, на первый взгляд, балкон, только странный немного, большой и без стен по периметру, только пол, как будто там еще одна комната должна была быть, но от нее построили только пол и все. Это по просьбе Анны спроектировали Рома с Лизой в каждом номере гостиницы оранжереи или зимние сады. Весь проект пропитан идеей природы и снаружи, и внутри. Всего в комплексе одно большое здание и два по бокам поменьше. Расположены полукругом, в центре и на заднем плане – большое здание, а по бокам маленькие выдвинуты вперед. Большая территория напротив центрального здания планировалась как парк. И также каждое здание имеет большой внутренний двор, а вернее внутренний парк. Алекс хотел посадить в этих внутренних дворах какие-то немыслимые деревья.

Приехали Рома с Лизой. Молодые, горячие, любящие свое дело и друг друга. Этот гостиничный комплекс был их любимым проектом. Они, конечно, мечтали довести дело до конца. У Лизы в голове за два года простоя скопилось столько интересных идей для Анны. Мужчины поняли, что они потеряли Лизу и Анну на ближайшие пару часов.

– Анна, смотрите, я все перерисовывала сто раз уже. Видите эти переходы из одного корпуса в другой. Так вот мне важно знать, какие деревья здесь у нас будут по центру. Потому что от этого зависит какой мост-переход мы сделаем. Давайте определимся с деревьями. Мне бы хотелось хотя бы в одном корпусе чтоб были большие лианы. Знаете, они есть, вырастают большими и толстыми, как деревья. Если мы их утвердим, то переходы в этом корпусе будут каркасами для лиан. Понимаете?

– Да, моя девочка, понимаю. У тебя всегда крутые идеи. Давай я подумаю над всем этим. Обещаю долго не думать. Но пару недель мне нужно. А вот эти круги я не поняла, что это?

– А, это место вывода водопровода, если вы захотите сделать какие-то водоемы. Но вот это тоже зависит от концепции насаждений в парковой зоне. Вот у меня есть проект с двумя маленькими водоемами, еще есть с одним большим, ну и еще вот без воды. Как вы думаете, посмотрите.

– Лиз, я это все должна изучить подробно. Как буду готова, встретимся и обсудим то, что я выберу, да и мне кучу всего будет не понятно, вот объяснишь мне.

Анна подумала, что для начала нужно посмотреть аналитику по городу, потом уже поймет, что меняет в проекте или добавляет.

– Ань, я вас отвезу на базу, а оттуда вы уже на своей, да?

– Да, Гарик, а Алекса машина пусть пока постоит.

– Да сколько нужно, столько и постоит.

Анна села за руль своего Ровера. Свето-бежевый кожаный салон – любовь. Его тоже выбрал Алекс. Аня хотела небольшую красивую машинку, но Алекс настоял на внедорожнике. Так безопаснее.

«Он выбрал меня, а потом выбирал все для меня…а ведь я всегда была уверена, что я выбираю по жизни…»

Анна от вождения получала особое удовольствие, никогда не спешила, не нервничала. Если попадались на дороге идиоты (а они практически каждый день попадаются), она спокойно, даже ласково говорила: «Ну куда ты лезешь, дорогой, а, ну что пропустить тебя что ли, идиотов нужно пропускать» или «Кыш, курочки, кыш, сейчас я проеду, ну, давайте, кыш отсюда».

– Мам, что думаешь по стройке?

– Думать нечего, Макс, нужно делать, мы и так вон сколько простояли. Я рада, мне некогда будет думать о чем-то другом. Вот получим аналитику и решим, что да как.

– Мам, нужно еще присмотреться к ценам на материалы. Я спрашивал дядь Гарри, он говорит, в пределах разумного. Но, думаю, нам нужно знать все-таки. Он может не говорить, не менять наш договор, и сам покрыть разницу.

– Да, это он может.

– Я сегодня прозондирую и, если динамика роста приличная, будем менять договор.

Вечером, пока Анна была в душе, Рита позвала Макса во двор в беседку.

– Сынок, у меня разговор есть.

– Ха-ха-ха. И у меня есть, теть Рит.

– Да? Ну ты начинай тогда.

– Нет, пока я не услышу твое, не скажу!

– Ладно, сынок, как ты смотришь на то, чтобы уговорить маму жить у меня, ну может хотя бы первое время?

– Ха-ха-ха-ха, я с каждым днем все больше убеждаюсь, что мне нужна девушка, такая, как ты, теть Рит. У нас же мысли сходятся с тобой. Я ровно это же хотел тебе предложить. Только, думаю, к тебе она не пойдет. Нужно тебе собирать вещи, теть Рит, и к нам.

– Тут ты прав, мммм, но, думаю, даже при таком раскладе, нам нужно ее уговаривать. Сейчас начнется – я могу прекрасно одна – не меняйте из-за меня привычный уклад и тд и тп

– Это я возьму на себя! Спасибо, моя супер-тетя!

– Ха-ха-ха, где мой брюлик, Макс?

На удивления обоих Анна быстро согласилась с переездом Риты к ней. Просто, она всегда хотела этого, сердце всю жизнь болело из-за одиночества сестры. Но раньше при Алике Рита бы не согласилась на переезд. А сейчас как раз время, да и не молодеем же…

– А я сама хотела так! – заявила она, – Бесплатный повар кому не нужен, а …

– Так, да? Видишь, Макс, зачем я ей нужна?

– Теть Рит, за это я тебе отдаю свою комнату! Она, между прочим, лучшая! И еще никто не удостаивался такой привилегии!

– Нет, дорогой, я буду тут внизу в гостевой.

– Нет. Ты будешь в комнате Макса. Потому что я буду внизу. В своей я спать не буду. Меня вообще пуф устраивает лучше всего. Наверх я не пойду и это не обсуждается. Да и думаю, там сделаю другой ремонт в моей спальне, и дальше, Макс, она твоя, но с одним условием – ты туда заезжаешь с женой.

Это был спокойный, но ставящий точку во всех ситуациях, тон Анны. И окружающие его знали хорошо.

– Ой, лучшая идея! Макс, теперь у тебя нет здесь места, пока не женишься! Ха-ха-ха Супер, мне прям нравится!

Глава 3

Следующие пару дней прошли в суматохе переезда Риты. Свою квартиру она решила сдавать, а для этого ее нужно было подготовить. Макс перевозил вещи, Анна ворчала, как их много, и как они вообще помещались в ее маленькой квартире.

Настал день отъезда Макса. Рита собрала большой чемодан подарков для Леи и ее семьи.

– Теть Рит, у меня билет без багажа, как я все повезу?

– Это вот меня совсем не волнует… надо ж додуматься купить билет без багажа…

Пришлось докупать багаж.

– Мам, я в любой….

– Я все знаю. – перебила его Анна.

В 6 утра Макс улетел. Две женщины, одна – с хвостом золотых с проседью волос, другая – с непослушными разлетающимися каштановыми волосами долго сидели у огромных окон аэропорта. Они не разговаривали. Со стороны смотрелись, как мать и дочь.

«Все хорошо…все правильно…я справлюсь…»

Потом так же молча встали, пошли на стоянку, сели в машину Риты и молча поехали на кладбище.

– Сыночек мой, пусть у тебя все будет замечательно. – протяжно сказала Рита. Аня чувствовала головокружение, и в какой-то момент поняла, что сейчас отключится…

– Рит, я посплю.

Рита что-то сказала, но Аня уже не слышала. Ее уносила волна горячей и почему-то горькой на вкус воды. Много разных рыб плавало вокруг нее, больших и маленьких, красивых и страшных, и их становилось все больше… Аня присмотрелась – у рыб человеческие лица. И они толкались и зажимали ее. Анна гребла в противоположную сторону, но волны и эти рыбы-люди были сильнее…

Очнулась. Ее тормошит Рита.

– Аня, что с тобой?

– Ничего.

– Аня!

– Я ж сказала посплю. Не начинай, все нормально.

– Двадцать секунд? Аня, ты сейчас пытаешься обмануть врача. Ты потеряла сознание!

– Ладно, Рит, кого я обманываю… это со мной бывает, не переживай. Ничего серьезного нет. Я обращалась там в клинику, мне все сделали, МРТ, КТ, анализы, все норм. Не переживай.

– Боже, Аня, не переживай? Да я сейчас чуть инфаркт не получила? Что тебе сказали в итоге?

– Ну… пришли к выводу, что это такая защитная реакция организма…индивидуальная… ну… когда я переживаю, организм выключается, чтоб сберечь себя от инфаркта, например, ну… или еще чего там…ты лучше знаешь…

– А почему я об этом не знала?

– Никто не знает, Рит, не вздумай детям сказать.

– Что? Ты хочешь сказать, что ты, живя у них, ходила к врачам, без них, и они не догадывались? Ты меня за кого держишь?

– Да, Рит, без них, ходила. А что ты хочешь, чтоб они совсем с ума сошли? Я все сделала, чтоб они не узнали!

– Покажешь мне бумаги!

– Покажу, покажу.

– Нет, ты одна ездишь за рулем, это … это… нельзя так…

– Рит, за рулем или когда работаю, такого не случается. Видимо, мозг занят другим. Это происходит, когда я ничего не делаю, как сейчас. Ты ж за рулем. Вот была бы я, все б нормально было. И вообще, это редко случается. Вот первый раз после приезда. И это мне надо сильно переживать, чтоб такое случилось. Я просто не думала, что отъезд Макса так подействует на меня.

Аня подумала, что ведь это и правда так, хотя сейчас она все придумывала на ходу, но то, что ее отключения не случаются во время работы или за рулем, это правда.

– Покажешь бумаги, мне нужно увидеть!

– Покажу, покажу, успокойся.

Рита все расспрашивала, у каких врачей была, какие исследования делали, как это происходит, что она чувствует перед потерей сознания.

Подъехали к кладбищу.

– Если ты будешь реветь, я сейчас же еду обратно.

– Нет, Рит, я и прошлый раз не плакала.

« Ты что сегодня такой улыбающийся…ааа…Риту увидел? …все правильно…она много сюда ходила без меня, да… вижу, что ходила…Макс улетел…это хорошо…мне так нравится, что ты улыбаешься…поговори с Гариком… что мне сделать для него…помоги мне…давай всегда будешь так улыбаться…я сказала, что Макс улетел? …хочешь, я каждый раз буду Риту привозить? … Алик, помоги мне…»

Рита ругала сестру, а сама стояла за ней в слезах.

– Ань, вот поеду на работу с красным носом. Что подумают люди?

– Думаю, они привыкли тебя такой видеть…

Дома Аня сказала сестре, что бумаги с клиники она выбросила, чтобы детям не попались. Рита, само собой, не поверила.

– Завтра ты едешь со мной ко мне на работу! И это не обсуждается!

Ну вот, у Риты оказывается тоже есть этот тон. Аня взглянула на нее и поняла, что не надо перечить. Как бы она не боялась и не хотела идти к врачам, но теперь придется… Да и сама узнает, что происходит. Больше всего боялась МРТ.

На удивление Ани, все действительно оказалось так, как она выдумала на ходу. Ни МРТ, ни другие обследования не выявили каких-либо причин ее такого состояния. Подруга Риты, а по совместительству невролог их клиники, сказала, что еще поговорит с психиатром, а потом только скажет все Рите. Психиатр захотел сам посмотреть на Аню. Но Аня в этот раз наотрез отказалась.

– Вот, ты мне не поверила, и повела опять облучаться. А я ведь тебе правду говорила. Я все это уже проходила! Убедилась? И у психиатра я была, говорю же. И заключение его я тебе тоже сказала!

Не согласиться Рита не могла. Все выдохнули.

Аня подумала, что интересным образом оказалось правдой все, что она выдумала. Может ее организм выключается и правда оберегая саму себя от большего. Но только она прекрасно понимала, что не от инфаркта оберегает она саму себя, точно не от инфаркта.

Будучи подростком, лет с пятнадцати, Аня производила на окружающих странное впечатление, будто в ней какая-то тайна, которую никто не мог понять. На самом деле она все происходящее в жизни переживала настолько глубоко, что, когда закрывала глаза, у нее появлялись видения. Иногда это были фантастические существа, которые вырастали из маленькой точки в большие и взрослые, их становилось все больше, они пыхтели и толкались, стараясь занять как можно больше места в голове Ани.

Иногда это были наложенные друг на друга геометрические фигуры, чаще круги, которые пульсировали и, если в них вглядываться, то они начинали расти. Аня очень старалась не смотреть на них, но мозг ее не слушался.

Иногда просто темное тягучее вещество, которое все тяжелело и тяжелело, и Аня чувствовала, что это она и есть, и если сейчас не остановить этот процесс, то она продавит и кровать, и пол, и землю. Часто она ощущала себя в воде, и волны уносили ее от берега, она гребла, что есть силы в обратную сторону, но это не помогало, постепенно вода становилась клейкой массой и грести в ней было все сложнее и сложнее…

Реальные галлюцинации, вызывающие море ощущений, от которых она плакала или у нее сжималось горло, и начиналось удушье. Эти видения начинали расти в размерах и уже не помещались в голове, именно в этот момент она паниковала, старалась мысленно их продвинуть ниже в грудную клетку, от этого начиналась тахикардия. Она не могла никому сказать об этом. Понимала, что ей нужен врач, но сказать об этом никому так и не смогла. В моменты сильного удушья она выходила на улицу на свежий воздух, особенно это помогало зимой, когда в лицо резко бил морозный воздух, удушье отступало.

В какой-то критический момент с тахикардией она мысленно громко сказала себе – ты можешь это победить! Заставила себя дышать глубже и реже, не думать о том, что у нее перед глазами, понимая, что чем больше она об этом думает, тем больше растут ее видения. И еще в какой-то момент с удушьем, она начала разговаривать с Богом. Не молиться, а разговаривать. Это успокоило ее и помогло отвлечься. С каждым днем она все больше разговаривала. Это спасало. Но начались бесконечные проверки – а слышит меня Бог или нет сейчас. Это у нее проверялось просто ощущением, как-то она понимала, когда он ее слышит, а когда нет. И если не слышит, она старалась сконцентрироваться на мыслях и своих обращениях к нему. В любом случае эти разговоры подвинули галлюцинации в ее голове и стало легче.

Аня научилась держать себя подальше от переживаний, не принимать какие-то события или каких-то людей очень близко к сердцу, не подпускала никого и ничего ближе определенной ею черты. Она не смотрела триллеры и психологически сложные фильмы. Выбирала для общения людей спокойных и рассудительных. Длилось такое ее состояние много лет. Через лет пять видений стало меньше, не каждую ночь, потом еще меньше. Последние галлюцинации у нее были перед рождением Макса. Все, с рождением детей это все прошло и не напоминало о себе ни разу.

Сто лет. Пока не умер Алик.

После его смерти вернулись галлюцинации, но они другие. Во-первых, это все происходит днем. Во-вторых, эти ее состояния иногда даже приятные, не страшные. И вместо Бога теперь она разговаривает с Аликом. Ну и она после пары секунд видений отключается. Анна видела четкую связь между состоянием ее ранней молодости и сейчас. Но не сильно переживала, потому что вырастила детей, а дальше … будь что будет…станет невмоготу, она знала, какие таблетки ей выпить, чтоб не проснуться.

Глава 4

Октябрь закончился. С деревьями так и не решила Анна. Вот Алик бы сразу решил, что сажать и куда. А она… сказала Лизе пусть закладывает в проект, как сама решит. В итоге в обоих боковых зданиях заложены лианы, фиг пойми теперь, где их купить. А в центральном – много разных кустарников. Для парка на улице Анна наняла другую компанию. Дел было много. По отчету аналитика Гарика, Анна поняла, что хороших гостиниц в городе много. Особенных мало. В принципе, как и пару лет назад. И еще нет гостиницы с очень крутым СПА. А в концепцию ее проекта СПА вписывался замечательно. Поэтому, все члены семьи поддержали идею Анны отдать подвальный этаж большого здания под СПА, а для склада, который там раньше планировался, построить отдельный блок. Анна дала детям задание разведать все крутые СПА-салоны у себя. А Рите – то же самое у них. Домой Анна приходила поздно. Утром – на стройку, вечером – к Алику, а потом домой. Дома по вечерам хорошо, Рита тарахтит, как всегда, Анна отчитывается за день Лее.

– Дочь, ну, когда ты мне доверишь Софийку, а? Я очень хорошо себя чувствую. Вон Риту спроси. Я целый день работаю. На кладбище не езжу.

– Мам, кого ты обманываешь?

– Лей, вот как хочешь, а я, когда закончу этот этап стройки, вылетаю за Софийкой.

– Хорошо, мам. Ты закончи пока.

– Мы ж здесь с Ритой по очереди будем пылинки сдувать с малышки.

– Конечно, мам, я может сама ее привезу. Да и соскучилась я, приеду с вами побуду немного.

На этом и договорились.

Рита следила за сестрой, как могла. Понимала, что Анна чуть ли не каждый день на кладбище. Не могла решить, как же это прекратить. Никакие аргументы не помогали. «Я быстро поговорила с ним и назад, что ругаться» Но Рита видела, что это зависимость. Детям говорить не хотела, потому что это ничего не изменит, а только они еще больше переживать будут.

– Не будешь меня слушать, Ань, начну тебя таблетками кормить.

– Ха-ха-ха, как ты себе это представляешь? Сегодня на обед кветиапин, пожалуйста, приятного аппетита.

– Ань, я серьезно, Лее скажу, получишь ты потом от детей.

– Нет смысла, Рит, я сама все понимаю. Я очень стараюсь это прекратить, поверь.

– Ань, давай я тебе легенькие таблеточки дам. Ты легче выйдешь из этого состояния. Я самые безобидные дам.

– Нет, я справлюсь, обещаю.

На следующий день Анна по привычке после работы поехала к нему. День был мрачный, в пять вечера темно было, как будто уже десять. Да и дождь собирался.

« Вот видишь, Алик, все настаивают на том, чтоб я не ездила к тебе…дети…и Рита…и ты…я же столько тебя не видела…Алик, помоги мне…я завтра не приеду…и послезавтра…ты этого хочешь?…»

У нее первый раз после приезда потекли слезы.

« Алик, помоги, пожалуйста… Алик …я не справляюсь…хотя всем обещала…и тебе обещала…и себе…помоги»

Анна не заметила, как начал моросить дождь. Она присела на камень, поближе подвинулась к Алику.

« Так темно…я не вижу тебя…»

Дождь усилился.

«Алик, ты что плачешь…Алик…»

Анна положила голову на мраморную плиту и отключилась.

Каждый раз, когда такое случалось, она быстро приходила в себя. И сейчас пришла в себя, но только не понимала, что происходит. Ее кто-то нес на руках, громко приговаривая: «Вот, что ты делаешь, Аня, а, что ты делаешь? Ведь умная ты девочка, но что ты делаешь, а»

«Алик?.. я умерла, наверно…»

–Где твои ключи? – мужчина приставил свою ногу к машине Анны, посадил ее на ногу, одной рукой придерживал ее, другой взял ее сумочку, нашел там ключи. Посадил ее на переднее сидение, сам сел за руль. Все это время он приговаривал: «Ну вот что ты делаешь, а, вот что мне теперь делать, а, Ань»

Анна в машине пришла в себя окончательно. Ясно, что она в машине и не может унять дрожь в руках и ногах. Руки сцепила вместе и пристально посмотрела на мужчину рядом.

– Дэн?

– Что, Ань, что? Вот что ты делаешь? Ты умереть хочешь? Что ты хочешь? Скажи мне. Посмотри на себя. Все, хватит, больше я так не могу. Мы едем в больницу.

Анна потерялась совсем. Она его не видела ну лет пять точно. Да и не общались они нормально сто лет. Откуда теперь он взялся?

– Отвези меня домой, пожалуйста.

Дрожь не унималась.

– Аня, ты вся мокрая и дрожишь, ты заболеешь. Мы едем в больницу.

– Нет. Дома Рита. Отвези домой.

Этот спокойный, но непоколебимый тон Дэну был знаком. Она ровно таким тоном сто лет назад сказала ему – Нет.

– Аня, думаешь я это так оставлю? Я найду номера твоих детей. Сегодня же найду. Они узнают, сколько времени ты на кладбище проводишь. Я тебе не Рита.

– Дэн, ты следил за мной?

– Почему сразу следил? Я проезжал мимо. А могила Алекса видна с дороги, вообще-то. А на улице вон что, апокалипсис.

– Ден, ты следил за мной.

Ден замолчал. Она все поняла.

– Аня, я умру с тобой. Ты же знаешь.

Аня закрыла дрожащими руками лицо.

Дальше ехали молча.

Рита услышала шум машины, выбежала на встречу с зонтом. Удивлению ее не было конца, когда из машины сестры вышел мужчина ростом под два метра весь мокрый. Он быстро обошел машину, открыл дверь, взял Аню на руки и понес к дому. У Риты замерло сердце.

– Божечки, что случилось?

– Все хорошо, Рит, не бойся. Где у вас тут душ?

– Дэн?

У Риты в голове все перемешалось. Она побежала за ним. Как? Что случилось?

– Открой горячую воду.

Дэн поставил Аню под горячую воду прямо в одежде. Держал ее двумя руками, чтоб она не упала. Рита смотрела на них круглыми глазами.

– Я норм. Дэн, отпусти меня.

Он не отпускал, он не мог ее отпустить. Просто смотрел на нее, как вода бежит по ее лицу.

– Дэн!

Он отпустил. Вышел из ванной.

– Аня, что случилось?

– Рит, принеси мне одеть что-нибудь.

Рита вышла из ванной. Дэна не было нигде. Она пошла в комнату, взяла вещи и вернулась. Его не было. Он ушел.

Аня все рассказала сестре.

– Это очень плохо, Рит, очень плохо.

– Да, Ань, не представляешь, как мне его жалко. Я хорошо представляю себе, что значит любить всем сердцем человека, но знать, что никогда ты с ним не будешь. Сейчас увидев, как он смотрел на тебя, я поняла, он не забыл, не забывал ни минуты. Мое сердце разорвалось в клочья. Раньше я думала, у него тоже семья, ну пусть он женился, потому что надежду потерял. Да и жена его, как зовут-то ее, все ж знали, что она по уши в него всегда была влюблена. Вот он и решил, пусть хоть кто-то будет счастлив. Потом у него дочь родилась. Я подумала, что вроде все не так уж и плохо.

– Да, замечательная дочь у них.

– Ань, как он смотрел на тебя…

– Что делать, Рит? Что делать?

– Не знаю… С другой стороны, Ань, вот если бы не было такой ситуации, как сегодня, может ничего бы и не произошло. Он же увидел ужасную картину, ты упала на камень и лежала под дождем. Ну, ведь его реакция понятна. Ты сама довела, в первую очередь себя и потом его тоже до этого. Может, дальше ему хватит благоразумия не вмешиваться в твою жизнь. Конечно, если больше не увидит тебя в таком состоянии. Знаешь, меня больше ты беспокоишь. Думаю, ты не оцениваешь свое состояние реально.

– Ты права. Я похоже не очень справляюсь.

Зазвонил телефон.

– Это Лея. Рит, возьми трубку, я не могу сейчас. Она поймет, что что-то не то.

– Алло.

– Теть Рит?

– Да, мое солнышко. Мама уже заснула. Сегодня поздно пришла с работы, на улице дождь, промозгло. А она согрелась на пуфе у печки и заснула. Не хочу ее будить.

– Ааа, хорошо, теть Рит, как вы, вообще, может мама сильно устает?

– Неет, это сегодня только так заснула, не переживай.

– Хорошо. Я знаешь, чего звоню то? На радостях звоню! Не могу держать в себе. Я… прилечу к вам с Софийкой…на Рождество!!! О-о-о-о-о!

– Ух ты! Ничего лучшего я не могла услышать сегодня! Девочка моя, как я рада! Ура-ура-ура! Слушай, раз так получилось, что ты мне сказала, может, маме сюрприз сделаем?

– Точно! Теть Рит, ты супер!

– Вот заладили племянники, супер пупер, я и сама знаю, что лучше меня нет.

– Получается через месяц, теть Рит, а сможем столько времени держать все в тайне? Сейчас Максу позвоню скажу, чтоб не проговорился.

Рита положила трубку, посмотрела на Аню.

– Рит, дай мне твои легенькие. Они сработают через месяц?

– Завтра проконсультируюсь у нашего психиатра.

Глава 5

Дэн шел пешком. До машины. На кладбище. Дождя он не замечал. Всю дорогу у него перед глазами было лицо Ани, по которому льется вода.

Ему было 22, когда он первый раз увидел ее. В тот день он купил себе дорогой мотоцикл, впервые в жизни он сам заработал на такую покупку. Радость переполняла его. Он погонял немного. Потом показал всем своим друзьям. Потом опять поехал кататься. Решил погонять по холмам у речки. Ветер в лицо его пьянил. Он быстро спустился до речки. А вот обратно наверх уже сложно было. Проехал, где мог. Остановился передохнуть и решить, как дальше ехать.

Тут увидел на дороге наверху компанию ребят. Они явно шли на речку. С краю шла девушка и… и, как будто, светилась. Он не мог оторвать от нее взгляда. У нее были длинные, почти до пояса, волосы золотого цвета. Именно золотого, не рыжая, не блондинка, а именно золотая. Она весело подпрыгивала время от времени. И ее волосы разлетались и еще больше искрились. Компания быстро сравнялась с ним. Кто-то крикнул: – Привет, Дэн, пошли с нами на речку!

Дэн судорожно вдохнул воздух. Он понял, что не дышал все это время. Острая боль кольнула под ребро. Еще раз вдохнул, вроде полегче.

