Ну вот и всё, это последний роман Фёдора Михайловича, который числился у меня непрочтённым. Странные и необычные ощущения, почти такие же, как посетили меня тогда, когда закончил читать Библию. Это, как познакомиться с человеком, о котором много слышал, читал его цитаты, иногда даже видел издалека, но близко не знал. А, теперь, узнал его очень хорошо, почти совсем. Всё стало стройно и ясно, некоторое непонимание поступков и мыслей, этого условного "человека", получили свои объяснения, "он" вписался в твою эпоху и ты вжился в его. И уже точно понимаешь, что, как и Библия, романы Достоевского - это навсегда. Всё, что в них написано, легко интерпретируется в сейчас, на 150 лет вперёд. Размышления и выводы, прямо и точно накладываются на события современности, особенной новейшей. Либералы, Россия, Европа, самосознание, русский народ, государственность и вера - всё описано до такой степени точно и тонко, что диву даёшься...
Это я не именно о "Подростке", а о всех романах Фёдора Михайловича. "Подросток" же великолепен - и сутью, и слогом, и выверенностью сюжета (несвойственной ФМД), и характерами его героев. Меня поразила изумительная трансформация сознания молодого человека, его отношения к себе, семье, жизни вообще. Человека нищего духом, озлобленного на весь мир, но сумевшего сказать другому человеку, которого он почти ненавидел - "Папа!" Я ждал этого момента, очень надеялся, что он произойдёт и был несказанно рад, когда это случилось. И ещё мне показалось, что в этом моменте выплеснулась вся тоска и горечь Фёдора Михайловича к своему пасынку Павлу, который жил в его семье все годы, изводя их с Анной Григорьевной мелочными придирками и неприкрытой злобой. Тоска и мечта, чтобы когда-нибудь и Павел назвал его папой, не по нУжде или с умыслом, а от чистого сердца и великой любви...
P.S. Будь я учителем литературы, то получив в виде сочинения на тему "Аркадий Долгорукий - сын, человек и гражданин", всего два слова: "Аркаша - красавчег!", поставил бы оболтусу, это написавшему, твёрдую "пятёрку", ибо суть романа именно в этом, ведь, после прочтения
... уцелеют, по крайней мере, хотя некоторые верные черты чтоб угадать по ним, что могло таиться в душе иного подростка тогдашнего смутного времени, - дознание не совсем ничтожное, ибо из подростков созидаются поколения...
Несколько месяцев собиралась перечитать «Подростка» — впервые познакомилась с ним, когда мне самой было не больше 16. Прекрасный, немного вязкий слог — иногда просто тонешь в философских размышлениях и ужасно подробных характеристиках персонажей. Но поскольку всё написано от лица очень молодого и наивного юноши, его горячность и стремление к «благообразию» многое искупают. Этот роман больше похож на детектив, чем «Преступление и наказание», хотя (маленький спойлер) все, кто здесь умерли, поступили так исключительно по состоянию здоровья или в силу житейских обстоятельств, а не от злого умысла. Тем не менее персонажи страшно нервничают и из-за этого совершают массу необдуманных поступков, которые наматываются друг на друга, образуя целый клубок интриг. Забавно наблюдать, к чему могут привести слишком активные действия не в меру чувствительных людей. Всё цепляется одно за другое, и самый, казалось бы, невинный разговор вдруг инициирует целую цепь событий. Удивительно, как автору удалось из всего этого вывести логичную концовку и даже некую мораль.
Вообще я поняла, что читаю классику как лекарство. Что-то она внутри меня выравнивает, как будто я посреди бесконечной суеты ненадолго съездила «на воды» и надышалась разреженным горным воздухом. Теперь хочется думать и говорить странными забытыми словами: так и тянет вставить в свою речь «давеча» или «вздор».
