Цитаты из книги «Искусство любить», страница 72
Было бы иллюзией верить, что можно так разделить свою жизнь, чтобы жить плодотворно в любви и неплодотворно в остальных сферах жизни. Плодотворность не допускает такого «разделения труда». Способность любить требует энергии, состояния бодрствования, высокой жизнеспособности, которые могут возникнуть только в результате плодотворной и активной ориентации личности во многих других сферах жизни. Если человек не является плодотворной личностью в других сферах, он не будет плодотворным и в любви.
Сон - единственное оправдание бездеятельности; состояние бодрствования таково, что лень в нем не должна иметь место.
В современных условиях люди способные любить, - скорее исключение; любовь в сегодняшнем западном обществе - маргинальный феномен.
Нашим обществом руководят управленческая бюрократия профессиональные политики; люди стали жертвой массового внушения, их цель в жизни - производить и потреблять все больше и больше.
Говорить о любви - не значит что-то "проповедовать", а значит попросту говорить о самых и реальных насущных нуждах любого человеческого существа. То, что эта потребность подавлена, не значит, что ее не существует.
Те, кто серьезно относятся к любви, как единственному разумному ответу на проблему человеческого существования, должны придти к выводу о необходимости важных и радикальных перемен в нашей социальной структуре, если любви предстоит стать общественным, а не исключительно индивидуальным и маргинальным явлением.
Если какая-то женщина скажет нам, что дюбит цветы, а мы увидим, что она забывает их поливать, мы не поверим в ее любовь к цветам.
Национализм - наша форма кровосмешения, наше идолопоклонство, наше безумие.
Как правило, формами забвения своей отчужденности, которые человек выбирает в неоргиастической культуре, являются алкоголизм и наркомания. В противоположность тем, кто участвует в социально одобренном действии, такие индивиды страдают от чувства вины и угрызения совести. Они пытаются бежать от своей отделенности, находя прибежище в алкоголе и наркотиках, но чувствуют еще большее одиночество после того, как оргиастические переживания заканчиваются. В результате растет необходимость затуманивать свое сознание как можно чаще и интенсивнее.
По мере того как двое лучше узнают друг друга, их близость постепенно перестает быть чудом, и в конце концов их столкновения, разочарования и скука убьют все, что еще останется от первоначального восторга. Однако вначале они ничего этого не осознают: на самом деле они принимают силу безрассудной страсти за доказательство силы своей любви, в то время как это свидетельствует лишь о том, на сколько одиноки они были прежде.
