Комментарии, 207 отзывов

Книга однозначно понравилась, но первые две трети читать было откровенно скучно. Начинается всё с пересказа жизни жалкого старика Степана Трофимовича, которого я по наивности (и, возможно, благодаря привычке никогда заранее не читать вступительную статью) приняла за главного героя. Конечно же, я ожидала мрака, безысходности и экзистенциальных метаний. Тем не менее, силуэт интриги не прорисовывался. Всё те же бесконечные светские чаи и обеды, приправленные разговорами о политике, да нахлебнические будни пятидесятилетнего либерала. Сдерживая тошноту, подбираюсь ко второй части. Свято верю, что начнётся действие - уж тут-то начнётся полный вывих мозгов по Достоевскому. Нет, разочаровываюсь: стало не намного интереснее. И тут сюжет заиграл яркими красками, внезапно произошло "погружение" в атмосферу романа, а со страниц будто бы просочился мерзкий, липкий туман. Безынтересные герои уходят на задний план - на сцену выходят Петр Верховенский, Николай Ставрогин, Кириллов, Шатов и остальные члены милого подпольного кружка революционеров. Первый манипулятор, паук в марионеточном театре мух, абсолютно сумасшедший и этим очаровательный персонаж; второй - злодей "а ля Свидригайлов", вечно печальный и задумчивый, заигравшийся Печорин; третий - безумец, которого съела идея, или даже не съела, а переварила, проглотив заживо. Последние сцены блистательны и вызывают почти ощутимое физически нервное напряжение, а глава "У Тихона" вовсе открывает заново персонаж Ставрогина. Закрыв книгу, я готова сказать: "Блистательно!". Более того, если бы в таком тоне была выдержана вся книга, я бы охрипла повторять: "Гениально!"

Федор Михайлович мною любим еще со школы.Я люблю его стиль,люблю его героев,люблю глубокие маршруты по психологии человека,которые он прокладывает в своих романах. Роман Бесы я прочла одним из последних среди его творений,остался лишь Игрок,который я берегу для особого настроения,мне 24,а я уже все творчество Достоевского перебрала,еще жить и жить,потому Игрок - это как последняя бутылка воды в пустыне.

Это потрясающий роман,это изнанка общества,это Российская Империя в одном произведении. Я мечтаю об экранизации,только об очень качественной экранизации,что сделать крайне сложно,но если получится,то это будет культовый фильм,ведь здесь есть все:любовь и ненависть,интриги,философия,мистика и закрученный сюжет в духе детектива.

Я безгранично завидую тем,кто еще не читал этот шедевр,ведь у вас впереди невероятное путешествие в мир Федора Михайловича Достоевского.

... они первые были бы страшно несчастливы, если бы Россия как-нибудь вдруг перестроилась, хотя бы даже на их лад, и как-нибудь вдруг стала безмерно богата и счастлива. Некого было бы им тогда ненавидеть, не на кого плевать, не над чем издеваться! Тут одна только животная, бесконечная ненависть к России, в организм въевшаяся...

Один из романов, входящих в великое пятикнижие Достоевского. Роман о Боге, о бесе и бесноватых, о стадности и ужасе отсутствия Веры. Мы увидим самовлюбленного писателя Кармазинова, написанного с Тургенева, Беса-искусителя Петра Верховенского, прототипом которого является революционер Нечаев и целый парад образов, при помощи которых автор гениально нам показывает борьбу между Богом и бесом за души человеческие. Роман "Бесы" - это роман-предупреждение, которое, к сожалению, не услышали и через 45 лет, после написания "Бесов" Россию поглотило пламя революции. "Бесы" - роман антинигилистический. Если у Тургенева Базаров вызывает иногда симпатию, иногда сочувствие и лишь очень редко раздражение, то в "Бесах" тяжело найти нигилиста, вызывающего положительные эмоции и располагающего к себе. Конечно, это не легкое чтение. "Бесов" надо читать медленно, вдумчиво и с карандашом в руке, но, поверьте, Вы никогда не пожалеете о потраченном времени. А еще можно сравнить Свидригайлова и Петра Верховенского. Интересное получится сравнение!

