Читать книгу: «Граум»
Глава 1
Лунный свет разливался над Азараном, освещая крыши домов, проникая в окна. Лёгкая дымка заполняла улицы. Обволакивающая тишина накрывала город.
Но тихо было не везде. На переднем дворе таверны «Алый занавес», близ местного театра, было оживлённо. Особенно под навесом, где сидели трое форлингов.
– Да ладно, Фрем, я тогда даже не думала, что ты свалишься, – рассмеялась девушка, откидывая с лица каштановые волосы, отливавшие золотом в свете фонаря.
– Отец устроил настоящую взбучку, когда увидел меня всего в грязи, – улыбаясь, отвечал Фрем, – даже Страда не ожидал, что у тебя такой удар.
Страда отпил из кружки и откинулся на стуле.
– Подшучивать над тобой я тогда перестал. Зере – стальной кулак, – ухмыльнулся он.
– Ну Карса, с днём рождения! – подняла бокал Зере.
– И снова это прозвище, – закатил глаза Фрем, тоже поднимая кружку с напитком.
Страда последовал их примеру.
– А помнишь, как в детстве ты хотел стать магом? – понизив голос и наклонившись к друзьям, спросила Зере.
– Может выйдешь на площадь, встанешь перед статуей Берта и закричишь об этом? – прошептал Фрем.
– Он и сейчас бы не отказался, – хохотнул Страда, – а вообще, не будем об этом, мало ли кто услышит. Не хватало ещё водиться с изгоем.
Он снова откинулся на стуле и начал изучать навес, под которым они сидели. Фрем знал отношение друга к магии.
Поставив кружку на стол, он почувствовал странное тепло, разливающееся по руке. Кинув взгляд на неё, он сам не понял: то ли жидкость в кружке так подействовала, то ли под рукавом было слабое свечение. Он резко встал из-за стола и отвернулся.
– Страда, не хочешь ненадолго отойти? – пытаясь скрыть тревогу, Фрем обратился к другу.
– Честно говоря…
– Пойдём-пойдём, как раз разомнёшься, – настаивал Фрем.
– Нужда не терпит, да? – усмехнулся Страда.
Слегка покачиваясь, он встал из-за стола. Фрем быстрым шагом направился в сторону театра, который находился через улицу. Страда за ним.
– Поспешите, не хочу сидеть здесь одна, – недовольно нахмурившись, крикнула им вслед Зере.
Оказавшись перед входом в театр, Фрем остановился. Это был невысокий деревянный забор и резная арка с вывеской над ней. Форлинги обожали театр. Раз в неделю здесь показывали пьесы – о Великой Жатве, о Берте, о любви и смерти. Фрем сам ходил сюда с детства. Но сейчас он не мог думать о спектакле.
Схватившись за левую руку в том месте, где ощущалось тепло, он прошёл дальше, к заднему двору.
– Куда мы идём? – окликнул его Страда.
Фрем подошёл к высокому забору театра так, чтобы тень практически полностью могла его скрыть. Повернулся к Страде.
– Взгляни, – со страхом прошептал Фрем.
– Что это такое? – обескураженно пробормотал Страда, глядя на руку друга, которая в темноте ещё ярче светилась под рукавом.
Фрем закатал рукав. Узор на предплечье – переплетение тонких линий в круг с тремя звёздами – слабо светился бледно-красным. Такого быть не должно. У форлингов узоры не светятся. Это явный признак магии.
– Покажи свой, – прошептал Фрем.
Страда закатал рукав. Линии, образующие меч посередине щита. И, как и полагалось всем узорам, он был абсолютно обычным. Как и у любого форлинга.
– Спрячь, быстро, – прошипел Страда, оглянувшись на дорогу, – мало ли кто увидит. Слово граум тебе говорит о чём-то?
– Сам знаю, – с горечью произнёс Фрем. – Что делать?
– Идём домой. Нет смысла сейчас возвращаться в Алый занавес. Зере позже всё объясним. Медлить нельзя.
Фрем согласился с другом и одёрнул рукав так, чтобы скрыть свечение. Всю дорогу до дома они молчали. И всё же, Фрем был благодарен, что Страда освободил его от расспросов. Он ведь и сам не знал, что и думать.
Хотя время было и за полночь, по улицам то и дело сновали жители города. Азаран жил своей жизнью, не подозревая о том, что судьба одного юного форлинга сегодня навсегда изменилась. Для Фрема сейчас всё это было просто фоном, смазанной картиной, на переднем плане которой яркими холодными линиями вырисовывался светящийся узор на левой руке.
– Ты заметил, что он изменился? Сейчас это какие-то звёзды и круг. Раньше он выглядел по-другому, – решил нарушить тишину Фрем.
– Ты же помнишь, что узоры принимают более чёткие очертания именно в совершеннолетие. Сегодня же как раз такой день.
– Везёт тебе, у тебя с детства был меч. Он почти никогда у тебя не менялся, – вздохнул Фрем, – у меня всегда было что-то неясное.
– Как и у многих. Только вот у форлингов узоры не светятся, – разглядывая свою руку, произнёс Страда.
Весь оставшийся путь друзья не проронили ни слова. Просторная улица сменилась узкими тропками, которые пронизывали весь район ремесленников.
«Наконец-то», – подумал Фрем, стоя перед видавшим виды зданием. Дом представлял собой двухэтажное каменное строение с деревянной надстройкой второго этажа. Кое-где в стенах виднелись трещины, кое-где поскрипывали оконные ставни, то ли от ветра, то ли от старости.
На первом этаже была плотницкая мастерская отца. Фрем любил в ней играть ещё ребёнком, и то и дело получал от отца нагоняй, когда мешал ему работать. Отец хоть и отвешивал ему подзатыльники, но сына любил.