Слушайте... Это не Достоевский... Это просто Диккенс какой-то)) Это не камень в огород моего обожаемого. Ни Боже упаси. Я просто удивлена. Хотя... стоит ли удивляться после "Неточки Незвановой"?)) А вообще, если серьезно, произведение сильное. Увы, увы, у нас по-прежнему много идей, "идей" и даже Идей, но золотым веком и не пахнет. А как бережно касается писатель святого для себя - некоторых граней загадочной Русской души... Это не только Макар Иванович, отнюдь. Это и "двойники", непонятные, непонятые, запутавшиеся и страшные... По персонажам: Сам Подросток - настоящий, типичный такой подросток. Ну какой же он "дядька-переросток" - после всех его выходок-то? Нормальный такой, искренний и добрый пацан, идеалист и максималист, пребольно треснувшийся лбом о действительность. Вы вели себя иначе в его возрасте? Сочувствую. А вот по поводу Версилова у меня к моему обожаемому претензии. Ну что, что он вытворяет такое, а?! Ну Федор Михайлович!.. Я ведь практически влюбилась в этот персонаж... До тех пор, пока он напоминал мне Петрония из "Камо грядеши" и лорда Генри из "Портрета Дориана Грея", я им любовалась. Ну нельзя не залюбоваться такой вот загадочной сво)) Но когда он слетел с катушек, я была разочарована. Хотя, "двойник" же... Впрочем, тут, по-моему, уже и "тройник" вырисовался. Этакий безумный Хайд... Впрочем, все погрешности Достоевскому можно простить с легкостью. Потому что его произведения тем и хороши, что, перечитывая их спустя время, порой делаешь для себя почти колумбовские открытия.
Когда сталкиваешься с практикой преподавания иностранного языка, быстро понимаешь, что люди по сути делятся на два типа – одни сначала думают, а потом говорят, а другие наоборот – сначала говорят, а потом думают. Вот и многие герои Достоевского, включая данного «подростка» Аркадия, как раз из второго типа. Типичные невротики, для которых существует реальный мир, а есть их собственный внутренний, в котором кипит особенная жизнь, особенные мысли и чувства. И ими непременно нужно делиться, непременно нужно быть понятыми. Энергия есть, а куда ее применить и как это уместно сделать, вот этого у них всегда не хватает.
Аркадий – незаконнорожденный. И живет он в неопределенности. Вроде Долгорукий, но не князь, вроде есть отец-дворянин, но рядом-то его никогда не было, вроде есть какое-то образование и какие-то идеи, но нет опыта и разума их как-то реализовать. Человек-перекати-поле, который в начале книги весь состоит из идеи сделать себя богатым и таким образом автоматически, как ему кажется, получить уважение и любовь других людей (ведь «деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество»). И да, такой герой поначалу дико раздражает. Но постепенно отношение к нему меняется. Во-первых, человек растет. Во-вторых, находишь и в себе его черты. В-третьих, замечаешь его окружение, по сравнению с которым он – просто голубок.
Отдельная тема – его отец. А отец здесь, извините, та еще гнида. Даже не просто, а высококультурная гнида, вся в великих идеях и жертвенности своей, а при этом проматывает одно наследство за другим, живет (гордый дворянин, ага) за счет работающей дочери и «жены», с которой брак-то оформить не может, ибо стащил ее у живого мужа и таскает за собой, как удобную игрушку. Бросает близких, когда ему угодно. Демагог, один из тех «умов» России, которые при любом капризе и неудобстве легко мать родную продадут, а заденешь их немного, так способны на любую подлость.
И вот в таком человеке главный герой пытается отыскать тот идеал отца, который лелеял в себе с самого детства. Ну, сложно отыскать того, чего нет. Сложно разочаровываться в людях. Сложно принять, что твой отец общается с тобой только потому, что большинство людей от него отвернулось, а ты – свободная и дешевая публика для его выступлений и нравоучений, а на твоем-то фоне он выглядит в своих глазах как король.
В романе очень много отсылок и даже цитат из «Идиота». Этот роман у меня самый любимый, и эти параллели интересны. И если князь Мышкин – светлый человек, к которому никакая «грязь» не липнет, то наш Аркадий – буквально чистый лист, с малюсеньким жизненным опытом, с отсутствием навыка отличать хорошее от плохого, пытающийся найти себе близких людей (и в то же время утверждающий, что он за свободу и, может быть, всех еще бросит) и какие-то идеалы в обществе, где этого очень мало. А вокруг чужие планы, интриги, везде царит расчет. Как легко можно расстроить чужую жизнь ради себя любимого, парой слов довести другого до самоубийства, лишить человека всего, нравственно уничтожить. И Аркадий мало что понимает, но по энергии своей и неравнодушию во все влипает и, соответственно, бессознательно много чего портит.