Говорят, если не знаешь, с чего начать, начни сначала. А с чего начинаются «Бесы»? Наверное, с воспоминания эха эпохи реакции 1830-х. В этой мешанине пострадали Степан Трофимович Верховенский и помещица Варвара Петровна Ставрогина: один лелеял надежду быть "опасным" поэтом, вторая надеялась издавать журнал, но так и не срослось. В итоге, к 1860-ым они вдвоём осели в губернском городе, окружили себя знакомыми, и составили что-то вроде общества. Случились реформы 1860-х, мир с ног на голову не перевернулся, и тут возвращаются дети: Пётр Верховенский и Николай Ставрогин.

«Бесы» — это 750 с лишком страниц хроники одного города. Как в головах людей в целом, мирных, со своими пороками и недостатками поселяется мысль. И понеслись: слежки, сплетни, скандалы. Мысль о сопричастности, о принадлежности к чему-то большему сводит с ума постепенно, начиная с мелочей. И именно так я рекомендую его читать: светская хроника, со своими героями, чутка сумасшедшими, в целом — безобидными, и у каждого вылезает двойное дно. Вначале полунамеками, а затем открытым текстом припирая друг друга к стенке

Роман построен ввиде хроники очевидца, с личными интонациями, при этом без претензии нам максимальную объективность и формальную регистрацию фактов: по сути, человек со стороны, рассказывает нам, как все было, иногда — сбиваясь на третье лицо, иногда — узнав что-то впоследствии

Да, роман длинный, да, это целая хроника города Глупова. Но все это не просто так: Достоевский показывает людей разных, разобщенных, жестоких, глупых. Но когда случается настоящая беда, они способны все бросить, остановиться на минутку и подумать, что происходит. Достоевского часто сводят к религии, мол через религию мы все в мире договоримся. Ну, наивно так думать, не все религиозны. Кроме религии, существует банальное человеческое "не будь скотиной" — и это человеческое прекрасно проявляется в Кириллове, который, будучи больно умным теоретиком, до последнего помогает, как может.

Достоевский не дурак, его Пётр Верховенский не либерал и не социалист, «не советский, не кадетский, не партийный большевик». Да, нам показали его становление, чтобы оправдать его в глазах читателя, мол, папка был дурак, бросил, фигней страдал. Но в плане политическом Достоевский показывает самое страшное: когда ради частных личных интересов человек начинает воду мутить. И это страшно. Ибо всякий раз, как мы, человечество, начинаем выводить моральную теорию всеобщего блага, она сводится к "стольки-то головам, которые спасут *государство*". И Достоевский откровенно заявляет, что теоретиков лучше не слушать, а бежать прочь, пока не поздно, пока теоретик не перешел к практике и не спалил полгорода.

На Полке есть большая статья про Бесов, однако в ней нет главного: к чему привел происходивший в российском обществе раздрай 1860-70-х — к убийству главы государства посредством серии терактов с жертвами среди мирных жителей и последующей реакции. Поэтому сейчас читать Бесов жутко — ты точно знаешь, что во все времена были такие кружки, какие-то настроены более революционно, какие-то менее, это нормально. Однако, ненормально то, как постепенно, с каждым эпизодом, деятельность общества превращается в целенаправленную и деструктивную, но посредством кого? Посредством усилий конкретного человека. И когда ты знаешь, что цели этого человека а) размытые, основанные на фиговых тропах про возвращение героя, б) глубоко личные и самые корыстные (и я подчеркну, если Полка не в состоянии это подчеркнуть, я подчеркну — Верховенским двигало корыстное желание воспользоваться раздраем в стране ради личных целей, которых он бы ни черта не достиг, ибо на любого частного человека найдется рыба крупней), в) когда человек сам не отдает себе отчета, насколько далеко зашло его баловство — просто мурашки по коже.