Ребята отдалялись. Он догнал их у речки. Все побросали сумки, кепки, разделись и смеясь побежали в воду. Дэн сел на траву и наблюдал за ними. Вернее, за ней. Ребята веселились, толкали друг друга, кричали и смеялись. Дэн не слышал ничего. Его звали в воду, а он улыбался им и ничего не отвечал, потому что не слышал. Он смотрел, как худенькая девочка в голубом купальнике хохотала пока лезла на большой камень и с него прыгала бомбочкой в воду. Выплывала, и по ее лицу и волосам текла вода.

Той ночью Дэн не смог заснуть. Он четко понимал, что пропал. Закрывал глаза и видел, как она спускается к нему, подпрыгивая, и солнце светит сквозь ее волосы.

Утром он разузнал про нее все. И его жизнь обрела смысл и цель. Ему нужна Анна. Он должен добиться ее любви.

Нужно сказать, что к тому моменту у Дэна была интересная ситуация на личном фронте. Уже пару лет, как он, и все друзья видели и понимали, что в него влюбилась Лара, девочка из их компании. Девочка красивая. Эта ситуация, конечно, льстила его самолюбию. Но какие-то шаги он не делал. Она всячески показывала Дэну свое отношение. А недавно прямо сказала ему все. Он обнял ее, посмеялся, и сказал, что рано еще ей об этом думать.

– Ты сначала школу закончи.

– Да мне год последний остался!

– Вот через год и поговорим.

Так и ждала она разговора и представляла, как он ей делает предложение. А потом … потом она услышала, что Дэн начал ухаживать за Аней. И что она его отшивает вроде.

Лара не могла с этим смириться.

Многое произошло в следующие пару лет между этими тремя. Лара не раз разговаривала с Дэном. Ему пришлось честно сказать, что влюбился.

– Но ведь она тебя не любит! Зачем она тебе?

– Она просто пока не знает. Я добьюсь.

Лара даже разговаривала с Аней. Аня посмеялась.

– Если он тебе не нужен, почему не отпускаешь?

– В смысле не отпускаешь? Да забирай с руками и ногами! Я его никогда и не держала, я посылаю его каждый раз. Это он не понимает.

– Значит, пошли так, чтоб понял!

Аня и правда его отшивала. Она всех отшивала. Лет с шестнадцати.

Подростком она была самым обычным. Особо ранних ухаживаний она не получала, как остальные девочки-подростки.

До 16 лет. Как-то в это время она резко изменилась внешне, похорошела, расцвела. Бабушка стала ее Царевной называть. Ее яркая красота в сочетании с серьезным, решительным характером была приправлена какой-то загадочностью. У друзей и подруг складывалось впечатление, что она – героиня какого-то фильма из параллельной жизни, которая намного красочнее, чем настоящая. Но она никого не пускала настолько близко, чтоб можно было понять, что это за героиня и чем она живет. Никто и не представлял себе, с какими внутренними демонами сражается этот маленький человечек.

В это время и посыпались на Аню ухажеры. А она и растерялась. Всех отшивала на всякий, потому что в душе то она не изменилась, все тот же серьезный подросток. Так и пошло. Вот тогда-то и встретился ей Дэн. Но… ей никто не нужен был тогда.

Дэн страдал, но надеялся. Сколько безумств он совершил за три года, сколько парней побил, кто на Аню посмел смотреть… Он ждал ее везде, у дома, на учебе, вечером, куда б она не ходила. Специально подстраивал, чтоб оказаться в том месте, в той компании, где она. Он дарил подарки, которые она не принимала. Он ходил за ней тенью. Так прошел год, потом следующий, потом еще… Аня избегала его и уже устала от этой ситуации. Дэн терял надежду и сходил от этого с ума.

Как-то летом он ждал ее у дома. Она появилась вдалеке. Волосы ее были собраны в пучок. Сарафан в мелкий белый цветочек. Дэн представил, что она идет к нему, сейчас он ее обнимет и нащупает, чем заколоты ее волосы. Он вышел навстречу.

– Дэн, ты тупой?

Аня негодовала. Он тоже разозлился неожиданно сильно. Схватил ее за руку и потащил до ближайшей стены. Понял, что она сильно испугалась, но не отпустил. Зажал у стены так, чтоб она не могла вырваться. Волосы ее выбились и закрывали лицо. Он одной рукой отвел волосы назад. Посмотрел в ее испуганные глаза. Нежность подступила к горлу.

– Ты – моя жизнь. Понимаешь? Ты – моя радость, Ань. Я не хочу без тебя жить. Без тебя нет смысла ни в чем.

– Ден, мне все это… не нужно.

– Ань, я дошел до края. Не хочешь, по-хорошему, будет по-плохому.

Он это тихо сказал. Она ему тихо ответила:

– Ты, конечно, можешь это сделать. Но как ты будешь дальше жить, зная, что я… тебя… не хочу?

Его облили ледяной водой…

Аня прошла под его рукой. Он не видел ничего, только стену. Эта стена встала перед ним и не пускала его дальше. Он хотел ее пробить. Бил долго … до крови. Но не смог.

Очнулся он, когда ему сделали укол в плечо. Утром он сбежал с больницы.

Больше они не виделись. Через две недели Ден купил кольцо. И пришел к Ларе. Он много работал. Очень много. Как-то смотрел на спящую жену рядом, и подумал, что все правильно сделал. Хоть кто-то теперь счастлив из них. Но он всегда знал где Аня, что делает и как себя чувствует. Только так мог жить. Только так мог дышать. Потом появились дочь. И она, конечно, подвинула Аню в его сердце. Ему стало легче.

Производство свое он основал в другом городе. Поэтому пару дней он был дома с семьей, потом уезжал на завод на неделю. Так прошло 25 лет, пол сердца у него занимала дочь, в другой половине жила она. За эти годы он видел Аню раз десять, почти всегда либо с мужем, либо с детьми. Сердце колотилось, но вида он не подавал. Все проходило чинно и спокойно.

А два года назад Дэн узнал о смерти Алекса. Все внутри перевернулось. Он не думал, сел в машину и поехал к ним. Как она? Дома у них было много людей. Ани не было. Он нашел Риту, но она не могла говорить. От других узнал, что Аня с детьми в больнице. Приехал туда, нашел врача, который занимается ими. Сунул в карман ему все деньги, что были у него, попросил сделать так, чтоб они не страдали.

Потом Аня уехала к детям. Дэну это не нравилось. Он все время думал о ней. Дома практически не бывал. Дочь, которая была его смыслом жизни, выросла, у нее свои дела и переживания. Дэн все больше возвращался к состоянию своей молодости. Он прекрасно понимал, что Ане не нужен. Но все равно ждал ее.

И вот она тут, спустя два с половиной года. Ден приехал домой, сказал жене, что теперь будет чаще приезжать, работа позволяет. Лара так обрадовалась. Они, наконец, будут нормальной семьей.

Дэн увидел Аню первый раз после приезда с сыном у дома. Сердце сжалось. Худая, с белыми прядями волос.

Он не мог теперь не следить за ней. У кладбища проводил весь день. Ругал себя, но по-другому не мог. Нутром чуял, что ей плохо.

И вот … он дошел до кладбища и теперь сам стоит перед Алексом. Слез его не видно из-за дождя.

– Я не смогу ее оставить, Алекс. Прости меня…

Алекс смотрел на него ласковыми добрыми глазами. Казалось, он рад был этому.

Дэн пришел домой поздно, мокрый до нитки. Жена ждала его.

– Что, что случилось?

– Ничего, колесо менял под дождем.

Ночью Дэн проснулся от жара. Следующую неделю он провел в постели. Дочь не отходила от него. Дэн смотрел на нее и расплывался в улыбке. Его малышка, красотка Майя и умница. У них всегда были особенные отношения. Дэн был так рад, когда этот маленький комочек с первых же дней подвинул Аню в его сознании. Маленький комочек вырос в красивую девушку, в этом году она заканчивала ординатуру. Дэн знал, что у нее появился парень, но она не знакомила их. Он переживал, может она не уверена в нем, или думает, что папе не понравится ее выбор. На самом деле, Майя была к этому готова, но не могла поймать удобный момент. А в последнее время настроение отца ее пугало. Она не понимала, что с ним происходит. Но что-то происходит точно.

Дэн поехал на кладбище в пять вечера, но Аня не пришла в этот день. Весь следующий день он тоже провел там, думая, может в другое время приходит. Но нет, ее не было. Проехал мимо ее дома, машина была во дворе. Он успокоился.

Дома он старался держаться, как раньше. Но жена задавалась вопросом, где он весь день. Каждый раз у него находились причины для отсутствия. Но она понимала, что-то не то. Раньше все было ясно, его нет дома, значит на заводе, приедет через неделю. Так было много лет, всю жизнь. А теперь на заводе он бывает мало, но домой приезжает вечером. Она должна была радоваться, муж приходит домой каждый вечер, но его отстраненность не давала покоя. Лара пыталась выяснить у него, что происходит, он молчал, разговаривала с его друзьями, с братом, но все безрезультатно. И она стала подозревать наличие любовницы у мужа. Ей просто не давал покоя тот факт, что, работая далеко от семьи и фактически живя там же, много лет он не вызывал у нее таких подозрений. И когда он сказал, что теперь больше будет дома, радости ее не было предела. Раньше Дэн приезжал домой, был занят весь день ребенком. Теперь дочь выросла, в родителях так не нуждается. Поэтому Лара ждала большего сближения с мужем. А вышло все наоборот. Он вроде с ней, но уходит спать быстро, и ничего ему больше не надо. Ну и она была не из тех, кто будет долго терпеть такую ситуацию. Поэтому вечерние выяснения отношений происходили все чаще. Дэн стал приходить все позже. Лара в отчаянии поговорила со своим братом, у него были нужные связи. Он обещал выяснить. И выяснил. Когда Дэн в очередной раз уехал на завод, у Лары оказался полный отчет, где была машина ее мужа в предыдущие три дня. Она была, мягко говоря, удивлена, не могла понять, что он делает так много времени на кладбище. Но, что бы то ни было, хорошо, что не любовница.

На следующий день во время посиделок с подругами, одна из них рассказала, что видела в городе Аню, и что ее просто не узнать, прямо старуха. Лара встала и пошла в туалет. Все внутри нее бушевало. Она хотела ошибиться, очень хотела. Пусть это были бы молодые любовницы, только не она.

Майя застала маму дома всю в слезах.

Лара ничего не скрывала. Все рассказала дочери, хотела так отомстить, показать, какой он – ее любимый папочка. Майя тоже плакала с ней, ей было так жалко маму, не могла поверить в это. И видела, мама не врет. Она сопоставила все факты, вспомнила все свои вопросы и переживания по поводу отца. Все сходилось. Но… что-то тут не то, интуиция подсказывала Майе, папа не мог просто изменять всю жизнь. Что-то не то…

На следующий день Майя не пошла на учебу. Папа должен приехать.

– Хочу, чтоб ты все сам рассказал. Только честно, я и так все знаю.

Дэн не понимал, что происходит. Лара никогда не выясняла отношения в слезах и тем более при дочери.

– Не смотри на Майю, она тоже все знает!

– Майя, что происходит?

– Что происходит? Ты гад, вот что происходит! И пусть дочь это знает. Ты всю жизнь меня обманывал, всю жизнь!

– Лара, успокойся, давай спокойно…

– Я должна быть спокойной, когда ты всю жизнь изменял и изменяешь мне со своей Аней?! Я должна быть спокойной? Я была спокойной сто лет! Я не сомневалась в тебе! Какая же я дуура…

– Маам, перестань..

– Лара, я ни разу в своей жизни не изменил тебе, ни разу!

– Дурааа…я… Я верила вот так тебе! Я родила тебе ребенка, а ты не был моим! Никогда не был….

– Лара, ты сейчас ошибаешься. Кто бы тебе что ни сказал. Ты сейчас несешь чушь.

– Что я ошибаюсь? Скажи, что… Ты не спишь с ней, с этой старухой?

У Дэна сжалось сердце

– Нет.

– Боже, как он врет … Что Майи стесняешься, да? Она все знает, все! Лучше будь мужчиной, скажи правду!

– Лара, успокойся!

– Расскажи, расскажи, что ты делаешь на кладбище весь день… Вы что встречаетесь прямо на могиле ее мужа? Что больше негде? Расскажи, извращенец, расскажи… Я не отстану, пока не скажешь!

– Мама, перестань! Папа, скажи, что это не правда, пожалуйста…

Дэн замер.

– Майя… я никогда не изменял маме… ни разу в жизни. И врать я не буду. Я езжу на кладбище часто, это правда. И там я ее жду. Раньше она приходила чуть ли не каждый день. Но теперь не приходит. И… она даже не знает, что я там. Это все.

Дэн вышел и закрыл за собой дверь.

Лара была убита. Лучше б он спал с ней…. Она понимала, Дэн не врет. Но лучше б он с ней спал…

– Мама, папа не врет.

– Да, Май, не врет, и это хуже всего. Лучше бы изменял и врал… Понимаешь, он ее тупо часами ждет, чтоб только увидеть… Нееет, только не это… Он прожил со мной жизнь, целую жизнь, и все это время принадлежал ей! Как мне с этим жить…

У Майи разрывалось сердце, ей было безумно жалко маму. И в то же время, она не может забыть глаза отца, когда он сказал: «Там я ее жду, но она не приходит…»

Глава 6

Анна начала пить таблетки. Через неделю почувствовала их действие, чему рада была бесконечно. К Алексу не ездила. Она спокойно работала и спокойно возвращалась домой. Отель постепенно обретал индивидуальность. Уже стояли окна и двери. Шла установка зимних садов. Анна бесконечно выбирала напольные покрытия, керамику, сантехнику, работала с кадровыми агентствами, договаривалась с производителями текстиля, с поставщиками посуды, химии и многое, многое другое. Казалось, этому нет конца. Домой приезжала уставшая и заваливалась на свой пуф.

Случай с Дэном забыть не могла. Но шли дни, потом неделя, вторая, он не появлялся. И хорошо.

Хорошо продлилось недолго. Выезжая через пару дней с работы, она увидела его на другой стороне дороги. Он стоял у машины и явно ждал ее. Аня подошла.

– Ань, не думай, я просто, пару слов только…

– Дэн…

– Просто как ты, скажи…

– Норм я, Дэн. Только очень хочу, чтоб ты понял…

– Аня, если хочешь, чтоб я ушел, скажи только результаты твоего обследования, и все.

– Дээн, это не нормально, ты не понимаешь?

– Понимаю, Ань, ты – больна, не знаю, чем; я – болен тобой. Что тут не понимать…

– У меня все нормально, Дэн, правда, никаких проблем нет. А вот тебе надо успокоиться. Мы ж прожили столько лет без всего этого. Пожалуйста, я тебя прошу, забудь обо мне. И потом, что ты думаешь, я сейчас выйду за тебя? Дэн, мы уже свою жизнь прожили, все!

– Знаешь, Ань, как-то странно жизнь распорядилась мною. – сказал Дэн задумчиво, – Чем больше времени проходит, тем ты нужнее мне…

– Дээн…

– Ань, мне ничего не нужно такого, просто иногда видеть тебя. И все.

– Нет, Дэн, это все напряг. Для обоих. Пожалуйста, прекрати эту слежку. И тебе станет легче, и мне спокойней.

В выходные сестры готовились к Рождеству и приезду Леи. Макс заказал доставку домой в воскресенье. Им привезли большую коробку. Это оказалась детская кроватка для Софийки.

– Аня, какой же у меня сынок, а…

Аня улыбалась. Этот день они провели в торговом центре, покупая все для внучки. Постельное белье, пижамки, игрушки. Скоро она прилетит! Софийке летом исполнилось 2 годика, и теперь это был ее первый полет. Она очень ждала встречи с бабушкой.

– Мама, вон Аня! Аняааа, я тут, тут!

Да, внучка звала ее по имени. Бабушкой называла Риту. Так ее научила Аня.

– Душа моя!

Аня, Рита, Лея, все обнимались и плакали, тискали Софийку.

– Ты почему плацешь, Аня? Ладоваться нада! Мама, видишь, я ладуюсь!

Каждая про себя думала – Это и есть счастье! Вот оно ладуется, и они ладуются вместе с ней!

– Аня, а сто это? А это сто? А вот это?

– А это твоя кроватка, она очень тебя ждала, и все время думала – где моя принцесса София. И вот, наконец, дождалась тебя. Загляни туда.

– Это моя?

– Твоя.

– Ах, клаватка-домик! Я все влемя такую хотела! Какая класивая!! Ах, какая класивая! Мама, мама посмотли! Это мой домик, я здесь зить буду!

В дом приехало счастье. Бесконечное счастье. Каждая видела в Софийке себя. Внешне она была, конечно, в Аню. Только золота ее волос достаточно. Зато тараторкой она была, прямо как Рита.

– Бабуля, я такая голодная, знаесь…

– Да, солнце ты мое, сейчас тебя бабуля накормит, так накормит, что ты встать с места не сможешь!

Софийка хохотала.

– Нет, смогу!

– А вот посмотрим сейчас! Ты что любишь кушать больше всего?

– Ой, я люблю клубницку, еще люблю соколадку, еще люблю зефилки, еще блинцики люблю…

Рита думала у нее будет улыбательный паралич. Аня думала, что таблетки ей больше не нужны. Ее таблетка от всех бед здесь и ладуется этому. Она решила, ничего не говоря Рите, начать через день их принимать, а позже и совсем отказаться от лекарств.

Вечером все уселись вокруг печки. Софийка легла с Аней на пуф и быстро заснула. Аня гладила ее золотые волосы.

– Леечка, расскажи, как вы без меня там жили, уже 2 месяца прошло…

– Хорошо, мам, вроде все нормально. Миша все время на работе, мне немного скучно уже дома. Хотя эта егоза, конечно, скучать не дает. Но тем не менее… Надо мне что-то начать уже делать.

– И что ты думаешь, что делать?

– У меня есть предложение, мам, от одной французской компании. Я, конечно, могу практически всю работу делать онлайн. Но егоза эта не даст мне дома спокойно работать. Нужна будет няня. Но проблема даже не в этом. Мне придется иногда выезжать к ним, возможно, на 2-3 дня, а может и больше. И я не знаю, смогу ли ее оставить с няней на столько…

– Леечка, ну оставляй у меня.

– Посмотрим, мам, посмотрим. Я им пока ничего не сказала. Но, коллекции их мне нравятся, в целом их новаторский дух, скажем так, мне нравится.

– Супер, доченька, я с радостью в любое время заберу Софийку. Тебе даже не придется ее возить. Я сама. Ты ж знаешь, аэропорты – моя слабость.

– Спасибо, мамуль. Надо Мишу еще уговорить.

– Ну, думаю, он не сможет тебе отказать.

– Хорошо, мамуль, посмотрим. Мам, завтра поедем к папе?

– Поедем, моя радость, все вместе поедем.

До рождества оставалось два дня. Утром Риту неожиданно вызвали на работу. Поэтому остальные оделись потеплее и пошли гулять по городу, пока Рита не освободится. От красоты города захватывало дух. Каждая маленькая улочка была по-особенному украшена. А уж о центральной площади и речи не могло быть. Роскошь… Но именно уют маленьких улочек в желтых лампочках со снежной шапочкой сверху нравился Ане больше. Софийка визжала от радости при виде красивых больших инсталляций. Все хотела потрогать, все сладости попробовать. Аня повела их погреться в свое любимое кафе, где готовили самый ароматный кофе.

Вскоре Рита освободилась. Аня специально села руль и повезла всю свою женскую компанию к Алексу. Всю дорогу веселила Софийку, чтоб не переживать.

– А кто это?

– Это – твой дедушка, малыш. И еще он мой папа.

– Как мой папа?

– Да, мое солнышко, у тебя есть папа, который тебя сильно любит. И у меня был папа, который любил меня сильно-пресильно.

– А он приходит с тобой иглать?

«Видишь, Алик… я ж говорила тебе… вылитая Рита по характеру…мне так это нравится…тебе тоже? …наш ангелочек… и ты … ты тоже ангел…я держусь, видишь…а теперь и подавно…с этим ангелочком…»

– Мама, ты почему опять плацешь? Мне не нлавится, когда ты плацешь. Бабуля, ты тозе плацешь? Я тоже тогда буду плакать…

Дэн хотел приехать, но не знал, как это сделать. Дома он теперь не будет. Но потерять Майю он не мог. Да и за Ларой тоже нужно приглядывать. Майя позвонила первая.

– Пап, мне нужно с тобой поговорить…

– Я приеду, моя радость, не переживай. Только дома не буду пока. Как мама?

– Ну в целом, ну как, пап, ты же знаешь, ее эмоциональность… Пап, а где ты будешь…

– Не знаю, малыш. Сниму что-нибудь, наверно

– Я жду тебя, пап.

Дэн приехал. Он теперь остро скучал по дочери.

– Пап, я хочу знать твою историю. Я все пойму, ты не переживай.

– Да, мама ж, наверно, рассказала тебе.

– Пап, я хочу, что б ты…

– Ох, не хочу ворошить прошлое, ну ладно… Май, я был совсем юноша тогда, и я знал, что твоя мама была влюблена в меня, сама знаешь, эмоции таить она не может, все знали про это. Она была красотка, и мне нравилась. Но я все тянул, сам не знаю, почему. А потом… я увидел ее. И… Май, остальной мир перестал для меня существовать…

– Ее зовут Анна?

– Да. Но я не нужен был ей. И тогда не нужен, и сейчас. Вот такая история.

– Пап, почему ты женился на маме, если любил другую?

– Как тебе сказать… Она ждала меня, я ж знал… И потом, я подумал, что я не буду счастлив, но я ведь легко могу сделать счастливым ее. Я так решил тогда. И ведь она потом меня сделала таки счастливым, родив мне счастье. Я могу сказать, что мы были счастливы, и она, и я.

– Пап, что ж изменилось сейчас?

– Ничего, просто мама стала за мной следить и вот это все… ты видела…

– Ну она же раньше не следила, а теперь почему-то стала…

– Да. Май, я всегда всю свою жизнь знал, где Аня, что делает, как себя чувствует. Ну и у нее все благополучно было. Она по любви вышла замуж за достойного человека. Родила сына, потом дочь. В общем, нечего было переживать… А два года назад ее муж неожиданно умер. И … я и тогда сорвался сразу и поехал к ней, правда, про это тоже она не догадывается. А потом ее увезли дети, они в другой стране живут. Приехала сюда она недавно. И когда я ее случайно увидел, ну да, будем до конца честны, не случайно. Я должен был увидеть ее и понять, что все хорошо. Я увидел, и … в общем, я думаю, она серьезно больна.

– Господи… ты уверен?

– Да.

– А как ты это понял, пап?

– Она каждый день ходила на кладбище к мужу. Я сидел в машине и с дороги наблюдал за ней. Мне это сразу показалось не нормальным. Каждый день, Май, каждый! От такого страдания человек может сойти с ума просто…

– И ты не подходил к ней даже?

– Нет. Но, один раз она была у него на кладбище, я, как всегда, в машине на дороге. Пошел дождь, а она, казалось, и не заметила. Дождь усилился, а она села на могилу и что-то говорила… В общем, когда я прибежал, она была без сознания.

– Господи… и что дальше?

– Ничего, в машине она очнулась, я хотел в больницу отвезти, но она настояла, чтоб домой. Дома была Рита, ее сестра, а она врач. Ну и почему я думаю, что она больна. Я узнал, что она потом проходила серьезное обследование в клинике сестры.

– А результат?

– Я не знаю.

– Знаешь, пап, я много думала о ней, и о тебе… И…я так хочу ее увидеть… Мне не дает теперь покоя эта мысль… Что за женщина такая, которая могла моего папу, моего папу!, вот так держать всю жизнь!

– Май, она и не знает, что делает со мной, понимаешь. Она живет свою жизнь. Мама зря сердится на нее… Аня не знает, что я за ней следил. Это я все…

– Понимаю, но я должна ее увидеть, хоть издалека, хоть как …

Пап, ты пронес свою любовь через всю жизнь. Это… это так прекрасно…и так мучительно… Как я тебя люблю, пап, не представляешь!

Майя обняла папу, ее сердце переполнилось и хотело разлететься на части.

– Дочь, теперь первое – присмотри за мамой. Она не будет пускать меня сейчас, но, мой маленький доктор знает, как поступать с ней.

– Ну, конечно, пап, она у меня сейчас на успокоительных, дальше прослежу…

– И второе, раз уж мы с тобой так откровенно обо всем разговариваем, ты ничего не хочешь мне сказать?

– Ой, пап, если ты про Рому, то после твоей истории, мне моя жизнь кажется такой обыденной. Я б хотела, чтоб и меня кто-нибудь так же любил, как ты ее.

– А он что не любит?

– Да любит, пап, но как измерить глубину этой любви? Как понять, что он не может жить без меня, как ты?

– Девочка моя, а я ведь мечтал о такой жизни, как у тебя. Чтоб мне ответили взаимностью, и мы бы в счастье спокойно прожили бы жизнь. Нет ничего хорошего в страданиях. Не смотри ни на чьи истории, если и ты его любишь.

– Он давно хочет с вами познакомиться.

– Так давай его сюда!

– Я поговорю с ним. Пап, но, пожалуйста, покажи мне Аню.

– Как ты себе это представляешь? Она меня видеть не хочет, и я тут, а вот моя дочь, прошу любить и жаловать.

– Да, пап, ты прав.

Глава 7

Рождество настало.

Рита с Леей накрыли красиво стол. Аня уложила спать внучку. За разговорами с шампанским женщины просидели допоздна. И поздно ночью в дом постучались. Все смотрели друг на друга и не могли понять, кто это может быть. Аня открыла дверь.

– С Рождеством, мои любимые девочки!

Голос Макса ни с кем не спутать, в какой бы костюм Санты он не оделся. За ним стоял еще один Санта. Санта-Миша! Что тут началось! Рита повисла на Максе, Лея на Мише. Аня смотрела со стороны, и слезы катились от счастья. Какая у нее замечательная семья!