– Смотри не спали дом, – прервал его мысли Страда.
Фрем улыбнулся в ответ. Он был рад, что Страда, несмотря на произошедшее, пытается разрядить обстановку. У него всегда это неплохо получалось.
Друзья попрощались и разошлись по домам. Отец, должно быть, уже спал. Сейчас уж точно не хотелось его будить.
Поднимаясь на второй этаж в свою комнату, Фрем старался не шуметь, но у ступеней были другие планы, так что они скрипели под каждой ногой. Где-то в глубине коридора раздался кашель, а потом снова стало тихо. Пронесло.
Закрыв за собой дверь в комнату, Фрем наконец-то мог выдохнуть и остаться наедине со своими мыслями. Это была небольшая, но уютная комната. В углу стояла среднего размера кровать, над которой разливало лунный свет небольшое круглое окно.
Слева от кровати стоял небольшой комод для вещей. На нём – деревянные фигурки – подарки отца на прошлые дни рождения. Рыцари, лучники, мечники и гордость Фрема – рыцарь с гербом на спине. Он обожал их, но сейчас они казались чужими. Над комодом висело простенькое круглое, уже помутневшее от времени, зеркало. Не раздеваясь, он упал на кровать.
«Это ведь точно магия», – размышлял он, разглядывая всё ещё слабо светящиеся линии на руке. У форлингов узоры не светятся, это точно. И если это магия, то как она работает? Зере верно подметила: в детстве он мечтал об этом – обладать магией. Что же сейчас? Жить в страхе, что кто-то раскроет его тайну? А вдруг узор начнёт светиться в самый неподходящий момент? Можно, конечно, носить пару наручей, чтобы хоть как-то скрывать подобный секрет. И стоит ли говорить отцу? Вопросы требуют ответов. Но у Фрема их не было.
Он ещё раз пригляделся к узору. Четыре тонкие линии, переплетаясь друг с другом, образовывали круг, а внутри – нечто похожее на три маленькие мерцающие звезды. В бледно-красном свечении они выглядели особенно загадочно. Что они значат, Фрем пока не понимал.
Он снова вспомнил Страду. Год назад, когда его узор наконец полностью проявился, он, не раздумывая, вступил в ряды Стражей Зари и очень гордился этим. Это была гильдия, которая хранила покой жителей Азарана, а её элитные воины занимались охраной высших чинов.
Интересно, сколько таких же, как он в Азаране? Как они справляются со своей магической природой? Или может он единственный в своём роде? Как ни крути, единственным, что оставалось юному форлингу, было томительное ожидание. Может всё само собой каким-то образом прояснится. С такими мыслями Фрем уснул.
Он стоял перед западными воротами в Азаран. Левая рука в крови. Круг со звёздами, будто объятый пламенем, обжигал кожу. Вокруг всё гудело и грохотало, точно раскаты грома. В воздухе пахло гарью. В нескольких метрах от Фрема стояли Стражи Зари и что-то кричали, обнажив клинки. Город будто накрыла огненная буря. Обернувшись, Фрем не увидел ничего, кроме языков пламени и клубов пыли и дыма, поднимавшихся в небо. Вновь повернувшись к стражам, он увидел ещё одного форлинга в обмундировании Стражей Зари. От остальных его отличал зелёно-золотой шеврон со скрещенными мечами в центре, на правом плече. Лицо его скрывал капюшон.
– Надо было уходить, как я просил! – крикнул форлинг. – Ты сам решил остаться!
Он сделал несколько шагов в сторону Фрема, вынимая из ножен меч. Сверкнуло серебро, яркая вспышка, будто раскат грома и…
Руку обжигало. Будто от раскалённого железа. Тело стало липким от пота. Это точно был сон? Фрем открыл глаза и осторожно, сквозь боль, будто боясь что-то спугнуть, взглянул на руку. Узор не светился. Может, и это приснилось?
Сидя на кровати, он вспомнил детство и легенду, рассказанную ему отцом. Шестьсот лет назад случилось страшное событие для всего Азарана. Пожар, что позже нарекли Пляской Пламени, уничтожил половину города. И виной тому были форлинги, владевшие магией. Тогда их изгнали и окрестили граум, что означает мерзкий колдун. И магия с тех пор в Азаране под страшным запретом, и каждого, кто связан с ней, ждёт позор и изгнание.
Пытаясь успокоиться, Фрем медленно встал с кровати и подошёл к зеркалу. Лучи солнца пробивались сквозь небольшое окно. Как будто возвращая его в реальность, послышались пение птиц и голоса форлингов.
Что всё это может значить? Это предостережение? Кто этот форлинг в капюшоне? Этими вопросами он задавался пока разглядывал своё отражение в зеркале. Слегка бледное лицо, янтарные, немного впалые глаза, лёгкая щетина. В левом ухе серьга в виде крохотного солнца. Волосы, цвета древесной коры, уже доходили до плеч. Тёмно-зелёная рубашка с коричневыми медными пуговицами, тёмный кожаный жилет поверх. Несмотря на всё произошедшее, в нём не было ничего необычного. По крайней мере, так ему казалось.
И что тут может быть магического? – немного успокоившись, подумал Фрем. Форлинг, как и все в Азаране. Говорили, их предки пришли на материк Лот-Азул из-за Ревущей стены, но Фрема это никогда не волновало. Он знал только, что его народ невысок, светлокож и носит на руках узоры — как тот, что сейчас спрятан под рукавом.
Несколько стуков в дверь комнаты прервали его размышления. Раздался глухой, слегка раздражённый голос:
