Цитаты из книги «Искусство любить», страница 70
Ребёнок ломает вещь, чтобы узнать, что у неё внутри; стараясь разгадать тайну живого существа, он с удивительной жестокостью отрывает крылья у бабочки. Таким образом, жестокость имеет глубокую причину - желание познать тайну вещей и тайну жизни.
Человек наделён разумом: он есть жизнь, осознающая себя.
Когда человек рождается - не важно, идёт ли речь обо всём человеческом роде или об индивиде, - он изгоняется из среды, столь же определённой, сколь конкретны инстинкты, и попадает в среду неопределённую, ненадёжную, открытую. Он уверен только в прошлом, а что касается будущего, то он может быть убеждён только в том, что рано или поздно он умрёт.
Любовь - единственный разумный и удовлетворительный ответ на проблему человеческого существования; любое общество, которое так или иначе мешает развитию любви, должно рано или поздно погибнуть..
Большинство людей даже не осознает своей потребности в подчинении. Они питают иллюзию, будто следуют собственным идеям и склонностям, будто они - индивидуальности и сформировали свои мнения в результате собственных размышлений, и просто случайно получилось так, что их мысли совпадают с мыслями большинства. Консенсус служит доказательством правильности их взглядов. Поскольку все же имеется потребность в том, чтобы ощущать себя индивидуальностью, она удовлетворяется за счет мелких индивидуальных различий: инициалов на сумке или свитере, бейджика на банковском служащем, принадлежности к демократической, а не республиканской партии, к болельщикам той или иной спортивной команды. И даже рекламный слоган "Не такое, как у всех" демонстрирует эту трогательную потребность в отличиях, когда на самом деле их почти не осталось.
В наши дни счастье человека состоит в "получении удовольствия". Удовольствие заключается в удовлетворении от потребления и "поглощения" товаров, зрительных впечатлений, пищи, напитков, сигарет, людей, лекций, книг, кинокартин - всё это потребляется, поглощается. Мир - это один большой объект для удовлетворения нашего аппетита, гигантское яблоко, гигантская бутыль, гигантская материнская грудь, все мы - сосунки, вено ждущие, вечно на что-то надеющиеся - и вечно разочаровывающиеся. Наша личность приспособлена к тому, чтобы обмениваться и получать, торговать и потреблять; всё - и духовное, и материальное - становится предметом обмена и потребления.
Предвзятость людей, когда дело касается иностранцев, общеизвестна. Представители других народов изображаются как испорченные и жестокие, в то время как соотечественники олицетворяют добро и благородство. Всякое действие чужака оценивается по одному стандарту, а всякое собственное - по другому. Даже добрые дела неприятеля рассматриваются как признак особого коварства, рассчитанного на то, чтобы обмануть нас и весь мир, в то время как наши злодеяния вызваны необходимостью и оправдываются теми благими целями, которым служат. Действительно, если рассмотреть отношения между странами, как и между индивидами, приходишь к заключению, что объективность - исключение, а большая или меньшая степень нарциссических искажений - правило.
...к тому же, когда тебя любят за твои достоинства, потому что ты заслуживаешь любви, всегда возникают сомнения: может быть, я еще разонравлюсь человеку, любви которого так хочу, то есть существует боязнь потерять любовь. Более того, "заслуженная"любовь оставляет горькое чувство, что любят не тебя самого, а твои достоинства, и в конечном счете тебя не любят, а просто используют.
Если двое людей, незнакомых друг с другом, как это имеет имеет место для нас всех, неожиданно обнаруживают, что стена между ними рушиться, чувствует близость, единение, то этот момент слияния - одно из самых волнующих и радостных ощущений в жизни. Это тем более замечательно и чудесно для людей, которые были ранее закрыты, изолированы, лишены любви. Такое чудо неожиданной близости часто усиливается, если соединяется или подтверждается сексуальным влечением и совокуплением. Впрочем, такой тип любви по своей природе недолговечен. Двое хорошо узнают друг друга, и близость для них все более теряет свой удивительный характер, покуда антагонизм, разочарование, скука не убивает то, что оставалось от изначального возбуждения. Однако вначале влюблённые всего этого не знают: интенсивность увлечения, то, что они "сходят с ума" друг по другу, они принимают за доказательство силы своей любви, хотя на самом деле это лишь свидетельствует о степени их предыдущего одиночества.
Проявление веры и мужества начинается с повседневных мелочей. Прежде всего нужно заметить, где и когда теряется вера, проанализировать свои объяснения этой потери, распознать трусливый поступок и то, как вы его объясняете, скрывая от себя его истинную природу. Понять, что, изменяя своей вере, вы всякий раз ослабляете свой дух, и что растущая слабость ведет к новому предательству и так далее — получается порочный круг. Потом вы поймете также, что, в то время как на сознательном уровне вы боитесь, что вас не любят, на самом деле вы боитесь любить, хотя обычно не осознаете этого. Любить — значит принять на себя обязательства, не требуя гарантий, без остатка отдаться надежде, что ваша любовь породит любовь в любимом человеке. Любовь — это акт веры, и кто слабо верит тот слабо любит. Можно ли сказать больше о практике веры? Может быть, кто-нибудь и сказал бы; если бы я был поэтом или проповедником, я мог бы попытаться. А так как я не поэт и не проповедник, я не стану даже пытаться сказать больше; но я уверен, что всякий, кто действительно в этом заинтересован, сможет научиться верить — так же, как ребенок учится ходить.