Отличный роман, к Аркадию я в конце даже как-то душой прикипела. Конечно, «Идиот» – круче и самый любимый, но и от этого сложно оторваться. Тот случай, когда роман строится не на пустых эффектах или каких-то жутких подробностях, а на простых интригах людей, внутренних поисках и главном герое, в котором находишь много общего с собой. Все мы когда-то были или все еще является такими «подростками».
Неплохо показано распадающееся дворянство, которое все еще считает себя пупом земли и с умилением смотрит на народ, в котором ни черта не понимает, и жизнь обыкновенного человека, который мечется между деньгами и живыми отношениями, между тем, что правильно с чужих слов, и тем, что подсказывает его сердце и жизненный опыт. Постепенно он понимает, что человек – сложная штука, что помимо власти, денег, которые часто идут под руку с подлостью и чистейшим эгоизмом, есть еще и отношения с близкими людьми, которые ни за что не купишь, есть моральные качества, есть столько сложных выборов и неоднозначных моментов.
В книге мельком отмечается, что из таких вот подростков и складываются новые поколения. Каким же станет Аркадий? Адаптируется среди удобных дельцов и словоблудов или же все-таки не заглушит в себе моральные порывы, стремление к чему-то настоящего и важному и какой-никакой потенциал? Конец открытый. Удивительно актуальный для современной России роман.
«Подросток» - это поздний Достоевский, уже маститый автор. Этот роман я читала впервые, и он произвёл на меня сильное впечатление, впрочем, как и всё, написанное Фёдором Михайловичем. Повествование ведётся от лица того самого «подростка» Аркадия Макаровича Долгорукого, сейчас ему 21, а в описываемые события было 19 лет. Я бы назвала его молодым человеком, но по своему эмоциональному развитию он именно «подросток» со всеми вытекающими последствиями: ещё не осознал свои цели в жизни, ищет себя, подвергает сомнению и критике всех и все, и на этом пути делает много ошибок. Этого мальчика мне искренне жаль. Он – незаконнорожденный сын дворянина Андрея Петровича Версилова и дворовой женщины - Софьи Андреевны. Мальчик воспитывался у чужих людей, был лишен родительской любви. Всё его детство омрачено унижениями и насмешками, которыми он подвергался в пансионе француза Тушара, стеснялся посещений матери, отца видел только однажды. Понятно, почему этому доброму, но очень ранимому человеку, так трудно общаться с людьми. Но не смотря на это, не озлобился, сохранил нежную любовь к матери и сестре, восхищение отцом.
Каждая мечта моя, с самого детства, отзывалась им: витала около него, сводилась на него в окончательном результате. Я не знаю, ненавидел или любил я его, но он наполнял собою все моё будущее, все расчёты мои на жизнь.
Мне очень нравится его отношение к семье, преданность и желание помочь своим близким. Но Аркадию не хватает жизненного опыта, мысли его путаются, легко подпадает под чужое влияние, некоторые его поступки неоднозначны, порой приносят боль – ведь близких людей мы раним куда чувствительнее.
Было то, что всегда бывает: кого больше любишь, того первого и оскорбляешь.
И именно этот мальчик в решающий момент смог предотвратить трагедию, ему хватило мужества, честности и моральных сил, по сути, спасти свою семью. Для меня Аркадий Макарович определённо положительный персонаж, заслуживающий уважения и восхищения.
«Подросток» довольно таки большой по объему роман. За всеми хитросплетениями сюжета уследить трудно, поэтому читать внимательно и не торопясь. Много букв, много действующих лиц, много мыслей, много эмоций, но и за это мы тоже любим Достоевского – нет однозначности, нет прямолинейности, жизнь она ведь тоже не черно-белая…
Игра в «Классики», 1-я заявка, 4 ход.
«Когда минет злоба дня и настанет будущее, тогда будущий художник отыщет формы даже для изображения минувшего беспорядка и хаоса».
Романы Достоевского у меня всегда ассоциируются с богатым обедом из нескольких блюд после иного «литературного фастфуда». Этот его особый стиль и язык, «распробовав» который, уже не можешь оторваться. Эта поразительная многослойность и многогранность, в которой за каждым персонажем скрываются целые слои общества, а за происходящими в романе событиями – исторические процессы.
Дочитав «Подростка», посмотрела год написания романа – 1875. Но во время чтения периодически возникало ощущение узнаваемости в некоторых современных веяний, а часть действующих лиц как будто списана с тех людей, с которыми сталкиваешься в повседневной жизни. А персонажей в «Подростке» очень много, на любой вкус. Признаться, даже сложновато было вначале разобраться, кто есть кто, и кому кем приходится, кто кого любит, а кого ненавидит. Очень точно описаны все пороки и мотивы действий представленных вниманию читателя персонажей, и, следовательно, общечеловеческие в целом.
«О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы все откладываем».
Еще хочется отметить, что это очень изощренный и интригующий в сюжетном плане роман, финал которого сложно предугадать. Только вот, кажется, автор приподнимает перед читателем завесу над одной тайной, как тут же на горизонте появляется другая, еще более невероятная. В итоге развязка меня порядком удивила своей непохожестью на предыдущее прочитанное мной у Достоевского.
Психология, исторический контекст, философия, страдания, мрачный Питер, страсти, светлый и демонический образы, фатум. Типичный синопсис романа Достоевского (за это его и любим). Тем не менее, здесь мы наблюдаем немного иное: внутренний поиск молодого человека 19 лет. Никакой он, конечно, не подросток, хотя весь роман вел себя именно так (одна "идея" о богатстве чего стоит), характер и личность в процессе формирования. И его "незрелость" неоднократно подчеркивается другими героями произведения. Впрочем, он сам это демонстрирует эмоциональной манерой речи. "Подросток" - входит в условный список "великого пятикнижия" Достоевского. В каждом из этих романов читатель может наблюдать духовное перерождение героя, в том числе и в данном произведении. Именно поэтому, например, "Бесы" самый мрачный роман, так как там, в итоге нравственной борьбы, произошла духовная смерть, которая была тяжелее и зацепила сильнее. Собственно, "Подросток" о внутреннем духовном поединке и становлении личности, поэтому главный герой, Аркадий Долгорукий, мечется из одной крайности в другую. В общем, излюбленная тема двойничества. Также, присутствовал соблазн власти из-за ценного "документа", использование которого, открывало широкий диапазон возможностей. И при этом беззаветная любовь к отцу, который рассказывает историю, как он однажды уехал за границу, потому что все надоело, а первая мысль парня - ради того, чтобы вершить революцию. Такие идеалы... Как обычно, очень здорово и атмосферно показан Петербург.
Мне сто раз, среди этого тумана, задавалась странная, но навязчивая греза: «А что, как разлетится этот туман и уйдет кверху, не уйдет ли с ним вместе и весь этот гнилой, склизлый город, подымется с туманом и исчезнет как дым, и останется прежнее финское болото, а посреди его, пожалуй, для красы, бронзовый всадник на жарко дышащем, загнанном коне?
Все насквозь больны, любит автор мучать своих героев. Кроме того, Федор Михайлович долго подбирается к экшну сквозь долгое повествование, но финал стоит того (отмечу последний разговор Версилова и княгини, такое хочется перечитывать и перечитывать). Хотя с литературной точки зрения жаль, что Аркадий не воспользовался "документом" - полное духовное разложение вышло бы намного эпичнее.