Такого веселого Рождества не было давно.

Утром Санты раздавали всем подарки. Конечно, больше всех досталось Софийке.

– Максик, это мне?

– Тебе, моя радость, тебе.

– Папа, это сто тозе мне?

– Тебе, солнышко.

– А единолог тозе мне?

– Конечно, тебе.

– Я все влемя такого хотела! Он будет зить в моем домике. Максик, ты не видел мой домик! Пойдем, я показу! Ой, папа и ты не видел, пойдем! Это самый класивый домик в миле!

Софийка потащила их показать свою кроватку-домик.

– Знаесь, там зивет бегемотик и челепашка. А теперь еще единолог будет зить! Максик, ты взял единолога? Как я лада, как я лада! Знаесь, Максик, я сама могу собилать постель. Вот смотли, я сама могу!

Днем Макс залез на чердак и достал их с Леей детские санки.

– Мы едем кататься на санках!

Все загрузились в машину Ани и поехали в парк с горкой. Макс катался исключительно с Софийкой. Через 2 часа все были мокрые, уставшие и счастливые.

Такого веселого Рождества у них не было давно.

Вечером, когда малышка заснула, все собрались у печки.

– Теть Рит, кажется, наша Софийка переплюнет тебя! Если она в два годика столько говорит без остановки, что же будет в двадцать два?

– Миш, это потому, что мы супер! Вот кто может так, а? Знаешь, что я тебе скажу, сынок. Это – супер-сила! Вот здесь все знают, что я вообще хотела стать актрисой. Только ты не знаешь историю моего поступления в театральный. А я тебе расскажу!

– Ну все..

– Аня, иди спать, не мешай нам весело проводить время!

Так вот, Мишенька, готовлюсь я значит в театральный. Выучила я наизусть Отелло. А потом мне кто-то сказал, что эти профессора на экзамене, если ты им понравишься, могут попросить продекламировать еще что-нибудь. И это еще что-нибудь я хотела подготовить не похожее на предыдущее выступление, ну чтоб сразить их наповал! Я долго думала, и решила читать Цветаеву, во как! Пришла я на экзамен, значит, а у самой коленки трясутся. Ну 17 лет мне, вообще-то… И когда зашла в этот зал, где сидели в ряд шесть пузатых дядь и теть, так и вообще все напрочь забыла! Кое-как представилась, и начала читать Отелло. Дошла до знаменитого отрывка, где Отелло душит Дездемону, сказала:

– Итак, покайся добровольно

В своих грехах, затем что даже клятвой,

От каждого отрекшись обвинения,

Ты ни сломить, ни изменить не в силах

Суровое решение мое. Знай, ты умрешь!

И… и все…что дальше у Шекспира напрочь выбило у меня. Судорожно вспоминаю, что ж Дездемона ответила, но не могу. Пауза затянулась, и чем больше затягивалась, тем больше я паниковала. И в итоге выдала то, что помнила, а вспомнила я, конечно, Цветаеву:

Уж сколько их упало в бездну,

Разверстую в дали!

Настанет день, когда и я исчезну

С поверхности земли.

Застынет все, что пело и боролось,

Сияло и рвалось:

И зелень глаз моих, и нежный голос,

И золото волос.

Тут я поняла, что это другое произведение и остановилась. И один из этих пузатых дядь сказал: «Не, ну вы находчивая девушка, конечно. Вот только я думаю, это что получается, ваша Дездемона, кстати, блондинка с зелеными глазами, прямо вот так легко взяла и согласилась на собственное убийство?»

Все смеялись до упаду.

– Теть Рит, но, если б не этот случай наш город потерял бы супер-врача!

– Макс, а может теперь Голливуд потерял великую актрису?

Веселее Рождества у них не было давно.

Дэн был вечером один. Майа звала его домой, но он не поехал. Он сел машину, проехал перед своим домом, там горел свет, потом проехал перед домом Ани. Вернулся в свою съемную квартиру и открыл бутылку коньяка. Утром Майа разбудила его.

– Пап, ты что пил?

– С чего ты взяла?

– Ага, а пустая бутылка коньяка прям ни о чем не говорит. Ты ж не пьешь, пап…

– Май, все хорошо. Ты лучше расскажи, как дела, как отметили Рождество.

– Пап, так не может продолжаться, я не хочу без тебя отмечать ничего.

– Май, ты взрослая девочка, сейчас у нас такая вот ситуация в семье, и я думаю, что лучше не станет. Поэтому нам всем надо как-то к этому приспособиться.

– Нет, пап, мама отойдет, вот увидишь, она не плачет, просто злая на тебя немного, но и это думаю пройдет. И потом она же знала про Аню всегда и как-то жила с этим. А теперь поняла, что ты правда ей не изменял. Поэтому, со временем все уляжется, пап.

– Нет, Май, проблема не в ней…

– Что?

– Мне нужно с собой договориться, еще раз, дай мне время, доченька…

Чем больше Майя думала об отце, тем больше она понимала, как он несчастен. Он посвятил жизнь тому, чтобы сделать счастливой женщину, которую не любил, и вырастить дочь в нормальной семье. Чем больше она об этом думала, тем больше хотела встретиться с этой Аней.

Шло время. Приближалась весна. Отец стал приезжать реже. Майя заметила, что он совсем похудел. Сердце ее разрывалось. Как-то она позвонила ему и ей не понравился его голос. Рассказывая все Роме, она расплакалась. Рома предложил действовать, а не сидеть и страдать.

– Что я могу сделать, Ром?

– Для начала мы сейчас поедем к твоему отцу. Я как раз познакомлюсь с ним. Потом решим, что делать.

– Ром, я тебя люблю…

Через 3 часа они были у Дэна. Майя сказала Роме подождать на улице, потом позовет его.

– Пааап…

– Майя, ты что здесь делаешь?

– Ну решила приехать к тебе. Ты болен, пап?

– Почему это? Все хорошо, как видишь.

– Пап, у меня сюрприз для тебя. Роом, заходи…

– Ого!

– Здравствуйте!

– Здравствуй, Роман, так вот ты какой красавец! Дочь, не ну он красавец, я тебе скажу!

– Спасибо. Я вас так себе и представлял, что вы ну добрый такой… и.. Я хотел Вам сказать, что ваша дочь… лучшая на земле… и …и я бы хотел провести с ней всю жизнь!

– Ром, это че такое? Мне ты не делал предложения, зато моему отцу уже выложил все?

– Майя, он все правильно делает.

– Май, ты …я… в общем, да хотел тебе как-то неожиданно и красиво, чтоб… а получилось вот… так… И я сейчас даже без кольца, но … ты знаешь, я люблю тебя всем сердцем! Ты выйдешь за меня?

– Только если потом неожиданно и с кольцом ты то же самое скажешь!

– Ох, дети мои, это, я так понимаю, да! Роман, у нас с тобой отдельный разговор еще должен быть.

– Пап, да говори уже, что скрывать от меня

– Это мужской разговор, Майя!

– А хочешь я скажу все, что ты собираешься ему сказать? Роман! Майя – свет очей моих одиноких! И если ты ее обидишь, не жить тебе на свете, по меньшей мере целым…!

Майя стояла, вытянувшись и изображала отца. Наконец, Рома расслабился и посмеялся.

– А ты не расслабляйся, Роман! Это все правда!

– Нет, я …как я могу…

– Лаадно, все, ты мне нравишься, я вижу, что ты честный парень. Май, не обижай его!

– Хорошо, папулечка. Теперь расскажи, как ты себя чувствуешь?

– Да хорошо я себя чувствую, Май, ты излишне переживаешь.

– Пап, ты стал редко приезжать, и сейчас ты болен, я же вижу. Голос у тебя севший. Давай горло посмотрю и температуру померяем.

– Май, ну обычная простуда. Нет повода переживать.

– Я не уеду без этого, пап.

– Ну держись, Роман, ты понял да, что просто простудиться тоже нельзя.

По дороге обратно Майя и Рома решали, что делать.

– Он никогда не был таким, Ром, никогда. Он тает у меня на глазах, а я ничего не могу сделать.

– Так, не плачь, пожалуйста… Мы что-нибудь придумаем.

– Мы не можем ничего сделать, и мама не может. Мне нужно найти эту Аню. Ром, я не вижу другого пути…

– И что ты ей скажешь? Не факт, что поймет.

– Мне кажется, она должна… Хотя… отшивала же она его всю жизнь… и может у человека своих проблем полно, вон папа думает, что она больна…

– Мдааа…

– Как бы ни было, у меня нет другого варианта… Я должна с ней поговорить…

– Давай подумаем, как ее найти. Что ты знаешь про нее?

– Да, кроме имени, ничего. А нет, у нее есть сестра Рита, и она врач.

–Ну вот уже что-то. Заходи в интернет, ищи врача по имени Рита.

– Уже. Слушай, здесь есть шесть Маргарит.

– По возрасту какая больше походит?

– Две совсем молоденькие, остальные – подходят.

– Ну давай, записывайся к ним на прием.

Так через пару дней, с третьей попытки, Майя нашла нужную Риту.

– Здравствуйте, ой, вы так похожи на тетю Аню, вы случайно не сестра ее?

– Да, у меня есть сестра Аня, но, по-моему, мы не похожи. А вы откуда мою сестру знаете?

– А я дружила с ее дочкой, пока она не уехала.

– Понятно… И что же вас беспокоит?

Майя выдумала свои беспокойства и ушла очень довольная с приема, представляя себя Шерлоком Холмсом. Посмотрела часы приема Риты. И сидела в машине Ромы напротив клиники за полчаса до окончания работы. Наконец, Рита вышла, села в свою машину и поехала.

– Ничего себе доктор Рита гонщик!

Рома еле успевал за ней. В общем, после часового ожидания Риты у торгового центра, адрес ее дома был выяснен. Было решено с завтрашнего дня дежурить по очереди.

Утром рано Рома уже стоял напротив дома. Сначала выехала Рита на машине. Она была одна. Через час выехал Ровер. Рома поехал за ним. На удивление машина приехала в аэропорт. Рома пошел в зал аэропорта и наблюдал, как они регистрировались на рейс, сдавали багаж. Вскоре, стали прощаться, и маленькая девочка плакала и взахлеб приговаривала:

– Аня, а ты сколо за мной плиедешь? Сколо, да, плиедешь?

Эта худая женщина оказалась Аней. И это явно улетали ее дети. Аня тоже плакала. И потом долго стояла напротив огромных окон аэропорта.

– Май, ты знаешь, мне кажется, сейчас не надо ее трогать. Она, как бы сказать, ну по ней видно было, что переживает отъезд детей. Давай недельку подождем.

Рита вечером принесла торт.

– Будем поднимать настроение!

– Рит, что нам поднимать, все хорошо. Все правильно идет. Дети должны жить своей жизнью. А мы с тобой – своей. Да и у нас все хо-ро-шо!

– А давай выпьем за это!

– А давай!

Глава 8

Через неделю Майя пришла к Ане на работу. Зашла в ее кабинет.

– Здравствуйте!

Майя смотрела Ане в глаза и молчала. Что-то было в ее глазах, но что, она не понимала, печаль или усталость…

– Я… я… меня зовут Майя… я – дочь Дэна.

Аня вскинула бровь…

– Дэна?

– Да. И я пришла умолять вас о помощи.

– Подожди, с ним все в порядке?

– Да, то есть, нет… ну то есть в целом, да, он жив и здоров, но … нет, не здоров и как будто бы и не жив…

Майя расплакалась.

– Садись, водички дать тебе?

– Если можно… Я давно ищу вас, вы мне очень нужны, вернее…

У Ани дрогнуло сердце, что-то было в этой девочке…

– Сначала попей.

– Я… вы извините меня…конечно, с моей стороны не красиво вот так приходить к вам, не спрашивая…но… поверьте, у меня не было другого выхода…папа если узнает… он просто …просто, тетя Аня..

– Зови меня Аней. Не люблю я быть теткой.

Майя улыбнулась.

– Я знаю вашу с папой историю. И хотела у вас спросить, не можете ли вы мне помочь? Дело в том, что кроме вас это никто не может сделать…

– Что случилось, Маечка, говори напрямую…

– Мой папа, я даже не знаю, как сказать, он вроде не болеет, но он осунулся, он тает у меня на глазах…

Дальше Майя не могла продолжать, слезы душили ее… Аня тяжело было на нее смотреть… Майя попила еще воды.

– Тетя Аня, ой, простите, Аня, ваше одно слово может изменить все это… неужели Вы настолько настроены против него, что вы даже не можете просто общаться с ним хоть иногда… Знаете, Аня, я напрямую спросила папу, почему он женился на моей маме, если всю жизнь любил другую. Знаете, что он мне ответил? Она ждала меня, я же знал, и, если я не буду счастлив, так хоть кто-то будет. И… Вы же тоже знаете, что всю жизнь он ждал только Вас. Тем более, что сейчас ему же просто нужно иногда вас видеть, иногда разговаривать и все. Аня, я вас просто умоляю об этом, умоляю…

Майя говорила, глотая слезы…

– Знаете, тетя Аня, ну да, Аня, я много думала о вас. И, понимаете… моя мама была счастлива много лет, вы тоже, думаю, были счастливы в браке. Только он – никогда! А теперь такая мелочь от вас может сделать человека счастливым. И как мне быть, скажите мне, что мне для вас сделать, чтобы вы согласились?

Аня была в полной растерянности. Эта девочка задела ее до глубины души. Ей не столько было жалко Дэна, сколько его дочь.

Она поцеловала ее в лоб.

– Какого прекрасного человека вырастил Дэн. Не плачь, моя девочка, не плачь, пожалуйста.

– Но… скажите мне что-нибудь, Аня, пожалуйста…

– Все будет хорошо, не переживай.

– Я знала, что вы меня поймете, я чувствовала, я надеялась… Вы же не можете быть обычной женщиной… Я понимаю, моего папу…

– А мама…Май…

– Он ушел, Ань, он давно ушел из дома…

– Нет, он не должен, это же…

– Аня, мне кажется, он только сейчас сломался…Всю жизнь он был очень, очень сильный, понимаете… Он, вообще, мой идеал, у нас особенные отношения всегда были… Понимаете… А теперь я выросла, скоро выхожу замуж. И папа, как будто, остается внутри себя совсем один. Я, конечно, всегда буду с ним, но это не имеет значения, он так чувствует, мне кажется…

– Ну, сколько можно плакать, Маечка, все. Скажи, а как ты меня нашла? Это он тебе сказал?

– Вы что! Я же говорю, если он узнает, что я здесь, он … он… очень разозлится. И вы ему не говорите, пожалуйста, а то ведь он сам не захочет с вами общаться, типа вы из-за меня …или из жалости… ну чтоб он не знал. Пожалуйста…

– Хорошо, моя девочка. А как же ты все-таки меня нашла?

– Это детективная история, теть Ань, ой, ладно… Я только знала, что у вас есть сестра Рита, и она врач. Ну и оставалось найти врача по имени Рита, у которой есть сестра Аня.

– Ничего себе! И как ты нашла Риту?

– Записалась ко всем Ритам на прием, заходила к ним и сразу говорили: «Ой, вы так похожи на тетю Аню, вы не сестра ее случайно?» Ну вот так и нашла вашу сестру. А потом просто поехала за ней. И вот сегодня за вами.

– Нет, ну ты, конечно, детектив! Я бы не додумалась до такого!

– Аня, а можно я вам еще один вопрос задам, он очень неудобный, но я так хочу знать… Просто, мой папа… он …он же лучший! У вас была другая любовь и поэтому вы отказали моему папе? Простите… пожалуйста, и если не хотите, можете не отвечать…

– Нет, Маечка, просто я была слишком молода для всего этого, ну может мне лет 17 что ли было, когда он появился, да еще и с таким пылом… и кроме него как-то сразу у меня много ухажеров появилось, и я растерялась, что ли… Видимо, со мной тогда нужно было очень аккуратно… Не знаю, но его темперамент меня пугал… Вот…

– Вы знаете, а я бы очень хотела, что б меня кто-то так же любил, как вас мой отец!

– Но у тебя же есть любимый…

– Да, и он любит меня. Просто папина любовь к вам… она другая…

– Не нужно ничего сравнивать… Видишь, любовь твоего папы тогда испугала меня, и ничего у нас не вышло… Так что, если и ты любишь его, не смотри ни на кого.

– Точно эти же слова мне сказал папа. Спасибо вам большое, даже не знаю, как благодарить вас за понимание!

– Не нужно ничего говорить, иногда слова лишние, поверь мне…

– А если я попрошу у вас номер телефона? Я никому не дам его, клянусь…

Майя уехала под впечатлением … Женщина без макияжа, с седыми прядями, одета явно в то, что было под рукой… Она не старается понравится или соответствовать каким-то идеалам красоты. Что же в ней такого притягательного… Спокойный тон и какой-то убеждающий что ли, ее печальные глаза, или еще что, не понятно, но она будто старец в нежном женском обличии.

Аня осталась в полной растерянности. Впервые за последние пару месяцев она поехала к Алексу одна.

«Ты так же смотришь на меня, Алик… так же…я норм, видишь… только, я не понимаю, что происходит…нет, я конечно, знала, что он был в меня влюблен…но… это ж по молодости…столько лет прошло…я не представляла, что это в нем не погасло…Алик, что мне делать…я просто не представляю себе… и дочь его…Алик, помоги мне…мне сейчас не нужен никто и ничего…я сама себя еле вытягиваю…помоги мне, Алик»

Рита сразу поняла по виду Ани, что что-то произошло…

– Что мне делать, Рит, что…?

– Господи, какая проблема! Что делать? Трагедию не делать! Ты вон каждый день столько разговариваешь со всякими мужиками, половина из них – пренеприятнейшие люди. И что, ты не можешь там раз неделю позвонить Дэну и спросить, как дела? Что ж тут такого? Ты ж не собираешься спасть с ним… Или собираешься?

– Рита!

– Слушай, прямо сейчас позвони и просто непринужденно поговори.

– Во-первых, у меня нет его номера. Во-вторых, он уже просил меня просто иногда общаться, я сказала нет.

– Номер не проблема. Я быстро выясню. А вот остальное нужно как-то устроить…чтоб гладко так…Ха-ха-ха раньше он за тобой следил, теперь мы его ищем…что он вообще делает?

– Да где-то завод у него есть…точно не знаю где…керамика там, брусчатка, тротуарная плитка, такое все.

– Ну и проблема решена. Будешь советоваться с ним по этой плитке. Ну тебе что не нужна на стройке?

– Рита, ты гений!

– Кто б сомневался!

Глава 9

У Дэн замерло сердце, когда он увидел входящий звонок от Ани. Сразу какая-то катастрофа в голове.

– Аня, это правда ты?

– Да я, конечно.

Она старалась говорить непринужденно.

– Что…что случилось?

– Ничего, мне просто твоя помощь нужна по работе…

– В смысле…ты это сейчас серьезно?

– Конечно, я ж ни черта не смыслю во всякой плитке, а ты спец в этом деле. Мне тут предлагают на выбор кучу разной. Вот я и вспомнила, кто может мне помочь разобраться.

– Аня, я не верю тебе…

– Дэн, если ты приедешь, я буду рада…

Дэн даже не знал, что ответить… Он молчал, чтоб не разрушить то, что сейчас случилось.

Ураган, бушующий внутри, не давал ему ехать спокойно. Через два часа он был у Ани на работе… Он заехал на стройку, спросил у первого попавшегося рабочего, где Аня и побежал по лестнице на третий этаж. Аня стояла у большого окна, смотрела вниз на центральную парковую зону и пыталась понять правильно ли по проекту высаживают саженцы рабочие, и как это все вживую будет смотреться.

Дэн подбежал, быстро нагнулся и поднял Аню, закружил вокруг себя и поставил обратно на пол. Аня в шоке не поняла, что и кто.

– Жизнь моя…

– Дэн! Вот все делаешь для того, чтоб я пожалела о своем поступке!

– Жизнь моя, я не могу по-другому…

Дэн смотрел на нее искрящимися глазами.

– Я – не жизнь твоя, просто Аня. И не делай так больше, договорились?

– Хорошо, счастье мое!

– Вот что с тобой делать? Ну давай уже спокойно, пожалуйста. Дэн, понимаешь, я не могу переживать правильно сильные эмоции, ну, как остальные люди. И если будешь продолжать так, я опять не смогу с тобой общаться…

– Ань, я очень постараюсь, обещаю…

– Хорошо. Тогда можем где-нибудь посидеть и поговорить.

Дэн вез Аню в ресторан и реально задыхался. Сам себя просил успокоиться, считал вдохи, чтоб отвлечься.

– Что будешь пить?

– Давай чай!

– Аня, только ты можешь в лучшем ресторане города заказывать чай. Ну…

– Расскажи, как твои дела, как семья…

Они долго сидели, Аня все расспрашивала. По ходу соображала, что твориться в его душе, как ему можно помочь… Он рассказал, как есть, только не сказал, что ушел. Аня много спрашивала про дочь, потому что ей очень нравилось, как он про нее рассказывал. Она улыбалась. Дэн же не знал, что Аня уже знакома с Майей. Это было забавно, чувствовать себя заговорщиком.

– Я тебя потом как-нибудь познакомлю с ней. Она тебе понравится!

– Хорошо.

– Ань, теперь скажи мне, что было с тобой тогда? Ты болеешь?

– Да неет, ну было и было, забудь. Я обследовалась, все хорошо. Я тогда не могла справиться с чувствами, Алик… он…в общем, я не могу жить сейчас без него как раньше, понимаешь…Мне нужно понять, как без него жить. Мне Рита принесла таблетки, я пила их сначала по правилам, потом начала через день, а недавно совсем перестала, и, кажется, у меня уже получается.

– Ань, я все сделаю, чтоб ты была счастлива, все! Я это и Алексу сказал.

– Ты серьезно?

– Конечно, а что, только ты можешь с ним разговаривать, что ли…

– Дэн… отвези меня домой, кажется, перебор информации у меня. А мне это совсем нельзя.

Подъехали к дому.

– Я утром приеду, отвезу тебя на работу, машина ж твоя там осталась.

– Меня Рита отвезет.

Спокойный, но бескомпромиссный тон Ани. Дэн взял ее руку, поцеловал в ладонь.

– Ты – моя жизнь и мое счастье. Если б я знал, что когда-то буду целовать твои руки…если б знал…

Позвонила дочь, Аня выскользнула из машины. Майя по голосу отца поняла, что-то произошло, да и раньше, если он собирался приехать, он всегда говорил ей, а теперь почему-то он приехал, а она не знала об этом. Договорились встретиться, и Дэн поехал за дочерью. Он открыл окно, на улице ветер был так свеж, ему не хватало воздуха. Говорил себе успокоиться, но сердце клокотало. По встречке фура ослепила его.

Рита пришла домой окрыленная. Переодевается и напевает:

– Весна – рожденье новой жизни,

Вот так и мы родимся вновь,

Родимся снова после тризны,

Чтоб встретить счастье и любовь…

– И что ты так светишься?

– Я скоро поеду в Италию!

– Ух ты!

– Да! На конференцию! Вообще-то все хотели ехать, вся клиника, а едем я и Кара! Почему, спросишь ты… А я тебе скажу, потому что я – супер! Вот так!

– Моя девочка! Поздравляю! Это когда будет?

– Первого мая, первого мая, – дальше напевает Рита – еду я в Италию, в любимую мою! А ты что такая?

– Какая?

– Аня, ну не такая, как всегда. Рассказывай, давай, что случилось…

– Я с Дэном весь вечер была.

– Чтоо? Таак.. давай сначала.

– Ну, я ему позвонила, что-то про работу сказала, он, конечно, не поверил, но через два часа был у меня. И … мы поехали в ресторан и долго разговаривали. Ты знаешь, он такой замечательный папа.

– Ань, мне его безумно жалко с того дня, когда он тут смотрел на тебя в душе. У него столько на лице было написано! Хорошо, что ты пошла с ним, очень хорошо… Я представляю, как он рад сейчас!

– Но меня все равно его характер пугает. Он обещал вести себя спокойно, но я его знаю… это невозможно. Поэтому, что будет дальше… Сейчас прям я растеряна… У меня такое ощущения, что я взяла на себя больше, чем могу вывезти. Не могу же я его послать сейчас, просто морально не имею права. А что делать дальше, ума не приложу…

– У тебя мания все планировать, все держать под контролем. Расслабься, пусть оно идет, как идет. Жизнь все расставит по местам.

Утром Аня не хотела ехать на стройку, поработала в саду. Весна шла полным ходом. Некоторые деревья расцвели. От их аромата поднималось настроение. У Риты тоже выходной, она, все подпевая, кружилась на кухне. Во время обеда было решено поехать оценить лучшее СПА в городе. Позвонили, и, на удивление, было свободно. Через час и Аня, и Рита были в руках массажистов.

Все процедуры заняли больше трех часов.

– Рит, я – как заново родилась. Все-таки нужно хоть иногда выбираться в такие места. Вот поставлю у себя СПА будем каждый день так начинать.

– Дааа, хорошо так стало… А сейчас мы поедем в одно интересное заведение. Такой день требует соответствующего завершения!

Сидя в красивом ресторане, сестры обсуждали будущую поездку Риты в Италию.

У Ани зазвонил телефон.

– Кто это, интересно… Алло…Майя? Что? … Где ты?

– Аня, что случилось?

– Поехали! Быстрее. Он в больнице.

Заплаканная Майя вышла им навстречу.

– Аня, я не могла не позвонить… Но там мама, давайте тут посидим.

– Что говорят врачи?

– У него три перелома на левой руке и рассечена голова. Операцию закончили еще ночью. Но он не приходит в себя. И новый врач сейчас смотрел. Сказали, кома.

