Читать книгу: «Хлопья»
«Итак, здравствуй.
В этот привычный, но, уверен, тяжкий день, хотелось бы отдохнуть, я прав? Застелить кроватку, переключить свет на более мягкие оттенки, если таковы имеются, затем лечь на мягкую постель и, спустив брюки до колен, остановиться, задумавшись о всяком на десяток минут, а если уж Ты мечтатель, то и на все два с лихвой.
Держу пари, что Ты желал бы отложить всю ту суету и погрузиться в мир беззаботных часов, чего по-настоящему советую, ведь у тебя есть на то неслабый шанс. Если же ты здесь, то настал черёд отдыха, а потому расслабься, завари горячий, обязательно горячий, чай – чёрный или зелёный, да хоть белый. Может, даже кофе.
Дыши полной грудью, поглощая комнатный воздух, или проветри свои хоромы, а уже затем приступай к чтению, мой Друг. Сегодня, в этот уютный вечерок, я хочу ознакомить тебя с милым мальчишкой, что осознанно забрёл в царство продуктов и разного рода дешёвых вещичек. В общем, налаживай уют в коморке, а я, как и обещал, расскажу об одном озорном чертёнке.»
День настал, а потому низкорослый рогатый, очнувшись прекрасным летним и солнечным утром, вскакивает с кровати. Осознав, что прыжок из-под голубого в белый горошек одеяла стоил ему пары секунд пребывания во тьме, а ещё пары – головокружения, тот хватается за мохнатую головёшку, а затем мотает ей по сторонам, надеясь остановить ошеломление. Не стоит вставать так дерзко в этот час, даже если ты моложе собственного кота.
Опомнившись, чёрт бросает взор на календарь, висящий на двери его комнаты. К поверхности двери варварским способом прибиты дощечки с разными глупыми надписями, а к самому дешёвому и потёртому красному календарику с изображением милых котят, сидящих в плетёной корзинке, таким же образом приклеены различные вырванные из тетрадей листы с ежедневниками, расписанием сегодняшнего дня, и десяток наклеек. Одни даты были грубо зачёркнуты красным маркером – так мальчик обозначал не самые приятные дни в своей жизни, несостоявшиеся прогулки, провалившиеся планы и прочие неприятности, с которыми ассоциируются будни, а другие, отнюдь, подчёркивались ровной, строго вымеренной по линеечке, линией, что являлось признаком праздника: как день Святого Огурчика, так и день рождения родной матери, дату которого простофиля никак не мог запомнить, живя уже десятый год отроду.
Глядя на числа, хвостатый приметил интересную дату – обведённый седьмой вторник шестого месяца. Кажется, в этот день он остаётся дома совсем один, а потому родители подготовили ему небольшое испытание, задача которого, как и всегда, наверняка уже ждёт своего героя на холодильнике.
В тот же миг в домишке прогремел гром, от которого пошатнулось даже зеркало в его комнатке: со второго этажа, как снежный ком, покатился озорник, скача по лестнице, что было похоже не на мальчика, а на перекати-поле в стареньких и крайне атмосферных вестернах.
Лишь одно мгновенье – и когтистые лапы держат мятый листочек в руках, а карие глаза, бегая по строчкам туда-сюда, зачитывают приказания:
«Если герой, спасший старейшин,
Очнулся вдруг из долгого сна,
Дорога его будет простейшей,
И даже кассирша ему не страшна!»
Сообразив, о чём идёт речь, как и обдумав дальнейшие действия, лохматый направился к выходу из своей хижинки, прихватив заветные деньжата, кои оставили ему любимые родители на небольшом столике рядом с холодильником. Пробежка прямо по коридору – и тот оказывается у белой двери с тремя замками: навесным, накладным и врезным. В центре той, примерно на тридцать сантиметров выше, виднелся глазок, который забавно искажал лица всех гостей, включая и самих владельцев дома, а потому слева от входа стоял табурет, предназначенный только для того, чтобы чертёнок ловко запрыгивал на него и, навострив взор, смотрел, кто же стоит за дверью, шутя над их забавной мимикой.