Пару слов о моем понимании творчества Ф.М. Достоевского. На всем протяжении знакомства с творчеством Великого автора натыкаюсь на одну отличительную особенность: в каждом диалоге, предложении, слове для каждого читателя скрывается что-то лишь ему сокровенно личное, что не увидит другой читатель. Настолько непередаваемые, непохожие ощущения и переживания вызывает Достоевский, словно писал лично для тебя. Именно поэтому никогда нельзя точно сказать за что же мы любим и ценим Его творчество. Можно, конечно, в общих чертах описать психологизм, точное описание чувств и переживаний героев, но большинство наших ощущений и впечатлений все равно останется внутри нас самих. Ни на бумаге, ни на словах нельзя передать того одновременного порядка и хаоса идей, которые прячутся между строками. Лишь проведя параллель между книгой и своей жизнью, лишь позволив роману проникать в самые сокровенные секреты и таинства души нашей (простите за напыщенность), мы откроемся для того бесценного опыта, проб и ошибок, среди которых герои "Подростка" и пребывали в вечных исканиях самих себя. Небольшое отступление. Как по мне, многие незаслуженно и ошибочно вычеркивают "Подростка" из "Великого пятикнижия" Достоевского. Непопулярность данного романа, по сравнению с остальным творчеством Великого классика, хоть и является беспочвенным фактом, но явно не стоит к нему прислушиваться. С Аркадием Долгоруким и семьями Версилова, Сокольсих и т.д. я познакомился как раз после прочтения, как ни странно, "Униженных и оскорбленных" и самого известного романа Фёдора Михайловича - "Преступления и наказания". Но не будем впустую тратить время, пытаясь выяснить причины данной проблемы, а лишь опишем неповторимость данного романа перед остальными представителями жанра романа-воспитания. Теперь больше об объективном. Проблематика романа (самоопределение, взросление, искание собственного места среди окружающего тебя мира) пусть и не нова даже для классической литературы, но именно индивидуальное понимание этого пути, познания жизни через внешние обстоятельства вкупе с личными переживаниями и отличает этот роман среди остального творчества Достоевского и других классиков. В этом романе наиболее ярко и талантливо проявляет себя мастерство Достоевского соединить объективный опыт героя вместе с его чувствами и эмоциями, то есть субъективным опытом. Но не будем далеко уходить в научность, хоть и лаконичность не помешает. "Подросток" как ни один роман Достоевского богат на события и сюжетные повороты из разряда "WTF!". Взявшись за конец нитки, читатель медленно, но верно, в динамичном, но рассудительном темпе, распутывает весь клубок тайн и подоплёк характеров, мотивов и желаний героев. В какой-то момент ловишь себя на мысли, что фабула романа попахивает Санта-Барбарой, но лишь до поры до времени, когда начинаешь понимать, что сюжет не строится по принципу: "А вот здесь мы объявим, что она беременна, чтобы все прямо-таки АХНУЛИ!" Каждый сюжетный поворот оправдан и нравами героев, и причинно-следственными связями, и его ролью в формировании позиции героев. Хоть и первые шаги Аркадия Долгорукого на поприще взрослой жизни, его начальные поиски себя и своих идеалов и выдвинуты на первый план, но не об одном главном герое этот роман. Каждый герой "Подростка" ровно такая же личность как и главный герой. Всякое действующее лицо имеет чрезвычайное влияние на склад души главного героя, даже если это влияние оказано посредством отвращения или безразличия. И даже те персонажи, которые появляются буквально на несколько глав, сполна отыгрывают свои пусть и эпизодические, но все-таки важные роли (например, Тришатов). Отсутствие бесполезных и ненужных персонажей и наличие такого здесь "лишнего" Аркадия ощущает не только читатель, но и сам Аркадий. Это чувство и формирует большинство мотивов его импульсивных и порывистых поступков. Большую роль в познании себя, формировании системы ценностей и поисков личных идеалов играют как раз-таки взаимоотношения с окружающим миром, без которых (как бы ни противоречило это Идее) невозможно до конца понять правил этого нового, открытого и почти всегда враждебного для подростка мира. Идея Ротшильда и события, в которые сначала был втянут Аркадий, а затем и сам втянулся - две вещи, противоречащие друг другу. Собственно, эта двойственность и невозможность главного героя "уйти в скорлупу" и символизируют ту хаотичную, беспорядочную и непредсказуемую природу подростка, которую воплощает в себе главный герой. Неопределенность, двусмысленность своего положения и ощущение себя "лишним" заставляют Аркадия периодически делать поспешные, опрометчивые, а иногда и ложные выводы, бросаться из крайности в крайность, поступать вопреки своим, а секунду спустя - уже чужим желаниям, брать на себя либо слишком большую ответственность или же опускаться в детскую инфантильность. Но самую большую муку ему причиняет борьба разума и чувств: одновременное желание яростно защищать в своей душе Идею в то же время уживается с неугомонной жаждой жизни в самой гуще ее событий.