Это была вторая книга, благодаря которой я познакомилась с автором. История невероятно интересная и захватывающая, Достоевский становится автоматически покупаемым автором, всегда люблю погружаться в его миры. Бесы – это произведение, наполненное интриг, сговоров, лжи и предательства, разоблачения человека как существа. Опять у Федора Михайловича встречаются психически неустойчивые люди и от этого становится все интереснее. У каждого свои скелеты в шкафах, в конце все тайны раскрываются читателю. Настоятельно рекомендую к ознакомлению

Вот мы и «встретились» вновь, дорогой Федор Михайлович. Это второй Ваш роман, который я читаю. Дался он мне совсем нелегко, как это было с «Преступлением и наказанием». Вы все такой же сложный и мудрый. Правда, не скрою, в определенных моментах книги мне было немного скучно. Наверное, мой суетливый век накладывает отпечаток на восприятие той эпохи, в которой жили Вы. Уж слишком много каких-то интриг, так тщательно и подробно прописанных персонажей, их души, личности. Это порой несколько утомляло. Как и утомляли обильные диалоги, да еще и на французском. Ваша эпоха с одной стороны интересна, а с другой – скучна. И порой она мне не совсем понятна. Но, это только мое, личное восприятие. И Ваш гений, Федор Михайлович, я нисколько не умоляю. Ваши романы нужно читать. Чтобы лучше понять не только людей в целом, но и русского человека в частности. Вы как никто другой умеете доносить суть русской души. Она многогранна, о ней нужно писать и говорить. Но как порой все это сложно понимать и принимать. Ваше время, Ваша эпоха, о которой Ваши романы чрезвычайно событийна. В нашем, современном мире, наверное, не так. Мы стали больше одиноки, больше в себе. Ваши люди с их пороками и достоинства более открыты. Все их и позитивные, и негативные качества на поверхности. Ваши романы – невероятно сложны. Они вызывает противоречивые чувства. Они побуждают бурю эмоций. Порой, читая Ваши романы, складывается впечатление, что в голове идет активная прокачка мозга. Потому что нужно вчитываться в каждое предложение, обдумывать, вникать, составлять свое персональное мнение о героях. Нет, их даже нельзя назвать героями. Это люди. И, читая Ваши романы, присутствует ощущение полной реальности. Ты верить в существование этих людей, их общение, их поступки. К сожалению, дорогой мой Федор Михайлович, я не дерзну назвать Вас своим любимым писателем. Потому что Вы для меня слишком сложны, слишком суровы, слишком философичны. Нет, это вовсе не значит, что я предпочитаю только легкое чтиво. Ни в коем случае. Просто есть такие люди… Вот ты ими искренне восхищаешься, потому что они необычные, интересные и да – гениальные. Но тебя к ним не тянет, потому что такое общение оставляет некий угнетенный след в душе. Как бы – все плохо, мы все умрем, и людям в этой жизни доверять нельзя. «Бесов» я читала мучительно долго, хоть и вдумчиво. Но мне приходилось отвлекаться на другие книги. Потому что эта слишком была тяжелой. Для меня это слишком глобально, слишком сложно и, в некоторых местах, непонятно. С недавнего времени я перестала интересоваться политикой, потому что за последние три года она просто поперек горла у меня стоит. А тут слишком много политики. Тем более, я плохо знаю историю того времени и мне приходилось продираться сквозь дебри философско-политического сюжета. Все-таки Ваши романы, Федор Михайлович, нельзя рекомендовать всем и каждому к прочтению. Даже школьникам не рекомендовано их читать (лично я бы не рекомендовала). До них нужно дорасти. Не каждому это дано. Вот до «Преступления и наказания» в том году я доросла. А до «Бесов» еще нет. Потому что слишком сложный, путаный. Простите…