Он ко мне ехал, Аня. Я его ждалааа…

Дальше слезы не дали говорить. Аня обняла ее, плакала сама и вытирала слезы Майе. Они не заметили, как исчезла Рита.

Рита уже искала знакомых врачей в этой больнице. И нашла. Все узнала. Авария. В 22:30. Чтоб его вытащить, спасатели вырезали часть машины под фурой. Удивительно, что живой. Но…кома. Прогнозов не может быть.

– Кого можем привлечь?

– Пока никого не нужно. Если выйдет из комы, нужно позвать доктора Ройзмана.

– Могу к нему зайти?

– Конечно, там семья его.

Рита зашла в палату. Лара сидела у кровати, тихо плакала.

– Рита?

– Я иногда здесь подрабатываю…

– Рита, скажи, он проснется? Риточка, ты же всех знаешь здесь, пожалуйста…

– Я уже поговорила с врачами. Прогнозы хорошие, не переживайте… На мрт нет необратимых изменений мозга. Будем молиться и надеяться.

Она обняла Лару. Горе сближает людей…

– Спасибо тебе, Риточка.

– Когда проснется, сообщите мне…

Глава 10

«Алик, забери меня…пожалуйста…забери…Алик…я не могу без тебя…я все делаю неправильно…забери меня…зачем ты меня оставил здесь…зачем…забери…Алик»

Рита сделала ей укол. Ночью она просыпалась. Рита пыталась с ней говорить, но она отключалась, как только понимала что-то. Аня была в своей бездне. Черная, смолянистая, тягучая смесь, из которой она состояла, продавила кровать и пол. Теперь осталось только холодная грязная земля. Она очень хотела просочиться сквозь все препятствия, дойти до земли, почувствовать ее на ощупь и рассосаться в ней.

Рита проконсультировалась с коллегами. И стала ей делать коктейль из сильнодействующих. Через двое суток, она решилась вывести Аню из этого состояния.

– Как ты?

– Не знаю. Туман только в голове.

– На попей…Теперь отдохни немного…Но уже хорошо, ты не вырубаешься.

– Сколько я спала?

– Немного.

– А ты?

Через час Аня встала.

– Ань, во-первых, у Дэна очень хорошие прогнозы. Я смотрела все его анализы и обследования. Во-вторых, ты сейчас нужна, как никогда. Он лежит и все слышит. И часто выход из комы связан с эмоциональным всплеском. И такой всплеск можешь дать ты. Понимаешь? Поэтому, собираем себя, нормально кушаем, чтоб получить силы.

– Зачем я это сделала? Рит, мне не нужно было его звать, это все из-за меня…мне не нужно было его звать…раньше, когда я говорила себе, что его темперамент меня пугает, сама не понимала, почему. Ведь так сложно объяснить это…что плохого, если тебя любят сильно…многие женщины мечтают о такой любви. А я боялась ее. Поэтому спокойный, рассудительный и любящий Алик мне был как-раз. А теперь он оставил меня наедине с силой Дэна. Как дальше мне жить, Рит? Я боюсь, что он умрет. И я боюсь, что он проснется…

– Жизнь важнее чувств, Аня. Он нужен дочери, у них большая связь. И он нужен тебе…

Майя не отходила от отца.

– Мама, мы должны позвать Аню. И я это сделаю, как бы ты к этому не относилась…

– Да, Май.

Майя позвонила Ане. Но никто не взял трубку. Звонила весь день. Наконец, трубку взяла Рита.

– Маечка, она не может сейчас. Спит под сильнодействующими. Завтра попробую ее вывести. Но не знаю, как пойдет…

– Позвоните мне, пожалуйста…

Майя не находила себе места. Рома сидел часто с ней в больнице, но не знал, как ей помочь.

На следующий день вечером Рита позвонила. Майя спросила разрешения приехать к ним.

–Аня, я теперь и за вас переживаю…

– Май, как он?

– Так же, как будто спит… Ань, я просто ждала, его ждала, а он все не едет, и трубку не берет… Зачем я его позвала, Ань…Не нужно было его звать…

– Моя девочка, не вини себя. Ты не виновата совсем. Это я … я во всем этом виновата…

Аня отключилась. Земля не такая и холодная. Да и не грязная. Она как шерсть, только что состриженная с овцы. Где-то мягкая, где-то жесткими комками. В комки сложно заходить.

Рита сделала ей опять укол.

– Теть Рит, что с ней? Все будет хорошо, теть Рит?

– Да, Май, она должна отдохнуть. Рано я ее вывела. Думаю, и завтра сделаю еще один укол.

– Теть Рит, это я ее так…

– Нет, Май, она давно так. Просто сильные переживания – спусковой крючок. Не вини себя, детеныш ты маленький. Думаешь, почему она спала эти два дня. Потому что просыпалась, говорила, что не должна была его звать и отключалась. И мне пришлось вот так… И да… твой папа ехал к тебе после вечера, проведенного с Аней. Она винит себя, ты винишь себя.

– Так это я ее просила об этом, теть Рит… я умоляла…

Рите пришлось и Майе дать успокоительное.

– Вот, что с вами делать, а… девочки, ах девочки…

Рита проводила ночи в кресле рядом с сестрой. И много думала о природе любви. Как она прекрасна, и как разрушительна порой. Она тоже сто лет назад думала, что все будет прекрасно, пока не увидела, что человек, на которого она не могла надышаться, просто тупо ее обманывал. Спустя несколько лет, когда сознание прояснилось, она смогла реально взглянуть на свою жизнь, оценить человека, в которого была влюблена так, что не видела очевидных вещей. Это все прошло… Со временем все прошло… Правда. Рита уже давно не переживает и спокойно может говорить об этом.

Прошла еще неделя. Рита – у постели Ани, Майя – у постели отца.

– Мам, я отвезу тебя домой, пойдем.

– Нет, Май, я здесь буду…

– Нет, мам, мы едем домой. Да и нам обеим нужно нормально принять душ и переодеться, пойдем.

Лара поняла, она придет.

Аня с Ритой зашли в палату. Дэн спокоен, дышит ровно. Она села рядом, долго смотрела на него затуманенными глазами. Потом взяла его руку, хотела поднять, не смогла… Положила голову на его руки и отключилась… Земля была песком, сухим, как в пустыне. Даже приятно в песке, тепло…

Темно. Дэн шел и шел, устал и дальше идти не мог, лег… Лежал на земле долго, через какое-то время начал чувствовать, что его ноги уходят в землю, хотел пошевелить ими, не получилось. Понял, что если не встанет сейчас, то потом уже не сможет… посмотрел вперед, а там – лучи солнца светят сквозь золотое море. Он собрал все силы, встал и пошел навстречу. Дэн открыл глаза. Белые волосы Ани лежали вперемешку с золотыми на его груди. Рита побежала, звала врачей.

– Жизнь моя…

В палате засуетились врачи, медсестры. Рита позвонила Майе.

Майя с мамой летела в больницу.

– Боже мой, спасибо тебе, божечки, спасибо тебе…

Лара и Майя целовали Дэна.

– Где она, пап, где Аня?

Майя выбежала в коридор.

– Теть Рит!

Рита шла, обняв Аню за плечи. Майя подбежала к ним.

– Ань, я люблю вас!

– И я тебя, моя девочка.

Глава 11

Рита не ходила на работу, оставить Аню одну не могла. Хотя сестра опять была на таблетках, но тем не менее… Шло время. Весна вовсю расцвела. Аня много сидела в саду.

– Если бог тебе дает испытания, Ань, значит знает, что ты выдержишь… Просто кому-то больше выпадает этого добра, кому-то меньше…Справедливости нет в мире вообще…Это понятие придумали люди…

– Ну где справедливость, если мы одних животных холим и лелеем, а других едим…А ведь все – твари божьи…тебе вон не встретился ни один порядочный мужчина, а я не знаю, что с ними делать…

– Да, мне встретился тот, который порядочность где-то потерял на своем пути… Эх, ну его…я не страдаю давно по нему…Мне даже жалко его жену.

– Да, Рит, давай поедем к детям на пару дней, я хочу с Софийкой увидеться, она – моя лучшая таблетка.

– Слушай, ну до 1 мая неделька осталась, давай вместе вылетим, а там я – в Рим, а ты – к деткам, подождешь меня, конференция же три дня всего, и я к вам.

По вечерам приезжала Майя. И они сидели вместе у печки, пили чай. Как странно, думала Рита, кто б мог подумать, что дочь Дэна и Лары будет им так близка…

1 мая Аня и Рита поехали в аэропорт. Там их ждала Кара, коллега Риты.

– Ну девочки, какие вы красотки, покорите там всех итальянцев!

– Как бы они нас не покорили!

Прошли регистрацию и ждали свой рейс. И тут Рита говорит:

– Аань, посмотри туда…

Впереди шла Майя с букетом тюльпанов. За ней – Дэн, висок заклеен, одна рука в гипсе, в другой – большой букет мелких розовых роз.

– Теть Рит, это вам!

– Спасибо, Маечка, только как мы это в самолет-то…

– А вот пойдемте и спросим на стойке.

Дэн стоял, смотрел на Аню и молчал на удивление.

– Прям совсем нечего сказать?

– Нет.

Он раскрыл руку в гипсе и обнял ее. Молча целовал волосы.

– Больше ты не сядешь за руль. – не выходя из объятий знакомым тоном сказала Аня.

– Не сяду. Ты надолго?

– Не знаю, может на пару недель… Тебя выписали?

– Нет, Майя договорилась.

– Она умница.

– Я уже немного ревную ее к тебе. Ты знаешь, как я тебя люблю?

– Знаю.

Как-то стало спокойно на душе у Дэна. И у Ани. У Риты. И у Майи.

– Аня! Вон Аня! Аня, я тут, тут!

Софийка прыгала от радости.

– Солнце мое! Как я рада тебя видеть! Как ты выросла!

– Я тозе так лада, так лада!

– Доченька, как я соскучилась!

– Мам, ты еще больше похудела. Тебя что Рита не кормит что ли?

– Не кормит, Леечка, не кормит. Вертихвостка она, вон в Италии тусит с подружкой.

– Аня, а сто ты мне пливезла?

– Моя радость, я тебе сюрприз привезла!

– Сюлплиз? Ницего себе! А сто в сюлплизе есть?

Аня не могла нарадоваться. Кажется, опять можно слезать с таблеток.

Дома у Леи форменный кавардак. Везде игрушки, в гостиной, на кухне, везде.

– Когда нет Миши, я даже не утруждаюсь. Потому что эта егоза ровно через пять минут раскидает все опять. Мам, как ты нами двумя справлялась?

– С вами папа справлялся.

– Мам, как ты расскажи.

– Нормально, Леечка, нормально. Я ж с врачом живу под одной крышей, разве можно с ней болеть… Всю плешь проест…

– Да, нам с Ритой очень повезло. Но какая-то ты другая, мам…

– Да вроде все по-старому, устала со стройкой, но уже завершающий этап. Поэтому, держимся, скоро у нас будет свой СПА. Вот тогда вы прилетите и не захотите улетать.

– Кстати, мам, Миша ж в Китае опять. Может он там спецов каких в этом деле поищет…

– Это было б прям супер. Если что-то интересное найдет… У меня есть двое ребят молодых массажистов, может их отправить поучиться…

– Я ему скажу. А теперь, мам, скажи, ты на сколько приехала? Мне так хочется, чтоб надолго.

– Не знаю пока. Ритка через пару дней приедет. Но вообще, у нас активно идет набор персонала, поэтому сильно задерживаться я не могу. Ты как, скажи мне, что с работой, получается?

– Да, мам, я должна сейчас представить им мое видение следующей коллекции, хотя бы только главные позиции. И после одобрения уже начинать работать над ней. У меня, конечно, есть наброски, проработки… Но этого мало. Да и первая моя работа для Клифа, я хочу ее сделать запоминающейся.

– Вот и здорово. Спокойно работай, мне в кайф с Софийкой весь день.

– Спасибо, мамуль, ты всегда там, где нужна…

– Перестань. Че-то Макс не едет…

– Приедет, не переживай. Он больше теперь работает.

Макс скоро приехал. Зашел с маленькими букетами полевых цветов для мамы и сестры, и большим букетом – для Софийки.

– Как он ее балует, мам, это что-то… Софийка вырастет и ни на кого смотреть не будет, у кого не будет такой бороды и столько денег на цветы!

– Моя радость! Это тебе.

– Какие класивые, Максик, я так люблю такие цветы!

– О, Рита в миниатюре.

– Мамуль, как ты?

– Хорошо, сыночек, ты как, расскажи.

– Да, все хорошо. Я голодный, и сейчас если меня никто не накормит, я съем эту красивую девочку.

– Я тебя наколмлю, Максик, так тебя наколмлю, сто ты со стула не смозес встать!

– Нет, ну слышала бы Рита …

Софийка сбегала к себе в комнату и вернулась, держа в руке игрушки из ее кухонного набора.

– Максик, смотли, у меня есть пилог, помидольки и яблочко. Ты сто будесь? Они такие вкусные. Я точно знаю! Папа узе плобовал!

Как хорошо с своими детьми! Каким светом и теплом они наполняют мир! У Ани не было счастливее дней, чем дни, в которых родились ее дети. Она помнит эти первые минуты и часы с Леей и Максом, наполненные трепетом и счастьем. Каждое движение, каждая улыбка малыша – это самое невероятное чудо!

Макс родился вечером, и в первый же день хмурил брови и серьезно так смотрел на маму. Что может быть лучше? Твой сын, крохотный кулачок, серьезный взгляд… Этот малыш вырос в большого, искреннего, заботливого и улыбчивого парня. С ним так тепло и уютно всегда. Характер Алика, конечно.

Лея родилась утром, и в первый же день улыбалась. «Заря моя!» Смотря на ее большие глаза, Аня знала, вырастет и станет самой красивой на земле девушкой. И эта улыбчивая кроха выросла в настоящую красавицу, с фигурой модели, с густыми темными волосами, большими красивыми глазами – внешность Алика, но при этом имела характер Ани, серьезный и решительный. Ой, сколько парней по ней сходили с ума… Она выбрала Мишу. Просто Миша был сильнее ее, это не могло не понравится. Вот эти два огня родили еще одно счастье для Ани. Софийка сочетала в себе все любимые черты от любимых людей. Аня смотрела на своих детей и думала: «Рита права, я все усложняю, на самом деле я самая счастливая женщина!»

Через три дня Рита позвонила и сказала, что задержится на пару дней, они с Карой решили погулять подольше. Пара дней превратилась в неделю. Аня весь день была с Софийкой, полностью освободила Лею от всех дел, готовила, убирала и гуляла с крошкой. Реально стала лучше себя чувствовать. Наконец, прилетела Рита.

.

– Я просто на седьмом небе! Мои любимые, сейчас я вам все расскажу. Нет, сначала подарки! Аня, не представляешь, какое я тебе привезла платье, просто красота в высшем своем проявлении! И не вскидывай брови так, я знаю, что ты не носишь платья, вот теперь будешь! Сейчас найду. Ты увидишь и все поймешь. Смотри. А нет, одень немедленно! А это тебе Леечка, Ив Сен Лораааан!

Ураган ворвался в спокойный дом.

– Италия весной – это мое место! 100%!

– Кто б сомневался!

– Аня, ты не представляешь, как там красиво именно весной! Буйство красок, просто восторг!

– Почему же не представляет, раз пять мама точно путешествовала по всей Италии.

Макс специально дразнил Риту.

– Максик, в Италию должны ехать, да что говорить, там должны жить! такие люди, как я! Потому что этой страной нужно восхищаться! А твоя мама этого не умеет! Ммм… белиссимо… густозо… аморе мио… гранде!

– Рита, а конференция-то как прошла?

– Ах, да! Великолепно! Можете спросить у Кары, как встретили мой доклад. Я только и слышала: Брава! Брава! Сейчас фотки покажу.

– Теть Рит, ты сама себя переплюнула сейчас. Что-то там было, наверно, особенное…

– Там, Леечка, как бы тебе объяснить, все в квадрате, понимаешь? Трава зеленее, люди красивее, а море… море…

Весь вечер Рита говорила, не останавливаясь. Все получили такой заряд энергии, что заснули поздно, Макс остался тоже у Леи.

Теперь на кухне колдовала всегда Рита, Макс приезжал каждый день на ужин, Аня с Софийкой играли с утра до ночи.

– Мам, я подала документы в садик. Софийке скоро три, я хочу работать, поэтому, думаю, время пришло.

– Лей, давай я ее сейчас заберу. У нас же двор, сад, на улице весна… Потом привезу, как скажешь…

– Мам, ты знаешь, мне это сейчас как раз нужно. Не знаю, когда будет садик, обещают со следующего месяца. А у меня же сроки на работе. Поэтому, да, в этот раз забираешь ее.

_- Супер! Рита, мы берем с собой Софийку!

Еще через недельку начали собираться домой. У малышки собралось два чемодана вещей.

– Ну куда столько, солнышко мое?

– Бабуля, мне все все нузно.

В аэропорту Софийка всем дала задание.

– Мамулечка, ты без меня не плачь, и не забывай моих звелушек колмить. Максик, ты тозе не плачь, если сильно соскуцишься, то мозесь плиехать к Ане, мы тебя здать будем.

Глава 12

Дэн не знал, что их будет трое. Ему пару дней назад сняли гипс, и вот прилетает Аня. Он купил два букета и поехал в аэропорт.

– Аня, а это сто за дядька?

– Это дядя Дэн, познакомься.

– Здравствуй, принцесса, это тебе.

Дэн протянул ей букет.

– Пливет, дядя Дэн, у вас имя, как у моего медвезонка. А цветоцки класивые, я люблю цветоцки. Мне их все влемя далит Максик и папа. У меня в комнате так класиво становится… Аня , ты поставись эти цветоцки в моей комнате?

– Это что за чудо такое?

– Просто она в меня пошла.

– Точно! Риточка, а это тебе. Ну, цветоцек, можно тебя за руку взять и отвести к машине, как принцессу?

– Ой, Аня, а дядя Дэн мне понлавился. Я всегда ладуюсь, когда меня, как плинцессу за луку ведут и еще и с цветоцками.

Дэн взял ее за руку и думал, что ведет маленькую Аню. Посадил ее в машину, попросил ее руку еще раз и торжественно поцеловал.

Софийка от важности минут 10 не шевелилась, сидела, как статуя. Дольше, конечно, она не выдержала, потому что поток почемушек уже не помещался у нее в голове.

– Дядя Дэн, а это сто, а это клутится, а мозно сюда поназимать, а это сто?

– Чистый эндорфин!

– Сто? Это сто это эндалфин?

– Это ты.

– Не, мне не нлавится эндалфин.

Приехали домой.

– Моя клаватка, мой домик, мои иглушки все здесь. Аня, поставь мне цветоцки сюда.

– Я поеду. Если что-то нужно, Рит, звоните.

– Спасибо, Дэн, останься на чай хотя бы.

– Не могу, Ритуль, должен ехать.

Аня вышла проводить. Дэн сразу обнял ее.

– Жизнь моя!

– Ты ж обещал не садиться за руль, вот не слушаешь жизнь свою.

–Да. Я хочу тебе кое-что показать. Когда мне заехать за тобой?

– Давай позже, сейчас надо мне понять, как мы будем работать с этим эндорфином.

Дэн сел в машину. Потом крикнул:

– Ань, я забыл, подойди.

Она подошла, ища глазами, что же он забыл, а он взял ее лицо обеими руками, расцеловал все лицо:

–Ань, ты мне нужна, я просто умираю без тебя.

Аня первый раз подумала, что ей приятно, пусть продолжает., а сказала:

– Я позвоню. Пока.

За Софийкой закрепилось звание эндорфина. И ведь правда, столько радости не приносит никто, кроме нее. У этого ребенка было собственное мнение по поводу всех событий и предметов вокруг. И это мнение она считала себя обязанной сообщить всему миру. Как-то Аня взяла ее с собой на стройку. Больше она такой ошибки не сделает. Ей было интересно все, как открываются двери и окна, почему у этой тети браслет на руке, почему коридор такой длинный, почему та тетя некрасивая, где можно тут покушать и тд и тд. Работать с ней и правда невозможно. Ане позвонила Майя.

– Ань, могу я приехать к вам чуть-чуть поболтать?

– Конечно, моя девочка.

Майя приехала и попала под град вопросов Софийки.

– А как тебя зовут? А что это за колецко такое? А ты хоцесь кусать? А ты любишь моложеное?

– Боже мой, Ань, я, кажется, влюбилась…

– А в кого ты влюбилась?

– В тебя!

– В меня? Ой! В меня еще никто не влюблялся. Я тебе знацит нлавлюсь, что ли?

– Значит, нравишься.

– Знацит, ты со мной будесь иглать, а потом кусать?

– Куда ж денусь, конечно, буду.

– Аня, нам нужны иглушки!

Улыбка не сходила с лиц всех людей, кто видел этот эндорфин.

– Ань, вы знаете, я хотела вам выразить свою благодарность, но даже не знаю как. Потому что, то, что вы сделали для меня и папы, это… ну это не имеет цены…

– Май, перестань. Даже не хочу подобное слушать.

– Ань, я таким счастливым не видела отца никогда, понимаете, никогда!

– Ну вот и хорошо. Главное, чтоб он сейчас был поспокойнее и ничего не натворил.

– Ань, вы стали для меня таким близким человеком… что странно со стороны, да, и много кто меня не поймет… но я бы хотела, чтоб вы были на моей свадьбе.

– Девочка моя, поздравляю! Когда это важное событие?

– Осенью, в октябре.

– Как Роме твоему повезло, ой-ой-ой!

– Ань, так вы придете?

– Маечка, как это будет выглядеть? Да и не забывай, что для твоей мамы – это тоже очень важный день. И они с папой должны быть там одни.

– Вы правы, и я это, конечно, понимаю. Вот если бы была возможность… и потом папа уже много времени не живет дома, хотя, конечно, они не разведены… Не знаю, все так сложно. Почему люди не могут все жить в мире и согласии… Ведь радость должны разделять люди, которые любят друг друга!

– Он совсем не приходит домой?

– Приходит, после больницы иногда заходит, спрашивает маму, не нужно ли чего, но это совсем не то… ну не то, что мама ждет…

– Хорошо, что приходит.

– Ань, вы как, на таблетках еще?

– Вон моя таблетка иглать собирается с тобой…

– Ань, а можно я правда ее заберу на полчасика? Мы просто сходим напротив мороженое покушаем.

– Ну идите, я хоть поработаю, но смотри, она там все кафе захочет перепробовать, ты ей спуску не давай.

– Здорово! Спасибо, Ань, у меня теперь новая подружка есть! Ну что, подружка, пойдем?

– Маечка, а знаесь какое я маложеное люблю? Клубничное и сакаладное! А еще я люблю стоб полили всякими силооопами сладкими и еще сааалики посыпали.

– Я в полном восторге от твоего мороженого. А давай и мне такое возьмем.

– Нет, мы с Максиком всегда белем лазные, а потом я плобую его маложеное, а он – мое.

По пути в кафе Софийка добила окончательно Майю:

– Майя, а ты сто замуз выходись? А как зовут твоего муза? А лазве ты еще не маленькая замуз выходить? А у тебя есть платье плинцессы? А у меня узе есть. А я могу выйти замуз?

Майа вернула ее через час со словами: « Я пищу от этого человечка, Аня. И мы собираемся вместе иглать!»

Всю дорогу домой в машине Софийка рассказывала, как она ела мороженое, и что она больше не просила, потому что уже взлослая, и ей уже пола замуз! А платье у нее подходящее уже есть! Вот!

– Так, и за кого же ты хочешь выйти замуж.

– А мне Майа сказала, сто снацала кто-то, кто мне нлавится, долзен мне пледложить замуз пойти. А потом я долзна согласиться. Вот я думаю, мне нлавится Максик и еще дядя Дэн понлавился, он думает, сто я плинцесса хи-хи-хи. И еще у них как лаз нет зены… Я плосто не знаю, за кого мне выходить, за Максика или за дядю Дэна.

– Ну ты знаешь, дядя Дэн уже женат, у него есть жена.

– Плавда?

–Да.

Эндорфин очень опечалился.

– Зацем он зенился? Он лазве не знал, сто я плиеду? Он зе меня с цветоцками встлечааал и луку целовааал…

Эндорфин плакал навзрыд. Рита удивилась:

– Это что такое случилось? Что за горе приключилось?

– У него есть зенааа, бабуля, и поэтому он не мозет мне пледлозить замуз идтииии…

– Кто это, солнышко мое?

– Дядя Дээээн… он узе зенился, понимаесь, бабуууль…

– Слушая, я тебя сейчас обрадую, это совсем никому не мешает, поверь мне. И думаю, дядя Дэн очень обрадуется, если узнает, что ты вырастешь и за него замуж пойдешь.

– Плавда?

Софийка вытирала уже слезы и строила новые планы.

– Правда, вон у Ани спроси…

– Аня, плавда?

– Плавда, плавда, вот только тебе вырасти нужно, сначала в садик пойти, потом в школу, потом в университет, а потом только замуж

– Это дооолго очень, не хоцу так долгаааа…

Рита еле ее успокоила. Покормила вкусняшками и спать уложила.

– Ой, я не могу, если Дэн услышит это…

– Рит, слушай, вот не нравишься ты мне после Италии… ты, конечно, всегда была тарахтелкой, но после этой поездки… Что за этим скрывается? Ты точно что-то скрываешь. Все время в телефоне сидишь. Я при детях не стала выяснять, но, Рит, я ж вижу…

– Ань, я сейчас как-то растерялась действительно, ну и немного маскируюсь. Там на второй день я познакомилась с мужчиной, он врач реаниматолог, серьезный такой. Но я сразу же заметила, что он все время задерживает взгляд на мне, так немного, слушает внимательно. А меня же знаешь, я ж если волнуюсь, еще больше говорю. Так вот, он ничего мне не говорил, но провожал нас Карой до гостиницы, угощенья в номер присылал. Кара говорит, да видно ж, что запал на меня. Он у Кары спрашивал, замужем ли я. Ну и потом спросил меня типа не буду ли я против, если он пригласит меня в настоящий неаполитанский ресторан. В общем, я оказалась не против почему-то. Хотя, Ань, не мой типаж совсем, он какой-то, как тебе сказать, без ярких красок что ли. Спокойный, рассудительный, и разговаривает так же.