Имея в уме нечто неподвижное, всегдашнее, сильное, которым страшно занят, — как бы удаляешься тем самым от всего мира в пустыню, и все, что случается, проходит лишь вскользь, мимо главного.
Стремление к единоличному могуществу и свободе противостоит жгучей мечте о взаимной любви и сострадании к своим близким. В таких моментах, граничащих с отчаянием, Аркадия выручают самые неожиданные или даже забытые герои, которые одним своим монологом могут вновь вернуть веру в то, против чего он вчера искренне был против. А несложившаяся система ценностей подростка и его легковерие, уживающееся одновременно с подозрительностью и недоверчивостью, могут дать результат как в одном, так и в обратном направлении. Тот человек, который начинал когда-то свой путь из Москвы в Петербург, вдохновленный, заинтересованный, хоть и открытый лишь своей Идее, абсолютно чужд тому человеку, который через призму событий уже понимает всю свою подростковую наивность и несостоятельность первичной, неотесанной своей Идеи в ее зародыше.
«Но эта новая жизнь, этот новый, открывшийся передо мною путь и есть моя же „идея“, та самая, что и прежде, но уже совершенно в ином виде, так что её уже и узнать нельзя»
И сколько бы несчастий, радостей, открытий и разочарований не вынес на себе Аркадий, этот долгий, запутанный и витиеватый путь заслуживал быть пройденным.
…Самое простое понимается всегда лишь под конец, когда уж перепробовано всё, что мудреней или глупей.
Было бы глупо пересказывать все потрясения и укоры судьбы, которые в разное время порождали у Аркадия совершенно разные идеалы и стремления. Все равно лучше Федора Михайловича Достоевского я не сумею описать вам всю возвышенность и ничтожество человеческой души.
"Без высшей идеи не может существовать ни человек, ни нация. А высшая идея на земле лишь одна и именно — идея о бессмертии души человеческой, ибо все остальные „высшие“ идеи жизни, которыми может быть жив человек, лишь из нее одной вытекают. Ф. Достоевский
В лице " Подростка" Аркадия Долгорукова Достоевский находит возможность изложить собственные взгляды на устройство общества, более того, высказать собственную борьбу, ибо проблема "двойника" - глубоко личное, инфернальные мотивв не возникают ради красивости. Здесь мы наблюдаем ролевую литературу, где "я" автора переносится на героя, и тот становится своеобразным резонером. А главное здесь проблема - поиск пути возрождения общества. От того столько противопоставлений: Версилов - странник Макар, светская Катерина Николаевна - домашняя Софья, Анна Андреевна - Лиза, князь Сережа - Ламберт. И, наконец, особняком стоит Аркадий - представитель молодёжи, из коей "складываются поколенья", он из неопределившихся, в нем явственно происходит великая борьба добра со злом, от того, столько боли и метаний. И даже Версилов со своим "двойником" неоднозначен, ему не сыскать прямой дороги, потому он принимает роль шута - проводника между двумя разнородными обществами, чем схож с ппапашей братьев Карамазовых. Центральным тут выступает некая идея, что призвана стать высшей. От неё зависит не только личное спасение, но и весь путь России: здесь скрещивают мечи славянофилы с либералами. Первые , разумеется, за особый путь и спасение посредством веры, вторые - за атеизм, гуманизм и "окно в Европу". Идёт борьба более глубинная, скрытая за поверхностным политическим налетом, что, как известно, сиюминутен, так как тенденции в политике определяют года, а культурное, духовное пространство продляется в столетия. Сталкиваются Христос с Ротшильдом - два противоположных мира, что столь неуживчивы в сфере идей и при том идут рука об руку в быту, так мало замечаемом и игнорируемом: мир материальный и духовный, субъективная и объективная действительности, если хотите. Они, по сути, гиперболизованные образы двух миров, ипостаси, возведеннве в совершенство: первый по части святости и господства духа, второй по части бесконечного богатства и господства плоти. При том, что у первый, что второй в своих мирах - властители, цари. Это не юродивые, буть то блаженный, либо же Плюшкин, над кем властвует мир вечного либо же преходящего. Потому образы донельзя