Его послали. Просто послали, причем чуть не убили на виселице. Пошел ты, Достоевский, говорят. Что тебе тут нужно жалкий революционеришко? Сложно сказать из-за чего. Обвинение были чертовски липовым. У него нашли (насколько помню) письмо Белинского, обвинили в связях с антиправительственным кружком и подкопались к какому-то его роману. После ссылки он серьезно изменил собственный взгляды и полностью стал верить в царя. Позже, даже уже в старости, был приглашен к нему на обед, как почетный деятель культуры. Жизнь в ссылке была тяжелой. Мороз. Сибирь. Потом его перевели в полк. Он вдоволь нахлебался нужды. Его придавили в каком-то плане и он стал по другому ценить все те свободы, которые имел. После этого изменения характера, некоторой помощи от царя в ответ на его письма... "Бесы" больше направлены против как раз кружков, по сути он обвинил их. Хотя его собственный кружок в котором он участвовал вовсе не выглядел таким падким на плохие поступки, как это представлено в книге. Тем не менее. Сама направленность явно говорит не в пользу социалистов, которые действительно использовали методы не шибко лучше царских. Представления и образы людей, их характеры, их мелкие черты и детальный разбор сцен не куда не пропал, а даже стал более совершенным. Он связал вместе отсутствие веры в бога и пренебрежение моральными принципами. Добавил еще чуточку страха перед смертью и кажется, что реалисту стоит осознавать, что перед старухой с косой он все же уверует в бога, или смерть его будет какой-то гнилой, ничтожной и никому не нужной. Сдался ли он в плане борьбы?.. скорее осознал ее бессмысленность для себя и стал искать другие решения. В чем-то кажется, что другие его романы лучше чем этот. Словно он несколько правда врет в этом своем очернение более прогрессивных идей. Вернее не раскрывает их, а просто смешивает с грязью и напрямую с сутью жизни персонажей, которые используют их, но дело не в том, что они их используют, а в том, что похоже сами словно в них не верят. И кажется все же в нем осталась эта глубокая обида, которая словно немножечко режет слух. Но при этом разумеется у него все это выходит очень психологично и мощно.

Я прочитала «Бесов» месяц назад, но до сих пор не могла сесть написать о них. Я не знала, как подступиться к роману, чтобы о нем рассказать.

Как можно своими корявыми буквами вообще что-то писать о нем? Как можно в нескольких предложениях рассказать о всей бездне, что таится под обложкой этого романа? Я и сейчас не знаю. Просто поняла, что если я не напишу о романе сейчас, то вообще никогда не напишу.

Я не могу отпустить его и постоянно возвращаюсь к нему в мыслях, снова и снова.

Несмотря на то, что роман читался мною с постоянным возвращением и перечитыванием некоторых сцен и диалогов, несмотря на более десятка часов материалов, уже прослушанных по Бесам, разборов произведения литературоведами и критиками, я понимаю, что буду его перечитывать . Возможно, не раз.

Роман, ставший для меня потрясением, роман при чтении которого я временами задыхалась от эмоций. Роман, хватающий за горло и затягивающий, из лап которого невозможно вырваться.

Временами меня настолько переполняли эмоции, что я просто отбрасывала книгу, вставала, уходила в другую комнату (да, надо было побыть с книгой в разных помещениях) или выходила из дома, потому что не могла больше вынести этого напряжения, этой поглощающей мощи.

Книга просто буквально жгла мне руки, это было физически невыносимо, и я просто захлопывала ее прямо посреди сцены/диалога и уходила, потому что наступал катарсис. Потом возвращалась, брала книгу и начинала сцену с начала.

Давно я не испытывала такого осязаемого диалога с романом, с автором…. Иногда, каким-то образом, ты чувствуешь себя будто на исповеди, как Ставрогин, потому что Федору Михайловичу удается обнажить такие закоулки человеческой природы, которые человек от себя старательно прячет, но все равно, где-то глубоко про себя знает.

Мы читали «Бесов» в совместных чтениях (как хорошо, что было с кем разделить эти эмоции) и просто закидали чат отрывками, цитатами, километрами рассуждений.

Вот сейчас пишу, возвращаюсь к роману, перелистываю свои наброски-заметки и снова накрыло до дрожи в пальцах.

Не буду писать банальные вещи, рассказывая о том, что в основу романа положены реальные события и что роман стал пророческим и прочее, и прочее. Это все можно прочесть в любой аннотации.

Для меня это роман о много большем, чем о нигилистах, это экзистенциональный роман, который заставляет перетрясти свои внутренние установки и проверить личные ориентиры.

Да и Федор Михайлович задумывал «Бесов» как роман об одном, но в итоге написал о другом, а изначальная мысль стала лишь одним из слоев этого многослойного пирога. «Бесы» однозначно становятся одной из самых важных книг, что я читала в своей жизни.