– О божечки мои, спасибо тебе, господи, кажется моя сестра влюбилась в первый раз за сто лет!

– Да подожди еще, влюбилась…

– Как его зовут?

– Энцо.

– Ни фига себе! Энцо… это интересно… и что дальше было?

– Он попросил разрешения писать мне. Вот.

– И?

– И пишет. Пишет, на удивление, много. Ха-ха-ха говорит мало, пишет много. В общем, говорит не может забыть какая я лучезарная и хочет встретиться еще.

– А ты как?

– Ань, мне 46.

– И что? Подожди, а ему сколько?

– А я не спрашивала ха-ха-ха На вид, как я. Сейчас покажу.

– Слушай, итальянский красавец, он из Неаполя?

– Да, любит свой Неаполь огого, вот про это много говорил.

– Так как ты-то? Сорок шесть – это совсем не препятствие.

– А я ему сразу сказала, что мне 46, он так смеялся, говорит, ни одна итальянка не скажет, сколько ей лет под дулом пистолета. И, если бы не семейные документы, он бы не знал, сколько лет его маме.

– Рит, так что ты думаешь-то?

– Да что думаю, не знаю, что думать. Он вроде честный, не знаю. Ань, вот говорит разведен, а я думаю, вот можно ли верить итальянцам… Хотя он не из тех, кто зубы заговаривает или красуется, он мне вообще букой показался, но все же…

– А как он предлагает встретиться?

– Говорит, купит билеты мне туда и обратно.

– Ну уже хорошо… И потом, как ты поймешь, что он за птица, если не поехать и не общаться?

– Ань, я вообще думаю, надо ли мне это… в сорок шесть лет…

– Вот заладила, сорок шесть, сорок шесть, и что, в Европе принято после сорока жениться. А что у него с семьей?

– Мать жива, и брат, и сестра есть, у обоих семьи. А он развелся семь лет назад, и детей у них не было.

– Я считаю – находка! Да и потом, что ты теряешь, Рит? Ну получится – получится, нет – нет.

– Не хочу я влюбляться и потом страдать…

– Рит, жить без любви можно, так может и легче, но скучнее, жизнь теряет краски. Тебе уже не двадцать лет, как тогда, чтоб ты сильно все к сердцу воспринимала. Не думай над этим, ты, может, пропустишь свою судьбу, а может просто приятное приключение. Я бы поехала на твоем месте!

– Ты? Да ты б ни за что не поехала! Тебя вон красавец Дэн не может уговорить никак.

– А вот и нет, поехала бы. Глупо пропустить такой шанс. Мне он кажется серьезным. Да и я прекрасно его понимаю, он же увидел свой антипод, вы просто дополняете друг друга. Ритуль, обычно ты мне говоришь, не заморачивайся. Теперь я тебе говорю, не заморачивайся, сестренка. Езжай!

Рите на душе стало сразу легче. Она так хотела этого одобрения. Сомнения ее съедали, а теперь все стало на свои места. Она написала Энцо – приеду!

Глава 13

Дэн заехал за Аней.

– Дэн, город уже закончился, куда мы едем?

– Тут недолго, сейчас увидишь…

Он остановился на большом холме. Вышел, закрыл глаза Ане руками и повел вперед. Потом остановился, обнял Аню сзади.

– Смотри!

Аня открыла глаза. Они стояли на высоком холме. Что-то дрогнуло у Ани в душе. Это ж место, где в детстве она проводила много времени, счастливого и беззаботного времени. И это место так прекрасно. Холмы вокруг были густо усыпаны синими васильками, мелкими белыми цветами, а местами вспыхивали огнем красных маков. А внизу под холмами текла их любимая речка. Сколько раз она ныряла там с большого камня! Сколько радости, смеха и веселья помнили эти холмы!

– Дэн, это … это просто счастье!

– Давай посидим здесь.

Они сели прямо на траву. Аня положила голову назад на плечо Дэна и вдыхала пьянящий аромат полевых цветов.

– Здесь я первый раз увидел тебя. Я стоял вон там внизу, видишь кусты барбариса, я там стоял, когда посмотрел сюда наверх на дорогу. И ты шла с ребятами. У меня дыхание остановилась. Ты иногда подпрыгивала, и солнце светило сквозь твои волосы прямо в меня. Весь мир исчез вокруг меня, осталась только девочка с золотыми волосами. Я никогда не забуду этот момент.

Аня посмотрела на него, такого трогательного, романтичного, он не растерял за годы эти качества.

– И знаешь, когда я лежал в коме, я вдруг почувствовал впереди себя свечение, мне тяжело было даже глаза поднять, я не видел, а почувствовал этот свет. И как будто меня потянуло посмотреть на этот свет, я все-таки поднял глаза и посмотрел. Это были лучи солнца, пробивающиеся ко мне сквозь золотое море. Я открыл глаза и увидел у меня на груди твои золотые волосы с серебряными прядями.

Аня потянулась и впервые поцеловала его.

У Дэна остановилось дыхание.

– Ну вот, я опять не могу дышать. Ты меня убиваешь, и возвращаешь к жизни. Жизнь моя, как же долго я этого ждал. Любимая моя.

Аня не испытывала такого никогда. Она не понимала, кто она и кто он, где они и зачем здесь. Запахи цветов и поцелуи Дэна затмили весь остальной мир.

– Дэн, я будто не на земле, будто и ты, и эти холмы вокруг на другой планете. Я так не хочу возвращаться на землю.

– Любимая моя, как долго я тебя ждал, всю жизнь. Я подарю тебе эту другую планету.

Он, казалось, вечность целовал ее.

«Неужели я могу вернуться с это время… время счастья и молодости…я не верю в то, что происходит…я сошла с ума…это не может быть правдой…я точно сошла с ума»

– Дэн, ты веришь в то, что происходит? Может мы сошли с ума?

– Жизнь моя! Я люблю твои белые волосы, я люблю твои всегда грустные глаза. Я буду любить тебя, даже если ты меня отвергнешь.

– Я сошла с ума, теперь точно.

– Я буду любить мою сумасшедшую девочку всегда.

Вечером он привез ее домой. Рита из окна видела, как он долго в машине целовал Аню, как потом вышел из машины, взял ее на руки и кружил, как Аня обвила руками его шею. Рита была счастлива.

Аня зашла домой и выпалила:

– Рит, я не знаю, была ли я так счастлива когда-нибудь!

– Ань, серьезно?

– Да, и это не похоже на другие счастья, как будто много разных счастий есть в мире. И мне досталось их несколько разных. За что мне столько, господи?

– Как я рада за тебя, моя Аннушка! Я знала, что Дэн особенный, и всю жизнь он любил только одну. Я просто счастлива за вас обоих!

– Мне нужны таблетки, я не смогу заснуть.

Через пару дней Аня должна была отвезти Софийку домой. Дэн приехал с завода, чтоб проводить своих девочек. Аня предупредила его, что эндорфин в него влюблен. Он приехал с розовым чемоданом.

– Это сто, дядя Дэн?

– Это сюрприз для моей принцессы, ты можешь потерпеть и открыть его, когда уже будешь дома?

– Могу, я узе взлослая!

– Ну вот и замечательно. Бегом на ручки.

В самолете Софийка пару раз порывалась открыть чемодан. Но Аня каждый раз напоминала, что она уже взрослая и дала слово.

Их встречал Макс.

– Максик, смотли что у меня есть?

– Что это, солнышко?

– А я пока не знаю, потому сто я взлослая.

– Как интересно! А я могу посмотреть?

– Ты мозесь, а я нет, я дала слово, сто отклою дома.

– Значит, вместе откроем, хорошо?

– Поехали быстлей!

Дома были и мама, и папа.

– Любимая моя, как я скучал!

Софийку целовали и тискали родители, она обнимала их. Потом вспомнила:

– Ой, подоздите, Аня, я зе могу узе отклыть да?

– Да, солнышко, открывай.

Софийка побежала в коридор, Макс ей помог притащить чемодан и открыть.

В чемодане оказался игрушечный замок для принцессы. Он раскрывался, оказался довольно большой, еще были все атрибуты принцессы: корона, светящаяся палочка, украшения и даже надувной трон. Софийка доставала оттуда каждую вещь с такой гордостью. И в конце была записка на розовой ароматической бумажке: «София, ты самая прекрасная принцесса в мире! Мы будем ждать тебя! Дэн и Майя.» Софийка нюхала эту записку и закатывала глаза.

– Доченька, это кто тебе подарил?

– Дядя Дэн.

От испытываемых чувств эндорфин даже немного растерялся.

– А кто этот дядя Дэн?

– Я выласту и выйду за него замуз!

– Ах вот оно что!

– Да, он самый луцший дядя Дэн. Он далил мне цветы и дазе поцеловал мне лучку, как плинцессе. Я, когда пойду в садик, и потом в школу и еще куда-то, потом я буду выходить замуз в платье плинцессы, вот. И еще я узе взлослая!

Вечером всех уложили, и мама с дочкой уединились на кухне.

– Мамуль, кто этот Дэн?

– Лей, этот человек делает все, чтоб я была счастлива.

– Мамууль, правда? А ведь ты и правда такая …другая… красивая и не знаю… мамуль, как я рада!

Лея обняла маму и заплакала.

– Ну что ты, малыш, перестань…

– Мам, я так переживала, что с тобой все плохо. Ты ж два года не могла прийти в себя. Уже 3 года… Я думала, это уже приведет к серьезным ну изменениям, заболеваниям… Я так рада, мам! А где ты с ним познакомилась?

Анна рассказала дочери все. И про юность и Дэна, и про свои потери сознания, таблетки и зависимость от Алика, и про то, как Дэн увозил ее с кладбища, и про Майю, и про кому. Лея была в шоке, как-то ее мир изменился. Она не могла поверить в это. До утра они не заснули.

– Мам, я даже не могу все осознать пока. Мне нужно время, чтобы все понять. Но я очень рада.

– А хочешь еще новость?

– Ой мне страшно, но хочу.

– У Риты появился итальянец!

– Да нееет, то-то она была такая счастливая! Как зовут, расскажи все, мамуль…

Утром Макс зашел на кухню и увидел маму с сестрой на тех же местах, что и вечером.

– Вы с ума сошли?

– Сошли, Максик, сошли…

Ден позвонил Рите и приехал к ней.

– Рит, я тебе признателен за все. И хотел бы как-то выразить мое отношение к тебе. Поэтому, вот.

– Дэн, ты о чем? Что это?

Она открыла конверт, там лежал сертификат на двоих на путешествие от турфирмы на выбор по трем направлениям и с открытыми датами.

– Дэн, ты что? Нет, я не могу принять такой подарок!

– Рит, пожалуйста, не отказывайся. Понимаешь, мне немало лет уже, и в жизни я еще не успел сделать кучу всего. Никто не знает, сколько ему осталось. И я не знаю. И теперь я чувствую острую необходимость успеть сделать все, что хотел. Пожалуйста, помоги мне. Я буду очень рад, если тебе доставлю какую-то радость.

– Дэн, блин, ну какой же ты милый, я даже, не знаю, как тебе можно отказать… Но здесь на двоих…

– Ну можешь с Аней или как хочешь. Хотя нет, Аня и так много уезжает, а я не хочу, чтоб еще…

– Ладно, Дэн, уж я найду с кем. Спасибо тебе, это так неожиданно!

– У меня еще просьба, Рит, ты должна мне помочь, опять…Я хочу что-то для Ани, что-то значимое. Но все мне кажется незначительным. У нее есть дом, и работа, и машина, и ничего из этого она не поменяет. Поэтому, я растерялся. Как думаешь, она переедет ко мне, если я куплю другой дом?

– Нет, Дэн, это исключено, этот дом для нее очень важен.

– Да. Но я не могу сюда приезжать к ней. И мне нужно какое-то наше место… Значит, я куплю ей какую-нибудь особенную квартиру, просто я думал много, но так и понял какую.

– А вот тут я тебе могу помочь. «Лучи», эти дома понравились ей в первый лень прилета.

– Супер, спасибо тебе, вот знал же я, что ты мне поможешь!

Аня осталась у детей недолго. Ее проект был практически завершен. Близилось открытие. Поэтому она хотела все проконтролировать. Через 5 дней она уже летела обратно вечерним рейсом.

Макс провожал ее в аэропорту.

– Мам, в следующий понедельник у меня стартует проект по одному приложению. После этого я могу прилететь к тебе на помощь. Поэтому через недельку я у тебя.

– Как здорово, сыночек!

Аня стояла у окон аэропорта и четко понимала, что по приезду ее жизнь будет другой. Отель практически готов, Дэн ее ждет. Она улетела с облегченным сердцем. Ей было так приятно, что Лея рада появлению Дэна. Немного переживала, как Макс это все воспримет. Лея должна ему сказать. Но, зная искреннее и доброе сердце Макса, можно было предположить, что он тоже будет рад.

Аня прилетела и не заметила в суматохе аэропорта, как кто-то быстро подхватил ее, поднял высоко и закружил.

– Счастье мое!

– Дэн, ты сумасшедший, посмотри вокруг, нас снимают. Ну поставь меня обратно!

– Мне все равно! Я счастлив!

Он еще раз покружил ее и потом отпустил.

На улице было совсем темно. Дэн посадил ее в машину и сказал, что должен завязать ей глаза.

– Нет, Дэн, ну хватит…

– Аня, я столько не сделал в жизни! Я этого ждал 30 лет! Ты не можешь меня ограничивать сейчас. И потом, мне кажется, тебе должно понравится.

Он завязал ей глаза. Они поехали.

– Прямо как-то страшно даже, Дэн…

– Нее, не бойся, я с тобой.

– Так, ты где-то припарковался. Снимаю?

– Неет! Я сам сниму, когда будет можно. Так выходи аккуратно, я тебя держу, не бойся. Хорошо… Теперь ступеньки… Все, ровно идем.

– О, это лифт?

Аня услышала звон ключей и открывающейся двери. Дэн подвел ее к окну в пол. Он держал ее за плечи и сказал:

– Теперь снимай!

Перед глазами открылся вид, от которого замерло сердце. Весь город в многочисленных огнях раскинулся внизу. Будто звезды упали и рассыпались на земле. Миллионы звезд горели где-то внизу в ее любимом городе. Аня могла рассмотреть все большие шоссе, они, как артерии питали все районы города, она вдруг увидела, город – как большой живой организм, который живет своей жизнью.

– Как это красиво!

– Этот вид теперь твой!

– В смысле? Дэн!

Она осмотрелась вокруг. Это была квартира, где стояла уже кухня, а в большой комнате не было ничего, кроме одного стула у стены и большого матраца на полу еще в чехле.

– Ань, это твоя квартира.

– Нет, Дэн!

– Да, любовь моя!

– Нет, Дэн!

– Жизнь моя, ты разве не поняла, что больше я тебя не слушаю? Она оформлена на тебя и вот ключи, делай что хочешь.

– Я не могу такое принять! Дэн, почему ты меня ставишь в такое положение?

Дэн отошел от нее, сел на единственный стул в комнате и замолчал. Аня смотрела на город, он ее завораживал, это огромное окно с пола до потолка не отпускало ее, и тут она поняла – это «Лучи». Точно! Она повернулась, посмотрела на Дэна. Глаза его смотрели с нежностью и надеждой, она давно знает это выражение его глаз, очень давно. Анна подошла к Дэну, встала между его колен, погладила его шрам на виске. Он сжал ее с силой.

Они лежали на матрасе на полу и смотрели на город. Дэн одной рукой продолжал сжимать ее, как будто боялся, что она выпадет из окна, а другой – гладил ее волосы. Аня смотрела вниз и чувствовала себя птицей, летящей над городом.

– Что ты делаешь со мной, Дэн?

– Я просто люблю тебя…

Аня не понимала, что происходит. Как будто у нее теперь две жизни: в одной – семья, работа, миллион ситуаций, которые ждут ее решения, и другая, где от нее не зависит ничего, она просто делает то, что хочет он, и от этого она счастлива.

Глава 14

Рита готовилась улетать в Италию.

– Ритуль, ты не передумала?

– Нет, просто какое-то чувство, как будто что-то меняется помимо моей воли, я как бы и не против, но как-то я привыкла про себя одна решать все…

– Моя Риточка, ты знаешь, я ничего не решаю с Дэном, вот абсолютно ничего, как ни странно, да он меня и не слушает, и, ты знаешь, это просто … просто счастье!

– Слушай, Дэна мы знаем всю жизнь, а Энцо – шкатулка с сюрпризом.

– Ну тебе ли бояться сюрпризов? Вперед, и ничего не бойся. Если что, я прилечу тут же.

Рита решила улететь всего на 3 дня, потому что сюрпризы в шкатулках бывают разные. А некоторые такие, что хочется закрыть шкатулку обратно и бросить в жерло вулкана.

Энцо встречал красиво. Он очень хотел поразить лучезарную искрящуюся Марго. Именно так он ее видел, именно так называл. Огромный букет, кабриолет, номер в отеле Гранд Отель Везувио с балконом с видом на Неаполитанский залив, на Везувий и остров Капри.

– Энцо, я так не ожидала, Энцо, как все красиво!

– Марго, я хотел, чтоб белиссимо, чтоб сорпрезо ты была приятно удивлена. Я покажу тебе мой мир. И я очень хочу, чтоб тебе понравилось.

– Спасибо, Энцо, уже сейчас все прекрасно!

– Моя Марго, я счастлив, что ты согласилась приехать.

Рита отдохнула после полета. Вечером Энцо ждал ее в ресторане Карузо на 10 этаже отеля. Они сидели и смотрели на величественный Везувий. Конечно, все впечатлило Риту. Она решила расслабиться и получать удовольствие.

– Теперь отдыхай, моя прекрасная Марго. Утром в 9 я приеду за тобой.

На следующий день они поехали на остров Капри. Сначала погуляли в Садах Августа, где Рита все время ахала. Потом смотрели на необычное преломление света в Голубой пещере, которое чудесным образом создает волшебные картинки. Потом они поднялись высоко на прибрежные скалы, где тебя сшибает ветер и дух свободы. Рита была впечатлена так, что впервые не могла найти слов. Вечером в ресторане Энцо спросил:

– Марго, я немного растерян, потому что, мне кажется, ты как-то растеряна.

– Да, Энцо, я впечатлена красотой Италии, как будто мне нужно время, чтоб принять ее и понять, что это все реально, и в этой красоте спокойно живут люди и не задыхаются от нее.

– Моя прекрасная Марго, как же ты отличаешься от всех женщин, которых я знаю. Ты сама так же чувственна и прекрасна, как моя Италия. Ты не будешь против, если я закажу в номер шампанского, и мы там закончим вечер?

Рита теперь совсем растерялась. Задумалась, и вспомнила напутствие Ани. Эх, была не была! Если что, поблизости как раз был Везувий…

В номере они слушали Эроса Рамаззотти, выпили шампанского. Энцо пригласил ее на танец. Дальше Рита не помнит ничего. Очнулась она утром от того, что Энцо гладил ее ноги. Боже, что я натворила!

– Как ты прекрасна, аморе мио! Ты – самая красивая, белле, самая красивая на земле! Аморе, ты подарила мне счастье, которого я не знал раньше! И … я никогда столько не мог сказать красивых слов, как сейчас мне хочется!

– Энцо… теперь я совсем растерялась…

– Дио! Даже в этом ты прекрасна!

Он опять поцеловал ее.

К обеду они выбрались на улицу. Энцо повел ее в Королевский дворец династии Бурбонов. Рита была как во сне, явно не отдавая себе отчета в своих поступках. «Я потом подумаю обо всем этом». После дворца совсем не понимающая ничего Рита сидела в каком-то красивом ресторане, пила шампанское и смеялась. «Я потом подумаю серьезно обо всем, потом».

Утром следующего дня Рита проснулась, а Энцо не было рядом. «Ну теперь пора подумать, что я делаю. Как я могла? Как быть дальше? Я вечером улечу и все закончится. Наверно, так правильно. Итальянские каникулы закончились.» Сердце Риты сжалось. «Ну это все, всего три дня. Больше не может же так быть… Это просто было приятное приключение… и все…»

–Аморе мио, я сбегал к морю пока ты спала.

Он положил на покрывало Рите две красивые ракушки и маленький букет полевых цветов.

– Бамбино, я не хочу, чтоб ты уезжала.

Рита улыбалась.

– Марго, я хочу, чтоб ты осталась навсегда.

Рита перестала улыбаться. Дело набирало непредвиденный оборот.

– Я решил, я покажу тебе мой дом. И ты сама решишь…

– Энцо, это не решается так быстро. Подумай, как мало мы знаем друг друга.

– Мое сердце принадлежит тебе, ла миа стелла.!

Рита не понимала, что с ней. Но эта «ла миа стелла» привела к состоянию «горит сарай, гори и хата», поэтому после обеда Рита с Энцо поехала к нему домой. Это был особняк с красивым садом перед домом.

Им навстречу вышла женщина довольно преклонного возраста, но необычайно ухоженная. Ее седые волосы были уложены безупречно, остроносые туфельки на маленьком каблучке и нитка жемчуга на шее любой женщине расскажут больше, чем официальная биография. «Она похожа на миланессу»

– Мама, это девушка, о которой я тебе говорил.

От неожиданности Рита начала кашлять.

– Бамбино, ты нервничаешь зря. Я – лучшая подружка на свете. Правда, Энцо? Скажи.

– Марго, расслабься, моя мама рада тебя видеть. Познакомься, сеньора Эмилия, мама, это Маргарита, и она самый лучезарный человек на свете.

– Здраствуйте.

– Дио мио, Энцо, она стесняется! Давайте выпьем лучше.

Сеньора Эмилия легко взлетела по ступенькам в дом. Повернулась, жестом позвала окаменевшую Риту.

– Энцо, это удар ниже пояса.

– Я совсем не понял, что ты сказала. Марго, если тебе неудобно, мы можем поехать обратно. Моя мама все поймет. Она просто очень рада, что наконец я кого-то привел знакомиться с ней.

– Энцо, ну что вы там, заходите уже…

– Пойдем.

– Маргарита, ты очень приятная, и я видела, как Энцо ждал тебя. Поверь мне, я не видела его таким счастливым никогда.

– Спасибо, сеньора Эмилия. Я просто не знала, что вы будете здесь, Энцо не сказал мне.

– Ой, не думай, я не живу с ним. Зачем мне столько работы в доме. Я живу в самом центре, и очень люблю мою квартиру, там моя сокровищница. Но сегодня я не могла не приехать сюда и не увидеть, кто эта женщина, что растопила наконец железное сердце моего Энцо.

– Почему вы так говорите?

– Ох, бамбина, его эта работа сделала железным человеком. Я просила его поменять свой профиль. Но он не хочет. Скажу тебе по секрету, он иногда ночует в своей больнице.

Рита подумала, что реанимация реально сложная психологически работа.

– Давайте выпьем!

Только сейчас Рита увидела, что находится в большой гостиной, с красивыми темно зелеными диванами, с большим белым столом, где сеньора Эмилия разложила нарезки, клубнику, сыры, маленькие пирожные и шампанское.

– Бамбина, расслабься, садись. Хочу сказать тебе спасибо за то время, которое мой сын счастлив. Как бы у вас не пошло дальше, это даже не важно, ты уже украсила нашу жизнь. Конечно, я бы очень хотела, чтоб мой сын был счастлив до конца своих дней. И… если ты решишься на это, то подружка в Неаполе тебе уже обеспечена!

– Спасибо вам большое, я действительно не ожидала встретить вас и такое отношение от вас. Поэтому, я вам тоже благодарна.

– Маргарита, расскажи, чем ты занимаешься?

– Я – гинеколог, и очень люблю свою работу. Хотя, когда-то я хотела стать актрисой…

– О, бамбина, в самое сердце мне! Знаешь, сколько лет я играла в театрах Неаполя и Рима! Я играла Джульетту, Офелию, Роксану. Это моя жизнь!

– Марго, ты попала в яблочко, мама теперь не отстанет, пока не расскажет про все свои главные роли. Мама, Марго сегодня улетает, поэтому у нас нет много времени. И я еще ей хочу показать виноградник и наш сад.

– Аморе мио, это же очень рано, зачем так рано улетать?

– Меня ждут мои пациентки. И у меня завтра две операции.

– О, бамбина, ты оперируешь? Энцо, где ты нашел такое сокровище? Ну пойдем, Энцо гордится своим виноградником.

Рита понимала, Энцо идет ва-банк, и ей нужно определяться – с ним она или нет. «Я подумаю об этом позже».

В аэропорту он сказал, что готов в любой момент купить ей опять билеты или прилететь самому, если Рита этого захочет.

– Марго, я может тороплю события, я понимаю, но, так же я понимаю, что мне не 25 лет, а такого чувства у меня не было никогда в жизни. Поэтому, я жду тебя, моя стеллина!

– Мне нужно подумать, Энцо, все так быстро, я не была готова к такому… понимаешь?

– Конечно, но ты знай, что я жду тебя!

Рита села в самолет, и у нее потекли слезы… не потому, что расстается с Энцо…не потому, что улетает из Италии… вообще не понятно, почему. Впервые в жизни она не знает, что ей делать.

Аня приехала за ней. И сестру она не узнала.

– Рит, это ж всего три дня, что такого могло произойти?