демонстративные. Аркадию ещё предстоит этот выбор, по молодости его неоперившаяся душа впадает в крайности, считая, что надобно полностью отдаться одному из миром, но, учась полету, соскальзывает в иное измерение. Здесь и ошибки, и искушения, и боль первых грехов, и столкновение "отцов и детей", иными словами "узколобого опыта и спонтанной прозорливости". Борьба плоского и духовного начал ведётся на всех фронтах: потому Аркадий выбирает между деньгами и приблудившимся ребёнком, между игрой и честью, между любовью и страхом познать женщину, между честью семьи и будущей жизнью невинного младенца, между жалостью и справедливостью. Он девственен и физически, и духовно. Грешен он лишь нравственно. Однако нравственность - категория относительная и непостоянная, от того его целомудрие в отношении жизни заставляет его мучиться с выбором и пребывать в поиске, во вражде с собой ради истины, ради пути правды. Так происходит рождение личности. Дабы уразуметь роман, необходимо подробно рассматривать портрет каждого участника действа. В роли примирителя выступает Макар Иванович, что даже, не заявившись физически, в духовном плане давлеет над умами героев, перейдя же в мир иной, он приносит покой душам живущим. Расколотый надвое образ рассекает два мира, разделяя на две половины добро и зло, посредине открывается путь, на который вскоре ступит целое поколение, коему суждено взять под свою ответственность судьбу России.
«Читайте Достоевского, любите Достоевского, - если можете, а не можете, браните Достоевского, но читайте… по возможности только его». И. Анненский
"Человек есть тайна, ее надо разгадать, и ежели будешь разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время. Я занимаюсь этой тайной – ибо хочу быть человеком". Ф.М. Достоевский
Завершила прочтение "Великого пятикнижия" Ф.М. Достоевского романом "Подросток". Этот роман не на слуху по сравнению с остальными произведениями пятикнижия. При этом он не уступает остальным книгам. В нем обозначено много проблем и вопросов, автор пытается постичь глубины человеческой души. Сюжет действительно головокружительный. В книге огромное количество героев с их сложными многогранными характерами, с непростыми жизненными ситуациями. С первых страниц романа мы погружаемся в пучину страстей, интриг, заговоров, самоубийств, семейных историй. "Подросток" рассказывает нам о становлении характера и формировании личности 19-летнего Аркадия Долгорукого, незаконнорожденного сына Андрея Версилова. Через призму их отношений автор поднимает тему "отцов и детей". Именно страдания и унижения незаконнорожденности формируют у подростка идею "стать Ротшильдом" - накопить огромный капитал и благодаря этому утвердиться в глазах людей.
В том-то и "идея" моя, в том-то и сила ее, что деньги - это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество. Я, может быть, и не ничтожество, но я, например, знаю, по зеркалу, что моя наружность мне вредит, потому что лицо мое ординарно. Но будь я богат, как Ротшильд, - кто будет справляться с лицом моим и не тысячи ли женщин, только свистни, налетят ко мне с своими красотами? Я даже уверен, что они сами, совершенно искренно, станут считать меня под конец красавцем. Я, может быть, и умен. Но будь я семи пядей во лбу, непременно тут же найдется в обществе человек в восемь пядей во лбу - и я погиб. Между тем, будь я Ротшильдом, разве этот умник в восемь пядей будет что-нибудь подле меня значить? Да ему и говорить не дадут подле меня! Я, может быть, остроумен; но вот подле меня Талейран, Пирон - и я затемнен, а чуть я Ротшильд - где Пирон, да может быть, где и Талейран? Деньги, конечно, есть деспотическое могущество, но в то же время и высочайшее равенство, и в этом вся главная их сила. Деньги сравнивают все неравенства.
Однако жизнь закручивается в такой водоворот событий, заставляет взглянуть на многое совершенно с другой стороны. Сюжет книги очень динамичен и многогранен. Достоевский поднимает очень много вопросов. Здесь, помимо семейных тайн и интриг, как и в других произведениях говорится о роли России и ее судьбе, об отношении к православию. Темы, актуальные по сей день.
Комментарии, 164 отзыва