И вот наконец они, «Бесы»! Последняя непрочитанная книга Достоевская, много раз начатая и столько же раз брошенная. Всё-таки я её одолела. Это было непростое чтение, особенно учитывая то, что остальные его произведения дались мне достаточно просто.

Роман был задуман Достоевским после того, как писатель услышал о деле Нечаева. В 1869 году членами революционного кружка под руководством Нечаева было совершено убийство студента Иванова. Не стоит углубляться в это старое дело, тем более что сам Достоевский знал о случившемся лишь из газет и из разговоров с братом жены, лично знавшим фигурантов дела. «Бесы» не ограничиваются убийством, да и обстоятельства не документальны.

В те годы в обществе появляется новый класс, интеллигенция. А уже в её среде развился тот самый либерализм, состоящий из всевозможных течений. Несмотря на все различия, последователи каждого из них были уверены, что общественное и государственное устройство требует преобразований, пусть даже насильственным путём. В самом начале романы мы видим всю эту либеральную братию, по сути безобидную. Они собираются, чтобы проговорить по десятому кругу одни и те же прописные истины, поругать Россию и похвалить Европу да хлебнуть дармового шампанского. Актуально, не правда ли?

Первая часть, измучившая меня больше всего — биография Степана Петровича Верховенского, человека в общем-то безобидного, слабого характера. Человек вне сомнения образованный, он тем не менее больше говорит, чем делает. Говорит, что находится под полицейским надзором, что сочинения его запрещены, подтверждения его словам, впрочем, не находится. Живёт у Варвары Петровны Ставрогиной сначал в качестве учителя, потом приживальщика. Типичный западник, он уверен, что прекрасно знает русский народ и что народ бедствует лишь из-за своей врождённой лени в отличии от, скажем, того же немецкого крестьянина с его упорством. Сам по себе он безобиден, но его мысли будят других, более активных и жаждущих действий.

И так текла лениво и спокойно жизнь провинциального городка, внутри которого дремало желание передела общества, ровно до тех пор, пока не появились в городке весьма примечательные личности, которые были готовы не просто рассуждать о судьбах России, а ещё и действовать.

Пётр Верховенский — формальный лидер революционной ячейки — начинает расшатывать общество, натравливать одну часть общества на другую. И ему это удаётся. Но за спиной Верховенского стоит другой — Николай Ставрогин. Бывший офицер, впадающий иногда в ребячество, совершающий нелогичные глупые поступки — укусить за ухо городского главу, поцеловать в губы на виду у всех замужнюю женщину и т. п. Он непостоянен, лжив, не имеет моральных устоев.

«Бесы» задумывались Достоевским как памфлет против нигилистов, а выросли в итоге в мрачную картину грядущего апокалипсиса. Проблема не в том, что люди в принципе хотят изменить общество, а в том, как и ради чего это делается. Можно искренне бороться за правду, но что это за правда? В конечном счёте больное общество не лечится сменой режима. Ему необходимы нравственные устои, духовные скрепы, а если этого нет, то нет и границ дозволенного, а значит дозволено всё. Можно сколько угодно менять правителей и форму правления, развивать прогресс и внедрять всеобщее образование, без нравственных ориентиров ничего не выйдет. Молодые люди продолжат нестись по улице в экипаже (машине) и сбивать людей, насиловать маленьких девочек и брать взятки. Всё из-за размытой границы между добром и злом.

Очень жаль, что сюжетная линия противостояния грешника и праведника не была развита в романе из-за требований цензуры и изъятая глава «У Тихона» напечатана много позже и лишь в приложении. Именно она показалась наиболее сильной в романе.

Для меня «Бесы» стали романом не героев, а романом идей. Ни один из персонажей не стал для меня ярким образом, как было например в «Братьях Карамазовых», где каждый самобытен и интересен. Над идеями хотелось рассуждать, а думать о их носителях — нет.

Прошу прощения за длинную и сумбурную рецензию. О Достоевском трудно писать мало да и понять его можно со второго прочтения. Так что буду перечитывать.

Честно? Перечитывала книгу 3 раза.. До конца не понимала что происходит. Читать было трудновато и пару раз забрасывала чтение. Потом всё же нашла силы и старалась вникать в каждое предложение.