– Аня, я не знаю совсем, как я могла, но у нас все было, он был прекрасен, и мама его прекрасна, и дом тоже. А я растеряна, я потеряна впервые в жизни.

– Ну Рит, давай по порядку. Он тебе нравится?

– Да.

– Он старался тебе понравится?

– Очень.

– Что он предлагает?

– Остаться у него навсегда.

– Он сделал тебе предложение?

– Вроде нет, а вроде и да. Он не говорил – Марго, выходи за меня, но то, что говорил – это как бы подразумевалось. Но, Ань, мне же на это наплевать. Мне самой нужно решить, есть ли у нас будущее. А потому что мы так мало друг друга знаем, я не могу определиться.

– Тогда нужно общаться дальше. И со временем все станет понятно. Слушай, а как вы с мамой его общались?

– Да они все говорят на английском, кто-то лучше, кто-то хуже, но понять можно.

Сестры приехали домой. На следующий день Рите пришлось собирать себя усилием воли и начать свою привычную работу. Вечером Аня ее встретила у клиники.

– Хочешь, поедем, я покажу тебе квартиру?

– Конечно! Поехали.

Они приехали в Лучи, поднялись на последний этаж. Аня открыла дверь.

– Ань, мне аж страшно, так высоко. Но, блин, как же красиво, черт возьми! Вот это да! Аня, я в шоке! Дэн – просто красавчик! Сколько он заплатил за нее?

– Не знаю.

– Блин, это ж последний этаж, она ж до фига стоит. Здесь все до фига стоят, а последний этаж… Она на кого оформлена?

– На меня.

– Я правда в шоке. Анька, вот ты везучая, я не могу, как! Что Алекс у тебя был не из бедных, так сказать, что Дэн.

– Рита, когда я выходила замуж ни Алекс, ни Дэн в то время не были богатыми. Ты что забыла, что у нас и жилья-то своего первые годы не было.

– Да, но с каким потенциалом оба оказались! А что ты сюда ничего не хочешь прикупить?

– Нет.

– Ань, но здесь пусто, только кухня.

– Ну и что, да и кухня мне не нужна. Там иногда Дэн что-то делает, и то коктейль только. В ванной все есть. А тут че, вон матрац и стул.

– А кровать?

– А зачем, мне и матраца хватит.

– Как романтично! Аня, Дэн был здесь счастлив? Только честно!

– Был, Рит, был…

– Ну все, мое сердце хоть успокоилось за него… Ой, не могу, как романтично! С таким видом!

– Если приедет твой Энцо сюда, я дам тебе ключи…

Аня подмигнула Рите.

– Э неет, это – кощунство. Ты что? Это место свято для Дэна! И вообще, пусть сам меня ведет в места с таким видом. Хотя, Ань, знаешь в каком номере я жила там? Это просто отвал башки. Смотришь с балкона, а перед тобой Везувий! Поэтому я и сдалась, Везувия испугалась. А то вдруг ему не понравится, как обходится приезжая дамочка с их местным парнем, еще извергаться начнет.

– Ну вот, моя Ритка вернулась! Слава тебе, Господи!

Рита на следующий день передала Дэну две коробки. В одной – постельное белье, в другой – подушки и пушистый большой плед. У Ани не было и мысли о таких бытовых мелочах.

Глава 15

Через три дня прилетел Макс. Работы было по горло. Аня реально не успевала. И Рита уже у нее работала все свое свободное время. Макс сразу попал в круговорот дел, даже не доехав из аэропорта домой.

– Сынок, вот список недоделанных работ. Я вчера составила, и сама испугалась, смотри.

Список был длинный. На три листа.

– Мам, все сделаем не переживай. Тут даже сгруппированы дела, мамуль ты – супер. Давай, ты бери на себя персонал, я – то, что по стройке не сделано. Рита пусть разбирается с ателье по униформам и цветами тоже. Что у нас тут еще? С парковкой большая проблема, до сих пор нет разрешения. Тут нужно подумать, как выйти из ситуации. Мам, ты не думала с бизнес-центром по соседству поговорить?

–Нет, Макс, а у них же есть пусть небольшая, но своя парковка.

– Вот именно, что небольшая, может мы скомпануемся и сделаем большую на двоих…

– Ты знаешь, это неплохая мысль, и потом у них уже есть разрешение на свою, и всегда легче расширить старое, чем заново все документы получать.

– Да, я найду их и договорюсь о встрече.

«Боже мой, как он вырос, и как легко решает разные проблемы, мне вот и в голову это не приходило…»

Время шло неумолимо… Ни у кого не было свободной минуты. Рита носилась с одной работы на другую, Энцо обижался, что она не отвечает ему быстро. Пришлось ему объяснить, что 1 июля открытие, и они не успевают ничего. Макс взял на себя основные проблемы. Его умение убеждать мягко, не ругаясь, а улыбаясь, причем искренне, много раз спасла дело. За неделю до открытия прилетела Лея с семьей. Миша так же впрягся во все дела, как и Макс. Персонал был весь набран. Аня сама их выбирала, и была очень довольна результатом. Макс договорился о парковке. И вот отель ЛАММАР был готов! практически, готов, о каких-то недочетах знали только свои.

1 июля Аня одела платье, которое Рита ей купила в Италии, и поехала в салон с Ритой и Леей. Когда девочки вернулись домой, у Макса и Миши отбило речь.

– И что вы застыли? А? Прям нечего сказать? Что, даже теть Рит, ты супер не услышу?

– Бабуля, ты узе совсем не как бабуля, бабуля, ты как мама! Аня, а сто тебя замуз позвали сто ли?

Приехала Майя за Софийкой, она собиралась провести с ней время, пока будет официальная часть, а потом присоединиться ко всем. Она зашла домой и тоже встала у дверей:

– Аня, какая вы … теть Рит, вы просто… сногсшибательны!

– Спасибо, моя девочка, ты сначала познакомься с Мишей, Леей и Максом.

– Кажется, мы уже знакомы…

Лея подмигнула Майе.

– Маецка, моя Маечка, я тебя познакомлю! Папа – это моя подлужка Майя, она очень холосая. Максик, познакомься с моей подлузкой, это Майя, она моя подлуга!

Майя посмотрела на Макса.

– Очень приятно, Майя, так вот кто мой конкурент за внимание нашего эндорфина. Нужно отметить, что у вас Майя есть большое преимущество передо мной – это ваша красота!

Низкий бас Макса и искренняя улыбка, цепляли какие-то нити в душе.

– Спасибо, Макс, но думаю, здесь есть самое прекрасное создание – это моя маленькая принцесса! Солнышко мое, куда мы с тобой идем, выбирай, можем кушать мороженое, можем кататься на горках, а можем и то, и другое!

– И то и длугое, улла!

Началось открытие, которое по приглашению Риты начинал ведущий с центрального телевидения – любимец всей страны. По секрету, у него был должок перед Ритой. Дальше выступали и мэр города, и Гарри, и Серж, и Рон – все друзья Алекса. Потом выступила Аня.

– Я искренне благодарю всех собравшихся здесь уважаемых и любимых мною людей! Спасибо вам от всего сердца! Особую благодарность хочу выразить нашим архитекторам – супружеской паре Гершкевич!

Лиза и Рома встали и им аплодировали все.

– Без вас я ни за что не смогла бы довести до конца строительство любимого мною и Алексом проекта. ЛАММАР – это детище в первую очередь моего покойного мужа Александра. Спасибо тебе, Алекс, за все, что дал мне в жизни! А все, что у меня есть в жизни – это все от тебя! Как многие знают, ЛАММАР – это аббревиатура. Прошу приветствовать первая буква Л – это наша дочь Лея!

Лея встала, весь зал аплодировал.

– А – это Александр, человек, который вообще придумал этот проект. Дальше – М – это наш с Александром сын – Макс! Теперь я вам могу открыть небольшую тайну, в первоначальном названии отеля была только одна буква М. Но, когда наша дочь вышла замуж за прекрасного мужчину, которого зовут Михаил, конечно, в этот же день было скорректировано название. Так появилась вторая буква М, прошу приветствовать члена нашей семьи Михаила!

Для Миши это был сюрприз. Он очень расчувствовался и при всех поцеловал свою жену.

– Ну следующую букву можем пропустить.

Весь зал улыбался.

– И, наконец, буква Р – это моя сестра Рита, без ее любви наша семья не может существовать!

Все аплодировали, а Рита плакала.

– Спасибо, спасибо вам мои дорогие. Теперь от имени нашей компании я объявляю, что мы подготовили сюрприз для первого нашего постояльца. Ровно неделю назад открылись брони в нашем отеле. И мы решили, что первый человек, забронировавший у нас номер, получит пожизненный сертификат на бесплатное проживание в отеле ЛАММАР. И сейчас я прошу нашего администратора принести мне конверт с именем первого постояльца.

Вышла красивая девушка с красивым конвертом. Аня открыла его, вытащила бумажку с именем и застыла. Она не верила своим глазам! Все ждали, и она собралась с мыслями и прочитала это имя.

– Итак, сертификат от отеля ЛАММАР получает Энцо Ди Маджо!

Рита подумала, что ослышалась. Аня была уверена, что правильно прочитала. Сестры в шоке смотрели друг на друга. В конце зала встал мужчина с большим букетом цветов, подошел к Анне, поцеловал ее руку, подарил цветы и попросил слова.

– Здравствуйте, дорогие друзья! Меня зовут Энцо Ди Маджо. Я забронировал в ЛАММАРе номер с 1 июля ровно неделю назад. И конечно, не представлял себе, что меня ждет такой сюрприз. Спасибо, сеньора Анна, от всей души. Я давно хотел приехать в вашу прекрасную страну. Вот приехал, и меня ждал такой сюрприз! Я тронут до глубины души. И думаю, что это судьба!

Энцо еще раз обнялся с Анной, получил от нее конверт с сертификатом, помахал Рите и пошел на свое место в зале. От неожиданности происходящего Анна растерялась, подмигнула ведущему, чтоб тот продолжал.

Ведущий еще раз поздравил присутствующих и пригласил всех на церемонию разрезания красной ленты перед парадным входом. На лестнице у парадного входа небольшой оркестр играл приятную мелодию. Энцо подошел к окаменевшей Рите.

– Аморе мио, ты так прекрасна, что мое сердце может не выдержать!

– Энцо, как … как ты все это организовал?

– Я ничего не делал, бомбино, я просто хотел сделать тебе сюрприз, а сюрприз сделала ты мне.

– Я даже не знала ничего…

– Это судьба, Марго!

Анна подошла к ним.

– Вам, конечно, есть о чем поговорить, но сейчас пойдемте с нами. Разрежем ленту, а потом будет банкет.

Макс и Лея наблюдали за происходящим удивленными глазами. Они не видели рядом с тетей мужчину никогда в жизни.

Оркестр уже играл торжественную мелодию. Аня с детьми разрезала ленту и пригласила всех на праздничный банкет. После аплодисментов все вошли в центральное фойе отеля. Люди затаили дыхание от красоты. Перед ними раскинулся неимоверной красоты парк под куполом. Каждое дерево и куст были подсвечены снизу. Этот свет попадал на миллионы кристаллов, подвешенных прямо с купола на разной высоте, и отражался от них. Было ощущение, что ты попал на другую планету, где только свет и красота.

По дорожкам парка проворно сновали туда-сюда официанты с подносами. Не только Аня принимала бесконечные поздравления, но и дети, и Рита, и Рома с Лизой, и даже Энцо.

– Ну что, Рита, настало время представить всем твоего итальянца.

– Аня, ты знала?

– Риточка, ты что, разве по мне не было видно, что нет, сама была в шоке, когда увидела его имя. Но интересно все-таки получилось, очень интересно. Теперь он может жить у нас сколько хочет. Давай, веди его.

– Энцо, хочу тебя познакомить с моей семьей. Ты, конечно, уже понял, что это моя сестра Анна. И ты должен знать, что в нашей семье никто не может ослушаться ее.

– Сеньора Анна, я восхищен вами, и вашим отелем, и вашим сюрпризом!

– Моя племянница Лея с мужем Михаилом.

– Очень рад познакомиться.

– Энцо, а это мой сыночек Макс!

Энцо замешкался с приветствием.

– Очень рад, Энцо, я – счастливый сын двух мам.

– И я очень рад! Иногда Марго так интересно разговаривает, что я теряюсь, простите.

– Уж это она умеет!

Бедного Энцо рассматривали со всех сторон. Рита видела, что ему очень неудобно. На выручку пришла Анна:

– Рита, ты не хочешь показать Энцо его пожизненные апартаменты?

– Сеньора Анна, я счастлив знакомству с вами.

– Идите, Рита, идите.

Рита увела его. Администратор открыла им двери номера на последнем этаже.

– Марго, ты же не думаешь, что это все подстроено? Я правда не знал об этом.

– Знаю, Энцо, мне Анна уже сказала. Но почему ты мне не сказал?

– Я пытался поговорить и объяснить тебе мое состояние, но у тебя все время не было времени. И я чувствовал, что тебе не до меня. Это разбивало мне сердце. Марго, я хотел проводить с тобой больше времени. Ты не даешь мне ответ, я все жду. Аморе мио, мне плохо без тебя.

Энцо обнял Риту, поцеловал.

– Ты не рада, что я приехал?

– Рада, Энцо. Просто, понимаешь, до сих пор я все решала в своей жизни сама. Теперь ты меня торопишь, и я не знаю, что тебе сказать. После того, как я вернулась из Италии, у всей моей семьи не было времени даже нормально сесть и поговорить. Не представляешь, в каком напряжении мы жили эти пару месяцев. И вот только теперь можем немного передохнуть и расслабиться. Не обижайся на меня.

– Нет, бамбина, я вижу, какую большую работу вы сделали. И я действительно впечатлен вами. С каждой нашей встречей я все больше утверждаюсь в своей мысли, что такой, как ты больше просто нет на свете. И что моя жизнь теряет все краски без тебя. Я люблю тебя, Марго!

Рита поцеловала его.

Внизу продолжался банкет. Аня с детьми обсуждали удивительный момент с сертификатом. Все сходились во мнении, что Энцо прав, это судьба. А Макс сказал, что он ревнует вообще-то Риту.

– И что, теперь моя Рита уедет к нему?

– Макс, ты должен радоваться!

– Да, должен, ты права, Лея. Но, скажи мне, ты представляешь наш дом без Риты?

– Если честно – нет, но я очень буду рада, если Рита найдет свое счастье.

В отель зашла Майя с Софийкой. За ней с огромным букетом мелких светло-розовых роз шел Дэн.

И Лея, и Макс сразу поняли, что это он. Дэн своим высоким ростом выделялся в толпе, он шел очень серьезный.

– Вон Максик, дядя Дэн, а вон мои мама и папа. Я тебя познакомлю.

Дэн подошел к Анне, дал ей цветы молча. Аня стояла вся в напряжении.

– Мама, познакомься, это дядя Дэн. Он оцень холоший. Когда я выласту, я выйду за него замуз!

Наконец, кто-то разрядил ситуацию, и все засмеялись. Миша сказал:

–Дочь, тогда я первый должен с ним познакомиться, раз у вас такие дела! Здравствуйте, Дэн!

– Рад познакомиться.

Лея тоже дала ему руку. Дэн ее поцеловал. Потом повернулся к Максу:

– Макс, рад с тобой познакомиться. Я этого очень ждал.

– Я тоже, Дэн.

Они пожали друг другу руки. В глазах Дэна Макс увидел сдержанность и искренность. Аня поняла сразу, что Дэн понравился детям. Ее сердце ликовало.

Майя смотрела на отца и Макса, и у нее замирало сердце. Какие они оба красивые, сильные и честные! Она посмотрела на Анну. Это под ее влиянием они стали такими! Оба! И она построила великолепный отель. Одна. Что за сила в ней есть? Даже на себе Майя ощущала ее влияние. Может это перешедшее от отца чувство? Не любовь, а какое-то непонятное притягивающее ощущение… Почему так? Странно. Она отошла подальше и долго смотрела на Макса, хорошо, что он не замечал. Майя видела, что он занят сканированием ее отца. А она сканировала его. «В нем много от Ани, конечно. Но, черт возьми, как мило он улыбается, как сразу меняется лицо викинга в мультяшное и доброе. И этот его голос… Майя! Остановись! Уйди! Это что у нас семейная особенность влюбляться в их семью? Нет, не может быть! Уйди, Майя, и не раскисай, это неправильно!» Она позвонила Роме: «Забери меня, я не очень себя чувствую». В машине Майя поняла – она больше не приедет к ним. «Ром, отвези меня куда-нибудь, куда хочешь, мне все равно, давай подальше уедем, я по тебе соскучилась»

Рита спустилась к гостям как раз к концу мероприятия.

– О, Дэн, здравствуй, я рада тебя видеть! Познакомься, это Энцо, итальянец, который выиграл у нас сертификат.

– Приветствую, Энцо! А вы везунчик, однако!

– Да, вы знаете, я сам так считаю! Сеньора Анна, раз у нас теперь с вами пожизненный контракт, и раз все в сборе, могу ли я в благодарность пригласить всю вашу семью в ресторан?

– О спасибо, Энцо! Думаю, мы не можем вам отказать.

– Марго, выбери, пожалуйста, в какой…

Это его «Марго» с придыханием на -о оценили все.

Огромная работа по строительству этого красивого объекта подошла к концу. Анна даже думала, что теперь ей будет нечего делать. Она сидела в ресторане в окружении любимых людей. Улыбка не сходила с ее лица. «Спасибо тебе, Алик… это все только благодаря тебе… спасибо, любимый» На сцене ресторана появился Энцо. Он поговорил с пианистом, потом сам сел за рояль. Все затихли в предвкушении… Он заиграл мелодию из песни Эроса Рамаззоти, под которую они танцевали с Ритой в отеле Неаполя. Миша пригласил на танец Лею. В конце песни Энцо в микрофон сказал:

– Маргарита, мы знакомы с тобой всего два месяца. Кто-то скажет, что это такой короткий срок. Но для меня это очень длинный срок, потому что я в первый же день знакомства, когда ты выступила на конференции и потом отвечала со свойственным только тебе юмором на вопросы коллег, я уже тогда понял – ты самый прекрасный человек, которого я встречал в своей жизни. Поэтому я специально приехал в твою прекрасную страну, чтобы спросить – Аморе мио, ты выйдешь за меня замуж?

Весь зал ресторана затих. Энцо подошел к плачущей Рите, встал на одно колено и протянул голубую коробочку с кольцом. Рита только кивнула, она не смогла ничего сказать в первый раз в жизни. Энцо одел ей на палец кольцо и обнял. Все аплодировали стоя. Даже незнакомые люди. Пианист заиграл приятную мелодию. Энцо пригласил на танец Риту. Миша дальше танцевал с женой. Макс пригласил маму. А Дэн, конечно, пригласил Софийку. В середине песни Макс подошел к Дэну:

– Дэн, я ревную к вам эту маленькую принцессу, поэтому пойдите мне навстречу, пожалуйста. Думаю, вы не будете против потанцевать с моей мамой, а мне вернуть мою любовь.

– Максик, я тебя тозе люблю!

Дэн обнял Аню.

– Любовь моя, я, кажется, влюбляюсь в твоего сына…

– Ха-ха, это его карма, но ты будь осторожен, Рита очень ревнива! А Майя почему не пошла с нами?

– Ее Рома увез.

Вечер закончился. Энцо был очень счастлив. Он и не предполагал, как сложится все. Переживал, как сделает предложение, что ответит Марго, какие люди ее родственники. А все сложилось само собой прекрасно. И ее семья оказалась прекрасной.

Рита не очень отдавала себе отчет в своих действиях и твердила себе, что подумает обо всем потом. Энцо забрал ее к себе в отель. И времени подумать у нее не было. Макс тоже поехал в отель проследить за работой. Лея с Мишей домой, укладывать эндорфин спать.

Дэн забрал Аню в Лучи. Они не были здесь давно. Дэн целовал ее уже в лифте. Потом открыл дверь, подхватил Аню на руки, занес в комнату и посадил на единственный барный стол.

– Дэн, ты сумасшедший…

– Да, и что?

– Дэн, ты правда сумасшедший…

– Помнишь, тот день… когда я ждал тебя у дома. Ты шла в сарафане мне навстречу. Я думал, что уже скоро тот день, когда я сниму этот сарафан и буду целовать эти плечи. И эта мысль меня сводила с ума тогда…и сейчас… сводит…

Он расстегнул ее платье.

Высокий мужчина с длинными руками и ногами сидел на матраце и обнимал сзади хрупкую с длинными волосами и выпирающими ключицами женщину перед большим окном, они пили шампанское и смотрели на миллионы звезд, которые каждый вечер специально для них падали с неба и рассыпались по городу.

– За тебя, жизнь моя!

Аня тоже допила шампанское, поставила на пол бокал, повернулась и села к нему на колени.

– Дэн, сейчас во мне одно шампанское, но то, что я тебе скажу, это серьезно. Ты – мой… мой сильный мужчина, и это ты вернул меня к жизни, а не я тебя. Даже не представляешь из какой бездны ты вытащил меня. И сегодня… сегодня… я смотрела на тебя, и ты был самым красивым мужчиной, сегодня я любовалась тобой, когда ты зашел в зал. Когда на тебя смотрели мои дети.

– Ань, мне теперь не страшно умереть.

– Ну уж нет! Кто потом будет меня целовать и кружить?

– Мммм, ты ж не разрешала кружить тебя?

– А ты же не слушаешь уже меня…

Аня пришла домой, когда уже все спали. Плюхнулась на свой пуф и перед тем, как провалиться от усталости в сон, подумала: «Мне теперь тоже не страшно умирать».

Глава 16

Утром даже Софийка ходила на цыпочках, чтоб не разбудить Аню. Макс рано уехал в отель. Аня проснулась от того, что Лея выронила нож. Посмотрела на часы – 10:46.

– О боже, вы почему меня не разбудили? Это ж надо же до одиннадцати проспать.

– Мамуль, ты так устала, иди в комнату еще поспи.

– Да щас! Где Макс?

– В отеле, не переживай, он все держит под контролем.

Приехали Рита и Энцо. В руках у Энцо был пакет.

– Сеньора Анна, это вашей семье от моей семьи.

– Ооо, спасибо большое! Так неожиданно!

– Лея, вы так прекрасны! И хочу вам сказать, что вы очень похожи на итальянку.

– Думаю, это комплимент… Спасибо, Энцо! Присаживайтесь, я вам сейчас приготовлю чай. Вы же не завтракали, теть Рит?

– Нет, дорогая, только в этом доме готовлю я!

Аня открывала подарки. В пакете лежали две бутылки вина и коробка с бокалами.

– Ох, как красиво, Энцо, это вино выглядит домашним.

– Да, Анна, это вино делаем мы с братом из винограда с нашего виноградника. Там два разных сорта. Попробуйте, потом скажете мне, какой больше понравился… А бокалы – это от моей мамы. Она вытащила их из своей сокровищницы, когда узнала, что я еду к Марго и намерен делать предложение.

– Спасибо, дорогой, это очень ценные подарки. Так ваша мама тоже хочет, чтоб вы поженились?

– О, это не то слово, хочет… Она мечтает об этом! Марго ей очень понравилась. Особенно после того, как сказала ей, что хотела стать актрисой. Моя мама говорит, что не может умереть, пока не передаст меня в хорошие руки, ха-ха-ха. Нужно отметить, что больше 20 лет мы живем раздельно, у мамы своя квартира в городе, а я живу в доме за городом. Но итальянские мамы такие… Так вот, руки Марго ей показались самыми надежными.

– Вы живете один?

– Да.

– А работа по дому?

– Ну у меня есть хорошая работница, которая приходит три раза в неделю.

Лея подмигнула Рите, которая ничего не слышала из того, что говорил Энцо. У нее в голове была абсолютная неразбериха. Все ее «подумаю потом» привели к тому, что теперь она выходит замуж за итальянца, которого знает пару месяцев, а виделась с ним, можно по пальцам посчитать, сколько дней. Это все никак не укладывалось в голове. А еще она не понимала, что будет делать, потому что бросать семью и работу она не собирается. А замуж заграницу, получается, собирается.

– Ритуль!

– Да, Анечка?

– Ты здесь?

– Относительно.

Аня понимала, сестра в замешательстве. Она с детства опекала маленькую Ритку. Быть старшей сестрой, когда твои родители с утра до вечера на работе, нелегко. Поэтому у Ани естественным образом с детства выработалась гиперответственность, и, как следствие, повышенная тревожность, а Рита всегда знала, что в любом случае Анька подскажет, что ей делать. Так и стали они не похожи по характеру, Аня – серьезная и решительная, Рита – эмоциональная и веселая.

В этот же день вечером Рита сказала Энцо что будет работать допоздна, а сама уже плакала на плече сестры.

– Что я наделала… Я не знаю, как мне теперь быть…Я не могу уехать от вас, но не могу и отказать ему…

– Ритуль, ну, пора повзрослеть уже. Исходные данные Энцо всем были известны… И у него работа, дом, семья, но только в Италии. Кому-то из вас нужно переехать. Либо гостевой брак. Других вариантов просто нет.

– Я все понимаю… Нам нужно серьезно поговорить…

Рита собрала все мысли в кучу. И на следующий же день этот серьезный разговор у них состоялся. Энцо, как истинный итальянец, говорил с чувством и жестами. Но… он столкнулся с Ритиной эмоциональностью и красноречием. Пришлось капитулировать быстро, чего он сам от себя не ожидал. Рита любовалась им, но на своем настояла. Гостевой брак был признан самым подходящим вариантом на ближайший год. Договоренность была закреплена отменным сексом. Как итог – Энцо был в состоянии упоительного изнеможения и естественным образом был согласен на все условия той волшебницы, которая, собственно, его в это состояние и перенесла; Рита впервые почувствовала свою власть над решительным и серьезным реаниматологом, и, надо сказать, что это незнакомое доселе чувство, очень ей понравилось.

