Цитаты из книги «Ромовый дневник», страница 11

- Ладно, Кемп. Спасибо за всё...Ты парень что надо.

- А, - отмахнулся я, заводя мотор. - Мы все парни что надо, когда надираемся.

В свое время я тоже был таким. Хотел всего и сразу, и не было на свете такого препятствия, перед которым бы я спасовал. С той поры я узнал, что кое-какие вещи много крупнее, нежели представляется на расстоянии, а сейчас я даже не был уверен, чего удастся мне достичь, да и достоин ли я этого.

человек может жить собственным умом и собственной волей лишь определенное время.

Он вырос с футболом и в доме с двумя туалетами, но где-то по пути выбился из нормы. Всё, что сейчас он хочет, так это Прочь Отсюда. Ему плевать на Сент-Луис, на своих друзей, семью и так далее... он всего лишь хочет найти себе место, где мог бы дышать...

..Голову я прикрывал руками, отбрыкивался как умел, но все без толку. Особой боли не было, хотя онемевшее тело понимало, что дело плохо. Я был еще в сознании, и мысль, что меня забивают до смерти в пуэрториканских джунглях за одиннадцать долларов с полтиной, пронзила меня таким ужасом, что я заорал диким зверем.

Гостей охватывал мандраж при первом же взгляде на его фотокамеру. Кое-кто начинал вести себя на манер ученых свиней, в то время как прочие сбивались в гурт как бараны - и все до единого ждали, пока "человек из газеты" нажмет свою волшебную кнопку и оправдает тем самым их щедрое гостеприимство.

Моберг был выродком. Маленький, с редкими светлыми волосиками и бледным, обрюзгшим лицом. Я в жизни не видел человека, столь зацикленного на саморазрушении, причем не просто себя одного, а и всего, чего касались его руки. С какой стороны ни возьми, он был подл и испорчен. Моберг ненавидел вкус рома, однако был способен прикончить бутылку за десять минут, после чего проблевывался и отключался. Он не ел ничего, кроме сладких булочек и спагетти, которыми его рвало при первом же опьянении. Все свои деньги он просаживал на шлюх, а когда они ему наскучивали, он снимал себе гомика, чисто из любопытства. Причем ради денег он был готов на все - и вот такого человека мы держали на полицейских новостях.

Маску свою Сандерсон сбрасывал крайне нечасто, да и то в основном под действием рома. Он настолько далеко отошел от своего подлинного "я", что вряд ли уже понимал, кем является на самом деле.

При всей своей мерзопакостности Моберг изредка демонстрировал вялые вспышки разума. Но мозг его так прогнил от пьянства и беспутицы, что всякий раз, как его напрягали к работе, барахлил подобно старому мотору, сошедшему на нет от вечного болтания в топленом жире.

Где-то у меня в затылке прозвенел гонг, а затем мелодраматический голос произнес: "Сим завершаются "Приключения Пола Кемпа, Пьяного Журналиста".