Накануне отъезда Леи с семьей и Энцо, а улетали они с разницей в два часа, вся семья собралась в доме Анны. Рита хлопотала на кухне, зачем-то придумала в этот же день делать генеральную уборку, печь пироги и закрутить на три зимы вперед домашних компотов и бог весть что еще… лишь бы не думать ни о чем и ни с кем не разговаривать долго. Лея, Аня и Софийка по очереди предлагали свою помощь, но были гневно отвергнуты.

– Рит, может моих таблеток попьешь? – Аня все больше переживала за состояние сестры.

– Вот еще придумала! У меня все отлично!

К тому времени, когда приехали Энцо и Дэн, Рита накрыла большой стол в беседке. На столе явно проходил конкурс красоты из стоящих в три ряда блюд. Но у идейного вдохновителя, организатора и реализатора данного мероприятия уже не слушались ни ноги, ни голова. Она села в кресло-качалку тут же в беседке и ровно на пятой секунде заснула. Пришлось перечислить Энцо весь список проделанных ею дел, чтоб он понял, почему его любимая при виде него решила тут же впасть в спячку.

– Санта Мария, что делает эта женщина! Пожалуйста, давайте будем шепотом разговаривать.

Дэн и Макс взялись за два конца этого стола и перенесли его в самый центр сада. Эндорфину, наконец, разрешили бегать и смеяться. Разговор все время крутился вокруг Риты. Энцо ходил каждые минут двадцать проверял, как она спит. Как только Энцо уходил, все обсуждали его.

– Видишь, Макс, а ты переживаешь, видишь, какой заботливый?

– Небось ходит, чтоб, когда Рита проснулась, увидела, как он ее заботливо укрывает.

Все смеялись. Энцо вернулся с очередной проверки и сказал:

– Сеньора Анна, я приглашаю всю вашу семью ко мне. Думаю, пора познакомиться, так сказать, пошире. У вас большая и дружная семья, у меня большая и дружная семья. Поэтому, буду очень рад, если вы все приедете, и мы устроим такое же застолье у меня дома, и вы познакомитесь с моими близкими.

– Спасибо, Энцо, вы живете в такой стране, что каждый будет рад еще одному поводу поехать туда. Как бы вы потом не устали от нас, и не сказали – хватит, сколько можно уже ездить!

– Ха-ха-ха нет, такого не будет никогда. Вы не видели наши воскресные обеды. Дело в том, что у моей сестры трое детей, у брата тоже трое. И мама еще.

– Ого, это впечатляюще! Кто им готовит столько?

– Я помню времена, когда мы сами готовили на такую компанию, ну или чуть меньше была компания. Но сейчас, конечно, большую часть заказываем из ресторана.

Рита не просыпалась, и это было странно. Энцо отнес ее в спальню. Она немного пришла в себя, когда он ее поднимал, но так и не поняла, что сейчас не ночь. Заснула опять в кровати. Энцо полежал немного рядом. Она ровно дышала и выглядела нормально, поэтому он дальше присоединился к застолью, где всем было весело. Дэн собирался сделать предложение Софийке, обещал ждать, пока она не закончит все свои учебы, после этой свадьбы она собиралась выходить замуж еще и за Макса. И вот на вторую свадьбу у нее не было платья, и эта проблема должна была быть решена немедленно.

Макс встал:

– Дорогие мои, хочу вам сказать пару слов.

Все затихли.

– Я хочу выпить за то место, в котором мы сейчас находимся. Это наш дом. Я люблю его всем сердцем. Но дом без людей, живущих в нем – это просто строение, которое придет в запустение и умрет. В доме обязательно должна быть семья. И неважно, что кто-то не живет здесь постоянно. Главное, что мы всегда возвращаемся. А для этого дома семья – это вы все, это мы. Мамуль, моя Риточка, Леечка, Миша, моя принцесса, Дэн, Энцо, вы – моя семья. Возвращайтесь сюда всегда. За вас!

«Макс умеет трогать сердца людей, как его отец. Им невозможно отказать, любимые мои.»

– И теперь еще маленькая добавочка к вышесказанному. Хочу, чтоб вы знали, что я решил вернуться в мой любимый дом навсегда! Один из моих проектов хорошо набирает обороты, и я могу уже не работать на кого-то, а только на себя. Поэтому, заявление на увольнение уже подано.

Что тут началось… обнимали и поздравляли Макса, Софийка тоже целовала, еще не понимая, что любимый Максик теперь будет далеко от нее. Аня тихо вытирала слезы.

Рита проснулась в пять утра. Все спят, некому ей объяснить, что произошло. Пить она не пила, помнит точно. Она не выдержала, пошла будить Аню.

– Рит, сколько время?

– Скоро шесть.

– И что ты так рано встала?

– Выспалась на удивление. Аня, что произошло?

– А что что-то произошло?

– Аня!

– Да ничего не случилось, Рит. Ты весь день носилась, как угорелая, а как только пришли Дэн с Энцо, ты тут же заснула в кресле.

– Господи, как я могла… Это что ж получается, я сплю с 7 вечера? Вы сидели за столом, а я спала за столом?

– Ну, мы унесли стол в сад. Часов в девять Энцо тебя на руках перенес в спальню

– Боже мой! Как это я?

– Он ходил проверял тебя чуть ли не каждые 5 минут.

– Не знаю, как это я… Им же скоро улетать…

Скоро все встали, собрались, приехал Энцо.

– Аморе мио, как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно, Энцо, и я правда не знаю, что со мной было вчера. И как я могла столько проспать. Я проснулась в пять утра и ничего не могла понять…

– Ты никакие лекарства не принимала?

– Нет, дорогой, только устала… Но раньше, как бы я не уставала, я не вырубалась так…

– Главное, что ты сейчас хорошо себя чувствуешь. Тебе же на работу скоро, да?

– Да, Энцо, я неловко себя чувствую, вчера я сразу заснула, и сегодня я даже не могу тебя проводить… Мне так неудобно…

– Бамбина, все хорошо… Береги себя, ты мне очень-очень нужна…

Через неделю улетел и Макс. Он должен был закончить все свои дела, чтоб спокойно вернуться домой. Отель ЛАММАР принимал гостей. Аня все никак не могла запустить СПА, то одно мешало, то другое. Рита спорила с Энцо по поводу свадьбы. Она в последнее время уставала больше, желания делать что-то большое и торжественное не было никакого. Она хотела скромную свадьбу, а у Энцо только родственников, друзей и коллег набиралось на очень нескромную. В итоге решено было собраться только семьей, и не в ресторан, а домой к Энцо. Скромная свадьба будет во дворе. Рита выслала картинки, которые ей нравятся по оформлению. А Энцо отдал их фирме-организатору. Оставалось определиться с датой. И купить платье. На это у Риты тоже не было сил.

– Ритуль, ну что там с датой?

– Ань, не знаю, в августе у меня отпуск, наверно, тогда и получится.

– Так надо ж уже решить, кучу всего нужно сделать… Купить платье, билеты…

– Я так устала, Ань, пусть они решают…

– Рит, что с тобой?

– Ань, у меня вторая неделя задержки.

– Что?

Аня вскочила.

– Боже! А тест делала?

– Нет. Я боюсь…

– В смысле? Рит, ты не хочешь?

Рита заплакала.

– Всю жизнь хотела, Ань, всю жизнь… А теперь я уже и не думала… в 46, Ань…

– И что, дурочка, подумаешь 46, и в 50 рожают. Ты что?

– Понимаешь, я уже так обрадовалась сначала, что боюсь делать тест, вдруг это не беременность, а климакс, понимаешь, Ань. А потом если беременность, я возраста боюсь… я не выносить боюсь…я патологий боюсь… я миллион всего боюсь, Ань…

– Да ты ж моя радость, дурочка, ты – лучший гинеколог в городе, если ты боишься, что ж остальным делать?

– А остальные не знают сколько опасностей есть в поздней первой беременности, вот и не боятся. А я такого насмотрелась…

– Ты просто дурочка! И все! Так, блин у нас нет теста. Я сбегаю.

– Не надо, Ань. Я завтра кровь сдам лучше.

– А я не могу до завтра ждать! Я быстро.

– У меня в сумке есть.

– Девочка моя, нам нужно знать. Рит, жизнь такая короткая и непредсказуемая штука, не бойся ничего и никогда. Ты ж мечтала о ребенке! Давай иди…

Рита пошла в душ и долго не выходила. Аня зашла и увидела сестру сидящей на полу и ревущей, на полу лежал тест с двумя четкими красными линиями. Аня села рядом, обняла ее и тоже заплакала. Слов просто не было. От счастья хотелось только плакать. Потом Аня вспомнила:

– Вставай, на холодном сидишь!

– Аня-а-а!

– Вставай, вставай, иди на диван и реви дальше.

Аня подняла Риту.

– Дурочка моя, моя дурочка… так вот чего ты спишь по полдня, моя дурочка любимая…

Сестры плакали еще долго. Аня сделала по бутерброду, они дружно поели и еще поплакали.

Позвонил Дэн, он дней десять был на заводе и только приехал в город.

– Ань, что случилось?

– Приедь сюда, Дэн, я не могу уехать из дома.

Он зашел к ним домой. Сестры сидели в обнимку на диване и вытирали слезы.

– Что, что случилось, Ань?

Аня протянула ему тест. Когда Дэн понял, что это такое, у него частично отнялась речь.

– У…у…кого…

Он так смешно заикался и показывал этим тестом то на Аню, то на Риту, что сестры обе засмеялась:

– Рита, Дэн!

Он секунду смотрел на Риту, та смеялась с заплаканным красным лицом. Потом быстро поднял ее и стал кружить по комнате.

– Ритулечка моя, Ритулечка!

Потом вдруг остановился, посмотрел опять на нее, посадил аккуратно обратно на диван:

– Ты хорошо себя чувствуешь?

Рита хорошо себя чувствовала:

– Дэн, я тебя люблю, ты просто чудо, твоя эта реакция…

– А Энцо знает?

Тут сестры подумали, что о папе-то они и не вспомнили.

– Нет. А я даже не знаю, хочет ли он вообще детей… Но мне все равно, даже если он и не хочет. Я хочу!

– Мы хотим! – добавила Аня.

– Все, нам нужно срочно выпить, Ань, что у тебя есть из спиртного?

– Вино Энцо!

Утром Рита у себя в клинике сдала кровь. Получила результат – 4 недели. Все в норме. Она сфотографировала результат и отправила Энцо без пояснений. Она зря это сделала в рабочее время, потому что Энцо звонил раз пять. Рита не может говорить. Он послал сто сообщений и во всех миллион раз упоминался бог, Санта Мария, любимая Марго и его сын-наследник. Он в этом был уверен. Наконец, Рита освободилась и позвонила ему уже по дороге домой.

– Аморе мио, грацие, о мио дио, грацие, о мио дио, я самый счастливый человек на земле, Марго, нога твоя больше не ступит на эту землю, я буду тебя на руках носить!

– Энцо, остановись.

– Аморе, ты не представляешь, что ты сделала со мной, я плакал на работе, хорошо, что не было никаких экстренных случаев. Я всем уже сказал!

– Энцо, ты что, зачем, мне уже сто лет, Энцо, нужно выносить и родить нормально, подожди еще, сказал он всем уже…

– Аморе, я не могу это держать в себе! Мама уже всех позвала ко мне, я поеду с работы там будет человек 20 точно меня встречать. Она уже хочет лететь со мной к тебе.

– А ты что летишь?

– Конечно! Договорюсь только в клинике сегодня.

– Ох, Энцо, а я переживала, может ты и не хочешь ребенка…

– Как можно не хотеть, о мио дио, что ты говоришь, для итальянца семья и дети – это свято, а у меня этого не было, а теперь есть, моя аморе и мой сын!

Глава 17

Макс приехал домой. Навсегда. Счастью Ани и Риты не было предела. Иногда Рита ложилась спать и думала, за что ей столько счастья. Она всю сознательную жизнь жила одна. А теперь она живет с сестрой, и племянники, и Энцо, и еще беременность. Она понимала, что не имеет права лишать отца и ребенка нормального общения. Только не представляла себе, что переедет куда-то. Хотя у них с Энцо была договоренность о гостевом браке, но тогда у нее и мысли не было о ребенке. Она уже думала, что детей у нее не будет. А теперь все меняется со скоростью света. Не успеешь что-то решить, как нужно опять перерешать. Такое ощущение, что жизнь стала крутиться быстрее, чем в ранней молодости, когда Рита одну неделю хотела стать пилотом, а вторую уже танцовщицей. Только тогда она меняла решения совершенно добровольно под воздействием увиденного фильма или красивого платья. А теперь …теперь нужно учитывать мнение практически незнакомого, но уже родного человека. И к тому же, она своим телом не может распоряжаться единолично, оно как-бы и не принадлежит ей одной. Ее пузожитель может в секунду уложить их общее тело спать, а может заставить съесть пять сладких булок и трехлитровую банку маринованных огурцов. И Рита еще была благодарна богу, природе и своему организму, что беременность пока шла без токсикоза.

Энцо прилетел через два дня.

– Аморе, не садись сюда… Аморе, не ешь это, по-моему, оно не свежее… Аморе, а это не слишком кислое? Аморе, а эти брюки не жмут тебе?

Аня смотрела на них, и думала, бедный их ребенок, два врача, которые видят во всем опасность и представляют в своей голове сразу все самые ужасные последствия, вероятность которых была равна нулю.

Макс успокоился в плане порядочности Энцо. Но… он совершенно по-детски ревновал Риту. Сам себя ругал, но это чувство не отступало. А Энцо вечными «Аморе мио» подливал масла в этот огонь.

– Сынок, ты должен принять ситуацию… Рита видит, что ты переживаешь…

– Я понимаю, мам. Так странно, я ведь всегда был спокоен на счет Риты. Наверно, потому что она была одна. Если честно, я думал, что мне сложно будет с человеком, который будет рядом с тобой. Но… увидев Дэна в первую же минуту подумал, что он… как тебе сказать… с достоинством что ли без лишних слов, и хорошо, что он есть. А Энцо…аморе, аморе, да еще и хочет увезти Риту…

– Сынок, ты подумай о том, что каждой женщине хочется женского счастья, хочется мужчину, который будет ее на руках носить, хочется детей, которых она до безумия будет любить. Без этого нет смысла жить. Понимаешь? У меня это все было и есть. А у Риты этого не было. Я очень благодарна Богу, что Энцо появился в ее жизни, и именно такой со своими аморе, а теперь еще и ребеночек. Слава Богу!

– Вот, мам, как ты можешь все расставить по местам, а? Как ты можешь спокойно, двумя словами поменять все в голове у другого человека? Минуту назад я ревновал Риту, а теперь думаю, Господи, благослови Энцо.

Майя готовилась к свадьбе. Хотела выбрать самое красивое платье, хотела заказать самый красивый ресторан, самый красивый торт и вообще все самое лучшее. Искала это все с каким-то неудержимым рвением. Как будто вся ее дальнейшая жизнь зависит именно от того, найдет она то, что хочет или нет. И пока не находила. Она с мамой объездила все свадебные салоны города. Все было не то. Решила найти хотя бы ресторан. С Ромой посмотрела парочку, не понравились. Заехала за мамой, чтоб поехать с ней в другой ресторан. Она зашла домой и застала ее в слезах.

– Мам, что случилось?

Лара дала ей телефон. Подруга Лары скинула ей видео, где Дэн в аэропорту встречает Аню. Майя смотрела, как ее отец кружил Аню в зале аэропорта, где просто сотни людей. И ему явно было наплевать на то, что на него смотрит столько людей. Он кружил Аню, как ее в детстве, смотрел на Аню так же, как на нее в детстве. Но она никогда не видела отца таким сияющим. Как будто от него исходил свет, на который оборачивались люди.

– Я хочу подать на развод.

– Да, мам, нужно отпустить его.

Лара перестала плакать.

– Давно нужно было. И сейчас никто бы мне не скидывал это. И я бы не видела, какой он, когда действительно счастлив. Не пересматривала бы это сто раз. Знаешь, Май, я только одно не могу понять, что в ней такого, вот что, скажи мне… Ты же с ней общаешься, я знаю. Скажи, что в ней особенного? Я и моложе ее, и красивее, и люблю его, как никто другой…

– Мам, это не объяснить, и не зависит это от красоты или молодости. Просто кому-то в жизни выпадает встретить такую любовь. Это ж лотерея, и, как в лотерее, джек-пот выпадает очень редко, так и в жизни, особенная любовь встречается очень редко. В основном людям выпадает средний такой выигрыш, средняя такая любовь, они и думают, что это и есть оно … пока не увидят у кого-то ту самую, особенную любовь или не встретят… особенного…

Не поехали они ни в какой ресторан. Утром Дэн позвонил и спросил может ли заехать. Лара ответила – да.

– Дэн, я хочу подать на развод.

– Что? Что-то случилось?

– Нет, ничего, я к этому пришла, и думаю, нужно было раньше подавать. Ты же не против?

– Нет, Лар, но мне это все не важно. Я все равно буду о вас заботиться, а в браке мы или нет, какая разница.

– Дэн, возвращаться ты не собираешься. А так жить я не хочу. Я не хочу тебя ждать все время, понимая, что ты не вернешься. Поэтому, лучше развестись. Мне так спокойнее будет.

– Как хочешь, Лар. Может ты права, так ты будешь чувствовать себя свободной.

Если б он знал, как она не хочет чувствовать себя свободной.

– Маечка, поедешь со мной?

– Нет, пап, мне нужно посмотреть очередной ресторан.

– Так давай вместе посмотрим.

– Я могу с мамой. Ты же куда-то собирался, езжай.

– Май, я хочу с тобой.

Дэну не нравилось настроение дочери. Он настоял на своем и повез дочь в ресторан.

– Май, я не знаю, что происходит, но мне это не нравится. И пока ты мне не расскажешь, что, мы не едем никуда.

– Папуль, все нормально. Для девушки вообще-то волнительно это все, это ж собственная свадьба, и она как бы один раз в жизни.

– Май, есть что-то еще, я чувствую… Я хочу серьезно про Рому поговорить. Я думаю, ты не совсем уверена в своем выборе.

– Да нет, пап, там все нормально, не переживай. Просто эта вся организация свадьбы оказалась довольно сложной, да и я еще что-то невообразимое хочу. Я даже не могу переложить это на кого-то, потому что мне ж не понравится, что сделают другие.

– Май, почему ты перестала общаться с Аней?

– Почему перестала? Не переставала я. Просто, видимо, вот я в последнее время поглощена своими делами. Вот. Да и не хочу, чтоб лишний раз мама переживала, ей пока сложно принять ситуацию.

– Родная моя, я все понимаю, но, если у тебя есть какая-то другая проблема, и ты мне не говоришь… я не знаю, что… почему-то, мне так кажется… Ты все можешь мне сказать, Май, все, понимаешь?

– Я знаю, папуль, ты всегда был мне больше, чем просто папа. Не переживай, это все свадьба, и кажется, чем ближе дата, тем больше переживаний, вот пройдет она, и все станет на свои места.

Майя сама не понимала, что с ней происходит. Она любит Рому, Рома любит ее. Все хорошо. Но необъяснимое тревожное состояние по ночам не давало ей спать. Она сама себя спрашивала, не влюбилась ли в другого… и сама же себе говорила – нет, ну понравилась улыбка и голос и все, это не влюбленность, это вообще ничего, сколько таких ситуаций происходит в жизни, это не серьезно. Она признавалась себе, что история отца сильно на нее подействовала, ее первый разговор с Аней, глаза отца, когда он уходил из дома и сейчас его глаза, когда он встречал ее в аэропорту… Это все было что-то нереальное, происходящее реально. Это не выдумки людей, не сказки, так и правда может быть в жизни. Оказывается… любовь может вернуть человека с того света… И это тоже не выдумки… Майя искала другие такие случаи, у кого еще была такая любовь. И никого не находила. Она много думала, почему именно Анна. Почему? И чем больше она об этом думала, тем больше понимала, что Анна – это спусковой крючок для того огромного и сильного чувства, что живет в ее отце. Это он способен на такое всепоглощающее чувство. Именно эта способность уникальна. И кто-то в жизни таких людей, как ее отец, становятся спусковыми крючками. В жизни Дэна таким человеком стала Анна. И здесь может совпасть много обстоятельств, способствующих тому, что именно она стала его любовью. Может его состояние в тот день, когда влюбился, может совпадение его ожиданий и ее настроения, может она выглядела и вела себя так, как представлял ее отец идеальную девушку… может, что-то другое… Может… Но самое главное в этой истории, что есть хотя бы один человек, у которого сердце и душа способны на любовь без границ, на любовь через всю жизнь, ведь он не перестал бы ее любить даже если бы не случились события последних лет. Был бы жив Алекс, вообще ничего бы не произошло, но он продолжал бы ее любить не меньше. Майя поняла – способность ее отца к такой любви – это и есть высший дар. Этот дар делал его сильным и непобедимым. Никто не может у него отнять эту способность. Никто не может его заставить не любить Анну, даже сама Анна.

Но… теперь в жизни Майи существовало две проблемы…

Одна – никто не мог сравниться с ее отцом… и это тоже не изменить никак… Ни Рома. Никто. Она все думала, может ли Макс? Ответа у нее не было. Наблюдая за их первой встречей, она видела двух равных по силе мужчин. Видела, что Макс не пасовал перед ее отцом. А, как будто даже, наоборот, весь его вид говорил о вызове – я посмотрю еще что ты за птица, что имеешь смелость любить мою мать. Она еще не встречала в жизни такого человека, кто мог так наравне быть с ее отцом. Но… говорит ли это о способности любить? Кто знает…

И вторая – она ни с кем не может поговорить на эту тему. Ни с кем. Только сама с собой. Папа чувствует все, но она будет сильной и не даст больше повода переживать.

Глава 18

Рита жила будто не свою жизнь. Это ощущение росло с каждым днем. Как будто есть Рита, та, с которой она хорошо знакома, и еще одна Рита, у которой в наличии беременность и жених. Эту Риту она знала плохо, эта Рита как будто взбалмошная и нелогичная. Она эту взбалмошную часто ругала, но та ей отвечала: «Отстань, я устала, не до тебя мне сейчас…»

Приходилось идти спать и отдыхать. Время шло, свадьба приближалась. Энцо прилетел к ней уже во второй раз.

– Аморе мио, давай еще раз подумаем. Я прошу тебя. Марго, мы же тогда не знали о нашем сыночке, пожалуйста, Марго я не могу так. Поехали ко мне, аморе, ты не пожалеешь об этом, я обещаю.

– Энцо, я сама понимаю, что мне нужно так поступить. Потерпи, дорогой, наверно, я все-таки решусь…но только после свадьбы.

– Санта Мария, спасибо тебе.

И он начинал целовать ее руки, коленки. Рита в этот момент уходила, оставалась другая Рита, нелогичная.

На 5 августа была назначена свадьба. До нее оставалось три недели. Старой Рите все больше приходилось мириться с новой. И поэтому ей пришлось взять себя в руки и сделать то, что совсем не хотелось – написать заявление об увольнении. Клиника вся взбудоражилась. Одни поздравляли Риту, другие все спрашивали руководство, когда будет следующая конференция и в какой стране. История Риты не оставила никого равнодушным. Стали ходить слухи, что жених итальянский несметно богат, что дом его, не дом, а замок, и вообще, он то ли мафиози, то ли герцог, и что детей у него нет, и единственного наследника носит Рита. Своих пациенток она передала Каре. А в клинике не осталось человека, который бы не спросил Кару про итальянца-жениха. Кажется, персонал больницы уже знал какая у него машина, что он ест на ужин и носки какой фирмы носит. Кара с удовольствием подпитывала эти слухи все новыми подробностями.

Рита пошла месте с Энцо покупать платье. Оно нашлось в первом же салоне. В греческом стиле из летящей тонкой ткани. Удобство прежде всего. Но оно и правда было очень красивым с ниспадающим шлейфом от плеч.

– Моя богиня! Белиссимо! Перфекто! Глаза мои слепнут от такой красоты!

Работницы салона дружно влюбились в Энцо.

– Вы где такого нашли?

– В Италии – невозмутимо отвечала Рита.

Вечером за ужином Рита сообщила всем, что после свадьбы она останется в Италии.

– Еще нужно начинать готовить документы, чтоб паспорт и все дела…

Рита говорила тихо, совсем в несвойственной ей манере и все посматривала на Макса.

– Рита, ты должна жить с мужем. Не оправдывайся перед нами. Мы любим тебя сильно, и поэтому хотим, чтоб в твоей жизни было все правильно. И вообще засиделась ты здесь, кыш замуж уже!

– Теть Рит, я люблю тебя, как маму, ты знаешь…и жил бы с тобой всю жизнь с большим удовольствием. Но я тоже хочу, чтоб ты была счастлива. И вообще я так жду брата или сестру, кто там у вас, еще не известно?

Рита сидела с глазами полными слез, старалась держаться и не заплакать.

– Это сын, я уверен, можно и не смотреть на узи. Я видел во сне своего сына.

Макс улыбнулся. Нет, все-таки ему можно доверить Риту, какой-то он трогательный, что ли…

– Я вижу, что вы одна семья, Макс, сеньора Анна, мой дом всегда открыт для вас, вернее наш дом с Марго.

– Энцо, называй уже меня просто Анной.

Утром Энцо улетел, Рита поехала на работу, там много чего нужно было доделать. Макс выработал себе удобный график: часов до 3-4 он работал над своими проектами дома. Потом в отеле помогал маме. Дэн приезжал часто в последнее время, останавливался в Лучах, поэтому там постепенно появились ложки, вилки, и теперь он еще заказал шкаф для одежды и кондиционер. Жара стояла страшная. Аня приехала к нему вечером. Дэн в одних шортах собирал шкаф.

– Уууу, этот мужчина красив, как бог, и он еще умеет собирать мебель?

Дэн отложил инструмент.

– А еще он может не слушать никого и не посмотрит, что кто-то в деловом костюме.

Он подхватил Аню, отнес в душ.

– Дэн, ты сумасшедший?

– Ты знала об этом всегда.

– Как я могла полюбить сумасшедшего?

Он перестал ее целовать. Посмотрел в глаза.

– Что ты сказала?

Она встала на цыпочки, обвила его шею руками.

– Я люблю сумасшедшего мужчину… люблю его взгляд… люблю его шрам на виске…

У Дэна перехватило дыхание. Он просто смотрел, как вода стекает по любимому лицу. Он не хотел дальше жить, потому что ни один следующий день не будет лучше этого.

Мужчина со шрамом на виске перед большим окном обнимал женщину с мокрыми волосами. Весь остальной мир был где-то внизу. Они смотрели на звезды, горящие на земле.

– Ань, я так долго ждал тебя, что теперь мне все происходящее кажется нереальным. Будто я сейчас проснусь и пойму, что это не правда.

– Это правда, Дэн, просто в другом параллельном мире.

– Что ты делаешь со мной, жизнь моя?

– Ничего, я просто люблю тебя.

Удивительная вещь – человеческий мозг – повелитель всего на свете. Даже времени. И Дэн, и Аня явно ощущали в такие моменты, что время остановилось. Оно не то, чтобы замедлилось, оно как бы даже исчезло. И время, проведенное вместе казалось вечностью.

Утром Ане нечего было одеть. Мокрая одежда так и лежала в душе. Она послала Дэна купить ей что-нибудь.

– Тот еще квест ты мне устроила. Ха-ха-ха. Если с платьем я быстро решил, то в магазине белья я тупил по полной… И… придется тебе одеть … это!

Дэн вытащил из пакета платье нежно-голубого цвета и красный комплект нижнего белья.

– Давай будем до конца честны, это ты мне устроил такую ситуацию. Что это? Ха-ха-ха Я не могу… Тебе это понравилось?

– Очень!

– Как я это одену?

– Я хочу, чтоб ты одела.

Он протянул ей белье.

– Дэн, это … это ну не для меня…

– Почему?

– Так, объяснять долго… Выбора у меня нет. Поэтому, давай…

Она пошла в душ, одела все и вышла. Дэн сидел на стуле. Платье было большое, но Аня на такое никогда не обращала внимания. Дэн потянул ее к себе, легко снял с нее платье. Красное кружевное белье сидело великолепно.

– Боже, какая ты красивая… Любимая моя…

Больше слов у него не было. Время остановилось. Предметы вокруг тоже исчезли.

– Вообще-то я тебе завтрак приготовила. Он уже остыл, наверно.

– Я так проголодался, что съем любой, холодный, не холодный.

За завтраком Аня спросила.

– Дэн, что-то я давно Майю не видела… Как она?

– Даже не знаю, что тебе сказать, Ань. Мне не нравится ее настроение. Хотя она недавно убедила меня, что это все переживания по поводу свадьбы, но я все равно думаю, что что-то происходит у нее в душе. Знаешь, у меня сложилось ощущение, что она этой свадьбой хочет затмить какие-то другие в душе переживания.

– Значит, она не может с тобой поделиться. Может с Ромой что-то?

– Говорит, нет.

– А с женой разговаривал?

– Нет, Майя не станет с ней об этом говорить. Если б хотела, сказала бы мне. Ну так всегда было. Да и сейчас Лара сама не очень. Она подала на развод.

– Сама подала?

– Да. Не знаю, что случилось. Она не говорит. Но уже подала. Да, может, ничего и не случилось. Просто поняла, что я не вернусь.

– Странно, Дэн. Не похоже на нее.

– Сам был удивлен. Причем, она это спокойно все сказала.

– Может Майя это переживает? Все-таки брак родителей…

– Нет, точно не это. Она это все пережила, когда я ушел. Тут что-то другое, личное, но я голову сломал и не понял…

– Она раньше мне звонила, приходила, и мы могли разговаривать обо всем на свете. Причем откровенно. А теперь она как-то избегает что ли…

– Это она тоже оправдывает свадьбой. Что-то не то…

– Может мне с ней поговорить?

– Не знаю. Почему-то же она избегает тебя…

– Я очень осторожно, не переживай. Но, если действительно есть проблема, то оставлять ее одну нельзя.

Аня прекрасно помнила свое состояние в молодости, и свое одиночество.

В день вылета в доме Ани царил хаос. А все потому, что Рита плакала с утра. Она сама себе говорила, что это гормоны, перестань, но здравый смысл не помогал.

– Теть Рит, я вызову врача, я не могу на тебя смотреть.

– Сыночек, ну что мне сделает врач. Это просто гормоны сволочи не дают мне спокойно жить. Не переживай.

– Рит, чего переживать, мы будем приезжать к тебе часто, то я, то Макс, то Лея. Вот нет причины плакать, совсем нет.

– Да, Ань, я ж понимаю, я все понимаю… А где Дэн?

А Дэн уже стоял под дверью.

– А где Майя?

– Она не смогла, Рит, прости, пожалуйста. Эта собственная свадьба выбила мою дочь из колеи. Она вся на иголках. Я никогда ее такой не видел. Мне кажется, она и похудела сильно. Переживает, как никогда.

– Вот видите, не я одна такая… Но я так хотела ее видеть…

– Она тебе подарок передала, только я потом вручу отдельно.

Наконец, все собрались и поехали в аэропорт. Четыре больших чемодана везли с собой, и это было далеко не все, что хотела увезти Рита. Макс сел с Ритой в самолете, обнял ее, наконец, она успокоилась и заснула. Дэн был просто счастлив, он с Аней в первый раз летел куда-то, как ее пара, и не важно было, куда.

Прилетели к вечеру. Энцо не верил своему счастью, сам себе говорил, что она приехала навсегда, теперь каждый день будет с ним, каждый… Макс поехал к Энцо. Рита так хотела. Энцо с нескрываемым удовольствием показывал дом. А дом был действительно красивый. Снаружи он выглядел классическим особняком, а внутри было все современное. Рита уже внимательно смотрела на все. Ей действительно нравилось.

– Энцо, это ты обставлял так?

– Что ты… нет, конечно. У моего приятеля жена – дизайнер. Вот она и занималась ремонтом. Покупал я дом со старым ремонтом. Здесь было все темное, мне не нравилось, да и не удобно было. Поэтому пришлось все переделать. Макс, у нас две гостевые комнаты, ты можешь выбрать любую.

– Энцо, нет разницы, я в любой могу.

– Тогда вот.

Энцо открыл дверь комнаты на втором этаже с большой кроватью и широким арочным окном.

– Супер! Спасибо, Энцо.

– Располагайся, отдыхай, через час ужин, спускайся вниз.

Рита прошлась по всему дому. «Я тут буду жить… офигеть просто…ущипнуть себя, что ли…зачем мне столько комнат…я – хозяйка особняка…офигеть…»

– Аморе, а это наша спальня…

Большая и светлая, с высокой кроватью, с совмещенной гардеробной и санузлом. Рита медленно осматривала все. «Эта спальня размером… с мою квартиру…офигеть…»

– Тебе не нравится, бамбино?

– Наоборот, Энцо, все просто шикарно. Я только думаю, зачем делали такие большие спальни?

– А, это были две комнаты, я их соединил, зато теперь есть много места, вот родится ребенок, мы прекрасно сюда поместим и кроватку, и что еще нужно для него…

– Да тут пять кроваток влезет…

– Вот родишь пятерых, пять и поставим.

Аня с Дэном поехали в отель, где сняли номер для себя и Леиной семьи.

На следующий день было запланировано знакомство семей. Лея прилетела утром с мужем и дочкой. Постепенно все собрались у Энцо. Первой приехала сеньора Эмилия. Она поцеловала Риту.

– Аморе мио, моя девочка, как я счастлива! Как ты себя чувствуешь? Не устала? Я все сделаю, ты не переживай и не думай ни о чем!

– Все хорошо, сеньора Эмилия. Как вы?

– О, как я могу быть, после таких радостных вестей от тебя? Я просто счастлива, моя девочка, спасибо тебе!

Приехали Аня, Дэн и Лея с семьей. Сразу же после них – брат Энцо Федерико с женой и сестра Джулия. Все обнимались, целовались, улыбались. На Риту смотрели особо внимательно. Энцо от гордости и радости не находил себе места.

Наконец, все сели за стол. Софийка сидела на коленях Макса, купалась в комплиментах и влюбила в себя всех итальянцев. Федерико она спросила:

– А где твои волосы, они сто убезали?

Макс переводил все на английский.

– Да, София, представляешь, им не нравился я, и они сбежали к другому дяде.

– Ха-ха-ха, и тепель какой-то дядя с длинными волосами сто ли? А ты его знаесь?

– Кого?

– Ну этого дядю с твоими волосами…

– А… ха-ха-ха да я его недавно видел, и у него вот такие длинные волосы!

Федерико показал по пояс.

– Ха-ха-ха а тебе не холодно так зить?

– Холодно, моя девочка, еще как холодно.

– А хоцесь я тебе сапку подалю? И тебе не будет больсе холодно. У меня есть сапка очень класивая с бомбонциками.

Сеньора Эмилия не могла нарадоваться всему происходящему. Она держала красиво сложенные руки на груди и много ахала и охала.

– Бабуля, а сто ты здесь зить будесь?

– Да, моя радость.

– А ты сто будесь замуз выходить?

– Да, моя любимая.

– А кто тебя замуз позвал?

– Вот дядя Энцо позвал.

– Аааа, холосо, сто он позвал, он класивый, а длугой дядя … от него волосы сбезали хи-хи-хи знаесь, бабуль.

Племянница Энцо позвала Софийку играть. Она быстро спрыгнула с коленок Макса и побежала с итальянскими детьми играть. Хорошо, что детям не нужно знать языки, они понимают друг друга и так. Итальянская семья принимала их душевно, шумно и радостно. «Прямо как наша, – подумала Аня – Рите подходит такое.»

Глава 19

Настал день свадьбы.

Рита уже не сильно нервничала. У нее в душе старая Рита примирилась с новой, потому что … как бы у нее не то, чтобы был большой выбор. Да и видела она, что все ее родные рады и поддерживают ее.

Волнительно было в церкви во время венчания. От красоты готического собора захватывало дух, она придавала венчанию возвышенную атмосферу. «Как будто не от земли построен собор, а с неба спустился вниз» – думала Анна. Энцо стоял у алтаря и ждал. Хор начал песню, двери открылись и все обернулись. В зал медленно под руку Риту вел Макс.

Анна стояла рядом с сеньорой Эмилией, которая увидела, что Аня плачет, протянула ей запасной платок. Они вместе проплакали всю церемонию.

– Аня, ты поцему плацесь, и мама плацет, мне сто, тозе надо плакать?

– Нет, нет, мы от радости плачем, малыш. Ты не вздумай! Вот сейчас тебя позовут, у тебя же очень важная работа есть. Все видишь, я уже не плачу.

Энцо жестом позвал Софийку. Лея дала ей в руки красивую корзинку, в которой лежали обручальные кольца.

– Иди, малыш, медленно и не оборачивайся. Ты сейчас должна, как принцесса идти. Отдай корзинку бабуле, потом обратно к нам.

София умела как принцесса идти. Она подняла подбородок, глазками так сверху вниз туда-сюда посмотрела, все ли видят, какая она принцесса и какое у нее платье с длинной пышной юбкой и, только убедившись, что все, она пошла. От важности собственной роли она почти не дышала и чуть-чуть покраснела. Софийка наконец дошла, молча протянула корзинку. Энцо ее хотел взять, но по взгляду принцессы понял, что зря он наклонился. Он улыбнулся, подмигнул Рите. Рита взяла корзинку. Софийка сделала громкое – Фффух, быстро повернулась, чтоб идти обратно, но … запуталась в своей юбке, хотела было упасть, но не успела, потому что ее подхватил Макс. Обратно под аплодисменты она шла с Максом с еще более важным лицом.

Когда они дошли почти до конца дорожки, Софийка спросила Макса:

–Максик, а почему эта девочка все влемя лисует?

– Какая девочка, солнышко?

– Вот же! Она и ланьсе лисовала.

Макс посмотрел туда, куда показала Софийка. И действительно в конце зала с краю сидела девушка, опустив голову, в руке у нее был карандаш, она и правда, что-то рисовала. «Интересно»

Макс довел Софию до папы, передал принцессу ему не менее торжественно, чем Риту передавал жениху. Потом обошел последний ряд сидений и встал так, чтоб ему было видно, что рисует эта девушка. Это был карандашный набросок, на котором четко видны были жених и невеста, алтарь и высокие своды арочных остроконечных окон собора. Она продолжала рисовать, делала это быстро, резкими мелкими движениями. Макс прошел по маленькому проходу рядом с этой девушкой вперед, делая вид, что идет к маме. Спросил у мамы, как они выполнили свои роли с эндорфином, и пошел обратно. Девушка продолжала рисовать, склонив голову, потом подняла глаза, посмотрела на невесту с женихом, а потом склонила голову на бок и начала покусывать карандаш, оценивая свой рисунок. Макс остановился рядом с ней. Ее темные волосы были собраны в хвост, длинные бархатные ресницы скрывали глаза.

– Простите, вы рисуете?

Девушка подняла глаза на него. Макс как будто немного вздрогнул внутри от ее взгляда. На него смотрело милое лицо с большущими черными глазами и карандашом между зубами.

– Да, немного. – вытащив наконец карандаш ответила девушка.

– А можно посмотреть?

Она повернула к нему рисунок, и из-под этого листочка выпали несколько других. Макс быстро собрал с пола и начал рассматривать. На всех рисунках была Рита с Энцо.

– Очень красиво! Вы знаете, это моя тетя.

Макс ткнул пальцем в Риту на рисунке.

– А это мой дядя!

Девушка показала на Энцо и широко улыбнулась. Максу от ее улыбки стало так светло и красиво все вокруг. Он улыбнулся в ответ, но дальше не знал, что сказать. Просто смотрел на нее и думал: «Как она прекрасна!» Девушка протянула руку, чтоб взять свои рисунки. Макс очнулся:

– А простите, они очень красивые…

Отдал ей рисунки и отошел назад.

После венчания процессия поехала домой. Во дворе особняка были расставлены круглые прозрачные столы с такими же прозрачными стульями. Над каждым столом со специально построенного каркаса свисали белые цветы и много маленьких прозрачных стеклянных шариков. Играла красивая мелодия. Как только невеста с женихом подошли, все стеклянные шарики загорелись золотистым светом.

– Как класиво! Аня, как класиво! Дядя Дэн, ты видел?

Семья Анны вся сидела за одним столом. Федерико приветствовал гостей. Долго описывал радость их семьи по поводу нового члена семьи. И предложил за это выпить. После тоста позвал гостей танцевать и первый же начал с женой танец. «Как быстро,» – подумала Аня и осталась сидеть. Энцо с Ритой тоже вышли танцевать.

Оказалось, на итальянской свадьбе танцуют после каждого выпитого стакана. «Весело, однако».

Сеньора Эмилия сказала, что это самый ее счастливый день, потому что она его ждала дольше остальных свадеб своих детей, что Марго она полюбила практически одновременно с сыном, и что пусть Энцо не обижается, но она собирается с невесткой не только по магазинам ходить, но и по ресторанам и клубам тоже. Все аплодировали общей бабушке, которая уже пошла танцевать какую-то веселую кадриль. Нужно сказать, что она это делала очень красиво, без размашистых движений, но с таким выражением лица, что всем было понятно, какая она королева.

Танцевали гости много, уставали, садились отдыхать и потом опять на танцпол. Макс искал девушку с рисунками. Среди танцующих ее не было. Поэтому, он с бокалом шампанского бродил между столами. Большинство людей он видел впервые, но многие с ним обнимались, как с родным и поздравляли. Макс нашел ее. Она сидела за столом и … рисовала. Он просто взял свободный стул и подсел к ней. Девушка обернулась к нему, узнала и чуть-чуть улыбнулась.

– Вы не против, если я немного посижу тут?

– Не против.

Девушка продолжала улыбаться.

– Меня зовут Макс.

– Эмилия.

– Вас зовут как… сеньору Эмилию?

– Да, она – моя бабушка, и я – Эмилия младшая.

– Вас так назвали, чтоб вы были на нее похожи?

– Ха-ха-ха, ну если мои родители так хотели, то это не помогло.

Она излучала свет. Макс тонул в ее больших черных глазах, он не мог оторваться от ее улыбки. «Она светится, но как будто сейчас улетит. Она – светлячок».

– А… а что вы сейчас рисуете? Свадьбу?

– Да, рисую то, что вижу…

– Мне так нравятся ваши рисунки… А меня можете нарисовать?

– Ха-ха-ха наверно, нет…

– Это почему?

– Вы большой и, боюсь, не поместитесь на моем листочке…

– Ну… тогда можете частично меня нарисовать, например, сейчас нарисуйте мой нос!

– Ха-ха-ха, вы забавный, Макс…

– Эмилия, можно вас пригласить на танец?

– Ой, вот это я не умею, я точно не моя бабушка…

– Вам не нужно уметь, я веду, а вы просто не сопротивляетесь и все…

– Звучит неоднозначно…

Макс встал, подал руку. Она подала свою.

– Если вы берете ответственность за мой танцевальный позор, то можем попробовать…

– Здесь большинство – ваши родственники, думаю, это мне грозит позор, а не вам.

Он взял ее за талию. Немного кружилась голова, но он держал ее крепко.

– Эмилия, вы хотели меня обмануть? Вы прекрасно танцуете.

– Нет, Макс, я просто не сопротивляюсь…

Время остановилось для них. Она смотрела ему в глаза и улыбалась. Ему казалось, что свет от нее падает на него, отражается от остальных людей и предметов и все равно падает на него.

Аня сразу заметила сына среди танцующих.

– Дэн, смотри…

Она показала на Макса.

– Ух ты, да он светится, Ань!

– Да, какой он красивый…

– Она тоже ничего так.

– Да, она – красотка.

Макс не заметил, что музыка закончилась и продолжал кружить Эмилию. Она смеялась.

– Макс, музыка закончилась!

– Да? Ну пусть следующая начинается.

– Нет, пойдем, сейчас опять кто-нибудь будет говорить.

– Эмилия, сколько можно говорить? Все итальянцы так много говорят?

– Боюсь тебя разочаровать, но моя семья – это еще не много, остальные еще больше говорят, еще красивее и пышнее.

– Значит, моя тетя Рита будет чувствовать себя хорошо, потому что она больше всех говорит в нашей семье.

– Она такая милая, ты знаешь, мне пока не удалось с ней поговорить.

– А я ее ревную, скажу тебе честно, потому что она мне всегда была так же, как и мама. А теперь Энцо ее забирает у меня.

– О, Макс, да ты собственник! У них же любовь! Дядя Энцо сам не свой с тех пор, как познакомился с ней…

– Да, поэтому я и спокоен сейчас. Но … я буду за ним следить, ха-ха-ха

Эмилия рассмеялась, представляя себе, как он следит за дядей Энцо. Макс и Эмилия незаметно для себя перешли на ты.

– Эмилия, ты дочь брата или сестры Энцо?

– Сестры. Моя мама – Джулия, сестра Энцо, а вон мой отец – Алессандро.

– О… моего отца тоже звали Александр…

– Макс, его уже нет? Как мне жаль…

Макс отвернулся. Эмилия смотрела на него и думала: «Как он может быть грозным воином и невозможно милым одновременно?»

– Эмилия, а ты тут в Неаполе живешь?

– Нет, я из Милана.

– А чем ты занимаешься?

– Я – студентка, учусь в НАБА на факультете изо.

– Ооо, академия изящных искусств, ну да, ты там и должна была, это, естественно, твое место…

– А ты?

– Я давно закончил учебу. У меня пару проектов работают в сети. О, опять танцы. Пошли!

Он быстро взял ее за руку и повел в середину зала. Она не сопротивлялась. Макс держал ее за тонкую талию, она смотрела ему в глаза, улыбалась и понимала, что его глаза говорят – «Ты – самая красивая девушка из всех на свете». А Макс не понимал ничего, кроме того, что он не хочет отпускать ее. Это желание затмило в его голове все остальные…

Свадьба закончилась. Рита проснулась на следующее утро в свадебном платье.

– Энцо, я не помню, как заснула…

– Аморе мио, ты зашла в спальню и упала на кровать прямо в платье и туфлях. Я снял только туфли. Ты выспалась? Как ты себя чувствуешь?

– Как будто меня переехал грузовик. Ох, Энцо, помоги снять… Пойду в душ, может очнусь…

Макс не спал. «Она мне нужна… странно…жил же без нее…а теперь – нужна…как может жизнь человека измениться в один миг…это даже как-то неправильно…но…без нее вокруг все серое…мой светлячок…мой…а может…ее сердце занято…я и не спросил…»

Все близкие собрались к обеду у Энцо и Риты. Одни уезжали сразу, как сестра Джулия и Лея с семьями, другие оставались еще на пару дней, как Аня с Дэном, а Федерико и сеньора Эмилия и так живут в Неаполе.

Макс не знал, что делать… Он должен был тоже сразу вернуться домой, но… теперь он не хотел этого. Пока все шумно обедали, он взял Эмилию за руку и повел за дом, где начинался виноградник Энцо.

– Макс, мы куда?

– Да тут больше некуда, только виноградник. Ну ладно, я могу и тут спросить. Эмилия, я… ты…ты, наверно, видишь, что ты мне очень понравилась. И я хотел спросить, твое сердце свободно или у меня нет шансов? Я все понимаю, что мы только познакомились и так далее… Но мне нужно скоро уезжать, и я не могу уехать, не зная этого…

Эмилия растерялась… У нее еще никто не спрашивал такое.

– Макс, я… я … нет, у меня никого нет, но ты очень торопишь время… я..

Макс дальше не слушал ее. Он подхватил ее, покружил. Поставил ногу на куст винограда, потерял равновесие, успел только упасть так, чтоб Эмилия была сверху и ровно между рядами виноградника, чтоб не сломать куст.

– Ох, Макс!

– Ты не ушиблась?

Эмилия лежала у него на груди и хохотала.

– Нет, ха-ха-ха, я-то сверху, а ты не ушибся?

Макс не выпускал ее.

– Нет, все хорошо, все просто замечательно!

– Макс, как ты так, надо ж умудриться так, чтоб между рядами упасть… Смотри, все кусты целые.

– Давай так полежим немного…

Эмилия скатилась на бок, голову положила ему на руку. Солнце светила прямо в глаза.

Макс повернул голову, посмотрел на нее.

– Ты – мой светлячок.

Он поцеловал ее волосы. Эмилия опять растерялась. Она быстро встала.

– Пойдем, Макс, кто-нибудь увидит нас тут…

Макс встал. Она опять засмеялась.

– Посмотри на себя!

Он был весь в земле, а один бок в виноградном соке…

– Дааа, а ты тоже в земле, вот!

Они оба хохотали и отряхивали себя.

Макс улетел, но сердце его осталось в Италии. И Рита, и Аня это понимали. Рита про Эмилию все расспросила у Энцо и передала Ане. Они успокоились и ждали развития отношений. Рита погрузилась в свою новую жизнь, непонятную, сложную и прекрасную. Аня ни разу не теряла сознание, не разговаривала с Алексом, вернулись силы и желание жить.

Она решила Дэну показать Италию. Арендовав машину, они поехали по стране, оставаясь в каждом городе по 2-3 дня. Больше они не могли, потому что хотели вернуться домой и помочь Майе. Дэн был в Италии в первый раз. За две недели они объездили страну от Сицилии до Венеции. Эйфория не покидала Дэна со дня приезда. Его любимая с ним Сикстинской капелле, у фонтана Треви, в галерее Уффицы, в замке Сфорца, в Позитано, в Амальфи….

– Жизнь моя, я даже в самых смелых мечтах не представлял себя настолько счастливым!

Вылетали домой они из аэропорта Бергамо 23 августа.

Аня стояла у огромных окон аэропорта. Ее обнимал высокий мужчина и тысячу раз целовал ее волосы. Аня прижалась щекой к его руке. Она вылетала в свой любимый город.

– Знаешь, Дэн, я люблю аэропорты. Когда я жду самолет, я всегда жду что-то новое в своей жизни. Интересно, что это будет сейчас?

– Мы вместе, это – самое главное. Выдадим Майю замуж. У Риты ребенок родится! Потом, я думаю, у нас будет еще одна наполовину итальянская свадьба, а? Ууу, сколько раз еще мы будем в твоих любимых аэропортах…

– Да, кажется, мой мальчик влюбился. И, думаю, он ей тоже нравится. Макс всем нравится… Мне так спокойно теперь, Дэн, как не было никогда раньше. И это все ты!

– Любовь моя!

Дэн обнял ее двумя руками.

– Знаешь, Ань, раньше в молодости я думал, что буду счастлив, когда достигну цели. Я ставил их много разных. Достигал по очереди, но счастье по-прежнему, было где-то впереди, и я не мог его догнать, поймать… Потом долгий период жизнь казалась мне бессмысленным хаосом, и лишь моя дочь помогала мне это не чувствовать. А теперь с тобой для меня счастье перестало быть привязанным к какому-то итогу, какой-то цели. И я чувствую счастье просто в существовании. Оказывается, жизнь достаточна сама по себе.

Аня повернулась, поцеловала его.

– Нашу посадку объявляют, пойдем.

Самолет, вылетевший из Бергамо 23 августа в 11:25, перестал подавать сигналы в 11:49.